Текст книги "В плену дракона (СИ)"

Автор книги: Елена Арматина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

9

Смущалась я не долго. Инимис совершенно не обращала внимание на мою наготу, и ничуть не стыдилась своей.

– Ну что, готова? – спросила она, как только я опустилась напротив нее.

Смотря к чему. Но ответить я не успела: Ини дунула на воду, сделала движение длинными пальцами, будто послала по поверхности нечто легкое и невесомое. Сначала по воде пошла мелкая рябь, а в следующую секунду зеркально гладкая поверхность купели забурлила, словно кто-то невидимый притаился на дне и что есть сил пускал оттуда пузыри.

От неожиданности я вскочила, но затем с громким хлюпом упала назад. Я и сама толком не понимала, то ли я просто поскользнулась, то ли Инимис дернула меня за ногу. Она так задорно хохотала и наслаждалась моими испугом и растерянностью, что вскоре и я присоединилась к ней. Быстро освоившись в бурлящем бассейне, я не удержалась, и “отомстила” девушке, отправив под воду и ее.

Вдоволь наигравшись, мы, наконец-то успокоились. Откинув головы на бортик, мы наслаждались прохладной водой, одаривая друг друга усталыми улыбками.

Совместная ванна еще больше расположила нас друг к другу. Мы замерли, ощущая, что приближается тот самый момент, когда придется говорить по душам. Каждая из нас молчала, раздумывая, с чего бы начать.

– Наверное, мне раньше нравилась вода, – я первая прервала неловкое молчание. – Кажется, я бы сейчас и уснула в этом бассейне.

– Меня тоже вода всегда успокаивает, – ответила девушка, вдруг закусила губу и почти шепотом спросила: – Я просто не представляю, что мне делать. Бабушка молчит. Но я очень надеюсь, что она что-то придумает.

Я нервно дернула плечом. Может, и придумает. Но ведь есть очень простое решение – опять убежать. Однажды они уже скрылись, очень даже успешно. Почему бы снова не проделать тот же фокус? Меня-то уж точно здесь ничего не удерживает. Правда, придется тащить за собой старушку. А в ее то годы пускаться в бега – то еще удовольствие.

– Послушай, Ини. Мы можем убежать.

– Мы? – она подняла вверх соболиную бровь.

– А почему бы и нет? Ты же не думаешь, что я брошу тебя?

– Мы только познакомились. Я не смела предлагать тебе это. Попробовать можно, хотя я не очень-то верю в эту затею.

– Почему?

– Дядюшка выследил нас и, думаю, предусмотрел разные варианты. И наш побег – в том числе. Но, попробовать стоит.

Она посмотрела вверх, словно сверяя время со светилом.

Я проследила за ее взглядом, будто тоже в этом что-то смыслю.

– Ах, ты ж гад такой! – взвизгнула я, прикрывая свои пикантные места ладонями. – А ну, брысь отсюда!

У самого свода из веток и листьев завис дракончик с потешной мордой, переливаясь в лучах света словно мыльный пузырь.

Ини проследила за моим взглядом, посмотрела на меня, снова проследила за моим взглядом, нахмурилась.

– Найтири, кого ты там увидела?

Далеко не сразу я поняла, что она попросту не видит его. Тогда, спрашивается, что это за дракон? Или просто шалит мое воображение?

Будто услышав мои мысли, дракон потешно закатил глаза, мол, было бы из-за чего шуметь. Но тем не менее, тут же исчез. Сомневаюсь, что он куда-то улетел. Скорее всего, просто слился с ландшафтом. Но и на том спасибо. Не переставая прикрываться руками, я объяснила Ини:

– Ты понимаешь, меня преследует дракон. Прозрачный, словно мыльный пузырь.

– Мыльный пузырь? Прозрачный? И к тому же – дракон?

Ини смотрела на меня с сомнением. Не знаю, что там она обо мне в этот момент думала, но мне очень захотелось оправдаться перед ней.

– Понимаешь, он несколько раз спасал меня. И когда я падала со скалы. И когда… – чуть не проговорилась ей об огромном яйце, спрятанном в пещере. Но почему-то вдруг решила не рассказывать о нем. – В общем, несколько раз спасал. Он почему-то преследует меня.

– Ну, так спроси его, что ему от тебя нужно.

Я задумалась. Вот именно такой вариант мне и в голову не приходил. А почему бы, действительно, просто не спросить его? Но не нагишом же вести беседу со странным, пусть и явно не злым чудовищем.

Я потянулась за своим комбинезоном.

– Найти, подожди, – девушка быстро встала и потянулась к стопке одежды, лежавшей в стороне. – Только не обижайся, но твой нарядец выглядит, как бы это сказать, не совсем прилично.

Я было вспыхнула от возмущения – по сравнению с прозрачными лоскутками, в которых Ини еще недавно щеголяла передо мной, мой комбез выглядит просто по-пуритански целомудренно. Но мое возмущение тут же захлебнулось. Ини достала еще одну стопку с одеждой и протянула ее мне.

– Примерь-ка это. Ты ничего не подумай плохого, оно совершенно новое.

Да даже и не будь оно новое, я бы не обиделась.

Шаровары были сшиты из тончайшего шелка бежевого цвета. Манжеты по низу были расшиты яркими нитками и камнями. Точно такими же узорами была украшена и туника темно-изумрудного цвета. Нежный узор из веточек и цветов вился по вырезу горловины, по низу рукавов и по подолу. О такой красоте можно было только мечтать.

Я так быстро захлопнула рот, проглотив протестующий вопль, что в горле застрял комок воздуха.

Инимис рассмеялась и буквально втиснула этот наряд мне в руки. Нежная ткань тут же обволокла мою влажную кожу, напрочь отметая мои сомнения и ложную скромность.

– Спасибо, – наконец-то выдавила из себя я, и стала поспешно одеваться.

Наряд был словно сшит на меня. Интересно, где она его взяла? На саму Инимис он явно был маловат.

– У меня таких нарядов много, – Ини ответила на так и не прозвучавший вопрос, – бабушка сама шила и вышивала их для меня. Но я выросла очень быстро, и многие из них мне так и не довелось поносить.

Она помогла расправить на мне складки, поправила ворот и удовлетворенно улыбнулась.

– Это даже хорошо, что ты такая мелкая. Теперь вся эта красота принадлежит тебе. И не спорь со мной…

Я и не думала. У меня просто духа не хватит отказаться от такой роскоши. Кстати, и та одежда, что досталась мне, и та, что была на Ини, выглядели, по моему мнению, очень дорого и роскошно. И совершенно не вязались с непритязательной обстановкой дома, в котором жили девушка и ее бабушка.

Между тем, Инимис решительно пошла по узкой дорожке, едва заметно вившейся среди высокой травы. Я, словно собачонка, не переставая любоваться красивой вышивкой на рукавах, неслась за ней. Очень скоро мы уперлись в высокий каменный забор, до того надежно скрытый за густыми кустарниками и высокими деревьями. Мы пошли вдоль него, пока не увидели решетчатую калитку. Инимис провернула торчавший в замочной скважине ключ и толкнула калитку. Та совершенно неслышно отворилась.

– Ну что, кто первый, ты или я? – спросила моя новая подруга.

Странный вопрос. Какая разница, кто пойдет первым?

Тут впереди, немного над нами сверкнул радужным боком дракон. Вот же, наглая морда! Он и не думал оставлять меня в покое. Он спокойно и совершенно беззвучно, будто прозрачное облако проплыл мимо калитки и оказался наружи. Остановился и обернулся, словно поджидая меня.

– Морда. Вот как я буду тебя звать, – бубнила я, протискиваясь мимо Инимис через калитку.

Дорожка вилась дальше, исчезая среди покрытых луговыми травами холмов.

Сделав несколько шагов, я остановилась и обернулась. Ини стояла в проеме калитки, насупив брови и закусив от напряжения нижнюю губу. Что такое? Что происходит?

– Ини? – позвала ее я.

– Я не могу пройти, – срывающимся голосом ответила она. – Я так и думала. Мой дядя не позволит мне сбежать…

Она протянула вперед руку, но тут же отдернула ее. Проем калитки на мгновение затянулся сияющей в лучах света паутиной. Магической паутиной!

К дому мы возвращались, поглощенные каждая своими мыслями. Инимис шла с понуро опущенной головой. Я же, словно верный пес, которого неожиданно приласкали и обогрели, пыталась спасти свою благодетельницу. Мысли бестолково роилсь в голове. Но сколько бы я ни напрягалась, сколько бы не морщила лоб, ничего умного и гениального в голову не приходило. Дракон парил рядом над левым плечом и даже не пытался скрыться или спрятаться.

– Морда, может в твою голову что умное придет? – тихо спросила его я.

Морда состроил умную рожицу, важно надулся… И тут же сдулся. А признав свое бессилие, и вовсе растворился в воздухе.

– Так ты что, действительно его видишь? – поглощенная своими мыслями, я и не заметила, что Инимис уже некоторое время наблюдает за мной.

– Угу, – угукнула я.

И почему это я вдруг покраснела, словно меня застали за чем-то недозволенным?

– И как он выглядит? Хвост? Шипы? Чешуя? Все есть?

– Хвост есть, лапы с когтями. Шипов и чешуи, кажется, нету. Крылышки есть, но крохотные. Но он все равно летает. И морда у него такая наглая и … смешная.

– Драконья морда – смешная? – Инимис задумчиво смотрела на меня. – Странно. И как давно он тебя преследует?

– Да вот как со скалы летела, так он и появился. Он меня будто за шиворот тогда придержал, не дал разбиться.

– И высокая была скала? – сыпала короткими вопросами Ини.

– Очень, – смущенная ее недоверчивым интерсом, пробормотала ее.

А ведь и правда, кто в здравом уме поверит в такую сказку? Но Инимис, кажется, поверила.

– А тело у него какое? Какого цвета?

Я дернула плечиком и опять посмотрела вверх. Морда, явно польщенный таким вниманием к его персоне, снова красовался передо мной.

– Прозрачное. И переливается, словно мыльный пузырь.

Ини проследила за моим взглядом.

– И ты его сейчас видишь?

– Вижу.

А дальше случилось вообще нечто неожиданное. Инимис резко выхватила из травы большую палку, приняла боевую стойку, а в следующее мгновение, замахнувшись, бросилась на меня. Я только успела закрыться от удара руками, как нечто, сверкающее и очень даже материальное, бросилось на Ини, повалило ее на землю, и застыло над ней, ощерив острые зубы. С которых, кстати, капала серебристая переливающаяся слюна.

– О-бал-деть, – протяжно бормотала она, глядя восхищенными глазами на … Морду.

Потому что это был именно он. Или она? Не важно… Только в разы увеличившийся, все такой же прозрачно-переливающийся, но чертовски материальный. И мордочка его из кукольно-умильной вдруг стала самой настоящей свирепой мордой дракона. Одной лапой он прижал к земле дрючок, а другой – наставил острый коготь прямо к бьющейся на шее Инимис жилке.

– Морда, фу! – закричала я и бросилась к дракону. Почему-то страх перед монстром отсутствовал полностью. – Брысь! Не смей!

И дракон послушался! Медленно, все еще порыкивая, он отпустил Инимис. Но все также оставался материальным, зависнув над моим плечом.

– Это же чудо! – бормотала Ини.

Вот ведь странная особа! Сначала она ни с того ни с сего бросается на меня с дубиной. Затем ее чуть не убивает дракон. А она вся светится от восторга, словно ей вишенка на торте досталась.

– Найтири! Как тебе удалось заполучить ЕГО? Ох, Великая Ирида. Это же элементаль… Дракон-элементаль… Самый настоящий…

Еще минут пять она рассыпалась в радостно-восторженных причитаниях, хлопая в ладоши и чуть не подпрыгивая на месте от радости.

Морда же, явно польщенный таким восторженным вниманием, важно надувал грудь и щеки, будто и не брызгал только что от ярости слюной.

– Найти, ты что, не понимаешь? У тебя есть свой, личный дракон-элементаль. Это просто невероятно.

– Почему это “у меня”? Может, он твой?

– Да нет же! Он твой. Ты видела, как он бросился тебя защищать? Да кто ты такая? Откуда взялась?

Ини все не могла остановиться – то рассыпалась восторженными соплями, то с недоверием косилась на меня.

– Не знаю, – огрызалась я, – проснулась, упала со скалы, встретила тебя. Больше ничего не знаю и не помню. Да уймись ты, Инимис. Объясни, кто такой элементаль? И что ему от меня нужно?!

– Так, с чего же начать? – Инимис металась по дорожке, то убегая вперед, то возвращаясь. Иногда мне даже казалось, что она хочет сгрести в объятия меня. А в следующий момент чудилось, что готова облобызать Морду.

Одно было хорошо – о предстоящем знакомстве с женихом она явно забыла.

– Когда-то, много-много-много рассветов тому назад на нашей планете жил всего один вид людей.

– Это ты мне сейчас сказку пытаешься рассказать?

– Почему же сказку? Это самая настоящая правда. Так вот. У каждого человека, будь то мужчина или женщина, был свой элементаль. Женщинам он давался при рождении. Он рождался вместе с первым криком младенца, и умирал с последним вздохом человека…

Я с сомнением посмотрела на своего… дракона. Ничего себе спутник жизни.

– Мужчина же получал своего элементаля после обряда соединения. После свадьбы, то есть. Они, значит, эти мужчины, рождались магами. Могли обращаться драконами, могли летать. Во время обряда мужчина отдавал часть своей сущности, силы и магии женщине. А она потом возвращала ее обратно, благословляя избранника элементалем. Такой себе симбиоз. Если человек был достойным, его элементаль рос и становился сильнее. Магически, понимаешь?

Не очень. Не знаю, как с магической частью, но размеры моего элементаля каждый раз менялись. То он был крошечным, словно птичка, порхающая рядом. То раздувался, вот как сейчас, например. Думаю, будь у него крылья побольше, с таким размером вполне мог бы и меня в воздух поднять. А так… невесть что за живность.

– Сама такая, – прозвучал в голове уже не единожды слышанный голос.

Так вон оно что за чудо со мной разговаривает! А я уж начала сомневаться в здравии моего рассудка. И, ура, совершенно напрасно.

– Если человек был дурным созданием, его элементаль со временем превращался в пустую оболочку. Именно элементаль давал силу своему человеку, делился с ним магией, в разы увеличивая способности человека. В конце концов, продлевая ему жизнь. А затем случилась настоящая трагедия. Четыре брата, четыре наследных принца полюбили одну девушку. Из-за нее забыли о том, что в их жилах течет одна и та же кровь. Разразилась война. Жестокая, кровопролитная. Много людей молегло. Много замков было разрушено. Люди забыли о священных источниках Ириды, перестали их чтить и приносить им дары. И тогда Ирида возмутилась.

– Ини, подожди. Ирида – это кто?

– В каком смысле, “кто”? Ах, да, ты же ничего не помнишь. Ирида – это наша планета. Она живая. Все видит и все слышит. Заботится о нас, оберегает.

Я уж было решила съязвить, почему же тогда она не оградила Ини от нежеланного жениха. Но в последний момент прикусила язык. А вдруг, и правда, планета живая и все слышит? Еще обидится и тогда на меня не только яйцо размером с человека свалится, или привяжется чванливый элементаль.

Не знаю, как Ирида, но Морда мои мысленные речи явно услышал. В воздухе пыхнуло ярким светом, и элементаль исчез из виду. Каким-то совершенно необъяснимым чувством я поняла, что он не покинул меня. Он где-то рядом, просто обижен и невидим для моих уязвимых глаз. Которые, кстати, уже слипались от усталости.

Но сдаваться нельзя. Еще не вернулась старушка. Да и жениха встречать надо. Не оставлять же Инимис с этой проблемкой наедине?

– Ты меня слушаешь?

– Конечно, – я едва сдержала зевок. Если честно, старинная легенда меня не очень-то и заинтересовала. – Я вот одного понять не могу. Зачем они воевали? А сама девушка, она-то кого из братьев любила?

– Вот! Вот в этом и вся суть. А девушка никого из них и не любила. Не перебивай меня. И тогда Ирида призвала их всех к Священному источнику. Дала братьям последний шанс примириться. Они отказались. И тогда Ирида решила их наказать. Она велела четверым мужчинам отдать девушке свою магию, силу, возможность летать драконом так, как это делается во время ритуала соединения…

Представляете, какие мысли у меня при этом забурлили в голове? Что и как там происходило-то?

– Они что, с нею любовью занялись? Все вчетвером?

Инимис сначала озадаченно посмотрела на меня. А затем в ее глазах зажглись настоящие чертики.

– Не знаю, об этом история умалчивает. Они дали ей клятвы – “твоя жизнь, бла-бла-бла, наша жизнь бла-бла-бла. Примешь ли ты мою силу…”

Инимис грубым голосом передразнивала клятвы, произнесенные древними мужчинами, а у меня в это время вдруг засосало под ложечкой.

“Примешь ли ты мою силу?”

Я уже слышала эти слова! Там, на скале, с которой я так удачно сорвалась. Из уст красавчика, которому я коленом несколько понизила его самооценку. Холодный пот побежал вдоль позвоночника. Он что же, вовсе не изнасловать меня хотел, а замуж звал? Так бывает?

Весь сон с меня как рукой сняло. Я чуть не схватила Инимис за грудки и не вытрясла из нее окончание истории.

Мне пришлось сдержаться. А девушка, не заметив моего смятения, продолжила:

– Она их силу приняла, но назад не вернула. Выбрать никого из них так и не смогла. Говорят, что она высохла от горя, словно сорванный цветок. Она рассыпалась в воздухе золотой пыльцой, унеся с собой и всю силу мужчин, и их магию, и возможность обращаться и летать драконом, так и не одарив их собственными элементалями. Они бросились собирать ту золотую пыльцу, надеясь вернуть свои возможности. Но им досталась лишь толика былой силы. Ирида жестоко наказала человечество. Один из братьев остался жить, лишь имея возможность обращаться драконом. Говорят, его потомки живут за Черной грядой и до сих пор умеют летать. Их сейчас называют драгами.

Другой брат собрал достаточно золотой пыльцы и со временем его потомки смогли приобретать своего фамильяра. Правда, для этого мужчины рода Вир еще в детстве, будучи мальчиками, отправляются в горы искать яйцо дракона. Если дракон посчитает достойным мальчугана, то он вылупляется из яйца на свет. Мужчина на всю жизнь обретает единственного фамильяра и верного друга.

Два других брата собрали слишком мало пыльцы. Но решили объединить ее. Вот с тех самых пор мужчины-домиторы вынуждены брать одну жену на двоих. И могут покорять своей волей и магией грозных игозавров. Правда, друзьями они никогда не становятся. И только железной волей и недюжинной магической силой они могут удерживать монстров в повиновении.

Мы с Инимис подошли к самому дому. Остановившись в дверях, так и не решились войти внутрь, наслаждаясь свежим воздухом и каждая думая о своем.

– А женщины? И их элементали?

– Элементали исчезли. Женщина, правда, пропуская во время обряда через себя магию и силу мужчины, может в разы усилить мощь и магию своего избранника.

– Что-то не клеится. Им, значит, хоть какую-то силу и возможности вернули. А женщине?

– Жена получает магию от своего мужчины. Правда, если только любит его.

– А если не любит? Если не произнесет взаимные клятвы? А если не вернет мужчине его силу?

– Тогда она рассыпется золотой пыльцой, – прозвучал совсем рядом каркающий голос.

Мы с Инимис вздрогнули от неожиданности и обернулись.

10

В замке пахло сыростью и запустением. Едва заметными тенями то тут, то там мелькали заполоханные служанки, поспешно срывая с мебели припыленные чехлы, открывая для проветривания высокие створчатые окна. Слишком уж неожиданным было появление гостя в этих краях.

Солус то и дело ловил на себе их любопытные взгляды. Его внешность явно пугала местных женщин и отталкивала. Судя по всему в изувеченном мужчине никто так и не заподозрил своего повелителя. А верный Олли не спешил вносить ясность в умы слуг. Это даже и к лучшему. Возможно, им с братом удастся утаить произошедшее с ним несчастье. А у него будет немного больше времени, чтобы найти сбежавшую девчонку и все исправить.

Солуса очень утомил перелет. Да к тому же давали себя знать бессонная ночь и полученные им в бою увечья. Он все еще чувствовал себя слабым и разбитым. Нога отказывалась слушаться и волочилась, шаркая по мраморному полу. В детстве они с Митусом обожали дурачась и шаля скользить по темному камню из одного конца огромного зала в другой. Сейчас же гладкая поверхность напрягала его, заставляя тратить и без того недостаточные силы на элементарное поддержание равновесия.

Казалось, он целую вечность добирался до широкой лестницы, ведущей на верхние этажи. Не меньше сил и времени ему придется потратить, чтобы дойти до одной из спален, располагавшейся на третьем этаже. Волочащаяся нога оставляла за ним жалкий след и вздымала в воздух целый рой пылинок. Он не морщился от отвращения только потому, что рана на лице вспыхивала резкой болью от каждого движения мышц. Будь то просто улыбка или едва уловимая гримаса.

В любое другое время эти несколько десятков ступеней он преодолел бы за считанные секунды. Сейчас же на это требовалось гораздо больше времени и усилий.

Но вот, наконец-то и двери его спальни. Он открыл их тихо, будто боялся спугнуть далекие воспоминания. Солус не был в этой спальне, да и в самом замке с тех самых пор, как взошел на престол. Как странно. Все это время он даже и не вспоминал о старинном доме. А сейчас что-то такое неуловимое сжало его хладнокровное сердце, словно вновь встретил давно потерянного друга.

Пожилая служанка со сбившимся набок платком как раз заканчивала перестилать постель. Услышав шаги, она обернулась. И тут же, испуганно вскрикнув, выпустила из рук подушку и стремглав выскочила из покоев.

Странная реакция женщины озадачила Солуса. Она что же, никогда не видела раненного воина? Но едва он подошел к высокому зеркалу и посмотрел на свое отражение, то ужаснулся. Мало того, что рана, рассекающая скулу от самого виска и до трепещущего крыльями носа воспалилась, так на висках его яркими перьями выделились седые пряди. Запавшие глубоко глаза гневно сверкали из-под насупленных, казавшихся угольно-черными на бледном лице бровей. Вместо властного, молодого и красивого мужчины из зеркала на Солуса смотрел потрепанный жизнью почти старик.

Он невольно поднял ладонь к лицу и провел пальцами по щеке. Нет, морщин на его лице все еще не было. Но казалось, что кожа была так туго натянута на черепе, что высокие выдающиеся скулы и квадратный подбородок безобразно выпирали и придавали ему довольно зловещий вид. А добавить к тому еще длинный, с горбинкой нос и черные, бездонные глаза, так и вовсе похож на злодея из сказок.

Ндаааа. Солус сам себе признался, что если уж ему не удалось во время первой встречи покорить девушку, то с таким лицом это становится тем более почти неосуществимым.

От мрачных мыслей его отвлекло появление его верного слуги. Она важно шествовал впереди нескольких крепких мужичков, несших огромные ведра с горячей водой.

Не поднимая на него глаз, мужчины быстро наполнил водой белоснежную ванну, стоявшую на ножках в виде дракона тут же, у окна, и поспешно вышли из его покоев.

Остался только Олли. Он что-то там колдовал над водой, тихо проговаривая только ему известные слова, бросил в воду щепотку терпко пахнущих трав. Громко булькнув, опустился на дно темный камень размером с голубиное яйцо. И добавив в воду еще немного магического сияния, Олли удовлетворенно повернулся к хозяину.

– Эта ванна добавит вам сил, повелитель. А там и до обеда не далеко.

– Что же будет обед, Олли?

– Как что? Еда, конечно же.

А затем подумав, добавил:

– Думаю, вы приняли правильное решение, отправившись именно сюда. Здесь вы быстрее пойдете на поправку. А в отцовском доме, как известно, даже стены лечат. А если вы вспомните, где спрятан родовой алтарь, то понемногу и силу свою магическую вернете.

– Силу свою я верну другим способом, Олли. Но за заботу спасибо. И ты, конечно же прав, искупаться и затем отдохнуть мне не помешает.

Солус не спеша разделся и ничуть не стесняясь своей наготы, забрался в ванну. Он чуть не застонал от удовольствия и странной легкости, вместе с жаром впитавшейся в его кровь.

Олли только едва заметно улыбнулся и вышел из спальни, оставив хозяина наслаждаться волшебной купелью.

В какой-то момент Солус даже задремал, настолько расслабляющей оказалась приготовленная для него ванна. Быстро остывающая вода остужала жар и успокаивала воспаленное тело. Положив голову и руки на бортики, он старался не шевелиться, чтобы не бередить свои раны.

Он и сам не мог толком понять, что же именно его беспокоило больше – поврежденное бедро или же горевшие огнем руны на груди. Те самые брачные руны, которые вспыхнули на его теле в тот миг, как рыжая бестия приняла его силу. А затем что есть силы засадила острое колено, целясь ему в пах. Если бы в последний момент он не дернулся, то, пожалуй, имел бы на одно увечье больше.

Но, как ни странно, злости на эту маленькую чертовку внутри не было. Даже наоборот, нечто теплое, трогательно дергающее за его самые потаенные струны, выныривало откуда-то изнутри, обволакивало томлением сердце воина, крутило ноющим спазмом пах. Солус с удивлением обнаружил, что чем больше он думает о девчонке, тем меньше жгут его руны на груди. Почему-то на задний план отошли, а то и вовсе показались никчемными проблемы и дела государственные. Важным сейчас было только одно – поскорее найти девушку. Его лисичку. Главное – найти. А об остальном он подумает потом. Что скажет, что сделает – это не важно. Важно то, что от себя он больше не отпустит ее ни при каких обстоятельствах.

Окрыленный собственной решимостью, он крепко ухватился за бортики, напрягся, подтянулся и вдруг резко вскочил, расплескав вокруг почти всю воду.

Молоденькая служанка, которая в это время тихо, пытаясь не потревожить дремавшего в ванной мужчину, раскладывала на постели чистую одежду, испуганно вскрикнула и повернулась на звук. А затем с оглушительным визгом бросилась прочь из покоев.

Солус даже не отреагировал на ее испуганные вопли. Мало ли кого и как “впечатлило” его изуродованное тело.

Он решил немедленно воплотить в жизнь совет верного Олли – найти алтарь, источник Силы их рода, испокон веков оберегавший эти земли и этот замок. Во чтобы то ни стало ему нужно было поправить свое здоровье. А иначе как он будет искать беглянку?

Облачившись в чистую одежду, спустился в гостиную. Проходя мимо накрытого стола схватил зажареный до золотой корочки окорок индюшки, и жуя на ходу, отправился в сад.

Где-то в глубине дома раздавался плач напуганной им девушки. Но это его ничуть не трогало. Сейчас его волновала совершенно другая особа. Невысокая, хрупкая рыжеволосая фурия. И ощущение, что именно родовое место силы сможет помочь ему, не покидало мужчину.

Старинный алтарь нашелся в дальнем конце сада, весь увитый колючей вьющейся лианой и скрытый густым неухоженным кустарником. Случайно прогуливающийся по саду человек даже не обратил бы внимание на потемневший от времени камень.

Солус же, не обращая внимания на ноющую ногу и впивающиеся в ладони шипы, проредил дикие кусты, с корнем вырвал колючий плющ.

Не в силах больше стоять на ногах, встал на колени и руками стал сгребать с камня грязь, ветки и листья, за многие годы превратившиеся в жесткую корку. И вот уже какое-то время спустя бесформенный на первый взгляд камень стал выглядеть, как и много лет назад. Каменная чаша, притаившись в укромном уголке сада, напоминала перевернутую скорлупу огромного яйца. Проведя в последний раз окровавленной ладонью по дну чаши, Солус удовлетворенно посмотрел на плоды своей работы.

– Ну, вот так-то уже лучше, – пробормотал он.

Буквально на его глазах дно чаши увлажнилось. Еще некоторое время спустя по стенкам алтаря, закручиваясь небольшим водоворотом побежала ключевая вода.

Солус не сразу обратил внимание, что раны, оставленные на ладонях колючим плющом стали затягиваться, а боль в покалеченной ноге стала понемногу затихать.

Подгоняя ладонью капельки прохладной воды, Солус опять задумался о своей пропаже. Вот где ее искать? Или понадеяться на помощь брата? И это после того, как он, Солус, проигнорировал договоренности с ним и скрылся в старом замке? В его теперешнем состоянии ему лишь осталось поднять лицо к небу и, уподобившись древним предкам-драконам, завыть на просыпающееся ночное светило, призывая свою единственную. Ухмыльнувшись своим бредовым идеям, Солус вдруг заметил, как потемнела вода в источнике.

– Странно, – подумал он, подняв вверх голову.

Да, лиловое светило уже скрылось за горизонтом. Но серебристое все еще было высоко. А рог ночного светила только-только показался из-за небольшого облака.

Он снова посмотрел вниз. И вдруг даже дыхание задержал, боясь спугнуть рыжеволосый мираж.

Он увидел свою лисичку. Причем выглядела она не как создание из сна, а очень даже реально. Она, нахмурясь, внимательно смотрела куда-то вперед, напряженно закусив губу. Солус вдруг представил себе, каковы они на вкус, эти губы. Да так явно представил, что чресла заныли от накатившего возбуждения. И только потом вдруг увидел за девушкой мелькнувшую тень. То ли старуха, то ли старик…

Он так резко качнулся вперед, что спугнул привидевшийся мираж. По зеркальной глади источника пошла рябь, а рыжеволосое видение рассыпалось сотней крошечных искорок.

– Жива, а это главное, – пробурчал он себе под нос так, как будто еще недавно сомневался в этом. – Спасибо, Великая Ирида. Надеюсь, ты не напрасно привела меня именно сюда.

И бережно, с благодарностью погладил прохладный камень.

– Тантум! – Позвал Солус своего дракона. Обычно ему достаточно было окликнуть своего фамильяра, как тот тут же откликался в его голове. Но сейчас, после потери магии, это было невозможно. Связь-то осталась, но только односторонняя. Дракон слышал голос своего хозяина, а вот хозяин его – нет.

Поэтому Солусу оставалось лишь одно – ждать, когда дракон явится лично. А он и не заставил себя долго ждать. Услышав зов хозяина, Тантум сорвался с самой высокой башни замка, где он нашел для себя временное убежище, и со свистом разрезая вечерний воздух, спикировал в чащу сада.

Несколько слуг, запоздало убиравших двор замка, вздрогнув, обернулись на звук хлопающих крыльев.

– Дракон! Дракон! – понеслось по двору, эхом откликаясь в самом замке.

Несколько десятков лиц тут же показались в окнах. Появление драконов ранним утром они прозевали, а вернее, даже и не догадывались об их появлении. Поэтому огромный монстр с переливающейся в вечерних лучах угольно-черной чешуей поразил их до глубины души. Они в принципе знали и о существовании драконов, но мало кто в этом тихом, позабытом своими повелителями селении видел их воочию.

Они так и стояли, замерев от удивления, страха и восторга, когда на узкой, поросшей дикими травами дорожке показался мужчина.

Солус даже не догадывался, какой фурор оказало его появление из сада. Дождавшись появления своего верного Тантума, он велел тому ночью разведать обстановку в землях, окружающих поселок. А именно, нет ли где укромных местечек, где могла бы найти приют его пропажа. А может, дракон заметит путников, покидающих эти места. Возможно, среди них окажется и та, о которой он все это время думает.

Такое же задание, только в отношении жителей селения он даст своему верному Олли. Скорее всего, они вряд ли найдут здесь девчонку. Это было бы слишком уж просто. Но зато поутру, немного восстановив свои силы, Солус сможет расширить зону поисков.