Текст книги "Развод. Не буду второй женой (СИ)"

Автор книги: Эльза Манарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

Всё происходящее не может быть правдой.

Поднимаюсь в кабинет, но у двери замираю. Внизу слышны голоса. Женский голос, которого я не ожидал услышать.

Спускаюсь в гостиную. За столом сидит моя мать и пьёт кофе.

– Мама? Что ты здесь делаешь?

– Здравствуй, сынок. – Она встаёт, целует меня в щёку. – Твой отец рассказал мне о сложной ситуации. Я приехала поговорить.

– Почему ты?

Уж точно мать не собирался увидеть здесь и тем более обсуждать, как она выразилась, ситуацию. Как будто это какая-то деловая проблема, а не полный ебаный апокалипсис, который рушит всю мою жизнь.

– И о чём мы будем говорить? – Сажусь напротив неё, массирую виски. День выдался тяжёлым. Да что там день, последние месяцы – сплошной ад.

– О твоей жене. И о том, что ты собираешься делать дальше.

– А что я должен делать, по-твоему?

Мать откладывает чашку, смотрит на меня внимательно:

– Отпустить её. Дать развод и начать жизнь заново.

Не ожидал такого совета от неё. Обычно мать выступает за сохранение семьи, за традиции. А тут... Неужели даже она видит, что всё кончено? Что я цепляюсь за то, что уже умерло?

– Почему?

– Потому что она тебя предала. Зачем тебе Злата, если есть Айна.

– Мама, что ты такое говоришь? Айна пыталась утопить Злату, чуть не убила её.

– Не преувеличивай, сынок. Я с ней разговаривала.

– Что-то вы стали слишком тесно общаться. Почему ты занимаешь её сторону?

– Твой отец всё мне рассказал. Фотографии подлинные.

– Это нужно проверить.

– Руслан уже всё проверил. Или ему ты не доверяешь. Слова собственного отца ставишь под сомнение?

– Не ставлю, но всё могло быть по-другому.

– Злата предала тебя.

– Мама хватит! – Не знаю на кого сейчас больше злюсь на Злату, на мать или на самого себя.

Эти фото навсегда отпечатается у меня на подкорке. Они выглядели как пара. И что-то мне сложно поверить, что он случайно оказался заказчиком её проекта. Каримов целенаправленно решил увести Злату. И, может, она в него влюбилась!

– Тамерлан, как она вообще могла за твоей спиной встречаться с другим мужчиной. Да ещё не с кем-нибудь, а с Адамом Каримовым. Теперь ещё и ребёнок неизвестно от кого.

Слова матери как удары ножом прямо в сердце. Она говорит вслух то, что я боюсь даже думать. Вдруг она права? А вдруг я действительно слепец, который не видит очевидного?

– Мама, я же ещё ничего не выяснил...

– Что тут выяснять? – Зарина Байсарова никогда не повышала голос, но сейчас в её тоне появилась сталь. – Есть доказательства. Уверена, Адам всё подтвердит. Тем более Злата беременность скрывала. Разводись с этой гулёной.

– Мама, перестань. – Встаю, подхожу к окну, стараясь унять злость, которая пропитывает каждую мышцу. – Злата не такая. Она не способна на измену.

Говорю это, но сам уже не уверен. Может, просто не хочу быть уверенным? Может, цепляюсь за последние иллюзии, потому что правда слишком болючая? Но я не из тех, кто любит быть жертвой, но блядь, это рвёт на части.

– Сынок. – Мать подходит ко мне, кладёт руку на плечо. – Любая женщина способна на измену. Если найдёт того, кто лучше.

– Каримов не лучше меня. – Хотя... а что если в её глазах он действительно лучше? Спас её, защитил, был рядом, когда я занимался своими делами...

– В её глазах, видимо, лучше. – Мать возвращается к столу. – Тамерлан, я понимаю, тебе больно. Но держаться за женщину, которая не хочет быть с тобой, оно того не стоит. Это унизительно для Байсаровых.

Молчу, переваривая её слова. Она права в одном, цепляться за того, кто уходит, действительно унизительно. Но как отпустить единственного человека, которого любишь?

– Хотя бы сделай ДНК-тест, это возможно. Будешь точно знать.

– ДНК-тест... – Повторяю, и от этих слов становится тошно.

Неужели дошло до того, что я должен проверять, моего ли ребёнок носит моя же жена? Неужели мы докатились до этого дна?

– Да. И тогда уже решишь окончательно. – Мать встаёт. – А пока что не мучь себя. Она сделала выбор, Тамерлан. Теперь делай свой.

Мать уходит, а я остаюсь один со своими мыслями. ДНК-тест. Да, это единственный способ узнать правду.

Глава 37

Вот уже неделю лежу в этой больничной палате и размышляю о том, как быстро может рухнуть жизнь. Тамерлан потребовал ДНК-тест. Не попросил, а потребовал. И я не стала отказываться. Мне нечего скрывать.

Мне нечего скрывать, повторяю себе в который раз, но от этого не становится легче. Почему тогда у меня такое чувство, что я балансирую над пропастью?

Врач заходит каждый день с одними и теми же словами: «Ещё немного понаблюдаем». После случая с Айной у озера возникла угроза преждевременного прерывания беременности. Организм испытал такой стресс, что теперь борется за каждый день жизни моего малыша.

Нашего малыша. Во что бы то ни стало – нашего.

Провожу рукой по животу. Срок ещё маленький, но я уже чувствую эту крошечную жизнь внутри себя. И готова сражаться за неё с кем угодно. Даже с собственным мужем, который больше не верит мне.

Стук в дверь отвлекает от мрачных размышлений.

– Можно войти? – Знакомый голос заставляет выпрямиться.

– Олег Сергеевич? Проходите.

Мой адвокат входит с кожаной папкой в руках. Выглядит серьёзно и сосредоточенно.

– Злата Владимировна, как самочувствие?

– Нормально. Врачи говорят, ещё пару дней и выпишут.

– Отлично. – Он ставит папку на прикроватный столик. – Я подготовил все документы, как мы и договаривались. Заявление о расторжении брака, отказ от имущества. Всё как вы просили. Копию договора уже выслал вашему мужу.

Смотрю на папку, и сердце сжимается. Мне всё ещё сложно поверить, что скоро будет поставлена финальная точка в моём браке. Несколько листов бумаги, которые перечеркнут пять лет совместной жизни. И всё уйдёт в прошлое.

– Есть один нюанс. Ваш супруг может потребовать отсрочки из-за беременности. Но учитывая обстоятельства...

– Он не будет требовать отсрочки, поверьте мне.

Адвокат кивает, достаёт документы.

– Тогда вам нужно поставить подпись здесь, здесь и... – Он не договаривает, потому что дверь палаты распахивается.

В проёме стоит Тамерлан. Лицо у него каменное, в руках какие-то бумаги. Я сразу понимаю, что это результат теста. И по его виду понимаю он зол, а может даже пьян. Не в стельку, но достаточно, чтобы держаться было трудно.

– Уберись. – Бросает он адвокату, не отводя от меня взгляда. Голос хриплый.

– Простите, но я принёс Злате Владимировны документы на развод.

– Сказал убирайся нахуй отсюда. – Рычит Тамерлан, и Олег Сергеевич быстро собирает документы и кладёт их на тумбочку.

– Злата Владимировна, я подожду в коридоре. – Бормочет он и выскальзывает из палаты.

Мы остаёмся одни. Тамерлан подходит к окну, смотрит на улицу. Долго молчит, и я вижу, как напряжены его плечи.

– Ну что, Злата? – Говорит наконец, не оборачиваясь. – Хочешь узнать, что показал твой ёбаный тест?

Не отвечаю. Горло пересохло от нервов. Что-то не так.

– Девяносто девять целых девять десятых процента. – Он оборачивается, и в глазах такая пустота, что становится страшно. – Вероятность того, что Адам Каримов является отцом ребёнка, стопроцентная.

Что? Как такое может быть?

Слышу и понимаю, что мир рушится. Просто рушится окончательно.

– Это невозможно.

– Невозможно? – Он подходит к кровати, садится на край, кладёт результаты рядом. – У тебя, что было непорочное зачатие?

– Но я... мы с ним никогда... у нас ничего не было. Только тот поцелуй, который кто-то заснял. – В голове хаос, мысли разбегаются.

– Не помнишь? – Тамерлан смотрит на меня внимательно, изучающе. – Странно. А тест помнит.

Он встаёт, отходит к окну.

– Знаешь, что самое поганое во всей этой истории? Не то, что ты мне наставила рога. Хотя и это, конечно, пиздец как приятно. А то, что я тебе верил. До последнего момента верил.

– Тамерлан, я клянусь, это всё неправда.

– Не клянись. – Перебивает он спокойно. – Не позорься. Тут всё чётко написано. Ты меня упрекала в измене, винила во всех бедах, а сама на самом деле развлекалась с Каримовым.

– Я не изменяла тебе!

– Как тогда ты забеременела? – Он подходит ближе, наклоняется. – Святой дух, что ли, постарался?

– Не знаю! Но я клянусь, что говорю тебе правду.

– Заткнись уже с этими клятвами. – Обрывает он. – Мне похуй на твои клятвы. Есть анализ ДНК, этого достаточно.

– Тамерлан, подожди, выслушай меня...

– Выслушать? – Он усмехается. – Что я должен выслушивать? Как ты трахалась с Каримовым. Ты поэтому хотела так быстро развестись? Чтобы быть с ним?

– Это не так!

– Неужели? – В его голосе появляется злость. – Просвети меня, Злата. Как надо понимать эти цифры?

Не знаю, что ответить. Сама не понимаю, как это возможно.

– То-то же. Когда врать становится трудно, лучше молчать.

Тамерлан резко хватает документы, которые принёс адвокат. Берёт их, а я смотрю, как он подписывает документы на развод. Твёрдо, без колебаний. Каждая буква его подписи, как гвоздь в крышку гроба нашего брака.

– Тамерлан, подожди.

– Вот. – Он кидает подписанные листы на кровать, но промахивается. – Получай свой развод, Злата. Теперь все твои проблемы решены.

Документы рассыпаются по полу, словно кусочки моего разорванного сердца. И я понимаю, всё кончено. Окончательно и бесповоротно.

– Я никогда не спала с Каримовым! Клянусь тебе жизнью нашего ребёнка!

– Нашего? – Он оборачивается, и в глазах такое презрение, что хочется провалиться сквозь землю. – У нас с тобой больше нет никакого ребёнка. Ты получишь то, что тебе полагается по брачному договору. И точка. Ребёнка пусть воспитывает его настоящий папаша.

Направляется к двери, останавливается:

– Кстати, если решишь рассказывать всем, какой я плохой муж, подумай дважды. У меня теперь есть доказательства твоей измены. И поверь, я ими воспользуюсь.

Дверь захлопывается, и я остаюсь одна и с пониманием того, что моя жизнь только что превратилась в руины.

От нереальности происходящего размазывает. Сердце взмывает вверх и замирает на вылете.

Но как? Как это возможно, если я никогда не спала с Адамом Каримовым?

Пальцы так сильно сжимают простыню, что белеют костяшки. В висках стучат молоточки, кровь стремительно несётся по венам, отдаваясь пульсацией в затылке.

Беру результаты теста дрожащими руками, всматриваюсь в цифры. Девяносто девять целых девять десятых процента. Но это невозможно. Потому что знаю правду, я никогда не изменяла Тамерлану.

Значит, этот тест поддельный.

Кто-то подделал результаты. Кто-то хочет разрушить мой брак окончательно. И я знаю, кто это может быть.

Семья Каримовых. Они единственные, кто мог организовать такую подделку. У них есть связи в медицинских учреждениях, деньги, влияние. И мотив не знаю какой. Может, чтобы убрать меня с дороги, чтобы Тамерлан не мешал их планам.

Или это сам Тамерлан. Ему нужен был повод для развода без выплаты алиментов. И он его получил.

Хватаюсь за телефон, набираю его номер, но слышу медленные гудки, он не отвечает.

– Тамерлан! – Кричу в пустоту. – Этот тест поддельный! Слышишь? Поддельный!

Но некому меня слышать. Он ушёл, оставив меня с этой ложью на руках.

Воздух в лёгких заканчивается. Паника накрывает с головой. Никто мне не поверит. У всех на руках будет официальный документ с печатями. У меня только моё слово, которое ничего для него не значит.

Кому нужно слово женщины, которую официально уличили якобы в измене?

Провожу рукой по животу. Мой малыш. Ребёнок Тамерлана, которого теперь считают плодом измены. Которого отец отрёкся, даже не дав шанса на объяснения.

Пронизывающая боль внизу живота заставляет согнуться пополам. Нет, только не это. Не сейчас, когда мне нужны силы бороться за правду.

По ногам течёт что-то тёплое. Опускаю глаза и вижу алые пятна на простыне.

– Нет. – Шепчу. – Нет, пожалуйста... Малыш, держись. Мне нужно доказать правду. Нам нужно доказать правду.

Нажимаю кнопку вызова медсестры, но боль накатывает новой волной. Кричу, зову на помощь, но голос срывается.

Последнее, что помню перед тем, как провалиться в спасительную тьму – круглые от испуга глаза врача и понимание того, что теряю ребёнка.

Ребёнка, который мог бы стать единственным, что связывало бы меня с Тамерланом. И которого я теряю из-за лжи, разрушившей всё на своём пути.