Текст книги "После развода. Я тебя верну (СИ)"

Автор книги: Елена Мартин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Глава 12

Глава 12

Как назло, мелкий дождь ещё разливался лужами на серой тротуарной плитке. А автомобиль, как назло, в самом конце стоянки. Я накрыла голову папкой и быстрым шагом пробегаю лужи, чтобы быстрее нырнуть в салон любимого авто.

Уткнувшись взглядом в асфальт, совсем не заметила автомобиль Вяземского, который на скорости заехал на стоянку. Рассекая по серому асфальту, белый внедорожник поднял брызги, окатив грязной водой из лужи с ног до головы.

Приплыли…

Двери машины хлопнули, и из неё вышел Вяземский и его «чудо-водитель».

Кровь тут же хлынула в голову, ударила разноцветными фейерверками. Снова видеть Вяземского – испытание для измученного сознания.

– Простите… – сухо буркнул водитель, застряв взглядом на блузке, которая прилипла к телу.

Я опустила глаза и прикрыла их. Сегодня точно не мой день… Словно искупалась в грязи. Брендовая блузка – скорее в утиль. Вряд ли поможет даже химчистка.

– Какого хрена ты летишь на скорости по парковочной зоне! – от громкого баса Вяземского водитель сжался.

– Все машины с парковки разъехались… Не думал, что кто-то ещё только собрался домой… – проблеял мужчина.

Я бросила гневный взгляд на брутального качка, продолжавшего в растерянности пялиться на меня.

– Кира… Владимировна, прошу простить за инцидент. Я всё возмещу, – от сухого тона Вяземского злость расплылась по внутренностям.

– Не стоит! – оттянула белую блузку, чтобы мокрая одежда не представляла взору мужчин кружевное белье, которое теперь видно и Вяземскому, и его тупоголовому водителю.

– Вас отвезти? – Вяземский обогнул машину и сделал несколько шагов навстречу.

– Не утруждайтесь, Алексей Дмитриевич. Я и сама могу добраться до дома.

Пусть меня уволят даже на следующий день, в тон я вложила весь максимум недовольства, что кипел внутри меня.

Кожа покрылась мурашками от холода, соски под бельем заметно затвердели. Нужно срочно заканчивать весь этот перфоменс и валить домой под плед с горячим чаем. Встреча с любимой сестрой опять отодвигается.

– Точно отказываетесь? – уголки губ Вяземского презрительно усмехнулись. Алексей показательно опустил взгляд вниз и снова поднял к моему лицу.

Вот же гад. И нагрубить не получится.

– Спасибо великодушно за ваше предложение, но я могу без чьей-либо помощи добраться домой, – процедила сквозь зубы, которые уже стали отбивать чечетку

– Что ж… – Вяземский развел руками. – Мы все сами хозяева своей судьбы.

– Не всегда, Алексей Дмитриевич, гораздо чаще обстоятельства сильнее нас, – я прижала папку к своей груди.

Вяземский достал сигарету и нервно прикурил.

– Тут с вами полностью согласен. Иногда мы думаем и строим планы, а их выстроили за нас.

Карие глаза Алексея, показалось, на миг смягчились. В них задорно блеснуло что-то родное, но настолько быстро, что мысль о том, что я это придумала, влетела следом. Как много лет назад про взаимную любовь и рука об руку через всю жизнь.

– Простите, Алексей Дмитриевич, но я спешу домой, – отчеканила громко и, повернувшись, на ватных ногах иду к своему автомобилю

Я чувствую взгляд в спину. Молча испепеляет взглядом и снова начинает ломать мой выстроенный мир. Сейчас он был далёким и чужим. Я все ещё не могла поверить, что он здесь в моём городе и генеральный директор фирмы, в которой я работаю, и… Отец моего маленького чуда.

Дорога домой пролетела в тяжких раздумьях. У подъезда набросала ответ Иришке, прикрепив грустный смайлик в конце сообщения.

«У меня ЧП. И завал на работе. Приеду завтра».

«Всё хорошо? Что случилось?».

«Всё нормально. Не беспокоимся», – быстро написала сообщение абоненту «Любимая сестренка», зная свою беспокойную старшую Смирнову, которая начнет обрывать номера, если ей покажется, что у нас с Ксенией что-то случилось.

«Не приедешь завтра, мы с Артуром пожалуем сами в гости».

«Было бы лучше».

Скидываю туфельки в прихожей и направляюсь в ванную комнату, где снимаю блузку в чёрных и серых разводах.

Хороший же привет от бывшего!

Ничего не поменялось. От Вяземского только одни проблемы.

Сняла брюки и белье и тут же нырнула под горячий душ. Как бы хотелось смыть все из своей головы. Мысли и тревоги, чувства и обиды.

Однажды это получилось у сильной женщины, получится и сейчас.

После горячего душа стало немного легче. Я вышла из ванной комнаты в банном халате и направилась на кухню.

От милой картины на лице расплылась улыбка, а на душе… На душе всегда тает эта ледяная корочка, когда я вижу карие глаза в обрамлении темных ресниц. И эти полные губки, сейчас надутые в напряжении над рисунком перед собой.

– Ксюш, – легонько отрываю от занятий дочку.

– Мамуля! – Ксения спрыгивает со стула и бежит навстречу. Обнимаю дочь и втягиваю родной запах.

– Добрый вечер, простите, что я с разбега в ванную комнату, но ситуация требовала срочного разрешения, – бросила взгляд на Татьяну Витальевну.

– Я так и поняла, – женщина осторожно сняла фартук и повесила на крючок.

– На парковке некоторые неприятные экземпляры окатили с ног до головы из лужи, – поделилась происшествием.

– Какой кошмар! Хотя бы извинились?

– Извинились, – буркнула в ответ, вспоминая горящие глаза Вяземского, от которого останавливалось сердце.

– Кира Владимировна, я поеду?

– Конечно, – провожаю взглядом женщину, суетливо, собирающуюся в прихожей.

Глава 13

Глава 13

За окном потемнело, но я всё ещё сидела у монитора, выбирая из общего потока информации нужную. Не думала, что это будет так муторно. Делаю глоток крепкого кофе и это третья кружка за этот вечер. Которая, кстати, уже не помогает.

Я откинулась на спинку стула и бросила взгляд на кроватку, в которой сладко спит дочка. Надеюсь, у меня получится сохранить мою тайну. В личном деле информация о дочери отсутствует. В крупную, процветающую компанию сотрудников без детей брали охотнее, поэтому о маленькой дочери на собеседовании я умолчала. А наличие няни упростило многие вопросы, и в моём личном деле в «Альянсе» свидетельство о рождении до сих пор отсутствует.

Я для Вяземского – штатный сотрудник компании. Алексей Дмитриевич всем своим видом показал это.

– Может, и к лучшему, – вздохнув, проговорила вслух.

Чувства в душе играли. Горели! А гордость… Не позволяла даже тенью этих чувств коснуться моего лица.

Не стоит он ни моих слёз, ни маленькой дочери, о которой, слава богу, ничего не знает.

Я сохранила информацию на флэшке и вытащила из своего ноутбука. Завтра нужно пораньше приехать на работу и перетащить таблицы из флэшки на свой рабочий ноутбук так, чтобы сотрудники отдела, а больше Бурова, не дай бог не увидели съёмный накопитель.

С Иванченко Дины в прошлом месяце сбрила премию за месяц за такие движения и даже влепили выговор. На работе сидите хоть до следующего утра, а вклиниваться со своими накопителями – табу. С флэшками работали, но очень и очень скромно и незаметно.

Я всегда старалась отчётность завершить заблаговременно. Задерживаться совершенно не было возможности, а нарушать запреты вообще непозволительные действия в моей ситуации.

Заранее просматриваю гардероб на завтрашний день. Из всего строгого ряда почему-то выбираю бежевое платье до колена. Немного отличается от строго привычного стиля, но вполне впишется в деловой антураж «Альянса». Взгляд лёг на бежевые туфли с высоким каблуком на ремешке.

Беру чашку кофе и выхожу на лоджию. С высоты шестого этажа сияющий город был красив и загадочен. Мы долго выбирали мне квартиру вместе с Иришей. То не подходил район, то совсем не устраивала цена. Вариант по бросовой цене понравился и мне, и моей сестре. Правда, ремонт пришлось делать почти шесть месяцев. Помню, как сама таскала сюда обои и шпаклёвку. Было тяжело, но я справилась. Это стало девизом последних четырёх лет.

Делаю глоток кофе. Мой любимый: крепкий и обязательно со сливками. Опираюсь на стену и горько выдыхаю, вспоминая, как на балконе особняка Вяземского мы пили вдвоём кофе за завтраком каждое утро.

Просторная лоджия, откуда открывался вид на город, была одним из любимых мест. Утром любовались красивым рассветом, а вечером на просторной лоджии последние лучи солнца освещали двух влюблённых на небольшом белом диванчике.

Тряхнула головой, стараясь отбросить наваждение из чёрных глаз Вяземского. Понятно, что такое близкое присутствие в моей жизни бывшего мужа напрочь выбило из привычного ритма.

– Спать, Кира, – возвращаюсь в комнату и тихонько прохожу в кухню.

Споласкиваю кружку и стараюсь думать о насущных проблемах. После дождя нужно попасть на мойку, а ещё остались неоплаченными счета за коммунальные, и покупку каши для завтрака Ксении я отодвигаю уже с понедельника. Хорошо, что чемодан умудрилась разобрать в этой эмоционально напряжённой суматохе.

Так замечательно было несколько дней назад. Мы с Ксенией в первый раз попали на курорт. Моя малышка загорела и вдоволь накупалась в бассейне. Я немного выдохнула и позволила расслабиться после тяжёлого года, когда каждый день нужно держаться себя в рабочем тонусе и сосредоточенно работать на многозадачность.

Шёлковая пижама коснулась тела, и я упала в кровать зарывшись с головой в подушку. Перебороть себя получится главное – немного подождать…

Будильник на телефоне напевал одну и ту же мелодию, которую я услышала не сразу.

Я долго металась на своей постели вчерашней ночью. Накрывалась одеялом, перекатывалась из одной части большой кровати на другую, но все отвлекающие моменты помогали мало. Заснув глубоко за полночь, просыпаться утром было тяжко.

– Ого! – подскакиваю с кровати и несколько раз проверяю время на часах.

* * *

В кроватке захныкала Ксюша, проснувшись вместе со мной от звуков непрекращающегося сигнала.

– Ксюша, – достаю малышку из кровати и немного качаю, чтобы Ксения уснула, – ты что так рано поднялась?

– На лаботу? – дочка обняла и повисла на шее.

– Как всегда, малыш. Пошли умываться и завтракать?

Ксения весело машет головой. Хорошо, что привычной утренней хандры нет. В ванной комнате набираю зубную пасту на щётку и протягиваю Ксении.

– Только делаем всё очень и очень быстро, – напутственно прошу Ксению.

Ксюша машет головой, отчего подпрыгивают темные кудряшки. После ванной включаю электрический чайник и заглядываю в холодильник. Сажаю Ксению за её детский столик недалеко от окна. Мой завтрак из кофе и сыра привычен, начинаю перебирать варианты завтрака для Ксюши.

– Дочь, кашу будем? – тянусь за бутылкой молока.

– Не-а, – Ксения крутит головой.

– А что хотим?

– Ом-лет! – чётко и по слогам проговаривает Ксения.

Достаю куриные яйца, сметану и ускоряюсь с приготовлением завтрака. Варить кофе в турке совершенно не получается. Параллельно готовлю кружку растворимого, чтобы хоть как-то прийти в себя.

– Омлет готов, – ставлю тарелку перед дочкой и делаю пару глотков горячего кофе.

На себя любимую совсем времени не осталось. Хорошо, что вчера всё приготовила. Влетела в платье, легкий макияж набросала за рекордные две минуты, усердно прошлась корректором под глазами. От практически бессонной ночи остались синяки под глазами. Красивый строгий пучок тоже опустила, оставив волосы распущенными.

Оглядев себя в зеркале, критично поджала губы и радостно выдохнула, как только услышала стук в двери.

– Проходите, – открываю дверь и пропускаю няню в прихожую. – Ксюша уже не спит. Воюет с омлетом, – отчитываюсь на пороге и бросаю взгляд на наручные часы.

– Поняла, Кира Владимировна, – степенно отвечает женщина, снимая туфли в прихожей.

Выбегаю на лестничную площадку. С лифтом засада. Нервно настукиваю каблучком по напольной плитке в подъезде в ожидании, когда створки лифта наконец распахнутся передо мной.

А на дороге пробки… Барабаню пальцами рук по рулю, рассматривая длинную вереницу авто на очередном светофоре.

Все мои старания прибыть пораньше рассыпались на прохладном ветру последних летних дней.

Глава 14

Глава 14

Что такое невезение, я почувствовала, как только мой черный «Киа» завернул на парковочную стоянку «Альянса».

Белый автомобиль генерального парковался на стоянке, а все места заняты, особенно самые дальние, и подозреваю почему. Всё, что осталось – в опасной близости от Вяземского. Я максимально снизила скорость, но даже черепашье движение не спасло меня. Парковаться пришлось рядом с внедорожником Вяземского и даже встретиться с ним взглядом.

Любят меня небеса сводить нос к носу с Алексеем. Смотри, любуйся этой мощной фигурой, выкованной в спортзале, дерзкой ухмылкой, от которой сердце провалилось в пятки, и невероятно смазливым фейсом.

– Доброе утро, Кира Владимировна, – деловой тон добрался до затуманенного сознания.

– Добрый, – отвечаю глухо и стараюсь не глядеть в его лицо. Я и так душевно измотана событиями этих трёх коротких дней.

Сердце сразу отреагировало на Вяземского. Оно вообще живёт своей жизнью, как только он появляется на горизонте. А появляется с такой регулярностью, что степени своего везения можно только удивиться.

Стараюсь прибавить шаг, чтобы побыстрее раствориться в толпе сотрудников «Альянса», и влетаю в большой холл компании.

– Вот тебе и растворилась в толпе, – тяжело выдыхаю.

Ледяной и безразличный взгляд Вяземского злит и раздражает. И я тоже сегодня как никогда не «айс». Умеют же люди совладать со своими эмоциями. Если они, конечно, есть! Не то, что я – киплю, горю и взрываюсь. Вообще даже не понимаю, как на автомате дошла до лифта. В серой кабине выдыхаю, краем глаза посматривая на высокую фигуру Вяземского, заплывшую в холл. И сразу становитсья объектом внимания разной степени «подлизонов».

Ну почему он так бессовестно красив… Не поменялся, гад, нисколько. Только скулы стали чуть острее и стрижка короче, и Алексей с короткой бородкой и волосами выглядел даже эффектнее, чем прежде.

В кабинете падаю на кресло и прижимаю холодные ладони к горящим щекам. Всё катится в пропасть, набирая скорость на виражах.

Оглядываю присутствующих в кабинете и осторожно вставляю в ноутбук флешку. Сердце тревожно постукивало, но поймала только заинтересованный взгляд Инны. А она вроде бы из своих… Сдать не должна.

– Кофе? – прилипла глазами ко мне Ольга.

Я отрицательно замотала головой. Эта может сдать. Я облегчённо выдохнула, когда любимая сотрудница Буровой вернулась на своё место. Будем надеяться, что моя флешка осталась незамеченной.

Быстро переношу данные на свой компьютер и убираю съёмный накопитель в сумочку.

Фу-х… Кажется, получилась.

Углубляюсь в работу. Задачи нарисовали глобальные, а сроки… Я уже пожалела, что отказалась от помощи. За весь вчерашний день я пересмотрела только третью часть всех продаж оборудования.

Пятницу и намеченный на пятничный вечер отдых хотелось уже сейчас. Мне не мешало бы успокоить нервы и выдохнуть.

Всего два с половиной денька до выходных… И маленькая передышка, возможно, немного меня успокоит.

– Кира, что с отчетностью? – вытягивает меня из вороха цифр Бурова, заплывшая после совещания у Вяземского.

– Стараюсь выполнить в срок, – поднимаю голову на Марину Константиновну, присевшую в бежевый трон с довольным лицом.

Бурова, как всегда, и даже превзошла себя в своем новом гламурном костюме. Идеальный макияж, как глянец на красивом лице начальницы.

– Алексей Дмитриевич, напомнил, что завтра мы должны показать все исходные данные, которые он хочет видеть, – монотонно добавила Марина Константиновна.

Тяжело выдыхаю. И сегодня придется сидеть вторые сутки допоздна.

– К завтрашнему утру всё будет готово, – отвечаю, чуть повысив тон.

Бурова вскидывает недовольно брови и переводит взгляд на рабочий монитор.

Кружка кофе, которую Инна поставила ещё с утра, практически полная. Едва смогла сделать пару глотков. От стресса начинает кружиться голова, и в таком состоянии мне еще готовить отчет для начальства.

Уже сомневаюсь, что смогу работать в «Альянсе», и даже установки мне вряд ли помогут.

К вечеру голова гудела так, что казалось, взорвётся, но утром мне остается только перепроверить несколько цифр.

– Поразительная работоспособность Смирнова, – бурчу под нос. Иногда я умею собраться и выдать результат, от которого сама в шоке.

Я сбрасываю отчет на флэшку и выключаю монитор. Погода за окном просто превосходная. Тротуар высох полностью, словно вчера не было дождя и Алексея, окатившего меня грязной водой из лужи.

Как-то очень символично получилось.

Парковочное место, которое облюбовал генеральный, пусто – отмечаю с непонятными мне отголосками чувств. Облегчение и небольшая доля досады.

– Кира, это Вяземский… Черствый и самодовольный подонок. И как бы сердце не замирало при виде его, показать это ты не смеешь.

Я достала из сумочки связку ключей и быстро подхожу к кабине лифта.

На сердце даже потеплело, как только я представила, как обнимаю свою крошку.

– Нет, Леша… О самой большой тайне ты никогда не узнаешь, – поворачиваю ключ зажигания в автомобиле.

* * *

«Гора едет к Магомеду»

Прочитала шуточное сообщение от старшей сестры в телефоне. Зная мою беспокойную сестру, ожидала её скорое появление на пороге. Ириша всегда чувствует меня. И я честно еще не знала, стоит ли ей рассказать о последних новостях или все же не стоит.

Отпустив Татьяну Витальевну, собрала дочку и спустилась вниз, чтобы немного прогуляться с Ксенией, пока мы дружно ждем Иришу и ее мужа.

Последние дни лета по-хорошему теплые и солнечные. Задумчиво наблюдаю за дочкой, которая с удовольствием забирается на горку и скатывается вниз по скользкой поверхности. Ксения очень похожа на Вяземского: карие глаза и темные кудри и прямой нос – тоже как у ее отца. Сейчас понимаю, что вот этот прямой и лучистый взгляд тоже его… Как у Леши, когда он не хмурится и не пытается воевать со всем миром…

Отпустить сложно, когда прошлое опять замаячило перед глазами.

Черный седан замечаю сразу, как только Каримовы заезжают во двор.

– Тетя Ириша! – вскрикивает дочка, увидев любимую тетку у черного автомобиля.

– Моя красота! – раскрывает объятия Ирина и подхватывает племянницу на руки.

Из машины неспешно выходит муж сестры и, расплываясь в улыбке, машет рукой в приветствии.

– Как отдохнули? – поглядывая на свою жену и Ксению, спрашивает Артур приглаживая темные волосы, которыми играет разыгравшийся ветер.

– Отлично, – на отдыхе было настолько хорошо, насколько сейчас мне скверно.

– По лицу не сказал бы, – Артур нахмурил брови и скользит по моему лицу внимательным взглядом.

– Привет, родная, – Ирина целует меня в щеку и делая шаг назад хмурит брови вслед за мужем. – Что-то случилось?

– Всё нормально, – стараюсь ответить невозмутимым тоном.

– Меня же не обманешь, Кир, – глаза сестры впиваются в лицо.

– В «Альянсе» поменялся генеральный, – стараюсь говорить ровно, но голос дрожит.

– У вас что, сокращение?

– Хуже. Генеральный «Альянса» теперь Вяземский, – лицо Иры бледнеет, а глаза округляются.

Глава 15

Глава 15

Ира тихонько мешала чайной ложкой горячий кофе, не поднимая глаз. Я прилипла взглядом к окну, за которым опускались сумерки. Во дворе потихоньку включались фонари, подсвечивая двор в красивых высоких деревьях.

– Не думала, что он вернётся в этот город, – нарушила тишину Ира.

– Я тоже думала, что он останется в прошлом. А Вяземский нарисовался в настоящем… – сипло ответила.

– Он уже видел тебя? – настороженно спросила Ира.

Я утвердительно качнула головой.

– Уже несколько раз, – я тяжело выдохнула.

– Что сказал?

– Мы разговаривали только по рабочим вопросам. Как будто совершенно чужие люди, – я повернулась и посмотрела на посеревшее лицо Иры.

Это моей сестре пришлось вытаскивать меня из затяжной депрессии и договариваться с врачами, чтобы меня положили на сохранение в больницу. Все мои девять месяцев беременности сплошь больничные стены.

– За Ксюшу уже знает? – рвано вытолкнула вопрос Ира.

– Не знает и никогда не узнает. Я скрыла, что у меня есть ребёнок. В личном деле о Ксюше нет ни слова, – я больше себя уговаривала, что моя тайна останется моей.

– Кир… Я надеюсь ты понимаешь, что, если человек однажды бросил тебя, он с легкостью сделает это снова.

– Неужели ты думаешь, что после всего я… побегу вслед за Вяземским? – фыркнула в ответ и обернулась на смех Ксюши, доносившийся из гостиной.

Артур забрал дочку и ушел с ней в гостиную, оставив нас с сестрой наедине.

– Прошлый раз так и было. На себя перестала походить, – напомнила сестра. – Он богатый ублюдок. Даже гроша ломаного не оставил при всех своих капиталах.

– Мне никогда не нужны были его деньги, – гордо возразила.

– Конечно, не нужны, – с сарказмом бросила Ира. – А в больнице ой как оказались нужны! – зло буркнула сестра.

– Не начинай, – я устало оперлась спиной об стену. – Будет всё очень плохо – начну искать работу.

– Можешь начинать, – не унималась Ириша.

После короткой перепалки с сестрой чувства только обострились. Ко всем прочим воспоминаниям добавились самые тяжкие, которые хотелось забыть. Депрессия отразилась на моём здоровье, и я с трудом выносила Ксюшку. Как моя дочь родилась с минимальными потерями для здоровья, до сих пор не понимаю. Но иммунитет у дочери совсем никчемный. Я надеялась, что Ксюша перерастёт, а пока Татьяна Витальевна, похоже, надолго обеспечена работой.

– На ужин жареная курица и макароны, – стараюсь перевести тему разговора.

Мой отдых в Анталии напрочь забыт. Я и сама настолько прониклась стремительному появлению Вяземского, что ничего, кроме Алексея, в мыслях не крутила. Работа, Вяземский, Ксюша. Замкнутый адский круг. А я в самом центре этого веселья.

– Как дела на работе? – сухо спрашиваю у сестры.

– Много лучше твоих, – поддела Ириша.

Из горничной в дорогом люксовом отеле Ирина стала управляющим. С хорошей зарплатой и очень плотным графиком. Не знаю, как в этом плотном графике Ира нашла время на отношения с Артуром и даже решилась на ответственный шаг – из Смирновой в один летний вечер стала Каримовой Ириной.

– Ирусь, – я подошла к сестре и обняла её за плечи. – Всё будет хорошо. Если бы я знала, что ты так будешь реагировать, ни слова тебе не сказала.

– Уж лучше рассказывай, – устало ответила Ира.

– Анталия была замечательной, – присела рядом с Иришей за стол. – Вам с Каримовым тоже не мешал бы совместный отдых.

– Ты же знаешь, что мне тяжело отпроситься с работы. Лето самый напряжённый сезон, – возразила Ира.

– Осенью в Анталии ещё лучше, чем летом. А у вас так медовый месяц с Каримовым и не получился, – расслабленно откинулась на спинку сиденья.

– Я подумаю, – цокнула Ириша.

Выглянув из лоджии, проследила, как Каримовы вышли из подъезда и присели в чёрное авто. Настроение у сестры чуть поменялось. Я постаралась в красках рассказать о своем отдыхе, чтобы отвлечь Иру от неспокойных мыслей. Знаю, что старшая Смирнова будет теперь переживать.

Ира не была в восторге от нашей свадьбы с Вяземским. Наверное, чувствовала, что серьёзным со стороны Алексея и не пахнет. Это я, ослепленная большой любовью, жила только им…

– Ксюша, купаемся и ложимся спать, – подхватываю дочку на руки.

После прихода Каримовых всегда непросто уложить дочку спать. Артур развлекает Ксению, и успокоить малышку сложно. Одеваю на довольную и усталую Ксению пижаму с розовыми слониками и кладу в кроватку.

– Ма… – шепчет Ксения. – Артур мо папа? – вопрос стреляет в самое сердце.

– Нет, солнышко… – застываю взглядом на любимом лице. – Наш папа совсем далеко.

Перед сном я снова окунаюсь в рабочие цифры. Допустить ошибку непростительно. Но пробегаюсь по отчету с заданными Вяземским параметрами, прихожу к выводам, что все сделано как нужно. Надеюсь, что встреча с Вяземским будет короткой. О том, что я не просто виделась с Вяземским, но и уже была на ковре у шефа, Ирише я не сказала. Ей хватит и той информации, чтобы переживать за меня.

Выключаю ноутбук и вытаскиваю флэшку, которую бросаю в карман своей сумочки. Еще раз останавливаю взгляд на брючном костюме в шкафу и легких туфлях на шпильке.

Все для завтрашнего шоу готово.

* * *

К утру разыгралась непогода, и тяжелые темные тучи разлились проливным дождем. Как бы я себя ни настраивала на серьезный рабочий лад, сердце сжималось в тревожном предчувствии. Что-то отчаянно было не так… И в чем дело, не могла понять.

– Кира, каких-то пятнадцать минут и все совещания у Вяземского в его мрачном кабинете закончатся, – успокаивала себя. – Главное собраться…

– Привет, подруга, – ухватив за локоть в вестибюле, Овчарова заставила вздрогнуть.

– Привет, – натягиваю усталую улыбку.

– Почему такая хмурая? – наклоняясь, спрашивает Вика.

– Да, норм всё, – сжимаю крепко ремешок своей сумочки.

– Продержись до пятницы, – весело подмигивает Овчарова.

Я только тихо цокаю в ответ. Мои бы проблемы Вике даже не снились. У нее все легко и просто по жизни. А если становится нелегко, Овчарова находит тысячу способов разрядить сгущающиеся вокруг тучи.

Присаживаюсь на стул и включаю рабочий ноутбук.

– Доброе утро, коллеги, – елейно здоровается Бурова, бросая на меня многозначительный взгляд. – Кира, распечатывай таблицы и неси мне, – командует Бурова, уставившись в свой монитор.

Открываю папку и сдвигаю брови в немом удивлении.

Ни одного файла… От итогов напряженной работы двух дней не осталось и следа.