Текст книги "Ах, как же нам украсть бриллиант? или Академия общей магии (СИ)"

Автор книги: Елена Помазуева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Ах, как же нам украсть бриллиант? или Академия общей магии

Глава 1

– Рита, ты все допила. Плеснуть? – раздался голос Ксюхи сквозь табачный туман кабака, в котором я отмечала свое достойное окончание Академии общей магии. Вернее, закончила обучение три года назад, но других поводов собраться не нашлось. Потому вспомнилась достойная дата, после которой меня занесло в это захолустье.

– Давай, – угрюмо согласилась на ее предложение и подвинула граненый стакан, выполняющий в кабаке роль рюмок, стопок, фужеров и чашек для чая.

Отхлебнув алкогольной бурды, я в очередной раз выпала в воспоминания трехлетней давности. Снова, как вживую, увидела яркие карие выразительные глаза Демона и его шепот:

– Ритка, сумасшедшая!

А я целовала, запрыгнув к нему на руки, обхватив ногами. Выпускники орали, подначивая:

– Давай, Ритка! Три, четыре, пять!

Они долго считали, пока мы целовались на вечере выпускников Академии общей магии. Подбили подружки меня на подвиг, предварительно плеснув в коктейль с соком крепкого алкоголя. Меня развезло, а они подначивают:

– Слабо Демона поцеловать?

– Это кому слабо⁈' – заорала в ответ, окосевшая от впервые выпитого алкоголя.

Приняв для храбрости, выразилась Светка, еще «рюмочку» – стакан сока с крепким алкоголем, я с разбегу взлетела на Демона, честно предупредив:

– Сейчас буду целовать!

Демон, предмет обожания девчонок и некоторых преподавательниц Академии общей магии, после конфуза повел себя благородно. Весь вечер мою охмелевшую тушку отпаивал и подкармливал, стараясь привести в чувство.

– Рит, плеснуть? – вырвал из воспоминаний голос Ксюхи.

– Угу, – сунула ей пустой стакан. Девчонка налила до краев и покачала головой.

Демон целовал меня во время фейерверка над зданием академии. Потом забрал к себе в квартиру, а потом… Лучше не вспоминать, что случилось потом.

– Ксюш, плесни! – пододвинула подруге полупустой бокал, и та с сомнением налила.

– Но учти, последний, – предупредила она.

– Посмотрим, – буркнула в ответ.

Конечно, у меня был парень. В двадцать два года ни с кем не встречаться в Академии не принято. Артемка из ботаников, куда послала туда уйдет и с букетиком вернется. Тяжело мне с ним пришлось. Ни поспорить, ни бросить. Но перед выпускным решилась расстаться. Подумалось, по распределению уеду, не хочу заставлять парня страдать.

И вдруг Демон во время выпускного. Он и раньше в эротических снах снился, и наконец сбылась мечта идиотки. Я, Демон и… И хватит.

– Хватит, – раздался рядом мужской голос. Подняла на говорившего расфокусированный взгляд.

– Сгинь, глюк, – приказала парню.

– Сатурну больше не наливать, – улыбнулся глюк.

– Правильно, Сатурну не надо. Ксюш, плесни! – повернулась к подружке и ее близнецу. Они мне делали подозрительные знаки. – Что ты машешь? Плесни, говорю! – подруга с сестрой близняшкой замерла на месте.

Сделав простенький пас, и прочитав бытовое заклинание, заставила пойло из графина плеснуться в стакан, лихим жестом опрокинула в себя. Поперхнулась и закашлялась.

– Глюк, отвали! – отмахнулась от протянутой руки Демона, который пытался постучать меня по спине.

– Я не глюк, – просветил он.

– Значит, фантом. Щас развею, – поставила его в известность.

Демон пытался остановить меня, но был опрокинут ударной волной и припечатан о стенку табакерки. Как-то слабенько я его приложила, фантом рассеиваться отказывался. Встала на ноги, хотя получилось плохо. Кажется, треклятую табакерку черти шатают, не иначе на стороне Демона-фантома. Сделала пасс, собрала огненные искры из окружающей магии в удар, и прямой наводкой послала в недобитка. Дальше плохо помню, кажется, что-то падало, может быть я.

Утро с похмелья это я вам скажу что-то. Какую гадость подают в табакерке представить страшно. Болела голова, желудок срочно просился избавиться от отравы. Вскочив на ноги и попытавшись сориентироваться, где находится туалет, влетела в ванную. Оторопело замерла на месте. Передо мной во всей обнаженной мужской красоте стоял Демон. Что в конец отвратительно, он ополаскивался под душем, а с него эротично сползала пена. От представшей картины желудок замер солидарно со мной, решив погодить с выдачей отравы наружу.

– ТЫ? – все-таки выдохнула я, когда Демон повернулся и радостно улыбнулся.

– Ритка, привет, – поздоровался парень, нисколько не смущаясь наготы.

– Ты что делаешь в моем доме? – возмутилась его присутствию.

– Вообще-то, это мой дом. Точнее номер в гостинице. После вчерашнего выступления, тебя домой отправлять было опасно, – Демон выключил воду и стал не менее эротично вытираться полотенцем.

– А что я натворила? – удивилась его заявлению.

– Нечего не помнишь? – сочувственно спросил Демон, оборачивая бедра в полотенце, хотя мог ничего не прятать, я успела налюбоваться.

– Ну почему? – напрягла извилины. – Табакерку помню, Ксюху помню. Пили мы.

– Верно, – усмехнулся Демон.

Что он понимает? Был у меня повод напиться, а какой, не его дело.

– Потом глюк появился, – задумчиво протянула, силясь вспомнить.

– Ты меня за глюка приняла. Искал тебя и нашел… Как говоришь? Табакерке? Начала меня развеивать, но на не успокоилась и магией пыталась добить. – Помолчал, потом добавил, – Табакерку не скоро отремонтируют. Все сгорело, и магический фон зашкаливает.

– Это я натворила? – понимаю, вопрос глупый, но уточнить надо.

– Ты. Когда огненную магию собрала, щит пришлось ставить. Отрекошетило так, что будь здоров! В общем, оба постарались.

Пока находилась в шоке, желудок вспомнил о забытом желании пройтись до туалета. Подскочила и побежала в сторону ванной, прикрывая рот рукой. Унитаз я нашла. Пока нежно с ним общалась, почувствовала руки Демона на обнаженных плечах. Стоп! Почему они у меня голые? Посмотрела на себя. Мама дорогая! Я в одном белье шастаю.

– Демон, где моя одежда? – старалась не дышать в его сторону.

– В комнате. Выпей, потом в душ, и я тебя полечу. Одежду почистили, – спокойно сказал парень и вышел.

В отваре почувствовала запах магии Демона. Некоторое время размышляла над чашкой. Целительский, наверное. Вряд ли приворот. Пожав плечами, стала пить маленькими глоточками. Отвар, попадая в желудок, давал спокойствие. Можно смело идти в душ.

Настроение под горячей водой заметно улучшалось, внутренности успокаивались. Модный мотивчик сам стал напеваться под веселые струйки воды.

– Красивая ты, Ритка! – раздался голос Демона.

– Сгинь! – кинула в него мочалку.

Он хохотнул и вышел, осторожно прикрыв дверь.

В комнате Демона не оказалось. Можно спокойно одеться, а не прятаться в ванной. Когда привела себя в порядок, демон появился в дверях, неся на крохотном подносе две чашечки ароматного кофе.

– Ложись, я подлечу тебя, – ставя поднос на стол, кивнул в сторону кровати Демон.

– Еще чего, – фыркнула на него.

– Не спорь. Удивительной отравы вчера наглоталась, – осуждающе покачал головой он. – По какому поводу?

– Отмечали, – буркнула ему, но к кровати отправилась.

Головная боль пока не прошла.

– Что можно отмечать, выпивая откровенную гадость? – искренне удивился Демон.

– Три года назад АОМ закончила, – отвечая, на него не смотрела. Выпускной у меня всегда с нашей ночью ассоциировался. – Ты, кстати, тоже.

– Чем тебе академия насолила, если ты решила отравиться? – улыбнулся Демон, не вспомнив ничего о выпускном.

– Ты видел, где я сейчас работаю? – парень кивнул. – Тогда зачем спрашиваешь?

Демон держал пальцы на моих висках, то надавливая, то отпуская. Магические импульсы я хорошо чувствовала, они проходили внутрь и снимали болевые ощущения. Лучший студент академии.

– Как тебя занесло в нашу дыру? – спросила я, дуя на горячий кофе, любезно подогретый магией.

– Тебя искал, – просто ответил Демон.

– Нашел. Что дальше? – ни в жизнь не поверю, будто у него любовь ко мне взыграла.

– Тебе деньги нужны? – задал вопрос он.

– Купить меня хочешь? – усмехнулась его вопросу. – Ты знаешь, я не продаюсь.

– Работу хотел предложить, – улыбнулся красавец.

– В твоем гареме? – спросила с ехидцей.

– Нет, в чужом, – хохотнул он.

– Не интересует, – спокойно отказалась, жмурясь от приятного вкуса кофе.

– Ритка, нужно кое-что забрать у владельца гарема, – улыбка не сходила с пленительных губ парня.

– Предложи цену, может, продаст, – меня его развлечения не интересовали.

– Это не женщина. И сразу скажу не мужчина, чтобы избежать ненужных шуточек с твоей стороны. Это бриллиант, – Демон сделал паузу, оценивая эффект, произведенный на меня.

– Хочешь украсть бриллиант? – удивилась я.

Странно. Демон наследник огромного состояния, да и своих денег у него не меньше.

– С твоей помощью. Бриллиант Аграши находится в гареме султана Факайри. Пройти внутрь может только женщина. Ты единственная кому я доверяю. Плачу наличными сто тысяч, – Демон замолчал.

Голова отупела от его слов, лучше бы не трезвела.

– Зачем он тебе, если готов заплатить сто тысяч? – задала прямой вопрос.

Ответ не удалось услышать, потому что в дверь постучали. Демон пошел открывать, а я уставилась задумчиво в окно.

– Добрый день, Старикова, – произнес знакомый голос.

– Здравствуйте, Мирослав Владимирович, – автоматически поздоровалась я и встала из кресла, но сообразив, что нахожусь не на уроке, повернулась к вошедшему.

В дверях стоял кошмар моих лет учебы в Академии общей магии Одинцов Мирослав Владимирович. Ректор. В ужасе поняла, если снова его вижу, значит у меня неприятности. Я опустилась в кресло в ожидании нагоняя.

– Мирослав Владимирович, я академию три года назад закончила, – решила, что лучшая защита это нападение.

– Я в курсе, Старикова, – взгляд его не предвещал ничего хорошего.

– Мирослав, как ты нас нашел? – наглый Демон со всеми преподавателя после выпускного перешел на «ты».

– Меня вызвали из-за нее, – кивнул в мою сторону бывший ректор. – Старикова на практике, поэтому про ее выходки сообщают в академию. В доме ее не нашел. Просмотрев запись в кабаке, увидел тебя, остальное не долго выяснить. – Демон удовлетворенно кивнул.

Оба присели к столу. Ректор, пробормотав простое бытовое заклинание, сомкнул пальцы, и на столе появилась еще одна чашка кофе, точно такая же, как у Демона. Ректор высший маг, а мне до него очень далеко.

– Старикова, объясните, что случилось вчера, – спросил спокойно Одинцов.

Пожала плечами, самой не очень понятно. Тут помню, там не помню.

– Отмечались они в табакерке, – просветил Одинцова Демон.

– Что можно отмечать, чтобы разнести… табакерку, – немного подумав, принял название ректор.

– Окончание обучения в АОМ, – буркнула ему.

Ректор внимательно посмотрел, подумал.

– Не думаю, что посиделки стоили материальных затрат. Старикова, вы в курсе, что вам предъявлен счет на восстановление заведения, где вы вчера «отмечали»? – посмотрел на меня ректор.

Знала, что появление ректора к неприятностям. Я смотрела на мужчин и невольно их сравнивала.

Демон красив красотой демонской, и имечко родители дали подходящее. Короткие черные, стриженые волосы по последней моде, глаза карие, губки пухлые и невероятно нежные… Не вспоминаем!

Ректор – ужас моей академической жизни. Сколько времени пробыла в его кабинете за проступки, за которые распекали от души! Наверное, столько лекций не посещала. Девчонки считают его красивым. Не знаю. При одном взгляде на него мне плохо становится и коленки подгибаются. Хочется присесть на пол и отползти за кресло.

– Объясните, Старикова, почему произошел магический выброс? – сурово посмотрел ректор, не дождавшись ответа, кроме угрюмого сопения.

Я в уме прикидывала, сколько лет нужно трудиться на шахтах, чтобы отработать стоимость табакерки.

– Я понимаю, выпили, отметили. Но почему случился магический выброс? – повторил вопрос Одинцов.

– Много выпили, – внес свой вклад в рассказ Демон.

Я одарила его злым взглядом.

– Ты же не пьешь, Старикова, – удивился Одинцов.

– Они с девчонками сидели, – продолжил накидывать земли парень на мой холмик.

– Девичник, – усмехнулся ректор. – Дальше что?

– Глюк пришел, – мрачно проинформировала я.

– С этого места поподробнее, – заинтересовался Одинцов.

– Сижу никого не трогаю, вспоминаю жизнь академическую, и явился передо мной глюк, – вспоминала и одновременно начинала возмущаться стечению обстоятельств.

Спрашивается, почему Демон именно вчера появился, когда когда я лирическим воспоминаниям предавалась?

– Я пришел, – спокойно пояснил Демон, – она меня за фантом приняла и хотела развеять.

– Успешно? – в голосе звучал неподдельный интерес.

– Нет, как видишь. Сижу перед тобой живой. А когда Ритка поняла, что не получилось, магическую атаку запустила, пришлось выставить щит.

«Жаль, не развеялся», – нахмурилась я.

– Результат: вы живы, табакерка нет, – усмехнулся Одинцов. – Старикова, как ты могла в своем состоянии запустить мощный магический заряд? Вроде к высшим магам тебя не причисляли? – в голосе почувствовалась явная издевка.

– А то вы не знаете, где я практику прохожу. Магией практически не пользуюсь, одни травки да отвары. Даже в простых заговорах нет необходимости, – пожала плечами.

– Ритка, ты поняла, что сказала? – развеселился Демон.

– А что? – удивилась я.

Ну, не требуется магических затрат при лечении деревенских коров, коз и другой живности. Может я целитель хороший, и травками всех спасаю.

– Старикова, – поучительно начал Одинцов, – вы это проходили на втором курсе. Магический потенциал всегда растет, и, если его не расходовать, то может привести к примерно таким последствиям. – Развел руками ректор.

– Да некуда мне его расходовать! Хотите, чтобы я магией козу бабы Дуси лечила? Или курей от поноса? – негодовала я.

– Старикова, вы вообще лекцию слушали? – со вздохом спросил Одинцов.

Я надулась, наверное, опять в его кабинете стояла и выслушивала нравоучения.

– Ну, Ритка! – пораженно протянул Демон, повернулся к Одинцову, переглянулся с ним, потом опять повернулся ко мне. – Рита, чтобы делать сброс излишка магического резерва, нужен сексуальный контакт с магом.

Я открыла рот от удивления. Уверена, эту лекцию провела в кабинете ректора, не иначе он мою нравственность берег.

– После вчерашнего, в этом нет необходимости, – решительно произнес Одинцов.

Как будто боялся за свою неприкосновенность. Впрочем, меня и Демон сейчас мало интересовал.

– Старикова, работодатель после вчерашнего происшествия от ваших услуг отказался. Академия заплатила за разрушенную табакерку. Будете отрабатывать в АОМ, – резал сухими фразами Одинцов.

Мне стало дурно. Опять возвращаться в академию? Три года назад попрощалась, и снова обратно?

– Кем? – сдавлено произнесла я.

– На лето лаборанткой. С начала учебного года будете преподавать на младших курсах, – мне стало плохо, и я сползла с кресла под стол.

– Старикова! Ритка! – одновременно крикнули мужчины и подбежали ко мне.

Я сидела под столом и тихонечко подвывала. Вот тебе и самостоятельность, вот тебе и свободная жизнь, богатая приключениями. Богатства пока не наблюдалось, а приключений нашла.

– Старикова, прекратить истерику! – приказал Одинцов.

– Рита, иди сюда, – ласково позвал Демон, как обычно шипящего котенка из-под шкафа выманивают. – Хочешь пирожное дам?

– Сколько в академии работать? – спросила я.

– Если учесть, что вам что-то нужно есть и где-то жить, думаю, до пенсии успеете расплатиться, – горестно произнес ректор.

Я его понимала. Меня тоже не радовала перспектива встречаться с ним каждый день.

– Рита, может, подумаешь над моим предложением? – заглядывая под стол, спросил Демон.

– Что за предложение? – с подозрением спросил Одинцов.

– Бриллиант украсть надо, – махнула рукой в отчаянии.

– Ритка! – осуждающе произнес Демон.

– Рассказывайте, что затеяли. Иначе потом очередную табакерку придется оплачивать, – тоном, не терпящим возражений, потребовал ректор. – Вечные студенты.

Демон вытащил меня из-под стола без применения дипломатических приемов, посадил в кресло и сунул в руки очередную чашку с кофе.

– Пей. Мирослав, мне нужно выкрасть Бриллиант Аграши, который находится в гареме султана Факайри. Я предложил Рите работу. Она зайдет, заберет бриллиант и выйдет. Деньги хорошие, – сухо доложил Демон.

Одинцов молча слушал, но по его лицу непонятно его отношение. Демон, стукнув кончиками пальцев по чашке, намагичил кофе.

– Ты не сказал, зачем Аграши нужен, – повернулась к парню, стараясь не смотреть на Одинцова.

– Это свадебный артефакт, – ответил за него ректор.

– В смысле? – не поняла объяснение.

– Я собрался жениться, а Кристина из рода Факайри. Добровольно султан Аграши не отдает, а без него невозможно провести обряд, – спокойно произнес Демон.

– Ромео и Джульетта, – буркнула в чашку, от чего брызги разлетелись на скатерть и мне на колени. Пришлось магией чиститься, не хотелось ходить замарашкой.

А я успела на несколько минут помечтать, что побуду несколько дней с Демоном. Особо ни на что не рассчитывала, но приятно смотреть на красивого парня.

– Ритка, хорош язвить, – улыбнулся Демон. – Поможешь?

– Помогу, – согласилась. – Лучше в гарем к султану, чем обратно в АОМ возвращаться.

Одинцов молчал и медленно переводил взгляд с меня на Демона.

– Кто еще будет участвовать? Или вдвоем собираетесь заняться кражей? Кто будет водителем? – проявил осведомленность Одинцов.

– Круз участвует, – согласно кивнул Демон.

Я внутренне напряглась. Только этого лешего на мою голову не хватает. Круз, по паспорту Константин, не пропускал ни одной юбки. Мне не раз приходилось отбиваться, и драпать от его приставаний, часто используя магию. Но водитель он и правда хороший, в студенческих гонках всегда выигрывал.

– Круз Стремительный, – усмехнулся Одинцов, – занятная команда подобралась.

Одинцов надолго замолчал, что-то обдумывая. Мы с Демоном по привычке молча ждали решения ректора, будто он мог по старой памяти запретить. Раньше он говорил: «Вечеринки сегодня не будет!». А сегодняшний вариант: «Аграши красть не будете!». От своих мыслей сразу стало смешно.

– Поступим таким образом. Вас оставлять одних нельзя. Вы в состоянии не только очередную табакерку разнести и жен султана без гарема оставить, но и планету нечаянно взорвать. Правильно я говорю, Старикова? – улыбаясь, смотрел на меня Одинцов.

Что сразу Старикова? Круз с Демоном и без меня справятся с уничтожением планеты.

– Демон введешь меня в курс ваших планов. Если понадобится, подкорректирую. Подготовительную деятельность переносим на территорию академии. Кто финансирует это безумие?

– Я, – спокойно сказал Демон.

– Значит, выделишь Стариковой три тысячи на пропитание, – приказал Одинцов.

– В счет ее гонорара? – осведомился Демон.

– Нет, отдельно. Ей нужно на что-то жить. Вещи забрать Старикова не сможет. Вокруг ее домика местное население дежурит, хотят ведьму наказать за разрушение табакерки. Значит, чулки и зубную щетку покупать придется заново. Где собираешься жить? – последний вопрос адресовали мне.

– Не знаю. Вчера у меня был домик в деревне, – пожала плечами.

– Выделю тебе комнату в АОМ. Все. Выезжаем в город, – Одинцов решительно встал. Я потянулась из своего кресла по привычке.

– Рита, я тебя отвезу, – взял меня за руку Демон.

– Жду вас в своей квартире вечером. Старикова уточняю. Если кто будет напитки, приносите с собой, – ректор как-то не очень одобрительно посмотрел на нашу пару и вышел.

Глава 2

– Рита, – обратился ко мне в машине Демон, – как ты могла согласиться на такую практику? Ты боевой маг, могла в патруль пойти.

– О да! Недавно с Приструмским разговаривала. Он очень счастлив в боевом патруле на Тате, а личинки радостно встречают каждый оголенный участок кожи, – сообщила ему.

Колька, правда, попал по распределению на Тату, чем гордился. Боевой патруль для мага, что может быть лучше. А оказалось задворки, примерно, как мои, с одним нюансом – местные личинки с удовольствием обжигают голую кожу. Бр-р.

Я вообще свою страничку в контактах убрала. Все о чем-то рассказывают, хвалятся. Девчонки про мужей-женихов, парни кто работой, кто бизнесом. Поэтому не в курсе была про надвигающуюся женитьбу Демона. С Колькой мы попались на пару, с ним по лонгу разговаривала.

– Тата – это сильно, – согласился Демон.

Добрались до города быстро, сапрон у Демона новейший на ниматоре. Педаль в пол, и летит быстрее ветра. По дороге решили, что я сразу к ректору в кабинет пойду, чтобы узнать в какую комнату меня поселили.

Демон выдал деньги на проживание, а я долго и мучительно думала, стоит ли принимать, а потом решила согласиться. В конце концов Одинцов прав. На мне одна пара белья, не говоря о сменной одежде. В конце концов платят за работу, а подарок дают. Поэтому, когда Демон деньги протянул, взяла спокойно и убрала в карман.

– Спасибо, Рит, – совершенно серьезно сказал он без тени улыбки.

О, как его невеста зацепила. Сто тысяч не пожалел на меня. А кстати, он всем будет платить?

В кабинете Одинцов выдал ключи от комнаты в жилом корпусе на задворках. Отлично понимала его желание пореже встречаться. Весело шагая по коридору, не сразу обратила внимание на одну странность. Мыши не прятались при моем появлении. Я не испытываю перед ними страха. Умею с ними бороться магией и хозяйственными средствами. Но дверь под номером «три», от которой получила ключи, сильно заинтриговала.

Замок отсутствовал, потому нужда в ключах отпала. Изгвазданная ручка двери не вызывала желания прикоснуться. Пнув дверь посильнее, с удивлением пронаблюдала ее стремительный полет в комнату и обратно. С четким щелчком дверной замок закрылся изнутри. Чудненько, просто весело!

Просунув в очень широкую щель толстый ключ, скинула допотопный крючок с петли. Аккуратнее открыв дверь, прошла внутрь.

О ремонте в комнате не вспоминали со времени строительства академии. Половина пространства завалена чучелами, побитыми молью и студентами в неудачных опытах. Может, если прилечь на них будет мягко, но мне виделась хотя бы кровать.

Развернувшись, с гордым видом вышла из комнаты, выданной мне для проживания, и направилась обратно в кабинет к Одинцову. Кажется, выкини меня из сапрона с завязанными глазами и скажи: «Иди в кабинет ректора», я бы пришла прямым ходом, потому что все мои дороги в АОМ вели именно к нему.

– Мирослав Владимирович! – возмущенно начала обличительную речь, – это что за комната? Ремонта нет, ладно. Приятно, что мыши не боятся человека, хоть кто-то мне доверяет. Но чучела вместо кровати это перебор!

– В каком смысле чучела? – оторопел от моего натиска ректор.

Обычно я оправдываюсь, а не он.

– Пойдемте. Посмотрите, – сделала пригласительный жест рукой, – иначе обвините в порче ваших чучел. В смысле не ваших, а Академии, – поправилась за двусмысленность сказанного.

Одинцов резво поднялся, несмотря на возраст. Мне он всегда представлялся старым, потому что ректор ходил степенно, никогда не торопился. А сейчас проявил прыть, и я невольно задумалась о его годах.

Сколько ему? С интересом присмотрелась. Вот кольцо созревания, дальше кольцо потери невинности. Фыркнула, увидев подробности. Оказывается, наш ректор пользуется спросом у женщин. Куча отметин на нем. Видать темпераментный мужик, если любовницы ему ярлычки вешают, чтобы приманить еще раз. Тряхнула головой, сейчас не об этом! С сексуальной жизнью разобрались, а что с физиологическим возрастом? Ой, как интересно! Он на десять лет меня старше! А казался солидным дядечкой. Невольно разулыбалась ему в спину.

– Старикова, прекратите меня сканировать! – раздраженно произнес Одинцов.

Заметил. Я тихо ойкнула.

– И прекратите обо мне думать! – снова приказал объект моих исследований.

– Да не думаю я о вас! – привычно соврала.

Одинцов резко остановился, я, не ожидая с его стороны подлянки, впечаталась в широкую спину мужчины.

– Ой, – тихо сказала спине.

– Старикова, вы действительно считаете, что высший маг не может почувствовать сканирование и обработку информации? – резко развернулся Одинцов.

Мой поникший нос уставился в пол, на котором стояли начищенные ботинки злого ректора и мои грязные мокасинки.

– Старикова, почему я разговариваю с вашей макушкой? – снова поставил меня в тупик идиотским вопросом. А я знаю, зачем разговаривать с моей макушкой? – Поднимите голову.

Я резко вскинула лицо к нему, а Одинцов как раз наклонился, чтобы что-то язвительное спросить, и точно попала своими губами в его. Холерные дни!

– Старикова! – возмутился ректор. – Прекратите со мной целоваться!

– Не целовала я вас, – от обиды едва не плакала.

Невезение сплошное!

– Сначала вы меня сканируете. Спрашивается, зачем? – сделал паузу для моего ответа Одинцов.

– Возраст ваш хотела узнать, – снова смотрю в пол.

– А спросить нельзя?

– Неудобно как-то, – мялась я дальше. Зато теперь очень удобно!

– Потом вы анализировали увиденное. Зачем?

– Не анализировала я, – произнесла, чуть не плача. – На вас меток повесили много.

– Каких меток? – кажется, мне удалось его удивить.

– От женщин ваших, – слезы постепенно перестали проситься наружу. Может, пронесет?

– Что? – опешил ректор.

– Магические метки, или в простонародье привороты, – пожала плечами. – Об этом все девушки знают.

– Почему я не знаю? – серьезно спросил ректор.

– Сами подумайте, – осмелев, подняла на него глаза. – Если вам поставили метку, чтобы вы снова захотели встретиться, вам будут говорить?

– Наверное, нет. – Одинцов задумался. – Метки можно снять?

– Конечно, сделаю прямо сейчас. Это просто, – протянула руку к ярлычкам и стала снимать, развеивая и отправляя в окружающую магию.

– Интересно, – задумчиво проговорил Одинцов. – С метками разобрались. Остался последний вопрос. Зачем вы меня поцеловали? – мужчина сложил руки на груди и уставится строгим взглядом.

– Не целовала я вас! Случайно получилось! – и старательно в глазки ему заглянула. Вдруг простит?

Одинцов медленно подошел, положил руки на плечи. Я преданным щенячьим взглядом, старательно заморгала. Ректор наклонился и… Поцеловал! Я от испуга забыла, как дышать.

– Как это называется? – спросил Одинцов, отстраняясь.

– Поцелуй, – ответила, протолкнув звуки через вмиг пересохшее горло. Видимо сильно в меня вколотили послушание к ректору за годы учебы. Мысли не возникло о сопротивлении.

– Именно! – многозначительно произнес Одинцов. – А вы рассказываете «случайно». Показывайте комнату.

Я пыталась прокашляться, пытаясь прочистить горло.

– Мирослав Владимирович, но я, правда, случайно. Не хотела совсем, – семенила за ним следом. – Вы сказали: «Поднимите голову», я послушалась, а вы наклонились. Я не хотела, совсем не хотела. Зачем мне целовать вас? Если бы хотя бы нравились, но вы мне ничуточки… – Одинцов снова резко остановился, нос оказался в знакомой спине.

– Старикова, вы хоть понимаете, что говорите? – спросил мужчина.

– Вообще-то, не очень, – созналась спине. На нее хоть не настолько страшно смотреть.

– Я так и думал, – сказала спина и пошла дальше.

Выбежали знакомые мышки, радостно при встрече с нами поблескивая глазками. Я ликовала, заметив серые тушки. Существовал шанс, что при виде грызунов, Одинцов поверит и выделит другое помещение для жилья.

Комната меня не разочаровала, гостеприимно открыв дверь, представила во всей красе сбор негодных чучел.

– Обратите внимание, Мирослав Владимирович, чучела испортили до меня, – схватила ближайшую набитую наполнителем сову и для наглядности ткнула в лицо мужчине.

Одинцов старательно уворачивался, потом, не выдержав моего натиска, запустил искорку магии в чучело. Наверное, хотел развеять. Но эффект превзошел наши ожидания. Сова взорвалась, окатив ворохом перьев и наполнителя, который не замедлил вспыхнуть от искры. Горящие перья разлетелись по комнате, падая на остальные чучела, а те с азартом, решив попробовать что-то новое в своей жизни, занялись огнем.

– Старикова!

Вот, пожалуйста, опять Рита виновата! Сову взорвал ректор, а виноватой снова признали меня. Одинцов собирал из пространства магию и преобразовывал ее в воду, отсылая на очаги возгорания. Я встала рядом, повторяя за ним пассы. Совместными усилиями мы потушили пожар.

Посмотрев на Одинцова, меня накрыла истерика. Я смеялась, согнувшись пополам. Горелые перья и поролон покрывали его голову и одежду, наполнитель старательно прилип к ткани. Подкопченный вид дополняла вода, стекающая с мужчины.

– Старикова! – возмущенно крикнул Одинцов, но поддался моему примеру захохотал вместе со мной.

Кажется, я выглядела не лучшим образом. Мы с ним повисли друг на друге, заливисто смеясь.

Первым пришел в себя ректор. Обняв продолжающую хохотать меня, вывел из горелого помещения и направился на выход.

– Правильное решение принял за вами присмотреть, – посмеиваясь, сказал по дороге Одинцов.

Пока купалась в ректорской ванне, отмываясь от последствий похождений, Одинцов был занят чем-то важным. Замотавшись в его халат, за неимением своей одежды, и закутав волосы в полотенце, сунула ноги в тапочки. Шаркая безразмерками, царственно выплыла в его спальню.

Одинцов сидел перед лонгом с большим экраном, что-то увлеченно разглядывая. Подсела рядом и увидела планы или схемы.

– Что это? – поинтересовалась я.

– План особняка султана Факайри, – не оборачиваясь, ответил ректор.

– Ух, ты! Где вы его достала? – восхитилась оперативностью.

– Знакомый в Архитектурном департаменте на сервере работает, – ответил Одинцов.

Раздался стук в дверь, и вошли Демон и Круз. Они поздоровались и как-то странно на нас посмотрели. Чего спрашивается? Чистые, помытые, оба в банных халатах. Все прилично. Вроде.

– План особняка султана Факайри. Нам понадобится это, – ректор протянул список.

– Это что? – ткнул пальцем в какой-то пункт Демон.

– Одежда евнухов, – пояснил Одинцов, посмотрев в лист.

– Вы планируете, мы все пойдем? – удивился парень. – Я думал, Ритка в гарем сунется и вынесет Аграши.

– А если не вынесет, останется в гареме, – усмехнулся ректор.

– Да, что вы! Кто ее оставит? – возразил Демон.

– Не достаточно хороша для гарема? – съязвила я.

– Нет, Рит, я не об этом, – попытался замять неловкость парень. – Ты маг, никто не сможет тебя остановить.

Все равно обидно. Не собираюсь ни в какой гарем, но можно тактичнее о моей внешности говорить.

– Старикова, ты хамелеон? – кивнула, подтверждая слова ректора, – Ты принимаешь внешность одной из жен султана, желательно по комплекции попроще. – Хотела тактичности, получай. – Мы с Демоном в одежде евнухов тебя сопроводим, а Круз забирет с крыши.

Парни сидели молча, обдумывая информацию. Потом Демон не выдержал.

– Мне обязательно в евнуха переодеваться?

– Мама дорогая, нашел, о чем беспокоиться! – засмеялась над ним. – Меня обрядить наложницей нормально, а самому тряпки надеть срам?

– Если возражений нет, то остался один вопрос. Как нам узнать внешность жен султана? – задал вопрос Одинцов.