Текст книги "Опасный мужчина (СИ)"
Автор книги: Елена Валерьева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
Глава 11. Суббота без тормозов
Лада.
Суббота должна была стать днём восстановления психики. Я запланировала идеальный набор действий взрослой женщины, которая не собирается срываться в эмоциональную бездну: долго спать, сделать маску, разобрать шкаф, съездить за продуктами, не думать о Романе Ветрове хотя бы до вечера и вообще вести себя так, будто моя жизнь по-прежнему движется по понятной траектории.
Разумеется, уже в девять утра всё пошло не по плану.
Телефон зазвонил так настойчиво, будто звонивший имел право на моё субботнее сознание раньше кофе. Я нащупала его вслепую, прижала к уху и хрипло выдохнула:
– Если это что-то не срочное, я вас ненавижу.
В трубке раздался смешок.
– Доброе утро, Лада.
Я распахнула глаза.
– Роман?
– Уже теплее.
– Вы в курсе, что нормальные люди в субботу не звонят в девять утра?
– В курсе. Но у меня к вам предложение.
– Вы даже не извинились.
– Извините.
– Неубедительно.
– Тогда компенсирую завтраком.
Я приподнялась на локте.
– Вы опять собираетесь приехать без предупреждения?
– Уже предупредил. Буду через двадцать минут.
– Что?!
– Одевайтесь теплее.
– Роман!
Но он уже отключился.
Я уставилась в потолок, чувствуя, как внутри одновременно поднимаются возмущение, смех и какая-то очень странная радость, которую приличной женщине лучше бы не испытывать от подобного произвола.
Через минуту пришло сообщение.
И не спорьте. Я везу вас завтракать за город.
Я села на кровати.
– Нет, – сказала я вслух. – Нет. Нет. Нет.
А потом открыла шкаф и начала одеваться.
Кира позвонила ровно в тот момент, когда я пыталась выбрать между тёплым свитером и желанием выглядеть как человек, у которого всё под контролем.
– Почему ты не спишь? – спросила она без приветствия.
– Потому что Роман едет за мной.
– Куда?
– За город. Завтракать.
Пауза.
– Господи, я так и знала.
– Что именно?
– Что он из тех мужчин, которые не спрашивают: «Что делаешь?», а просто приезжают и меняют тебе день.
– Это не всегда плюс.
– Для тебя – плюс. Ты слишком долго всё держала в рамках. Тебя нужно иногда натурально вытаскивать за шкирку из режима выживания.
– Спасибо за любовь.
– Всегда пожалуйста. Что надеваешь?
– Почему тебя это интересует?
– Потому что если ты наденешь свои унылые серые джинсы, я перестану верить в твоё чувство самосохранения.
– Вообще-то они удобные.
– А ты не в поход с ним едешь. Надевай те чёрные, которые делают тебе ноги как у женщины с плохими намерениями.
– Кира!
– И свитер светлый. Мужчины любят, когда на женщине есть что-то мягкое. Это их расслабляет, пока она уничтожает им психику.
– Ты ужасный человек.
– Да. Но стильный.
Когда в дверь позвонили, я уже была одета, накрашена ровно настолько, чтобы потом можно было сказать: «Я вообще не старалась», и сама себя за это тихо презирала.
Открыла.
Он стоял на пороге с двумя бумажными стаканами кофе.
– Доброе утро, – сказал он.
– Вы самодур.
– Тоже доброе утро.
– Я могла отказаться.
– Могли.
– И всё равно вы приехали.
– Да.
– Почему?
Он протянул мне кофе.
– Потому что хотел, чтобы ваш день начался не с одиночества и мыслей в потолок.
И вот после такого даже ругаться становится сложнее.
– Вы опасный мужчина, Роман.
– Я знаю.
– И вам это нравится.
– Только с вами.
В машине пахло кофе, морозным воздухом и его одеколоном. Я сделала первый глоток, обжигаясь, и только потом поняла, что он точно запомнил, какой кофе я люблю. Без сахара, с корицей.
– Вы следите за мной слишком внимательно, – пробормотала я.
– Я помню.
– Это ещё хуже.
– Для кого?
– Для моей обороны.
Он чуть улыбнулся, глядя на дорогу.
Мы выехали за город, когда солнце только-только пробилось сквозь тусклое ноябрьское небо. Серый асфальт сменился влажной трассой, потом лесополосой, потом редкими домами и пустыми полями. Город остался позади как чужой шум.
– Куда мы едем? – спросила я минут через двадцать.
– Есть одно место.
– Вы очень любите эту формулировку.
– А вы очень любите знать всё заранее.
– Это помогает не попадать в глупые ситуации.
– Сомневаюсь. Вы уже в одной.
– В какой именно?
Он бросил на меня короткий взгляд.
– Со мной.
Я отвернулась к окну, чтобы не дать ему увидеть, как меня это пробивает.
Место оказалось небольшим загородным комплексом у озера. Ничего кричащего. Деревянные дома, тишина, тонкий дым из труб, редкие люди, собаки где-то вдалеке. Всё выглядело так, будто сюда приезжают либо те, кто очень устал, либо те, кто умеет выбирать себе правильную тишину.
– Красиво, – сказала я, когда он открыл мне дверь машины.
– Я знал, что вам понравится.
– Самоуверенность – ваш главный вид топлива?
– Нет. Вы.
Я чуть не споткнулась на ровном месте.
– Иногда мне кажется, что вы всё это репетируете.
– С вами? Никогда.
В ресторане при комплексе было почти пусто. Большие окна, вид на тёмную воду, горячий чай, выпечка, яйца, сырники – Господи, опять сырники – и ощущение, что у этого утра слишком много прав на моё сердце.
– Вы всех женщин так кормите? – спросила я, глядя на стол.
– Нет.
– А меня почему?
Он помолчал. Потом ответил просто:
– Потому что вы не все.
Я не знала, куда девать глаза, поэтому взялась за вилку.
Завтрак шёл легко. Не потому что между нами всё упростилось. Наоборот – стало плотнее, острее. Но я начала привыкать к его ритму. К его прямоте. К его вниманию. К тому, что рядом с ним нельзя быть вполсилы.
После завтрака он предложил пройтись к озеру. Я согласилась. Мы шли по деревянному настилу, между редких голых деревьев, в холодном воздухе, который заставлял жаться ближе друг к другу почти естественно.
И вот здесь, посреди этой красоты и тишины, случилось то, что окончательно разрушило мою попытку вести себя разумно.
На узком участке мостков я поскользнулась.
Ничего страшного – просто мокрое дерево, неудачный шаг, потерянное равновесие.
Но Роман среагировал так, будто я падала с обрыва.
Он резко поймал меня, притянул к себе с такой силой, что я буквально врезалась в него всем телом, и только потом я увидела его лицо.
Испуг.
Настоящий. Яркий. Мгновенный.
– Осторожнее, – выдохнул он слишком резко.
Я замерла.
– Роман…
– Смотрите под ноги.
– Я не упала.
– Знаю.
Но плечи у него всё ещё были напряжены, а руки держали меня так крепко, будто отпускать было опасно.
– Вы испугались, – сказала я тихо.
Он посмотрел на меня сверху вниз.
– Да.
– Из-за этого?
– Из-за вас.
Вот так.
Прямо.
Без права спрятаться от смысла.
Я медленно подняла руку и коснулась его щеки. Просто чтобы убедиться, что это не игра, не мужской красивый жест, не ещё один способ быстрее войти ко мне под кожу.
Он прикрыл глаза ровно на секунду.
А потом накрыл мою руку своей.
– Не делайте так больше, – сказал он.
– Как?
– Не выдёргивайте у меня землю из-под ног.
Смешно. Потому что именно этим он занимался со мной с первой встречи.
– Роман…
– Нет, – он качнул головой. – Не сейчас. Не превращайте это в шутку.
Я и не собиралась.
Потому что в этот момент уже понимала: всё стало гораздо серьёзнее, чем выглядело со стороны.
–
Глава 12. Место рядом
Лада.
После озера мы долго ехали молча. Не потому что между нами возникла неловкость. Просто иногда слова только мешают, когда внутри уже и так слишком много всего. Я сидела, глядя на бегущую за окном дорогу, и ощущала на себе остаточное тепло его ладоней – там, где он держал меня, когда я поскользнулась.
Это был не просто испуг. В нём было что-то глубже. Что-то почти болезненное. Слишком быстрое, слишком искреннее, чтобы быть случайностью.
– О чём думаете? – спросил он наконец.
– О том, что вы странно на меня действуете.
– В плохом смысле?
– В опасном.
– Уже лучше.
Я покачала головой.
– Вы всё время переводите серьёзность в почти шутку.
– Это помогает не задохнуться.
Я повернулась к нему.
– Вам правда было страшно?
Он ответил не сразу.
– Да.
– Из-за того, что я чуть не упала?
– Из-за того, что на секунду представил, как вы падаете, а я не успеваю.
Воздух в машине будто стал плотнее.
– Это ненормально для человека, которого вы знаете меньше недели.
– Возможно.
– И вас это не смущает?
– Смущает. Но не настолько, чтобы я начал делать вид, будто это не так.
Вот что в нём было хуже всего: он не избегал неудобных истин. Не бежал от собственных чувств, даже если они выглядели слишком быстрыми, слишком тяжёлыми, слишком взрослыми. А я всю жизнь именно этого и боялась – мужчин, которые входят в чувство не через игру, а через право. Через серьёзность. Через выбор.
К полудню мы вернулись в город. Он остановил машину у моего дома, но двигатель не заглушил.
– У вас какие планы? – спросил он.
– Разобрать шкаф, помыть голову, сделать вид, что я обычный человек.
– Не получится.
– Почему?
– Потому что вечером вы идёте со мной.
– Куда?
– На ужин к друзьям.
Я уставилась на него.
– Что?
– На ужин.
– Роман. Нет.
– Почему?
– Потому что нет.
– Сильный аргумент.
– Я не готова знакомиться с вашими друзьями.
– Почему?
– Потому что это уже какая-то следующая стадия.
Он чуть повернулся ко мне всем корпусом.
– Лада, я не веду вас знакомиться с семьёй, не вручаю ключи от квартиры и не оформляю совместную ипотеку. Я просто хочу провести вечер с вами не на нейтральной территории.
– С вашими друзьями.
– С двумя людьми, которые мне важны.
– Вот именно.
– И что?
– Это… – я запнулась. – Это серьёзнее, чем ресторан. И я не хочу оказаться в ситуации, где все уже всё поняли, а я ещё нет.
Роман смотрел на меня тяжёлым, спокойным взглядом.
– Вы опять пытаетесь просчитать всё заранее.
– А вы опять делаете вид, что это не страшно.
– Потому что это не страшно.
– Для вас.
– Для вас тоже. Если вы просто позволите себе не контролировать каждую минуту.
Я шумно выдохнула.
– Почему у меня ощущение, что рядом с вами я всё время сдаю экзамен, к которому не готовилась?
– Потому что вы привыкли быть сильной женщиной, которая всё понимает раньше других. А я вам этот сценарий ломаю.
Чёрт.
– И вам это нравится?
– Иногда.
– Вы невыносимый.
– Уже слышал.
– И всё равно не исправляетесь.
– Не хочу.
Я смотрела на него и чувствовала, как раздражение снова перемешивается с тягой. С ним нельзя было остаться только в одном чувстве – он всё время вызывал несколько сразу.
– Кто эти люди? – спросила я после паузы.
Он понял, что я почти сдалась, и от этого в его глазах мелькнуло что-то удовлетворённое.
– Мой друг Денис и его жена Юля.
– И что они обо мне знают?
– Что я вожу вас завтракать за город.
– Роман!
– И что вы упрямая.
– Ещё?
– Что я стал слишком много о вас говорить.
Я прикрыла глаза.
– Господи.
– Так вы идёте?
Я молчала секунд десять. Потом всё-таки сказала:
– На два часа. Не больше.
– Договорились.
– И если они начнут задавать вопросы…
– Я отвечу сам.
– Это почему-то звучит тревожно.
– А вам уже пора привыкнуть.
Он всё-таки заглушил двигатель и повернулся ко мне ещё раз, прежде чем я вышла.
– В семь.
– Я помню.
– Будьте красивой.
– Очень самоуверенно.
– Очень искренне.
Я хлопнула дверью и только дома поняла, что стою в прихожей и улыбаюсь.
К вечеру моя тревога достигла приличного уровня. Знакомство с друзьями мужчины – это не просто ужин. Это лакмус. Это чужие глаза, которые мгновенно оценивают: как он на неё смотрит, как она рядом с ним дышит, насколько это всё всерьёз. И если я сама ещё до конца не понимала степень серьёзности, то уж посторонние точно увидят.
Кира, конечно, была в восторге.
– Прекрасно, – заявила она по телефону. – Надевай чёрное.
– Почему чёрное?
– Потому что это всегда выглядит так, будто ты не старалась, хотя на самом деле убила полтора часа на выбор серёжек.
– Спасибо за веру.
– И ещё.
– Что?
– Не пей много.
– Я не школьница.
– Нет. Но ты женщина, которую везёт знакомить с друзьями мужчина, от которого у тебя плавятся внутренности. Риск есть.
– Ты невозможна.
– Зато права.
В семь вечера он снова был у моего дома. На этот раз без лишних слов. Просто посмотрел, как я иду к машине, и в этом взгляде было столько тяжёлого, тихого одобрения, что мне захотелось развернуться и вернуться домой, чтобы хотя бы там спокойно подышать.
– Вы сегодня слишком красивая, – сказал он, когда я села.
– Это проблема?
– Для моей выдержки – да.
Я отвернулась к окну, скрывая улыбку.
Денис и Юля оказались невыносимо нормальными. Что само по себе пугало.
Они жили в просторной квартире с книгами, живыми растениями, запахом еды и таким уютом, который не купишь в магазине – только нарабатываешь годами совместной жизни. Юля открыла дверь первой, увидела меня, потом Романа за моей спиной и улыбнулась так, будто уже всё про нас знает, но не собирается давить.
– Наконец-то, – сказала она. – Заходите.
– Это звучит так, будто он слишком долго скрывал меня в подвале, – пробормотала я.
– Не скрывал, – отозвался Денис, выходя из кухни. – Он просто в принципе не из тех, кто приводит женщин знакомиться. Поэтому мы уже начали думать, что он тайно женат на работе.
Я покосилась на Романа.
Он смотрел на друга без особой любви.
– Денис любит говорить лишнее.
– А я люблю смотреть, как ты злишься, – невозмутимо ответил тот. – Лада, да? Очень рад. Проходите. Если что, мы тоже нормальные, просто давно его знаем.
Юля оказалась из тех женщин, рядом с которыми сразу становится проще. Тёмные волосы, мягкий взгляд, спокойная энергия. Она обняла меня на кухне, пока мужчины открывали вино, и негромко сказала:
– Не бойся. Он выглядит мрачнее, чем есть.
– Я уже заметила, что это обманчиво.
Она улыбнулась.
– Значит, всё идёт как надо.
Ужин получился неожиданно тёплым. Денис рассказывал истории из их студенческой юности с Романом, где выяснилось, что мой опасный, собранный мужчина когда-то ломал носы за сестру, падал с мотоцикла, вылетал с первого курса за драку и однажды четыре часа ехал ночью через область только потому, что у друга сел аккумулятор на трассе.
– Он всегда был таким, – сказала Юля, разливая чай. – Если кто-то становится ему своим, он уже не умеет наполовину.
Я ощутила, как взгляд Романа задержался на мне.
– Очень утешительная характеристика, – пробормотала я.
– Это правда, – спокойно добавил Денис. – Вопрос только в том, готова ли ты к такому формату.
Ох.
Я поставила чашку на стол.
– А у него самого кто-нибудь спрашивал, готов ли он к моему?
Юля тихо рассмеялась, а Денис даже уважительно кивнул.
– Всё, – сказал он. – Теперь понимаю, почему ты смотришь на неё как голодный человек на закрытый холодильник.
– Денис, – холодно произнёс Роман.
– Молчу, молчу.
Я покраснела. Предательски. Сильно.
Позже, когда мы уже собирались уходить, Юля проводила меня в прихожую чуть раньше мужчин.
– Можно совет? – спросила она.
– Осторожно.
– Не пытайся быть с ним проще, чем ты есть. Он всё равно видит правду. И очень плохо переносит фальшь. Но если он выбрал тебя – это надолго.
Я застегнула пальто и подняла на неё глаза.
– А если я пока не знаю, готова ли к «надолго»?
Юля улыбнулась мягко, почти по-сестрински.
– Тогда не обещай. Просто не убегай слишком быстро.
Когда мы с Романом уже спустились в лифте и вышли на улицу, я молчала. Он тоже не торопил.
Только у машины спросил:
– Слишком рано?
Я посмотрела на него.
– Для чего?
– Для моих людей. Для этого вечера. Для всего, что между нами так быстро становится настоящим.
Вот это и было страшно.
Он не прятался за лёгкость. Не делал вид, что всё это «ни к чему не обязывает». Он сам признавал серьёзность.
– Не рано, – сказала я тихо. – Просто… сильно.
Он подошёл ближе. Коснулся большим пальцем моей щеки.
– Я предупреждал.
– Нет.
– О чём?
– Что с вами будет трудно.
– Лада, – произнёс он с тем самым низким тоном, от которого у меня всегда слабели ноги. – С вами мне тоже не просто.
– Врёте.
– Если бы было просто, я бы сейчас не стоял и не думал, как не утащить вас к себе до понедельника.
Сердце сорвалось вниз.
– Очень плохая формулировка.
– Но честная.
– Хватит уже быть таким честным.
– Не могу.
Он поцеловал меня у машины. Не резко. Но так, что я через секунду уже держалась за его пальто и совсем не думала о разумных сценариях.
Когда он отстранился, я только и смогла выдохнуть:
– Вот теперь точно плохо.
Он усмехнулся.
– Нет. Теперь просто без тормозов.
–
Глава 13. Счастливое число
Лада.
Если честно, я не верила в знаки. Не носила «счастливых» браслетов, не сверялась с лунным календарём, не искала тайных смыслов в номерах автобусов и датах. Жизнь и без того достаточно безумна, чтобы ещё и самой дорисовывать ей мистику. Но в понедельник утром, когда я открыла рабочую почту и увидела срочный внутренний файл с названием «Проект_13», почему-то вспомнила слова Романа, сказанные на прощание в субботу:
«В среду освободите вечер. У меня на вас планы.»
– Что значит «планы»? – спросила я тогда.
– Узнаете.
– Я не люблю сюрпризы.
– Ложь.
– Почему?
– Потому что правильные сюрпризы вы любите.
Проблема была в том, что он уже начинал понимать, какие именно для меня «правильные». И это опять сбивало равновесие.
Понедельник тянулся вязко. Работа была, люди были, дедлайны были, но поверх всего этого у меня в голове жил таймер до среды. И чем ближе она подступала, тем сильнее я начинала нервничать.
Кира, конечно, моментально это уловила.
– Ты сегодня похожа на женщину, которой назначили первое свидание с собственным будущим, – заявила она в обед.
– Я просто устала.
– Ага. Поэтому уже третий раз перечитываешь переписку с ним.
– Я не перечитываю.
– Лада.
– Хорошо. Иногда.
– «Иногда» в переводе означает каждые сорок минут?
Я закрыла мессенджер.
– Ты ужасна.
– Я полезна. Кстати, он писал сегодня?
– Утром.
– И?
– Спросил, нормально ли я спала.
– Господи, это уже бытовая интимность. Всё. Вы почти в опасной зоне.
– Ты драматизируешь.
– Нет. Бытовая интимность – это когда мужчина не спрашивает: «Как дела?», а уточняет: «Ты поела?», «Нормально спала?», «Надень шарф». От этого женщины пропадают быстрее, чем от кубиков пресса.
– А если у него и то, и другое?
– Тогда помолимся за твою психику.
Я не стала спорить. Потому что, к сожалению, всё так и было.
Во вторник вечером он снова заехал ко мне после работы. Не забрать, не увезти, не устроить очередной мини-похищение. Просто подвезти домой, потому что шёл ледяной дождь, а я, как назло, забыла зонт.
– Вы специально? – спросил он, когда я села в машину и начала отряхивать рукава. – Хотите, чтобы я ещё чаще спасал вас от непогоды?
– Это был случайный погодный форс-мажор.
– Вы промокли.
– Спасибо, я заметила.
Он снял с себя тёплый тёмный шарф и молча обернул мне шею.
– Роман.
– Не спорьте.
– У вас на всё один ответ?
– С вами – почти.
– Это немного деспотично.
– Это забота.
– Вы слишком легко присваиваете словам вес.
– А вы слишком боитесь его.
Я хотела ответить резко, но вместо этого лишь сильнее запахнула пальто.
Потому что он снова был прав.
В среду я проснулась с ощущением, будто весь день уже стоит за дверью и дышит мне в затылок. Даже кофе не помог. Я уронила ложку в раковину, дважды переделала хвост и вообще вела себя как человек, который либо идёт на собеседование мечты, либо на расстрел.
– Нет, – сказала Кира, увидев меня в таком состоянии в агентстве. – Так не пойдёт. Ты же не можешь весь день ходить с лицом женщины, которую в шесть вечера должны выдать замуж без права апелляции.
– Спасибо. Очень успокаивает.
– Значит, всё серьёзно?
– Я не знаю.
– Вот это и есть самое серьёзное.
К шести вечера я уже была на пределе. Он молчал весь день. Ни одного сообщения. Ни одной подсказки. И именно это бесило сильнее всего.
Когда в 18:07 мой телефон наконец завибрировал, я подскочила так, будто меня ударило током.
Выходите.
Всего одно слово.
– Ненавижу его, – прошептала я.
– Любишь, – равнодушно поправила Кира. – Иди уже.
Он ждал у машины. В тёмном пальто, с тем самым лицом, на котором невозможно было ничего заранее прочитать.
– Добрый вечер, – сказал он.
– Вы садист.
– С чего вдруг?
– Потому что нормальные люди предупреждают заранее, куда везут женщину.
– А вы бы тогда начали выдумывать. А мне хочется, чтобы вы просто поехали.
– Очень удобно.
– Для меня – да.
– Ужасный человек.
– Садитесь, Лада.
Я села.
Минут десять мы ехали молча. Я демонстративно смотрела в окно, но внутренне уже кипела.
– Вы серьёзно не скажете? – не выдержала я.
– Нет.
– Даже намёка?
– Хорошо. Намёк.
– Ну?
– У вас будет ночь без города.
Я повернула голову.
– Что?
– Это был намёк.
– Вы везёте меня куда-то с ночёвкой?
– Да.
– Роман!
– Что?
– Вы совсем с ума сошли?!
– Возможно.
– Вы даже не спросили!
– А если бы спросил, вы бы начали думать. Я решил упростить.
– Для кого упростить? Для себя?
– И для вас тоже.
– Это невыносимо!
– Я помню.
Я сжала ремень безопасности так, будто он был последней нитью к моему самообладанию.
– Я не взяла вещей.
– Взяли.
– В смысле?
Он кивнул назад. На заднем сиденье стояла моя дорожная сумка.
Я развернулась и уставилась на неё.
– Что. Это. Такое.
– Я попросил Киру помочь.
– Кира?!
– Она оказалась удивительно рациональной женщиной.
– Я её убью.
– Сомневаюсь. Она передала вам ещё тёплые носки и сказала, что без неё вы бы взяли не то пальто.
Я закрыла глаза.
– Это заговор.
– Это забота.
– Это нарушение всех возможных норм.
– Но сумка собрана идеально.
Чёрт.
Я снова открыла глаза и уставилась на него.
– Куда мы едем?
На этот раз он ответил.
– За город. В маленький дом у озера.
У меня на секунду перехватило дыхание.
– Дом?
– Да.
– Ваш?
– Нет. Друг дал ключи.
– И вы решили, что это нормальная идея? Увезти меня посреди недели в какой-то дом, не спросив толком согласия?
Он чуть убавил скорость и посмотрел на меня.
– Вы можете попросить меня развернуться. Прямо сейчас. И я это сделаю.
Я замолчала.
Потому что в этом и был весь Роман. Он давил – да. Ускорял – да. Брал пространство – постоянно. Но в самой сути оставлял мне право выбора. Не всегда удобное. Не всегда мягкое. Но настоящее.
– Почему именно сегодня? – спросила я тише.
– Потому что у меня заканчивается терпение на город. На чужие глаза. На то, что нам всё время приходится куда-то ехать и потом расходиться в разные стороны. Я хочу с вами тишины, Лада.
Эта фраза ударила куда-то глубоко.
– И что мы будем делать в этой тишине?
Он усмехнулся краешком губ.
– Для начала ужинать. А дальше – как договоримся.
– Очень утешительно.
– Я стараюсь.
Мы приехали уже в темноте. Дом действительно оказался маленьким – деревянным, тёплым на вид, с крыльцом, жёлтым светом в окнах и тишиной вокруг такой густой, что у меня сразу замедлилось дыхание.
Озеро было не видно, но чувствовалось – по сырому холодному воздуху, по пространству, по этой особой пустоте, которой никогда не бывает в городе.
– Номер тринадцать, – сказал он, когда мы подошли ближе.
Я вскинула голову.
– Вы серьёзно?
– Что?
– Дом под номером тринадцать?
– А вы суеверная?
– Нет. Но это всё равно подозрительно.
– Отличный номер. Мне нравится.
– Конечно. Вы же мужчина с сомнительным вкусом на риск.
Он взял мою сумку и открыл дверь.
Внутри было тепло, пахло деревом, огнём и чем-то едва уловимо пряным. В гостиной уже горел камин. На столе стояла бутылка вина, фрукты, тёплый хлеб и еда в контейнерах.
Я остановилась посреди комнаты.
– Вы всё это подготовили?
– Да.
– Когда?
– Сегодня.
– Роман.
– Что?
– Вы опасно хороши в таких вещах.
Он снял пальто, отнёс сумку к лестнице и вернулся ко мне.
– Я же говорил, что с правильными сюрпризами у вас проблем не будет.
Я смотрела на него и понимала, что у меня проблемы не с сюрпризами.
Проблемы у меня были с ним.
И, кажется, очень большие.
–
