Текст книги "Варвар для Варвары (СИ)"
Автор книги: Елена Соловьева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)
– Зажмурься! – приказала мне. – Посмеешь открыть глаза – умрешь немедленно.
Ха, испугал скунса фимиамом. Я закрыла глаза ладонями и для пущей убедительности отвернулась. Все, что ненужно, мне уже известно.
Поняв, что ключ по-прежнему находится в тайнике, Нер испустил облегченный вздох. Подошел ко мне, но напрасно я ждала извинений. Как только убрала от лица руки, жрец замахнулся и залепил мне звонкую пощечину.
– Любопытство наказуемо! – сказал он с ненавистью.
Подошел к двери и дернул за шнур. На звон колокольчика в спальню вбежали воины и слуги.
– Отведите ее в нижний гарем. Не кормить до вечера и не давать воды, – приказал им мстительный блондин. – Пусть прочувствует всю прелесть наказания.
– Я… – мне хотелось оправдаться.
– Возрази! – грозно прорычал Нер – И я заменю наказание десятком плетей. Хочешь?..
Я закрыла рот и плотно стиснула зубы. Быстро же меня лишили статуса любимой жены. И это за такое несерьезное преступление.
Меня не слишком нежно подтолкнули в спину. Я опустила голову, боясь взглядом выдать степень своего возмущения. Ну, погоди, жрец, я до тебя еще доберусь. Не знаю, когда и как, но доберусь непременно. Или я не настоящая «Зефирка».
Нижний гарем больше походил на свинарник, чем на жилище наложниц. Отвергнутые жены не заботились ни о своей внешности, ни о чистоте помещения. Зачем распинаться, если уже упустили свой шанс.
Как пояснили мне слуги, наказанные или попросту не понравившиеся жрецам, женщины приравнивались по статусу к рабыням и выполняли самую грязную работу. Отрабатывали, так сказать, свой кусок кукурузной лепешки. А свободное время проводили, перемывая кости более успешным товаркам.
В просторной комнате, заполненной двухъярусными деревянными кроватями, было душно и людно. Несколько десятков женщин мирно похрапывали, утомившись за день.
Но мое появление все изменило. Моя цветущая внешность вызвала стойкий припадок аллергии у отвергнутых жен. Стоило войти – и ненавидящие взгляды чуть не прожгли дыру в моей пышной груди.
– Принимайте новенькую! – хохотнул скопец, приставленный наблюдать за нижним гаремом.
С этими словами он подвел меня к свободной нижней койке, зажег еще одну масляную лампу и поставил на каменный выступ возле кровати. Света она давала не больше, чем лампада. Но мне и этого хватило, чтобы осмотреться и понять, что в следующий раз стоит проявить большую осторожность. Жить в таком террариуме, среди полсотни ядовитых змеюк всю оставшуюся жизнь – наказание похуже плетей.
– Не шалить и не обижать, – предупредил скопец и вышел.
Как только дверь за ним закрылась, клубок гадюк зашевелился.
– Добро пожаловать в ад, – нарочито льстиво пропела одна из варварок. Старая и сморщенная, как урюк. – Что, не подошли жрецам твои телеса? Иль лежала бревном?
Я разлеглась в самой соблазнительной позе, какую только смогла придумать, и лениво потянулась.
– Да нет, заездила Неруна до полусмерти, вот он и обиделся. Ну, ничего. Побуду здесь денек-другой и обратно вернусь. И в следующий раз пощажу гордость повелителя. Ограничусь пятью оргазмами.
Соседка по несчастью раскрыла от изумления рот, но так и не нашла, чего возразить. Глаза ее налились кровью.
– Вы как хотите, мне выспаться надо, – заявила я и отвернулась к стенке.
И на удивление быстро уснула. Даже не успела посочувствовать самой себе и пожаловаться внутренней дикарке на злую судьбу. Как любила повторять Аришка, спасая меня от очередного разочарования: «Не бери в голову, бери в рот – так выплюнуть легче».
Проснулась я от того, что кто-то грубо стащил меня за ногу с кровати. Не понимая, что происходит, вскочила и тут же упала снова. Со всех сторон на меня сыпались удары – кажется, лупили скрученными в жгуты шкурами.
– Ну, все, достали! – взревела я.
Схватила свое «одеяло» и начала им активно отмахиваться от разбушевавшихся варварок. И не лень им ночью драться. Неужели они надеялись, что я буду смирно терпеть побои. Ага, щаз. Даром, что ли, меня в детстве мальчишки дразнили Конаном, я тоже знаю пару болевых приемчиков.
Одна из нападавших достала из-под матраса нож. Пусть и каменный, тупой, как наша Марьяна, но все же холодное оружие. Игра перестала мне нравиться.
В панике отступая и одной рукой прикрываясь шкурой, второй я принялась шарить в котме. Как говорится, склоняйся перед противником только для того, чтобы взять в руки кувалду.
Кувалды у меня не было, зато был дезодорант-спрей. Я отбросила шкуру, сцапала масляную лампу и подставила ее под струю аэрозоля.
Славный получился факел. В воздухе запахло свежим арбузом и паленой курицей. От дикого визга стены задрожали. Варварки растеряли боевой азарт, принялись кататься по полу и шкурами тушить на себе пламя.
Скопец заглянул в комнату, только когда в моем дезодоранте кончился газ. Судя по выражению лица, не так-то он и расстроился из-за потасовки. Но тыкву с водой принес и по очереди обмакнул в нее дымящихся «клушек». Ну вот, опалили, теперь можно и ощипывать.
Я с видом победительницы молча наблюдала за происходящим. С моего лица не сходила злорадная улыбка.
– Ты поплатишься за это жизнью, – скопец тут же нашел виноватую.
– С чего бы это? – возразила я. И подтолкнула ногой валявшийся на полу нож. – Они первые хотели меня зарезать. А Нерун, между прочим, еще не лишил меня должности любимой супруги.
Мужского достоинства прислужников лишили, а вот мозги у них работали на полную мощность. Быстренько прикинув, что связываться со мной себе дороже, скопец погнал табун неощипанных девах к лекарю. Меня же заставил мыть в нижнем гареме полы.
– Может, и меня врачу покажешь? – захныкала я. – Смотри, – и показала ему синяки.
С умным видом скопец осмотрел мою кожу, потыкал пальцем самую сильную ссадину и заявил:
– Само заживет.
Он вручил мне пористую губку, кусок хозяйственного мыла и указал на тыкву с водой.
– Сделай, чтоб все блестело, как моя лысина. Доложу о тебе господину, и он сам решит, как с тобой поступить.
Я чуть не расплакалась от обиды. На этот раз мне точно досталось ни за что. Как можно наказывать за то, что ты пытался сохранить себе жизнь? Одно слово – варвары.
Нижний гарем показался мне настоящими Авгиевыми конюшнями. Столько пыли и грязи я не видела и в общаге, где жила вместе с десятком сокурсниц. Даже в полумраке можно было отчетливо рассмотреть закопченные потолки, усыпанный пылью и грязью пол, расшвырянные по всему помещению вещи варварок. Тут не ведро воды надо, а моющий пылесос. А еще лучше – целый штат работников клининговой компании.
К тому времени, когда я закончила уборку, все мое тело ныло, как после трех корпоративов подряд. Выдохлась Варенька, аки клубничная наливочка на солнцепеке. Но осматривая результат, осталась собой довольна. Почувствовала себя настоящим героем, победившим жуткого монстра Бардачеллу.
В коридоре послышались тяжелые шаги обремененного властью человека. Запор щелкнул, и предо мной предстал Нерун собственной персоной. Хмурый и настороженный. В помещении стало так холодно, будто наступил Ледниковый период.
– Ты вообще умеешь вести себя смирно и скромно? – вопросил жрец.
Я даже подняться с пола не соизволила. Помотала головой и устало вякнула:
– Смирно – иногда, по праздникам. Скромно – ни за что на свете.
Вопреки моим ожиданиям, Нер заржал. Его смех походил на скрип несмазанной телеги. Похоже, жрец смеялся редко и подзабыл, как это делается.
– Поднимайся, – приказал он мне. – Наказание закончено. Можешь вернуться в свою комнату.
Кряхтя, как столетняя бабка, я поднялась с пола. Разогнула спину и потерла поясницу.
Нер подошел ближе, обошел вокруг меня, рассматривая. При этом его глаза загорелись азартным блеском.
– Тебя били? – спросил он.
Я поморщилась и с тоской глянула на синяки – эх, и долго же заживать будут.
Нер коснулся ссадины у меня на локте, кончиком пальца проделал путь до груди. Обвел контуры огромного синяка. Калки! Да он никак того – садо-мазо!
– Так неправильно, – почти нежно пропел он.
Коснулся губами другой груди. И только я расслабилась, ожидая обычной приливной волны нарастающего желания, как почувствовала боль. Этот гад поставил мне засос! Теперь обе мои груди были с «метками»
Не размышляя о последствиях, я залепила Неру звонкую пощечину. Он зарычал в ответ и бросился на меня, как голодный хищник. Прижал к стене. Его возбужденный член угрожающе уперся мне в пах.
– Ты посмела меня ударить! – голос жреца стал хриплым.
– И сделаю это еще раз, если посмеешь меня обидеть, – я не собиралась уступать.
Нер закинул меня себе на плечо и поскакал прочь из нижнего гарема. Ошеломленные слуги и воину смотрели нам вслед, но не рискнули спросить, что происходит. Главный жрец несся так, словно за ним гнались кровожадные монстры. Ничего себе, мужику пригорело.
Первой на пути ему попалась моя комната. С пинка отворив дверь, Нер с размаху закинул меня на кровать и всем телом навалился сверху. Принялся срывать одежду и украшения.
– Сопротивляйся, – приказал, дорожа от возбуждения.
Ой, да пожалуйста. За последний день во мне накипело столько злобы, что она могла бы заполнить всю пирамиду от основания до вершины.
Я впилась ногтями в плечи жреца и укусила его за шею. Смачно так – точно невеста в свадебный каравай.
– Да-а-а! – взвыл жрец.
Он перехватил мои руки и завел их мне за голову. Больно сжал запястья, пригвождая их к матрасу. Коленом раздвинул мне ноги.
– Отпусти! – рыкнула я, тщетно пытаясь вырваться.
Меня трясло, но не от страсти. От ненависти и отвращения. Никогда не могла понять, почему некоторым нравится причинять в постели боль. И получать ее в отместку. Неужели нельзя найти другие способы для усиления эрекции?
Я крутилась и вырывалась, но мои действия только сильнее распаляли Нера. Зеркало отражало все, что происходило внизу, и мне, пожалуй, понравилось, как выглядят следы от моих ногтей на спине жреца.
Извернувшись, как змея, я все же высвободила одну руку и опустила ее на загорелые ягодицы любовника. Сжала со всей силы и уверенно спросила:
– Нравится?
Вместо ответа, Нер выпустил из захвата мою вторую руку. Мои острые ноготки прочертили дорожку от его ягодиц до плеч. Затем снова опустились вниз и пощекотали его мошонку. На лице жреца отобразился испуг, перемешанный с обожанием. Наверняка ни одна его бывшая жена никогда не решалась на такие откровения.
Моя внутренняя дикарка разошлась не на шутку. Еще немного – и она устроила бы настоящее жертвоприношение. Кровавое и жестокое.
Но Нер не мог больше терпеть. Вошел в меня резко, не дав даже подготовиться.
– Садист! – выкрикнула я и схватила его за волосы.
Он впился в мой рот поцелуем – требовательным, беспощадным. Вынуждающим подчиниться и ответить. Смял мои груди, вызывая у меня желание нанести ответный удар.
Наше слияние больше походило на битву. Битву, в которой нет побежденных. Но нет и победителей.
Крепкий член Нера работал, как отбойный молоток, почти вылетая из меня, и тут же возвращаясь на всю длину. Я царапалась и кусалась, выкрикивала самые грязные ругательства.
Оргазм наступил у нас практически одновременно. Внутри меня словно что-то взорвалось, и мир рассыпался на осколки. Нер взвыл, в последний раз прихватил зубами мочку моего уха и затих.
Я довольно грубо скинула его с себя и приказала:
– Убирайся! Хочу побыть одна.
Жрец послушался. Как нашкодивший пес, подкрался к выходу. Уже на пороге обернулся и тихо пробормотал:
– Проси, что хочешь. Ты заслужила награду.
Я села в постели и вперила в него полный надежды взгляд.
– Отпусти меня домой, к мужу.
Нер покачал головой и заявил:
– Не могу. Табу! Любое желание в пределах пирамиды.
Я рассмеялась – хрипло и горько. Но железо куют, пока горячо. А у мужика берут, пока дает.
– Хочу всю пирамиду. Целиком!
– Она твоя, – с легкой усмешкой согласился жрец. – Можешь покидать покои в любое время и посещать все комнаты. Только не ходи в правое крыло пирамиды. И в подвал.
Сказал, и растворился в пустоте коридора. А я откинулась на кровать и сжала виски ладонями. Калки, зачем мне пирамида, когда рядом нет любимого?..
Глава 27
На следующий день, плотно подкрепившись на дорожку, я отправилась обследовать пирамиду. Не зря же вытребовала у Нера эту возможность.
Дежурившие у моих дверей слуги попытались навязаться в провожатые. Лучше бы карту местности предложили.
– Спасибо, не нужно, – возразила я. – Люблю гулять в одиночестве.
– Но жрецы… – мне в очередной раз намекнули о моем подчиненном положении.
– Ничего не имеют против, – перебила я и, активно виляя бедрами, проплыла мимо.
Пусть только попробуют пойти следом. Не знаю, как в Капуле, но в моем мире попытки совать нос в чужие дела наказуемы. Любопытство может довести не только до беды, но еще и до больницы.
Кажется, слуги догадались, что со мной лучше не связываться, и отстали. Остальные обитатели пирамиды тоже смотрели на меня удивленно, с некоторой долей надменности, но остановить не пытались. И я спокойно обошла все верхние этажи правого крыла. Ничего интересного.
«Куда там Нер запретил нам заглядывать?» – как бы между прочим напомнила мне моя внутренняя дикарка.
Точно, почему бы не нарушить еще одно табу? В крыле, отданном детям жрецов, мне определенно делать нечего – хватило вчерашней экскурсии в нижний гарем. А вот посетить подвал нужно непременно. Кто знает, вдруг именно там блондинчики прячут свои «скелеты».
Я воинственно поправила на поясе котму. Улыбнулась, почувствовав, как звякнул внутри ключ от всех дверей. Имея в запасе такую вещицу, грех не навести в пирамиде шороху.
Чем ниже я спускалась по лестницам, тем отчетливее слышала все возрастающий гул. Точно в недрах пирамиды сидел гигантский доисторический тигр и сотрясал каменные стены своим рыком.
Было ли мне страшно? Не-а. Как настоящей исследовательнице, мне стало ужасно интересно. В конце концов, любопытство для женщины так же естественно, как и желание распрямить вьющиеся волосы и завить прямые.
К моему удивлению, дверь, ведущую в подвал, никто не охранял. Да и к чему дежурить возле массивной каменной плиты, сдвинуть которую под силу разве что Геркулесу.
Злорадно хихикая, я достала из котмы ключ и приложила его к стене. Послышалось слабое жужжание механизма, и дверь с грохотом отъехала в сторону. Моему взору предстал еще один лестничный проход, ведущий в самое нутро пирамиды. Именно оттуда доносилось гудение.
Мои колени предательски подогнулись. Одно дело представлять себя первооткрывательницей, и совсем другое – спускаться в чернеющий провал древнего строения.
Со стороны верхнего коридора послышался топот ног. Кажется, громыхание каменной двери привлекло внимание слуг и воинов. Я опасливо заозиралась по сторонам, но прятаться было бессмысленно. Если жрецы узнают о моей проделке – казнят, без права на помилование.
Стиснув зубы, я шагнула в проход и вновь приложила к двери ключ. Дверь вновь громыхнула и заняла свое прежнее место. Полоска света на ведущих вниз ступенях сужалась с неимоверной скоростью. Я сунула в рот большой палец и принялась ожесточенно грызть ноготь. С трех лет не вспоминала об этой привычке. С тех самых пор, как забралась к бабушке в погреб и случайно захлопнула крышку.
Но переживала я напрасно. Стоило двери полностью войти в пазуху, как в подвале включилось освещение. Не факелы и не масляные лампы. По всему периметру стен загорелись лампочки размером с кулак, подозрительно напоминавшие споты. И свет они давали такой же – яркий, режущий глаз.
Я поморгала, привыкая к новым условиям. И уже абсолютно бесстрашно приступила к спуску. Кровожадными монстрами здесь и не пахло. А пахло озоном и высокими технологиями. Вполне привычный аромат для выпускницы политеха.
Последняя ступень – и я на самом дне пирамиды. Вернее – в самом ее сердце. Вполне живом сердце, не утратившем с годами своей функциональной важности.
За время практики я встречалась с тренажерами по подготовке операторов блочных пунктов управления. Все эти экраны, датчики и рычажки были их неотъемлемыми атрибутами.
Но в настоящем энергоблоке я оказалась впервые. Словно озарение снизошло на мою блондинистую голову. Так вот на какой алтарь возлагают жрецы великие дары. Вот какие молитвы возносят предкам.
Нет, я, конечно, не великий шаман всех времен и народов, но пару подходящих «песнопений» знала. И немедленно приступила к изучению установки. Как кладоискатель, копала долго и усердно. И отрыла для себя много интересного.
Самым, пожалуй, грандиозным открытием стало то, что установка работала в «спящем» режиме. То есть тот поток энергии, что поддерживал защитные функции купола, был попросту отключен. Потому-то звезда Капулы и не сияла так ярко. И дело вовсе не в том, что отец Фила нарушил табу. Купол отключили намеренно.
Не меньше информации удалось мне почерпнуть и из электронной базы данных. Особенно поразило то, что касалось Калки. Вот так богиня! Вот так страж дикого мира! Я чувствовала себя так, будто ангел подбросил меня до небес и забыл поймать. Полагаю, мне достался хранитель-стажер.
Наверху, в жилой части пирамиды творилось нечто невообразимое. Даже сквозь гудение я слышала, что жрецы пытаются прорваться к установке. Поняли, что их секрет раскрыт. Но не так-то просто выковырять меня, назойливого червячка науки, из сердцевины их «яблока».
Я представила, как Нер прикладывает свой бесполезный ключик к двери и злится. И дико расхохоталась. Прямо как великий ученый, поработивший мир в детском мультике. Да, красавчики-жрецы, будете знать, как со мной связываться. Русские женщины не только красивы, но еще и умны. Дайте нам возможность, и мы не только коня на скаку остановим и в горящую избу войдем. Повергнем любого врага – если не силой, так непревзойдённой харизмой и очарованием.
Но вот звуки стали громче. Судя по всему – работали уже тяжелыми кувалдами или чем-то похожим. Сколько времени потребуется жрецам, чтобы раскрошить дверь, мне знать не очень-то хотелось.
– Здесь просто обязан быть еще одни выход! – объявила я самой себе.
Вооружилась ключом и отправилась обследовать ту каменную коробку, в которой оказалась. Запасной выход отыскался за массивным металлическим сейфом. Чтобы сдвинуть его с места, у меня ушло множество драгоценных секунд.
«Интересно, нынешнее поколение жрецов в курсе, что отсюда можно сбежать другим путем?»! – задалась я вопросом.
Но когда проход открылся, стало понятно, что вскрыть эту дверь без ключа уж точно не удастся. На то, чтобы расковырять такой массивный валун древними орудиями, уйдут месяцы. Если не годы.
«А вдруг у жрецов есть взрывчатка?» – ехидно осведомилась моя внутренняя дикарка.
«Колючек тебе на язык, – пожелала я ей от всей души. – Тебе-то откуда знать про взрывчатку? Ты ж дикая!»
«А тебе ежа – знаешь куда?..» – не осталась она в долгу.
Больше мы не разговаривали. Не потому, что обиделись, просто стало не до этого. Запасной выход оканчивался длинным подземным туннелем, наполовину заваленным песком и камнями.
Лес словно отвоевывал у людей территорию: корни деревьев прорвались в пустующее пространство и устроили там себе уютное гнездышко. Продираясь через шероховатые и плотные заросли, я добавила к уже имевшимся синякам множество царапин и новых ссадин. Но свобода того стоила.
В Капуле наступил вечер. Вот Калки, я и не думала, что пробыла в подвале так долго. Что делать, куда бежать?
Я глянула на звезду и поняла, что все еще нахожусь слишком близко от жрецов. И меня наверняка будут искать. Как только поймут, что мне удалось выйти из подвала.
Дороги домой, к Филу, я не помнила. Ночью все тараканы серы, все деревья одинаковы, а всем варварам страшно. В тот момент меня интересовало только одно: как дожить до рассвета и при этом не попасться на глаза сторожам пирамиды и диким зверям.
Выбирая между первым и вторым, я решилась на хитрость. Подобралась поближе к одной из наблюдательных вышек и стала карабкаться на дерево. Посижу до рассвета, подумаю, как жить дальше, а с первыми лучами солнца ломанусь в солнечную рощу. Только бы стражи пирамиды не заприметили такую гигантскую «кукушку» и не приняли ее за вконец оборзевшего куля.
То ли я окончательно выдохлась, то ли дерево попалось непутевое, но вскарабкаться на него мне никак не удавалось. Ноги скользили по гладкому стволу, а руки отказывались выполнять подъем с переворотом.
В очередной раз чуть не сорвавшись вниз, я повисла на руках и едва не расплакалась от досады. Страх смешался с обидой, а слезы с подводкой для глаз. И это меня окончательно добило: ничего не вижу, никуда не прячусь и никак не могу с этим справиться. Висит туша – иди, кушай.
Неожиданно чья-то сильная рука подхватила меня за талию, широкая ладонь закрывал рот. «Все, попалась, – промелькнуло у меня в голове. – Допрыгалась, доигралась в бесстрашную Лару Крофт. Расхитительница пирамид, Калки меня задери!..»
Похититель тащил меня сквозь чащу леса, и я обессиленно обмякла в его руках. Не осталось ни сил, ни желания сопротивляться. И только моя внутренняя дикарка изредка вздрагивала и попискивала от ужаса. Она лучше меня знала, какое наказание ждет непокорных жен, и готовилась заранее.
Перед моими глазами все мелькали и мелькали кусты, и внезапно я осознала, что похититель спешит вовсе не в пирамиду. Выходит, меня схватили не воины жрецов.
Это открытие взбодрило меня, как пощечина. Или как удар кувалдой по куполу. Я начала активно сопротивляться: извернулась и укусила ладонь похитителя. Об одном только жалела – что мой укус не ядовит, и бессовестный дикарь не загнется от мучительной смерти.
Меня рывком поставили на ноги. Я покачнулась от неожиданности и с ненавистью уставилась на похитителя. Так просто не сдамся. Еще, понимаешь, девушку не потанцевал, а уже туда же – на плечо и в пещеру!
– Да ты!.. – моя гневная триада оборвалась на полуслове.
– Тщ-щ-щ!.. – зашипел на меня Фил. – У стражей пирамиды чуткий слух.
Я бросилась мужу на шею и снова расплакалась. На сей раз от облегчения и радости. Хотела вжаться и раствориться в нем, чтобы никто и никогда больше не смог нас разлучить.
Фил ласково гладил меня по спине, позволяя выплакать всю накопившуюся боль. С каждой слезинкой из меня словно вытекал яд, которым отравил меня Нер.
Нер! Я вспомнила его предупреждение. И его обещание убить Фила, если тот посмеет приблизиться к пирамиде. И меня вновь одолела злость. Слезы моментально высохли, а ноги перестали подрагивать.
– Зачем ты пришел сюда? – громким шепотом напала я на мужа.
– За тобой, – просто ответил Фил. – Если бы сейчас не встретил тебя в лесу, то ворвался бы в пирамиду. Или сделал подкоп. Или устроил пожар. Я еще не придумал, что именно…
Мой верный и любящий варвар. Мое сердце разрывалось от нежности и любви. Я потянулась к его губам, чтобы вознаградить за время, проведенное в разлуке. Но в последний момент вспомнила, каким ревнивым и неуступчивым умеет быть Фил. Интересно, как он сможет спать со мной, зная, что мое тело принадлежало жрецу, его врагу и обидчику.
Но Фил по-своему оценил мою реакцию.
– Ты права, – шепнул он, – для поцелуев сейчас не время и не место.
– Фил, понимаешь… – начала я, но муж не дал мне закончить.
Подхватил меня на руки и помчался глубже в заросли. В лесу, среди совершенно одинаковых, на мой взгляд, стволов и кустарников, мой охотник ориентировался, как заправская домохозяйка в супермаркете. Мне же оставалось лишь наслаждаться его теплом и силой. И всей душой надеяться, что жрецы не настигнут нас раньше времени.
Глубоко в лесу, привязанный к стволу дерева, нас терпеливо поджидал Унитазик. Я была так рада этому милому «скакуну», что в припадке ликования чмокнула его промеж усиков, прямо в хитиновый лоб.
Таракану такие ласки были в новинку – он предпочитал, чтобы затылок хозяин чесал ему копьем. Сдается, и удары по башке ему доставляли наслаждение. Еще один мазохист на выданье.
– Тише, друг, – Фил успокоил Унитазика, непонимающе трясущего головой. – Это наша хозяйка так радуется. Привыкай.
Муж запрыгнул на «скакуна» и посадил меня перед собой.
– Домой нам нельзя, – предупредила я. – Там нас будут искать в первую очередь.
– Знаю, – согласился Фил. – Тут недалеко есть небольшая пещера – я иногда ночевал в ней, когда не успевал вернуться домой засветло. Мы разведем там костер и переждем темноту.
– А утром отправимся в солнечную рощу, – добавила я. – там нас ждет одно очень срочное дело.
Фил пришпорил Унитазика, и тот рванул вперед. Таракана тоже пугала ночь, и он скакал так, что разговаривать я уже не могла. Пришлось на время отложить серьезный разговор и покрепче прижаться к мужу. Тараканьи бега – это вам не прогулка на такси. Тут не до поцелуев, нежного шепота и томных объятий. Не превратился зад в отбивную – уже счастье.
Обещанная Филом пещера оказалась не такой уж и маленькой. В ней вполне могла уместиться моя съемная квартира, вместе с подъездом и балконом. И даже для уставшего и испуганного Унитазика нашелся уголок – скажем так, темная и уютная кладовочка. Таракану там самое место.
Фил разжег костер и привалил ко входу в пещеру крупный валун, оставив лишь небольшую щель, чтобы мы не задохнулись от дыма.
– Ты голодна? – спросил мой спаситель, выкладывая из седельной сумки провизию.
– Чувствую, ты запасся на месяц вперед, – пошутила я, обводя взглядом горки солонины, лепешки и коренья.
Несмотря на то, что продукты выглядели вполне аппетитными, есть мне совершенно не хотелось. Наверное, я все же переборщила в пирамиде со сладостями, и мой желудок слипся с непривычки. А вот на воду я набросилась с жадностью путника, заплутавшего в пустыне.
– Решил, что не вернусь домой без тебя, – сообщил Фил и вонзил зубы в ни чем не повинный кусок мяса. Подозреваю, на его месте он представил одного из жрецов. Или всех разом.
Я присела на заботливо расстеленную мужем шкуру и приготовилась к длинному и важному разговору. Вот как объяснить варвару, что и его, и всех его сородичей так долго и искусно водили за нос? Хуже того, заставили поверить, будто отец Фила – предатель. А ведь это совсем не так.
– Фил, твой отец не был предателем, и его убила не Калки, – начала я с основного.
Муж посмотрел на меня с тоской во взгляде и отвернулся.
– Кажется, мы договорились не поднимать эту тему.
– Договорились, – согласилась я. – Но сейчас открылись новые обстоятельства. И о них нельзя молчать. Пожалуйста, ты можешь просто выслушать меня и не перебивать?..
Фил задумчиво подвигал нижней челюстью и уставился на свои сложенные в замок руки.
– Хорошо, говори. Обещаю, что не буду прерывать и наказывать. Что бы от тебя не услышал.
Доверительный тон мужа чуть не заставил меня отбросить разговор. Так хотелось немедленно броситься к Филу, обнять его и… Бурную фантазию пришлось остановить, пока она не завела слишком далеко. Сначала разговор, потом секс. И никак иначе.
– Мир за пределами Капулы давно ожил, – выдала я как на духу, – и твой отец узнал об этом. Он наверняка хотел сказать людям правду, но другие жрецы не позволили ему. Слишком дорожат они своим высоким положением и не хотят ничего менять. Но твой отец сильный и мудрый, настоящий воин.
– Он был таким… – тихо добавил Фил. – И поплатился за это сполна.
Я все же подошла к мужу, опустилась рядом на корточки и заглянула в лицо.
– Кесо жив. Он пробрался сквозь защитный купол, нашел гору Палип и древний храм. Подозреваю, что твоему отцу пришлось долго блуждать по незнакомой местности или ждать, пока Великая Матерь даст молоко. Но он это сделал. Кесо прошел в другой мир. Мой мир.
Фил смотрел на меня как завороженный, не в силах произнести ни слова. Он хмурил лоб и беззвучно шевелил губами, пытаясь осознать услышанное.
– Хочешь сказать, что ты поменялась с моим отцом местами? – наконец произнес он.
– Понимаю, это звучит, как бред, – кивнула я. – Но все именно так. Великая Матерь за один раз дает столько молока, чтобы хватило на путешествие в другой мир и обратно. Но произошла случайность, и я выпила дозу эликсира, предназначенную Кесо.
– И мой отец в твоем мире. Он жив? – неверяще переспросил Фил.
– Я видела его своими глазами, – согласилась я. – Так же отчетливо, как сейчас тебя.
Добавлять, что видела свекра абсолютно обнаженным, да еще и была причастной к его попаданию в больницу, я не стала. Эта информация показалась мне лишней.
– И Калки его не съела? И даже не покусала? – все еще сомневался Фил.
– Калки вообще никого не ест, она к этому не приспособлена, – усмехнулась я. – А еще ей можно манипулировать. Точно не уверена, но нужно попробовать.
Глаза Фила стали размером с калебасы.
– Управлять богиней?.. – голос мужа дрожал от волнения. – Как это?
– Ну… она не совсем богиня, – подметила я. – Нет, она великая и могучая, и даже бесстрашная. Но с помощью вот этой штучки ее можно подчинить своей воле.
Я достала из котмы ключ и показала Филу. Он нерешительно прикоснулся к нему кончиками пальцев и тут же отдернул руку, словно боясь обжечься.
– Твой отец принес ключ в мой мир, – успокоила я мужа. – А тот, что хранится у жрецов, всего лишь подделка.
Фил промолчал, и я решилась задать главный вопрос.
– Ты мне веришь? Поможешь справиться с Калки?
Он схватил меня за руки и притянул к себе. Коснулся губами шеи и прошептал в самое ухо:
– Верю!.. Пойду за тобой куда угодно. Даже в лапы смерти.
В моей душе словно взорвалась атомная бомба. Она разрушила последние преграды между мной и мужем, позволив, наконец, нашим чувствам обрести небывалую мощь.
– Потанцуй со мной, – неожиданно для себя самой предложила я Филу.
– Не умею, – признался он. – И музыки нет.
– Я тебя научу. А музыкой нам станет мелодия наших сердец.
Моя внутренняя дикарка тут же нацепила на себя откровенное бальное платье и взяла в руки маракасы. «Ча-ча-ча», – заиграло у меня в голове.
показа Филу основные шаги, и он освоился на удивление быстро. Говорят, что танцоры – самые лучшие любовники. Оказалось, что это правило работает и наоборот. Мой муж чувствовал каждое мое движение, и вскоре мы уже скользили по полу пещеры, как настоящая танцевальная пара.
Зажигательный и веселый танец постепенно становился все более страстным и завораживающим. Он с точностью отражал взаимоотношения между мной и Филом. Чувственные, наполненные энергией движения и жесты говорили о нашей любви гораздо лучше любых слов.
мужа скользили по моей спине, касались бедер, и будто случайно задевали грудь. Я завелась так, словно тысячу лет не занималась сексом. Соски набухли от возбуждения, а между ног стало горячо и влажно. Восставший член мужа терся о мой живот, и это доставляло мне необыкновенное наслаждение.
Фил понял, что я жажду большего, чем просто танец. Он уложил меня на шкуру и навис сверху.
