Текст книги "Дважды одарённый. Том X (СИ)"

Автор книги: Элиан Тарс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Матриарх решила отныне больше времени посвящать этому важному вопросу.

* * *

– УА-А-А-А!!! – Очередная волна оглушительного крика ударила по ушам.

Но на сей раз крик был обычный, горловой – без использования способностей Погонщика.

– Что это? Что за тварь⁈ – послышались удивлённые возгласы бойцов, глядевших на оконный проём второго этажа.

Что ж, краснокожий демон предстал перед нами во всей красе: метра два с половиной высотой, лысый, рогатый, с мощными чёрными бровями и ещё более внушительными надбровными дугами. В его пасти не помещались четыре выпирающих клыка – каждый из них заметно приподнимал губы.

– Какой урод, – хмыкнул Тигр, глядя на демона.

– Зато подкачанный, – отозвалась его сестра Крис.

– Всё мясо, наверное, в деревне съел, – заявил Гриша.

Я бы улыбнулся шуточкам Наумовых и порадовался, что вид адской твари их не пугает. Но всё моё внимание было сосредоточено на отслеживании движений противника и концентрации маны.

– Подумаешь, мясо нарастил, – фыркнул Архон, на общей волне связи. – Это тяжёлые, бесполезные мышцы – в бою от них толку не будет.

– Ты так говоришь, просто потому что у тебя их нет, – усмехнулась Крис. – А ещё посмотри, какой у него густой мех на ногах!

– Тебе нравятся волосатые мужчины? – удивился Архон.

Крис на секунду подвисла:

– Ну ладно, с этим погорячилась… Да и рога его…

– Цыц! – рявкнул Волхв. – Хватит засорять эфир! Ждём приказ командира!

Первое правило охоты на демонов – бей первым.

Внешне я даже не шелохнулся, когда пустил мощный импульс маны – активировал заранее подготовленный конструкт заклинания, который уже несколько секунд висел в воздухе. Толстое металлическое копьё, закрученное мощнейшим ветром и сияющее холодным светом звёзд, снизошло с небес и ударило прямо в грудь рогатого врага.

Демон яростно взвыл от боли.

Убить с первого раза не получилось – мерзавец среагировал и успел поставить блок.

И всё же моё копьё насквозь пробило его запястье.

– У-БЬЮ-Ю-Ю!!! – проревел он, сорвавшись вниз и ринувшись в мою сторону.

Второе правило охоты на демонов – если ты не прикончил врага сразу, а только разозлил его – тебе хана.

Он на бегу вскинул руки, и в мою сторону устремились бесчисленные кроваво‑красные ледяные копья. Я успел выставить ветровой барьер, но тот тут же затрещал под натиском вражеского заклинания.

– ПОДЪЕМ!!! – заревел во всю глотку мой рогатый враг.

И вот теперь я вновь ощутил волну его мерзкой маны: Погонщик использовал свою сильнейшую способность.

Вот только волна крика далеко не разошлась – она осталась в пределах имения.

Не понял… На что рассчитывает этот рогатый деградант?

Стоп! Не может быть…

Те из ратников Инейских, что дожили до сего момента, резко стали сильнее. Я ощутил, как выровнялось их дыхание, а объём маны в Источниках заметно вырос. Как такое возможно?

А… вон оно что.

Скачок маны внутри них зиждился на вытягивании из тел жизненных сил.

По сути, магическая энергия – это избыток жизненной силы, лишняя ее часть, которой больше, чем нужно для обычного функционирования организма.

Но если саму жизненную энергию, а не избыток, использовать для магии, результат очевиден: тело умрет, пусть и не сразу.

Но почему ратники отозвались на зов Погонщика?

Новая волна ледяных копий ударила в мой купол.

Ладно, размышления потом!

– Архон, огонь по бойцам Инейских! Волхв, берите в оборот их наёмников – пусть помогают!

– Принял! – едва ли не в унисон ответили оба.

Я же в очередной раз потянулся поисковым заклинанием к выжившим наёмникам и понял, что они действительно не попали под контроль Погонщика. Стало быть, на его голос откликнулись только те, кто был верен Инейскому раньше. Видимо, клятва Господина и Слуги стала своего рода мостом для воздействия силы Погонщика, захватившего тело Инейского.

Мой щит задрожал и разлетелся на осколки. Я едва успел отпрыгнуть от размашистого удара: когтистые лапы просвистели в сантиметре от меня.

– Тебе конец, человек! – яростно рычал демон, размахивая когтями.

Несмотря на массивную тушу, он двигался удивительно быстро. Если бы я впервые столкнулся с таким противником, наверняка подставился бы под удар.

Но на его беду, я множество раз бился с куда более страшными тварями.

Из‑под его копыта неожиданно вылетело ледяное копьё – видал я и такое не раз.

Полуоборотом я ушёл от копья и оказался сбоку от противника. В моей руке лежал «Коготь рыси». Послав мощный энергетический импульс, я удлинил лезвие артефактного кинжала.

Демон успел развернуться и возвести ледяную стену – очень крепкую и концентрированную. Одна из особенностей глубокой одержимости: демон мгновенно изучает способности реципиента и интегрирует их в свою систему боя.

Вот ведь угораздило же Савелия Дмитриевича Инейского так промахнуться… Он ведь разом осушил весь этот бутылёк с демоном и даже не успел насладиться возросшей силой – мгновенно потерял себя, уступив тело рогатой твари.

Глупо… Очень глупо.

Хотя весь их род живёт глупо! Я не в обиде на то, что предок Инейского отвернулся от своего господина – моего прадеда, выбрав сменить фамилию, но сохранить дворянство для своей семьи.

Что ж, допустим.

Если бы он и дальше жил достойно, заботился о крестьянах и выполнял свой долг по защите Больших Земель, я бы и слова против не сказал. Но Инейские, забыв о долге и чести, погнались за наживой.

И теперь поплатились.

Демон подпрыгнул в воздух, а затем с силой топнул обоими копытами о землю. Ледяной щит преобразовался в игольчатый таран, и рванул прямо на меня.

Я ждал этой атаки. Покров Ветра ускорил меня и я успел уйти вправо, обогнув смертоносный лед. Таран унесся мне за спину, а я тут же атаковал противника серпом из металла и ветра.

– Бесполезно! – захохотал демон, отбив мой серп в небо голой рукой.

В этот момент я активировал отложенное заклинание: закрученное металлическое копьё с небес ударило в спину врага. Но он снова успел среагировать – начал выставлять в сторону копья свою раненую руку.

Я чувствовал, как демон упивается ощущением собственного превосходства. В своих мыслях он уже отбил моё копьё в сторону, а может, и вовсе перенаправил его в меня.

Вот он тянется к нему рукой, и…

Вдруг его рука замирает в воздухе.

Удивление, ярость, а затем испуг – все эти эмоции рогатой твари мгновенно сменявшие друг друга, были настолько сильны, что я буквально ощутил их кожей. Мой враг не успевал заблокировать внезапную атаку, и на сей раз копьё вонзилось ему в грудь.

– Что за… – прохрипел он, косясь на непослушную руку.

Полупрозрачный силуэт, созданный из ветра, металлической стружки и холодного света звёзд, держал его за кисть. Во время первой атаки я вложил в копьё Воздушного Близнеца который всё это время ждал своего часа прямо в ране противника.

В горячке боя демон не чувствовал его, хотя явно ощущал присутствие чужой энергии в ране и подсознательно боролся с ней. Но не так‑то просто справиться с заклинанием, на создание которого я потратил кучу времени.

Итак, второе правило охоты на демонов имеет своё исключение – если ты достаточно опытен, то ярость демона сыграет тебе на руку. Поддавшись ей, он начнёт допускать ошибки.

Вот как сейчас – он не успел защититься от удлинившегося лезвия «Когтя рыси». Спустя секунду небо прорезал фонтан чёрной крови, а на примятую траву упала рогатая голова.

Глава 20

Охотничий домик боярского рода Пожарских когда‑то давно представлял собой монументальный дом из толстых кедровых брёвен – по крайней мере, именно так о нём рассказывал мой камерир. Однако же с тех пор, как этим домом завладели дворяне Инейские, он не раз перестраивался и модернизировался.

Бревенчатый каркас сейчас оказался скрыт внутри стен, и снаружи дом походил на европейский особняк – не то кирпичный, не то каменный. Внутри намёка на брёвна тоже не было.

Не скажу, что это плохо… но и нехорошо. Если бы я планировал и дальше использовать этот дом как эдакую дачу, то, конечно, стоило бы со временем вернуть ему изначальный вид. Но вряд ли я буду использовать бывший охотничий домик своих предков именно таким образом.

Дом был отделан довольно дорогими материалами. Электричество, водопровод, видеонаблюдение и внутреннее оснащение дома – тоже были выполнены на достойном уровне. За это можно было бы сказать Инейским отдельное «спасибо».

Глядя на огромную плазму, висевшую на стене в малой гостиной, я вдруг подумал о том, в каком же сейчас состоянии находится само родовое гнездо Пожарских.

Да, Проклятые Земли консервируют недвижимость. Но мои предки потеряли свою твердыню более семидесяти лет назад! Технологии за это время сильно изменились, и даже если там есть какое‑то электричество и оно до сих пор работает – мощностей явно не будет хватать, чтобы обеспечить потребности современных умных домов.

Но всё это, разумеется, вторично. В прошлой жизни мне довелось жить в катакомбах без электричества и водопровода, так что всё это меня не страшит.

Пусть боится Марина, которой под модернизацию вновь приобретенной недвижимости придётся искать бюджет.

Я хмыкнул и перевел взгляд с плазмы на большое окно, за которым виднелся раскуроченный двор. Как раз здесь я сражался с Погонщиком…

В голове тут же всплыли последние мгновенья твари. Демон оказался довольно сильным – когда я срубил голову его реципиенту, сущность выжила и попыталась свалить. И это учитывая то, что я сам стал за последнее время заметно сильнее и в финальную атаку вложил уйму маны разных своих Даров…

Но, разумеется, у демона ничего не вышло. Да, я рассчитывал его прикончить вместе с телом, но к побегу тоже был готов – поймал в воздушный шар и раздавил. А тело главы рода Инейских, как и бывает в таких случаях, сгорело вместе с одеждой – ни осталось ни следа.

Хотя ладно – кое-что уцелело. Артефакт на защиту от ментальной магии… Правда он несколько изменился за то время, пока был частью тела Погонщика, и с этим нам еще предстоит разобраться.

В коридоре послышались шаги. Источник дыхания я определил заранее и знал, кто именно идёт в малую гостиную. Потому я даже не стал вставать со стола – во время боёв я немного замарался и решил не садиться на красивые кресла и диванчики, качественную лакированную столешницу – будет легче оттереть, если что.

– Господин, – хмуро произнёс старик Наумов, через распахнутые двустворчатые двери заведя в гостиную поникшую женщину. – Остальные – под присмотром, – посмотрев на меня, доложил он.

– Благодарю, Иван Фёдорович, – кивнул я.

Я окинул взглядом пленницу. Сильный Адепт без Второго Дара… Она либо избалованная, либо истово верящая в непогрешимость и несокрушимость своего мужа. Других объяснений, почему новоявленная вдова Инейская была облачена в платье, а не в удобный для боя или побега костюм, у меня не было.

Женщине было на вид лет сорок – хорошие, ухоженные сорок, а не те, чтобы бывают у заморённых жизнью людей. Хотя при этом я знал, что по паспорту ей сорок семь. Не самый слабый дар и деньги рода до сих пор помогали Марте Григорьевне сохранять молодость и красоту.

Она аккуратно подняла голову, нервным движением поправила пальцами белую прядь и с волнением глядя на меня осторожно спросила:

– Где Савелий Дмитриевич?

– Погнавшись за силой, ваш муж связался с дурной компанией, потерял себя, а затем и свою жизнь. Так что его больше нет, – глядя в её серые глаза, хмуро ответил я.

Она вздрогнула и сглотнула подступивший к горлу ком… В глазах женщины мгновенно блеснули слёзы, но она сдержалась и не заплакала.

– Поняла, – сдержанно произнесла Инейская. – И раз уж вы принимаете меня в моём же доме, это значит…

Она прикусила губу и нервно выдохнула, а затем вновь взглянула на меня, будто бы предлагая продолжить её фразу.

– Это уже не ваш дом, Марта Григорьевна, – спокойно произнёс я. – Фактически он вернулся к своему хозяину.

Она прищурилась, окидывая меня цепким взглядом.

– Значит, вы и есть тот самый Пожарский, возвращение которого так напугало моего мужа, – проговорила она, взяв себя в руки. – Что ж, ситуация мне понятна. Но понятна ли она вам? Хоть вы и захватили наши земли, хозяева Чудово этого так не оставят.

Она сверкнула глазами, нисколько не сомневаясь в своих словах. Я улыбнулся краешком губ.

– Похвальная вера в своих господ, – кивнул я. – Даже выйдя замуж и сменив род, вы остались верны тем, кому многие годы служили ваши предки.

Её родители – вассалы баронского рода Малаховых, одних из пяти хозяев Чудово. Неудивительно, что она не сомневается в силе представителей местной Великолепной Пятёрки.

Женщина нахмурилась, недовольно уставившись на меня. Мои слова, хоть и звучали как похвала, пришлись ей не по вкусу: контекст она прекрасно поняла.

Она сохранила верность бывшим господам, а вот её новый род своих господ предал.

– Вы можете говорить что угодно, господин Пожарский, – процедила она, – но суть это не изменит. Вам не удержаться здесь. Вы одолели один дворянский род, но не справитесь со всей мощью фронтирного города и его окрестностей.

– Если так случится, то вы только порадуетесь, – улыбнулся я. – Но попозже. Не сейчас. А сейчас, на правах вдовы господина Инейского, объявившего мне войну, вы эту войну закончите.

Я молча глянул на камерира, который, словно неподвижная статуя, замер между мной и пленницей. Он понял меня мгновенно и выложил на стол распечатанные на гербовой бумаге бланки.

– Что это? – демонстративно не глядя на бумагу, спросила Инейская.

– Ваша капитуляция, – спокойно ответил я. – В данный момент вы ведёте войну не только со мной, но и с моим другом, господином Архандеевым. Подпишите бумаги – и обе войны закончатся.

Пару секунд она с вызовом смотрела мне в глаза, а затем опустила взгляд, недовольно впившись в текст первого бланка.

– Это неплохие условия… – удивленно пробормотала она. – Конечно, мы отдадим трофеи, на которые претендует господин Архандеев, и выплатим виру в размере пятидесяти тысяч рублей.

Мой камерир протянул ей красивую золотую ручку. Женщина легко подписала первый акт.

Я удовлетворённо кивнул.

А затем я увидел, как расширились её глаза, когда она начала читать текст на втором бланке. Видимо, подсознательно Инейская посчитала, что требования на обоих листах будут идентичными.

– Вы что же… – прошептала она, впившись в меня изумлённым взглядом, – хотите отнять у нас всё?

– Я лишь возвращаю то, что когда‑то отняли у моих предков, – ровным тоном поправил я. – А сверху то – что ваш род умудрился нажить, используя чужое имущество.

– Ну как же… – пробормотала Инейская. – Как же мы будем жить? – Она стрельнула глазами на бланк, а затем снова уставилась на меня. По её щекам потекли слёзы. – Вы ведь велите нам отказаться от титула! Стать…– она скривилась так, будто съела целый лимон, а затем-таки выплюнула ненавистное слово: – Простолюдинами!

– И что? – холодно спросил я. – В своё время Наумовы, – взглядом я указал на хмурого кремерира, – и Туренины оказались в той же ситуации, что и предки нынешних Инейских. Но они предпочли стать простолюдинами, сохранив при этом верность Пожарским, свою честь и родовое имя. И с тех пор эти семьи жили достойно. Пусть они и не считались дворянами по бумагам, они были дворянами по своей сути. А что с Инейскими? Наплевали на историю предков и на их волю, – выбрали другой путь и стали жить ради наживы. Однако же от судьбы не уйдёшь, Марта Григорьевна. Поживите как обычные люди, – я хмыкнул и покачал головой. – Хотя нет… гляньте ещё раз на условия. Они гораздо лучше, чем у обычных людей. Только из уважения к вассалам Пожарских – к давним предкам нынешних Инейских я не стану обирать вас до нитки.

Марта Григорьевна брезгливо посмотрела на нижний пункт в перечне условий капитуляции и перечислила:

– Личное имущество, что помещается в одну сумку каждому, тысяча рублей на человека, одна машина на всех… – Инейская с вызовом уставилась на меня.

Она явно воспринимала это как насмешку. Я же на полном серьёзе повернулся к Наумову:

– Иван Фёдорович, сколько женщин и детей из рода Инейских мы отпускаем?

– Восемнадцать человек, господин, – без запинки ответил Наумов.

– Ну вот, – повернулся я к вдове главы рода, – итого восемнадцать тысяч рублей и восемнадцать сумок с вещами. Плюс машина. Неплохой стартовый капитал для простолюдинской семьи.

– Отличный, Александр Ярославович, – поддержал меня Наумов.

– Тебе бы хватило таких средств, чтобы поднять хутор?

– Более чем, господин. Ещё бы на вклад в банке осталось.

Я молча посмотрел в глаза Инейской. Лишь пару секунд она могла удерживать мой взгляд, а затем отвернулась и пробурчала в сторону:

– Этого мало… У нас дети… Им нужно дать будущее.

– Вот и дайте, – спокойно произнёс я. – Попробуйте научить их зарабатывать на жизнь самостоятельно, используя свои навыки, а не выжимая из крестьян последние соки и используя их в качестве наживки для громобоев.

Она поджала губы, а затем подалась вперёд, нависнув над столом так, что её платье чуть опустилось вниз, открывая вид на декольте.

– Ваше благородие… пощадите! Я сделаю всё, что вам будет угодно! Стану самым надёжным вашим союзником!

– Хватит, – прервал её я. – Вы и так получили больше, чем заслуживаете. Подписывайте бумаги. Лучших условий вам не видать. А продолжите разыгрывать спектакль, и среди выживших Инейских я найду другого представителя рода, кто без проблем поставит свою подпись. Вот только мне придётся это как‑то легализовать… Хотя в таком случае мы сэкономим тысячу рублей, – я многозначительно посмотрел на неё.

Этой едва заметной угрозы было более чем достаточно, чтобы Марта Григорьевна уселась обратно, перестала тянуть время и поставила подпись.

– Вот и отлично, – спокойно произнёс я. – Иван Фёдорович, оформите нашу победу и проводите гостей. Выделите какой‑нибудь грузовик, который нам самим не особо нужен, и пусть едут. И да, – я повернулся к Инейской, – мои люди будут внимательно смотреть за тем, что вы забираете. Даже не пытайтесь умыкнуть чего‑то лишнего с собой.

Поджав губы, она кивнула, поднялась с прямой спиной и направилась к выходу, цокая по паркету каблуками.

– Марта Григорьевна! – окликнул её я.

Она остановилась и обернулась через плечо.

– Моя победа была неизбежна с тех пор, как ваш муж решил воевать со мной. Но убивать его я не планировал. Я сказал вам правду: умер он из‑за того, что кто‑то очень могущественный подсунул ему зелье с обманной силой. Вам что‑нибудь известно об этом?

Она замерла, и взгляд её на миг стал стеклянным.

– Нет… – наконец-то проговорила она.

Я чувствовал, что она не врёт.

– Хорошо. Если узнаете об этом, сообщите мне или кому‑то из моих людей.

Она едва заметно кивнула.

– И напоследок, – продолжил я, – хорошенько подумайте, что вы, бывшие дворянки Инейские, будете в дальнейшем рассказывать своим детям про меня. Подумайте, стоит ли вам взращивать в них ненависть ко мне и людям Пожарских. Ведь если вы настропалите их против меня, то когда они вырастут – пойдут войной на мои земли. И тогда вы останетесь без детей. А вот если донесёте до них правду – о том, что их предки перегнули палку, и о том, что их отца подставил некто могущественный – в таком случае у ваших детей может появиться заметный шанс на светлое будущее. Запомните мои слова.

На сей раз она не отвела взгляд и смотрела мне в глаза дольше, чем прежде. А затем медленно кивнула и произнесла:

– Я запомню. Но ваши слова будут иметь вес только в том случае, если вы сможете здесь закрепиться. А как я вам уже сказала, хозяева Чудово так просто не оставят произошедшее этой ночью.

– Что ж… Ваши слова я тоже запомню, – ответил я. – Посмотрим, кто был прав. До свидания, Марта Григорьевна.

– До свидания, господин Пожарский.

Она кивнула и гордо направилась прочь в сопровождении моего могучего камерира.

Некоторое время я смотрел ей вслед.

Правитель всегда должен думать наперёд – не только о войне и ближайших планах, но и о том, как его земли будут жить после войны. В прошлой жизни я успел стать Императором всей Земли и, видимо, даже сейчас подсознательно считаю планету своей территорией, а всех, кто на ней живёт – своими людьми. Да, сперва нужно навести порядок…

Но это вовсе не значит, что нужно выкашивать всех, кто хоть раз косо посмотрел на тебя, или всех, кто был связан с твоим павшим врагом. Если бы я так делал раньше, в конечном счёте у меня не было бы армии, чтобы противостоять захватившим Землю демонам.

Кстати, об этом…

Я достал телефон и посмотрел на экран – свежих сообщений не было. Но после боя с Погонщиком я сразу связался с лагерем, уточнив, как у них там ситуация – если бы она была скверной, мне бы пришлось сразу нестись туда.

Однако граф Резанов заверил, что всё под контролем.

Я велел ему сразу звонить, если проблем прибавится, но пока что меня никто не беспокоил.

– Архон! – взяв рацию, вызвал я своего командира ударной группы. – Зайди, если не шибко занят.

Прикрыв глаза, я погрузился в кратковременную медитацию. Всё‑таки вторая ночь у меня проходит в сражениях, а впереди еще и сам поход в Проклятые Земли. Поэтому даже ту минуту, что потребовалась Архону, чтобы добраться до малой гостиной, я потратил с пользой, прочистив пару перегруженных моноканалов.

– Поздравляю с первой победой, – произнёс я, когда Архандеев зашёл в гостиную.

Он улыбнулся краешком губ и благодарно кивнул.

– Можешь похвастаться Кристине, – не сдержавшись, добавил я.

Архон нахмурился и покачал головой:

– Ну зачем вы так? Нет ничего у меня с этой патлатой!

– Ты же сам говорил, что она у тебя в голове, – усмехнулся я.

– Это другое! – возмутился Архон. – Это всё из‑за того, что она использовала на мне свои чары!

– И что до сих пор в голове? – на полном серьёзе спросил я.

– Да, – проворчал Архон.

Я не сдержался и рассмеялся. Он удивлённо смотрел на меня.

– Что я смешного сказал, командир?

– Да ничего, – я пожал плечами. – Просто постэффект от ментального воздействия одарённого её ранга не может длиться так долго. Поэтому сейчас она в своей голове уже по твоей собственной воле.

Архон удивлённо ресницами, не переставая пялиться на меня.

– Ну ладно…– Я снова посерел, – С вашими делами вы разбираться будете потом, на досуге. Территорию осмотрели?

– Так точно, – подобрался ратник. – Но лишь поверхностно, на первый взгляд. Времени мало, а площадь большая.

– Удержите? – прямо спросил я.

– Смотря сколько будет врагов и какую технику задействуют. Если прилетит авиация – это будет сразу тяжко. А если в рамках расчётов межгородовых войн, то даже нынешним составом сможем продержаться как минимум час против ратей всех пяти местных хозяев, – на полном серьёзе ответил бывший спецназовец ОКЖ.

– Это с привлечением Защитника? – уточнил я.

– Нет, что вы! – удивился он. – Если здесь поработает Защитник, то мы протянем гораздо дольше.

Я одобрительно кивнул:

– Приступайте. Главное, не тяни одеяло на себя. Работаете в паре с Защитником.

Архон подобрался и с серьёзным видом кивнул:

– Конечно, командир. Его навыки мы все давно оценили. Спорить с ним в вопросах фортификации глупо.

– Ну всё, ладно. Я забираю твою Крис с её семейкой и возвращаюсь в общий лагерь, – произнес я, спрыгнув со стола.

– Господин! – не выдержал Архон и обречённо покачал головой.

Я же усмехнулся и проходя мимо ратника, одобрительно хлопнул его по плечу.

– Крис – хороший выбор, – шепнул я ему. – Ты главное с родственниками её подружись.

Он резко обернулся и недовольно уставившись на меня. Напоровшись на мою улыбку, Архон буркнул что‑то неразборчивое и как будто бы даже кивнул.

* * *

Общий лагерь встретил нас здоровой суетой – граф Резанов водил за собой группу сапёров и указывал места, где зарыты артефактные мины.

– До нападения всё разобрать не успели, – пояснил он мне, когда я вышел из машины, доехав сразу до него, предварительно отыскав деда с помощью поискового заклинания.

– Ну хорошо, что заканчиваете, – кивнул я, просканировав территорию.

Им осталось достать буквально четыре мины.

– Да, неплохо, – согласился дед и пальцем указал на следующую мину: – Вон туда идите. Давай, прямее… Стой левее! Вот, вот здесь.

Затем он повернулся ко мне:

– Как съездил? – буднично спросил дед.

– Спасибо, неплохо, – отозвался я. – Инейских как дворянского рода больше не существует.

– А как людей? – серьёзным тоном спросил он, по-птичьи склонив голову набок.

– Осталось восемнадцать человек, – ответил я.

Дед нахмурился.

– Рискуешь, Саша, – проговорил он.

– А ты бы что, пустил в расход сдавшихся женщин и детей? – спросил я.

Несколько секунд он буравил меня взглядом, а затем всплеснул руками:

– Ну что за ерунду ты несёшь! Конечно, нет. Только слабаки убивают других из опасения будущих проблем. Сильные же всегда готовы повторно дать в морду.

Он нахохлился и выглядел особо потешным в этот момент. Я улыбнулся и спросил:

– Ну а к чему тогда были эти слова про риск?

– Ну так это же правда, – пожал плечами дед. – Есть риск, что в дальнейшем тебе придётся разбираться с потомками своих врагов. Но, с другой стороны, есть риск просто сломать ногу, когда идёшь по ровной дороге. Ладно, к чёрту. Когда уже в Проклятые Земли пойдём? – он вопросительно уставился на меня.

– А ты ничего мне не хочешь рассказать? – хмыкнул я.

– На тему? – уточнил дед.

– На тему прорыва.

– А, это… – он махнул рукой. – Ну да. После того странного крика целая толпа громобоев выскочила из Проклятых Земель. Твари выглядели ещё более обезумевшими, чем обычно. Но по факту расстрелять часть из них из крупного калибра, а затем добить остальных – большого труда не составило. Из потерь с нашей стороны – лишь боеприпасы. Но, учитывая трофеи, мы в плюсе.

– С нашей стороны, – зацепился я и вопросительно поднял бровь.

– Имперский пост частично разнесли? – поморщился дед. – Как бывшему Первому Мечу, мне крайне обидно за державу и её воинов. Но чисто для нас это только на руку.

Я молча кивнул. В ходе подготовки к сегодняшнему походу мы с союзниками проговаривали то, что имперские силы в окрестности Чудова будут лояльны местным хозяевам, а не нам.

– Выжившие там вроде есть, – продолжил дед, – Но в ближайшее время проблем они нам точно не доставят. Им и своих хлопот хватает, чтобы ещё и приказы местных хозяев выполнять, – он скривился и хмыкнул.

Я хотел было ему ответить, как внезапно у деда зашуршала микрогарнитура.

– Момент, – демонстративно произнёс он и принял вызов. – Да? Что⁈ Серьёзно? – дед удивлённо уставился на меня. – Да, он рядом. Сейчас обсудим.

Он сбросил вызов, а я вопросительно посмотрел на графа Резанова.

– Дозорные засекли какого‑то одинокого типа, – напряжённо произнёс дедуля. – Шел, говорят, через поля будто по парку прогуливался. Когда наши стали аккуратно к нему подходить, он их заметил издали, засмеялся и сказал: «Свои». Сказал, что к тебе пришел и больше ему ни до кого нет дела.

– Не стал ничего рассказывать нашим дозорным? – уточнил я.

– Я понял так, – кивнул дед, а затем не выдержал и выпалил: – Колись уже, Саша, что за тип к тебе явился? Вокруг тебя всё время крутятся какие‑то странные личности!

Я многозначительно посмотрел на графа Резанова – пожалуй, самую странную личность, что крутится возле меня…

А затем ответил:

– Передавай дозорным, чтобы сопроводили важного гостя к лагерю. А ему пусть скажут, что я уже выдвинулся навстречу.