Текст книги "Хищники. В паутине страсти (СИ)"

Автор книги: Элис Мэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16

Александр

Воздух в парке был свежим и прохладным, он должен был бы прочистить голову, но я чувствовал, как во мне до сих пор горит огонь. Огонь, который даже не собирается затухать.

Словно на повторе я вновь и вновь прокручиваю в голове события последнего часа. Моя сладкая девочка… Я до сих пор ощущаю тепло её кожи под моими пальцами. Запах её страха и возбуждения, сладкий, дурманящий коктейль, от которого мой внутренний зверь сходил с ума. Её судорожный вздох, когда мои губы коснулись её коленки. И потом – резкая, острая боль в ступне от её каблучка. Даже это воспоминание вызывало кривую усмешку.

Дерзкая… Наша маленькая, дерзкая малышка.

– Что будем делать с куратором Леи?

Голос Антонио вырвал меня из сладких воспоминаний. Я остановился, посмотрел на брата и скривился. Вспоминать об этом идиоте Моресе совсем не хотелось. Но и оставлять всё как есть – тоже не вариант. Как вспомню, что этот ботаник чёртов сидел рядом с моей девочкой почти вплотную прижимаясь к её плечу, так меня всего корёжить начинает от ярости. Про своего зверя я вообще молчу – он готов был порвать придурка прямо там в библиотеке. Ели сдержал его в узде и не обернулся.

Тони похоже чувствовал тоже что и я – всепоглощающую, первобытную ярость.

– Мы должны от него избавиться, – рыкнул я.

– Согласен, – кивнул Антонио. – Вопрос только в том, как это сделать. Просто свернуть ему шею в тёмном закутке не получится.

– Почему? – Я вскинул брови. Именно такой план и казался мне самым привлекательным. Простым и эффективным.

– Потому что Морес не просто какой-то обычный студент – ему покровительствует сам знаешь кто… ректор.

– Мы вообще-то его родные племянники. Думаешь на чью он сторону встанет? – оскалился я.

– А этот придурок Морес, родственничек его… ну ты сам знаешь кого, – хмуро ответил Тони.

И он был чертовски прав. Ситуация хреновая. И нам нужно было как-то вырулить её в свою пользу.

– Если честно, то мы сами виноваты, – брат нервно взъерошил волосы. – Надо было раньше поговорить с Дамианом, ещё до церемонии распределения кураторов и прояснить ситуацию с нашей девочкой.

– Надо было, – задумчиво протянул я. – Может просто набьём морду этому придурку?

Тони понимающе ухмыльнулся.

– Набьём. Обязательно. Если другие варианты не сработают.

– И что ты предлагаешь? – я заинтересованно посмотрел на брата.

– Расскажем Дамиану всё как есть. Лея наша истинная и мы имеем полное право требовать замены куратора. Я не позволю, чтобы этот ботаник Морес пускал на неё слюни. Ни один самец в академии не подойдёт к ней ближе, чем на шаг. Если будет надо, мы сами станем её кураторами. В конце концов имеем право, ведь она – наша.

Я довольно хмыкнул. План был хорош и эффективен. Лишь бы Дамиан не упёрся рогом и пошёл нам на встречу.

Напряжение понемногу начало отступать, сменяясь холодной решимостью. Теперь мы точно знали, что нам делать. Сначала уберём с дороги Мореса, потом разберёмся с помолвкой с этой прилипалой...

– Антонио-о. Але-екс.

Бля-а-а… Только стоило вспомнить!

Звонкий, приторно-сладкий голос заставил нас с Тони вздрогнуть.

Мы резко обернулись.

По дорожке к нам, активно виляя бёдрами, шла Мелисса Альварес. Идеально уложенные волосы, короткая форменная юбка и слишком уж широко распахнутая блузка, открывающая обзор на аппетитную грудь – стандартный арсенал для охотницы в поиске.

Увидев её, я почувствовал, как остатки хорошего настроения испарились без следа. Зверь внутри меня, только что успокоившийся, снова недовольно заворчал.

– Мальчики, я так рада, что нашла вас, – защебетала она, подходя ближе. – Нам нужно серьёзно поговорить.

Мы с Тони обменялись тяжёлыми взглядами.

Серьёзно поговорить? После того цирка, что она устроила в библиотеке?

Чего ещё ей надо?

Она остановилась прямо перед нами, вскинув подбородок. Улыбка исчезла с её лица, сменившись стальным выражением. И вдруг она выдала то, от чего мы с братом просто выпали в осадок.

– Слушайте, я знаю, что вы меня избегаете, – начала она без предисловий, её голос буквально сочился ядом. – Но давайте будем откровенны. У нас с вами договорной брак. Наши отцы уже обо всём договорились. Это бизнес-союз, укрепление позиций наших кланов. И один из вас, хотите вы этого или нет, должен на мне жениться.

Между нами повисла тишина – густая и звенящая. Я смотрел на эту наглую девицу и не верил своим ушам. Мой мозг на секунду отказался обрабатывать эту информацию.

Она что, совсем охренела?!

Я много видел девиц, которые были готовы на многое лишь бы заполучить меня или Тони в свою постель. Но такого, прямого и откровенно-борзого напора – я ещё не видел.

Эта стерва что думает, топнула ножкой, и мы как два несмышлёных котёнка тут же побежим исполнять её прихоти?

В конец охамела девка!

Мой зверь внутри взревел от ярости и злости. Я почувствовал, как мой брат рядом тоже напрягся, а потом раздался едва слышный утробный рык. Его зверь тоже был в ярости.

Мелисса не видела и не слышала этого, но она, должно быть, почувствовала тяжёлую энергетику и волну нашей ненависти, которая хлынула от нас. Она слегка отшатнулась и её уверенность дала первую трещину.

Я медленно шагнул к ней, навис над девчонкой опасным и очень злым зверем.

– Слушай меня внимательно, Альварес, потому что дважды я повторять не буду, – процедил я сквозь зубы. Мой голос сейчас был низким, рычащим, будто это не я говорил, а мой ягуар. – Никакого брака между нами не будет. Ты поняла?

Мелисса смотрела на меня широко раскрытыми, испуганными глазами. Вся её напускная деловитость и уверенность испарилась без следа.

А я продолжил напирать…

– Мне плевать на договоры наших отцов. Ни я, ни Тони не женимся на тебе. Никогда. Запомни это, Альварес! А теперь убирайся отсюда. Пошла вон!

Последние слова я почти выплюнул ей в лицо, не заботясь о приличиях.

Мелисса захлопала ресницами, словно не могла поверить, что кто-то посмел говорить с ней в таком тоне. Её лицо исказилось сначала от шока, а затем – от обиды и злости. В глазах сверкнули слёзы ярости и унижения.

Не сказав ни слова, она резко развернулась и почти бегом бросилась прочь, всхлипывая на ходу.

– Вот сучка! Охренела совсем! – зло рыкнул Тони глядя ей в след.

– Думаю, что это ещё цветочки. Представляешь, что она устроит, когда узнает, что Лея наша истинная? – я выразительно посмотрел на брата. – Эта тварь ещё себя покажет.

Тони молча кивнул. Он тоже понимал, что всё хреново. Сегодня мы перешли черту, возврата из-за которой уже не будет. Разговор с нашим отцом теперь был неизбежен. И он точно будет не из приятных.

– Пойдём, – сказал Тони – Для начала нужно рассказать обо всём Дамиану.

Мы развернулись и направились в сторону академического корпуса.

Гнев медленно уступал место мрачной решимости. Обратной дороги не было. Мы сделали свой выбор. Наш выбор – Лея. И мы будем бороться за неё до конца.

Глава 17

Антонио

Мы с Алексом уже подходили к массивным дверям главного здания, когда из них вышла крупная дама в строгом костюме – личный секретарь ректора. Увидев нас, она поспешила навстречу.

– О, Феррети! А я вас везде ищу, – елейным голосом произнесла она. – Господин ректор ждёт вас в своём кабинете, – и строго добавила: – Немедленно.

Мы с братом удивлённо переглянулись. Наш дядя никогда не вызывает нас к себе в кабинет без веской причины. Значит что-то случилось.

Чёрт! Надеюсь, этот разговор не касается Мелиссы Альварес? Ведь наверняка отец ему уже сообщил об этом чёртовом браке.

Ладно, думаю по ходу разберёмся.

Мы с Алексом поднялись на пятый этаж. И чем ближе мы подходили к ректорской обители, тем сильнее нарастало внутри напряжение.

Тяжёлая дубовая дверь в кабинет ректора закрылась за нами с глухим стуком, отрезая нас от внешней суеты и оставляя в густой, напряжённой тишине. Здесь всегда была тяжёлая, давящая атмосфера. Всё-таки ректор и по совместительству наш дядя, обладал альфа-силой. Да и вообще, у нас в семье всегда рождались только альфы по мужской линии. Наш отец альфа, Дамиан, его брат и дед тоже был альфой. И мы с Алексом тоже родились с альфа-силой. Видимо это у нас семейное.

Мы прошли вглубь кабинета. За столом из тёмного дерева, в массивном кожаном кресле, сидел Дамиан Феррети. Он поднял голову и впился в нас тяжёлым, пронзительным взглядом.

В кабинете он, кстати, был не один. У стола, вполоборота к нам, сидел...

Ну да, как я сразу не догадался. Дан Морес!

Вот, зараза! Наябедничал уже!

– А этот что тут делает? – презрительно фыркнул Алекс, не обременяя себя любезностями.

Дамиан медленно перевел свой взгляд с Алекса на меня, а затем хищно прищурился. Его губы изогнулись в подобии улыбки, не предвещавшей ничего хорошего.

– Мистер Морес рассказал мне очень интересную историю, – его голос был обманчиво спокойным, как затишье перед бурей. Это мы уже знаем – проходили. – На каком основании, вы забрали у него кураторство над Леей Альварес?

Я метнул на Мореса злой, испепеляющий взгляд давая ему понять, что ему крышка.

Вот, гад, ты ещё получишь от нас. Дай только добраться до тебя, слизняк паршивый!

– Я жду ответа! – громыхнул ректор. Его голос заставил дрогнуть даже тяжёлые портьеры на окнах.

Алекс уже открыл рот, и я знал, что из него сейчас польётся поток отборной ругани, который только усугубит наше положение. Я положил руку ему на плечо, слегка сжимая и призывая к молчанию. Сейчас не время для ярости, сейчас нужна холодная и ясная голова.

Я шагнул вперёд, встречаясь с тяжёлым взглядом ректора.

– Лея Альварес – наша истинная, – ответил я.

В кабинете повисла оглушительная тишина.

Выражение лица Мореса, до этого излучающее уверенность вытянулось и побледнело, а рот приоткрылся в изумлении.

«Да, придурок, ты в пролёте», – мысленно ухмыльнулся я.

Но самое главное – это была реакция ректора. Его хищный прищур исчез, сменившись неподдельным, глубоким удивлением. Он откинулся на спинку кресла, и его тёмные брови взметнулись вверх.

Тем временем я продолжил:

– Поэтому, мы не можем позволить, чтобы другой самец ошивался рядом с нашей девочкой. Ни в качестве куратора, ни в каком-либо другом. Это наше законное право.

Ректор молчал, переваривая услышанное. Видимо, это было совсем не то, что он ожидал услышать.

Я почти уверен, что отец ему уже сообщил о нашей помолвке с Мелиссой Альварес. И Дамиан прекрасно понимает, что значит этот политический шаг для нашего клана, а появление истинной пары рушит все эти планы к чертям.

Надеюсь, что он не встанет на сторону отца, потому что он, я уверен, будет в ярости.

В этот напряжённый момент в дверь деликатно постучали. Голова секретаря просунулась в щель.

– Прошу прощения, господин Феррети. Пришла Лея Альварес, которую вы вызывали.

Лея? А она-то что здесь делает?

Зачем Дамиан и её вызвал?

– Пусть войдёт, – кивнул Дамиан, не сводя с меня изучающего взгляда.

Дверь открылась шире, и в кабинет вошла Лея. Она выглядела как испуганный оленёнок: бледная, с огромными, полными тревоги глазами.

Лея обвела взглядом всех присутствующих, и когда её глаза встретились с нашими, в них промелькнула паника. Мне тут же захотелось обнять её и немедленно укрыть от всех этих любопытных взглядов, направленных на неё.

– А вот и главный персонаж этой истории, – прищурился Дамиан, окинув Лею пристальным взглядом. – Проходите, мисс Альварес, присаживайтесь, – кивнул он на свободное кресло, стоявшее перед его столом.

Лея несмело прошла вперёд и опустилась на краешек кресла. И в тот же миг мы с Алексом, не сговариваясь, сделали шаг и встали по обе стороны от неё. Не слишком близко, чтобы не напугать её ещё больше, но достаточно, чтобы создать живой щит. Мы обступили её, как два верных стража, молчаливо заявляя права на нашу малышку перед всеми присутствующими.

Ректор удивлённо выгнул бровь, глядя на эту немую сцену. На его губах снова заиграла тень хищной улыбки, но теперь в ней не было угрозы, а было понимание.

Дан Морес, наблюдая за нами, презрительно фыркнул, но в его взгляде теперь читалось бессилие и поражение.

– Ну что ж, рад с вами познакомиться, Лея, – миролюбиво произнёс Дамиан. – Не волнуйтесь так. Я вызвал вас, чтобы уточнить некоторые нюансы одного небольшого недоразумения…

Он выразительно посмотрел на Мореса, и этот взгляд был красноречивее любых слов – ему ничего не светит.

– …но, – продолжил он, снова переводя взгляд на Лею, – мне уже всё объяснили ваши… истинные.

Он сделал паузу на последнем слове, и я заметил, как Лея вздрогнула и удивлённо захлопала глазами. Её щёки залил яркий румянец. Она посмотрела сначала на меня, потом на Алекса, и в её взгляде смешались смятение и страх.

– Лея, почему ты сразу не сказала, что они твои истинные? – с упрёком и раздражением в голосе произнёс Морес. – Зачем нужен был этот цирк с кураторством?

– Я…, – Лея виновато опустила голову скомкав в руках подол совей юбки.

– Не твоего ума дела, придурок, – наехал я на Мореса. – Лея не обязана перед тобой отчитываться.

Дан недовольно прищурился.

– Знаешь, что, Феррети…

– Хватит! – рявкнул Дамиан, жёстко обрывая нашу нарастающую перепалку. – Думаю, на этом вопрос исчерпан, – властно подытожил он, теперь уже обращаясь напрямую к Дану. Его голос снова стал официальным. – Ввиду открывшихся обстоятельств, а именно того, что Антонио и Александр Феррети являются истинными для мисс Альварес, я не могу препятствовать им быть её кураторами до конца учебного года. Они имеют на это полное право по закону. А для вас, мистер Морес, мы подберём другого студента. На этом всё, вы можете идти.

Морес недовольно скривился и злобно фыркнул, как разъярённый хорёк. А затем поднялся и быстрым шагом покинул кабинет.

– Вы тоже можете идти, – сказал Дамиан уже нам.

Алекс, не теряя ни секунды, наклонился к Лее.

– Пойдём, – тихо сказал он и, положив руку ей на спину, повёл к выходу. Я направился за ними, но перед самой дверью Дамиан остановил меня.

– Антонио, задержись на минуту.

Я кивнул Алексу, и он вышел вместе с Леей, закрыв за собой дверь. А я повернулся к ректору. Он долго, испытующе смотрел на меня, а потом вздохнув тихо спросил:

– Вы хоть понимаете, какая будет буря, когда ваш отец узнает об этом?

Я сжал губы и метнул на Дамиана упрямый взгляд.

– Мне плевать. Мы с Алексом не откажемся от неё ради каких-то амбиций отца. Она наша истинная. Ты ведь должен нас понимать, Дамиан.

Он понимающе усмехнулся.

– Я понимаю, и одобряю ваш выбор. Конечно же закон истинности выше любых договоров. Но и он требует подтверждения, – Дамиан подался вперёд, сомкнув руки в замок. – Если вы в ближайшее время не поставите ей метки и не подтвердите своё право на девушку… вам будет намного сложнее объяснить это отцу. Понимаешь о чём я?

– Понимаю, – кивнул я. А уходя обернулся. – Дамиан… Может ты поговоришь с отцом? Ну… подготовишь его, что ли. А то он тут пол академии разнесёт, когда узнает.

Дамиан снова усмехнулся.

– Поговорю.

Глава 18

Я не помню, как вышла из кабинета ректора. Не помню, как шла по коридору. Моё тело двигалось на автопилоте, пока разум пытался собрать воедино осколки реальности, разлетевшиеся вдребезги за последние десять минут. Одна рука Алекса лежала у меня на спине, не обнимая, но направляя. Антонио шёл с другой стороны. Я чувствовала их силу, их ауру собственников, которая теперь, после слов ректора, казалась почти осязаемой.

– Мы проводим тебя до комнаты, – сказал Алекс, безапелляционный тоном.

Я молча кивнула, не в силах произнести ни слова.

Что я могла сказать? Спасибо, что перевернули мою жизнь с ног на голову и объявили меня своей истинной перед лицом высшей власти академии? Спасибо, что поставили меня в центр урагана, который теперь наверняка обрушится на мою голову, когда Мелисса обо всём узнает?

Близнецы довели меня до самой двери моей комнаты. Я чувствовала на себе взгляды других студентов в коридоре – любопытные, завистливые, недоумённые. Два самых завидных самца академии, сопровождают скромную первокурсницу, как какую-то драгоценность.

Блин, слухи теперь поползут быстрее лесного пожара.

– Не переживай ни за что, малышка. Мы с Алексом всё решим, – сказал Антонио и с нежностью посмотрел на меня. – Всё будет хорошо. Мы поговорим немного позже.

Я снова кивнула, нащупала ручку двери и шагнула внутрь комнаты. Но едва я успела закрыть за собой дверь, как на меня коршуном налетела Джастин. Её волосы были слегка растрёпаны, а в глазах плескалась настоящая буря эмоций: беспокойство, тревога и любопытство.

События сегодняшнего дня вымотали меня до последней капли, и всё, чего я хотела – это рухнуть на подушки и провалиться в сон. Но, очевидно, моим планам не суждено было сбыться.

– Лея! Наконец-то! Я уже вся извелась, – затараторила она. – Дан сказал, что близнецы Феррети пристали к тебе в библиотеке и потребовали от него отказаться от кураторства.

Я устало вздохнула и попыталась её обойти, но Джас была непреклонна. Она схватила меня за плечи, заставляя посмотреть ей в глаза.

– Лея, что случилось? Они тебя обидели? Или что? Ну не молчи, говори! – её голос звенел от напряжения.

Я видела, что Джастин по-настоящему переживает и волнуется за меня. А ведь она не знала и десятой доли правды. От осознания того, что мне придётся вывалить на неё сейчас, у меня закружилась голова. Но я больше не могла носить это в себе. Мне до ужаса хотелось с кем-то поделиться.

– Нет, меня никто не обижал, – качнула я головой.

– Тогда что? Почему они вдруг пристали к тебе? Боги, я же предупреждала тебя держаться от них подальше! Ты где-то с ними пересекалась? Когда? – взволнованно спросила Джастин, а затем вдруг вспыхнула. – Вот же, гады! В конец обнаглели мажоры! Считают, что им всё можно и всё позволено?! Ну ничего, мы найдём на них управу. Не переживай. Мы пойдём к ректору и…

– Не надо, я уже была у ректора.

– Когда?

– Только что.

Джастин пытливо посмотрела на меня.

– И что? Что сказал ректор на их выходку?

Я молчу. Не знаю, как сказать. Вернее, не знаю с чего начать. С того, что близнецы Феррети мои истинные? Или с того, что они женихи моей сестры?

Бли-и-ин! Как же всё сложно!

– Джас… Всё гораздо сложнее, чем ты думаешь. Близнецы Феррети… они…

Я замолчала, подбирая слова, но каждый раз они застревали в горле как колючий ком.

– Они… что? Лея, ты меня пугаешь, – нетерпеливо прошептала Джастин.

Я несколько раз глубоко вдохнула, собираясь с силами и наконец призналась.

– Помнишь я говорила тебе, что кажется встретила своего истинного? Так вот, это… они, Феррети.

– Постой…, – Джастин поражённо застыла. – Ты хочешь сказать, что один из близнецов твой истинный?

Я кивнула и чуть слышно пискнула:

– Они оба мои истинные.

Джастин изумлённо распахнула глаза и замерла в оцепенении. Она смотрела на меня так, будто я только что сообщила ей, что умею летать. Прошла, кажется, целая вечность, прежде чем она смогла произнести хоть звук.

– Оба? Ты шутишь?

– Нет, не шучу, – вспыхнула я от смущения. – Моя кошка признала их обоих. А они меня.

– О-о-о…, – растерянно выдохнула подруга. – Офигеть!

– Угу, – вздохнула я. – Но ты ещё не знаешь самого ужасного…

Джастин вопросительно вскинула бровь.

– Моя сестра Мелисса, невеста одного из близнецов.

– Невеста? – Джастин снова округлила глаза. – Значит это правда? Я что-то слышала об этом… девчонки в группе трепались. Но я не думала, что это правда. Думала, что это очередные фантазии твоей сестрицы.

Я тяжело вздохнула и села на свою кровать.

– Мой дядя и Марио Феррети хотят заключить договорной брак между Мелиссой и одним из близнецов. Антонио и Алекс должны были решить между собой кто из них сделает предложение моей сестре, а тут я… как снег на голову. И что теперь делать я не знаю, – я всхлипнула отчаянно. – Боги… Джастин, я так запуталась во всём, как в паутине. Я приехала сюда учиться, но даже и предположить не могла, что со мной тут такие страсти твориться будут. И близнецы… они же мне прохода не дают. А я… я вообще не могу им противостоять, когда они рядом. Понимаешь? Это как… наваждение какое-то. Стоит им прикоснуться ко мне, как я теряю себя, становлюсь слабой и безвольной. А моя кошка так вообще мурлычет от удовольствия, когда они рядом. Что это, Джастин? Что со мной происходит? Неужели истинность проявляется именно так.

– Бывает и похуже, – как-то странно хмыкнула Джастин, будто действительно понимала о чём я говорю. – Смотря насколько далеко зашли ваши отношения. Вы же ещё не…

Она красноречиво выгнула бровь, видимо намекая на интимную близость. А я тут же покраснела до самых ушей и покачала головой.

– Между нами ничего не было.

– Это пока не было, – улыбнулась Джас. – Это вопрос времени, Лея. Если вы действительно истинные, вы не сможете долго противостоять притяжению.

– И что мне делать?

Джастин задумалась, хмуро сведя брови на переносице.

– Ты их любишь? – и тут же качнула головой. – Конечно любишь. По-другому и быть не может. У истинных любовь не определяется – она просто есть, как данность. Это инстинкт.

– Люблю…, – я задумалась. – Наверное… Меня тянет к ним с непреодолимой силой. Их запах, их губы… всё в них сводит меня с ума. Наверное, это и есть любовь?

– Это связь истинных. Притяжение, – ответила Джастин глядя на меня. – А когда вы станете близки, ваша связь окончательно закрепится. И тогда ты вообще жить без них не сможешь.

– А как же тогда Мелисса? Что будет с ней? Джастин, что мне делать? – я умоляюще посмотрела на подругу. Может быть, хоть она даст мне какой-то совет, потому что сама я вообще запуталась.

– Тебе решать, Лея, – пожала плечами подруга. – Это ведь твоя жизнь.

Я закусила губу всё ещё мучаясь в сомнениях.

– А как бы ты поступила на моём месте?

– Из меня плохой советчик, – улыбнулась Джастин. – Но… если бы я была на твоём месте, я бы выбрала… его. Истинного.