Текст книги "Вкус ночи (СИ)"

Автор книги: Элиза Маар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 23. Горечь правды

***Каталея***

Я увидела его – гада, лишившего меня дома и Фло.

Нам с Брендоном позволили пройти в здание патруля города, провели к камере, где сидел заключенный и в сопровождении трех оборотней из гвардии позволили остаться на допросе.

Заключенный ответил на те же вопросы, что уже задавал ему расследователь.

Я едва могла сосредоточиться. Смотрела на молодого совсем не страшного юношу и боролась со слезами, душившими меня.

Зачем? Почему он так поступил? Что побудило его?

На эти вопросы он так и не смог ответить.

А они продолжали мучить мой распухший мозг и в кабинете расследователя.

Эсай Миртен заявил, что на заключенном было использовано воздействие, потому он не единственный преступник в этом деле. Он ничего не помнил из того, что натворил, но это не освобождало его от ответственности.

У меня земля ушла из-под ног, когда сказали, что заказчик вампир.

Я и без этого боялась и ненавидела этот народ, так после слов расследователя едва не рассыпалась на части.

Не понимаю.

Вот совсем не понимаю, почему именно вампиры портят мне жизнь? Почему именно они тесно с нею связаны?

Кристиан, да, я сама позволила ему в нее войти. Если бы я тогда отказала, он бы не стал меня преследовать.

Но другие… Что во мне такого особенно и что я вообще сделала им?

Этого я не понимала.

Кровь, да. Эта проклятая кровь сводит их с ума. Но на этот все.

Во мне нет сильной магии, я полукровка. У меня нет ничего за душой. Вообще.

Так что, черт побери, этим кровососам неймется? Что, в мире совсем не осталось фейри, которых можно иссушить или убить?

Что такого мой народ сделал, что его нужно истребить?! Да, мы древняя раса, да, у нас есть свои особенности, но и другие ничем не хуже!

Мы обычные! Совсем обычные!

– Ката? – Брендон коснулся моей щеки холодной костяшкой пальца, и я вздрогнула.

Нехотя повернулась к нему.

Не хотела, чтобы он видел у меня в глазах слезы, но он бы не оставил меня в покое, если бы я не посмотрела на него.

Не знаю, как бы я жила, если бы не он.

Брендон действительно меня всегда спасал. Он, наверное, единственный вампир, который ничего не требует от меня взамен.

Он просто есть. Он просто рядом.

Почему, вот почему я сначала встретила Кристиана, а не его?

– Веснушка. – прошептал он, поглаживая меня большими пальцами по щекам.

Я проигнорировала тепло и возбуждение, которое мгновенно вскипятило кровь.

Вечно оно не вовремя, портит такой момент!

– Я не понимаю, Брен. – хрипло произнесла я. – Что во мне такого, что вампиры летят ко мне, как мотыльки на свет? Кровь? В мире есть и другие фейри, я такая не одна. Я..я..

– Тише, малышка. – он прижал голову к груди и зарылся тонкими пальцами мне в волосы.

Я даже и не вспомнила о том, что мы были не в своих телах, пока снова не ощутила это невыносимое желание быть к нему как можно ближе.

Нежный запах цветов и яблока – мой запах – затуманил рассудок, и клыки опять заныли.

Мне понадобилась вся сила воли, чтобы удержаться и не натворить дел.

Я еще от ночи не отошла..

– Я тебя… себя… – я сглотнула. – Я тебя чуть не иссушила.

– Это не твоя вина, Ката. – сказал он, обжигая своим дыханием макушку.

Пальцы продолжали перебирать мне волосы и слегка царапать кожу головы.

– Разве? Это ведь я позволила эмоциям взять верх. Ты ведь сразу меня предупредил, чтобы я не позволяла им затмить разум, а я..

– Ты не виновата, малышка. Ты была рождена фейри. Ты не вампир. Ты никогда не знала, что такое жажда, что такое потребности в крови и убийствах.

Я не хотела с ним соглашаться, но в его словах была истина.

Потому я не стала больше продолжать этот разговор.

До особняка мы ехали вот так – голова располагалась у Брендона на груди, где билось мое собственное сердце.

Слыша его размеренное биение, я успокаивалась. И даже уснула.

Брендону пришлось разбудить меня, когда экипаж остановился.

– Я бы вынес тебя на руках, – пошутил он, мягко улыбнувшись. – Но не хочу надорвать спину. Да и зачем шокировать людей?

Я ответила ему улыбкой, но натянутой. Он сразу понял, что она была неискренней.

– Я хочу навестить Фло. – сказала я, когда мы подошли к огромным темным входным дверям.

Я не была рядом с ней уже несколько дней, потому что то одно, то другое не позволяло.

Сегодня моя потребность в ней была настолько сильной, что ни о чем другом я думать не могла.

Фло с той злополучной ночи всегда была рядом со мной. В самые темные времена она поддерживала меня. Не позволяла опустить руки.

Сейчас я бы очень хотела услышать ее голос, обнять ее, вдохнуть ее приятный кокосовый запах.

Я бы точно не стала скрывать от нее то, что мы с Брендоном поменялись телами.

Она бы наверняка помогла нам. Фло всегда находила выход из самых сложных ситуаций.

А я постоянно в них попадала.

– Оставьте нас. – сказал Брендон двум охранникам, которые стерегли Фло и днем, и ночью.

Они перевели тяжелые взгляды на меня. Чувствуя, как по телу бегут мурашки, я кивнула.

Они вышли, а я, оглядев Фло, села на край кровати. Грудь сжалась от боли.

Видеть Флору такой бледной и изнеможенной было невыносимо. Но уходить я не хотела.

– Я приготовлю противоядие, Фло, обещаю. – сказала я ей шепотом, сжимая ее холодные пальцы в своих.

А если не я, то Вариан точно создаст его.

Не знаю, сколько времени мы были рядом с ней, но я успела рассказать ей многое, что произошло за эти дни.

Я понимала, что она меня не слышит, но все равно поделилась этим с ней.

Брендон с улыбкой слушал о том, как мы заново учились ходить, как ухаживали друг за другом утром и вечером, как ругались из-за еды, как я чуть не утопила его в ванне, когда он выпил.

Его ладонь лежала у меня на плече, и я не пыталась ее скинуть. Его поддержка была мне необходима.

Я даже не гнала мысли о том, как мне это важно. Как важен он.

А стоило..

Я не могла позволить им снова пробраться мне в душу. Ведь это принесет только боль.

Мы ушли от Фло, когда село солнце. Ужин пропустить не могли.

Я не проронила и слова, пока «гости» перемывали кости всем и вся. Брендон тоже молчал.

После ужина я пошла в его спальню, куда он пришел потайными ходами.

Стоило увидеть, как он вышел из стены, воспоминания вчерашней ночи лишили меня опоры под ногами.

Я, наконец, сполна ощутила весь тот ужас, что должна была испытывать после пробуждения.

Но тогда мне не позволили, так как пришла дозволительная от патруля.

А узнать, кто навредил Фло мне было важнее самобичеваний.

– А если это случится снова? – дрожащим голосом сказала я, заглядывая Брендону в глаза.

– Не случится. Ты утолила жажду на месяцы вперед.

– Но..? – я чувствовала, что он не договаривает.

Он опустил руки и немного отдалился. Смотрел на меня какое-то время, о чем-то раздумывая.

– Я хотел тебя, Веснушка.

У меня перехватило дыхание, а сердце пустилось вскачь. Лицо вспыхнуло.

– Всегда хотел. И до сих пор хочу. Мое тело помнит все то, что я испытывал к тебе, когда был рядом с тобой. Его тянет к твоему. К тебе. Я был и остаюсь помешан на тебе, для меня нет других женщин, их кровь мне противна. Они все мне противны.

Я не дышала, слушая его. И даже не моргала. Мне казалось, что это нереально. Что он не мог такое чувствовать.

Но ведь он уже сказал однажды, что его сердце принадлежит мне.

– Я вижу только тебя. Чувствую и хочу только тебя. Лишь твои эмоции питают меня.

Мои губы разомкнулись, но я не смогла что-либо сказать, да и не знала, следует ли вообще.

– Ты сейчас чувствуешь все то же самое. – он немного помолчал, покусывая изнутри щеку. – Поэтому тебе будет сложно бороться с притяжением. Да и мне не легче.

Взгляды мы не разрывали.

– Когда ты укусила меня, – он шумно сглотнул, или просто мой слух сейчас был очень чутким. – Вместо боли я ощутил удовольствие. Так не должно было быть, только, если..

Он не закончил. Уставился на меня в нерешительности. А мне хотелось знать.

– Если? – спросила я тихо.

В горле от волнения пересохло.

– Если ты не моя подходящая кровная пара.

– Ч-что? Но разве… разве… вы не находите их с помощью системы?

– Система помогает. – согласился он. – Но найти подходящую женщину мы можем и без нее. Если нас влечет к ней, если ее кровь нам нравится и если больше ни одна женщина не удовлетворяет, значит, мы нашли свою пару.

– Но… – я закрыла рот.

Брендон шокировал меня. В голове стало пусто, а брови обещали коснуться линии роста волос.

– Поначалу я гнал все мысли о том, кем ты можешь быть для меня. Я боялся. Ты невеста Кристиана и все такое… – он усмехнулся. – Но вчера… вчера все встало на свои места. Это многое меняет.

Чувствуя, как горечь разливает внутри, я опустила взгляд в пол. Пальцы с силой сжали простыни.

– Ничего не изменится, Брендон. – на глаза навернулись слезы. – Я принадлежу Кристиану. Полностью.

Глава 24. Договор или Жди беды

***Брендон***

Ее слова преследовали меня всю ночь. Я толком не спал, еще и боль в спине выворачивала меня наизнанку.

А эта штука в груди Каты..? Я спросил у нее, но Веснушка сказала, что мне только кажется.

Но это было не так. Я, черт подери уверен, в том, что чувствую. И тянет меня к ней даже в этом теле.

Можно было бы списать на мои собственные чувства к Кате, но я не идиот. Я могу различить, когда тянет душу, а когда – тело.

И эта штука, что живет у нее в груди и сжимает сердце, тянется к Каталее, то есть к моему телу.

На следующий день ее слова о том, что она без остатка принадлежит Кристиану, продолжали крутиться у меня в голове. И на следующий.

Мы почти не разговаривали, не смотрели друг на друга. До ритуала оставалось три дня.

Мое освобождение от занятий пришлось продлить, так как разделиться мы все еще не могли.

Но я прилично отстал от группы, и чтобы хоть как-то наверстать упущенное, мы с Катой отправились в мою мастерскую.

Конечно, после того, как она провела опыт с созданным ею противоядием, формула которого была еще не доработана.

Пока Ката искала ошибку, я просматривал чертеж своей курсовой работы.

Еще до всей этой чертовщины мне нужно было найти ошибку в измерениях, но пришлось отложить дело. Больше тянуть нельзя.

– У тебя здесь уютненько, Бренди. – мурлыкнула Мими, севшая на глобус. – И светло. И просторно. Мне нравится. Вот бы Кате такую лабораторию выделили.

Я поднял на нее глаза, стоило ей упомянуть Веснушку.

– А почему не выделят? – спросил, бросив взгляд через плечо на Каталею. – Она ведь отличница.

Веснушка, закинув ноги на спинку дивана и касаясь головой ковра, вглядывалась в свою писанину. Поза была неудобной, как по мне, но Ката так зависала уже больше получаса.

– Кривозуб против. – прошипела Мими, и я повернулся к ней. – Ты ведь знаешь, как относятся к девушкам на целительском. И не важно, что они действительно хорошие специалисты, мужики делают все, чтобы убрать их с дороги. Отвратительные создания!

Я усмехнулся.

– Но ты хороший! – тут же дополнила она. – Милый, добрый, заботливый! Такой моей Каточке и нужен. Мне твой братец не нравится, прости за честность, он холодный, бесчувственный и… и… не то в общем тесто! А вот ты, ты ее идеальная пара! Я сотни раз это говорила, да слушала бы она еще. Дурочка, думает, что поступает правильно.

Она удрученно вздохнула. Ее слова наполнили грудь теплом. Против воли губы растянулись в улыбке.

Однако, стоило вспомнить о Кривозубе, она померкла.

– Почему Веснушка ничего не сказала Кристиану?

Кошечка тяжело вздохнула и продолжила шепотом:

– Это только между нами, Бренди. Если Ката узнает, что я тебе рассказала, она меня не простит. Твой кузен и без того сделал для нее слишком много, как она говорит. Позволил доучиться в академии, уплатил все имеющиеся задолжности, а их было очень много, помог сохранить дом и лавку предсказаний Фло, а еще уберег Флору от суда.

Нахмурившись, я бросив взгляд за спину.

Ката все в той же позе что-то бурчала, чиркая на исписанной бумаге.

– А их договор предусматривал лишь задолжности и судебный..

– Договор? – перебил ее, резко повернувшись.

– Тише! – она выглянула из-за меня, чтобы убедиться, что Ката занята. – Да, договор. Именно он и лишает ее выбора сейчас. Я не могу сказать больше, прости. Кристиан..

– Мими? – произнесла Ката громко.

Кошечка от испуга вздрогнула и вспыхнула, а у меня по спине пробежалась дрожь. Неужели, услышала?

– Мне нужен твой совет, подлети, пожалуйста.

Мими облегченно выдохнула и сказала мне:

– Я тебе ничего не говорила, Бренди. Сдашь меня и… Думаю, ты не захочешь узнать, каково быть моим врагом. Лучше оставайся моим любимчиком.

Подмигнув мне, она улетела. Я хмыкнул, провожая ее взглядом. Невероятная кошечка.

Пока наблюдал за Катой, которая что-то объясняла Мими, параллельно думал об этом странном договоре.

Никакого договора и быть не должно. Если женщина согласилась выйти замуж за вампира по собственной воле, вампир обязан позаботиться о ней.

Без всяких договоров!

Тогда что связывает Кристиана и Каталею на самом деле? Она ведь..

Двойной стук в дверь прервал мои размышления. Кто-то подергал ручку, и когда та не поддалась, прозвучал нетерпеливый голос Равэна.

– Открывай, говнюк, я знаю, что ты здесь!

Ката резко подскочила и чуть было не выронила из рук записи. Прижив листы к груди, она посмотрела на меня расширившимися от страха глазами.

Трусишка моя.

– Брен, твою мать, у меня чрезвычайный пизд**ц!

Черт..! Раз ЧП, значит, что-то серьезное.

Ругаясь себе под нос, я пошел открывать.

– Ты куда? – прошипела Ката. – Брендон!

Я распахнул дверь, а о том, что это должна была сделать Ката, даже не подумал.

Глаза Равэна округлились, когда он увидел ее, вместо меня, но он быстро взял себя в руки.

Ухмыльнувшись, пробежал по мне взглядом и посмотрел мне в глаза.

– Ну, привет, красотка.

Меня передернуло от его взгляда. Дожил! Собственный друг пожирает меня глазами!

Не меня. Кату.

Я стиснул челюсти и сжал ручку двери так, что заныли пальцы.

– Ты что-то хотел? – спросил я, нежный голос Каты коснулся слуха.

Наглые карие глаза друга вспыхнули. То ли врезать ему по яйцам, чтобы не пялился?

– Хотел. – протянул он, запустив пальцы в светлые волосы и взлохматив их. – Но это может подождать.

Да, неужели? А как же чрезвычайный пиз**ц?

Он, скрестив мускулистые руки на груди, подпер плечом косяк. Дебильная ухмылка стала шире.

– Как тебя зовут, милашка?

Я закатил глаза. Я так же отстойно выгляжу, когда подкатываю к Кате?

Не зря она всегда хотела дать мне по роже. Заслужил.

Хотел было послать его к черту, но мне на талию легла тяжелая рука, и я напрягся. По телу побежали колючие мурашки, а дыхание перехватило.

Лукавая ухмылка Равэна стала еще шире, когда он скользнул взглядом от руки, лежавшей у меня на талии, к лицу Каты. Для него – моему лицу.

– Каталея. – представила меня Веснушка и добавила тверже. – Невеста моего брата.

Я вздрогнул, словно мне в грудь воткнули кинжал. Во рту разлилась горечь.

Я и без этого ни на минуту не забывал, кто Ката, но после ее слов… Гадко стало внутри.

– Так значит ты та самая малышка-зельевар. – взгляд Равэна стал глубже, исчезла эта искорка.

И ухмылка тоже пропала. Друг знал достаточно, потому веселья и след простыл.

– Равэн Ноц, хороший приятель вот этого тупицы. – указал он на Веснушку.

Рука Каты задрожала, и она убрала ее с моей талии.

– Сам тупица. – буркнула она.

Рав усмехнулся. Я сам едва поборол улыбку.

Хоть Ката и повела себя в данный момент совсем не так, как я, мне понравилось, как она ответила.

Обиженно, уязвлено.

Каталея «позволила» ему зайти. Равэн мельком осмотрелся и сосредоточил внимание на моем рабочем столе.

– Как продвигается дело? – посмотрел он на Кату – на меня.

– Со скрежетом. – ответила она парой секунд позже.

Приятель двинулся к столу.

– Так и не нашел ошибку?

Я отрицательно помотал головой, когда поймал вопрошающий и в то же время умоляющий взгляд Каты.

– Нет. – ответила она.

Ее голос был напряженным, тело тоже. Я положил ладонь ей на спину, но это только усугубило ситуацию.

– Расслабься, Веснушка. – прошептал я, наклонившись к ней.

О том, что Рав смышленый парень и может в мгновение ока, если мы совершим ошибку, догадаться о нас, говорить не стал. Это бы ухудшило положение.

Не вовремя он объявился. Не мог еще с неделю пробыть в Кальтерре?

– Так что у тебя за чрезвычайное… дело? – спросила у него Веснушка.

Вот и первый прокол. Равэн усмехнулся, но внимание на этом не заострил.

– С измерителем неполадки. Система полетела, а я никак не могу найти проблему. Ты ведь помогал мне ее настраивать, может, увидишь то, чего не вижу я?

Твою ж ты… Здесь мы и проколемся.

Глава 25. Лисы в курятнике

***Каталея***

Вопрос, «Ты в норме, друг?» пролетал раз десять, а то и больше. Мне хватало терпения не послать Равэна к черту.

Но его косые взгляды чуть было не довели меня до ручки. Он смотрел на меня, пока я делала умный вид, что ищу ту самую погрешность.

А я просто молилась! Просила Богов, чтобы все это поскорее закончилось. Я в технике и артефакторике не просто ноль, а нолище!

Не знаю, что случилось бы, если бы этот парень узнал о нас с Брендоном. Может быть, он бы сохранил это втайне.

Но я все равно не хотела, чтобы он понял.

Для меня то, что случилось со мной и Брендоном, казалось личным. Интимным.

Даже то, что знала Ария, меня смущало. Но она не потешалась над нами.

А если бы Равэн узнал, он бы точно шутил над Брендоном. До скончания времен, причем!

Этот парень, как я поняла за те два часа, что он был рядом с нами, был настоящей занозой.

Короче говоря, если Равэн о чем-то и догадался, он промолчал.

Однако, когда он прощался с нами, его взгляд меня насторожил.

В особняк мы вернулись к вечеру, после «Ночи страсти» больше не задерживались в академии надолго.

Три дня… До ритуала три дня, а мы все еще были не в своих телах.

Что делать, не имели понятия.

Оставалось лишь одно – рассказать друг другу вообще все. Так мы и сделали.

Но на следующее утро ничего не изменилось.

– Ката, все..

– Замолчи, Брендон. – перебила я его. – Хватит. Я не могу больше это слушать.

Он немного помолчал, наблюдая за мной из отражения в зеркале, пока я расчесывала свои волосы.

От нервов я искусала губы так, что они кровоточили. Во рту стоял неприятный металлический привкус.

– Мы должны рассказать Кристиану. – ошарашил меня Брен.

– С ума сошел!?

– Нет, я не выйду замуж за брата. – криво улыбнулся он. – И ты думаешь, Крис не догадается, что что-то не так? Да ему одного взгляда хватит, чтобы это понять.

Я опустила руки, тяжело вздыхая.

Почему? Вот почему все должно быть так сложно?

Почему я не могу просто выйти замуж за Кристиана и все?

Нет, мы попали в эту идиотскую ситуацию!

Вытрясли друг из друга души – в прямом смысле этого слова.

Раскопали старые раны.

Узнали друг о друге самые интимные вещи.

– Веснушка, ты уверена, что все мне рассказала?

Меня будто ледяной водой окатили. Я уставилась на него, потеряв дар речи. Губы разомкнулись.

– Может, есть еще что-то? – пронзительно смотря мне в глаза, сказал он.

– Н-нет. – я тяжело сглотнула. – Конечно, нет.

– Ты любишь Кристиана?

Я отрицательно мотнула головой, и тотчас опомнившись, быстро закивала.

– Точно? – сощурился он.

– Д-да.

– Ты по своей воле выходишь за него?

– Что… Что ты несешь!? Конечно, по своей!

– Он тебя не принуждал? Не шантажировал? Не обязывал?

– Прекрати! – процедила я, сжав расческу в руке так, что от вампирской силы она потрескалась. – Я. Его. Люблю!

– Ты меня или себя хочешь убедить? – вздернул он бровь.

Я открыла рот, но ничего не сказала. Брендон поймал меня.

Он усмехнулся и встал со стула.

– Все зависит от тебя, малышка.

Брен направился в ванную комнату. Проводив его взглядом, я повернулась к зеркалу.

В отражении был он – парень, о котором я мечтала последние шесть месяцев.

Что толку я гнала все мысли о нем?

Твердила себе, что ничего к нему не чувствую? Убеждала себя, что люблю Кристиана? Избегала Брендона? Или при каждой встрече выпускала шипы?

Все равно я сейчас была рядом с ним. Медленно запускала его в свою душу. Принимала его и свои чувства.

Я закрыла глаза и протяжно выдохнула. Почему все не может быть проще?

– Давай ложиться спать, Ката. – сказал Брендон, выйдя из ванной комнаты.

Мы снова легли на одну кровать, но отдалились друг от друга настолько, что могли свалиться с нее.

Он был рядом, но в то же время настолько далеко, что мне казалось, пропасть между нами не может быть еще больше.

Он был всем, чего я желала, но я не могла его получить. Не в этой жизни.

Я принадлежу Кристиану. Только он может даровать мне свободу.

Эту ночь я не спала. Смотрела в окно на растущую луну и слушала, как размеренно бьется сердце Брендона.

Я вспоминала все, что он мне рассказал. Все, в чем признался. И от этого было еще больнее.

Но я не могла перестать думать о нем. Думать – это все, на что я имела право.

Я решилась, что завтра во всем признаюсь. Открою свою душу полностью.

И будь, что будет.

Если он возненавидит меня… Это будет заслуженно.

С утра мы не разговаривали. Опять. Я пыталась признаться, но как только открывала рот, язык прирастал к небу.

Потому мы молча разобрались с нуждами друг друга, а затем спустились на завтрак.

Сегодня этот противный вампир Гуан снова донимал Брендона вопросами.

Я не понимала его заинтересованности во мне, и это меня настораживало. Уж очень назойливо он действовал.

А смотрел как?

Вчера, когда Брендон разговаривал с Варианом о противоядии и состоянии Фло, я заметила, как злобно, с ненавистью и отвращением Гуан прожигал Брена глазами.

Если бы взгляд был оружием, он бы искромсал мое тело на мелкие ошметки.

Примерно так же на меня всегда смотрела Калипсо.

Возможно, дело было в том, что когда-то она должна была выйти замуж за Кристиана, но появилась я, и спутала ей все карты.

Тогда она принялась за Брена, но и он послал ее к черту.

– Брендон? – рука Калипсо легла на мою, и я вздрогнула.

За столом была тишина. Что я пропустила, пока блуждала в мыслях?

Я поймала взгляд Калипсо, и едва удержалась, чтобы не скривиться. Это обожание… меня от него тошнит.

– Что такое? – спросила я.

Вышло хрипло, будто я давно не разговаривала.

– Ты не ответил на вопрос крестного. Так, когда вернется Кристиан?

– Завтра.

– Он тебе написал? – поинтересовался Гуан.

– Да.

Сегодня Брену пришло письмо и мне тоже.

В моем Кристиан извинялся за то, что не писал, ссылаясь на занятость и усталость. Обещал, что когда он вернется, загладит вину. И бла, бла, бла.

Мне было все равно. Не писал – хорошо. Мог бы вообще не возвращаться.

Однако, после этих мыслей меня долго грызли стыд и вина. Я обязана Кристиану всем, а веду себя как неблагодарная дрянь.

Если бы не он, неизвестно что бы случилось с Фло. И мною тоже.

– Решил вопрос с наследством? – узнал Гуан, его глаза-бусинки нашли мои.

– Решил. Иначе бы не вернулся.

Я перевела взгляд на Брендона. Он как-то странно взирал на Гуана.

Когда мы вышли из столовой, я нагнала его, чтобы узнать, что случилось.

– Никто, кроме меня и тебя, не знал, где он и зачем именно покинул страну. – сказал мне Брен.

Его тяжелый взгляд ударил по мне. Даже мурашки побежали.

– Я никому не говорила, Брен. – защитилась я.

– Знаю.

– Ты уверен, что Кристиан ему не сказал?

– Да.

– Но зачем Гуану спрашивать открыто?

– Для него я был и остаюсь глупым несмышленым мальчишкой. Он меня не знает.

Больше он ничего не сказал.

Мы посетили Флору и направились в домашнюю мастерскую Брендона. Однако в гостевом крыле нас перехватила Алилла.

С нею была еще одна женщина. Когда я взглянула на нее, во мне резко поднялась волна ужаса. Дыхание перехватило, а внутри все сжалось.

Почему я так отреагировала, не поняла. Женщина была красивой, и улыбалась она мило.

Но ее глаза… Взгляд…

Остаток дня, который я провела в мастерской Брендона, пока он «наслаждался» примеркой платья, я думала о том, что мне знаком этот взгляд.

Предчувствие чего-то нехорошего сжимало душу в тиски.