Текст книги "Развод. Не буду второй женой (СИ)"
Автор книги: Эльза Манарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)
– Добрый день. Не знаю, помните ли вы меня?
– Ас-саляму алейкум, сестра Злата. – Говорит он мягко. – Что привело вас к нам так рано?
– Ва-алейкум ас-салям. – Отвечаю, пытаясь вспомнить правильные слова. – Имам Исмаил, мне нужен совет. О правах жены в исламе.
Он внимательно смотрит на меня, садится напротив.
– Слушаю вас.
– По исламскому праву. – Начинаю осторожно. – Жена имеет право на справедливое отношение мужа, правильно?
– Конечно.
– А если муж... если он не выполняет свои обязанности? Если причиняет страдания?
Имам хмурится.
– Сестра, о чём именно вы говорите?
– О том, что муж взял вторую жену без согласия первой. И теперь требует, чтобы первая жена прислуживала второй.
– Ахх, – имам качает головой. – Это сложный вопрос. Полигамия разрешена в исламе, но при условии справедливого отношения ко всем жёнам.
– А если справедливости нет? Если первую жену унижают, заставляют терпеть оскорбления?
– В таких случаях жена имеет право обратиться к религиозному суду, но при определённых обстоятельствах.
Сердце начинает биться быстрее. Значит, выход есть.
– Если муж заключил второй брак, скрывая это от первой жены? Это нарушение условий?
Имам молчит несколько секунд.
– Сестра Злата, о браке какого мужчины мы говорим?
Я понимаю, что он знает. Конечно, знает. В их общине все друг друга знают.
– Речь про меня и моего мужа Тамерлана Байсарова.
– Ахх... – Имам глубоко вздыхает. – Это очень деликатная ситуация. Семья Байсаровых…
– О чём речь? – Раздаётся голос за моей спиной и наш диалог прерывается.
Оборачиваюсь и замираю. В дверях стоит Руслан Магомедович. На лице его читается ярость, которую он с трудом сдерживает.
– Руслан. – Встаёт имам. – Мы просто беседовали...
– Прекрасно слышал, о чем вы беседовали. Злата, что ты здесь делаешь?
– Я... – Заикаюсь я. – Всего лишь хотела посоветоваться...
– Имам Исмаил – Перебивает его Руслан Магомедович. – Вы знаете, что я с уважением отношусь к вам и вашему сану, но это внутреннее дело нашей семьи.
Он поворачивается ко мне.
– Злата, выйди. Немедленно.
– Но я имею право...
– Ты не имеешь права позорить нашу семью! – Взрывается он, потом тут же берёт себя в руки, снижает голос. – Извини, имам. Женщины иногда не понимают последствий своих поступков.
– Я понимаю больше, чем вы думаете.
– Конечно. – Соглашается Руслан Магомедович. – Мой сын обеспечил ее всем. Дал ей дом, положение в обществе, возможность ни в чём не нуждаться. А она? Она не смогла дать ему детей.
– Это не значит... – Имам Исмаил пытается вставить слово, но отец Тамерлана никого не хочет слушать. Он ведёт себя так, словно самый главный человек.
– Это означает, что он имел право взять вторую жену. По закону, по традиции, по религии. – Руслан Магомедович подходит ко мне вплотную. – И твой долг как жены – принять это.
– А мой долг как человека?
– Твой долг – не позорить семью, которая тебя приняла. – Голос его становится жёстче. – Не выносить сор из избы. Не обращаться к посторонним с нашими внутренними делами.
Руслан Магомедович выводит меня из мечети. На улице он останавливается, поворачивается ко мне.
– Теперь слушай меня внимательно. – От него сквозит непросто холодом, а какой-то неприязнью. – Ты больше никогда не придёшь сюда с такими вопросами.
– Вы не можете мне запретить...
– Могу. – Голос его спокоен, но в нём слышится сталь. – Потому что если ты продолжишь свои попытки опозорить нашу семью, последствия будут серьёзными.
– Какие последствия?
– Ты потеряешь все. Дом, деньги, положение. Мы расскажем всем, что ты психически нестабильна, что устраиваешь скандалы, что пытаешься разрушить счастливую семью из зависти.
Холод пробегает по спине.
– Но это неправда...
– Кто поверит тебе против нас? – Он усмехается. – Мы в этом городе уважаемая семья. У нас связи, влияние. Ты-то кто?
– У меня есть работа, своя репутация...
– Которая очень быстро испортится, если нужные люди узнают правильную версию событий. – У тебя есть выбор, Злата, – продолжает он. – Можешь вернуться домой, извиниться перед Тамерланом за свое поведение и смириться с ситуацией. Тогда ты останешься частью нашей семьи, пусть и не главной.
– Вы сказали есть второй вариант?
– Второго варианта нет. Есть только правильный выбор и неправильный. Неправильный приведёт к тому, что ты потеряешь всё и останешься ни с чем.
Мы стоим напротив мечети, где несколько минут назад я надеялась найти выход. Теперь я понимаю – выхода нет. Клан Байсаровых слишком силен, слишком влиятелен. Они могут уничтожить мою репутацию, карьеру, будущее.
– Решай, Злата. Но решение прими правильное. Езжай домой.
Остаюсь стоять посреди улицы. Вот сейчас понимаю, что мне надоело, что все ставят условия и унижают меня. Надоело быть покорной. Надоело терпеть. Надоело извиняться за то, что хочу элементарного человеческого достоинства.
Руки сжимаются в кулаки. Внутри всё кипит от ярости. Злюсь на Тамерлана, на его отца, на имама, который струсил и не посмел мне помочь. На всю эту систему, которая решает за меня, как мне жить.
«Не позорь семью», «не выноси сор из избы», подчиняйся. А где моя воля? Где мой выбор? Неужели я должна всю жизнь быть безмолвной куклой в чьих-то руках?
Тамерлан изменил мне и привёл любовницу в дом – это нормально. Я захотела узнать свои права – это позор семьи. Он может делать что угодно, а я должна молчать и улыбаться.
Больше не буду. Хватит.
Если Руслан Магомедович думает, что может меня запугать – он ошибается.
Злость придаёт мне сил. Впервые за все эти месяцы я чувствую, что не жертва, а боец. Они хотели сломать меня – но только разбудили.
Наконец, двигаюсь по тротуару и подхожу к светофору. Включается зелёный иду по пешеходному переходу, но боковым зрением замечаю, как на меня несётся машина.
Раздаётся визг шин, и машинально закрываю глаза, готовясь к худшему.
Глава 13
Не замечаю, как вышла на проезжую часть, думая о своём.
Чуть не попала под машину из-за своих мыслей.
От визга тормозов вся сжимаюсь. Но, когда понимаю, что ничего не происходит открываю глаза. Мне всё ещё старшно, но машина останавилась в паре сантиметров от меня. Сердце колотится так громко, что, кажется, его слышно на всю улицу. С водительской стороны выскакивает молодой мужчина в дорогом костюме.
– Ты что, совсем сдурела?! Под колёса лезешь! Жить надоело. – Кричит он, размахивая руками. – На красный прёшь! Я же мог убить!
Я всё ещё стою как вкопанная, пытаясь прийти в себя после шока. Но его тон выводит меня из ступора.
– Какой красный?! – Огрызаюсь я. – Я шла по пешеходному переходу! А вы неслись как сумасшедший, не глядя по сторонам.
– По пешеходному переходу на красный свет!
– Светофор видели? Или вам закон не писан? Гонщик чёртов! Думаете, если дорогая машина, то можете всех давить?! Не в ауле находитесь! И машина – это вам не лошадь!
– Да ты вообще... – Он замирает на полуслове, его лицо темнеет от злости. Явно собирается меня оскорбить. – Очень остроумно. Только теперь послушайте меня, умница. Я не скачу по степи на лошади, а вы не гуляете по своему двору. Это дорога, здесь есть правила, и красный свет означает «стоять», а не «иду, куда хочу».
– Вам что, нужно было сбить пешехода, чтобы проскочить на жёлтый? – Вся накопившаяся за день ярость выплёскивается наружу.
Он замирает, внимательно вглядываясь в моё лицо.
– Постойте. Я вас знаю.
Я тоже приглядываюсь к нему, но ничего не припоминаю. Он подходит ближе, и вижу его лицо чётче.
Резкие, мужественные черты, смуглая кожа, почти чёрные глаза под густыми бровями. Высокий, широкоплечий, лет тридцати. Волевой подбородок, чувственные губы. Красивый, но сейчас его лицо перекошено от злости, а во взгляде читается привычка командовать.
Как мне это знакомо!
– Не думаю.
– Злата? Злата Байсарова? – В его голосе появляется удивление. – Это же вы!
– Откуда вы меня знаете?
– Адам Каримов. Мы встречались на вашей свадьбе. Я троюродный брат Тамерлана. Со стороны отца.
Пытаюсь вспомнить. На свадьбе было столько родственников, все лица слились в одно пятно. Тем более красивых мужчин кавказской внешности там было много. Но что-то знакомое в его чертах действительно есть.
– Ах да... возможно. Но это не отменяет того факта, что вы чуть меня не сбили.
– А это не отменяет того, что вы шли на красный. – Ловко парирует он, но тон уже не такой агрессивный. – Хотя, извините. Не должен был кричать. Просто испугался, что могу кого-то сбить.
Мы стоим посреди дороги, а вокруг нас уже собираются любопытные. Несколько машин сигналят, объезжая нас.
– Может, отойдём? – Предлагает Адам. – Скоро ещё кого-нибудь собьют из-за нас.
Киваю и иду к тротуару. Ноги ещё дрожат от пережитого шока. Адам паркуется рядом, уже в положенном месте, и подходит ко мне.
– Как дела? – Теперь в его голосе слышится искренняя забота. – Вы не ушиблись? Может, в больницу съездить?
– Нет, всё нормально. Просто задумалась.
– О чем так глубоко задумались, что не заметили красный свет? – Он смотрит на меня внимательно. – Что-то случилось?
Не знаю, что отвечать. Рассказывать незнакомому человеку о своих проблемах? Даже если он родственник Тамерлана.
– Семейные дела. – Стараюсь отвечать уклончиво.
Адам кивает, словно понимает больше, чем я сказала.
– Вы всегда такая взрывная? – Адам изучает моё лицо с любопытством. – Или это временное помутнение?
– Вы всегда такой участливый с чужими жёнами? – Отвечаю вопросом на вопрос.
Он усмехается, и в его глазах вспыхивает что-то похожее на интерес.
– Знаете что. – Говорит он неожиданно. – Давайте зайдём в кафе. Вы выглядите бледной, нужно прийти в себя после такого стресса. Я угощаю. Это меньшее, что я могу сделать после того, как чуть вас не убил.
– Не нужно, правда. Мне пора на работу. -
– Злата. – Он мягко берёт меня за руку. – Вы же понимаете, что в таком состоянии на работу идти нельзя? Вы можете снова попасть под машину. Или в обморок свалитесь.
Смотрю на часы, понимаю, что меня ещё долго никто не хватится.
– Ладно. – Нехотя соглашаюсь. – Но ненадолго.
– Отлично. Знаю тут неплохое место рядом.
Мы идём по улице, и я краем глаза изучаю этого Адама. Высокий, под метр девяносто, спортивного телосложения, движется с уверенностью человека, привыкшего, что ему подчиняются. Одет безупречно: дорогой тёмно-серый костюм идеально сидит на широких плечах, белоснежная рубашка, галстук из натурального шёлка. Швейцарские часы на запястье, ухоженные руки с длинными пальцами. Даже походка у него властная – чёткая, решительная. Явно из обеспеченной семьи и он привык получать то, что хочет.
– Вы помните нашу свадьбу?
– Конечно помню. Красивая была церемония. И невеста тоже очень красивая. Тамерлан отхватил самую красивую женщину. – Он бросает на меня быстрый взгляд. – Ваше белое платье было просто ослепительны.
Вспоминаю тот день. Действительно была счастлива. Думала, что выхожу замуж за принца из сказки.
– Это было давно. – С грустью с ним соглашаюсь.
– Пять лет назад. Время летит быстро.
Мы подходим к небольшому уютному кафе. Адам открывает передо мной дверь, и мы заходим внутрь. Находим столик у окна, садимся друг напротив друга.
– Что будете заказывать?
– Кофе. Просто кофе.
Токсикоза у меня сегодня нет, но аппетит после разговора с отцом Тамерлана исчез.
– Только кофе? Может, что-то поесть? Выглядите худой.
– Просто кофе. – Твёрдо повторяю.
Адам заказывает официанту два кофе и пирожное, надеюсь для себя. Когда мы остаёмся одни, он внимательно смотрит на меня.
– Злата. – Он с осторожностью называет меня по имени. – Не хочу лезть не в своё дело, но у вас дома всё в порядке?
Глава 14
– Вы действительно лезете не в своё дело. – Голос мой становится опасно тихим. Уже жалею, что согласилась с ним выпить кофе.
Адам сощуривает глаза. Не ожидал от меня резкости.
– Как к жене Тамерлана Байсарова к вам всегда будет пристальное внимание. – Он делает паузу, его взгляд пронзает насквозь. – Слухи в нашем кругу распространяются быстро.
Официант приносит нам заказ. Тарелку с десертом он пододвигает ко мне.
– Это вам? Подумал, что вы любите пахлаву?
– Нет аппетита.
– Зря отказываетесь. Здесь самая вкусная пахлава с фисташками.
Не притрагиваюсь к десерту, а вот глоток кофе хочется сделать. Из-за нервов во рту всё пересохло.
– Вы так и не ответили на мой вопрос. Какие слухи? – Любопытство берёт верх, и я продолжаю разговор в более спокойном тоне.
– О том, что в доме моего троюродного брата появилась ещё одна жена. – Адам говорит это спокойно, словно обсуждает погоду. – Айна, кажется, зовут? Хорошенькая девушка. И, как я слышал, в интересном положении.
Сжимаю чашку в руках так сильно, что костяшки белеют.
– Значит, вы в курсе.
– Конечно. – Не отводит взгляда. – Вопрос в том, как вы собираетесь с этим жить.
– Как, по-вашему, я должна с этим жить? – Я не скрываю сарказма.
– Злата, вы же понимали, выходя замуж за мусульманина из влиятельной семьи, что рано или поздно может появиться вторая жена? Такая возможность всегда существовала.
– Вы серьёзно? Для меня это не норма. Тем более Тамерлан никогда не говорил про вторую жену.
– Абсолютно. В наших семьях это норма. Даже никаких причин выдумывать не нужно. Тем более, если первая жена не справляется с возложенными на неё обязанностями.
– Это какими?
– Ну, дети, например. – Адам спокойно размешивает сахар в кофе. – Тамерлан, как и любой, конечно, хочет наследника. Айна уже через несколько месяцев подарит ему его.
Мне хочется вылить на него кофе. Или просто встать и уйти. Но что-то удерживает.
– И что вы мне советуете? Смириться и благословить?
– Я советую быть практичной. – Адам наклоняется ближе, и в его тёмных глазах появляется хищный блеск. – Вы красивая женщина, Злата. Умная. У вас есть потенциал. Но вы тратите его на бесполезные страдания.
– О чём вы?
– У Тамерлана есть варианты. – Он усмехается. – У вас тоже они могут появиться. Вопрос лишь в том, готовы ли вы их рассмотреть. Жизнь – штука справедливая. Если муж может позволить себе вторую жену. – Адам делает паузу, его взгляд становится прямым и наглым. – Следовательно и жена может позволить себе определённые нарушения правил. Скажем так – компенсацию.
Наш разговор становится всё более откровенным. Словно мы двое старых знакомых, который встретились обсудить проблемы. И я прекрасно понимаю к чему он ведёт. Сейчас он мне кажется опасным. Не каждый мужчина сможет раздавать подобные советы женщине, за спиной которой находится другой влиятельный муж.
– Конечно, я не призываю вас к чему-то предосудительному. – Лукавая улыбка не сходит с его лица. – Просто иногда полезно напомнить мужу, что он не единственный, кто может делать выбор. Особенно если этот выбор станет болезненным и заденет его гордость.
– Это уже перебор.
– Я предлагаю вам шанс. – Перебивает, ему как будто неважно, что я там решу и тем более как отреагирую. – Шанс вернуть контроль над своей жизнью. Показать Тамерлану, что вы не беспомощная жертва, а женщина, которая сама может принимать решения.
Адам достаёт визитку, кладёт на стол.
– Подумайте об этом, Злата. А если решитесь, позвоните мне.
Смотрю на визитку, не решаясь её взять. Адам наблюдает за мной с нескрываемым интересом.
– И что это за шанс?
– Элементарно. – Он подаётся вперёд, снижает голос до доверительного шёпота. – Тамерлан играет по определенным правилам. Но эти правила работают в обе стороны. Ваш муж привёл в дом вторую жену, потому что чувствует себя безнаказанным. – Адам размеренно постукивает пальцем по столу. – Он уверен, что вы никуда не денетесь. Что будете молча терпеть и прислуживать его беременной любовнице.
В животе всё сжимается от злости и возмущения. Каждое его слово доставляет боль, но он прав.
– Если вдруг окажется, что он ошибается? Что его благоверная жена тоже может делать выбор? И этот выбор может быть болезненным для его самолюбия?
– Вы предлагаете мне завести любовника? – Не скрываю возмущения. И от его наглости начинаю часто дышать. Так в открытую мне ещё никто не навязывался.
Мне уже сильно не нравится в каком русле идёт наш разговор.
– Это вам решать. Можно создать и видимость. – В его глазах читается азарт.
– Какую видимость?
– Злата, в нашем «маленьком» городе все друг друга знают. Стоит вам появиться в ресторане с привлекательным мужчиной, и к утру об этом будут говорить все. И представьте реакцию Тамерлана, когда ему расскажут, что его жена ужинала с кем-то ещё.
– Это глупо.
– Зато эффективно. – Адам перебивает меня. – Мужчины нашего круга могут позволить себе многое. Но одного они не выносят – когда их собственность под вопросом.
– Я не его собственность!
– Конечно, нет. Но Тамерлан так не считает. – Его голос становится жёстче. – Иначе он бы спросил ваше мнение, прежде чем приводить Айну. Так ведь?
Молчу, переваривая его слова. Он продолжает:
– Он привык контролировать ситуацию. Но контроль может ускользнуть из его рук.
– Вам это зачем? В чём ваша выгода, потому что я не поверю, что вы просто так раздаёте мне советы. И вообще, мне начинает казаться, что не случайно мы встретились.
– Боже упаси. – Адам откровенно смеётся. – Ничего такого я не планировал. Скажем так, у меня есть свои счеты с семьёй Байсаровых. И ваша ситуация может мне помочь.
– Какие счёты?
– Это долгая история. – Он машет рукой. – Суть в том, что Тамерлан не единственный, кто умеет играть в игры. И если он решил, что может делать что угодно безнаказанно.
– Хватит увиливать. – Говорю слишком резко. – Что вам от меня нужно? Зачем вы это делаете? Что вы получите от этого?
Он замирает, удивлённый снова моей прямотой. Потом медленно улыбается.
– У вас есть характер и мне это нравится. – Адам вальяжно откидывается на спинку стула – Вы мне нравитесь, Злата. Понравились ещё тогда, на свадьбе. Красивая, умная женщина, которая заслуживает гораздо лучшего обращения с собой.
– И что, решили меня спасти?
– Нет. Просто предлагаю альтернативу. В отличие от Тамерлана, я не стану вас унижать и ограничивать. Не буду приводить в дом беременных любовниц и требовать, чтобы вы им прислуживали.
Вот не верю ему я.
Он точно такой же.
– Предлагаете мне что? Роман?
– Предлагаю вам почувствовать себя желанной женщиной. – Его голос становится мягче. – Когда в последний раз Тамерлан смотрел на вас так, будто вы для него единственная? Когда он в последний раз ухаживал за вами?
Молчу, потому что ответа нет. Это было давно. Очень давно.
– И что конкретно вы предлагаете?
– Пару выходов в свет. Театр, ресторан, выставка. – Адам улыбается, но улыбка не касается глаз. – Ничего предосудительного. Просто видимость того, что у вас есть варианты.
– А дальше?
– А дальше посмотрим на реакцию вашего мужа. – Он встаёт, бросает на стол купюру. – Возможно, он вспомнит, что значит бороться за женщину. Или, возможно, вы выучите урок и поймёте, что жизнь не заканчивается на Байсарове. – Адам надевает пиджак. – Подумайте, Злата. Но не слишком долго. Время работает против вас.
Он как-то резко заканчивает разговор и направляется к выходу, но у двери оборачивается:
– И кстати. – Говорит он с усмешкой. – В следующий раз смотрите на светофор. В городе есть водители и похуже меня.
Остаюсь сидеть в кафе, сжимая в руке его визитку.
В голове просто каша.
Всё это слишком для меня.
Я не привыкла играть в подобные игры.
Но может быть, он прав. Может быть, пора перестать быть жертвой и начать играть по собственным правилам.
Только хочу попробовать десерт, но резкий звук телефона останавливает меня. На экране высвечивается имя мужа.
– Где ты? – Как всегда сразу переходит к делу.
– На работе.
– На работе? Ты в этом уверена?
– Что ты хотел?
– Я сейчас стою в твоём офисе. Анна говорит, что ты уехала по делам три часа назад.
Чёрт! Он приехал раньше времени.
– Я у клиента. – Придумываю ответ на ходу.
– У какого клиента, Злата? Почему не предупредила?
Молчу, не зная, что сказать. Слышу, как он дышит в трубку. Злится, что я снова ослушалась его.
– Где. Ты. Находишься? – Каждое слово он произносит медленно, угрожающе.
– Я сейчас вернусь в офис...
– Нет. Говори адрес. Я заберу тебя оттуда.
– Тамерлан, не нужно.
Понимаю, что загнана в угол. Если продолжу врать, будет только хуже.
– Адрес. – Рычит муж.
Глава 15
Понимаю, что загнана в угол. Если продолжу врать, будет только хуже. Быстро оглядываюсь по сторонам, ищу выход.
Через окно кафе вижу вывеску аптеки на противоположной стороне улицы.
– Аптека на Московской. – Стараясь говорить уверенно. – Покупаю лекарства.
– Какие лекарства? – Недоверчиво спрашивает Тамерлан. – Ты заболела?
– Голова разболелась. – Надеюсь, что он не станет углубляться в детали.
– Жди меня там. Я буду через десять минут.
Тамерлан сбрасывает звонок. У меня есть максимум десять минут, чтобы добраться до аптеки и изобразить, что я действительно там была.
Хватаю сумку и выбегаю из кафе. Визитка Адама всё ещё в моей руке, быстро засовываю её в карман.
Перебегаю дорогу, почти падая на скользком асфальте. Вбегаю в аптеку, тяжело дыша.
– Девушка, вы в порядке? – Спрашивает фармацевт.
– Да. – Отмахиваюсь я. – Мне нужно что-то от головной боли.
Покупаю первое попавшееся обезболивающее, засовываю чек в карман. Встаю у витрины так, чтобы меня было видно с улицы, и жду.
Ровно через пять минут к аптеке подъезжает чёрный джип Тамерлана. Он выходит из машины, его лицо непроницаемо. Заходит в аптеку, оглядывается по сторонам.
– Закончила? – Спрашивает муж холодно.
– Да. – Показываю ему пакетик с лекарством. – Голова болела весь день.
Тамерлан молчит, изучает мое лицо. Я стараюсь выглядеть естественно, но чувствую, как краснею под его пристальным взглядом.
– Пошли.
Мы выходим из аптеки. Он открывает мне дверцу машины, но движения его резкие, контролируемая злость читается в каждом жесте.
– Откуда у тебя столько дел? – Спрашивает, заводя двигатель. Как и всегда пытается давить своей энергетикой, но мне не страшно. Почему-то после встречи с Адамом уверенности во мне появилось больше.
– Каких дел? Я была в аптеке...
– До этого встречалась с клиентом. – Он поворачивается ко мне. – Ты как-то путаешься в словах?
На несколько секунд в разговоре возникает пауза. Его кадык дёргается, и я узнаю этот взгляд. Знаю о чём он думает сейчас.
– Олег Викторович просил встретиться с потенциальным заказчиком. – Лгу, стараясь говорить уверенно. – По проекту реконструкции офиса.
– И где проходила эта встреча?
– В в кафе на Пушкинской. – Называю первую пришедшую в голову улицу.
– В кафе? – Тамерлан поднимает бровь. – С каких пор ты ведёшь переговоры в кафе?
– Неформальная обстановка, предварительное знакомство. Что тут такого? – Ладошки потеют, приходится врать.
Он молчит, но я вижу, как работают желваки на его скулах. Не верит. Но доказать ничего не может.
– В следующий раз предупреждай о таких встречах. Мне нужно знать, где ты находишься.
– Что вообще за допрос? – В голосе впервые за долгое время звучит вызов. – Ты не имеешь права меня контролировать.
Тамерлан резко поворачивается ко мне.
– Ты моя жена, могу делать всё что захочу.
– С какой стати. Я взрослая женщина, у меня есть работа, и я имею право встречаться с клиентами без твоего разрешения.
– С такой, что ты стала странной. Слишком подозрительной. Ты что-то скрываешь. – Его голос становится опасно тихим.
Тамерлан не может ничего знать, успокаиваю себя. Но моё поведение действительно может вызывать подозрение.
– Ничего. Мне просто нужна свобода, я не твоя собственность.
– Злата. – Предупреждающе произносит он. В его голосе слышится угроза. Он не просто хочет увезти меня. Он изолирует от привычного мира, где у меня могли быть союзники или другие варианты.
– Нет! – Я повышаю голос, мне всё равно, что мы на людях. – Хватит меня затыкать! Ты думаешь, что можешь делать что угодно, а я должна молчать и терпеть?
– Тебе бы поучиться послушанию.
– Знаешь, что Байсаров! Мне надоело, что ты только и указываешь, что мне делать.
Сама не понимаю, что бью его кулаком в грудь. Останавливаюсь, только когда Тамерлан крепко перехватывает мои руки, и крепко стискивает в объятиях. Так сильно, что тяжело дышать.
Мне кажется, что он зол, но нет, это его заводит. В глазах по-прежнему полыхает ядовитый и опасный огонь. Но теперь он был приправлен жаром желания.
– У нас как-то всё разладилось. – Его губы останавливаются в миллиметре от моих, а горячие дыхание обжигает кожу, заставляя мурашки пробежать по телу.
– У нас не просто ссора, а пропасть. Ничто не сравниться с той болью, которую ты мне причинил. – Мои кулаки сжаты, но сквозь рубашку чувствую, как его сердце бешено колотится.
– Я просто хочу, чтобы всё было как раньше. Мне надоело ссориться. – Одной рукой он удерживает меня, а другой нежно проводит по лицу.
– Мне тоже. Может, тебе лучше остаться в Москве?
– Нет, не могу. Если отпущу… боюсь, что ты улетишь навсегда.
– У тебя остаётся ещё одна жена.
– С ней всё не так. К Айне я не испытываю и десяти процентов из того, что чувствую к тебе.
Тамерлан, наконец, отпускает меня, но взглядом продолжает обжигать.
Мне хочется ему поверить, но не могу.
Если бы его слова были правдой, он бы никогда не притащил её в наш дом.
В машине едем молча. Я смотрю в окно, но чувствую, как он периодически бросает на меня взгляды. В машине повисла тяжёлая атмосфера недоверия.
– Сумка с вещами осталась в офисе. – Говорю, когда понимаю, что мы подъезжаем к аэропорту.
– Вот она. – Он кивает на заднее сиденье, где лежит моя дорожная сумка.
Чувствую себя этим самым багажом, который просто берут и увозят.
Даю себе волю и до боли закусываю губу. Моё тело моментально становится напряжённым.
– Может, тебе стоило остаться с Айной. Она всё-таки ждёт от тебя ребёнка.
Понимаю, что он всё планировал заранее. Даже не спросил моего мнения. Просто поставил перед фактом.
– Сколько ты пробудешь в Питере?
– Пока не знаю.
– Там ты тоже будешь контролировать мой каждый шаг?
– Я планирую всё наладить. Чтобы домой мы вернулись счастливой семьёй, у которой нормальные взаимоотношения.
– Это насилие. Ты вывозишь меня против моей воли, контролируешь каждый мой шаг, решаешь за меня. Это не брак, это тюрьма.
Его лицо каменеет.
– Очень интересно. Ты бы предпочла? Остаться дома и каждый день видеть Айну?
– Я бы предпочла, чтобы ты спросил моего мнения, прежде чем принимать решения о моей жизни! – Голос мой повышается. – Но для этого нужно считать меня человеком, а не вещью.
Нащупываю в кармане визитку Адама, надо её спрятать или выбросить. Если Тамерлан узнает про нашу встречу, будет ещё больший скандал.
Он смотрит на меня долго, внимательно. И я понимаю – он знает, что я изменилась. Что я больше не буду молчать и терпеть.
– Мы ещё поговорим об этом.
– Да, поговорим. – Соглашаюсь, сжимая визитку в кармане крепче. – Обязательно поговорим.
Глава 16
Мы проходим регистрацию, поднимаемся в самолёт. Тамерлан демонстративно заботлив – подаёт мне руку, помогает устроиться в кресле, предлагает плед. И вроде он ведёт себя как всегда, но мне противно, потому что это ложь.
Когда самолёт взлетает, я смотрю в иллюминатор на удаляющийся город. Хочется, чтобы и все мои проблемы точно также остались далеко позади.
Частный самолёт Тамерлана – воплощение роскоши. Всё создано для комфорта, но я чувствую себя в золотой клетке.
Стюардесса, молодая брюнетка с идеальной фигурой и лицом модели, встречает нас с профессиональной улыбкой. Но её взгляд скользит по Тамерлану, задерживается на нём чуть дольше, чем нужно. Она поправляет волосы, когда он проходит мимо, и я замечаю, как её губы чуть изгибаются в кокетливой улыбке. Меня она будто не видит.
– Добро пожаловать на борт, Тамерлан Русланович. – Произносит мелодичным голосом, игнорируя моё присутствие. – Чем могу помочь?
– Спасибо, Лейла. Как обычно. – Тамерлан, садиться в кресло.
Я сажусь напротив него, наблюдая за этим спектаклем. Лейла подаёт мужу виски, а мне едва кивает:
– Что для вас? – Ко мне она явно испытывает призрение. В её голосе сквозит высокомерие, будто я здесь чужая.
– Чай, пожалуйста. – Я же разговариваю вежливо.
Почему-то сейчас меня бесит, что реакция этой девушки. Может и с ней у него был роман. Так между делом во время многочисленных командировок. Сколько их было в его командировках? Сколько раз он улыбался им так же, как мне когда-то? И сколько там жён может быть? Я уже ничему не удивлюсь.
Когда мы взлетаем, и Лейла исчезает в служебном отсеке, и мои мысли разлетаются в разные стороны, как облака, а в голове крутится одно и то же: как я дошла до жизни такой?
Пять лет назад всё было по-другому. Я была другой.
Галерея Эрарта в Санкт-Петербурге, октябрь. Моя первая персональная выставка «Архитектура эмоций». Три года работы, десятки проектов, бессонные ночи с чертежами. Папа помог с организацией – у него были связи в культурной среде. Мама весь вечер волновалась больше меня.
– Златочка, ты такая красивая сегодня, – Мама суетилась вокруг меня, поправляя платье. – Этот цвет тебе идёт.
Тёмно-синее платье от Зара, которое я купила на последние деньги. Туфли на каблуке, тоже недорогие, но элегантные. Я хотела выглядеть профессионально, серьёзно. Молодому архитектору нужно было завоёвывать доверие.
В зале собрались искусствоведы, журналисты, потенциальные клиенты. Я нервничала, отвечая на вопросы о концепции проектов, о том, как архитектура может влиять на эмоции человека.
И тут я увидела его.
Он стоял у макета торгового центра, который я проектировала для конкурса. Высокий, широкоплечий, в идеально сшитом костюме. Его присутствие заполняло пространство, будто он был центром мира. Даже среди петербургской элиты он выделялся – какой-то особой энергетикой, уверенностью, силой.
– Интересная концепция. – Сказал он, когда я подошла. Голос низкий, с лёгким акцентом. – Вы действительно считаете, что пространство может менять настроение?
– Не только считаю, но и знаю. – В его вопросе чувствовался вызов, и я не смогла не ответить. – Архитектура словно застывшая музыка. Она может успокаивать или возбуждать, вдохновлять или угнетать.
Он улыбнулся, и эта улыбка что-то перевернула у меня внутри.
– Тамерлан Байсаров. – Представился он, протягивая руку.
– Злата.
Его рукопожатие было крепким, тёплым. И он не отпускал мою руку дольше, чем это принято.
– Вы умеете создавать пространства, в котором можно быть счастливым.
– Это сложно. – Его вопрос заставил меня задуматься. – Счастье у каждого своё.
– Какое оно у вас?
Снова прозвучал вопрос, который я не ожидала, он был слишком личным для первого знакомства, но что-то в его глазах заставило меня ответить честно:
– Дом, где можно быть собой. Место, где тебя ждут и понимают.
Он кивнул, как будто я сказала что-то очень важное.
– Я бы хотел, чтобы вы создали такое пространство для меня.
