Текст книги "Чары телекинетика (ЛП)"

Автор книги: Элла Саммерс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)

Фарис моргнул.

– А рукоятка вашего меча ужасно дисгармонирует с вашим амулетом, – добавила я.

Ярость полыхнула в его глазах.

– Как ты смеешь!

– Как я смею? Нет, это вы как смеете являться в мои сны без приглашения и нападать на меня без причины.

– Мои причины – не твоего ума дело.

– Ну конечно. Потому что то, что вы меня пытаете, совершенно меня не касается, – сказала я, и мой голос сочился сарказмом.

– Что Ронан будет делать с тобой, когда ты станешь ангелом?

Я пожала плечами.

– Использует меня на передней линии фронта, чтобы сражаться с демонами, я полагаю. Я чиню слишком много проблем, чтобы ставить меня командовать кем-то. Я куда полезнее в качестве расходного инструмента, стенобитного тарана.

– В этом ты не ошибаешься. Ты – проблема, – Фарис хмурился. – Ты либо лучшая лгунья, которую я встречал, или просто ни о чем не подозревающая пешка.

– А может, на самом деле ничего не происходит.

– Посмотрим.

Я вздрогнула, резко садясь в постели, втягивая глубокие вдохи. Фарис будет наблюдать за мной. И чем ближе я буду к нахождению Зейна, тем чаще его взгляд будет поворачиваться в мою сторону. Мне нужно быть осторожной.

Дверь моей спальни затряслась. Кто-то грохотал по ней так, будто здание горело. Именно это разбудило меня, освобождая от допроса Фариса. Я соскользнула с кровати и прошла к двери. По ту сторону я обнаружила Джейса, одетого и вооружённого.

– Метель стихла. Мы выдвигаемся, – его взгляд скользнул по моей маечке и коротким облегающим шортикам, которые я надела для сна. Затем, скорее всего подумав о Неро, его глаза поспешно посмотрели в мои. – Одевайся.

Я зевнула.

– Который час?

– Пять утра.

Ну конечно. Опасность никогда не ударяла в полдень. Она всегда стучала в двери посреди ночи. Потому что, как я и говорила Неро, вселенная просто не давала мне передышки.

Глава 14
Магическое происхождение

Снаружи все ещё было темно, когда Джейс, его команда и я сели на поезд из Чикаго, загруженный таким количеством снаряжения, которого хватило бы для команды вдвое больше нашей. По дороге к вокзалу я написала сообщение Калли и Белле, но они сказали мне, что уже уехали на более раннем поезде и встретят меня на Границе. Я гадала, спали ли они вообще. Вероятно, нет. Я тоже не спала. Вторжение бога во сны – не самый лучший отдых.

Поезд должен доставить нас ровно до города Инфернал на Границе. Оттуда мы на грузовике Легиона поедем на Поле Слез, дикую местность, лежавшую за городской стеной.

– Чистилище. Инфернал. Бездна. Эти приграничные городки имеют такие шикарные названия, – прокомментировала женщина-солдат.

– Чего ты ожидала? – сказал Бодибилдер Один. – Эти провинциальные земли едва ли цивилизованнее равнин монстров.

– То же самое можно сказать о родословной граждан, которых они производят, – добавил Бодибилдер Два.

Они все посмотрели на меня.

– Знаете, в городах Границы самый высокий уровень преступности в мире, – сказал проворный носитель ножа.

Я уже слышала это все ранее. Несчётное количество раз, на самом деле. Они не ошибались. Конечно, в этих бедных районах было много преступлений. Когда люди в отчаянии, выживание берёт верх над приличиями. Люди вроде этих солдат – привилегированные горожане, которым никогда не приходится беспокоиться о следующем приёме пищи, и о том, будет ли у них безопасное и сухое место для ночлега – в принципе не могли понять. Иногда нужно пожить такой жизнью, чтобы понимать.

Я отключилась от их ненавистнических комментариев. Они просто пытались меня разозлить, добиться от меня реакции, но я не собиралась подыгрывать. Я слишком устала для такой ерунды. И между прочим, никакие мои слова не изменили бы их мнения, если они помешались на ненависти ко мне.

Здесь и сейчас, окружённая этими не расположенными ко мне союзниками, я чувствовала себя как никогда одинокой. Я невольно ощущала тоску по Нью-Йорку. Там все было иначе. Я знала тамошних солдат Легиона. Некоторым из них не нравилась я или мои методы, конечно, но они не пытались меня спровоцировать и не насмехались надо мной. Полковник Файрсвифт, должно быть, рассказывал обо мне истории, чтобы питать эту ненависть.

Я встала и вышла в соседний пустой вагон поездка в поисках нескольких мгновений мирного отдыха. Я уже задрёмывала, когда что-то дёрнуло за краешек моих чувств. Я резко дёрнулась и проснулась, увидев стоявшего надо мной бога.

Зарион, Бог Веры и Лорд Пилигримов, был одет в длинные одеяния. Они обладали некоторым сходством со скромными одеждами Пилигримов, проповедников веры, часто называемых «голосом богов». Однако одеяния этого бога не были простыми и скромными; они мерцали зелёным и синим, как будто в ткань вплели крошку драгоценных камней. Его сандалии были золотыми, волосы – ещё бледнее моих, нос гордо выдавался.

– Зачем Фарис посещал тебя прошлой ночью? – потребовал Зарион.

Зарион и Фарис были братьями. Сказать, что они не ладили – это ничего не сказать. У меня сложилось впечатление, что единственное, что удерживало двух богов от схождения в открытой войне – это страх перед Валорой, Королевой Богиней, руководившей Советом богов.

– Ты заключила сделку с Фарисом? – продолжил Зарион. – Ты помогаешь ему плести заговоры против меня?

Моя голова болела, и не только от нехватки сна.

– С чего бы мне это делать?

– Фарис голосовал в пользу Неро на испытаниях, – заметил Зарион. – Очевидно, ты с ним заодно.

О да. Очевидно. Потому что Фарис не мог посетить меня по другой причине. Например, чтобы попытаться взломать моё сознание и украсть все мои секреты.

– Я требую ответов, – сказал Зарион, не впечатлённый моим молчанием. – Я Зарион, Бог Веры, Лорд Пилигримов, и ко мне подобает относиться с соответствующим уважением.

Я поморщилась, мой сон опять побеспокоил бог-параноик. Боги и их игры становились просто нелепыми. Зарион был здесь из-за Фариса, который посетил меня из-за Ронана. Я хотела наорать на Зариона.

Вместо этого я просто сказала:

– Я не хотела оскорбить вас, мой лорд, – я даже поклонилась.

Зарион выглядел ещё более изумлённым, как будто я его оскорбила. Но я не насмехалась над ним. В кои-то веки я вела себя прилично.

– Все это ещё не кончено, Леда Пирс. Я буду следить за тобой.

Затем Зарион гневно исчез, его голос продолжал эхом отражаться от пустого вагона ещё долго после его ухода.

– Вступайте в клуб, – проворчала я пустому пространству, где он стоял мгновение назад.

Боги пристально наблюдали за мной, как и сказал Ронан. Фантастика. Это усложнит поиски Зейна и Стражей. Это усложнит секретную работу с Никс и Ронаном, чтобы сохранить в тайне статус полубога Стэша.

Стэш был сыном Зариона, а бог и не догадывался. Воссоединение семьи прошло бы не лучшим образом. Зарион уже пытался убить Стэша в утробе матери, и бог думал, что одержал успех.

Я выбросила из головы мысли о Стэше. Все боги были телепатами. Жизнь была бы куда проще безо всех этих секретов – и безо всех этих богов.

Я встала, теперь уже совершенно проснувшись. Моё последнее столкновение с богом взбудоражило мой разум. Теперь я в принципе не могла уснуть. Так что я прошла обратно в вагон, где оставила Джейса и его солдат. Теперь он был там один.

– Где твои прислужники? – спросила я у него.

– Готовятся к миссии. Чем и тебе стоить заняться вместо того чтобы спать, – его нижняя губа дрогнула.

– Я не спала.

– Я слышал, как ты храпела.

– Ты слышал, как я тренировалась.

– Это напоминало бульдозер, катающийся по вагону поезда.

Я пожала плечами.

– Это была энергичная тренировка.

По его губам мелькнула улыбка.

– Намного лучше, – сообщила я ему.

Он бросил на меня недоуменный взгляд.

– От всех этих хмурых взглядов у тебя будут морщинки.

– Я под большим давлением, Леда.

– Со своей стороны или со стороны твоего отца?

– И то, и другое. Я должен соответствовать своему потенциалу.

– Зачем? Соответствие потенциалу так переоценивается. Давать слабину куда веселее.

Смех прорвался сквозь его фасад.

– Ты сама-то этой философии не следуешь.

– Возможно, нет, – призналась я. – Могу я тебя кое-о-чем спросить?

– Смотря что. Это доставит мне проблем?

– Нет, – усмехнулась я. – Это о магии.

– Валяй.

– Что ты знаешь о магии и контр-магии?

Удивление осветило его лицо.

– Откуда ты об этом знаешь?

– В чем дело? Я знаю, что я всего лишь дикарка, но даже я кое-что знаю.

Джейс нахмурился.

– Тебе не стоит слушать солдат моего отца.

– Они и твои солдаты тоже, Джейс. Ты мог их остановить.

– Это сложно, – сказал он.

– Жизнь вообще штука сложная.

– Если бы я вмешался, ты бы выглядела слабой, как кто-то, кому нужна защита. А затем они бы стали ещё более злобными.

– Злобными ко мне или к тебе, мой рыцарь в сияющих доспехах? – усмехнулась я.

Джейс просто остановился, как будто не знал, что сказать.

– Понятно. Так значит, твой план победы в нашем маленьком соревновании сводится к тому, чтобы генерал Уиндстрайкер убил меня в припадке яростной ревности.

– Неа, – рассмеялась я. – Это было бы нечестно. Я сама сражаюсь в своих битвах.

– Тогда почему ты не сражалась в своей битве, дав отпор моей команде? Раньше у тебя никогда не было проблем с тем, чтобы постоять за себя.

– Некоторые битвы просто этого не стоят. Даже если ты выигрываешь, ты все равно проиграл, понимаешь, да?

Джейс долго смотрел на меня. Наконец он сказал:

– Ты действительно выросла за прошлый год, знаешь ли.

Я озорно поиграла бровями.

– Ну, не совсем. Я все ещё не выше того, чтобы бросить тебе в лицо грязью.

– Я начинаю понимать, что одержать над тобой верх будет не так просто, как я думал, – мрачно сказал Джейс.

– Говорила же, Файрсвифт, я дерусь грязно. Это никогда не будет просто.

Джейс кивнул с задумчивым видом.

– Магия и контр-магия, – напомнила я ему.

– Точно, – отозвался он. – Когда боги пришли на Землю, они принесли магию. Они создали семь каст сверхъестественных существ: вампиры, ведьмы, сирены, стихийники, оборотни, телекинетики и фейри. И они создали Легион Ангелов, защитников Земли, солдат, которых они наградили этими силами и не только. Лучшие становились ангелами.

Джейс произносил эти слова с почтением – и с надеждой. Его величайшим желанием было стать однажды ангелом.

– Когда сверхъестественные существа скрещиваются с людьми, их дети обычно рождаются с разбавленной магией. Через несколько поколений остаётся лишь намёк на магию. У них есть потенциал, но не сама магия.

– Как Дрейк. Он всегда был сильным и быстрым благодаря его магическому наследию.

Джейс кивнул.

– Такие люди, обладающие магическим потенциалом, являются отличными кандидатами на вступление в Легион Ангелов. Они с большей вероятностью переживут Нектар богов, нежели нормальные люди.

А мальки Легиона являлись лучшими кандидатами из всех их. «Малёк Легиона» – это термин для человека с родителем-ангелом. Термин являлся не оскорбительным, а в высшей степени почётным. Мальки считали это выражение своим, принимали своё ангельское происхождение и магическое наследие.

– Каждая группа сверхъестественных существ на Земле имеет бога-покровителя, божество, от которого происходит их магия, – сказал Джейс. – К примеру, Ронан создал телекинетиков, а Меда создала ведьм. Как правило, магия обычно не очень хорошо смешивается с другой магией. Оборотень не может быть ещё и ведьмой. Вампир не может быть ещё и стихийником. Если у тебя есть магия, то это только одна магия.

– Если только ты не солдат Легиона, – сказала я.

– Наша магия работает иначе. Мы пьём Нектар, чтобы поглотить магию в нас.

Или мы умирали. Питье Нектара – не то, к чему можно относиться беспечно. Ты тренировался и тренировался, и если ты оказывался достаточно хорош, ты вырабатывал нужную устойчивость, чтобы пережить следующий глоток Нектара и получить следующий дар богов.

– Считай, что солдат Легиона – это чистый лист, холст магического потенциала, – сказал Джейс. – Кандидат должен быть сбалансированным, не иметь слишком много или слишком мало магического потенциала в любой сфере магии. Вот почему нельзя так просто взять ведьму или вампира и превратить их в солдата Легиона. Иногда они выживают, но их процент смертности при инициации ещё выше, чем у среднестатистического человека без магического наследия. Здесь нужны люди со смешанным магическим наследием и множеством магического потенциала.

Иными словами, дети ангелов.

– Вот здесь мы и подходим к магии и контр-магии. И тому, как Легион размножает ангелов, – сказал мне Джейс. – Легион размножает ангелов по двум параметрам: магический баланс и магический потенциал. Чтобы создать ребёнка с наивысшим магическим потенциалом, нужно свести двух ангелов, но такие пары редко дают результат.

Я кивнула. Моя подруга Нерисса объяснила мне это. Как и их характеры, магия ангелов была резкой, доминирующей и непокорной. И хоть пара из двух ангелов обладает большим магическим потенциалом, ей недостаёт магического баланса. Магия двух ангелов не сплавлялась хорошо; она сталкивалась лбами. Это как непрерывные взрывы яда и эго. Так что когда Легион решал получить потомство от ангела, он сводил его с солдатами более низких уровней, чья магия была более податливой.

Единственное известное мне исключение – это Неро, чьи родители оба были ангелами, но эта пара сработала только потому, что его мать обладала очень светлой магией, а его отец обладал большим количеством темной магии для ангела. Их магия, очевидно, нашла баланс между светом и тьмой.

– Методы образования пар в Легионе работают, но некоторые ангельские семьи их улучшают, – сказал мне Джейс. – К примеру, моя семья. Мы продвинули этот процесс дальше.

Я не удивилась. Полковник Файрсвифт был именно тем ангелом, который оптимизировал бы все возможное.

– Как вы это делаете? – спросила я его.

– Магия – это спектр.

Джейс нарисовал на листе бумаги магический спектр, восемь даров на цветовом круге. Он включил не только семь божьих даров магии, но ещё и восьмой, телепатию. Телепатия являлась особенным даром, даруемым только ангелам. Телепаты Земли не были обязаны своей магией богам; они получили её из другого источника, предположительно от первородных бессмертных, которые правили мирами до богов и демонов. Некоторая часть их магии сохранилась и на Земле.

– Столетиями наша семья сводила пары так, чтобы каждое последующее поколение имело больше магического потенциала, чем предыдущее. Наша конечная цель – создать детей, чей магический потенциал охватывает весь спектр.

– Как вы этого достигаете? – спросила я.

– Ангел берет пару со специфическим набором способностей, которые мы хотим улучшить в их потомстве. Способности должны быть достаточно сильными, чтобы не поблекнуть под всей магией ангела, но и не слишком сильными, чтобы не отменять способностей противоположного края спектра.

– Как успехи?

– Медленно, – сказал он. – Нам удалось улучшить наш магический потенциал в сравнении с любой другой семьёй, но мы все ещё работаем над магическим балансом. Остаётся несколько слабостей.

Я взглянула на нарисованный им магический цветовой круг.

– Какие?

Его глаза ожесточились.

– Хорошая попытка, но я ничего не расскажу.

– Ты уже все рассказал в своей лекции о противоположной магии, – сказала я ему. – Все, что мне нужно – это подумать о твоих сильнейших способностях и использовать это, чтобы определить твои слабости.

Он стиснул зубы.

– К счастью для тебя, я не дерусь грязно, – я широко улыбнулась ему.

– О, нет. Никогда, – сухо отозвался он.

– Если так подумать, я не замечала никаких слабостей у тебя или у твоего отца, – сказала я.

– Мой отец не терпит никаких слабостей; он их истребляет. А те слабости, что он ещё не сумел устранить при сведении пар, он уничтожает в тренировках. Он с рождения тренировал меня и мою сестру, и он не сдерживался. Тот факт, что мы были детьми, не являлся оправданием. Он особенно сильно атаковал нас по нашим магическим слабостям, чтобы заранее сформировать устойчивость. Так он прикрывает все недостатки в нашем магическом наследии.

– Миленько.

Джейс пожал плечами, будто его это вовсе не беспокоило.

– Некоторые магические силы все равно приходят к нам легче, чем другие. Мой отец решительно настроен устранить эти слабости путём скрещивания. Он сделал своей целью в жизни создать совершенного ангела, совершенного солдата. Ради наследия нашей семьи.

– Я не знала, что Легион даёт ангелу какой-то шанс выбрать супруга.

– Легион не говорит тебе, что у тебя есть выбор, но выбор всегда есть, пока ты размножаешься ради магии, а не какого-то каприза вроде любви.

Я фыркнула.

– Ага, потому что кому нужна любовь и счастье, когда есть долг и власть.

Джейс продолжал говорить, так увлёкшись объяснением, что не распознал мой сарказм.

– Часто есть выбор между несколькими супругами в рамках диапазона магической совместимости. В таком случае Легион позволяет ангелу выбирать. Легион не препятствует старым магическим семьям производить больше ангелов, особенно таких, которые обладают большим количеством силы по всему магическому спектру. В конце концов, ангелы – очень ценные активы Легиона.

Пока он объяснял это все, я невольно гадала, какие у нас с Неро шансы. Были ли мы совместимы? Одобрит ли Легион нас как пару? Как только эта мысль пронеслась в голове, я почувствовала себя виноватой за размышления на эту тему. Каким бы ни был ответ, это не имело значения. Я должна была спасти Зейна. Такова моя цель в Легионе, причина, по которой я нахожусь здесь. Создание магических пар для производства большего количества ангелов и обеспечения будущего Легиона – определённо не часть плана.

Глава 15
Поле Слез

Бездна, город возле Границы на территории полковника Файрсвифта, был крупнее моего родного города Чистилище, но здесь царило схожее ощущение. Честно говоря, он действительно напоминал бездну. Туман висел над городом, и тусклые уличные фонари никак не разгоняли тьму. Вдоль мрачных коридоров улиц выстроились коробки кварталов из зданий в шесть-семь этажей высотой. Стоять здесь – все равно что застрять в темной долине после того, как солнце ушло за горы.

Старая, сломанная подвесная монорельсовая дорога висела над головой. Выглядела она так, будто ей десятилетиями никто не пользовался. Граффити в несколько слоёв покрывали вагоны, пути и наземные станции – нарисованная хронология истории города.

Как и в Чистилище, бары были переполнены. Они служили местом, где люди предпочитали топить свои печали и забывать проблемы. Музыка лилась из открытых дверей, прямое приглашение всем, кто проходил мимо. Старое пианино, играющее бодрую мелодию, резко контрастировало с мрачным уличным пейзажем.

Люди на улицах на самом деле выглядели так, будто они в депрессии. В их походке присутствовала согбенность, как будто вес мира и всех его монстров покоился на их плечах, сокрушая их к земле, в ничто. Их головы были склонены, взгляды не отрывались от земли. Все это очень сильно отличалось от счастливой музыки, радостных воплей и пения, доносившегося из бара.

Как будто входя в эти бары, люди полностью трансформировались. Каждый из них становился кем-то новым. Кем-то, у кого есть надежда. Кем-то, у кого все ещё есть мечты. Кем-то, кого суровый, жестокий мир разрушил не до конца.

Мы проехали под воротами, выезжая за стену на обитаемые земли монстров. Часы спустя мы стояли на потрескавшемся, сухом участке Поля Слез, глядя поверх пыльной красной земли на каменную крепость. С её четырьмя башнями, высокими стенами и разводным мостом, оплот Хардвика выглядел скорее как полноценный замок, нежели как подозрительная берлога скандально известного рабовладельца. Ходили слухи, что Балин Давенпорт проехал Бездну и направился на Поле Слез. Так что высока вероятность, что сейчас он здесь. Если все пройдёт хорошо, я освобожу своих сестёр и остальных пленников, а Джейс поймает дезертира Легиона.

– Охрана надёжная, – сказал Бодибилдер Один.

– Особенно для банды мятежников, – добавил Бодибилдер Два. – У них слишком много охранников, патрулирующих стены, и все они вооружены до зубов. Мы уступаем и количеством, и оружием.

Потому что полковник Файрсвифт послал лишь небольшую команду. Конечно, Неро присвоил себе старую команду Джейса, но в чикагском офисе Легиона было более чем достаточно солдат. Полковник Файрсвифт, должно быть, решил, что победа Джейса будет выглядеть намного лучше, если он захватит замок всего с шестью солдатами, а не с шестьюдесятью. Поступок очень даже в его духе.

Проворный Нож рассмеялся.

– Но у нас есть великая Леда Пирс, Пандора, носитель хаоса и разрушения.

Солдаты Джейса рассмеялись и притворились, будто дрожат в своих ботинках.

Я скрыла раздражение за усмешкой.

– Неудивительно, что вы нуждаетесь во мне, если все, в чем вы хороши – это в трепании языками и дрожании от страха перед крепостью, которую, как вы уже решили, вам невозможно одолеть.

– Там слишком много охранников, и весь замок окружён барьером Магитека. Мы не можем захватить его с имеющимися ресурсами, – сказала миниатюрная женщина-солдат, качая головой.

– Нет, вы просто не знаете, как использовать имеющиеся ресурсы. А может, вы просто напуганы.

– Как ты смеешь называть нас трусами, – прошипел Бодибилдер Один.

– Солдат Легиона стоит дюжины обычных головорезов, – сказал Бодибилдер Два.

Проворный Нож кивнул.

– По меньшей мере.

– Но у Хардвика слишком много охранников, – заключила Миниатюрный Солдат. – Больше, чем ожидалось. Его силы с других крепостей собраны здесь.

– Они ожидают нас, – заключил Джейс. – Перевес численности не в нашу пользу, – он говорил так, будто это признание причиняло боль.

– В жизни перевес численности редко в твою пользу, а удача не падает тебе на коленки. Надо создавать собственную удачу. Я бы сказала, что самое время обратить перевес численности в нашу пользу, – закончила я, когда Калли и Белла припарковали машину рядом с нашим грузовиком.

Жёсткие глаза Джейса метнулись от них ко мне.

– Что они здесь делают? Я предельно чётко объяснил свою позицию на этот счёт. Твоя семья не вмешивается.

– Вы все уже сдались и решили, что захватить базу Хардвика невозможно. Так что плохого в том, чтобы попробовать по-моему? – спросила я.

– Плохо то, что причиняется вред нашему достоинству, приличию Легиона. Твой способ грязный, – сказала Миниатюрный Солдат, поджимая губы от отвращения.

– Раз уж мы говорим о приличиях, позволь мне напомнить, что я превосхожу тебя по рангу, – рявкнула я в ответ, опуская взгляд до небольшого металлического значка музыкальной ноты на её груди, символе Песни Сирены, третьего уровня в Легионе Ангелов. – Так что я попрошу тебя заткнуться, пока ты не опозорила себя ещё сильнее.

Её лицо сделалось таким же красным, как её волосы, но она не оскорбила меня. Более того, она вообще ничего не сказала. Наконец-то.

Я повернулась обратно к Джейсу.

– Позволь мне и моей семье показать тебе – показать Легиону – какими эффективными могут быть эти «грязные» способы. Что тебе терять?

Я видела битву, бушующую в его глазах. С одной стороны, позволять гражданским участвовать в этой миссии – это строгое табу, но с другой стороны, он очень, очень хотел поймать дезертира. Защиты крепости оказались намного лучше, чем он ожидал. Если он будет играть по правилам, в лучшем случае, его миссия потерпит поражение; в худшем все мы умрём.

– Хорошо. Вы можете действовать, – наконец, согласился он и посмотрел на Беллу и Калли. – Легион не несёт ответственности за любые недуги, которые могут с вами случиться, включая ранения, увечья или смерть.

Это стандартная оговорка Легиона, и слова скатились с его языка, будто он отрабатывал их до того, как произнести.

– Все солдаты Легиона такие очаровательные? – спросила у меня Белла.

– Почему бы тебе не спросить у своего бойфренда?

Белла покраснела.

– Он не мой бойфренд.

Я широко улыбнулась ей.

– Девочки, можно я вам напомню, что нам нужно штурмовать замок? – на работе Калли с головой отдавалась делу, и никаких сантиментов.

Белла и Калли уже были одеты в стандартные для пустошей одежды: майки, шорты и ботинки. Они выглядели соответствующим образом. Над моим гардеробом, напротив, нужно было поработать.

Я сняла куртку, раздевшись до майки и шортов. Без значка было вовсе не очевидно, что я одета в часть униформы Легиона. Я наклонилась и схватила две горсти грязи, размазав их по своей одежде. Затем я схватила низ майки и разорвала её. Ткань разошлась до середины моего живота. Я провела пальцами по хвосту своих волос. Несколько неряшливых прядей выбились из-под резинки. Почти готово. И теперь для финального штриха. Я вытащила нож.

– Это для чего? – спросил Бодибилдер Один, пристально наблюдая за мной.

– Я собираюсь сделать несколько пятен крови. Для внешнего правдоподобия.

Бодибилдер Один посмотрел на Бодибилдера Два.

– Чокнутая девчонка собирается порезать себя.

– О, я не себя буду резать, – сказала я, улыбаясь. – И никто не заметит разницы.

Я схватила его мощную руку. Его мышцы взбугрились, когда он стал вырываться, пытаясь освободиться. Крепко держа его, я полоснула лезвием по его руке. Я провела своей рукой по порезу, затем размазала его кровь по всей своей одежде и коже.

– Ты совершенно из ума выжила, – сказал Бодибилдер Один, отшатываясь от меня.

– Пожалуйста, исцели мистера Паникёра, пока у него артерии не лопнули, – сказала я Белле.

Даже когда Белла наносила зелье на его кожу, он продолжал сверлить меня взглядом.

Проворный Нож рассмеялся.

– Вообще-то, думаю, она растёт в моих глазах.

Я подмигнула ему.

Остальные солдаты просто в шоке уставились на меня, разинув рот.

– Это так грубо, – тихо прокомментировала Миниатюрный Солдат.

Я пожала плечами.

– Иногда, чтобы сделать работу, нужно немножко запачкать ручки. Разве ваш ангельский лидер вас этому не учил?

Её челюсть отвисла. Очевидно, я лишила её дара речи.

Я смазала последнюю кровь себе на шорты, затем повернулась к Джейсу.

– Как я выгляжу?

– Как будто ты только что дралась с троллем в грязной яме, пробежала по боевому минному полю, а потом вдобавок ко всему потёрлась о колючую проволоку.

– Идеально.

Калли бросила мне капюшон.

– Готова?

Я надела его на голову, скрывая лицо тенью.

– Да. Просто в этот раз не делай это слишком грубо, – сказала я. – У меня чувствительная кожа.

Калли фыркнула.

– Я достану тебе увлажняющий крем.

Затем она защёлкнула на моих запястьях наручники. Она встала по одну сторону от меня, Белла по другую. Именно так, зажатая между моей сестрой и приёмной матерью, я ступила на разбитую кирпичную дорогу, которая вела к воротам замка.