Текст книги "Хищники. В паутине страсти (СИ)"

Автор книги: Элис Мэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 35

Мир будто схлопнулся за одно мгновение. Ветер оглушительно засвистел в ушах, небо и зелёные верхушки деревьев наверху начали бешено вращаться. Я словно комета летела вниз, в голодную пасть глубокого ущелья.

Я даже кричать не могла – весь воздух просто вышибло из лёгких.

Шок и чудовищный выброс адреналина пронзили тело, заставив звериные инстинкты сработать быстрее мысли. Я сгруппировалась, отчаянно вытянув руки в попытке зацепиться за что-нибудь, замедлить смертельное падение. Пальцами заскребла по отвесной скале. Я чувствовала, как ломаются мои ногти, как острые выступы рвут кожу на ладонях, но это была такая ерунда по сравнению с тем ужасом, который я сейчас испытывала. Я боялась упасть и разбиться насмерть.

Сколько бы я не пыталась ухватиться хоть за что-то – мне ничего не удавалось. Гладкий, влажный камень не давал ни единого шанса. Я лишь скользила вниз, как по ледяной горке, беспомощно царапая поверхность.

Удар случился неожиданно и жёстко. Я приземлилась на хаотичное нагромождение камней на дне расщелины и тут же моё тело пронзила такая боль, какой я не испытывала никогда в жизни. Она была острой, ослепляющей, выжигающей все мысли.

Я взвыла как раненый зверь. Мой крик, полный агонии и боли, эхом отразился от каменных стен ущелья. Завалившись на бок, я судорожно хватала ртом воздух пытаясь прийти в себя.

Когда первая волна шока немного схлынула, я посмотрела на свою ногу. Ткань джинс была разорвана, а под ней зияла глубокая рваная рана, из которой густой, тёмной струей хлестала кровь, заливая джинсы и камни вокруг.

От вида собственной крови и понимания серьёзности травмы к горлу подкатила тошнота.

Боги, что мне делать?!

Я не могу здесь умереть!

Просто. Не. Могу.

Собрав последние силы в кулак, я зажала рану дрожащей рукой и, подняв голову, посмотрела наверх. Там, на самом краю обрыва, на фоне ослепительно-голубого неба, стояла моя сестра. Её силуэт был чётким и неподвижным. Она стояла смотрела на меня.

– Мелисса! – закричала я. Мой голос сорвался на хрип. – Помоги мне! Пожалуйста, помоги!

Наверное, глупо было надеяться на то, что произошедшее было чудовищной ошибкой, что Мелисса оступилась и толкнула меня случайно?

Но я надеялась. Наивно. Отчаянно.

Вот сейчас она придёт в ужас от содеянного, опомниться и попытается мне помочь, позовёт на помощь. Но Мелисса даже с места не сдвинулась. Она просто смотрела на меня, лежащую в луже собственной крови, как на какое-то насекомое. В её позе не было ни раскаяния, ни страха. Только холодная, леденящая душу пустота.

А потом, не сказав ни слова, она просто развернулась и ушла. Её фигура исчезла с края обрыва, оставив меня наедине с болью и безжалостной тишиной.

– Нет! Мелисса, вернись! Не оставляй меня здесь! Мелисса! – кричала я, пока голос не сорвался и не охрип окончательно.

Я кричала, звала на помощь, снова и снова. Но ответом мне было лишь эхо, издевательски повторяющее мои собственные вопли отчаяния.

Никто не пришёл. Никто не ответил.

«Боги! Она оставила меня здесь умирать».

Эта мысль ударила меня словно электрический разряд.

Моя сестра… Она намеренно толкнула меня, а теперь просто ушла, бросив меня здесь, раненую, в этой каменной ловушке.

От боли и сильной кровопотери начала кружиться голова. На глаза навернулись горячие, злые слёзы. Я плакала не столько от боли, сколько от обиды, от чудовищности её предательства. У меня до сих пор в голове не укладывалось, как она могла так поступить?

Но сколько бы я не ревела и не оплакивала своё положение, я знала – слёзы мне не помогут выжить. Нужно было что-то делать.

Стиснув зубы до скрипа, я оторвала от своей рубашки длинный лоскут ткани. Каждое движение отдавалось новой вспышкой боли в ноге. Превозмогая тошноту, я как можно туже перевязала рану, чтобы хоть как-то остановить кровь. Ткань тут же насквозь пропиталась алым.

Через некоторое время я почувствовала слабое, едва заметное покалывание в ране – началась ускоренная регенерация. У оборотней это обычное дело. Наша звериная кровь была совсем иной, не похожей на человеческую. Мы практически не болели, а порезы и неглубокие раны затягивались почти на глазах. Поэтому у меня сейчас была, хоть и призрачная, но надежда на то, что, если я смогу продержаться, рана затянется. Не полностью, не так быстро после такой травмы, но кровь должна остановиться.

Я огляделась, пытаясь оценить своё положение. Я находилась на дне узкой, глубокой расщелины. Стены её были почти отвесными, во многих местах они были гладкими и мокрыми от сочившейся воды, без единого выступа, за который можно было бы ухватиться. В некоторых местах ущелье сужалось настолько, что я вряд ли смогла бы там протиснуться. Карабкаться вверх – бессмысленно.

Это была идеальная тюрьма. Мелисса знала, куда меня вела. Она всё спланировала.

Я была в ловушке.

Отчаяние накатило с новой силой. Я снова и снова прокручивала в голове наш разговор. Её пустой взгляд, её слова, полные яда и горечи, её хищная ухмылка.

Какой же я была дурой! Наивная, слепая идиотка! Я так хотела поверить в то, что в Мелиссе всё ещё осталось что-то хорошее, что проигнорировала все тревожные звоночки.

Близнецы были правы. Во всём. А я своей глупостью и наивностью сама позволила змее заманить меня в ловушку.

Прошли часы... Сколько точно, я не знала. Солнце сместилось, и дно ущелья погрузилось в холодную тень.

Кровь почти остановилась, тугая повязка и ускоренная регенерация делали своё дело, но нога всё ещё невыносимо болела при малейшем движении. Но я не могла просто сидеть и ждать. Я должна была попытаться что-то сделать.

Я ползла вдоль стены, прощупывая каждый камень, каждую трещинку. Приподнявшись, пыталась карабкаться вверх, цепляясь за малейшие неровности в скале. Пальцы, содранные в кровь при падении, и уже успевшие немного зажить, снова покрылись царапинами и ссадинами. Я срывалась, падала с небольшой высоты на камни, снова и снова ударяясь больной ногой и крича от боли. Но все мои попытки были тщетными. Скалы оставались неприступны.

Наконец, силы оставили меня полностью. Я была измотана физически и морально. Я просто сидела, прислонившись спиной к холодной, влажной стене, и тупо смотрела на свои руки. Они были в крови, грязи, кожа на кончиках пальцев была содрана до мяса.

Неужели это конец?

Я совсем отчаялась. Сидя на дне этого каменного колодца меня начал медленно окутывать холод. Холод подступающей ночи и ледяной холод безысходности.

Я закрыла глаза и представила лица Антонио и Александра. Их тёплые руки, ласковый взгляд, и их тихий рокот, когда они засыпали рядом со мной.

А если я больше никогда не увижу их? Если умру здесь в этом каменном склепе?

Нет, нет! Ни за что!

«Они ведь будут меня искать. Правда?»

Эта мысль, как огонёк свечи – вспыхнула и согрела теплом моё замерзающее сознание.

Меня обязательно будут искать. Я ведь не пришла к месту сбора всей группы и это должно вызвать подозрение у преподавателей. Да и Джастин обязательно поднимет панику. Уж она-то точно заметит моё отсутствие и начнёт поиски.

«Меня найдут. Обязательно найдут. Нужно только продержаться совсем немного».

Эти мысли меня немного успокоили и придали сил. Я плотнее закуталась в куртку, подтянула к себе больную ногу и, закрыв глаза, попыталась уснуть.

Глава 36

Алекс

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в оттенки расплавленного золота и крови.

Красиво.

В любой другой день я бы оценил это зрелище. Но сегодня краски заката казались мне зловещими, предвещающими не спокойную ночь, а надвигающуюся тьму.

Мы с Тони торчали в парке академии у самой кромки леса уже несколько часов. Тишина между нами была натянута, как струна. Тони нервно мерил шагами лужайку, взад и вперёд явно не находя себе место. Он то запускал пальцы в волосы, то сжимал кулаки так, что костяшки белели. Мой брат никогда не умел скрывать свои эмоции. Беспокойство было написано у него на лице.

Я же, наоборот, застыл, как статуя, прислонившись плечом к стволу старого дуба. Внешне я старался быть спокойным. Это была привычка, которую годами прививал нам отец. Он всегда говорил, что мы будущие альфы и должны держать лицо, анализировать, а не поддаваться панике. Но внутри меня бушевала настоящая буря. Мой зверь, метался словно в клетке из стороны в сторону и глухо рычал. Это было не просто волнение. Это было предчувствие беды, глубинное, животное знание, что что-то не так.

– Они должны были вернуться ещё час назад, – прорычал Тони, в очередной раз останавливаясь и вглядываясь в темнеющую стену леса.

– Тони, давай не будем впадать в панику раньше времени. Мало ли что могло случиться. Может они выбрали другой маршрут и поэтому задерживаются, – ответил я, хотя сам почти не верил в эту хрень. Какой другой маршрут? Серьёзно? Кроуч каждый год делает подобные вылазки к Сизому озеру. И маршрут этот изучен от и до.

Чёрт! Надо было всё-таки не слушать Лею и пойти вместе с ней. Сейчас бы не сходили так с ума как два долбаных придурка.

Стоило мне только подумать об этом, как на опушке наконец показались человеческие фигуры. Сначала из леса вышла одна небольшая группа студентов, затем – вторая.

Мы с Тони одновременно подались вперёд, зорким взглядом просканировав толпу. Каждое лицо, каждую фигуру. Но Леи среди них почему-то не было.

Почему её нет?

Какого хрена вообще происходит?

Тревога, которая до этого момента ощущалась под кожей лишь неприятным холодком, начала расползаться по венам, как удушающая, липкая змея. Мир будто подёрнулся странной пеленой, звуки стали глуше, отчего я отчётливо ощущал бешеное биение своего сердца.

Тони замер рядом со мной, его дыхание стало прерывистым.

– Я не вижу её, Алекс, – прохрипел Тони.

– Я тоже, – ответил я.

И тут я заметил Джастин. Она отделилась от толпы студентов и вдруг побежала в нашу сторону. Её лицо было бледным, глаза – огромными от паники и страха.

Моё сердце тут же рухнуло в ледяную пропасть.

Я уже знал, что что-то случилось. Ещё до того, как Морес открыла рот.

– Лея пропала! – выдохнула она, подбежав к нам.

Тони схватил её за плечи и тряхнул с силой.

– Что значит пропала?!

– Я не знаю… не знаю, как это получилось, – её голос дрожал от паники, в глазах блестели слёзы. – Мы были у озера и... всё было хорошо. А потом меня позвала Лора, помочь ей с гербарием... Я отлучилась буквально на пять минут, честно! А когда вернулась, Леи уже не было. Её рюкзак вместе с телефоном лежали на траве, а её нет! – всхлипнула Морес.

– Что значит – нет! Вы её искали? – не выдержав напряжения рявкнул я.

– Конечно! Я сразу же сообщила профессору Кроучу, что Леи нигде нет. Мы обыскали всё вокруг, кричали, звали её, но... она просто исчезла. Будто сквозь землю провалилась! Мы не смогли её найти.

Исчезла?

Что это значит, блядь?!

В этот момент мимо нас проходил профессор Кроуч. Его лицо было озабоченным, но он старался сохранять спокойствие.

– Профессор! – окликнул его, делая шаг вперёд. Мой голос прозвучал жёстче, чем я намеревался. – Где Лея Альварес?

Старый оборотень-медведь остановился и устало посмотрел на нас.

– Мы не знаем. Мы обыскали окрестности озера, звали её, но так и не смогли найти. Скорее всего, мисс Альварес просто увлеклась прогулкой и заблудилась. Лес большой.

– Заблудилась? – не сдержавшись рыкнул Тони. – Она – оборотень! У неё идеальное чутье, она не могла просто заблудиться в трёх соснах!

Профессор Кроуч тяжело вздохнул.

– Всякое бывает. Тем более, Лея ещё молода и её инстинкты не до конца развиты. Не переживайте. Я сейчас сообщу обо всём ректору, и мы немедленно организуем полноценную поисковую группу. Мы прочешем весь лес и обязательно найдём её.

С этими словами он похлопал меня по плечу, что вызвало у меня лишь желание сбросить его руку, и пошёл в сторону главного корпуса академии.

У меня внутри начала закипать такая ярость, что того и гляди – сейчас рванёт.

Что значит «не переживайте»? Старик совсем охренел?

Наша девочка где-то там, в лесу, совсем одна, а я должен успокоиться и не переживать? Ждать, когда они организуют поисковую группу?

Блядь! Меня сейчас порвёт от злости. И от того, что мы с братом были полными идиотами, что позволили Леи пойти в этот поход одной.

– Я тоже не верю, что Лея могла заблудиться, – покачала головой Джастин. – С ней что-то случилось. Я сердцем чувствую.

– Что у вас там произошло? – глухо зарычал Тони, поворачиваясь к ней. Его глаза потемнели от ели сдерживаемой ярости. – Рассказывай всё, с самого начала.

Джастин вздрогнула, но стойко выдержала его взгляд, а затем произнесла:

– Всё было нормально. Профессор прочитал лекцию, потом разрешил нам отдохнуть и прогуляться. Мы с Леей собирались прогуляться вокруг озера, но тут ко мне подошла Лора, моя одногруппница…, – она запнулась и её глаза вдруг расширились от внезапного осознания. – Лора... Черт! Как я сразу не подумала об этом. Она же одна из подружек Мелиссы! Точно… Это была подстава! Она специально меня отвлекла!

Мелисса, значит.

Мой зверь внутри утробно зарычал и оскалился.

Конечно же без этой змеи здесь не обошлось.

И как раз в этот самый момент я увидел эту гадину. Мелисса со своими прихлебательницами шла по дорожке от леса в направлении академии. Они о чём-то весело болтали и смеялись. Но заметив нас, Альварес перестала улыбаться и вдруг резко отвела взгляд, будто испугалась чего-то.

Вот, гадина, чувствует, что её зад уже начал подгорать.

Мы с Тони переглянулись, понимая друг друга без слов. В наших глазах была одна и та же ледяная решимость. В два шага преодолев разделяющее нас расстояние мы преградили Мелиссе путь.

– Где она? – рыкнул я.

Подружки Альварес тут же испуганно попятились назад, чувствуя в моём голосе явную угрозу.

Мелисса вскинула на нас растерянный взгляд и непонимающе захлопала ресницами.

– Кто «она»? Я не понимаю о чём вы?

Она нас что, за идиотов держит?

Вот, стерва!

– Не строй из себя невинную овцу, Альварес! Где Лея? – рявкнул Тони, делая ещё полшага вперёд. Воздух вокруг нас завибрировал от напряжения.

Мелисса на мгновение дрогнула, но тут же взяла себя в руки. На её лице появилась презрительная усмешка.

– Откуда я должна знать, куда подевалась эта глупая курица, моя сестрица? – протянула она, с вызовом глядя нам в глаза. – Мне вообще пофиг на неё. Спросите лучше у её подружки, – она кивнула в сторону окаменевшей от ужаса Джастин.

Конечно же эта стерва лгала. Я видел это по её глазам, по тому, как едва заметно дрогнул уголок её рта.

Она знает… Она всё, блядь, знает!

– Может, она просто сбежала от вас? М-м? – съехидничала Мелисса, и картинно надула губы. – Не понравилось ей, наверное, сразу с двумя…

Мы с Тони не дали ей договорить – зарычали одновременно. Это был рык двух разъярённых ягуаров, готовых разорвать любого, кто представляет угрозу для своей пары.

Мои глаза вспыхнули зловещей яростью, зрачки сузились – приобретая звериную форму. Ещё чуть-чуть, и мой зверь вырвется наружу.

Подружки Мелиссы вовремя почувствовали опасность исходящую от нас с Тони – они взвизгнули от ужаса и отскочили в сторону. Сама Альварес побледнела как полотно, её маска надменности треснула, обнажив животный страх. Она увидела в наших глазах свой приговор.

– Мелисса, пойдём отсюда! Быстрее! – закричала Лора и, схватив её за руку, буквально потащила прочь.

Я смотрел им вслед, тяжело и шумно дыша. Мой зверь требовал погони и крови. Я с трудом сдержал его, чтобы не порвать эту сучку на куски.

– Она врёт, – глухо произнесла Джастин поджав губы. – Мелисса знает, где Лея. Я уверена в этом на сто процентов.

Я перевёл взгляд на Тони. Его лицо было похоже на мрачную маску ярости и негодования. Но в его глазах я видел то же, что чувствовал сам – страх за нашу девочку.

– Что будем делать? – спросил, нахмурив брови.

Тони вскинул на меня потемневший взгляд и бросил лишь одну фразу:

– Искать.

Брат прав, официальный поиск – это слишком долго и медленно. Мы не можем ждать. Сейчас каждая секунда была на счету. Наша малышка где-то там в лесу, совсем одна…

А вдруг она ранена? Вдруг ей плохо?

При мысли об этом внутри всё сжалось болезненным спазмом, и мой зверь издал какой-то страшный, леденящий душу звук требуя немедленно действовать.

Мы найдём нашу малышку. Но для начала придётся ещё раз поговорить с её долбанутой на всю голову сестрой. Душу из неё вытрясти! И если она не скажет нам правду, я лично порву её на куски. Мой зверь был со мной полностью согласен.

Глава 37

Антонио

Двое суток прошло с тех пор, как пропала Лея.

Двое. Долбаных. Блядь. Суток.

Это целых сорок восемь часов без неё. Я отсчитывал каждую минуту, и каждая из них была пыткой. Два дня мы прочесывали этот проклятый лес вдоль и поперёк. Лею искали все: десятки студентов и преподавателей. Два дня я не спал и не ел, существуя лишь на чистом адреналине и отчаянии. Лес, который раньше казался нам родным домом, теперь превратился в какого-то молчаливого монстра, проглотившего самое дорогое, что у нас было.

Мой зверь метался под кожей, обезумевший от горя и ярости. Мы с Алексом сменяли ипостаси бесчисленное количество раз. Сначала искали в человеческом обличии, потом, носились по лесу как угорелые в облике ягуаров, втягивая ноздрями воздух, отчаянно пытаясь уловить запах Леи среди тысяч других. Но дождь, прошедший в первую ночь, как назло, смыл почти все следы.

Самым ужасным было неведение.

Не знать, что с нашей малышкой? Где она?

Хотя глубоко внутри, на уровне инстинктов, я знал и чувствовал – она жива.

Наша связь… эта тонкая ниточка, связывающая нас, не оборвалась. Она была натянута до предела, она вибрировала от боли и страха, но она была. А это значит, что Лея жива. И это сводило меня с ума.

Где она? Что с ней?

Может ранена? А может в ловушке и не может выбраться? Не может позвать на помощь?

Эти вопросы, как стервятники, кружили в моей голове, выклевывая остатки разума. Знать, что она страдает, и не иметь возможности ей помочь – наказание хуже смерти.

Алекс тоже сходил с ума. Он винил себя в том, что мы не пошли в лес вместе с Леей, оставили её без защиты. И эта было не только его мукой, но и моей. Я видел это в его осунувшемся лице, в том, как сжимались его челюсти в бессильной ярости.

– Надо было пойти туда вместе с ней, – прорычал он вчера вечером, когда мы на несколько минут остановились у лесного ручья. – Наплевать на её просьбы и уговоры. Надо было сделать всё по-своему. А теперь что… Блядь! Мы не смогли защитить нашу пару, подвергли её опасности.

Я не стал с ним спорить. Потому что Алекс прав: мы поддались на уговоры нашей пары, поверили, что рядом с преподами ей ничего не грозит. Но мы конечно же недооценили её сестричку. И теперь расплачиваемся за свою глупость.

Вся академия стояла на ушах. Пропажа студентки, да ещё и при таких странных обстоятельствах, была беспрецедентным событием. Ректор организовал несколько поисковых групп, разделив лес на квадраты. Но когда понял, что поиски не приносят никаких результатов – вызвал тяжёлую артиллерию.

– Я позвонил вашему отцу и сообщил о случившемся. Марио сегодня будет здесь, – сообщил нам Дамиан.

На удивление отец примчался быстрее ветра. Его вертолёт приземлился прямо на главной площади академии, наделав не малую шумиху среди студентов. Он вышел из вертолёта в сопровождении какого-то незнакомого альфы.

Мы с Алексом переглянулись.

Этот оборотень нам был не знаком.

Незнакомец был огромен, выше и шире в плечах, чем наш отец. Его длинные чёрные волосы были стянуты в хвост на затылке, лицо суровое, с резкими чертами и хорошо заметным шрамом, пересекающим левую бровь. От оборотня веяло силой, дикой, первобытной мощью.

– Антонио, Александр, – В голосе отца отчётливо сквозили стальные нотки. – Это Генри Харрисон, мой старый друг. Пришлось выдернул его из северных лесов Аляски. Генри – лучший следопыт, которого я знаю. Если кто-то и может найти человека или зверя, то это он.

Мы с Алексом молча кивнули, рассматривая сурового незнакомца.

– Рассказывайте, что у вас случилось? – спросил отец.

Мы рассказали всё. Про поход, про внезапное исчезновение Леи и про наши подозрения, которые за эти два дня превратились в твёрдую уверенность.

– … Мы думаем, что это её сводная сестра, Мелисса, как-то причастна к исчезновению Леи, – закончил я. – Она ненавидит её. Мы столкнулись с Мелиссой сразу после того, как группа вернулась из леса. Пытались добиться от неё правды, но эта гадюка всё отрицает. Я уверен, что она лжёт.

Отец нахмурился, его взгляд стал ещё более жёстким.

– Я же предупреждал вас, – рявкнул он. – Предупреждал смотреть в оба глаза за своей истинной. А вы что, расслабились?

Упрёк отца больно ударил по нутру, но, он был прав, чёрт возьми.

Харрисон не обратил внимания на слова отца. Он смотрел куда-то в сторону жилых корпусов академии, и едва заметно повёл носом, будто принюхивался.

– Я бы хотел поговорить с этой... Мелиссой, – спустя мгновение произнёс он, сверкнув тёмным взглядом.

– Эта гадюка прячется от нас, – процедил я сквозь зубы. – Несколько раз мы пытались выловить её, но она словно змея забилась в свою нору и боится на глаза показаться.

– И где она может быть? – прищурился отец.

– Скорее всего прячется в своей комнате, – пожав плечами ответил Алекс. – Знает, тварь, что там мы её не сможем достать. Парней ведь не пускают в женское крыло общежития.

– Тогда идём туда, – коротко бросил Харрисон и двинулся в сторону общежитий.

Мы с Алексом слегка зависли, глядя ему вслед, но потом всё же пошли за ним, а отец остался, чтобы переговорить с Дамианом о ходе поисков.

Когда мы шли по территории академии, многие из студентов удивлённо шарахались от нас. Оно и понятно. Верзила, который шёл рядом с нами, не вызывал доверия. Молчаливый, мрачный и наверняка очень опасный, судя по его мощной энергетике альфы. Мощной и дикой.

И где отец только откопал его? Он же зверь настоящий!

Я мысленно усмехнулся. Не завидую я Альварес, когда он доберётся до неё. Если нам, конечно, удастся выловить эту гадюку.

И тут, словно судьба решила нам наконец подфартить, мы увидели её. Мелисса выскользнула из-за угла одного из учебных корпусов, озираясь по сторонам, будто крыса.

– Вот она, гадина, – зло оскалился я, чувствуя, как по венам разливается горячая ярость. – А ну иди сюда, Альварес!

Увидев нас, Мелисса замерла, на её лице отразилась паника. Она развернулась, чтобы бежать, но Алекс, быстро подсуетившись, обогнул Альварес и преградил ей путь. Она оказалась в ловушке.

– Отстань от меня! – зашипела Мелисса, когда я сделал шаг к ней. – Я ничего не знаю про вашу Лею! Я вам уже триста раз сказала! Отвалите от меня!

Она попятилась назад, пока не упёрлась спиной в стену, и в этот момент её затравленный взгляд столкнулся с глазами Харрисона, который до этого молча стоял чуть в стороне. И тут произошло нечто странное.

Мелисса замерла. Её верещание вдруг застряло у неё в горле, лицо побледнело как мел, а глаза расширились, будто она увидела привидение – не меньше.

Я проследил за её взглядом и понял, что она пялится на Харрисона, не отрываясь. А потом, издав какой-то сдавленный писк, резко сорвалась с места, проскочила мимо меня и, как ошпаренная, бросилась в двери общежития.

– Кажется ты произвёл на Альварес соответствующее впечатление, – усмехнулся я, глядя на верзилу.

Реакция Харрисона была тоже какой-то странной. Мне показалось или альфа напрягся в присутствии Альварес?

Стоило ему только встретиться с ней взглядом, как спокойная холодность оборотня тут же исчезла. В его глазах появилась какая-то странная смесь эмоций: удивление, сомнение и знакомый каждому самцу, хищный интерес.

– Вот, сука, опять смылась! – выругался Алекс. – Теперь её из комнаты хрен выманишь. Альварес ни за что не признается, что она сделала с Леей.

– Давайте я попробую поговорить с ней. Возможно, мне удастся разговорить девушку, – вдруг произнёс Харрисон, хмуро окидывая взглядом здание общежития. Медленно скользя по окнам, будто что-то выискивая.

Не дожидаясь нашего ответа, он решительно сделал шаг вперёд и вошёл в общежитие.

Мы с Алексом переглянулись.

Всё-таки странный какой-то этот тип. Вообще непонятно, что у него там в башке твориться. Смотрел сейчас на Альварес так… будто сожрать её был готов.

Мы с братом остались ждать снаружи. Потянулись минуты ожидания.

Прошло минут десять-двадцать, но Харрисон так и не выходил. И я уже начал немного напрягаться этому затишью.

Что он там с ней делает? Почему так долго?

– Может, он её там прибил уже? – не выдержал Алекс.

Я только покачал головой, не отрывая взгляда от дверей. Если честно, то я тоже склоняюсь к этой мысли.

Прошло, наверное, ещё минут пятнадцать, когда дверь наконец открылась и из общежития вышел Харрисон. Его лицо было непроницаемо, как гранитная скала.

Он подошёл к нам и, без предисловий, сразу же сообщил:

– Я знаю, где искать вашу девушку.