Текст книги "Кому дракона с крыльями и замком? (СИ)"

Автор книги: Елена Саттэр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 16

И все трое при общей открытости рта выражали индивидуальное. Я прямо даже засмотрелась на бурю совершенно отличающихся эмоций при одном и том же движении рта. Но глаза и брови! Они выражали разное.

Сюда бы студентов театральных вузов на посмотреть и научиться, как на сцене играть.

Санни прыснула.

У коменданта глаза распахнулись. Смотрел он то на меня, то на свою дочь. Больше на Санни. С недоверчивостью какой-то и растерянностью. Как будто вдруг осознал, что горшечное растение с двумя листочками вдруг выпустило бутончик и скоро расцветёт.

И что, вообще-то, у него дочь, а не сын.

Санни это заметила, и на её личике расцвела счастливая улыбка, что папа её заметил и, похоже, ему даже понравилась её новая причёска.

Комендант, конечно, только секунду позволил себе проблеск эмоций, потом опять стал каменным, но и этого хватило, чтобы для малышки мир расцвёл яркими красками. Она аккуратно потрогала цветочки заколочки на голове и сидела довольная произведённым на отца действом.

Ната смотрела только на меня. Вот кому-кому, а ей было абсолютно всё равно до девочки. И взгляд её выражал мучительное озабоченное удивление. А что, так можно было?

Я окинула её профессиональным взглядом сотрудника ЗАГСа.

Светленькая, полненькая, как будто лишённая красок девушка была всё равно симпатичная и явно стремилась замуж. Об этом говорил её утренний наряд. Она лениво хотела понравиться коменданту. Лёгкое пышное белое платье с декольте чуть глубже, что полагается на завтрак, прямо изнамекалось на наряд невесты.

Но с другой стороны, это было так дежурно и без изюминки. Казалось, для неё, что комендант, что другой дракон, главное что? Замуж пора, а вот мужчины не горели этим желанием, и это чуть раздражало, а особенно соперница, в этой роли выступала я. И она буравила меня своими серыми глазками, потому что ей приходилось напрягаться больше чем бы ей хотелось.

И судя по тому, что я замечала, Ната не испытывала чувств к нашему коменданту, ну вот совсем. Я хихикала про себя, видя, как в задумчивости она случайно смотрела на него, казалось, вспоминала, зачем её сюда притащили, и как старая боевая лошадь, услышав звук трубы встрепеталась и приобретала томный вид.

Я прямо представляю, как её сюда звали:

Выглядело это так.

– Натка, мчись коменданта охмурять, бери свой дежурный чемодан с завлекунчиками.

– А что он ещё не женат? Но он такой вредный – в прошлый раз не прокатило. Может, я дома полежу?

– Это было в прошлый раз, а в этот дожмём. Быстрей, быстрей.

– Ой, ну даже не знаю, а надо?

– Надо, Федя, губу закуси, глазками похлопай, вдруг получится. Взбодрись, кому говорят и вперёд, от бедра.

У нас на черноморских отдыхах таких девушек, ищущих свою судьбу по вечерам,столько красиво гуляет. Открытый взгляд и наряд хищницы, вышедшей на охоту, превращал наши южные города в зону охоты на гордых парнокопытных, тихо кушающих в прибрежных кафе.

Вот только охотниц на одну голову добычи приходилось больше двух или трёх. И вот такими же недовольными взглядами они и встречали соперниц.

Не, Ната, я вам не конкурент. Сможете, берите нашего грозного коменданта и пользуйтесь.

Так, с этой понятно. Девушка мне не доставит хлопот. Ну повредничает—ерунда, вопрос.

А вот вторая дама попьёт за неделю моей кровушки. Как-то я недооценила этот факт вчера. Надо бы о прибавке к жалованью намекнуть за моральный ущерб. А если он меня опять меркантильной назовёт как весь женский род? Подожду пока.

Мамаша, бросив быстрый взгляд на Санни, уставилась грозно на меня.

– Серж, это что такое? Что за вид у твоей невесты? Я не понимаю, где твои глаза были?

Пора мне перехватывать инициативу и выпускать характер. На свадьбах часто приходилось работать командиром и подавлять бунт. Поэтому опыт в таких делах у меня имелся.

Вчера я посидела тишком присматриваясь. А сейчас уже надо показывать, что я не бедная овечка, которую можно тюкать. Хоть и страшно в конфронтацию вступать, но говорим себе:

– Я–  великий Овечкин с зубастой овцой на коньках. Я —розовая жаба, со скрытыми атакующими способностями, которые, правда, ещё не придумала. Так, а как мне к ней обращаться? Ладно, испытанным приёмом воспользуемся.

– Ах, мама, вы же позволите вас так называть,– у фиктивной будущей свекрови вытянулось лицо, и она ошарашенно посмотрела на сына. Тот хмыкнул.– нормальный у меня вид. Это новая форма для ординарцев девушек. Полувоенная. Строгая. Элегантная. Я потом ещё себе ещё китель сошью, вот прямо как у Санни. К этой юбке.

Я подмигнула девочке. Она постаралась передать мне также ответ, но у неё получилось мигнуть только двумя глазами.

А пока мамаша набирала воздух, чтобы выдохнуть гневными замечаниями в адрес моего гардероба, я захлопала ресницами и, посмотрев на коменданта, сказала:

– это Серж придумал дизайн. Правда, симпатично?

Теперь мой фиктивный жених растерялся:

– Я придумал?

– Ну да, вчера ещё, в кабинете говорил, что я должна в официальном виде ходить и обрисовали, во что плечевой пояс облачать.

Он уже пришёл в себя после того, как я ему присвоила звание местного кутюрье и мрачно поднял одну бровь:

– А разрез тоже я придумал?

Нет, ну вы гляньте, какой глазастый, я же старалась идти, не демонстрируя его.

– Разрез – моя собственная инициатива, как ты прикажешь мне по ратуше маршировать с кипами бумаг.

Тут у мамы прорезался голос:

– Нет, ну, если такая форма принята, тогда ладно. – Серж, мальчик мой, удели мне несколько минут после завтрака. Вчера не успели с тобой пообщаться. С дороги были. Всё-таки нам решить вопрос о твоём переезде на службу в столицу.

Комендант поморщился, но кивнул. Порылся в карманах и сказал:

– Татьяна, отправляйся на экипаже, я позже прилечу. Вот ключи. Откроешь ратушу.

– Как скажешь, командир.

На меня мрачно взглянули чёрными глазами.

А потом наша мама включила “я же мать”.

– Сынок, ты плохо выглядишь с утра. Ты спал вообще? А как у тебя вообще со сном? У тебя окна открыты ночью. Свежий воздух вам, драконам, прямо необходим. Правда, Ната?

Вот вы лично как спите?

Я слушала это всё и анализировала.

Ната у нас, судя по всему, при драконе, а вот мамаша судя по оговорке “вам”– нет. Положила себе эти сведения на отдельную полочку. Я подумаю об этом завтра или послезавтра, а может, вообще не до этого будет.

А комендант зверел на глазах и бросал на меня взгляды. Что? Жених, что вы на меня так смотрите? Вступить в беседу? Так, мне платят за рядом с вами постоять и Нату прутиком поотгонять, а не за то, что бы верхним плечевым поясом вас от заботы мамули защищать. И вообще, мне на работу пора.

Я вскочила:

– Дорогой, я побежала офис открывать и красную дорожку для тебя расстилать.

Мне даже не мяукнули при расставании. Только Санни выскочила за мной на крыльцо и стала махать ручкой.

Я вздохнула и улыбнулась девочке.

А вот теперь, Таня, перекочёвывай мыслями в столбец с брачным агентством.

Глава 17

Нормальная ночь на сытый желудок в мягкой постели сделали своё дело. Вчера слишком много на меня навалилось. Хорошо, что я хоть цели свои на месяц сформировала. А сегодня с утра голова начала работать получше.

Один день из тридцати прошёл.

Сделала я за него много. Эй, жаба моя внутренняя, мы молодцы с тобой? Подумаешь драконы у них, а ты у меня зато самая симпатичная.

Так, давай-ка повспоминаем и похвалим себя за прошлый день – это бодрит и настраивает на рабочий лад.

Ну что, жильё у нас есть? Хорошее такое жильё.

Подработка ординарцем есть. Денежка кой-какая тоже благодаря этому появилась. Перспективы брачное агентство открыть вот не знаю ещё. Не приценивалась офис, сколько здесь снять.

Дальше что? Про драконов коменданта протрясу. А вот с невестами у нас глухо. Как в танке. В наличии имеется только одна Ната. Я бы её пристроила, конечно, не за коменданта – нет. За кого-нибудь другого, попроще. Потому что они как в той песне – дельфин и русалка —не пара, не пара, не пара.

Хотя оба летающие, и, наверное, даже огнём плюющиеся, но подвиды у них явно разные. Один мускулистый, черный, худощавый, с перекатывающимися мускулами – ястребом мчится. И вторая – сарделька с мушиными крыльями, чух-чух на бреющем полёте над землёй летит, как майский жук.

Как же нам с тобой драконов прорекламировать, чтобы невесты косяком потянулись как мухи на мёд?

Может плакат написать« Кому дракона с крыльями и замком – к ординарцу обращайтесь». И цену обязательно поставить. А то бесплатно люди побояться брать будут – вдруг мошенница. Однокрылого всучить хочет, или башня одна рушится в замке. Это сколько тогда денег надо будет вкладывать. Разориловка одна.

Но такую рекламу чуть попозже запущу, если дела вообще плохо пойдут. Это будет уже тяжёлая артиллерия. Правда, жабка?

Дожила, придумала себе внутреннего зверя и с ним разговариваю.

Мультик старинный вспомнился. Вроде называется "За восемьдесят дней вокруг света”. Так, там мне злодей зашёл. Мистер Фикс. Он у себя спрашивал постоянно:

– Есть ли у вас план, мистер Фикс?

И сам себя отвечал.

– Конечно, есть, мистер Фикс.

А у меня вместо  мистера Фикса ,жаба с лёгкой руки коменданта появилась.

Ну а дальше, когда у меня невесты появятся и список женихов? Вот дальше, у меня, мой внутренний зверь, полный затык.

– Почему, Танечка?

– Потому что вот сводить людей я не умею и подбирать им по картотеке истинных не смогу. Для этого учиться надо было дальше. Тренинги проходить.

Я, конечно, психфак закончила, но ни дня по профессии не работала. Все лекции угнездились у меня на подкорке и помогали анализировать поведения людей и понимать будут они вместе или нет.

Я тяжело вздохнула. Точнее говоря, академические знания у меня наложились на приобретённую способность, которую я обрела раньше учёбы, в детстве. В то время, что очень хотела вычеркнуть из своей жизни. Забыть. Может, поэтому я и пошла на психфак. Как нас психологов ещё называют? Раненые целители. Люди, пришедшие в эту профессию, чтобы решить свои проблемы.

Когда мне было десять, умерла бабушка. Про отца она молчала при жизни, поэтому я осталась с дядей и тётей Машей, двоюродной племянницей бабушки. Перед смертью ба написала завещание на неё и сказала.

– После смерти моей, Маша, заберёшь мой домик, где мы с Танюшей живём, но условие – возьмёшь девчушку мою под опеку.

И вот те долгие восемь лет, до того, как после восемнадцати получила квартиру от государства я и хотела забыть.

Тётя была тихой, слабой, забитой, а муж её, дядя Толя попивал. И когда он приходил домой под шафе, начинались бесконечные выговаривания мне, что моё содержание не стоит суммы этого наследства. Нет, меня не били, не обижали, просто методично капали на мозги. Потом собаку выгнал со двора, а она под колёса попала.

Я старалась. как могла. Убирала. Научилась готовить и шить, а в ответ только холодное молчание тёти и пьяные упрёки дяди.

У меня были самые дешёвые вещи из секонда. Серые, мрачные, как моя жизнь.

– Знаешь, жабка, почему я вареные овощи ненавижу? Фу. Потому что меня ими кормили постоянно. А сами на море деньги копили.

Вот тогда у меня и стала развиваться интуиция и внимательность. Когда короткая стрелка приближалась к семи, я вставала у окна и смотрела. Вот дядя заходит в калитку. Как он осматривает двор?

Если хмурится чуть, и до упора закрывает щеколду-звоночек. Как поздоровается с соседом, дядей Петей Сомовым? Как пройдёт по двору. На дом посмотрит или на небо. Их было столько знаков. И когда они сигнализировали мне, что да, сейчас тебя опять поставят перед собой и будут выговаривать, я бежала и пряталась. На чердак, в кладовую, в холодную.

Прежде прятала обувь и одежду, чтобы подумал, что я ушла. Брала свой потрёпанный рюкзак с собой и старый аккумуляторный фонарик и учила уроки.

Вот так благодаря дяде я хорошо сдала ЕГЭ и поступила на психолога. Получила как сирота квартиру и постаралась забыть эти восемь лет. Потом несостоявшееся замужество. И я сказала себе, что я назло всем и вся буду весёлой и счастливой, только привязываться мне ни к кому не надо, а особенно любить. Вон дядю с тётей не любила, и они живые по сих пор. Старые, правда, совсем. И тебя, жаба, любить не буду.

И всё у меня стало хорошо, за исключением удара чемоданом по голове.

К чему я это всё вспоминала? А, к тому, что я могла понять, будет пара жить или не жить, а вот понять, что именно вон тот и та скорее всего подойдут друг другу, боюсь не смогу.

И здесь надо думать, как этих потенциальных невест с женихами свести в одном месте.

– Жаба, моя розовая, друг ты мой единственный, квакни что-нибудь. В каком направлении работать?

Но мой виртуальный друг молчал.

Как же мне народ знакомить? Хоть козу потерянную отправляй искать. Толпой. Ладно. Пусть этот запрос висит в воздухе, а я займусь делами сбежавшего ординарца .

Глава 18

Ратники офисного труда уже сгрудились у крыльца и шушукались. Так, теперь поднимаем гордо голову и идём мимо с очаровательной улыбкой и офицерской выправкой.

Хорошо, что у меня кроме шпилек и балеток ещё обыкновенные туфельки в чемодане завалялись. Под цвет юбки. Я вообще этот комплект запасным приготовила на регистрацию. Мало ли, шампанским обдадут. А я девушка предусмотрительная.

Равнение все взяли на мой разрез. Друзья, ну что вы, право. На два пальца выше колен. Стандарт английской королевы.

Открыла дверь, распахнула, оборачиваюсь. А они как кролики загипнотизированные стоят, не двигаются. Слышу, крыльями захлопали. Комендант прилетел. Подошёл. Проследил траекторию равнения своих кроликов, и как рявкнет:

– Быстро на работу, иначе уволю. И глаза приказываю всем ниже глаз не опускать. Ее глаз.

А меня схватил за локоть и к кабинету поволок.

Ключи выхватил из рук, дверь самолично открыл и внутрь втолкнул.

– Невеста моя, с вашим гардеробом надо что-то думать. Эта ваша нижняя часть мешает всем настроиться на трудовую волну.

– Слушайте – я упёрла руки в бока и перешла на вы, подчёркивая официоз – вы уж определитесь,  вам верхний плечевой пояс мешает жить, или нижний. Потому как у меня только два варианта униформы с собой имеется. И оба приличные. Не мундиры, конечно. Кто же знал, что я ординарцем поступлю к вам на службу. И деньги на обновление я у вас просить не буду – из гордости, а то вы меня опять в меркантильности обвинять начнёте. И главное, куда мне мундиры девать потом? Может, вы мне свой какой завалящийся поносить дадите? Чтоб деньги не тратить.

А то, что я заработала у вас – мне для другого дела нужны. Забыли, что я брачное агентство открывать буду через неделю. Вы, кстати, со мной сведениями о драконах неженатых поделиться должны.

Блузка при этом движении руками у меня распахнулась, в том самом месте, где пуговичка не застёгнутая. Глаз его  туда коситься стал. Комендант подскочил ко мне.

– Значит, так. Руки по швам и ходим мелкими шажками. И по поводу того, что оба варианта приличные – я бы поспорил.

– Слушайте, Серж, вот чего вы ко мне прицепились, а не с претензиями к Нате той же не подошли. Вы её декольте не видели утреннее? Туда вопросы все, а не ко мне за пуговицу заглядывать.

–А вот её-то не мешало бы застегнуть. Вы же помните о высоком звании моей невесты. И кстати, кроме того чтобы ею числиться вы должны проявлять ещё действия, а то мама подозревать начинает, что мы только на словах жених и невеста.

– В смысле? А что я должна делать ещё?– я растерялась – помните, я с утра вас дорогим обозвала. Или мне ещё с вашей мамой по поводу вашего хорошего сна в дискуссии вступать? Но знаете, мне  незачем вмешиваться в ваши высокие отношения, здесь вы сами ей рассказывайте, что вы большой мальчик. Я боюсь получить от нашей мамы за  покушение на её материнский долг по самое не могу. Кстати, как мне к ней обращаться, не мама же, честное слово.

– Называй её госпожа Рина – буркнул комендант.– и по поводу униформы, есть у меня пара мундиров. Забирай и носи.

Я приподняла бровь:

– Вы уверены, добропорядочный вы мой? Я же начну в ваших мундирах ходить, только не надо мне потом фу выказывать.

– Не вижу ничего в мундирах дурного, если на все пуговицы будешь застёгиваться. И да, не вздумай здесь никому глазки строить.

Тут я уже возмутилась, и на ты перепрыгнула:

– Серж, кому мне здесь глазки строить, позволь спросить? Бабулям твоим, который в очереди сидят.

– Работникам моим.

– А ничего, что им всем уже лет за шестьдесят, и им уже пора о душе думать.

– А ничего, что они даже на моё появление не отреагировали, а на твой разрез смотрели.

– Это они по старой привычке ностальгировали. – зашипела я.

– Шо вы там последнее сказали?—не расслышали мы – донеслось из замочной скважины – повторите.

Мы переглянулись и посмотрели на входную дверь. Там бабули уже, наверное, попкорном обзавелись.

– А про драконов когда расскажете?—зашептала я.

– После посетителей – также тихо ответил комендант, а потом уже громко добавил – заходите.

Дверь открылась, и штук пять посетительниц, поблёскивая глазами, расположились на стульях, поглядывая на нас в надежде продолжения концерта.

– Первая ко мне – пригласил комендант к себе и захлопнул дверь.

Пятеро – это было начало. Полетели дамы и мужчины, как гуси на юг. Я выглянула. Опять двадцать пять. Все стояли к нам.

Так, с этим надо что-то делать. Иначе сведения о женихах я никогда не получу. После комендант опять улетит патрулировать горы. Кстати, Таня, надо  тебе прогуляться вечером до библиотеки и про этих гаргулий почитать что-нибудь, да и про специфику драконов тоже не мешает подковаться.

Села за стол, на посетителей смотрю. Они на меня. А потом вспомнила нашего секретаря. Опытная тётя. Как-то меня попросили на заре моего трудоустройства заместить её на недельку.

Вот тогда она и провела со мной ликбез.

– Танечка, используй квадрат Декарта.Разграничь дела четыре части.

1 Срочные, важные. Только удостоверься, что это так, и запускай просителей в святая святых – кабинет босса.

2 Срочные, но неважные – делегируй другим людям. В другой кабинет посылай.

3.Важные, но несрочные – письменно принимай заявление, но до тела не допускай.

4 Несрочные и неважные. – только письменно и только другим людям.

Но если я спрошу строго и прямо, все дружно скажут– срочные и важные. Здесь другой подход нужен. И тут мне пришла ещё одна хорошая мысль, как совместить профессиональную деятельность с личной жизненно необходимой.

Я тяжело вздохнула, в кои веки жаба моя внутренняя проснулась и квакнула. Ничего не поделаешь, милая. Где мой честно заработанный аванс? Пойду до лавок быстренько сбе́гаю.

Написала записку и положила на стол. На ней большими буквами было написано« Ушла по делам. Буду через 15 минут».

Посетители с уважением прочитали и кивнули, а я побежала отовариваться.

Глава 19

Значит, что мне нужно? Печеньки, сушки– вкусненько, дёшево, но душевно.

На площади с другой стороны от ратуши выстроились строем лавки. Вон на одной крендель висит. Туда.

Человека три в очереди стоят, похоже, не только отовариваться пришли, а ещё и потрындеть. Понимаю и не осуждаю, но у меня же служба, поэтому принимаю важный озабоченный вид. Марширую до продавщицы и объявляю:

– Дамы, я новый ординарец коменданта. Временный, правда. Не будете ли вы против, если отоварюсь первая? Очень спешу. Если придёте на приём, вас же вкусняшками этими буду угощать. Распоряжение коменданта.

Дамы, вначале насупившиеся и готовые встать грудью на защиту прилавка, после последних слов милостиво кивнули.

– А куда старый ординарец исчез? – ещё нейтрально к моей персоне поинтересовалась одна в шляпке.

То, что произошло потом, намертво расположило меня к местной тусовке. Я чуть наклонилась и заговорщически сообщила:

– Сбежал.

Глаза у девушек раскрылись, и они подались ко мне.

– От кого?

– Мама приехала с невестой, хотела сыночка в добрые руки пристроить, а он, неблагодарный, не оценил порыв материнской души.

– Ну надо же, – закудахтали покупательницы. – Вот они какие, драконы. Не хотят жениться, а девушкам, приличным куда голову приложить?

Тут я нащупала золотую жилу и многозначительно сказала:

– Абсолютно с вами согласна и с удовольствием ещё с вами обсудила бы как помочь с решением с демографического вопроса посредством браков, но надо бежать. Приходите ко мне на чаек в приёмную. Меня Татьяна зовут.

Дамы кивнули. Тут я вспомнила про этот самый чаек.

– Совсем забыла спросить, а где у вас здесь чайники с чашками купить можно? Да и чай не помешало бы тоже приобрести.

Дамы замахали руками вправо:

– Всё там. И чашки, и сахар, и чай, и даже чайник на магическом кристалле выберете.

– Спасибо большое. И жду вас у себя. Я сама не местная, ну вы, наверное, и по одежде это поняли. Сверху меня прислали с тайным заданием, но пришлось вот помочь, ординарцем поработать. Я бы вас угостила вкусностями, поговорили бы о том о сём.

В итоге с двумя пакетами печенек, расставшись с местными кумушками – лучшими подругами, я отправилась за остальным.

Первый камешек в копилку брачного агентства положен. А ещё в пакете сверху лежала большая конфета для Санни. Я не знаю, для чего ей купила её. Спонтанное решение. И, может, я сама её съем. Вот передумаю и сама сожру. С жабой моей. Должна же я порадовать моё земноводное.

Обратно в офис насилу дотащила пакеты. И стала разбирать. Нельзя ходить в магазин голодным, и мне, когда я работаю в унылых условиях. И люди такие же сидят озабоченные, хмурые.

Я купила на энную, совсем немаленькую сумму ещё салфеточки кружевные, вазочку, миску глубокую для печенья, сахарницу, ложки, поднос и не понимаю для чего картинку с видом на море. Нет, я люблю море, поэтому и купила. Сюда зачем? Жаба укоризненно квакнула.

Ну просто так. Для красоты. Надо гвоздиком разжиться и повесить . Вот прямо напротив. На стене. А пока поставила на окно вазочку. В чайник воды сбе́гала в конце коридора из фонтанчика налила. Здесь даже туалетная комната имелась, где можно было чашки мыть, ну и другие дела сделать.

Дождавшись момента, когда поток решил дать возможность выдохнуть и последний посетитель скрылся в кабинете коменданта, я оттащила два стула в коридор. А оставшиеся подтащила к моему столу и поставила друг напротив друга.

Во-первых, за ним будет удобно чай пить. Во-вторых, заявления писать. Ну и в-третьих, общаться с посетителями за жизнь и про потенциальных невест узнавать. Для этого я по-дружески могу сесть рядом с чашечкой и вести задушевную беседу.

Так, ещё миску с печеньем на краешек стола приглашающе. Листы чистые стопку и ручку. Прекрасно. Понюхала печенье. Вкусно, конечно, но дороговато. Хоть самой пеки и на работу таскай. Стоп. Вот я дурочка с переулочка. Жаба, а ты чего молчала? Я спокойно могла печенье из замковых продуктов напечь. Ладно. Что сделано, то сделано.

Вышел последний посетитель, и я, как прилежный ординарец погрузила на поднос чашку с чаем, поставила сахарницу, наполненную жёлтыми кубиками, и дополнила натюрморт миской с печеньем.

– Можно к вам? – постучала я.

– Заходи, – донёсся до меня усталый голос моего фиктивного жениха.

Я открыла дверь, впорхнула к нему.

Он удивлённо воззрился на мои руки и недоумённо округлил глаза.

– Чай с печеньем, восстановить силы.

– Вы где его взяли?

– Купила, где ещё. Прекрасно понимаю, что если вы сейчас не подкрепитесь, список женихов мне не видать как своих ушей. Так что, пожалуйста, пейте, не спеша, глоточками маленькими и диктуйте потенциальных клиентов моего агентства, – я метнулась за листком и ручкой. Села и приготовилась внимать.