156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Дыхание Смерти (СИ) » Текст книги (страница 1)
Дыхание Смерти (СИ)
  • Текст добавлен: 21 мая 2018, 21:30

Текст книги "Дыхание Смерти (СИ)"


Автор книги: Елена Звездная






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Елена Звездная
Мертвые игры. Дыхание смерти
Книга 6

Часть первая: Сила отступника

Из сна меня вырвало стремительное перемещение. И я еще не совсем проснулась, а уже оказалась сидящей на трибуне, перед ареной, где проводились Мертвые игры. Сонно щурясь, удивленно осмотрела арену, по которой ходили маги в черных с зеленым свечением мантиях. Они были похожи на призраков, особенно когда время от времени взлетали, чтобы переместиться на другую часть арены

Кхаэр, раздалось рядом.

И тебе вечной жизни, ответила не задумываясь.

Потом повернула голову и увидела уже хорошо знакомого ученика отступников. Он кивнул, приветствуя, указал на некромантов, и сообщил:

– Эти что-то заподозрили, но ничего не найдут. Тебе что-то известно?

Я все еще не совсем проснулась, подавила зевок, оглядела еще раз арену, и спросила:

– А что должно быть известно?

Ученик вздохнул и буднично сообщил:

– Тебя убьют сегодня.

Это была такая… эм…

– Очень «радостная»; новость, – скептически заметила я.

– Вот и я подумал, что тебя обрадует, – хмыкнул он.

Помолчал, потом добавил:

– Ты мешаешь. Сильно им мешаешь. Я только сегодня узнал насколько.

– И… насколько? – поинтересовалась осторожно.

– Глобально, – туманно ответил ученик вечных. – Не выходи сегодня на бой.

Зевнув снова, я повторно оглядела арену, и вспомнив, сказанное учеником отступников, спросила:

– А почему они ничего не найдут?

– Мыслят узко, – с презрением ответил парень. Он и сегодня был без пугающей маски и рядом со мной, развалившись на сиденье и вытянув вперед ноги, сидел, казалось просто долговязый парнишка из мастеровых. – Они проверяют три параметра, забывая о четвертом.

– Я не поняла, о чем ты, – призналась честно.

Он искоса взглянул на меня и пояснил:

– Широта, высота, долгота.

– А четвертый параметр? – спросила я.

И получила равнодушный ответ:

– Время.

Как интересно… время… Действительно интересно. Вот только как его можно использовать, это уже вопрос.

– Слушай, что это за слухи про тебя? – неожиданно спросил ученик.

– Какие именно? – устало поинтересовалась в ответ.

– Поговаривают ты кошка, – он с интересом меня разглядывал.

– Во мне кровь кошки, – уточнила ситуацию.

Ученик присвистнул и спросил:

– Наши?

Я кивнула.

Парень помолчал, внимательно глядя на меня, а потом неожиданно спросил:

– Как ты оказалась совершенно одна и среди людей?

Что я могла ответить на это? Наверное, многое. В принципе многое и ответила:

– Моего учителя убили.

Мы снова помолчали, глядя на арену, тщательно исследуемую магами, внезапно мое внимание привлек один из них. Маг сидел на последнем ряду перед самым выходом на арену, сгорбившись и обхватив голову руками, и выглядел до ужаса несчастным. Один из исследующих подошел к нему и что-то сказал, маг поднял голову и в предрассветных сумерках блеснула красным отсветом его серьга – Ташши.

– Что же с тобой делать? – задумчиво проговорил рядом со мной ученик вечных. – Оставить одну – погибнешь, привести к нашим – еще не известно какое решение они примут. С одной стороны ты талантливейший маг и вообще наша, с другой – девушка и в тебе кровь Кошек. Глава Ордена любитель «резких бриллиантов»;, а ты, сокровище Некроса, тот еще бриллиант, как бы не оказалась в итоге в его…

Мне стало любопытно, чем он закончит фразу, и поэтому я выжидательно посмотрела на него. Парень пожал плечами и задумчиво продолжил:

– То ли гареме, то ли лаборатории.

Перспективы моей жизни продолжали радовать.

Особенно когда ученик, поразмышляв над ситуацией, добил уверенным:

– В лаборатории. Слишком интересная кровь. Вероятно, сделает слепок ауры и сознания, и отправит на перерождение, вплотную занявшись телом. Просто ты ведь наша, значит, убивать не станут. Если проявишь себя, возможно даже допустит к работе с твоим прежним вместилищем.

Звучало дико. И вместе с тем вполне логично и даже разумно, если не касаться вопросов морали. Но я решила их не касаться и спросила:

– Слепок ауры и сознания делают у всех причастных?

– Практически, – кивнул ученик. – Ты подумала о своем учителе?

Теперь кивнула я.

Мне эта мысль тоже пришла в голову, – серьезно произнес он, – но если учесть, что твой учитель до сих пор не забрал тебя, вывод напрашивается только один – его скрыл в своем теле один из Лордов и держит под контролем.

Даже так…

– В ином случае, – продолжил парень, – он бы уже давно вернул тебя. Ты же знаешь, учеников берут редко, и нас берегут как зеницу ока.

И тут на арене что-то изменилось. Посмотрев, увидела появившихся из выхода для игроков боевых магов. От некромантов они отличались роскошными алыми плащами, более уверенными, даже нарочито уверенными движениями, у большинства были двуручные мечи за спиной. Эти ничего не стали исследовать – сходу начали бить по арене боевыми заклинаниями, проверяя на прочность, видимо. И такой подход дал результат – на том месте, где сегодня погиб парень из академии Сирилла, проявилось черное, беспросветно черное пятно, по форме напоминающее очертания тела.

– Активация кровью! – могучим басом крикнул главный из боевиков. – Не смерть, именно кровь.

После его слов все некроманты стянулись к месту содержащему тьму, Ташши так же направился туда, а вот к нам неожиданным образом устремился один из боевиков. Я как-то не очень уверенно себя почувствовала, хотя и понимала, что нахожусь здесь в виде ментальной проекции и узреть меня у него возможностей нет, но зато запоздало вспомнила, что на мне одна только ночная рубашка, причем не особо длинная, и сев удобнее, спрятала ноги под нее. Потом испуганно глянула на отступника – а тот напряженно смотрел на боевика. Вероятно по той причине, что казалось – маг нас преотлично видел.

И когда он подошел, выяснилось, что нам не показалось.

– Какой милый междусобойчик, – произнес Инар, скидывая с головы капюшон. – Риюш, жених не заревнует, узнав о твоем внеочередном свидании, да еще и не с ним?

Мы с учеником отступников сидели, потрясенно глядя на мага.

– Чего вы на меня уставились, как на незваное приведение? – поинтересовался он. И переведя взгляд на меня, продолжил: – Риюшик, я бы галантно предложил тебе плащ, но полагаю, он не прикроет твои прелести. Я прав?

Максимально натянув ночнушку, я ответила:

– Вероятно.

– Он тебя не услышит, – произнес ученик.

– Ну почему же, замечательно слышу, – не согласился с ним Инар.

После чего вольготно устроился на соседствующем с моим сиденье, посмотрел вниз на арену, где сейчас как раз проводился очередной явно следственный эксперимент, и спросил:

– О чем шепчемся, девочки?

Одним словом – боевой маг, нарывается просто на ровном месте.

Но вот ответ отступника удивил:

– Девичник планируем, вот одна девочка уже и подвалила.

Инар приподнялся, через меня глянул на ученика, тот ответил ему широкой улыбкой, боевик в ответ улыбнулся так же широко, после чего снова откинулся на сиденье и произнес:

– Наши о тебе знают, ищут.

Наши кто? – уточнил отступник.

– Маги, – кратко пояснил Инар.

– Они не обладают достаточным опытом, способностями и навыками, чтобы… – начал было парень.

Но боевик остановил его ленивым:

– Южная окраина, трактир «Полесье»;, комната девять.

Я увидела, как выразительно дернулся кадык у ученика вечных.

– Брать тебя будут сегодня в полдень, – продолжил Инар.

Несколько мгновений отступник сидел, как громом пораженный. Затем галантно спросил:

– Риа, ты меня извинишь?

– Конечно, – легко согласилась я.

И проекция ученика отступников исчезла.

Мы с Инаром остались сидеть, задумчиво глядя на арену.

– Ты изменилась, – неожиданно произнес боевик. – Ритуал повлиял?

– Изменилась в чем? – внезапно подумав, что мне тоже как-то возвращаться нужно, спросила я.

– Глаза, цвет стал насыщеннее, черты лица словно более ярко выражены.

– Может проекция просто дает такой эффект? – предположила я.

– Не уверен, – сказал он и посмотрел прямо на меня. – Думаю, что кровь.

Как-то с утра все не радостнее и не радостнее становится. Но фактически – я вчера сама пробудила ее исключительно из чувства неубиваемого любопытства. Надеюсь, ничего фатального не совершила.

– А как ты нас увидел? – задала я крайне заинтересовавший вопрос.

– Остаточный эффект после подчинения, – ответил Инар. – Мне довелось побывать марионеткой одного из Лордов.

Мы помолчали, глядя на что-то обсуждающих на арене магов, после боевик добавил:

– Спасибо тебе за девчонок.

– Не за что, – улыбнулась я.

– Есть за что, – Инар повернув голову, снова посмотрел на меня. – Там кстати главный к вам поехал.

– Кто? – не поняла я.

– Министр Рханэ, – пояснил боевик. – И я так понял, ему нужна ты.

И тут я в очередной раз вспомнила, что надо бы как-то возвращаться и…

И услышала отдаленный стук в дверь.

– Закрываешь глаза, открываешь уже у себя, – поделился нужной информацией Инар.

О, спасибо, – искренне поблагодарила я.

И зажмурилась.

А распахнула ресницы уже лежа у себя в комнате на кровати и гораздо отчетливее услышала стук в двери, а после и голос ректора:

– Риа, ты проснулась?

И не дожидаясь ответа, глава Некроса открыл дверь и вошел. Сонно моргая я посмотрела на него, Гаэр-аш устало произнес:

– Оденься, нам нужно поговорить с тобой.

– Нам? – сглотнув, хриплым ото сна голосом, переспросила я.

– Рханэ здесь. С Эль-таимом принца, – пристально глядя на меня, как-то обвинительно произнес ректор.

И я поняла, что после ухода Рханэ мне как минимум влетит.

– Три минуты, – прошептала испуганно.

– В мой кабинет, – обозначил место экзекуции глава Некроса, и вышел.

Я посидела на постели, еще секунд тридцать, а затем резко поднялась. В этой ситуации меня очень выручили вещи и артефакты от Илланиэля – белье и платье я натянула за минуту, умывшись, заколола волосы первой из шпилек, и поразилась в мгновение преобразившейся себе. Высоко собранные волосы мне определенно шли, и я даже улыбнулась своему отражению… а потом улыбка померкла. При ярком освещении в ванной я отчетливо увидела, что глаза у меня стали зелеными. Темно-изумрудного цвета! Вместо болотного оттенка! Присмотревшись к себе внимательнее, отметила, что ресницы оказались темнее и гуще, подчеркнув разрез глаз, который вроде не изменился, но теперь отчетливо напоминал кошачий. Кажется мои вчерашние опыты с кровью все же дали результат. Проклятая Тьма!

Но времени расстраиваться не было, вспомнив о том, что меня ждут, я одернула платье и отправилась на эшафот.

* * *

Дом ректора был погружен в предрассветные сумерки и наполнен сонной атмосферой. Спали даже слуги, поэтому по дому вместо людей, безмолвно скользили умертвия. Один из них нес поднос с ароматным дымящимся чаем, второй стоял на страже у дверей ректоровского кабинета и галантно открыл дверь передо мной, стоило подойти.

– Спасибо, – пробормотала я, и вошла в кабинет.

Атмосфера здесь, в отличие от всего дома, царила тягостная и напряженная.

За столом, облокотившись и подперев подбородок сидел Гаэр-аш, напротив него на кресле устроился министр Рханэ. А на столе, поблескивая в свете зажженных свечей сверкал Эль-таим принца. При моем появлении, оба величайших некроманта современности, разом посмотрели на меня, и Рханэ произнес ожидаемое:

– Трупов.

Чуть не ляпнула «спасибо, и так хватает»;, и ответила, как полагается:

– Смертей.

Он кивнул, принимая приветствие, посмотрел на Гаэр-аша, словно спрашивая дозволения задать мне вопрос, и едва ректор чуть склонил голову, разрешая, произнес:

– Вчера, ты заставила Эль-таим заговорить. Как?

Вопрос меня откровенно удивил. Глянув на артефакт, я снова посмотрела на министра Рханэ и переспросила:

– Что значит «как»;?

Явственно скрипнув зубами, он пояснил:

– Ни один из королевских артефакторов не сумел повторить это.

И оба некроманта выразительно посмотрели на меня. Я же с некоторым недоумением на них, просто потому что не совсем поняла:

– А что артефакторы хотели сделать?

Тяжело вздохнув, Рханэ с трудом сдерживая раздражение, пояснил:

– Заставить Эль-таим заговорить!

Изумленно воззрившись на некроманта, который откровенно жутко пугал меня, я тихо ответила:

– Но это невозможно. Эль-таим не обладает никакими речевыми возможностями.

На меня посмотрели как на одно сплошное издевательство, Рханэ снова тяжело вздохнул и прошипел:

– Но у тебя он же говорил каким-то невообразимым образом.

– Не Эль-таим, – пояснила я, – а неупокоенный дух заточенного в нем артефактора.

Оба некроманта продолжали молча смотреть на меня. Пришлось объяснять:

– Эль-таимы не зря считаются крайне сложными в изготовлении, при их создании требуется максимальная концентрация и владение собой на высочайшем уровне, потому что при внедрении в кристалл энергетической матрицы, сознание артефактора на некоторое время практически переходит в камни. То есть фактически энергоформа облекается в слова «я – это кристалл»;. И существует огромная вероятность, что сознание может остаться там, в кристалле, именно поэтому мастера-артефактора при изготовлении Эль-таима всегда страхуют как минимум двое опытных мастеров… но даже это не всегда помогает. А в случае изготовления Эль-таима его высочества, страхующие артефакторы оказались подонками, позволившими старшему мастеру фактически погибнуть. Вот почему у Эль-таима его высочества имеются существенные недостатки, а собственно накануне я заставила говорить не артефакт, а призвала душу заточенного в нем артефактора. Это просто – используйте любое заклинание направленного действия для вызова инферно. Я применила «Грахархаэтро эуит экса саэрти»;.

И тут в моей голове прозвучало:

«Но тебя никто не страховал, да, сокровище мое?!»;

Лично я предприняла титанические усилия, чтобы не посмотреть на ректора, и в целом – не отвечать даже.

– Так, – Рханэ протянул руку, взял Эль-таим, – простейшее заклинание, значит?

Но использовал он далеко не простую магию – в мгновение кристалл оплело темно-зеленой сетью энергетических линий такой силы, что от напряжения воздух едва не трещал, а я испуганно отшатнулась к двери, поразившись мощи Рханэ и осознав, что его не зря считали одним из сильнейших некромантов

современности. И содрогнулась, едва сила мага ударила по артефакту, воплотив Агрэмеро – одно из мощнейших заклинаний вызова потусторонней сущности. Эль-таим вспыхнул, энергия выплеснулась из него воронкой, в центре которой четко, совсем не так как прежде, обозначился силуэт убитого артефактора.

Рханэ откинулся на спинку кресла, сжав кулаки и с трудом сдерживая бешенство. Кажется, в то что я сказала он поверил только сейчас, наглядно убедившись в присутствии духа убитого мага в артефакте. Меня поразило во всей этой ситуации только одно – министр Магии выслушал меня с абсолютно серьезным выражением на лице, хотя получается, что счел все услышанное бредом.

«Именно так»;, -подтвердил голос Гаэр-аша в моей голове.

Вздохнув, мысленно произнесла:

«Я могу уйти?»;

«Нет, останься. Для начала поприсутствуешь при развитии событий, а после я просто собираюсь тебя придушить»;.

Испуганно посмотрев на ректора, встретила его совершенно спокойный и даже внешне безмятежный взгляд, вот только я, кажется, уже поняла, что внешний вид и выражения лиц этих двоих, совершенно не соответствуют испытываемым ими эмоциями.

«Да, я в бешенстве»;, -подтвердил глава Некроса.

Внезапно я вспомнила, что у меня же сейчас утро, а значит тренировка с Эдвином.

«Даже не надейся!»;

Между тем Рханэ произнес:

– Мастер Дамитрус?

Призрак артефактора содрогнулся, а затем мы услышали глухое и отдаленное:

– Да, министр.

Лорд Рханэ бросив взгляд на меня, сухо спросил:

– Вы можете говорить?

Артефактор попытался. Действительно попытался, открыл рот, задергался и… не смог ничего сказать. Ничего. Он все так же открывал рот, но его потуги не приносили результата.

– На нем печать, – безразличным тоном произнес лорд Гаэр-аш. – Присмотрись, она отчетливо видна.

Скрипнув зубами, министр Магии резонно заметил:

– У девчонки он говорил.

И оба некроманта посмотрели на меня. Нервно сглотнув, я попыталась объяснить, как минимум себе причину разговорчивости духа:

– Я использовала простейшую форму вызова, облик артефактора был искажен кристаллической формой берилла, возможно, это разграничение по секциям, вынесло влияние печати за пределы воздействия на призрака… Не знаю, чем еще это можно объяснить.

Самые сильные некроманты современности переглянулись и министр Рханэ не применяя никаких пассов, не используя вообще никаких заклинаний, без слов и движений втянул выпущенную силу в себя, мгновенно разрушив подчиняющее инферно заклинание. Призрак истаял на глазах. А затем некромант использовал то, что уже было обозначено мной и в кабинете прозвучало:

– Грахархаэтро эуит экса саэрти.

Артефакт задрожал, его аура начала стремительно увеличиваться, стремительно и бесконтрольно, что вынудило Гаэр-аша протянув ладонь коснуться Эль-таима, накладывая на него ограничения. И аура, прекратив увеличиваться, сформировалась в уродливое искаженное гранями кристалла подобие человека. Человека, исступленно простонавшего:

– Отмените игры… отмените… игры! Отмените игры! Отмените!

Рханэ подался вперед, собираясь что-то сказать, но призрак, оглядевшись, увидел ректора и все его существо подернулось алой пеленой ужаса, а затем артефактор закричал:

– Он! – призрачная рука указала на заметно удивившегося Гаэр-аша. – Это все он! Его цель – главенство в человеческих королевствах! План, они создали план! Королевства падут! Единая империя поглотит все! И на троне будет сидеть темный лорд и его Кошка!

Наверное, мне просто показалось, но внезапно мир словно пошатнулся. Или это с трудом устояла на ногах я…Внезапно тяжелой волной навалилось осознание того, что мы с Эдвином, Нортом и Танаэшем обсуждали в карете… те выводы, что оказались очевидны. Более чем очевидны!

И проблема, проблема, что встала передо мной – что может противостоять магии темных лордов. Я совершенно внезапно отчетливо поняла, что это вовсе не вода, нет. Огню может противостоять только огонь! А темному лорду только другой темный лорд! Вот на что сделали ставку отступники!

И в этот момент ректор убрал руку от кристалла.

В тот же миг, призрак, утратив контроль и подпитку, исчез в гранях кристалла, а кабинет погрузился в напряженное, тяжелое молчание. В безумно напряженное молчание.

Резко поднявшись, лорд Рханэ стремительно забрал Эль-таим со стола, пристально глядя при этом на Гаэ-аша. Ректор хранил молчание, а весь его вид выражал абсолютное, непробиваемое спокойствие.

– Я… – голос Рханэ оборвался. Секундная заминка и ледяное: – Полагаю, дальнейший допрос призрака мы проведем в штатном режиме.

И сказано это было так, что сходу становилось ясно – Рханэ с удовольствием сказал бы больше, но… с врагами не откровенничают.

Ректор принял положение дел с похвальным хладнокровием, поднялся, склонил голову в полукивке, и произнес:

– В таком случае, не вижу более причин для вас задерживаться в моем доме, лорд Рханэ.

– Полностью с вами согласен, лорд Гаэр-аш, – ледяным тоном ответил министр.

Затем повернувшись, сказал уже мне:

– Леди Каро, благодарю за помощь и содействие.

Я склонилась в реверансе, начисто позабыв, что для магинь соблюдение этикета не обязательно, и пробормотала:

– Всегда рада помочь…

Наверное, это было лишним. Боюсь, что теперь уже все было лишним, но Рханэ демонстрируя идеальные манеры, ответил:

– Благодарю вас.

После чего, держа спину неестественно прямой, стремительно нас покинул.

Дверь за ним захлопнулась с глухим стуком.

Затем послышалось, как нежить открыла уже входные двери… стук копыт… скрип ворот при открытии… и закрытии.

А мы остались. Я, казалось окаменевший лорд Гаэр-аш и повисшее в кабинете напряжение. А впрочем нет, осталось и еще кое-что – невысказанные обвинения. Невысказанные, но от этого не менее реальные и… обоснованные.

Гаэр-аш поднялся одним плавным, слаженным движением хищника, с трудом сдерживающего ярость. Заложив руки за спину, медленно прошел к окну, встал, вглядываясь в заснеженный пейзаж за витражным стеклом, и ледяным тоном произнес:

– Теперь четко, ясно и обстоятельно – к каким конкретно «очевидным»; выводам вы с его высочеством и двумя безголовыми и не уведомившими меня ни о чем остолопами пришли вчера в карете?!

Я едва дышала, все еще осознавая происходящее, попыталась ответить и… голос сорвался. Меня трясло, от понимания… понимания, о котором страшно было даже подумать.

– Мне совершенно плевать, о чем тебе страшно думать, а о чем нет! – прорычал взбешенный ректор, резко разворачиваясь ко мне. – Мне нужна конкретная информация, Риаллин! Четко, конкретно, по пунктам!

И воздух в кабинете вспыхнул, яростно загудев обжигающим синим пламенем.

Вспыхнул, чтобы погаснуть в то же мгновение.

Изумленная, я посмотрела на Гаэр-аша и увидела перед собой темного лорда, способного с легкостью держать под жестким железным контролем и свою ярость, и свой огонь. Огонь, едва заметными искрами пылавший в его серо-синих как предгрозовое небо глазах. Огонь, обозначивший черты лица сильнее, сделавший кожу смуглее, мускулатуру – явственнее, волосы – на порядок темней. И это преображение, не явное, но отчетливое, было словно ступень в становлении истинного темного лорда. Ступень, преодоленную главой Некроса единым порывом…

– Я изменился? Да, чувствую сам. Разберусь. И это не меняет сути вопроса, – холодно произнес лорд Гаэр-аш.

А затем резко подошел к испуганно отшатнувшейся мне и хрипло выговорил:

– События в карете. Четко, ясно, без дрожаний и очередных порций твоего священного ужаса. Я – чудовище, мы с тобой это уже обсуждали, так что, по крайней мере от тебя, я не желаю слышать ни обвинений, ни инсинуаций на тему как же я мог, и как ты разочаровалась!

Тяжело дыша, я кивнула, а затем испуганно зажмурилась и… И зря я это сделала. Если в реальности Гаэр-аш был страшен, но терпим, то в магическом зрении он представлялся одним сгустком пламени в человеческой форме, и с постоянно нарастающим энергетическим резервом. Со стремительно нарастающим неизмеримо высоким энергетическим резервом.

– Я сказал, прекратила дрожать! – прорычал тот, в ком я всем своим существом ощущала силу, значительно превосходящую возможности того темного лорда, с которым столкнулась накануне.

И окончательно перепугавшись, я не сумела ничего сказать, только глаза открыла, потому что так было гораздо… гораздо менее страшно. Или более… потому что в следующее мгновение взбешенный до

крайности лорд Гаэр-аш потерял всяческое терпение, и уже ничего не требуя и ни о чем не спрашивая, сжал ледяными пальцами мои виски, жестко врываясь в сознание…

Вспышка!

И я безвольно провалилась в события вчерашнего дня…

Вспышка… запах кареты… стук копыт… скрип рессор и:

«Это ловушка, мой принц! Три наследника древнейших кланов, в чьих жилах течет кровь, способная противостоять магии вечных, и глава дома Меча, тот по зову которого идут! Четыре юноши, четыре наследника, четыре единственные надежды, замены вам нет! Погибните вы – сила, цвет и наследие древних родов, и начнется борьба за власть, что прогрузит человеческие королевства в клоаку крови! Они все рассчитали. Двести лет, мой принц, двести лет – точка отсчета, их главный путь, это неясно мне, это не понял, но остальное… Маленькие шажки большого пути! На их стороне вечность и знания, они использовали их в полной мере. Совпадений и случайностей нет – все рассчитано до мельчайших деталей… Они все рассчитали! Они проникли туда, где их никто не заподозрит… Моя смерть, ваше высочество, моя смерть не случайность, меня… – Он осекся, захрипел и выкрикнул: – Не выходите на поле боя против Некроса, мой принц! Нет! Это их цель… и точка отсчета… я не разобрался с точкой отсчета… Но это древнее! Вы не сумеете защититься… Никто не сумеет. Древнее зло, спящее, ждущее… Двести лет точка от…»;

Меня затрясло!

Вспышка… ощущение мороза, скрип снега и:

«Значит Рию попытаются убрать»;.

«Они уже пытаются. Слет воронья не возник сам по себе. Кто-то постарался, чтобы всенаиболее сильные маги оказались в курсе существования последней из Легендарных Кошек. И теперь эти требуют отстранения Рии от участия в играх. Отец и дядя сейчас предпринимают титанически попытки не довести до конфликта, прекрасно понимая, что за свою воспитанницу Гаэр-аш глотку вырвет любому. И все бы ничего, но если это произойдет на нашей территории, то станет поводом для разрыва дипломатических отношений, с трудом налаживаемых последние пятнадцать лет»;.

На губах привкус крови, я понимаю, что искусала их, пытаясь сдержать нарастающую дрожь, и… По спине пробежал холодок, едва я осознала, что вновь испытываю вкус собственной крови! Я уже знала, что последует за этим…

Но последовало иное.

Вспышка!

«Тут дело в силе, сокровище мое. Если со мной что-то случится, а это вряд ли, наследником рода станет Артан. Так что здесь отступники просчитались, моя смерть не повлечет за собой ничего глобального. Смерть Дана в принципе тоже. Во главе рода Шейн станет Артан, соответственно никаких кровавых закулисных игр не будет, здесь все прозрачно и просто»;.

«…Нннет, это не так работает, Риа, хотя вероятно отцу и дяде удастся настоять на том, чтобы мой младший двоюродный брат встал во главе королевства. Но если брать в общем, то наследник старшей династической ветви – лорд Гаэр-аш. Фактически, в соответствии с традициями линий силы, власть должна перейти к нему»;

«…Призрак сказал одну очень верную вещь «Глава дома Меча, тот по зову которого идут!»;. Я последний чистокровный представитель дома Меча, поэтому все иные младшие дома обязаны беспрекословно мне подчиняться. Не станет меня – они оспорят право дома Меча главенствовать, и оспорят по праву. Но есть исключение – воины Меча обязаны подчиниться, тому, кто достиг наивысшего мастерства в военном искусстве. Мастеру. Мастеру Меча. А это звание сейчас есть лишь у одного человека…»;

И я вновь вернулась в тяжелую напряженную реальность, встретив медленно темнеющий взгляд оглушенного осознанием происходящего ректора.

Вот только вкус моей крови не оставлял сомнений в том, что еще мгновение и!..

Я перенеслась в прошлое стремительно, гораздо быстрее, чем раньше, и все в груди мгновенно сдавило ощущением чего-то плохого, гнетущего, неправильного. Тревога снедала, но значительно больше в эмоциях было гнева, обиды, злости. Злости, от которой кипела кровь, смывая напрочь владевший существом Калиан страх. Девушка, в чьем теле я сейчас находилась, сидела, опустив голову и пытаясь сдержать эмоции, а затем, вскинув подбородок, посмотрела на молодого мужчину, который стоял в нескольких шагах от нее, сидящей на постели, покрытой темно-зеленым бархатным покрывалом с золотой вышивкой по краю. Мужчина был удивительно красив – длинные черные свободно раскинувшиеся по плечам волосы, гордое аристократическое лицо, черные брови, волевой подбородок, красиво очерченные губы и глаза… невероятные желто-зеленые глаза, оттененные густыми черными ресницами. Он был одет в зеленый костюм, подчеркнувший и широкие плечи, и узкие сильные бедра… но даже вычурный костюм не мог скрыть напряжение, читающегося и в позе и во взгляде мужчины.

И я вздрогнула, когда он произнес хорошо поставленным низким голосом:

«Почему ты солгала мне? Я спрошу только раз, Кали, а потом будет больно… очень больно, котенок!»;

И в моей груди страх пересилил все остальные эмоции, страх и панический ужас. Я не знаю, насколько опасна была его угроза, но Калиан видимо знала. И с ее дрожащих губ сорвалось:

«Ларан сказал, что он хешитай…»; – ее голос оборвался.

«Дальше!»; – холодно и безапелляционно приказал мужчина.

Испуганная Калиан бросила умоляющий взгляд на удивительно красивую женщину, чьи черты лица угадывались в молодом мужчине, но эта женщина ничем не смогла ей помочь – бледная, не сдерживающая слез, она казалось уже ничего не видела и не слышала.

И девушка, внутренне сжавшись, произнесла:

«Он что-то сделал с нами… Мина и Риа оказались озерными ведьмами и… им подчиняется вода. Риа вообще хорошо управляет, даже вино сделала водой»;.

Еще один из присутствующих мужчин, на которого Калиан боялась даже взглянуть и потому я его толком не видела, простонал и обреченно выговорил:

«Мы опоздали…»

Но его паника была пресечена резкими словами молодого мужчины:

«Лорд Первый Советник, мне не хватало лишь ваших стенаний! Отправляйте гонцов и к генералу Хенесс и адмиралу Деверан, девушек нужно будет увести немедленно!»;

Однако тот, что был в возрасте, попытался возразить, сказав:

«Бракосочетания уже состоялись и…»;

Молодой мужчина стремительно развернулся к нему, с трудом сдерживая ярость и хрипло произнес:

«Они связаны, Миэр, вы не поняли? А как иначе Калиан узнала о свадьбах?! Да, Кали? – он резко повернулся к той, через кого я видела этот мир. – Вы общаетесь мысленно?»;

Я ощутила внутреннее сопротивление испуганной девушки, ее нежелание говорить, и в то же время страх… Страх победил и Калиан тихо ответила:

«Я могу видеть их глазами…»;

И это стало ударом для всех присутствующих. Молодой мужчина пошатнулся, лицо его окаменело, женщина сползла на пол, побледнев сильнее прежнего, а тот, кого назвали Первым Советником выбежал из комнаты, не оглянувшись на Калиан, которая ждала от него хотя бы взгляда. Его тяжелые шаги гулом отдались в коридоре.

И когда затихли, женщина тихо спросила:

«Роан, а Кали?..»;

«Поздно, – очень спокойно ответил тот, кто оказался последним правителем Хешисаи, – теперь поздно»;.

И я перенеслась в настоящее.

Напротив меня стоял задумчивый лорд Гаэр-аш, рядом с ним почему-то словно диковинный цветок горел синий огонь, за окном светлело, впуская в новый день сумрачное зимнее утро, а я… я… я дико переживала за ту, чьими глазами могла видеть обрывки прошлого. Ее было так жаль. И этот страх, и ее тревога… и то щемящее чувство в груди, с которым она проводила выбежавшего мужчину… Он словно предал ее, этим побегом… Кем он был для нее?

– Отцом, – сухо сообщил ректор. – Ее отцом.

И освободив меня, Гаэр-аш прошел к своему столу, медленно опустился в кресло, сел, постукивая пальцами по подлокотникам. А огонь продолжал гореть в воздухе, вызывая странное желание к нему прикоснуться. Лепестки пламени, темно-синие к низу и почти белые на концах, визуально ассоциации с пламенем совершенно не вызывали.

– Эмоции, – вздохнул глава Некроса, и притянул пламя к себе.

Притянув – безжалостно уничтожил.

Но я отметила это мимолетно, меня безумно интересовало другое:

– Почему она восприняла его уход как предательство?

Но спросив, подумала, что глупо, наверное, рассчитывать на ответ… Однако лорд Гаэр-аш тихо ответил:

– Потому что это было предательством. Они слишком боялись пробуждения крови, боялись настолько, что сочтя дочерей практически недееспособными, не посчитали нужным услышать девочек. И та, кто до последнего пыталась быть человеком, внезапно осознала, что в мире людей, на самом деле, все живут по звериным законам. И выживать ей пришлось как зверю.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю