Текст книги "Укротить сбежавшую невесту. Академия Магического Надзора (СИ)"

Автор книги: Элиз Холгер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 33. Новые подробности

Мир на миг поплыл. Я почувствовала, как холодеют кончики пальцев. Инстинкты кричали: «Отрицай! Притворись дурочкой!»

– Я… я не понимаю, о чём вы… – пролепетала, стараясь вложить в голос как можно больше искреннего недоумения.

– Лорелея, – его голос стал ниже, твёрже, в нём прозвучала не просьба, а приказ. – Никто не должен узнать, что дух теперь связан с тобой. Ты меня понимаешь?

Я смотрела на него, ощущая, как земля уходит из-под ног. В голове стоял гул. Он знал. Знал всё. Как? Зачем? И главное – почему он помогает, а не ведёт меня к ректору? Я медленно, будто в тумане, кивнула.

– Но откуда вы… – начала, но он снова прервал меня, подняв руку.

– Не важно, как я узнал. Важно то, что я должен защитить тебя. Сейчас просто слушай меня и делай то, что я говорю. Духа, запечатанного в фундаменте Академии, могла освободить только ведьма с пробудившейся или способной пробудиться в скором времени древней магией. Если о ней ещё никто не узнал, значит, истинная магия ведьмы пока дремлет, а значит, её нужно найти и сделать всё, чтобы она не овладела своей силой. Именно это и попытаются сделать Верховные Наставники и консервативное крыло Совета. Они верят в то, что магия древних ведьм не должна вернуться в наш мир. Я расскажу позже об этом подробнее, но пока ты должна быть осторожной и не вызывать никаких подозрений.

Элиан тяжело выдохнул и потер переносицу пальцами, закрыв на мгновение глаза. На его лице читалась неподдельная усталость и груз ответственности. Я же молча сидела, пригвождённая к креслу его словами. Всё было намного, намного серьёзнее, чем я могла предположить. Это была не просто шалость – это была политика. Древние силы, запреты, тайные общества внутри Академии…

– Сегодня будут проверять всех учащихся в Академии девушек, – продолжил он, открыв глаза. Взгляд был снова острым и собранным. – Особенно тебя. Ты дочь сильной ведьмы и ведьмака. Ты будешь под постоянным, пристальным наблюдением. Поэтому, ради всего святого, Лорелея, никаких глупостей. Никакой магии вне уроков. Никаких странных знакомств. Никаких… лягушачьих апокалипсисов. Прошу тебя.

– Я поняла, магистр Элиан, – почти прохрипела, сжимая в ладони холодное стекло пузырька так, что оно вот-вот могло треснуть.

– Кто-то ещё знает? О том, кем ты можешь быть, и о том, что это ты спасла духа?

Я виновато опустила глаза, а потом подняла их на него.

– Аэрон. Он… он помогал мне освободить духа. Без него я бы не справилась.

Элиан замер. На его лице промелькнула неподдельная растерянность, почти недоверие.

– Что? – переспросил он. – И дух… он принял его помощь? Не атаковал?

– Аэрон… – я сделала паузу, собираясь с духом, и просто выпалила: – Аэрон мой истинный. Связан со мной. Дух признал его.

Магистр несколько секунд молча смотрел на меня, переваривая эту информацию. Потом резко выдохнул.

– Верно. Если бы не он, у тебя бы еще не было магии. Как и другие древние ведьмы, их магия зависит от истинных. Чтобы магия ведьмы пробудилась, она должна принять сначала своих истинных. Впитать в себя часть магии истинных, чтобы проснулась своя.

Это заявление повергло меня в шок. Я не знала о таком.

– Откуда вы знаете?

Элиан задумчиво посмотрел на меня, затем хмуро кивнул:

– Ты не знала. Да и откуда. Информация о древних ведьмах почти вся утеряна. Я узнал о древних ведьмах из семейных архивов. Ты видимо и сама до недавнего времени не знала о себе ничего.

– Да, – подтвердила, растеряно кивнув. Он ведь даже не знает о Темном маге. Но пока о нем я не решалась сказать магистру. – Вы можете мне рассказать больше о себе?

Элиан покачал головой.

– Не сейчас, Лорелея. Но я найду время поговорить с тобой. Пока же, ты должна быть крайне осторожна. И Аэрон, раз он знает обо всем. Но тогда один пузырёк вам двоим не поможет. Ректор может вызвать и его, так как вы общаетесь. – Он снова скрылся в смежной комнате и вернулся с ещё одним идентичным пузырьком. – Больше у меня нет. Так что будьте аккуратнее. Зелье очень редкое и дорогое. Его трудно достать даже мне. Скажи ему, чтобы выпил, если тоже вызовут к ректору. Пусть держит при себе и никому не показывает.

Я оживлённо кивнула, принимая второй пузырёк. Тяжёлый холодок в груди немного отступил, сменившись острой благодарностью.

– Магистр Элиан… – я снова попыталась спросить, почему помогает, кто он такой на самом деле, но он снова меня прервал.

– Поговорим позже. Когда всё это уляжется. А сейчас иди в столовую и делай вид, что всё прекрасно. Удивляйся всему вместе с другими, обсуждай ночную тревогу, будь любопытной, но не слишком. И, главное, никак не выдавай себя. И да, – он пристально посмотрел на меня, – лучше, если никто, кроме Аэрона, не будет знать о духе. И о твоих… истинных возможностях. Это не только твоя безопасность, Лорелея. Это безопасность всех, кто тебе дорог.

– Хорошо, магистр, – кивнула, вставая. Ноги были немного ватными.

– Иди тогда.

Я сунула один пузырёк в глубокий внутренний карман своей жилетки, а второй зажала в ладони. Потопталась ещё мгновение на месте, глядя на его усталое, но по-прежнему невероятно привлекательное лицо, и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Глава 34. В столовой

Столовая встретила нас привычным уютом и запахами, от которых моментально заурчало в животе. Я поняла, что после вчерашней ночи и утреннего визита к Элиану совершенно забыла о еде. Голод накатил волной, острой и требовательной.

Мы с Аэроном взяли подносы и двинулись вдоль длинного раздаточного стола. Выбор был богатым, как всегда по утрам. Я положила себе пышные оладьи, политые янтарным мёдом и посыпанные тёртыми орехами, добавила несколько ломтиков хрустящего бекона, от которого шёл дразнящий аромат дымка, и взяла тарелку с нарезанными фруктами – сочные дольки апельсина, виноград цвета изумруда и ломтики сладкой дыни. Аэрон выбрал более сытный вариант: большую порцию яичницы с овощами, тосты с маслом и сыром, кувшинчик молока и чашку дымящегося травяного чая.

Столовая была на удивление пустой. Большинство студентов, видимо, ещё спали после ночной тревоги или просто не торопились вставать. Мы выбрали столик у окна, подальше от входа и от кухни. Я опустилась на скамью, ставя поднос перед собой, и Аэрон устроился, напротив. Утренний свет падал на его белые волосы, превращая их в серебристое сияние, а его серебристые глаза смотрели на меня с тихой озабоченностью.

– Ну что? – тихо спросил он, наклоняясь ближе. – Как всё прошло?

Я оглянулась. В столовой было действительно мало народу, но всё же несколько адептов сидели за дальними столами, вяло жуя и переговариваясь. Аэрон проследил за моим взглядом и понимающе кивнул. Он поднял руку, и я почувствовала лёгкую рябь в воздухе вокруг нас. Невидимый, но ощутимый полог тишины окутал наш столик. Звуки столовой стали приглушёнными, словно доносились издалека.

– На всякий случай, – пояснил он, опуская руку. – Теперь можешь говорить.

Я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями, и начала тихо, едва слышно:

– Магистр Элиан знает. Знает, что это я освободила духа.

Аэрон замер с куском тоста на полпути ко рту. Его глаза расширились.

– Что? Как?..

– Не знаю, как он узнал, – покачала головой, нервно накалывая вилкой кусочек дыни. – Но он не собирается меня сдавать. Наоборот. Он дал мне это зелье, – я коснулась кармана жилетки, где лежал пузырёк, – чтобы блокировать действие зелья правды, если ректор вызовет на допрос. И дал второе для тебя.

Аэрон медленно опустил тост обратно на тарелку, переваривая информацию.

– Значит, он на нашей стороне?

– Похоже на то. Он сказал, что должен защитить меня. Но почему, не объяснил. Обещал рассказать позже, когда всё уляжется.

Я сделала паузу, откусила кусочек оладьи. Мёд растёкся по языку сладкой волной, но я почти не чувствовала вкуса. Мысли были заняты другим.

– Он рассказал мне кое-что важное, – продолжила, понизив голос ещё больше. – Ректор думает о том, кто мог освободить духа. Магистр сказал, что это могла сделать только ведьма с пробудившейся или способной пробудиться древней магией. Если о ней ещё никто не узнал, значит, её истинная сила пока дремлет. И Верховные Наставники, и консервативное крыло Совета будут искать эту ведьму, чтобы не дать ей овладеть своей силой. Они верят, что магия древних ведьм не должна вернуться в наш мир.

Аэрон нахмурился, его пальцы сжали край стола.

– То есть они будут охотиться на неё? На тебя? Древняя ведьма с не пробудившейся магией это ты? Древняя – в смысле, в тебе магия тех, кто исчез многие столетия назад? Та самая ведьма?

Я кивнула, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

– Да. Поэтому Элиан велел мне быть крайне осторожной. Никакой магии вне уроков. Никаких странных поступков. Меня будут проверять особенно тщательно, потому что я дочь сильной ведьмы и ведьмака. И я под подозрением.

Аэрон молчал, его взгляд был сосредоточенным и серьёзным. Потом он медленно кивнул.

– Хорошо. Мы будем осторожны. Но, Лори... – он замялся, подбирая слова. – Я всё ещё многого не понимаю. Зачем тебе надо было освобождать духа? Ты рисковала всем. Своим местом в Академии, своей безопасностью... Почему?

Я посмотрела ему в глаза. В его серебристых глазах читалась не подозрительность, а искренняя озабоченность и желание понять. Мне так хотелось рассказать ему всё. О том, что для пробуждения магии мне нужны все мои истинные – часть магии от каждого. От него, Аэрона, и от Тёмного мага, чьё имя я до сих пор не знала, во мне магия уже есть. Осталось найти остальных четверых. О том, что Ашар не просто дух, а часть моей души, без которой я не смогу стать собой. Но сейчас, здесь, даже под пологом тишины, было слишком опасно говорить обо всём.

– Я расскажу. Сегодня. Всё обещаю, – тихо сказала, протягивая руку и накрывая его ладонь своей. – Просто пока доверься мне, хорошо?

Аэрон не колебался ни секунды. Он перевернул руку ладонью вверх и крепко сжал мою.

– Хорошо, – серьёзно кивнул он. – Я доверяю тебе.

В его голосе не было ни капли сомнения. И в этот момент я поняла: с ним не страшно и в огонь, и в воду. Он не предаст. Не отступит. Он будет рядом, что бы ни случилось.

Тёплое чувство разлилось в груди, прогоняя остатки страха и тревоги. Я улыбнулась ему, и он ответил мне такой же тёплой, мягкой улыбкой.

Аэрон вдруг резко поднял голову, его уши дёрнулись, и он взмахом руки убрал полог тишины. Звуки столовой хлынули обратно. Гул голосов, звон посуды, скрип скамеек.

Глава 35. Собрание

К нам подошла наша группа. Зара, Финн, Кай, Лира и Рен. Они уселись за столом, заполняя свободные места. Вейн кивнул нам и отошёл к своим друзьям с боевой магии, которые уже шумно обсуждали что-то за соседним столом.

– Вы слышали? – взволнованно спросила Зара, её карие глаза горели любопытством. – Вся Академия только об этом и говорит!

– Мы только что узнали от Вейна, – ответил Аэрон, отпивая чай. – Что-то про кражу из подземелий.

– Не просто кражу, – вмешался Финн, поправляя очки. – Я слышал от одного из адептов-архивариусов. Он говорит, что пропал древний артефакт, который был запечатан в фундаменте Академии ещё при её основании. Без него защитные барьеры ослабли. Магистры сейчас держат их общими силами, но это временная мера.

– Кто мог такое сделать? – пробормотала Лира, нервно теребя прядь своих тёмных волос. – Это же безумие. Проникнуть в подземелья, пройти через все защиты...

– Кто-то очень сильный, – мрачно заметил Кай, зевая. – Или очень глупый.

Рен молчал, его холодный взгляд скользнул по мне, задержался на мгновение, а потом переместился на Аэрона. Я почувствовала лёгкий укол тревоги. Неужели он что-то подозревает?

Напротив меня сел Ксерион. Я почувствовала его присутствие раньше, чем увидела – странное, тёплое покалывание в груди, словно что-то внутри откликнулось на его близость. Я подняла глаза и встретила его жёлто-зелёный взгляд. Он смотрел на меня внимательно, изучающе, и он был угрюм. Учитывая каким, он был вне академии и здесь, разница на лицо. Ему явно не нравилось здесь, и я теперь понимала причину.

Вспомнила то, о чем узнала. Мне было немного стыдно. Этот дурак вернулся в академию из-за меня. Точно с ума сошел.

Не обращай внимания, – строго приказала себе и уткнулась в свою тарелку, делая вид, что увлечена едой.

Обсуждение продолжалось. Ребята строили теории, перебивали друг друга, спорили. Я молчала, лишь изредка кивая или вставляя нейтральные комментарии. Аэрон тоже держался спокойно, но я чувствовала его напряжение по тому, как он сжимал чашку с чаем.

Внезапно в столовой воцарилась тишина. Все разговоры оборвались разом, словно кто-то нажал на невидимую кнопку. Я подняла голову и увидела, что в дверях стоит один из магистров. Высокий мужчина средних лет с седеющими висками и строгим лицом. Магистр Торвальд, один из преподавателей зельеварения.

Он окинул взглядом притихших студентов и произнёс громко, чётко:

– Всем собраться в главном зале через пятнадцать минут. Присутствие обязательно. Ректор ждёт.

С этими словами он развернулся и вышел, оставив за собой гул недоумённых и взволнованных голосов.

Я переглянулась с Аэроном. Мы оба знали, что нас ждёт. Ректор объявит о случившемся. Начнутся поиски. Допросы. Проверки.

Главное держаться спокойно. Не выделяться. Слиться с толпой.

Мы доели в молчании и вместе со всеми двинулись в сторону главного зала.

–

Главный зал Академии был огромным. Высокие своды, украшенные магическими фресками, которые медленно двигались, изображая сцены из истории магии. Ряды скамей, расположенных амфитеатром, заполнялись студентами. Гул голосов эхом отдавался от каменных стен.

Мы с Аэроном нашли места в середине, не слишком близко к сцене, но и не в самом конце. Рядом устроилась наша группа. Ксерион сел через несколько рядов от нас, но я всё равно чувствовала его взгляд на своей спине. Меня раздражало насколько сильно мое тело настроено на него, и я замечаю его даже вскользь брошенные на меня взгляды. Нужно будет с этим что-то делать.

На возвышении, где обычно стояла кафедра для выступлений, появился ректор. Магистр Альдерон Грейвен – мужчина преклонных лет, но всё ещё полный сил и власти. Его длинная мантия цвета ночного неба была расшита серебряными рунами, а на груди красовался герб Академии. Седые волосы были зачёсаны назад, открывая высокий лоб и проницательные, холодные серые глаза.

Он поднял руку, и зал мгновенно затих.

– Студенты Академии, – начал он, и его голос, усиленный магией, прокатился по залу, достигая каждого уголка. – Прошлой ночью произошло событие, которое я не могу назвать иначе, как трагедией и позором для нашего учебного заведения.

Он сделал паузу, окидывая нас тяжёлым взглядом.

– Кто-то проник в запретные подземелья Академии. Кто-то прошёл сквозь защиты, которые стояли веками. И кто-то украл артефакт величайшей важности – древний источник силы, который поддерживал магические барьеры этого места с самого момента его основания.

Зал ахнул. Кто-то вскрикнул. Я сидела неподвижно, стараясь не моргать, не дышать слишком часто. Но меня так же наполнила злость. Вот как они нагло пользовались духом. Ни за что и никогда они его больше не вернут.

– Без этого источника, – продолжал ректор, и его голос стал жёстче, – наши защиты ослабли. Мы, магистры, держим их сейчас собственными силами, но это временная мера. Мы должны вернуть украденное. Мы должны найти того, кто осмелился совершить этот акт вандализма и предательства.

Глава 36. Подготовка к вечеринке

Я и не думала, что и правда все будут просто веселиться, пока магистры заняты важными делами. Казалось бы, должна царить тревога, напряжение, страх перед неизвестным. Но нет. Стоило нам выйти за ворота Академии и окунуться в шумную, яркую атмосферу академгородка, как я поняла: почти никого не волнует, что какой-то важный артефакт исчез. Наоборот, все решили взять от момента всё.

Может, это была защитная реакция. Способ отвлечься, забыть о страхе. А может, молодость просто брала своё – жажда жизни, веселья, свободы. В любом случае, улицы городка были полны смеха, музыки и возбуждённых голосов.

Мне сначала было неловко. Я не очень вписывалась, пусть и в немногочисленную, но в компанию ребят – они все знали друг друга дольше. Я чувствовала себя немного чужой, наблюдателем со стороны. Но Аэрон... такой душка. Он не отходил от меня, вовлекал в разговоры, объяснял непонятные мне шутки, смеялся над моими неловкими комментариями так искренне и тепло, что я постепенно расслабилась. Он помог забыть о произошедшем, хотя бы на время. И к вечеру я уже чувствовала себя частью этой весёлой, беззаботной компании.

Поэтому, когда Зара схватила меня за руку и потащила в сторону магазинов, крича что-то о нарядах и вечеринке, я не сопротивлялась. Лира присоединилась к нам, и мы втроём, хихикая и толкаясь, помчались по узким улочкам в поисках идеального образа.

Магазин, в который мы ворвались, был... необычным. Очень необычным.

Я замерла на пороге, ошарашенно оглядываясь. Это было небольшое, но ярко освещённое помещение. Стены были завешаны тканями всех цветов радуги – шёлк, бархат, кружево, прозрачная органза. Было множество нарядов. Платья, юбки, топы, комбинезоны... И все они были почти бесстыдными.

Глубокие вырезы, открытые спины, разрезы до бедра, прозрачные вставки, едва прикрывающие самое необходимое. Блёстки, пайетки, перья, цепочки. Некоторые наряды больше напоминали нижнее бельё, чем одежду для выхода в свет.

– Вот это да, – выдохнула, чувствуя, как щёки вспыхивают.

Зара рассмеялась, увидев моё лицо.

– Не переживай, это нормально! Здесь одеваются все, кто идёт на ночные вечеринки. Это же не официальный приём, а клуб. Тут можно всё!

Лира уже копалась в рядах с платьями, её глаза горели азартом.

– Смотрите, вот это просто шикарно! – она вытащила платье цвета изумруда, почти полностью прозрачное, с крошечными стразами, образующими узор на груди и бёдрах.

Я сглотнула. Как принцесса, я бывала на балах, приёмах, официальных мероприятиях. Мои платья всегда были роскошными. Максимум легкое декольте, или чуть открытая спинка. Платья подобающие моему статусу. Единственное, что мне удавалось, это вырваться в город погулять тайком, пока родители не заметили. Переодеться в простую одежду и бродить по рынкам, тавернам, слушать уличных музыкантов. Но в такие места, где тусуется молодёжь, где царит свобода и раскрепощённость, я еще не попадала, так как я совсем недавно переступила порог совершеннолетия.

Поэтому сейчас у меня всё внутри переворачивалось от волнения и предвкушения. Это было ново. Это было пугающе. Это было невероятно захватывающе.

– Знаете, – вдруг сказала Лира, отвлекая меня от мыслей. Она смотрела на своё отражение в зеркале, прижимая к себе ярко-красный топ с глубоким вырезом. – Мне кажется, нравится Рен.

Я удивлённо подняла брови. Лира, обычно такая молчаливая и замкнутая, вдруг начала раскрываться перед нами.

– Рен? – переспросила Зара, подходя ближе с охапкой платьев. – Серьёзно?

– Да, – Лира кивнула, и на её щеках проступил лёгкий румянец. – Хочу воспользоваться случаем и наконец добиться его внимания. А то он такой холодный и отстранённый. Даже не знаю, замечает ли он меня вообще.

Мы с Зарой переглянулись, улыбаясь.

– Сегодня твой день, – пожала плечами Зара, перебирая платья. – Все расслабятся, может, и он станет более... приятным. Вот, примерь это! – она протянула Лире короткую юбку с длинными воланчиками по бокам и кружевной топ.

Лира взяла наряд, и её глаза загорелись.

– Да, точно! Спасибо!

Мы погрузились в примерку. Зара тащила нам платье за платьем, Лира крутилась перед зеркалом, я пыталась найти что-то, что не заставит меня чувствовать себя голой.

– А ты что, Лори? – вдруг спросила Лира, отвлекая меня от очередного слишком откровенного наряда.

– В смысле, что? – не поняла я.

– Ну как же, – поиграла бровями Зара, подходя ближе и понизив голос до заговорщицкого шёпота. – Аэрон. Мы же видим, как между вами что-то происходит.

Я замерла, сжимая в руках шёлковое платье. Девочки смотрели на меня выжидающе, с любопытством и теплотой.

Решила, признаться. Раз уж мы вот так болтаем по-девичьи.

– Да, – выдохнула. – Ещё и он мой истинный.

Девочки ахнули от удивления, тут же забыв о платьях. Зара даже выронила вешалку, которую держала.

– Правда?! – удивлённо, но с восхищением спросила Зара. – Ох, это мечта каждой девушки, найти своего истинного, как можно раньше! А ты ещё и с ним учишься вместе. Это так круто!

– Да, вам двоим очень повезло, – кивнула Лира, улыбаясь. – Некоторые могут искать истинного много лет. Некоторые и не находят вовсе. А тут в таком раннем возрасте.