Текст книги "Дримлэнд (СИ)"

Автор книги: Елена Черкашина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Арчи тряхнул головой и стал тихонько пробираться к поляне.

***

Пройдя вперед совсем немного, Дед свернул в сторону, немного обошел поляну по кругу. Если бы их поджидали, то скорее с другой стороны. Он не стал сразу выходить из спасительной тени деревьев. Сначала, пригнув к земле резной лист, Дед выглянул наружу. Софи, следовавшая за ним по пятам, сделала то же самое.

Льюис все так же сидел на своем прежнем месте, словно не сходил с него с прошлого вечера. Он лишь склонил на бок голову, То ли от изнеможения, то ли просто задремал. Следов присутствия чужаков видно не было. Но существовала еще и опасность быть подстреленными своим же.

– Льюис, – позвал Дед и на всякий случай пригнулся к земле еще ниже. Тот встрепенулся, закрутил головой во все стороны, пытаясь разглядеть говорившего, но стрелять не стал. Это обнадежило прибывших.

– Это мы. Не стреляй. Мы тебе еду принесли.

Дед и Софи, больше не таясь, вышли на открытое пространство. Льюис, похоже, совсем обессилел. Он вяло махнул рукой, но вставать не стал. Быстро опустошив флягу с водой, он жадно набросился на еду. Но не успел Браун проглотить первый кусок дичи, как из-за деревьев послышался грубый окрик.

– Всем не шевелиться! Медленно, очень медленно, положите оружие на землю.

Глаза Льюиса засветились животной яростью. Он понимал, что его хотят разлучить с его золотом, и подчиняться совершенно не желал.

– Кто вы? – Попытался вести переговоры Дед.

– Я сказал, оружие на землю! – Приказал голос.

Рядом с ногой деда разлетелась в щепки сухая ветка. С окружающих деревьев сорвались десятки птиц. Напуганные выстрелом, они не желали здесь больше оставаться и стремительно умчались вглубь острова.

Дед медленно достал несколько револьверов и сложил их неподалеку. Софи со скучающим выражением на лице повторила его маневр. Льюис до последнего продолжал остервенело сжимать рукоять револьвера, но и ему пришлось подчиниться.

– Хорошо. Надеюсь, ни у кого не хватит глупости воспользоваться оружием, скрытым в одежде или где-то еще.

Без пения птиц в лесу стало очень тихо. Голос теперь звучал четче и спокойнее. Софи на это замечание никак не отреагировала, лишь лицо ее стало еще более отстраненным. Дед же отрицательно мотнул головой. В этот момент Льюис очень пожалел, что не успел обзавестись чем-то подобным, и это довольно ясно читалось в его глазах.

Раздался едва слышный шелест раздвигаемой листвы, и с трех разных сторон вышли трое мужчин. Они были крепкими, высокими, светловолосыми. Можно было бы даже принять их за братьев, но уж больно разными были их лица.

Двое крайних зорко следили за происходящим, на поляне. Средний интересом всматривался в глаза Деда, затем презрительно смерил взглядом Льюиса, когда же он уделил внимание девушке, по его лицу скользнуло удивление, перешедшее в замешательство и даже смущение.

– Софи? Это ты?

Вместо ответа она сняла свою кокетливую шляпку, немного не уместную в джунглях, и по ее плечам рассыпалась копна густых, слегка вьющихся волос. Ее лицо больше не было отстраненным. Она была взволнована не меньше говорившего.

– Да, это я! – С вызовом ответила девушка. Ее глаза не обычного фиолетового оттенка пристально смотрели на блондина, словно ожидая чего-то. – А что здесь делаешь ты?

– Я?! Я здесь быть обязан, сама судьба предопределила это. А вот ты… Ты никак не могла сюда попасть. Ты же не любишь путешествовать! Проводишь все свободное время в литературных салонах и даже за город никогда не выезжаешь!

– Да это никак наш страстный поклонник объявился,– ехидно протянул Льюис. – Влюбленный обожатель, неужто ты примчался спасать свою даму сердца?

Блондин вопросительно посмотрел на Льюиса.

– Да-да, – выпятил вперед грудь Браун. – Мы в курсе ваших отношений. Значит, ты ухлестывал за Софи всего лишь, что бы добраться до карты, как романтично. И к тому же приятно, занимаясь поисками сокровищ, наслаждаться обществом милой молодой леди.

– Этого не может быть! – Возразила Софи. – Я знаю Калума уже очень давно, да и о карте я ему ничего не говорила.

– Калум, – задумчиво сказал Дед. – Уж не Калум Томпсон?

Блондин разом подобрался и стал похож на пантеру перед прыжком.

– Я всегда считал вас умнее других. Я до последнего не верил, что мне удалось одурачить вас. Его, – он кивнул в сторону Льюиса, – да, но не вас. Я все ждал, когда вы разгадаете мой план. Но вы все не подавали виду.

– Признаюсь, некоторые подозрения у меня были, но я никак не мог найти им доказательства и списывал все на паранойю.

Калум нервно хихикнул.

– Значит, я оказался не так уж глуп. Мой план сработал, и теперь справедливость восторжествует!

– Какая справедливость?! – Взвизгнул Льюис. – Это мое золото, и только мое! И ради какой-то там справедливости, я не намерен делиться с вами.

– Мне совершенно не нужно это, – Калум брезгливо ковырнул лоском ботинка ветку, от чего послышался не продолжительный звенящий звук. – Я жажду отмщения, а вовсе не богатства. Остров свершит правосудие, а я буду наблюдать. Скромно стоять в сторонке и просто наблюдать.

Он склонился перед ними в шутовском поклоне, придерживая шляпу и широко улыбаясь.

– Какое правосудие, милейший? – Продолжал возмущаться Льюис. – Что вы несете? Или это жаркое местно солнце столь губительно действует на вас?

– Ты! – Калум бросился к Брауну и схватил того за ворот и сильно тряхнул. – Ты спрашиваешь, о каком правосудии я говорю?! Неужели ты так скоро забыл кровавое убийство совершенное…

Внезапно он отпустил Льюиса и отступил на шаг.

– Может, вы все же признаетесь, кто из вас двоих это сделал? – Спокойно продолжил мужчина. – Остров исполнит мое желание, а мечтаю я лишь о том, что бы убийца исчез с лица земли. У вас нет надежды на спасение, так что это конец.

– Смею вас заверить, я не имею ни малейшего отношения к смерти мисс Томпсон. И если вы немного поразмыслите логически, то поймете, что и Льюис этого не делал.

– Мисс Томпсон?! – Теперь пришло время Льюису негодовать. Не обращая внимания на наставленные на него дула револьверов, он бросился на Калума. – Да как смеешь ты обвинять меня в столь гнусном поступке?! Неужели ты осмелился предположить, что я мог совершить такое?! Я любил Эллу больше всего на свете, больше самой жизни! Она была для меня самой большой драгоценностью!

– О, да! Особенно если учесть, что ты рассчитывал прикарманить ее состояние! Думаю, ты лишь в самый последний момент узнал, что ничего не получишь.

Один из сопровождающих Калума оттащил Льюиса в сторону и теперь не без усилий удерживал в стороне.

– Мне не нужны были ее деньги! – С жаром выкрикнул Браун. – Я подозревал, что из-за меня отец лишит ее приданного, но мне было все равно. Мы собирались убежать и тайно обвенчаться.

Выпалив это, Льюис словно исчерпал все свои силы и обмяк в объятиях крепкого мужчины. Тот пытался удерживать Брауна в вертикальном положении, но у него это плохо получалось. Словно безжизненное, тело Льюиса соскользнуло на землю, да там и осталось бесформенной грудой.

– Значит, остаетесь вы, – Калум повернулся к Деду.

– Я уже сказал, что не делал этого.

– А почему, я должен вам верить? Повод был лишь у вас двоих. И если он говорит правду, что Элла собиралась с ним сбежать, в проигрыше оставались именно вы. Я знаю, что отец обещал Эллу вам! Он не собирался отступать, не смотря ни на уговоры, ни на слезы, ни на мольбы дочери. Вы были уверены, что получите молодую, красивую жену еще и благородных кровей. Вот только когда ваши шпионы донесли, о готовящемся побеге, вы в приступе ярости убили непокорную девушку!

Услышав это, Льюис поднял голову, и теперь уже две пары глаз смотрели на Деда со звериной яростью. Они оба были готовы броситься на мужчину и растерзать голыми руками, что бы отомстить за смерть любимой и сестры. Но ни один, ни другой не двигались с места. Льюис чувствовал, что время, проведенное на острове без сна, и голодовка почти лишили его сил. Калум же уповал на возмездие со стороны волшебного острова и ждал, когда тот свершит правосудие.

– Не хочется вас разочаровывать, друзья мои, но я все же этого не делал, – совершенно спокойно сказал Дед. – Я подозревал о решении Эллы, и о том, что не мил ей, но столь радикальные меры я не применяю к хрупким девушкам. А ваш план оказался весьма увлекательным, только он немного сложноват, не находите?

– У меня не было ни единого шанса расквитаться ни с серым королем Сити, ни с ближайшим приятелем племянника Королевы. Да и я хотел быть точно уверен, что кара постигнет виновного. Карта, попавшая мне в руки, стала решением. Я знал, что Льюис клюнет на обещание несметных богатств, и что вы всю свою жизнь ищете этот остров. Оставалось лишь подбросить вам части карты.

– Вы, видимо, и сами собирались присоединиться к поискам с последней частью карты на руках? – Спросил Дед.

Калум кивнул.

– Да. Я только не ожидал, что вы улетите так скоро, и что при передвижении на дирижабле не потребуется моя часть карты. Да и координаты вы расшифровали удивительно быстро, мне на это потребовалось гораздо больше времени.

– Зато дополнительные трудности предавали картине больше достоверности. А появись вы лично предо мною, да еще и с недостающей частью головоломки, я бы точно заподозрил подвох. Так что, считайте само провиденье помогало вам с вашей задумкой.

– Это не провиденье, это остров! Я уже побывал здесь раньше. Дримлэнд узнал мою мечту, и это он привел вас сюда!

– Вы немного преувеличиваете. Ведь здесь кроме нас с мистером Брауном оказалась еще куча народу. Взять хотя бы Софи…

Дед обернулся к девушке. На время спора все забыли о ней, а она стояла чуть позади и все прекрасно слышала. Сейчас Софи выглядела очень бледной, а лицо ее за какие-то минуты невероятно осунулось. Она бездумно смотрела в пустоту, а руки ее невольно сжимались и разжимались.

– Не бойся, душа моя, – ласково проговорил Калум, подходя ближе к девушке и делая попытку обнять ее за плечи. – Я не дам тебя в обиду. Кто бы ни был убийцей из этих двоих, я сумею защитить тебя. А негодяй получит по заслугам. Дримлэнд настоящий, он действительно воплощает мечты в реальность. Ты же сама уже успела в этом убедиться. Он накажет убийцу моей сестры непременно. Его жизнь за ее, и никак иначе!

При этих словах Софи оттолкнула его протянутую руку, скользнула словно не видящим взглядом фиалковых глаз по его лицу и бросилась бежать.

– Софи! – Крикнул Дед и рванулся за ней.

– Стоять! – Пресек попытку погони Калум, наведя револьвер на седеющего мужчину.

Громкий хлопок выстрела, как и в прошлый раз, распугал всех птиц, разом оборвав чудесную песню. Все замерли, не ожидая подобного поворота. Но на земле в промокшей от крови одежде лежал вовсе не мужчина, а юноша, почти совсем еще ребенок.

Калум ошарашено смотрел на бурые пятна, растекающиеся вокруг, не понимая, что произошло. Как Арчи успел выскочить из кустов и стать на пути у пули так быстро.

***

Дед склонился над мальчиком, но делать что-либо не было смысла. И так было ясно, мальчик мертв. Его лицо, враз побледневшее, заострилось, а под глазами легли синюшные тени. Последние несколько дней дались ему совсем не так легко, как он хотел, что бы казалось взрослым.

Он лежал на земле бездыханный, заслонив собой от пули другого человека. Того, которого считал примером в жизни, которому старался подражать, и похвалы которого так жадно искал. Арчи очень рано потерял семью, которую, так и не смог заменить приют Королевы. Он хотел бы ровняться на отца, но почти не помнил его. Он выбрал себе для подражания совсем не обычного человека. Некоторые даже не подозревали о его существовании, но он очень много значил для одного мальчишки, выросшего в подземном городе.

Может если бы Арчи раньше узнал Деда поближе, то не счел его достойным подражания. Но сейчас даже предательство и открытое пренебрежение чужими жизнями не могли пошатнуть пьедестал, на который вознес его простой беспризорник. Дед был для мальчика всем. Арчи старался поступать так, как поступил бы он, надеясь поймать одобрение во взгляде. В какой-то степени, Дед, сам того не зная, заменил мальчику отца. Мальчик сам отвел ему эту роль, а затем сильно переживал из-за каждого слова в свой адрес.

И вот в момент, когда Деду угрожала опасность, он не колебался ни минуты. Его разум, молниеносно среагировав, передал телу приказ действовать. Он потерял одного отца и не собирался допустить даже возможности потерять другого. Пусть даже не родного, не любящего, а скорее и вовсе равнодушного. В этот раз мальчик предпочел погибнуть сам. Каким-то внутренним чутьем он предугадал действия Калума и сумел помешать ему. Усилием воли он бросил свое тело сквозь плотный слой листьев и вздрогнул, когда крошечный кусочек металла пробил его грудь.

Он не страдал, даже не успел почувствовать боли или осознать произошедшее. Он умер мгновенно, даже еще не успев коснуться земли. Случайность направила пулю прямиком ему в сердце.

Калум так и стоял с револьвером в руке. Он не мог поверить в случившееся. Придя на этот остров за возмездием, он убил ни в чем не повинного ребенка. Что же касалось смерти его сестры, дело стало еще более запутанным, чем выглядело прежде. У него было двое подозреваемых, каждый из которых, даже перед угрозой смерти, отрицали свою причастность. Не значит ли это, что весь его план, все усилия с целью мести оказались тщетными?

Но и еще один вопрос не давал Калуму покоя, что здесь делал Софи? Он знал эту девушку давно. Они не раз встречались на приемах и литературных вечерах. Она казалась ему хрупкой и утонченной особой. Мужчина совершенно не мог понять, как такой нежный цветок мог угодить в подобную авантюру. Было совершенно не похоже, что ее привезли сюда силой, или что она испытывает какой-то дискомфорт от общества отъявленных негодяем.

А как она была одета?! В обществе всегда восхищались ее великолепным вкусом и умением подобрать гардероб. На балах она всегда выглядела словно цветущая роза среди полевых цветов. Ее наряды были легкими, воздушными и элегантными. Сегодня же она предстала перед Калумом в совершенно ином облике. Она больше не казалась хрупкой и беззащитной, а была скорее спортивной и уверенной в себе. Ее легкомысленные наряды сменил практичный мужской костюм из мягкой кожи. Она даже не брезговала оружием. А ведь ни одну светскую девушку и на пушечный выстрел не заставишь приблизиться к револьверу.

Новая Софи поражала Калума. Но самым удивительным было то, что такой она даже еще больше нравилась ему. Лишь ее аметистовые глаза остались неизменными. В них всегда таилась некая сила, умело скрываемая за изысканными манерами и женственностью. Здесь в диких джунглях она чувствовала себя столь же уверенно, как и на королевском приеме. Лишь в последний момент что-то выбило ее из колеи. Может появление Калума стало последней каплей, может ее поразила история запланированной мести. Причину бегства еще предстояло выяснить. Но Калум ловил себя на мысли, что он даже рад видеть ее. Сейчас, среди этой неразберихи, ему могла пригодиться ее поддержка.

Из оцепенения Калума вывели чьи-то крики. Он вдруг осознал, что ему уже несколько минут пытались что-то втолковать. Он сделал над собой усилие и сосредоточился на голосе.

– … глупый, самонадеянный, себялюбивый, – возмущался Дед. Похоже, его задела за живое смерть мальчишки. Неужели для этого человека еще есть что-то святое? – Он же ни в чем не виноват! Он же еще совсем ребенок!

Калум молчал. Сказать в этой ситуации ему было нечего. Он махнул своим ребятам, что бы те убрали оружие и тихо шел следом, пока Дед нес мальчика к фонтану.

Софи болтала босыми ногами в воде. Она слышала, что из-за деревьев кто-то вышел, но оборачиваться не стала. Волосы ее, сейчас не убранные в прическу, были рассыпаны по спине и плечам. Легкий ветерок играл с прядями, сбивая их в одну сторону. Девушка любовалась тем, как солнечные блики играют на воде, переливаются всеми цветами радуги в тонких струйках и вспыхивают ослепительными искорками в мелких брызгах. На этом острове было так много солнца. За всю свою жизнь Софи так долго не находилась на свежем воздухе. Щеки ее приобрели задорный румянец, кожа потемнела, а в некоторых местах обгорела и сейчас начинала зудеть.

Ее задумчивый покой нарушило легкое прикосновение мужской руки. Калум убрал за ухо вьющуюся прядь волос и этим привлек внимание девушки. Но, не желая смотреть ему в глаза, она отвернулась, и заметила Арчи. Тот лежал на белоснежных плитах, но отчего-то не шевелился. От него к самой кромке леса по светлым булыжникам пролегла дорожка из бурых пятен.

Девушка слышала выстрел и быстро все поняла. Она помнила, в каком настроении оставила мужчин на поляне, и посмотрела на Калума, безошибочно определив виновного.

– Но зачем? – Тихо спросила она.

– Он заслонил от пули меня, – ответил Дед и опустил руки в фонтан. От них в стороны расплывались темные вихри, быстро светлевшие, а вскоре и вовсе растворившиеся в общей массе воды.

– Странное это место, – задумчиво глядя в небо, сказала Софи. – Остров собрал здесь людей столь разных и столь причудливо связанных воедино. Мальчик же был лишним в этой истории, и вот его не стало. Или его предназначением было спасти чужую жизнь, не допустив ошибки. Вместо одного невиновного погиб другой…

– С чего ты взяла, что он невиновен? – спросил Калум, глядя на Деда. – Неужели ты так ему доверяешь? Как ты вообще связалась с ним? Ты ведь даже не знаешь, что это за человек, насколько он опасен!

– Знаю, – бесцветным голосом возразила Софи.

Калума поразило такое признание. Он все еще мучился вопросом, что Софи забыла в столь дурной компании? Он надеялся, что ответ окажется простым и очевидным, но пока не мог отыскать его. Он строил догадки, одну безумнее другой. И что ее силой привезли сюда, и что ложью заманили на дирижабль, и что шантажом. Но ни одна из его теорий не находила подтверждения. Софи была свободна. Никто ее не держал под прицелом револьвера или хотя бы под наблюдением. Она полностью была предоставлена сама себе. Ходила, где хотела, и делала, что хотела. Значит, и прилетела она сюда по доброй воле. Но этого Калум совсем не мог понять.

Софи вскочила с бортика и побежала к Арчи. За ней, быстро высыхая на солнце, протянулась цепочка следов от босых ног. Она опустилась на теплые плиты и положила голову мальчика себе на колени, поглаживая его спутанные отросшие волосы.

– Неужели твоя месть сделал тебя настолько слепым?! Как ты мог убить ребенка?! Тебе совсем наплевать на людей. Ты придумал этот кошмарный план, потратил столько времени и сил. Сейчас вместо того, что бы утешать несчастную мать, ты пропадаешь неизвестно где, заставляя ее еще больше переживать. Ты просчитался, и жертвой этого просчета стал этот мальчик. Но тебя это даже не беспокоит. Там в Сити есть чудная девушка, которой ты обещал свою любовь. Но ты уехал, даже не попрощавшись, ни чего не объяснив, просто исчез. А если ты не вернешься, что будет думать та девушка?

– Та девушка не так уж наивна и беззащитна, – вспылил Калум, – как мне казалось! Она не чурается общества бандитов и негодяев. Готова отправиться с ними в совершенно сомнительное путешествие. Приличные девушки так себя не ведут!

Софи грустно улыбнулась, но никаких объяснений давать не стала. Зачем говорить сейчас о том, что он и сам скоро узнает? Лучше уж потом, когда ей будет все равно. По щеке ее скатилась одинокая слеза и упала на бледное лицо мальчика, затем еще одна, а после третьей девушка заметила, что Арчи поморщился и открыл глаза.

Он непонимающе смотрел на Софи, склонившуюся над ним и смеющуюся сквозь слезы. Яркий свет солнца бил прямо в глаза, поэтому приходилось часто моргать. Через минуту он осознал, что лежит на земле, рядом с девушкой. Затем вокруг все засуетились, куда-то его понесли, принялись умывать прохладной водой. Она дарила приятную свежесть, и это немного привело его мысли в порядок.

Арчи огляделся. Вокруг него сейчас собрались все прибывшие на остров и смотрели с одинаковым удивлением. Дед зачем-то расстегнул его одежду, испачканную чем– то бурым, и принялся медленно ощупывать грудь. Мальчик долго терпел, но не выдержав, принялся хохотать и яростно отбиваться руками. После чего, Дед все же сдался и оставил его в покое.

– Что происходит? – Спросил Арчи, сидя в неглубоком бассейне. Без движения в холодной воде его уже начинал бить озноб. – Можно мне выйти?

И получив утвердительный кивок Деда, выбрался на сушу.

– А ты что, ничего не помнишь? – Решил уточнить Дед.

Арчи опустил голову вниз. На белых плитах расползалась лужа грязной воды. С него капала и стекала по одежде красноватая влага, нарушая идеальную белизну площади. И тут он все вспомнил. Как крался сквозь джунгли, как подслушивал за огромными листьями, как бросился на помощь Деду.

– Что со мной было?

Он приложил руку к груди, но нащупал лишь гладкую кожу.

– Ты определенно был мертв! – Не щадя сказал Дед.

– Но как тогда?..

– Я уже говорил, что Дримлэнд исполняет самые заветные мечты, вот только мне почему-то никто не верит. Есть два варианта случившегося, либо ты кому-то из присутствующих так дорог, что он возжелал твоего воскрешения, либо это связано с твоей собственной мечтой. Чего ты хотел больше всего в жизни?

Арчи потупился.

– Я не думал, что это правда может исполниться, – смущенно сказал он. – Даже мечтать о таком в моем возрасте глупо, я ведь уже не ребенок, все понимаю.

– Мне кажется, ничего ты так и не понял. Ты мечтал о бессмертии, – подытожил Дед. – Остров тебе это с легкостью предоставил. И весьма вовремя, к твоему счастью. Твой поступок был совершенно с безрассудным. Но ты спас мне жизнь, и я этого никогда не забуду.

– А мальчишка-то оказался совсем не глупым! – Льюис, отошедший от удивления, понял, что безумно хочет есть, и сейчас уплетал оставленную ему часть ужина. – Такое желание себе припас, может даже получше, чем у каждого из нас. Бессмертие! Это же столько можно всего…

***

В лагерь было решено возвращаться на расчете, когда уже достаточно рассвело, но солнце еще не успело раскалить воздух. Таиться больше не было нужды, охранять сокровища тоже, следовало погрузить золото в клетку, и можно лететь домой. Правда Калум так и не получил возмездия и мог что-нибудь выкинуть. Но пока он еще надеялся на Дримлэнд и принял роль стороннего наблюдателя. Он и его друзья Уильям и Грэг остались ночевать у фонтана. Они расположились совсем рядом и то и дело искоса поглядывали в сторону Софи. Девушка же напрочь отказалась разговаривать с Калумом и что-либо ему объяснять.

Ночь прошла без происшествий. Арчи спал, обняв нового питомца, может Джейми и придумает ему новое имя, но пока все называли его просто «Подарок». Софи вызвалась нести ночную вахту, сославшись на то, что после всего случившегося ей не заснуть. Дед с ней спорить не стал и засопел первым. Льюис спокойно отдыхать не желал. Он то и дело наведывался к своему достоянию. Сначала удалялся под какими-то предлогами, затем, словно прогуливаясь, нырял в заросли. Когда же понял, что остальным безразличны его вылазки, не таясь уходил на разведку.

Софи разбудила всех, когда было еще темно, и лишь небо на востоке начинало сереть. Завтракать никто не пожелал, вещей, которые нужно было бы собирать, у них не было, поэтому выдвинулись почти сразу.

Льюис колебался до последнего, но все же решился заявить о намерении остаться возле золота. Он подозревал, что Калум будет против этого, или оставит с ним надзирателя. Но не удавшийся мститель лишь махнул рукой, сказав, что кара рано или поздно настигнет виновного.

При каждом его слове о мести или возмездии, Софи становилась все более мрачной и молчаливой. Она решительно шагала вперед, ни с кем не заговаривая и не отвечая на вопросы. Вскоре ее оставили в покое, предоставив возможность разобраться в своих чувствах.

Снова поход. Через джунгли. Однообразный пейзаж и ритмичные движения ногами. По началу идти было относительно легко. Пусть и заросшие, парковые дорожки были ровными, солнце, еще не успевшее подняться высоко, не особо беспокоило. По сравнению с ночным побегом это была просто развлекательная прогулка. Любуйся себе по сторонам, разглядывай пестрых птичек и бабочек. Первое время Арчи именно этим и занимался. Но когда утренняя свежесть растаяла, а воздух с каждой минутой нагревался все сильнее, мальчику стало не до красот природы. Он шагал, глядя в спину впередиидущего или себе под ноги. По лицу стекали капельки пота, собираясь в маленькие ручейки. Из-за высокой влажности воздух вокруг все больше походил на раскаленный туман. Арчи недоумевал, он привык, что туман возникал при не высокой температуре, и когда солнце скрыто облаками. На этом же острове природа жила по своим законам, во многом отличным от привычного Арчи мира.

Дед, вызвавшийся быть проводником, шел впереди. Так и Калум его постоянно держал в поле зрения, и положение мужчины оставалось официально свободным. Первые часы Дед развлекал остальных историями. Рассказывал, что в некоторых странах люди сами создают подобные условия в закрытых помещениях. Нагревают большие печи, а затем выплескивают на них воду с настоями трав. Та, испаряясь, заполняет все вокруг ароматным паром. Люди, вдыхая такой воздух, отдыхали и даже считали, что исцеляются от недугов.

Арчи был уверен, что никогда в жизни не согласился бы добровольно на нечто подобное. Сейчас у него было такое впечатление, что его варили в огромном котле на медленном огне. Но Дед упорно заверял, что в других условиях, от этого можно даже получать удовольствие.

Что бы отвлечься, Арчи попытался рассчитать, сколько времени займет дорога к пляжу. В прошлый раз они продвигались ночью, в темноте, тои дело натыкаясь на непроходимые заросли, поваленные деревья, и путаясь в висящих повсюду лианах. Сейчас преграды были видимыми, и это значительно упрощало задачу. Можно было заранее обойти препятствие или обрубить ветки. Да и таиться теперь не было необходимости, ночные преследователи шли рядом, можно было хрустеть ветками и пинать сухие листья. Но при этом увеличить скорость передвижения мешала жара. Жители Сити были совершенно не подготовлены к передвижению в подобных условиях. Они задыхались, обливались потом и то и дело молили о привале.

Хотя привалы Дед пока не позволял, лишь изредка сбавляя темп, выходило, что за меньшее время с обратной дорогой справиться не удастся. Софи, продолжая хмуриться, замыкала цепочку путешественников. Она шла прямо за Калумом. Он ожидал, что она будет укорять его, пустится в рассуждения о бессмысленности мести в целом и о глупости его поступка в частности. Но девушка молчала, она даже ухитрялась почти не смотреть на Калума. Он то и дело оглядывался, надеясь поймать ее взгляд или хотя бы мельком полюбоваться ее красотой.

В очередной раз, когда он обернулся, девушки не оказалось за спиной. Калум резко развернулся и побежал в обратном направлении, выкрикивая ее имя. Почувствовав неладное остальные бросились за ним. Девушка обнаружилась в нескольких десятках метров. Она, с обреченным видом, сидела прямо на земле. Одна штанина была разодрана до колена, обнажая светлую кожу ноги.

– Что произошло? – Бросился к ней Калум.

Софи молча указала на ногу. На бледной поверхности кожи виднелись две маленькие дырочки. Рана выглядела совсем несерьезной, но синюшные разводы вокруг уже начали распухать, в скором времени обещая еще больше увеличиться в размерах. Кожа вокруг самих ранок натянулась и глянцево блестела.

– Когда это произошло? Почему ты сразу не позвала на помощь? Эй? – Калум взглядом поискал Деда. – Что делать? Как ей помочь? Вы же должны знать!

Дед протиснулся между широкоплечими Уильямом и Георгом и опустился на колени перед девушкой. Мельком осмотрев ногу, он посмотрел девушке прямо в глаза и сказал:

– Ничего уже сделать нельзя. Яд распространяется очень быстро. Тебе осталось совсем не долго. Симптомы не совсем обычные, но судя по ним, тебя укусила ядовитая змея.

Софи кивнула. Отстраненно, словно речь шла совсем не о ней, и это кому-то другому оставались считанные минуты до смерти.

– Не может быть, что ничего нельзя сделать! Нужно попытаться!

Калум был близок к отчаянию. Он упал на колени перед девушкой, взял ее за руки. Они были ледяными, при этом по ее вискам продолжал струиться пот.

– Это ведь волшебный остров! Ты понимаешь? Правда, волшебный! Твое желание ведь еще не исполнилось. Я не верю, что куча золота, это то, о чем ты на самом деле мечтала. Пожелай бессмертия. У мальчишки получилось и у тебя получится! Ты обманешь смерть!

Софи покачала головой. Она смотрела в его бледно-голубые, прозрачные, словно льдинки глаза очень спокойно. Губы ее дрожали, щеки покрылись болезненным румянцем и липкой испариной, но взгляд оставался безмятежным и умиротворенным.

– Я готова умереть, – сказала Софи. Она не ожидала, что ее голос окажется настолько хриплым и слабым, но сделав усилие, она продолжила. – Моя мечта уже осуществилась. Я мечтала встретить любимого человека и оставаться рядом с ним до самой смерти.

Калум обнял ее и сильно прижал к груди, зарываясь лицом в распущенные волосы.

– Но ведь совсем не обязательно умирать сейчас. Мы должны прожить еще много счастливых лет. Только пожелай.

– Дримлэнд исполняет лишь одну мечту, самую заветную, – Софи качнула головой, высвобождаясь из объятий любимого. – Передай это моей служанке и скажи, что я больше не вернусь. – Она сняла с шеи потемневший от времени медальон. – Проследите, что бы мою долю золота получил Арчи. Этому прохвосту Льюису и так будет на что погулять.

Изъявляя последнюю волю, она смотрела на Деда. Арчи стоял позади остальных, и она не могла его видеть. Мальчик прекрасно понимал, что происходит, но даже сейчас не мог себя пересилить и взглянуть в лицо приближавшейся смерти. Еще совсем недавно она держала его голову на коленях и оплакивала, думая, что потеряла. И вот теперь он жив и здоров, а ее скоро не станет.

Арчи прислонился к стволу пальмы, что бы не потерять сознание. Он думал, что еще немного и расплачется, но слез не было, как не было и решимости попрощаться с умирающей.

– Есть еще кое-что, что тебе следует знать, – еле слышно прошептала Софи. Силы покидали ее, но она продолжала держаться за жизнь. – Я совсем не тот человек, которым ты привык меня считать. Не хрупкая девушка, обожающая светское общество и стихи о любви. Я воровка, промышляю в домах особо состоятельных господ. Особенно люблю их коллекции драгоценностей. С гордостью могу сказать, я хороша в своем деле. У меня никогда не случалось проколов. Я всегда была осторожна. Поэтому и оставалась все это время на свободе и даже вела роскошную жизнь.