Текст книги "Укротить сбежавшую невесту. Академия Магического Надзора (СИ)"

Автор книги: Элиз Холгер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 50. Вместе 18+

Мы быстро собрались. Аэрон сложил остатки еды обратно в корзину, а Вейн затушил магические свечи. Оранжерея погрузилась в темноту, и лишь светящиеся цветы на лианах мягко мерцали в ночи, как далёкие звёзды.

Мы выскользнули наружу и, держась за руки, быстрым шагом направились обратно к общежитию. Воздух стал ещё холоднее, и я поёжилась, но Вейн тут же обнял меня за плечи, притягивая к себе.

– Не замёрзнешь, – пообещал он.

– Спасибо, – улыбнулась, прижимаясь к его тёплому боку.

Мы добрались до общежития в рекордное время. У входа, к счастью, никого не было, все студенты уже сидели по комнатам. Мы проскользнули внутрь. На лестнице и в коридорах было тихо, лишь приглушённый свет ночных ламп освещал наш путь. Мы поднялись на наш этаж, и тут Вейн, который должен был бы сейчас свернуть в сторону своей комнаты, прошёл вместе с нами по коридору к моей двери.

– Ты куда? – прошептала, оглядываясь на него.

– К тебе, разумеется, – ответил он, и в его глазах снова заплясали озорные огоньки.

– Вейн! Комендант...

– Если не успею уйти до полуночи останусь у Аэрона, – прошептал он,

Я махнула рукой на этого дурака. Пробежав мимо коменданта, который о чем-то говорил с одним из студентов, мы поднялись к нам с Аэроном. В общей гостиной к счастью никого не было, и мы быстро забежали ко мне в комнату. Дверь за нами захлопнулась с тихим щелчком.

В коридорчике было тесно. Очень тесно. Мы еле помещались втроём в этом узком пространстве. Я оказалась зажатой между Аэроном, который ещё не успел снять обувь, и Вейном, который стоял прямо за моей спиной.

– Тсс, – выдохнул Вейн, и я почувствовала его горячее дыхание на своей шее. – Мы тихо.

– Ты сумасшедший, – прошептала, но не смогла сдержать нервного смешка. – Если нас поймают...

– Не поймают, – пообещал он.

А потом его руки легли мне на талию, и он резко развернул меня к себе. Я ахнула от неожиданности и упёрлась ладонями в его грудь. В тусклом свете, проникающем из комнаты, я видела его лицо. Его серо-голубые глаза сейчас потемнели, и смотрели на меня так, словно я была единственным, что имело значение в этом мире.

– Лори... – прошептал он и, наклонившись, поцеловал меня.

Этот поцелуй был совсем не таким, как в оранжерее. Там он был нежным, осторожным, а здесь же в нем говорила страсть. Вейн вложил в поцелуй всё, что сдерживал весь вечер, и я буквально утонула в его чувствах. Его губы двигались настойчиво, его язык скользнул в мой рот, и я застонала, чувствуя, как по телу разливается жар. Мои пальцы вцепились в ткань его рубашки на груди, а его руки, лежавшие на моей талии, сжались сильнее, притягивая меня ещё ближе.

Поцелуй закончился так же внезапно, как и начался. Вейн оторвался от моих губ, тяжело дыша, и я увидела, как в его глазах пульсирует магия.

– Я просто безумно хотел тебя поцеловать, – прошептал он, его голос звучал хрипло. – Мне видимо всегда будет мало.

Я даже не успела ответить, как другие большие, тёплые руки легли на мои плечи и мягко развернули меня в другую сторону. Аэрон.

Он наклонился и поцеловал меня, и этот поцелуй был совсем другим. Не менее страстным, но в нём чувствовалась глубокая, почти благоговейная нежность, которая была свойственна эльфу. Его губы были мягкими, но требовательными; он целовал меня так, словно у него была целая вечность, словно он хотел запомнить каждое мгновение. Его руки скользнули с моих плеч на спину, потом на талию, притягивая меня к его широкой, мускулистой груди, и я почувствовала себя крошечной, хрупкой и в то же время в полной, абсолютной безопасности.

Этот поцелуй длился и длился, и я забыла, где мы, забыла о времени, забыла обо всём. Остались только его губы, его руки, его сердце, бьющееся так же быстро, как моё.

Наконец он отстранился. Мы оба тяжело дышали. Его серебристые глаза, обычно такие спокойные, сейчас горели магией, а на щеках проступил лёгкий румянец.

Я стояла, зажатая между ними в этом крошечном коридорчике, и чувствовала, как колотится моё сердце, как горят мои губы, как по всему телу разливается странное, томительное тепло, которого я раньше никогда не испытывала. Это было острое, пьянящее ощущение. Смесь желания, страха, предвкушения и чего-то ещё, глубокого, древнего, связанного с нашей истинной связью.

Вейн приблизился, взял моё лицо в свои ладони, его пальцы были прохладными, но прикосновение невероятно нежным. Он заглянул мне в глаза.

– Лори, – тихо произнёс он, и в его голосе не было ни капли обычной насмешки, только серьёзность и тревога. – Мы понимаем, если ты не готова. Честно. Мы можем просто остаться с тобой. Обниматься. Разговаривать. Или мы можем уйти, если ты хочешь побыть одна. Всё, что ты захочешь.

– Ты не обязана, – добавил Аэрон, его голос звучал так же тихо и серьёзно. Он погладил меня по спине через ткань кофты. – Мы никогда не будем тебя торопить.

Посмотрела на Вейна, потом на Аэрона. На их лица, полные тревоги и нежности одновременно. На то, как они ждали моего ответа, готовые принять любое решение. И в этот момент я поняла.

Я хочу этого. Я хочу их. Обоих.

Может быть, это было безрассудно. Может быть, слишком быстро. Мы знали друг друга всего ничего, чуть больше недели. Но связь истинных не подчинялась обычным правилам. С ней всё было иначе, ярче и понятнее. И после всего, что мы пережили вместе, после нападения, после страха, после того, как они искали меня, спасали, заботились обо мне, я знала. Знала, что они те самые. Что они мои.

Глава 51. Неделя

Прошла неделя.

С одной стороны, я купалась в любви и заботе, которую дарили мне Аэрон и Вейн. Почти каждую ночь они оставались со мной, и мы засыпали втроём на моей узкой кровати, переплетясь руками и ногами, словно котята в корзине. Днём мы сидели вместе на занятиях, вместе ходили в столовую, вместе гуляли по кампусу. Их присутствие стало для меня таким же естественным и необходимым, как дыхание. Я всё ещё привыкала к этой мысли, что я не одна, что у меня есть двое мужчин, которые любят меня и которых люблю я. Но с каждым днём это чувство укоренялось всё глубже, прорастая в душе тёплыми, сильными корнями.

С другой стороны, мир за пределами нашего маленького кокона кипел от тревог и неопределённости. Официально занятия шли своим чередом, магистры делали вид, что всё в порядке, но напряжение висело в воздухе, густое и липкое, как патока. То тут, то там я ловила на себе взгляды. Не те любопытные, что были в первые дни после моего поступления, а другие. Оценивающие. Настороженные. Студенты, даже те, кто раньше не обращал на меня внимания, теперь провожали меня глазами, стоило мне войти в столовую или пройти по коридору. Никто ничего не говорил открыто, но слухи, словно ядовитый плющ, оплетали стены Академии. Слухи о нападении. Слухи о том, что целью была именно я. Слухи о том, что среди магистров были предатели.

И на фоне всего этого два обстоятельства не давали мне покоя больше всего.

Первое – Элиан.

За эту неделю я видела его лишь на занятиях и на отработках, на которых он гонял меня до дрожащих колен, не от того, о чем можно подумать, а от усталости. Он вёл «Медитацию и контроль» всё с тем же профессионализмом, но что-то в нём изменилось. Нет, он не был груб или невнимателен. Напротив, он стал... отстранённым. Предельно корректным. Раньше он мог подойти ко мне во время практики, поправить стойку, коснуться плеча, и в его прикосновениях чувствовалась странная, чуть личная забота. Теперь же он держался на расстоянии. Его указания были сухими и чёткими, он почти не смотрел в мою сторону, а если и смотрел, то взгляд его был холоден и непроницаем, как стекло. Ни единого намёка на то, что произошло между нами в Зале Единства. Ни единого упоминания о моём потерянном воспоминании, о котором я прямо спросила его тогда. Он просто замкнулся в себе, отгородившись стеной формальности, и это ранило меня гораздо сильнее, чем я готова была признать. Я ловила себя на том, что ищу его глазами на каждом занятии, что прислушиваюсь к его голосу, надеясь уловить хоть тень прежнего тепла. Но его не было.

Второе обстоятельство, причинявшее мне почти физическую боль, отсутствовало. Ксерион не вернулся в Академию.

Его место на заднем ряду пустовало. На свитке с расписанием, который лежал на его столе, за эту неделю скопилась тонкая плёнка пыли. Сначала я пыталась убедить себя, что это нормально. Семейные дела. Магистр Элиан подписал ему отгулы. Дракон просто уехал домой и скоро вернётся, и тогда всё снова встанет на свои места, и я опять буду раздражаться от его назойливого внимания и колких, но странно-тёплых взглядов.

Но проходил день за днём, а он не возвращался. И с каждым днём грызущее, липкое беспокойство внутри меня росло, ширилось, захватывая всё больше места в душе. Я знала Ксериона с детства. Он был навязчивым, временами невыносимым, но он никогда не исчезал вот так, без следа, не предупредив. По крайней мере, не после того, как вернулся в Академию ради меня.

– Ты опять смотришь на его место, – тихо произнёс Аэрон, наклоняясь ко мне на занятии по истории магии.

Я вздрогнула и перевела взгляд на свои записи, которые в очередной раз покрылись бессмысленными каракулями вместо конспекта.

– Я не...

– Лори, я вижу, – его большая тёплая ладонь накрыла мою руку, лежавшую на столе. – Ты места себе не находишь. Всё думаешь о Ксерионе.

Сжала губы, чувствуя, как внутри колышется неприятный, холодный комок.

– Просто... с ним что-то случилось, Аэрон. Я чувствую это.

– Что именно? – спросил он, глядя на меня с искренней тревогой в своих серебристых глазах.

– Не знаю. – Я помедлила, подбирая слова, которые вертелись в голове уже несколько дней. – Но между нами определенно есть какая-то связь. Не такая как у нас с тобой или с Вейном, а немного иная. Просто… мы так давно знаем друг друга. С самого детства. Я снисходительно относилась к нему, но он всегда был рядом, и не обижался. Наверно за столько лет я и сама не поняла, как мы стали близки.

Аэрон нахмурился, его брови сошлись на переносице. Он уже открыл рот, чтобы что-то ответить, но в этот момент Зара, сидевшая с другой стороны, легонько пихнула меня локтем.

– Заканчивается пара, – одними губами произнесла она, кивая в сторону магистра, который начал сворачивать свитки.

Я кивнула и захлопнула тетрадь. Но решение уже созрело. Дальше ждать и надеяться было нельзя.

Сразу после занятия, не дожидаясь обеда, я направилась в кабинет магистра Элиана. Аэрон хотел пойти со мной, но я покачала головой. Это был разговор, который мне нужно было провести самой.

Я постучала в тяжёлую дубовую дверь, украшенную серебряным фениксом. Тишина. Постучала снова, громче.

– Войдите, – раздался изнутри сдержанный, лишённый эмоций голос.

Я толкнула дверь и вошла. Элиан сидел за своим массивным столом, заваленным свитками, раскрытыми книгами и какими-то официальными бумагами. Его красно-рыжие волосы были, как обычно, собраны в низкий хвост, но под глазами залегли тени, а лицо выглядело усталым и осунувшимся. Когда он поднял на меня взгляд, в его глазах мелькнуло что-то трудноуловимое. Тень прежнего тепла, тут же замаскированная хмурым взглядом.

Глава 52. С Далем

Вечер того же дня принёс мне короткую передышку от тревог. Я сидела в своей комнате, скрестив ноги на кровати, и рассеянно перелистывала учебник по основам магической теории, когда знакомое холодное покалывание в груди возвестило о его прибытии.

Адальгард появился бесшумно, как всегда. Воздух в углу комнаты дрогнул, сгустился, и из марева портала вышел он – высокий, статный, с кулоном «Кровавая Заря Вечности», мерцающим ровным голубым светом на его груди. За эту неделю я уже успела привыкнуть к его внезапным появлениям, но всё равно каждый раз моё сердце пропускало удар.

– Лорелея, – произнёс он, и его низкий, бархатный голос окутал меня теплом.

– Адальгард, – отложила книгу и улыбнулась, чувствуя, как тревоги этого дня понемногу отступают. – Ты снова здесь. А я уж думала, ты сегодня не придёшь.

Он подошёл ближе и, к моему удивлению, опустился на край моей кровати, совсем рядом. От него пахло чем-то свежим и пряным – озоном, горными травами, и ещё чем-то, что я уже начала ассоциировать с ним одним. Он выглядел уставшим: под его синими глазами залегли тени, а красиво очерченные губы были сжаты плотнее обычного. Но, несмотря на усталость, он смотрел на меня с тихой, тёплой нежностью, от которой у меня внутри всё переворачивалось.

– Я обещал приходить, – напомнил он. – И я держу своё слово. Как прошёл твой день?

– Долго рассказывать, – вздохнула, придвигаясь к нему ближе. – Но кое-что важное случилось. Я убедила Элиана начать поиски Ксериона.

Адальгард нахмурился.

– Ксерион... это тот изумрудный дракон, который по рассказам твоей матери постоянно крутился возле тебя?

– Он не «крутился», – возразила, хотя в глубине души знала, что Даль не так уж далёк от истины. – Он... сложный человек. Но он вернулся в Академию ради меня, а теперь пропал. Я не могла сидеть сложа руки.

– Понимаю, – кивнул он, и в его голосе не было ни капли ревности или осуждения, только спокойное принятие. – Ты правильно сделала. Если бы ты чувствовала, что кто-то из моих побратимов в опасности, я бы хотел, чтобы ты сказала мне.

Я улыбнулась, поражённая тем, как легко он принял мои тревоги о другом мужчине. Хотя, чему удивляться? Он знал, на что шёл, когда оказался связан истинной связью с ведьмой.

– Расскажи, как дела в столице? – спросила, желая сменить тему. – Что с отцом? С советом?

Адальгард вздохнул и, к моему величайшему изумлению, откинулся назад, укладываясь на мою кровать и закидывая руки за голову. Его длинные тёмные волосы, стянутые в хвост, рассыпались по подушке, и он выглядел таким... домашним. Таким уязвимым и усталым. Моё сердце сжалось от нежности.

– Сложно, – признался он, закрывая глаза. – Твой отец мудрый правитель, Лорелея. Он сразу понял всю серьёзность ситуации с Фареллом и кланом. Мы уже несколько дней работаем вместе с имперской стражей, пытаясь напасть на след. Но Фарелл словно сквозь землю провалился. И клан тоже затаился. Ни единой ниточки, ни единой зацепки. Такое ощущение, что они знали о нашем расследовании ещё до того, как мы его начали.

– Но как? – я нахмурилась. – Допрос был тайным. Никто, кроме нас, не знал о том, что пленник раскололся… – я подозрительно сощурила глаза. – Может ли ректор быть с ними?

– Нет. Я проверил его от и до. Возможно в академии остался шпион, – ответил Даль, не открывая глаз, – либо они просто очень, очень хороши в том, что делают. В любом случае, сейчас главное обеспечить твою безопасность и безопасность твоей семьи. Твой отец усилил охрану дворца. Твоя сестра Аврора и её мужья тоже под защитой. – Он приоткрыл один глаз и посмотрел на меня с лёгкой усмешкой. – Я передал твоим родителям, что ты жива, здорова и должна обзавестись пятью истинными, включая меня самого —Тёмного мага, которого все считали исчезнувшим видом. Говорят, твоя мама чуть в обморок не упала.

Я прыснула, представив эту сцену.

– Бедная мама. Ей вечно достаётся от своих дочерей. Я обязательно поговорю с ней спокойно, когда увидимся. Ладно, а что с советом? Когда они собираются обсуждать твоё... присутствие в Ливерине?

– Через несколько дней, – ответил Адальгард. Он снова закрыл глаза, и его голос стал тише, как будто силы покидали его. – Идёт подготовка. Твои отцы и несколько верных императорских магистров готовят почву. Нельзя просто так взять и объявить миру, что Тёмный маг вернулся. Слишком много страхов, слишком много предрассудков. Нужно время, чтобы всё прошло гладко.

– Понимаю, – прошептала, глядя на его усталое, но такое красивое лицо.

За эту неделю Адальгард трижды навещал меня. Каждый раз он появлялся ненадолго. На час, иногда на два, и каждый раз его визиты были... волшебными. Он словно чувствовал, что я задыхаюсь в стенах Академии, что мне нужно глотнуть свободы, увидеть что-то, кроме аудиторий и общежития. И он дарил мне эту свободу.

В первый раз он перенёс нас обоих на вершину скалистого утёса, возвышавшегося над бескрайним, бушующим морем. Волны внизу разбивались о камни с оглушительным рёвом, вздымая тучи солёных брызг, а горизонт пылал алым и золотым закатом. Я стояла на самом краю, чувствуя, как ветер треплет мои волосы и платье, а он стоял позади, готовый в любой момент подхватить меня, если я оступлюсь. Мы говорили о его мире Об Империи Тьмы, о его отце, бывшем Императоре, о его младшем брате, который теперь сидит на троне. О его матери, которая умерла слишком рано. О его сестре Мейз. Он рассказывал мне о чёрных розах с алыми прожилками и о синих лилиях, светящихся в темноте, и о том, что теперь, когда он здесь, его отец наконец-то обрёл покой за него.

Глава 53. С Далем Ч2

– О разном, – повторил он, и уголки его губ дрогнули в лёгкой усмешке. – Я чувствую, что ты чего-то хочешь, Лорелея. Твой эмоциональный фон через нашу связь просто кричит об этом. Так чего же?

Я замерла. Сердце пропустило удар, а потом забилось с утроенной скоростью. Проклятье, я совсем забыла, что он чувствует мои эмоции! Эта чёртова метка на запястье передавала ему всё, что я испытывала. И моё растущее беспокойство, и мою нежность, и... желание.

– Ничего, – пискнула, отводя взгляд.

– Ничего? – он приподнялся на локтях, и его синие глаза, цвет которых сейчас в точности совпадал с мерцанием кулона, посмотрели на меня с мягким, но настойчивым любопытством. – Ты уверена? Потому что я чувствую, как ты напряжена. Как будто хочешь что-то сказать, но не решаешься.

Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри меня борются неуверенность и решимость. Неуверенность проиграла.

– Ладно! – выпалила, резко поворачиваясь к нему. – Раз уж ты спрашиваешь, я скажу!

Адальгард сел на кровати, его лицо стало серьёзным. Он явно не ожидал такого эмоционального всплеска.

– Я слушаю.

– Почему, – начала я, и мой голос дрогнул от волнения, – почему ты ни разу меня не поцеловал?

В комнате повисла тишина. Звенящая, абсолютная. Адальгард смотрел на меня, и на его лице медленно проступало выражение, которое я не ожидала увидеть. Удивление. Смешанное с чем-то ещё Облегчением? Растерянностью?

– Лорелея... – начал он, но я не дала ему договорить. Слова, которые я сдерживала всю эту неделю, хлынули из меня бурным, неостановимым потоком.

– Ты мой супруг, Даль. Мой истинный. Ты пришёл в мой мир, чтобы быть со мной. Ты устраиваешь мне самые невероятные свидания, какие только можно вообразить. Ты говоришь мне слова, от которых у меня земля уходит из-под ног. Ты смотришь на меня так, что я чувствую себя самой прекрасной девушкой во всех существующих мирах… – я почти перешла на шепот, от волнения. – Но ты ни разу, не поцеловал меня. Почему? Я тебе не нравлюсь? Ты просто выполняешь свой долг? Или...

– Лорелея, остановись, – его голос прозвучал тихо, но в нём было столько силы, что я мгновенно замолчала.

Он протянул руку и взял мою ладонь в свою. Его пальцы были тёплыми и чуть шершавыми, и от этого прикосновения меня словно током пронзило.

– Ты закончила? – спросил он, глядя мне прямо в глаза.

Кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Сердце колотилось где-то в горле. Я выпалила всё, что накипело, и теперь мне было стыдно… ну и страшно услышать его ответ.

Адальгард поднёс мою руку к своим губам и медленно, не сводя с меня глаз, поцеловал мои пальцы.

– Ты хочешь знать, почему я не целовал тебя? – спросил он тихо, и его голос вибрировал от сдерживаемых эмоций.

– Да, – прошептала я.

Он опустил мою руку, но не отпустил её. Сделал глубокий вдох, словно собираясь с силами.

– Потому что я боялся. Ты была не готова. Ты боялась меня. Боялась того, кем я был для тебя – чудовищем из другого мира, «демоном», которого ты случайно призвала. Я не мог просто взять то, что мне принадлежало по праву. Я должен был дать тебе время, привыкнуть ко мне. Понять, что я не монстр. Узнать меня настоящего.

Я слушала его, чувствуя, как влюбляюсь в этого мужчину, которого я и правда ранее считала монстром. Но я не знала его. И мне правда помогла его отстраненность за последнюю неделю, давая возможность узнать его лучше.

– Ты... прав, – прошептала, с легкой улыбкой на губах. – Но я больше не считаю тебя монстром. Спасибо, что был терпелив и дал время узнать тебя.

Я высвободила свою руку из его пальцев и, не давая ему опомниться, подалась вперёд. Одним движением я забралась на кровать, оказываясь сидящей на его коленях, лицом к лицу. Его глаза расширились от неожиданности, а руки инстинктивно легли на мою талию, поддерживая меня.

– Лорелея, что ты...

– Молчи, – приказала, кладя ладони на его плечи. – Ты хотел дать мне время привыкнуть к тебе? Я уже привыкла. Ты хотел, чтобы я перестала тебя бояться? Я уже не боюсь. Даль... – Я наклонилась ближе, так, что наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга, и мои губы почти касались его губ. – Я хочу, чтобы ты меня поцеловал. Сейчас. Прямо сейчас. И я не приму отказа.

Его глаза вспыхнули буквально – синий цвет на мгновение сменился алым, но тут же вернулся обратно. Его пальцы, лежавшие на моей талии, сжались крепче, и я почувствовала, как по его телу пробегает дрожь.

– Ты уверена? – спросил он, и его голос прозвучал низко, хрипло, с тщательно сдерживаемой страстью, которую он так долго прятал.

– Абсолютно, – ответила я.

И он поцеловал меня.

Его губы накрыли мои, и мир вокруг перестал существовать.

Первый поцелуй был именно таким, каким я мечтала его ощутить – трепетным, почти благоговейным. Его губы, теплые и мягкие, коснулись моих с такой осторожностью, словно я была не женщиной из плоти и крови, а хрупким цветком, который мог рассыпаться от одного неверного движения. Я отвечала ему всем своим существом, прижимаясь ближе, запуская пальцы в его тёмные волосы, наконец-то чувствуя их шелковистую тяжесть в своих ладонях.