Текст книги "После развода. Я тебя верну (СИ)"
Автор книги: Елена Мартин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)
Глава 8
Глава 8
Алексей Вяземский
Четыре года назад
Я спустил обе лямки сарафана и кладу ладонь на её грудь. Полная, красивая, высокая с нежно-розовым ореолом, заканчивающимся призывно торчащими сосками.
Кира смутилась пристальному взгляду и даже захотела прикрыть руками свою обнаженную грудь. Я тут же перехватил её руку и завел за спину.
– Не нужно, – выдыхаю сипло.
Я осторожно ласкаю внутреннюю часть бедра, приближаясь к заветному месту, не отрываясь от её губ. Несмелые ответы на мой жадный поцелуй распаляют ещё больше. Тонкое кружево нижнего белья совсем промокло от ответного желания. Я желал разложить ее тут, на барной стойке в кухне на первом этаже, но для юной принцессы хотелось прелести интимной жизни показать во всей красе.
Подозреваю, что они были такие же скупые и однобокие, как её спутник на свидании вчерашним вечером.
Я подтянул Киру ближе, мягко надавив на плечи, чтобы девушка оперлась о стену спиной.
Огонёк в глазах Киры говорил, что девушка в предвкушении, и то, что мы знакомы чуть больше двадцати четырёх часов, не смущало её. Меня обычно не вдохновляли неопытные пустоголовые девки, но и дамы с откровенным опытом тоже приелись. Здесь был тот чудный коктейль, который пьянил так, что в паху все дымило. Девчонка явно неопытна, но с той природной чувственностью, от которой должно снести башку.
Я на мгновение отодвинулся, чтобы посмотреть на её лицо, когда указательный палец нырнул в манящий свод между ног.
Глаза распахнулись от удивления, а губы, собравшись красивым «О», выдохнули протяжный и тихий стон.
Девочка с глазами цвета морской волны млела и задыхалась, когда одной рукой я прижал её грудь и начал играть с соском, а вторая бессовестно ласкала клитор между нежных и влажных лепестков и даже поддавалась навстречу нетерпеливым рукам.
– Вот так… девочка… – прошептал, с трудом сдерживаясь.
Волосы разбежались волной по плечам. Шелковые пряди блестели в свете неяркой подсветки, которую я оставил на последнем режиме.
– Наверху будет намного приятнее, – я подхватываю тонкую фигурку в белом сарафане.
Ступеньки пролетел махом и распахнул двери спальной комнаты. Кладу девушку на большую кровать, не переставая целовать губы. Невесомое одеяние стянул одним движением, впиваясь взглядом в очертания красивой фигуры.
Уфф… Хороша до умопомрачения. Бархатная гладкая кожа, стройные ножки… На Кире из одежды остались только кружевные трусики, которые я подцепил пальцем и потянул вниз.
Манящая красота во всей своей предстала взору. Кира сдавленно дышала, не отводя взгляда от моего лица.
Я сбросил рубашку, следом швырнул брюки и накрыл её горячее тело. Провел ладонями по бедру, животу, накрыл грудь, слегка перебирая выпирающий сосок. Нежная кожа пахла сладкими фруктами и на вкус была такая же бархатная и нежная. Я провел кончиком языка по ее шее и, накрываю губы, жадно вталкиваясь в рот языком.
Кира настолько неуверенно отвечала на мои решительные действия, что мне казалось, будто девушка подо мной дрожит не только от возбуждения, но и от страха. Я оказался тем незнакомцем, который с чувственным напором уложил девушку в постель.
– Кир… Не бойся… Я буду очень нежным, – оторвался от ее коралловых губок и прошептал в ухо.
Моя принцесса вцепилась в плечи и подставила шею, на которой я оставил дорожку из поцелуев до груди девушки. Раздвигаю ее ножки в стороны, чтобы окунуться в горячее лоно. Пальцы скользнули в узкую расщелину, отчего Кира немного дернулась.
Я продолжаю ласкать её стеночки, упиваясь сдавленными стонами, срывающимися с губ Киры. Выскользнув из горячего влагалища, дотрагиваюсь мокрыми пальцами до клитора и осторожно надавливаю. Кира выгибается от ласки, цепляясь ладошками за мою поясницу.
Да, вот так… Моя девочка.
Я обещал… Буду очень нежным
Тебе понравится…
Кира осторожно протянула руку к пульсирующему члену и, погладив пальчиками вдоль стоящего органа, сжала в ладони.
Смелее…
На мой призыв сиплым голосом Кира прочертила уверенно ладонью по стоящему члену. Еще и еще раз. Едва сдерживал себя, чтобы не ворваться внутрь девчонки, грубо и до основания заполняя собой. Я развел её бедра, аккуратно уперевшись в промежность, и осторожно надавил. Медленно и осторожно. Точно не тот вариант, когда можно с напором ворваться в манящий свод.
Это будет… Потом…
Я чувствовал, как мышцы влагалища сжались вокруг моего члена. От ощущений, которые пережил много раз, почему-то повело так остро, что я удивился. Кира замерла и даже немного поддалась назад. Тугая настолько, что мои движения, похоже доставляют больше дискомфорта, чем приятного наслаждения.
Дотронулся до ее губ, ухватив нижнюю, и сделал первый толчок внутрь принцессы.
Охх…
Её сладкий стон поплыл вдоль стен.
Да, принцесса… Я ждал твои охх и ахх
Выскальзываю из тугого плена и погружаюсь снова и снова. Сначала медленнее, но держать размеренный ритм тяжело. Принцесса была настолько сладкой, что башню уже снесло… И, наверное, ещё вчера. Когда я рассматривала нежную шею на коже, представлял, как буду гладить шершавой ладонью или целовать губами до протяжных стонов.
Мокрая от возбуждения, Кира крутила головой и цеплялась коготками в мои плечи.
Да…
Да…
Я увеличил темп, чувствуя, как мышцы всё больше скручивают меня внутри принцессы, приближая её к финальному фейерверку.
Не знаю, насколько меня хватит на эту девчонку. Обычно это были краткосрочные романы без особых обязательств, но пока выпускать из своей постели не собираюсь. Сгребаю ее руки в цепкий замок.
Толчок… Еще один. Чувствую, как волна удовольствия поднялась в заветной точке и вместе со стоном поплыла по юному телу. Кира выгнулась, сжимая в ответ мою ладонь. Крепко, насколько может девичья ладошка. Врываюсь в лоно, которое стягивает судорогами удовольствия и, выскользнув в ответственный момент, кончаю на бедро девчонки.
Перекатываясь на спину и тяжело дыша, смотрю в глянцевый потолок.
– Кир? Тебе понравилось? – прохрипел и приподнялся на локте и провел указательным пальцем по плечу.
– Спрашиваешь? Ты же опытный мужчина, Леш… – Кира уставилась своими выразительными глазами в моё лицо.
Безмятежность застыла на красивом лице и легкая улыбка.
На белых простынях разлетелись темные локоны принцессы. Я поднялся с постели и взглядом застрял на багровом пятне на белой простыне.
Твою же…
Чувствовал, что узко, так что едва могу протолкнуться внутрь, а все оказалось куда серьезнее…
– Почему ты не сказала, что ты девственница? – наконец, с трудом вытолкнул.
– Это что-то поменяло бы?
– Наверное, нет, – я присел на кровать и притянул ее ближе к себе. – Почему я?
– Не хотелось, чтобы первым мужчиной был мой сокурсник, который потом смаковал все подробности в универе. Хотелось помнить, а не стараться забыть. И… – Кира вдруг замолкла, уставившись в потолок.
– И?
– Ты всколыхнул во мне что-то совсем необъяснимое и непонятное. И мне захотелось это чувствовать дальше.
– И не страшно было? Ехать к взрослому мужчине… Домой.
– Я не думала, что ты привезешь меня к себе домой, – со смешком ответила Кира.
Наивная простота.
Я провел пальцем по впалому животу, обвел вокруг пупка, отчего по коже Киры поплыли мурашки. Точеная фигура с плавными и манящими изгибами.
– Можешь остаться на ночь? – я нарушил еще одно незыблемое правило.
– Могу. Ириша работает до утра.
Кира повернулась ко мне лицом.
– Сестра?
– Угу, – уголки полных губ девушки расплылись в улыбке.
Глава 9
Глава 9
– Кира! – махнув рукой в дверях, позвала Вика и постучала по ручным часам. – Ты что, прилипла теперь к этому креслу?
В кабинете я осталась в одиночестве. Выходить из своего укрытия совсем не хотелось.
Трусиха…
Обозвала себя несколько раз, но поднять дух, который растеряла окончательно, не получилось. Так всегда было, как только Вяземский появлялся на горизонте. Ноги дрожали, а в голове бухало так, что звенел каждый нерв.
– У меня много работы, – отмахнулась от подруги.
– Если твой бывший теперь в кресле главного, это ничего не значит, – Вика подошла ближе и присела на край стола. – Я с голоду помру, пока ты, наконец, разберешься со своими страхами перед бывшим. Всё, Кир! Прошло. Заволокло четырёхлетними снегами! Твои слова?
Я подняла на Вику свой взгляд.
– Ты просто верх оптимизма, – ответила, складывая в сумку телефон.
Говорить просто, а прийти в себя после столкновения с прошлым было тяжко. Второй день все мои попытки стать той Кирой, которой я была последние три года, сведены к нулю. Как только после тяжелых родов появилась Ксения, я потихоньку начала выходить из затяжной депрессии. В жизни появился смысл, и растирать сопли по мужчине, который вычеркнул меня из жизни, не стоило.
– Как-то нужно привести себя в чувство, – подмигивает Виктория.
Я тяжело поднялась из-за стола и ухватила сумочку. Аппетит отсутствовал совершенно, но мне нужно оторваться от кресла и пройтись по парку, что раскинулся неподалеку от офисного здания.
Преодолев длинный коридор, мы подходим к кабине лифта, и Виктория резво нажимает кнопку вызова.
– Кир, а Вяземский так до сих пор и не знает, что у него родилась Ксюшка, – спустившись на шепот, произнесла Вика.
Меня бросило в жар от слов Виктории, хотя эту мысль я давно крутила в своей голове. А потом в холод…
Потому что раскрывшиеся створки лифта явили того, кого я до дрожи в ногах боюсь увидеть…
Вяземский бесстрастно уставился на моё лицо. Без эмоций и даже намека, что когда-то мы делили жизнь на двоих. Пусть короткую, но такую яркую, полную горячей любви и страсти.
В ослепительно белой рубашке, с непроницаемым лицом Алексей выглядел неприступно, холодно и волнующе. Этот адский коктейль вливался в меня большими дозами, и я с трудом могла их принимать… Просто едва держалась на ногах.
Рядом с Вяземским двое мужчин. Такие же раскачанные и в белых рубашках, словно вся эта троица ступила с обложки глянцевого мужского журнала.
– Здрасьте! – затянувшуюся паузу прервала Вика и уверенно зашла в лифт, повернувшись спиной к мужчинам в большой серой кабине лифта. Я едва смогла оторвать ноги, которые стали свинцовыми.
Вяземский делает приветственный кивок с тем же сдержанным выражением лица. Едва дыша, захожу следом за Викой и поворачиваюсь спиной. В голове зудела одна и та же мысль:
Узнал?
Ведь узнал же…
Земля уходила из-под ног. Все было так ровно и гладко, и вдруг всё стало катиться в бездну… Ровно как всегда, когда этот мужчина появляется в моей жизни.
Перед глазами застыл красивый профиль Вяземского. Те же полные губы, прямой нос и взгляд черных глаз, которые прожгли своим неестественным холодом. Все та же спортивная фигура и… Мощная шея, по которой когда-то я водила кончиком пальца.
С моей удачливостью стоило ожидать, что я столкнусь нос к носу с Вяземским очень скоро. Просто я не думала, что это случится на второй день нахождения на общей территории.
Летим вниз на запредельной скорости и… Без парашюта… А сердце грохочет так, что, кажется, его стук слышен всем, кто находится рядом. Сжимаю руки перед собой так, что белеют костяшки пальцев. Хорошо, что Вяземский не видит этого жеста и, наверное, моего дурацкого выражения лица, потому что вот такое надменное и высокомерное у меня не получится никогда. А вызывать жалость не хотелось…
Вечностью показались те несколько секунд, за которые лифт плавно опустил нас к большому холлу, с которого начинается офисное здание «Альянса». Я вылетела из лифта, словно за мной гнались черти. Так, в принципе, и было. Цокая каблуками туфель, сокращаю дистанцию к выходу.
– Кира! – Вика ухватила меня за локоть. – Можно коней придержать!
– Нет, – зло ответила подруге.
– Ну я-то ни при чём… – вздохнула Вика. – Ты ничего не путаешь? Может быть, это другой Вяземский?
– В смысле?
– Даже бровью не повел, – сокрушённо произносит подруга. – Не путаешь?
Я пригвоздила Овчарову таким взглядом, что Вика сжалась.
– Ох… Прости. Ни одной эмоции не пробилось на лице генерального, поэтому я подумала… – пролепетала Вика.
– Он может быть… Холодным и бесчувственным, – прервала подругу. – Словно в озере искупали после горячего душа, – я вдыхаю полной грудью свежий воздух на ступеньках здания.
Бросаю взгляд на Викторию, нисколько не сбавляя темпа.
– Или сделал вид. Или извращенная игра от Вяземского, – растираю виски, вспоминая вечер накануне финала нашего брака.
– Мне кажется, из вас двоих только ты варишься в своих чувствах и домыслах, а твоему муженьку хоть бы хны. Переступил и живет спокойно. И тебе нужно сделать так же.
– Наверное, – я тяжело опускаюсь на скамейку, рассматривая главный вход офисного здания.
В тени деревьев парковой зоны на территории, принадлежащей «Альянсу» наш дуэт с Овчаровой не просматривается. Зато мне хорошо видно, как Вяземский вышел из здания со своими помощниками и, перекидываясь фразами, направился к своему автомобилю.
От мужской грации и силы заныло разом всё. В душе резали кошки черные, как темная ночь, своими когтями. В голове сжимало обручем воспоминания, которые вдруг выплыли из папки «Корзина – забыть Вяземского», а низ живота томительно сжимался, как в тот вечер, когда он стал моим первым…
Алексей достал сигарету и щелкнул зажигалкой. Выпустил дым, оперевшись рукой об авто.
– Так и не бросил свою привычку, – хмыкнула, припомнив желание Алексея распрощаться с сигаретами.
– Любишь? – удивила вопросом мягким тоном Вика.
– Ненавижу, – вытолкнула зло.
Удивительно, но оба этих чувства к Вяземскому прекрасно уживались внутри меня, и я не могла сказать, какое из них было сильнее.
– Кира, – Вика мягко дотронулась до моего плеча. – Пошли обедать.
Я устало махнула головой и поднялась со скамьи. Всё же с работой мечты придётся распрощаться. Такие эмоциональные встряски выдерживать долго не смогу.
– Даже не думай, – словно прочитав мои мысли, произнесла Вика. – Подумай о Ксюшке. Он завтра опять отсюда смоется, а ты останешься на бобах. С кредитом, няней и ребенком. А в «Альянсе» назад не берут. Золотое правило нашей конторы знаешь.
Мда…
Пройти столько собеседований, чтобы писать заявления об увольнения по собственному желанию.
Глава 10
Глава 10
В кафе я бесцельно водила вилкой по тарелке. Ничего, кроме любимого латте впихнуть в себя не удалось. Погода за окном портилась и становилась под стать тому, что бушует в моей душе.
Угораздило меня влюбиться в мужчину, для которого я была всего лишь развлечением. Чем и осталась. От этой короткой встречи «глаза в глаза» стало ещё хуже. Единственное, что не могла понять все эти четыре года: почему Вяземский вдруг сделал предложение выйти за него замуж, зная меня всего пару месяцев? Понятно, почему согласилась я… Я жила им. Понимала, что так нельзя, но по-другому у меня не получалось. От всего свадебного фарса остались Ксюшка и кольцо с большим бриллиантом, продать которое даже в самые трудные времена не поднялась рука.
– Кира, – шипит Вика. – Смотри, пятницу и «Посейдон» никто не отменял. Мне, знаешь, каких трудов стоило договориться, чтобы наши замечательные пятые точки могли просочиться в «Посейдон»!
Настроения на «пятничные посиделки», которые я пообещала Вике, отменить – значит нарваться на недельную обиду от Овчаровой. А мне её поддержка нужна как никогда.
– А как же, – обещаю воодушевлённо.
Жизнь продолжается, и нужно пробовать искать способы, как можно меньше думать о моём прошлом.
– Тем более, что с Татьяной Витальевной я уже договорилась, – добавляю, вспомнив свой разговор с няней. – Вряд ли что поменяется. А если поменяется, Ириша всегда выручает меня.
Вытащить меня в свет Овчарова любит. Вечер, конечно, не будет таким весёлым как раньше, но Вика уже давно договорилась с управляющим, чтобы наши скромные персоны попали в новый элитный клуб.
– Может, найдешь замену своему Вяземскому, и не менее интересную, чем твой раскачанный подлец, – усмехнулась Виктория, отпив глоток кофе.
Раскачанный подлец …
Усмехнулась вслед за своей подругой.
Расплатившись за обед, мы вышли из кафе и не спеша направились к входу. Автомобиль на стоянке я не заметила и, глубоко выдохнув, ускоряю ход. Овчарова молчит и, молча тяжело дыша, старается за мной успеть.
– Без меня вечером не уходи, – прошу Вику, остановившись у дверей кабинета.
– Уже поняла. Будем сидеть в здании, пока твой благоверный не выедет.
– Бывший благоверный, – добавляю, вздыхая.
– Даже если нам придётся сидеть по кабинетам до поздней ночи, – весело подмечает Овчарова.
Я только громко цокаю в ответ, показывая, что весёлость Овчаровой совершенно не разделяю.
В кабинете бросаю сумку на тумбочку у письменного стола и старательно углубляюсь в работу. Сухие цифры неплохо отвлекали меня вчерашним днем. Надеюсь, что этот фокус получится и сегодня.
Удовлетворённо отметила, что уже не так часто выглядываю в окно. И даже пропустила возвращение генерального «Альянса».
Мелкий противный дождь забарабанил в окно. Я должна появиться у Иришки в гостях, а ехать на край города по мокрой трассе не хотелось. К тому же часть отчётов придётся брать домой, потому что после отпуска я не знала, за что схватиться. Откидываюсь на спинку кресла, глубоко вздыхаю, рассматривая стопку документов, которые сегодня вечером поедут вместе со мной домой.
– Марина Константиновна, – заплывшая в кабинет секретарь Вяземского, опустила очки и пристально уставилась на мою начальницу. – Алексей Дмитриевич, просит вас зайти.
– Что-то случилось? – смущенно спросила Марина Андреевна и бросила на меня недовольный взгляд.
– Не могу сказать, – пропела дива в стильных очках. – И попросил пригласить автора отчетности, которую вы сегодня утром оставили у Алексея Дмитриевича.
Нет… Ну просто невозможное становится возможным.
Боги… Только этого мне не хватало… Мало мне проехаться с Вяземским в одном лифте. И это, позвольте на минуточку, был лифт для сотрудников. Негласно самым крайним лифтом пользовалось начальство «Альянса», а остальные два – сотрудниками фирмы. Возможно, Алексей Дмитриевич не в курсе прежних правил компании.
– Ну почему я? – ноет внутренний голос.
Поднимаюсь из-за стола, после тяжелого и звучного: «Смирнова, нас ждет Алексей Дмитриевич».
Ждёт… Понятно, что выбора нет. Что может не понравиться в сводных таблицах? Продажи по сегментам и по отчетным периодам. Все расписывала максимально подробно. Один пролёт лифт промчал за секунды. У серой двери, казалось, грохнусь в обморок, но тело всё же машинально переступило порог его кабинета.
Стараюсь выглядеть максимально уверенно и поворачиваю лицо на трон, в котором восседает Вяземский. Кровь разгоняется по венам, только пробегаюсь по профилю бывшего мужа. Бессовестно красивому и мужественному лицу с легкой небритостью, которая так идет ему. Вяземский отрывается от вороха бумаг на своем столе, и наши взгляды переплетаются.
На мгновение мне показалось, что там что-то заиграло. Вспыхнуло пламя чувств, но тут же стерто холодным безразличием – любимая маска Алексея. Пытаюсь собраться, а в голове звенел далекими аккордами дурацкий марш Мендельсона.
– Алексей Дмитриевич, вы просили зайти и пригласить сотрудника, ответственного за предоставленные отчёты, – отчиталась Бурова.
– Просил, – спокойно отвечает Вяземский и кивает на стулья у овального стола.
– Вам что-то не понравилось? – интересуется Марина. Голос женщины дрогнул на последнем слове.
– Вы не ошиблись? – Вяземский подвигает ближе мои таблицы и перелистывает их.
– Кира Владимировна очень ответственный специалист… – бросает на меня взгляд Бурова. – Ошибки быть не должно.
– Основываясь на этих цифрах, я принимаю очень важное решение, от которого будет зависеть, насколько деятельность «Альянса» будет успешной, – Вяземский откидывается на спинку кресла, сканирует взглядом с хитрым прищуром.
Слова доходили до меня сквозь туман… Это проверка? Что за показательные выступления устроил Вяземский… Скрупулёзность Алексея в финансовых вопросах мне была известна, но не до такой степени, чтобы вызывать сотрудника и устраивать допрос.
– Если это действительно так, – Алексей поднялся из-за стола и подошел вплотную ко мне, – мы закупаем именно это оборудование у завода и реализуем его на рынке.
Листы бумаги легли передо мной, и цифры, конечно, расплылись тут же перед глазами. Дурман окутал вмиг. Я помню этот запах кожи и аромат мужского одеколона, которым объял Вяземский.
Ну зачем он снова ворвался в мою размеренную жизнь?
Глава 11
Глава 11
– Нет, Алексей Дмитриевич, – отвечаю насколько возможно ровным голосом и встречаю его взгляд со спокойствием, которому удивляюсь сама. – Все цифры точные. Я проверяла несколько раз.
Ни намёка, что мы были мужем и женой всего четыре года назад…
Я, конечно же, не ждала ничего особенного, но с таким ледяным выражением встретить своё прошлое мог только Алексей.
– Через неделю я планирую встретиться с заказчиками. Это будет очень важная сделка, – добавляет Вяземский.
– Алексей Дмитриевич, каждая цифра выверена, – отвечаю таким же холодно-деловым тоном, что услышала от Алексея.
Вяземский прищурился, словно мои слова поставлены под сомнение. Я встретила взгляд карих глаз, стараясь не показать своей растерянности.
Да-да, Леша… Я тоже могу сделать вид, что ты пустое место в моей жизни и даже бровью не повести.
Как научиться противостоять его мощному напору и не давать страхам управлять мной? Перед глазами всплыло личико моей дочки. Ради Ксении я должна выдержать, попробовать побороться, и уже если не получится… Только тогда с позором и тихо положить заявление об увольнении на стол начальнику отдела кадров.
Вяземский вернулся к своему столу и присел в кресло.
– Если вас не затруднит, проверьте всё ещё раз и по медицинской технике подготовьте мне более развёрнутую информацию. По каждому виду, – Вяземский смотрел в упор на меня, словно Бурова в этом кабинете не сидела рядом со мной на стуле, словно смирная мышь.
– Хорошо, – отвечаю уверенно. – Сроки?
Внутренне представляю свои рабочие будни в ближайшие дни.
– Сколько вам нужно?
– Не меньше двух дней. Тем более, что это обширный сегмент, – произнесла я, стараясь звучать уверенно и напряжённо сжимаю ладони.
– Тогда… – Вяземский перевёл взгляд на Бурову. – Через два дня жду вас с вашим сотрудником у себя в кабинете.
Марина кивает головой.
– Можете быть свободными, – громыхнул басом Вяземский и упирается взглядом в монитор своего ноутбука.
В приёмной я глубоко выдохнула. Даже не знаю, откуда взялись силы выдержать этот короткий тет-а-тет. Щеки пылали, а сердце носилось в бешенном ритме.
Ох Кира…
Такая нехорошая каша заваривается. Если вдруг у Вяземского что-то пойдет не так на его сделке, я даже знаю, кто будет виновным лицом.
Я помню Алексея, когда его дела в бизнесе вдруг сделали крутое пике вниз. Совсем не узнавала до некоторых пор нежного и ласкового Вяземского, который срывался и грубил… Я понимала, что это эмоции, а характер у Вяземского ох какой вспыльчивый.
До кабинета мы топали с Мариной Константиновной молча.
– Задание ясно? – остановившись у двери, спросила Бурова.
– Предельно, – отозвалась глухо.
Два дня кропотливой работы, переворачивая продажи прошлого года.
– Смотри, не подведи, – произнесла Бурова, – На кону твоя премия за месяц. И вообще репутация всего отдела.
Я внутренне хмыкнула. Что больше всего интересует красивую, элегантную карьеристку, так это собственная шкурка и перспектива повышения. Ну, то, что Алексей запал моей начальнице, было понятно по лицу. Этот жуткий коктейль с хорошей дозой ревности разъедал изнутри. Поймала сочувственные взгляды коллег и плюхнулась на кресло перед монитором. Мне тоже было откровенно себя жаль. А ещё сюда можно было добавить злость на Вяземского, а больше – на себя. Через четыре года после того, как Алексей просто исчез из моей жизни, я так и не научилась ровно дышать в его сторону.
– Тебе нужны помощники? – через час моей кропотливой работы спросила Марина.
– Пока не нужны, – мне казалось, что моя голова дымилась, но я старалась не отрывать от цифр, которые плыли в глазах, и от помощника, от которого вряд ли будет толк, отказалась.
– Кира, кофе, – поставила перед моим носом полную кружку с горячим ароматным напитком Инна, бросив на меня сочувственный взгляд.
– Спасибо, – я делаю глоток, впервые за столько времени бросаю взгляд на любимое парковочное место нового генерального. Белый корабль отчалил, а я заметила это только сейчас.
– Мда… Повезло тебе, Смирнова – сразу на ковер перед начальством попала, – в голосе лёгкие нотки зависти.
– Просто фигею от этого везения уже второй день, – я складываю необходимые документы в сторону.
Осторожно оглядевшись, вставляю флешку в ноутбук. Такие вещи в «Альянсе» запрещены. Финансовые документы нельзя переносить на переносные носители и выносить из стен «Альянса». Но задержаться дольше чем на полчаса непозволительно.
Бросаю флешку в сумочку и складываю распечатанные таблицы в папку, чтобы просмотреть ещё раз вечером. Часы добежали до заветных часов и коллеги воодушевлённо покинули кабинет. Я ещё ковырялась в программе, собирая полную картину продаж оборудования.
Телефон призывно завибрировал. Отрываюсь от одного монитора и переключаюсь на другой.
«Кто-то обещал появиться сегодня в гости и блеснуть загаром из курортной Анталии».
Обещала… Смотрю на лицо сестры на аватарке.
Ксюшка несколько раз за вечер спросила, когда мы поедем к Ирине.
Я выключила ноутбук и потянулась за сумочкой. Овчарова уже понеслась домой, потому что вечером Вика приглашена на неожиданное свидание, напрочь забыв, что должна поддержать меня.
Пустой кабинет обвожу взглядом и достаю ключи из сумочки. Всё-таки Бурова редкостная зараза. За любую провинность сотрудник отдела финансового менеджмента запросто мог быть лишён премии за месяц. Отчего мы все откровенно не любили Марину Константиновну.
А без премии оставаться одинокой женщине с ребёнком на руках тяжко.
