Текст книги "Развод. Не буду второй женой (СИ)"

Автор книги: Эльза Манарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Смотрю на него, и мне кажется, что передо мной стоит незнакомец. Где тот мужчина, который еще неделю назад приносил мне кофе в постель?

– Отказываюсь я подчиняться твоим правилам.

– Лучше согласиться. Это мой дом, Злата. И в моём доме действуют мои правила. – Взгляд его жесткий, беспощадный. Айна приедет через несколько часов. Советую взять себя в руки, чтобы не устраивать новый скандал.

Я понимаю: это конец. Конец всех моих иллюзий о том, что я что-то значу для него. Что наша любовь что-то весила. Что пять лет совместной жизни имели хоть какую-то ценность.

Он уходит, оставляя меня стоять в пустом коридоре.

Достаю телефон, смотрю на экран. Кому я могу позвонить? Родителям? Подругам? И что скажу? Что мой муж женился на другой женщине, а мене выбора не оставил?

Откладываю телефон. Некому звонить. Я совершенно одна в этой ситуации.

Глава 5

Стою у окна гостиной и смотрю, как к нашему дому подъезжает чёрный внедорожник. Сердце колотится так, словно я готовлюсь к казни. Хотя, может быть, так оно и есть.

Тамерлан выходит из машины первым, обходит её и открывает дверь со стороны пассажира. Айна принимает его протянутую руку с грацией королевы. На ней элегантное бежевое платье, волосы уложены в идеальную причёску. Даже находясь в положении, она выглядит безупречно.

Водитель начинает выгружать чемоданы. Много чемоданов. Больше, чем нужно для временного проживания.

Отхожу от окна, когда слышу звук ключа в замке. Встаю в центре гостиной, выпрямляю спину. Что бы ни происходило дальше, я встречу это с достоинством.

– Злата. -Тамерлан входит первым, за ним Айна. – Поздоровайся с Айной.

Айна улыбается мне, и в этой улыбке нет ни грамма смущения или неловкости. Она чувствует себя здесь как дома. Нет, она чувствует себя хозяйкой.

– Привет, Злата. – Голосок у неё как у ангела. – Спасибо, что согласилась меня принять. Я обещаю не доставлять неудобств.

Лицемерие в её словах настолько очевидно, что едва сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться.

– Добро пожаловать. – Выдавливаю из себя.

Тамерлан кивает, явно довольный моей реакцией.

– Айна, позволь показать тебе дом. – Он берёт её под руку, и они направляются к лестнице.

Остаюсь в гостиной, слушая их голоса наверху. Айна что-то говорит, Тамерлан отвечает, смеётся. Звук его смеха режет мне сердце. Он как будто счастлив.

Когда впервые муж привёз меня в этот дом, он тоже был счастлив. Это было шесть лет назад, мы встречались всего три месяца, но он уже говорил о будущем.

Всё помню, как сейчас.

– Закрой глаза. – Сказал мне муж, выходя из машины.

– Тамерлан, что ты задумал?

– Доверься мне.

Он взял меня за руку и повёл по дорожке. Я слышала шум фонтана, чувствовала аромат роз.

– Открывай.

Передо мной стоял дом моей мечты. Не огромный особняк, а уютный двухэтажный дом с террасой, увитой зелёным плющом.

– Тебе нравится? – Он обнял меня со спины.

– Тамерлан, дом прекрасен, но зачем? Это же так дорого.

– Я купил его для нас. – Его губы коснулись моей шеи. – Для нашей семьи.

Он повернул меня к себе, достал из кармана маленькую бархатную коробочку.

– Злата, выходи за меня замуж.

В тот момент мне казалось, что весь мир создан только для нас двоих. Жаль, всё сильно изменилось.

– Злата! – Резкий голос Айны возвращает меня в настоящее. Она спускается по лестнице. – Можешь позвать прислугу? Нужно обсудить некоторые изменения.

– Какие изменения? – Стараюсь сохранить спокойный тон.

– Ну, например, еду. – Айна садится в кресло Тамерлана, как будто это самое естественное место для нее. – Врач прописал мне специальную диету. И ещё нужно поменять средства для уборки на гипоаллергенные.

Нажимаю кнопку вызова, и через минуту появляется Марта, наша домработница.

– Марта. – Айна первая начинает, даже не дожидаясь, пока я что-то скажу. – С завтрашнего дня меню нужно согласовывать со мной. Вот список продуктов, которые мне нельзя. – Она протягивает листок бумаги. – И ещё, в моей комнате уборку нужно делать утром, пока я завтракаю. После обеда я отдыхаю, и меня нельзя беспокоить.

Марта в растерянности смотрит то на Айну, то на меня.

– Но, Марта привыкла получать указания от меня. Я думаю, стоит сначала обсудить...

– Конечно, конечно. – Айна улыбается, но в её глазах вспыхивает недовольство. – Просто подумала, что раз Тамерлан просил позаботиться о моём комфорте, то и стоит выполнять его требования. Разве не так? Вдруг Марту уволят.

– О чем разговор? – В этот момент в гостиную входит Тамерлан.

– Айна объясняет Марте свои потребности.

– Отлично. – Тамерлан кивает. – Марта, делай всё, что попросит Айна. Её здоровье сейчас самое главное.

Марта кивает и уходит, унося список Айны. Я чувствую, как под моими ногами проваливается ещё один кусок привычного мира. Она не остановится на изменении меню, эта женщина и дальше будет уничтожать мой привычный мир.

– Ещё. – Продолжает Айна. – Я заметила, что в гостевой спальне очень мало света. Может быть, стоит поменять шторы на более светлые?

– Тамерлан, это всё же мой дом. Может быть, такие решения стоит принимать вместе?

Он смотрит на меня, и в его взгляде читается предупреждение.

– Наш дом. – Поправляет он мягко, но твердо. – И если Айне некомфортно, мы должны это исправить.

– Конечно, я всё понимаю и не настаиваю. – Вмешивается Айна, но я слышу торжество в её голосе. – Просто мне важно хорошо высыпаться. От моего самочувствия зависит здоровье ребёнка.

Опять двадцать пять. У неё всё сводится к ребёнку. Эта её козырная карта.

– Естественно. – Тамерлан соглашается. -Завтра поменяем шторы. Что ещё нужно?

Айна достает из сумочки блокнот. У неё, конечно, есть огромный список.

– Ароматические свечи нужно убрать в коридорах, потому что сильные запахи вызывают тошноту. Ещё. – Она делает паузу, глядя на меня. – Можно попросить Злату не использовать духи с резким запахом? Иначе то мне становится плохо.

В голове только матерные слова. У меня между прочим, спокойный цветочный аромат, достаточно нейтральный.

– Конечно. – Слышу я свой голос как будто со стороны. – Не проблема.

– Ты такая понимающая. – Айна встаёт и подходит ко мне. – Я так рада, что мы сможем подружиться.

Она пытается обнять меня, но я уворачиваюсь. Зато успеваю почувствовать лёгкий аромат её духов. Сама она не прекратила пользоваться духами. И тут до меня доходит, её духи – дорогие, изысканных, очень похожих на те, что я раньше носила. Их сам для меня выбрал муж в Париже.

Прекрасно помню этот момент.

***

– Попробуй этот. – Тамерлан протянул мне флакон. Мы были в парфюмерном бутике в Париже, в наш медовый месяц.

– Дорого, наверное. – Сразу засомневалась я.

– Ты стоишь всех денег мира. – Он поцеловал меня в висок. -К тому же, этот аромат создан для тебя. Чувствуешь? Тут роза, жасмин, немного ванили...

Я закрыла глаза, вдыхая аромат.

–Мне нравится, этот аромат правда, как будто создали специально для меня.

– Когда я буду его чувствовать, то всегда буду думать о тебе. -Пообещал он.

И вот теперь этот аромат есть и у Айны. Интересно, он её его подарил? Иначе как она могла узнать об этих духах.

***

– Ну что, я схожу, распакую вещи. – Айна смотрит на Тамерлана. – Ты поможешь?

– Конечно, дорогая тебе нельзя напрягаться.

Дорогая. Он назвал её дорогой.

Они уходят наверх, и я остаюсь одна в гостиной, которая больше не кажется мне родной. Через полчаса я слышу, как Айна зовет Марту просит принести чай. Какой-то особый, травяной, который она привезла с собой.

К вечеру в дом пропитывается какими-то травами, на кухне стоит её особая вода, а в холодильнике появились продукты, которые я никогда не покупала.

За ужином Айна рассказывает Тамерлану о том как она провела день, как её встретили в клинике, где она наблюдается. Она говорит тихо, интимно, как будто меня тут нет.

– Ты чем занимаешься, Злата? – Наконец она переключается на меня.

– Работаю архитектором над новым проектом.

– Как интересно. Что за проект?

Как дура, начинаю рассказывать о дизайне офисного комплекса, но вижу, что Айна слушает вполуха. Она нежно поглаживает живот, и Тамерлан следит за этим жестом зачарованными глазами.

– Кстати, Тамерлан. – Перебивает меня Айна посреди фразы. – Я хотела обсудить с тобой детскую комнату. Прочитала, что цветовая гамма очень важна для развития малыша.

Тамерлан откладывает вилку, полностью переключая внимание на неё.

– Что ты предлагаешь?

– Ну, сейчас там такие нежные тона. – Айна бросает взгляд в мою сторону. – Но для мальчика нужны более мужественные цвета. Голубой, серый, может быть, морская тематика лучше подойдёт?

Она здесь ещё и дня не пробыла, а уже дотянулась до детской. Я обустраивала её три года назад в надежде, что когда-нибудь там появится наш ребёнок. Выбирала каждую деталь с такой любовью, такой верой в будущее.

– Мне кажется, это разумным. Завтра вызовем дизайнера.

– Можно я сама всё выберу? – Айна наклоняет голову, изображая скромность. – Просто мне важно, чтобы все было идеально для нашего сына.

Наш сын. Не его сын, а их общий.

– Я не против.

– Спасибо, милый. – Она улыбается, потом поворачивается ко мне. -Злата, ты не против? Я понимаю, что ты, наверное, тоже принимала участие в обустройстве этой комнаты.

– Нет.

– Ты такая понимающая. – Из неё так и сочится притворное восхищением. – Я так рада, что между нами гармония.

После ужина Айна идет принимать ванну -ей нужно расслабиться после переезда. Тамерлан помогает ей подняться по лестнице, придерживая за локоть.

Я остаюсь в столовой, сидеть в столовой до поздней ночи, глядя на недоеденный ужин. И вспоминая, как когда-то этот дом был храмом нашей любви. Всего один день, а в моём доме уже всё изменилось. Запахи, звуки, даже воздух стал другим.

Сегодня мой дом превратился в поле битвы, и я уже проигрываю.

Глава 6

Поднимаюсь в спальню после ужина. Хотела было пойти в гостевую комнату, как вчера, но Айна уже обосновалась там со своими чемоданами. Слышу, как она разговаривает по телефону, рассказывает кому-то о своём новом доме. Моём доме.

Остаётся только наша спальня. Которая теперь кажется мне чужой.

Замираю у зеркала, снимая серьги. В отражении вижу, как Тамерлан расстёгивает рубашку. Привычная вечерняя рутина, которую мы выполняли тысячи раз. Но сегодня всё по-другому.

Сегодня в доме есть она.

Мои пальцы дрожат, когда убираю украшения в шкатулку.

– Злата. – Голос Тамерлана мягкий, можно даже подумать, что он извиняется за весь фарс, который был сегодня. – Как ты себя чувствуешь?

Как я себя чувствую? Так, словно мой мир раскололся пополам, и я балансирую на краю пропасти. Но он спрашивает это тоном, каким интересуется состоянием дел в офисе. Для него это очередная проблема, которую нужно решить логично и эффективно. Эмоции просто помеха в его чётком плане.

– Нормально.

Снимаю платье, вешаю его в шкаф. Надеваю шелковую ночную рубашку, ту самую, что он когда-то назвал своей любимой. Интересно, говорил ли он такие же слова ей?

– Знаю, что сегодня было тяжело, но ты молодец. Ты ведёшь себя достойно.

Достойно. Снова это слово. Как будто я актриса, которая должна играть роль доброй жены. В его понимании всё должно работать как бизнес-план: он объяснил ситуацию, предложил условия, теперь я должна их принять. Эмоции, боль, унижение – всё это мешает эффективному функционированию его новой семейной структуры.

Не решаюсь лечь рядом, хотя на коврик ложись.

Тамерлан уже лежит, читает что-то в планшете. На нём тёмные шёлковые пижамные брюки, торс обнажён. Он также красив и также притягателен.

И мне от этого еще хуже.

Если бы можно было разлюбить его по щелчку! Я бы стала самой счастливой женщиной на свете.

Ложусь на свою сторону кровати, оставляя между нами максимальное расстояние. Натягиваю одеяло до подбородка, словно оно может защитить меня от происходящего.

Сколько ночей мы провели здесь, обнявшись, планируя будущее, шепча друг другу о любви? Только теперь каждый сантиметр этого матраса напоминает мне, что он лежит здесь и думает о ней. О её теле, о том, как она отзывается на его прикосновения, о ребёнке, который растет у неё в животе. Даже когда он рядом со мной, он мысленно с ней.

– Айна неплохо устроилась. – Быстро освоилась.

– Спасибо, что не стала устраивать скандал.

Конечно, молча наблюдала, как она устанавливает свои порядки в моём доме.

Но это пока.

– Тамерлан, почему ты разрешил ей поменять дизайн в детской?

– Что тут такого? – Он кладёт планшет на тумбочку.

– Ты сказал, что она здесь временно?

– Так и есть. Но ребёнок никуда не денется. Когда он родится, далеко ходить не придется.

– Удобно. – В моём голосе слышится горечь.

– Злата, не надо.

– Что не надо? Я правду говорю.

Тамерлан поворачивается ко мне, и кровать слегка прогибается под его весом. Чувствую его движение всем телом – мы так долго спали в одной кровати, что стали чувствовать друг друга даже во сне.

– Правда в том, что жизнь идёт дальше. Что у нас будет ребёнок.

– Он у вас будет.

– У нас. – Муж протягивает руку, касается моего плеча. – Ты же помнишь, что я говорил? Ты будешь старшей женой. Ребёнок будет и твоим тоже.

Его прикосновение обжигает. Та же рука, что ласкала меня тысячи раз, теперь ласкает и её. Те же пальцы, что знают каждый сантиметр моего тела, изучают теперь и тело Айны.

Я отстраняюсь от его ласк.

– Не трогай меня.

– Злата.

– Сказала, не трогай. – Голос мой становится резче, чем я хотела.

Тамерлан замирает, потом медленно убирает руку.

– Ты моя жена. – Говорит он тихо. – Я имею право...

– Какое право? – Я поворачиваюсь к нему, и в груди вспыхивает ярость. – Право на что? Трахать меня в той же кровати, где ты думаешь о ней? Это называется изменой.

– Не говори так.

– А как говорить? – Я сажусь на кровати, натягивая одеяло до подбородка. – Как назвать то, что ты делаешь со мной? Со мной и с ней?

Тамерлан тоже садится. В полумраке спальни его лицо кажется суровым, почти незнакомым.

– Я делаю то, что должен. То, что правильно для нашей семьи.

– Ты думаешь только о себе.

– Нет, неправда. Ты часть этой семьи. – Он наклоняется ко мне, и ощущаю тепло его тела.

– Если не захочу?

Он молчит несколько секунд.

– Тогда будет хуже. Для всех.

Угроза звучит мягко, почти нежно, но я слышу в ней сталь.

Тамерлан снова протягивает руку, на этот раз к моему лицу. Пальцы касаются щеки, и я вздрагиваю.

– Мне тебя не хватает, – шепчет он.

Мне хочется рассмеяться. Или заплакать. Или ударить его.

Лицемер!

– Как ты можешь говорить это? – Я отстраняюсь от его прикосновения. – Как ты можешь лежать со мной в кровати и говорить, что скучаешь, когда этажом выше спит твоя беременная жена?

– Ну у нас с ней нет близости и не будет. Это был всего один раз, случайный. – Поправляет он. – Айна не жена в том смысле, в каком ею являешься ты.

– Очень интересно получается. – Встаю с кровати, начинаю ходить по комнате. – Я больше сейчас похожа на прислугу и няньки для твоего ребёнка от другой женщины?

– Ты та, которая останется со мной, когда всё закончится. – Тамерлан встает следом за мной.

– Когда что закончится? – Я останавливаюсь у окна. – Беременность? Или твой интерес к ней?

– Когда родится ребёнок и мы не будем видеться – Он подходит ко мне сзади, и я вижу его отражение в стекле. – Тогда всё вернётся на свои места.

– Ничего не вернётся. Ты разрушил нас Дом, семью, любовь.

– Моя любовь к тебе никуда не делась. – Он кладет руки мне на плечи, и я не отстраняюсь только потому, что у меня нет сил. Просто всё вынужденно немного изменилось.

Изменилась! Он говорит об этом, как о реструктуризации компании – необходимые изменения для повышения эффективности. В его логике всё разумно: старая жена остаётся для статуса и стабильности, новая жена дает наследника. Простая математика. Но то, что я разрываюсь от боли в этой кровати, где он теперь лежит и мысленно сравнивает наши тела – всего лишь досадное препятствие, которое со временем устранится.

– Иди к ней. Если тебе нужна близость, иди к той, кто может тебе её дать.

– Мне нужна ты.

Его губы касаются моей шеи, того самого места, которое всегда сводило меня с ума. Но сейчас я чувствую только отвращение.

– Нет. – Резко поворачиваюсь к нему. – Не смей.

– Злата, ты моя жена...

– Не хочу больше оставаться твоей женой. Ты мне не нужен. – Кричу на него.

Тамерлан хватает меня за руки, его пальцы сжимаются сильно, почти больно.

– Прекрати истерику. – Голос его становится жёстким. – Веди себя достойно.

– Отпусти меня.

– Когда ты успокоишься.

– Отпусти, или я закричу так, что она услышит наверху.

Мы смотрим друг другу в глаза несколько долгих секунд. Потом Тамерлан медленно разжимает пальцы.

– Ложись спать. – Говорит он холодно. – И больше не устраивай сцен.

Он поворачивается и идет в ванную.

Ложусь обратно в кровать, поворачиваюсь к стене. Когда Тамерлан возвращается, притворяюсь спящей. Он ложится на свою сторону, и между нами остается пропасть холодных простыней.

Всего несколько часов назад в этой кровати была только моя боль. Теперь к ней добавилось отвращение к собственному мужу.

Лежу с открытыми глазами до самого утра, слушая его ровное дыхание и думая о том, что наверху, в гостевой спальне, спит женщина, которая может дать ему то, что не могу дать я.

Здесь мне не место.

Айна останется тут навсегда.

Нужно срочно решаться на что-то.

У меня есть сбережения. Есть незаконченные проекты, которые можно довести до конца. У меня есть собственная машина, которую купила на свои деньги. Есть банковская карта, которой пользуюсь независимо от Тамерлана. Есть портфолио с работами, которое может открыть двери в любую архитектурную студию. Есть друзья в Питере, которые помогут первое время

Мне просто нужно поверить в себя. Я ведь как-то существовала до нашего брака. Значит, буду существовать после него. Я была кем-то ещё до того, как стала женой Тамерлана: проектировала здания, выигрывала конкурсы, строила карьеру.

На самом деле есть жизнь за пределами этого дома, нашего брака.

И у меня остаётся только один выход.

Глава 7

Когда наконец проваливаюсь в сон, меня терзают кошмары.

Снится, что я прихожу домой, вставляю ключ в замок, но дверь другая. Ключ, однако, подходит, и я вхожу внутрь.

Дом тот же, но выглядит совершенно по-другому.

Стены в гостиной стали бежевыми вместо нежно-голубых. Мой любимый диван с изумрудной обивкой исчез, вместо него стоит кожаный комплект цвета кофе с молоком. Журнальный столик из венецианского стекла заменён на массивный деревянный.

Поднимаюсь по лестнице. На стенах семейные фотографии, но на всех снимках Тамерлан с Айной и маленьким мальчиком. Там собраны типичные счастливые моменты семьи: их свадьба, медовый месяц, первые шаги ребёнка. Меня нет ни на одной фотографии. Как будто меня никогда и не существовало.

Захожу в спальню, открываю шкаф – там только мужская одежда и женские вещи, но не мои. Яркие платья, которые никогда бы не выбрала.

– Что ты здесь делаешь? – Голос за спиной заставляет меня обернуться.

В дверях стоит Тамерлан, но смотрит на меня как на незнакомку.

– Тамерлан, что происходит? Почему в нашем доме всё изменилось?

– В нашем? – Он хмурится. – Это не твой дом, его проектировала и обустраивала моя жена Айна.

– Этого не может быть!

Но он смотрит на меня с недоумением и жалостью.

– У вас, наверное, помутилось сознание.

Я оглядываюсь вокруг в отчаянии. Дом стал чужим, холодным, безликим.

– Мама, кто эта тётя? – В детскую заходит мальчик лет четырёх.

За ним появляется Айна. Она снова беременна, живот уже большой.

– Никто, дорогой, – отвечает она, не сводя с меня презрительного взгляда. – Просто женщина, которая заблудилась.

– Я не заблудилась! – Голос мой срывается. – Это мой дом! Мой!

Но они смотрят на меня как на сумасшедшую. Тамерлан берёт меня за руку.

– Уходите и больше не возвращайтесь или вызову охрану. Этот дом принадлежит моей семье.

Дверь закрывается, и я остаюсь на улице. Оборачиваюсь посмотреть на дом – но это уже не мой дом. Как будто дома, который я создавала, никогда не существовало.

Просыпаюсь в холодном поту, сердце колотится как сумасшедшее. Не сразу понимаю, что это был всего лишь страшный сон. Кошмар был настолько реальным, что несколько секунд не могу понять, где я.

За окном светает. Во рту сухо, руки дрожат. Пытаясь понять, что происходит со мной.

Тамерлан уже встал, его сторона кровати пуста, простынь остыла. Наверное, пошёл в спортзал, как делала это каждое утро. Привычка, от которой он не отступал даже в медовый месяц.

Медовый месяц мы провели в Италии. Тамерлан снял целую виллу в Тоскане, каждое утро заказывал завтрак в постель, дарил украшения. Тогда мне казалось, что это проявления любви. Теперь понимаю – он просто делал инвестиции. Вкладывался в проект под названием «идеальная жена».

Тошнота усиливается. Странное ощущение в желудке заставляет присесть. Тошнота накатывает волнами. Может, я отравилась или всё дело в нервах? Я осторожно встаю с кровати, но головокружение заставляет схватиться за спинку. Что-то не так.

Иду в ванную, держась за стену. Включаю холодную воду, умываюсь, но становится только хуже. Желудок буквально выворачивается наизнанку.

Падаю на колени перед унитазом как раз вовремя. Рвёт так сильно, что слёзы выступают на глазах. Желчь горчит во рту, голова кружится.

Что это может быть? Стресс? Нервное истощение? Или...

Нет. Этого не может быть. Не сейчас, когда всё рухнуло. Не тогда, когда в доме живёт другая женщина, беременная от моего мужа.

Но мысль заседает в голове и не отпускает.

Когда у меня была последняя менструация? Уже прошло больше месяца. В последнее время я настолько погружена в кошмар, что перестала следить за календарём.

Снова рвёт. Обхватываю унитаз руками, чувствуя себя жалкой и больной. Волосы прилипают к влажному лицу.

Как же я хотела ребёнка все эти годы. Каждый месяц покупала тесты, каждый месяц надеялась, что на этот раз полоски будут две. И всякий раз, когда тест был отрицательным, это разбивало мне сердце.

Тамерлан сначала утешал меня, говорил, что всё у нас получится. Потом стал молчать, начал избегать разговоров на эту тему. Теперь я понимаю – он просто искал альтернативные варианты.

Я была не женой, а кандидаткой на должность матери его детей. И когда стало ясно, что я с этой работой не справляюсь, он нашёл другую.

Все его подарки, все романтические поездки, все нежные слова – это было не про любовь. Это было про создание комфортных условий для зачатия. Когда результата не последовало, инвестиции перенаправили в более перспективный проект.

Тошнота отступает, но слабость остаётся. Я сижу на холодном кафеле ванной, прислонившись спиной к стене.

– Ох, бедненькая. – Слышу неприятный голос за спиной.

Поднимаю глаза. В дверях ванной стоит Айна. На ней лёгкий шёлковый халат. Она выглядит свежо, как будто только что снималась в рекламе дорогого крема.

– Что случилось? – Входит в ванную без приглашения.

– Ничего особенного. Наверное, что-то не то съела.

Айна смотрит на меня внимательно, и в её глазах читается что-то неприятное.

– Может, у тебя токсикоз. – Ядовитая усмешка отчётливо слышится в её словах.

– Что?

– Ну, рвота по утрам. Это классический симптом. – Она наклоняет голову, изображая сочувствие. – Хотя в твоём возрасте и с твоими проблемами. Наверное, просто стресс или психосоматика. Знаешь, когда женщина очень хочет забеременеть, организм может имитировать симптомы. Особенно если годами ничего не получается.

Каждое её слово попадает точно в цель.

– Знаешь. – Продолжает Айна, рассматривая свои идеальные длинные ногти. – Врач говорил мне, что стресс может имитировать симптомы беременности. Особенно у женщин, которые долго пытаются забеременеть. Организм как будто дразнит сам себя. Такая жестокая шутка природы, представляешь.

Она протягивает мне полотенце, только в её жесте нет сочувствие, а издевательство.

– У тебя, наверное, какие-то внутренние проблемы, если не можешь забеременеть. – Айна вздыхает с притворным сочувствием. Но ты же проверялась у врачей? Хотя иногда медицина бессильна против, как это называется… несовместимости.

Я встаю, держась за раковину. Ноги всё ещё дрожат. Беру из её рук полотенце, но язык не поворачивается сказать спасибо.

– Не стоит быть такой хмурой. – Айна улыбается, и эта улыбка не дотягивает до глаз. – Мы должны заботиться друг о друге. Хотя, честно говоря, я не ожидала, что тебе будет так тяжело принять ситуацию. Тамерлан говорил, что ты сильная женщина. Кстати, Тамерлан просил передать, что завтракает в офисе. Деловая встреча. Сказал, что дома обстановка слишком напряженная. Понимаю его. И я попросила Марту приготовить мне особенный завтрак – фрукты, йогурт, травяной чай. Забочусь о здоровье малыша.

Конечно, понимаю. Она следит за своим питанием, заботится о здоровье будущего наследника. А я блюю в унитаз от нервного истощения.

– Если хочешь, можешь присоединиться. – Предлагает она великодушно. – Хотя тебе, наверное, лучше поесть что-то более лёгкое. При твоём состоянии подойдут сухарики. Говорят, они помогают от тошноты. Правда, обычно их едят беременные, но. – Она пожимает плечами. – Вдруг поможет.

При моём состоянии. Состоянии отвергнутой, ненужной, бесплодной жены.

– У меня нет аппетита.

– Конечно. – Айна поправляет халат. – Знаешь, а мне так повезло с организмом. Никакой тошноты, никакого дискомфорта. Врач говорит, это признак здоровой беременности. У нас будет сильный ребёнок. И, главное, желанный. – Она делает паузу, словно давая мне осознать услышанное. – Тамерлан так счастлив. Позавчера полчаса разглядывал УЗИ. Мужчины так трогательно реагируют на первенцев.

Первенец. Она специально подчёркивает, что у моего мужа будет первенец.

– Ещё он сказал, что всегда мечтал о сыне. – Айна любуется собой в зеркале, поправляя причёску. – О том, кому сможет передать дело, фамилию, традиции. Наследник – это так важно для мужчины в его положения. Жаль, что не все женщины могут дать такой подарок своим мужьям.

Она оборачивается ко мне, и в её глазах читается торжество.

Стерва. Так и хочется стереть ядовитую ухмылку с её лица.

– Ну, я пойду завтракать. Ты полежи ещё, отдохни. Стресс, штука серьёзная. Особенно в твоём возрасте. Ты же старше меня, так что тебе особенно нужно беречься. – Она останавливается в дверях. – Кстати, Тамерлан просил не беспокоить его сегодня звонками. Он занят подготовкой объявления о наследнике для деловых партнеров. Говорит, это укрепит его позиции в клане.

В моём возрасте! Как будто между нами всего не два года разницы, а целых десять.

Она уходит, и я остаюсь одна в ванной. Каждое её слово эхом отдаётся в голове: несовместимость, первенец, наследник.

Она методично убивает меня словами, как маньяк, и делает это с улыбкой заботливой родственницы.

Смотрю на себя в зеркало: бледная, осунувшаяся, с тёмными кругами под глазами. Рядом с цветущей, беременной Айной я выгляжу как привидение. Неудивительно, что Тамерлан предпочитает завтракать в офисе, а не смотреть на то, во что превратилась его сильная жена.

Может быть, так оно и есть. Может быть, я превратилась в призрака, особенно в тот момент, когда она переступила порог этого дома. И то, что осталось – просто оболочка, которая еще не поняла, что жизнь закончилась.

Включаю воду, полощу рот, пытаюсь привести себя в порядок. Нужно идти вниз, делать вид, что всё нормально. Играть роль достойной первой жены.

Но сначала схожу в аптеку. Куплю тест. Хотя бы для того, чтобы окончательно убедиться в своей несостоятельности.

Потому что если ирония судьбы настолько жестока, что я забеременела именно сейчас, когда Тамерлан уже нашёл замену, то это будет финальным ударом.

Ударом, который добьёт то, что ещё осталось от той меня, которая когда-то верила в любовь и счастливый конец.

Глава 8

Одеваюсь быстро, не глядя в зеркало. Джинсы, свитер, кроссовки, всё, что попадается под руку. Главное, выбраться из дома, пока Айна развлекается за своим завтраком.

Беру ключи от машины и выхожу через чёрный ход, чтобы не столкнуться с ней в гостиной. Не хочу больше выслушивать её оскорбления.

Ближайшая аптека находится в десяти минутах езды. По дороге пытаюсь не думать о том, зачем еду. Но мысли все равно крутятся вокруг одного: а что, если я беременна.

Парковка почти пустая, ещё слишком рано для большинства покупателей. Вхожу в аптеку, и фармацевт, пожилая женщина в белом халате, поднимает на меня любопытный взгляд.

– Здравствуйте. Мне нужен тест на беременность. – Говорю почему-то тихо, хотя в зале больше никого нет.

– Какой именно? – Она встаёт с места. – У нас есть несколько видов.

– Самый точный.

Она достаёт из-за прилавка несколько коробок.

– Этот показывает результат за пять дней до задержки, – говорит, показывая на дорогой немецкий тест. – Этот – классический, но очень надёжный.

Беру оба. На всякий случай.

– Ещё что-нибудь?

– Нет, спасибо.

Расплачиваюсь картой, засовываю покупки в сумку и быстро выхожу. В машине сижу несколько минут, глядя на пакет. Хочется узнать правду, вдруг в это раз всё будет по-другому. Но не сейчас. Сейчас мне нужно на работу. Нужно делать вид, что жизнь продолжается.

Архитектурная студия «Вектор», в которой я работаю, располагается в бизнес-центре прямо в центре города. У меня светлый кабинет с панорамными окнами. Я люблю это место, но сегодня даже привычная обстановка не успокаивает.

– Злата, доброе утро. – Анна, моя ассистентка, заглядывает в кабинет. – Как дела? Ты выглядишь уставшей.

– Всё нормально. Просто не выспалась.

– Кофе принести?

От одного упоминания кофе меня снова подташнивает.

– Нет, спасибо. Лучше какой-нибудь фруктовый чай.

Анна кивает и уходит. Включаю компьютер, открываю проект торгового центра, над которым работаю уже третий месяц. Пытаюсь сосредоточиться на планировке, но мысли постоянно возвращаются к дому.

– Златочка! – В кабинет входит Олег Викторович, наш главный архитектор. Мужчина сорока пяти лет, высокий и подтянутый, с приятным открытым лицом и умными серыми глазами. Тёмные волосы слегка тронуты благородной сединой на висках, что только добавляет ему привлекательности. В нём чувствуется внутренняя сила и уверенность человека, который знает себе цену. Сегодня он в безупречно сидящем темно-синем костюме и белой рубашке – строго, но стильно. – Как дела с твоим проектом торгового центра?

– Почти готово. К концу недели будет финальная версия.

– Отлично. – Он садится в кресло напротив моего стола. – У меня к тебе предложение.

Отрываю взгляд от монитора.

– Слушаю.

– Помнишь проект реконструкции отеля в историческом центре? Тот, что мы выиграли в прошлом году?

Конечно, помню. Престижный заказ, о котором мечтают все архитекторы города.

– Да, конечно.

– Заказчики хотят серьёзных изменений в проект. Нужен кто-то, кто поедет туда на месяц-полтора, будет работать с местными специалистами, согласовывать каждую деталь.