Текст книги "Кому дракона с крыльями и замком? (СИ)"

Автор книги: Елена Саттэр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 39

Татьяна.

Он улетел, но обещал вернуться. Санни смотрела на меня с таким хитрым любопытством и жмурилась, как довольный котёнок. А я пошаталась по приёмной с глупой улыбкой, отвечая, что-то невпопад.

И понимала я, что всё это не имеет будущего, потому что место в цветочном горшке только на одного предусмотрено, а не на троих. Всё я понимала, а сделать ничего не могла с собой. Растеклась я под тёплым солнышком, лужицей растаявшего мороженого. Хотелось петь, кружиться и скакать на одной ножке.

– Санни, ну если я никуда не уезжаю, тогда мой сундук на колёсах надо назад в замок отвезти – это раз. Второе, если ты теперь на моём полном попечении, хочу предложить тебе сегодня вечером отправиться заниматься со мной взрослыми делами. Насчёт помогать – не знаю, но присутствовать точно можно. Куклу можем взять с шитьём. Как ты на это смотришь?

Ребёнок был готов идти навстречу приключениям хоть своим ходом, хоть с куклой, хоть без куклы.

Метнулись мы с ней домой. Потом забрали пироги и отправились в наше центральное ПГУ. Народу пришло на человек двадцать больше. Подубрались теперь ещё и в кухонной зоне. Торжественно показали пальцем новоприбывшим на свободные кровати и комнату рядом. Те сразу же положили на них: кто подушечку, кто полотенчико. Заняли, в общем, как шезлонги с утра у бассейна. Весело съели мои пироги.

Я всё любовалась на первую парочку. Ох, свезло мне. Было бы с другими также быстро всё. А если будет больше пар? Может, мне накинут срок пребывания здесь? На годик, другой. Я согласная.

Санни тоже была здесь счастлива. Увидев, что я пришла не одна, а с ребёнком, одна из местных побежала домой и привела девочку примерно того же возраста. Гуля её звали. Она тоже куклу притащила. И всё, девочкам стало не до нас. Они уселись на кровать и погрузились со своими принцессами в сказочный мир. Практически насильно пришлось к столу вести, чтоб пирогом накормить.

– Таня, а можно мне завтра к Гуле пойти в гости или в убежище её пригласить поиграть? Мы решили и её кукле платье сшить. А ещё у неё подружки есть, а она меня хотела бы им представить. Гуля сказала, что у них в выходные приём будет дневной, и там девочки эти будут. А можно мы с тобой туда пойдём? А платье моё новое уже будет готово?

Из Санни поток слов прямо лился, и я со смехом только успевала отвечать. Вот только у меня с нарядами был полный швах.

– Платье-то, конечно, вариант хороший, маленькая леди, но оно больше торжественно-вечернее. Давай внимательно в твоём гардеробе осмотримся. У тебя там случайно белого или голубого мундира не завалялось?

Санни быстро закивала.

– Есть, они в самом конце висят.

– Прекрасно. Давай мы к ним заказ на юбки сделаем. Из того же материала, и придём в похожих мундирах. Будем с тобой стиль задавать местному обществу. Мы же с тобой самые главные в этом городе после папы.

У Санни загорелись глаза при словах о небольшом обновлении её гардероба. Да и мне тоже, что уж говорить, эта идея очень понравилась. Девочки, мы – такие девочки. У меня и так было настроение хорошее сейчас, а тут вообще просто выплеснулось. Я притянула к себе девочку, обняла её крепко и чмокнула в затылок, вот как Серж тогда в приёмной. Санни прижалась ко мне всем телом, так мы и ехали. И нам было так уютно.

На фиг мне  море. Кактусом в комнату к Санни хочу. Да.

Возвратились мы уже довольно поздно, небо было сплошь покрыто звёздами. Решили посидеть чуть-чуть на скамейке и половить падающие звёзды на желание.

– Санни, ты сформулируй желание и успевай его про себя сказать, пока она летит.

В итоге сидим выискиваем, потом видим – летит и кричим хором, пальцем показывая:

– Вот она, загадывай!

Потом переглядываемся и спрашиваем друг друга:

– Успела?

Хохочем, мотаем головами и снова звезду ловить. Умаялись за этой охотой за желаниями.

Потом уложила Санни в кровать. Меня обняли за шею напоследок. Крепко-крепко. И прошептали:

– Ты же не уйдёшь?

А я только вздохнула тяжело и сказала:

– Ближайшее время – точно нет.

Вышла и думаю:

– Спать или как?

Решила – или как. Пошла на эту скамейку посидеть и подумать. Уже не про себя, Санни и Сержа. Нет. Уже про задание. Затаилась у меня крамольная мысль, вдруг, если я перевыполню норму и меня за это похвалят, да может, не побоюсь этого слова, и наградят. А для этого надо постараться, и очень. Народ здесь, конечно, доброжелательный живёт, но уж очень тяжёлый на подъём. Да ещё я Максимилиану обещала помочь с убежищами, а слово, данное кому-нибудь, надо держать, иначе тебе такая же ответочка прилетит.

И, судя по первой и единственной сложившейся паре, задумка с субботниками сработала. Теперь её надо приумножить, но как. Сидела перебирала в памяти день, стараясь не вспоминать поцелуй, от этих воспоминаний мысли плясать начинали не в ту сторону, как облака на юг осенью. Так, этот момент обходим по краешку. Но как томительно-то было.

«Таня! Я кому сказала, не думай! Иначе этот поцелуй первым и последним будет».

Почему-то после этой мысли организм собрался и голова заработала прямо.

Что мне сказал тогда Серж? Что он возлагает на меня свои полномочия, пока их нет. Так? Да. Значит, я страшный человек, получается, в этом городе, исполняющий обязанности коменданта. А это что?

Значит, мне подчиняются все структуры нашего города. Раз.

Я могу выпускать от своего имени приказы. Два.

И наказывать, и штрафовать за их невыполнение. Три.

В голове стало что-то вырисовываться. Это про мои возможности воздействовать на непослушных.

Теперь про женихов. Насколько я поняла, все драконы являются военнообязанными и подлежат мобилизации в военное время, то бишь когда гаргульи косяком на нас пойдут. А до этого голов пять, как минимум, мирно пасутся на лужайке перед своими замками. И вот этих товарищей надо взять в оборот моими цепкими маленькими ручками. Маловато, конечно, но и то хлеб. По расширению оборотов моего тайного брачного агентства я подумаю позже.

Ох, какое здесь население тугоплавкое. Ладно. Справлюсь. Иногда на свадьбах, когда прямо ведущей работала, и не таких на танцы и конкурсы поднимала. У меня потом вся свадьба под Oppa Gangnam Style выплясывала. Даже столетние такие коленца отбрасывали.

Хихикнула, представив, как резвятся драконы и местные под эту музыку .

Ладно, план в голове сложился. Только бы вместо себя в приёмную посадить, пока я город «строить» буду в постойке смирно? Ха, Максимилиана. И только пусть попробует у меня поспать.

Глава 40

Будильник в лице худенькой черноволосой девочки с острыми коленками сработал как положено, за полчаса до подъёма. Что смешно. Со всей этой суматохой я совершенно выкинула из головы мой телефон. Я его использовала только в качестве часов.

Сегодня дотянувшись до него через юркнувшую ко мне под одеяло девочку с холодными ногами, обнаружила, а заряда там практически и не уходит. Волшебство, однако.

На сотовом у меня было много фотографий, и я с Санни ещё полежали, порассматривали кучу фотоприветов с моей прошлой жизни. Я любила снимать занимательные видео, а не просто: «А это мои ноги в Баренцевом море. А здесь у меня славный маникюр».

А потом, когда пришло время подниматься, сказала цыплёнку:

– Значит так, дамочка. Сегодня никаких фривольных причёсок. Обе в чёрных мундирах, удобной обуви и со строгими кичками на голове. Сегодня мы, Санни, будем включать власть. Не забудь тоже хмурить брови. Совсем местные граждане расслабились. Будем вырабатывать командный голос. Согласна?

Девочка счастливо кивнула. Интересно, если бы я предложила ей казематы на проживания там испытывать, тоже бы с радостью такой согласилась? Вздохнула. Наверное, бы да. Чмокнула котёнка в кончик носа и скомандовала:

– Рота, подъём. Нас ждут великие дела.

На завтраке мы, как два удава, заглотили кашу и, довольно осмотрев друг друга в строгих одеяниях, торжественно кивнули и, взявшись за руку, сели в экипаж.

– Первое, что мы с тобой сделаем, это до нашего главного по убежищам доедем. И обрадуем его.

Максимилиан проживал недалеко от ратуши, ещё когда он в первый раз показывал мне несчастное ПГУ №1, проходя мимо невзрачного с виду домишки, ткнул в него пальцем:

– Здесь я живу, если что.

Главный по подземным тарелочкам уже вовсю занимался зарядкой во дворе, ну сколько позволяла его израненная нога, естественно.

– Доброго утречка и физкульт-привет, – помахали мы с Саньком из окошка. – Дело есть на большое количество денег. Тех, что пойдут целенаправленно на новые матрасы, посуду и всё остальное для вашего подведомственного хозяйства.

На лице отставного военного промелькнул интерес, и буквально через минуту он предстал перед нами, готовый к трудовым свершениям. Вот что значит военное прошлое. Ничего, у меня город скоро также по свистку, точнее, под звуками сирены приходить в полную боеготовность.

На свадьбе одной флешмоб организовывала. Сюрпрайз жениху с невестой от гостей, а их там было ни много ни мало, а под тысячу. Свёкор был очень уважаемый человек, с большими возможностями и наличностью. И ничего, через месяц дрессировки у меня всё взрослое население от 18 до 80 начинали степ выдавать не хуже, чем в Riverdance.

– Максимилиан, – уже в экипаже стала его вводить в курс дела. – Ваша задача – сидеть вместо меня в приёмной на боевом дежурстве, пока мы с Санни вам деньги будем зарабатывать. Просто скрупулёзно записывайте, кто приходил, по какому вопросу. Если непросто поболтать, пусть заявления пишут, вечером мне отдавать будете.

– На сколько вы меня ангажируете? – поинтересовался мужчина.

Я задумалась:

– Неделя точно. А там, как масть ляжет. Вечерами будем подскакивать с Санни и разбирать заявления.

– Ну, если это для дела, то всегда готов.

– Отлично.

Я посадила Максимилиана за стол. Вручила ему стопку бумаги и ручки. Пробежалась по ратушным и предупредила о новом ординарце, а потом села писать приказ, коий потом и озвучила всему городу через громкую связь.

– Слушайте меня, жители города, и не говорите, что не слышали. С вами говорит исполняющий обязанности коменданта и ординарец в одном лице Татьяна. Комендант, улетая на боевое дежурство, передал мне все полномочия. Теперь я казню и милую. Мой первый приказ таков.

Сбегала до окна и выглянула вместе с Санни. Народ на площади остановился и внимал. Это хорошо.

– Значит так, – продолжила я, – в связи с напряжённой обстановкой, связанной с возможным вылетом роя, в городе периодически будут включаться учебные тревоги. Местное население при звуках сирены должно организованно прибыть в предписанные по адресу ПГУ. Те, что не могут покинуть дома из-за домашних животных, должны спуститься в приготовленные по такому случаю домашние убежища. Время, дающееся на эвакуацию, – тридцать минут. Выходить будет можно опять же только после отбоя тревоги.

(Это меня просветил Максимилиан. Время долета до города первых замеченных часовыми гаргулий – минут сорок.)

– Все жители, не выполнившие данный приказ, будут подвергнуты штрафу – серебряная монета с человека.

Не могу сказать, что это было много, но и немало.

Опять бросила громкоговоритель на стол, и мы стали отслеживать реакцию слушающих. Переглянулись с Санни хмуро. Не понравилась она нам. Снисходительные улыбки и скептические покачивания головой. Типа «чем бы дитя ни тешилось – лишь бы не плакало». Ах вы непослушные! Ну я вам покажу.

– До внесения штрафа люди будут отправлены под арест. На сим прощаюсь.

Потом повернулась к дочке коменданта:

– Ну что, радость моя, поехали гарнизон в ружье поднимать.

Взяла в руки приказ коменданта о назначении и потом оглянулась.

– Санни, нам нужен ящик для будущих субсидий в фонд восстановления убежищ. Только сейчас осознала, что их будет много. Предложения есть у тебя?

– Твой сундук розовый на колёсах.

Я посмотрела на девочку изумлённым взглядом:

– Санек, да ты стратег прирождённый. Точно. Поехали за ним. А потом в гарнизон.

Так и сделали.

Загрузили мой чемодан в экипаж и направились в гарнизон.

Командующий встретил вначале меня скептически, но когда я сунула ему под нос приказ Сержа с подписью и печатью, понял, что всё это не глупый розыгрыш.

– Значит так. Здесь остаются только часовые, остальные переводятся на боевое дежурство по городу. Драконы вон уже, считай, перешли, чем вы лучше их?

– Надолго, госпожа Татьяна?

– Пока в нормативы не будут укладываться.

Я реально закусила узду. Нет, ну надо же – улыбаются они снисходительно. Но солдат тоже надо будет поощрить. Сейчас они будут у меня выполнять роль полицейских.

– А сколько у вас оклады?

– В зависимости от звания.

После оглашения сумм я прикинула, что точно смогу премировать их из штрафной суммы.

– Значит так. По окончании работ все будут премированы соизмеримо заработной плате каждого. Какой суммой – пойму завтра с утра и сразу же выпишу приказ.

Эта новость заставила командующего вытянуться в струнку.

– Гарнизон в вашем полном распоряжении, госпожа Татьяна.

Я кивнула благосклонно:

– Тогда так. Слушайте план действий. Карта города имеется?

– А как же.

– Зовите ваших замов. Сейчас буду вводить в курс дела.

Когда прибыли младшие офицеры, меня представили, причём  таким тоном, что всем стало понятно, что всё очень серьёзно. Прониклись, подобрались, стали слушать с большим вниманием.

– Значит так, – я стала тыкать пальцами в чёрные квадратики. – Вот в этих местах находятся гаргульиубежища, проще говоря, ПГУ.

Все кивнули.

– Весь свободный от дежурства личный состав делится на 11 отрядов и распределяется по ПГУшкам. Перед началом учебной тревоги. За десять минут до. Двери распахиваются и держатся открытыми ровно… – я задумалась. Шут с ними, дам им для первого раза час. – Ровно через шестьдесят минут двери закрываются на замок и начинается обход территории, прикреплённой к данному убежищу. Все пойманные вне ПГУ задерживаются, им суётся под нос приказ, сейчас напишу, а потом на них возлагается штраф в размере одной серебряной монеты. Выписывается квитанция. Заготовьте сразу. И предупреждаю, не одну и не две, а 500. Потому как почему-то я уверена в расхлябанности и беспечности наших сограждан. По городу между ПГУ будет курсировать экипаж с розовым сундуком. Штраф ссыпать туда. Кстати, выделить на всякий случай двух солдат зверской наружности для охраны экипажа.

Далее. Тех, кто заплатит, отправлять в предписанное ПГУ. А тех, кто откажется или на этот момент будет без денег, отправлять в тюрьму.

– Так, там камер немного, – попробовал мяукнуть один из младших офицеров.

– Набивайте, как кильку в бочку, чтоб неповадно было. Пусть сидят в стеснённых условиях, пока их оттуда не выкупят родственники. Послабление и предупреждение только людям с детьми, старикам и за ними смотрящим, но в лице одного на немощного или маленького.

Это предписание действовать будет только на сегодня и завтра. Потом с утра встретимся и будем составлять новое.

– А одиннадцатый отряд? – поинтересовался командующий. – ПГУушек же десять.

– О, а одиннадцатый вместе с вами перейдёт под моё личное управление. С ним будем ходить адресно. Даже не ходить. Верхом всех посадить, иначе ноги до ушей сотрём. – Я потёрла довольно руки. На этот личный состав у меня были уже свои виды.

Не хотите, говорите, драконы благоверую искать – значит под нос подсунем. По закону военного времени.

И хорошо, что я в своё время выучилась верховой езде. Опять же благодаря одной свадьбе. Там у меня владелец конюшни женился.

– Все всё поняли? – оглядела я высший командный состав. Все кивнули. – Для ревности выполнения службы скажу. Все трудодни будут оплачиваться в двойном размере.

В глазах появилось рвение прямо сразу броситься в бой.

– Ну что ж, господа, до часа Ч. Хорошей охоты на легкомысленных и беспечных сограждан, которые своей нерадивостью могут в будущем сработать на наших кровных врагов. Не допустим этого!

– Хорошей охоты! – хором поддержали мой порыв для поднятия своего благосостояния и дисциплины в городе офицеры.

Я ещё потом сидела и приказы писала. Ровно одиннадцать штук, а офицеры бланки квитанций о штрафе загатавливали. Чтоб только фамилию вставить.

Потом с Санни опробовали лошадь, на которой вдвоём поедем. Девочку ещё не учили ездить верхом. Ну не беда, со мной посидит.

Глава 41

– Таня, ты такая… – прошептала мне уже в экипаже с восторженно горящими глазами Санни.

– Какая? – я погладила её по голове.

– Такая строгая и умная, и тебя все слушаются.

– Знаешь почему?

– Почему? – ко мне перебрались на колени и серьёзно уставились чёрными глазёнками.

– Потому что я уверена в себе и в том, что делаю. Я правда считаю, что люди слишком расслабились. А так нельзя. Посмотри на папу. Он же не просто так над горами носится. Не ради собственного удовольствия.

Наведалась я и в тюрьму. Помахав приказом, рекомендовала всех заключённых запихнуть в одну камеру и приготовиться к приёму новых арестованных. Приличных, просто по незрелости ума попадающих в неприятные для них условия проживания.

Уже в ратуше я по громкоговорителю нудно огласила список улиц по каждому ПГУ. И опять призывала к совести и вещала, что приказы надо будет выполнять в точности, а не "на отвяжись", иначе это ударит неприятно по карману. В окно уже не выглядывала.

В 14:30 одиннадцатый отряд во главе с командующим прибыл к ратуше. Я собрала всех сослуживцев и строго предупредила, что вот они должны чётко выполнять приказы, показывая своим примером гражданам, как действовать в опасной обстановке. Кивнула на командующего, стоя́щего рядом:

– Вот этот офицер будет контролировать выполнение предписаний и штрафовать в случае неисполнения.

Ратушных моих проняло. Поняли, что я не просто пугательством тут решила заняться, а конкретно повышением дисциплины. Быстренько проверили, куда им следует бежать.

Город у нас был небольшой, за час с одной окраины до другой можно дойти. Поэтому при реальной опасности можно за полчаса реально добежать до своего убежища. Но предусмотреть, что в не свое люди тоже могут заселиться. Хм. Обговорю этот момент с Максимилианом. Дополнительные десять матрасов надо приготовить в каждой ПГУшке.

В 15:00 завыла тревога. И я противным голосом объявила об учебной тревоге. Конный отряд расположился на площади, а мы с командующим, Максимилианом и Санни в приёмной. Я слышала дробные шаги моих сослуживцев, которые с серьёзными лицами отправились в убежища. Санни рисовала портреты военных. Те позировали. А я опять и опять пересматривала списки женихов драконов.

Даже в отдалённых замках сирена и громкоговоритель были слышны. И, как мне объяснил Максимилиан раньше, мои крылатые друзья должны встать на крыло и лететь на защиту города. И вот тут я хотела внести маленькие коррективы. Предположим, у дракона в это время крыло болит. Ну, ревматизм замучил, а он же военнообязанный. Нельзя ему даже при такой болячке прятаться у себя в замковом убежище. Будь добр, беги в предписанное мной ПГУ и следи за эвакуацией людей и прикрывай на худой конец последних. Потом залезаешь с ними и закрываешь дверь за собой. Конечно, это шито было белыми нитками и больше было похоже на моё самодурство, но как мне иначе запихнуть драконов к невестам?

Поэтому отрабатываем вариант раненых драконов, типа на всякий случай. А вот при боевой тревоге и при нормальном здравии милости прошу в бой вступать.

Вздохнула. Да, здесь у меня было самое тонкое место. Главное, чтоб не послали. Поэтому и командующего гарнизона к себе забрала.

Напишу, пока время есть, и на это дело распоряжение.

– Жаба, мы с тобой канцелярскими крысами заделались.

Мой зверь соглашательно квакнул. Сыто квакнул, потому как я успела сбегать в таверну и покормить и Санни, и себя. Война войной, а обед по расписанию.

Глянула на часы. Поднялась.

– Ну что, господа, приступим к розовому террору. Жители ещё не в курсе, кого им небо послало в качестве казни египетской.

Кивнула Максимилиану и вышла из ратуши. Конный отряд уже ждал в сёдлах. Забрались с Санни и мы.

– Вперёд, господа. Нас ждут великие дела.

В городе стоял хаос и броуновское движение. Растерянных, непослушных граждан то тут, то там уводили в тюрьмы, штрафовали. Кто-то молча платил, кто-то сопротивлялся и пробовал убежать.

Бесполезно. Солдаты, узнав, что им двойные выплаты за этот выход полагаются, старались не за страх, а за совесть. Буйных нарушителей приказов скручивали и впаивали ещё дополнительно штраф за сопротивление и неуважение к властям. Резвились, так сказать, не на шутку, а то вообще народ перестал ценить их службу.

Встретился и скакавший галопом между ПГУшками наш экипаж с охраной.

– Госпожа Татьяна, госпожа Татьяна, – заголосили новоиспечённые казначеи, – боимся, место в вашем сундуке закончится скоро. Что делать?

– Свалите в кабинете коменданта на пол и за новой порцией.

– Будет исполнено.

Командующий с уважением глянул на меня:

– А куда всю наличность девать будете?

– На восстановление убежищ пойдёт. В них десятки лет ни монетки не вкладывали. Разруха полная и грязь. А на субботник только с десяток горожан по первости явилось. Вот заразы, те, что проигнорировали, пусть в грязи запертыми посидят.

Прискакали к первому замку. Дракон был дома и даже не в своей личной ПГУ. Мстительно содрала с него серебряную монету, вручила приказ и под конвоем отвели к приписанному для него городскому убежищу. Втолкнули его внутрь и заперли за ним дверь. То же самое сделали и с остальными. Когда последний дракон был пойман и отправлен на знакомство с потенциальными невестами, выдохнули. В ратуше куча больших, тяжёлых монет порадовала нас своим наличием. Больше всего радовался Максимилиан, которому я объявила, что за вычетом зарплаты гарнизона деньги отдаются ему на закупку всего необходимого. Старый вояка чуть не прослезился. Мы попили чаек, а потом я скомандовала отбой учебной тревоги.

Местные в итоге часа три просидели среди мышиных какашек, ну, кроме тех, что были самые самоорганизованные и пришедшие в первый раз на субботник. Мы с Санни с любопытством, высунувшись из экипажа, наблюдали за лицами разбредающихся по домам жителей. Раздосадованные, растерянные, недоумённые. Типа: «какого гаргула это всё понадобилось?»

Такого. Думаете, это была разовая акция? Ошибаетесь, дорогие.

Вечером ужинали с Санни одни. Даже себе мяса потушили. Засиживаться не стали, сразу спать ушли. После сказок, конечно. Девочка уснула на середине первой. Тяжёлый у нас был день. А утром на завтрак выползла злющая мама Рина.