Текст книги "Отшельник. Жизнь сначала. Просто не будет (СИ)"

Автор книги: Елена Архипова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Елена Архипова
Отшельник. Жизнь сначала. Просто не будет

Глава 1

– Виталик, ты сдурел?? У тебя там жена молодая. Илла-а-ария-а-а! – девица насмешливо растянула имя. – А ты тут со мной! Фу, гадость какая! Фальшивое какое-то имя, ненастоящее. И кто только такое придумал?

– Крис, ну не ломайся! Давай по-быстренькому, а? Не могу я больше! Яйца ломит, член колом стоит. Как посмотрю на тебя в этом платье, так башню сносит к херам. На эту расфуфыренную идиотку Ильку смотреть не могу! Как представлю, что мне её сегодня еще надо будет трахать – так сразу блевать тянет.

В ответ раздался женский смех и какая-то возня. Судя по всему, они там целовались.

– Да? А чего ж тогда ты на ней женишься, а не на мне? Недостаточно хороша я для тебя, да? Ни здесь? Ни здесь? – послышался скрип кровати и шуршание белья.

– Детка, ты великолепна! Везде! Твое тело совершенно, – послышались звуки поцелуев и женский смех. – И люблю я тебя, а не её. Илька – это только бизнес, ничего личного. Меня её папаша сам попросил, чтоб я его дочурку охмурил. Приданого вот обещал отвалить, в компаньоны взять. Сейчас я ей быстренько бебика заделаю, дома её запру, и все будут счастливы! Особенно её папаша. Нафиг она ему в его бизнесе сдалась? Восторженная идиотка, оторванная от реальной жизни. Пусть сидит, сопливые носы да грязные жопы детям подтирает. Сама хочет детей грудью кормить и растить, без нянек.

– Сама? Фу? Это ж у неё потом сиськи до пупа обвиснут!

– Так я и говорю – восторженная дура! – мужчина хохотнул. – Зато твои девочки упругие и стоячие. Соскучился по ним.

Илька спустилась из ресторана, расположенного на крыше фешенебельного отеля, где гости отмечали их с Виталиком свадьбу, на этаж, где был снят номер для новобрачных, вошла внутрь и замерла в прихожей.

Она зашла, чтобы сменить туфли и хоть несколько минут побыть в одиночестве и тишине.

Никогда до сегодняшнего дня она не думала, что быть ежесекундно объектом внимания нескольких сотен людей так тяжело. Валерий Антонович Слободский всегда ограждал всю свою семью от всего этого.

Илька никогда не наносила такой слой косметики, не тратила столько времени на прическу и не носила такие высокие каблуки. Лицо под всем этим мейком чесалось, голова болела от свадебной прически и сотни шпилек, ноги на высоких каблуках устали.

К тому же, новые туфли того и гляди начнут натирать чуть опухшие от усталости ноги, а ведь им сегодня еще с Виталиком на Мальдивы улетать в свадебное путешествие. Не щеголять же ей там с мозолями и пластырями!

Половины гостей она не знала, вторую половину видела раз или два в жизни. Им всем было плевать на Ильку, они её точно так же или не знали, или видели второй раз в жизни. Дело было в другом – все эти люди пришли засвидетельствовать свое почтение её отцу.

Валерий Антонович Слободский единственную дочь замуж отдавал. Чем не повод светануть лицом перед прессой и засвидетельствовать свое почтение уважаемому человеку?

Лучший ресторан города, толпа народа, репортеры, блогеры, зеваки. Выездная регистрация на лоне природы. Ковровая дорожка, ведущая к арке, украшенной цветами, ряды стульев для гостей, и отец, ведущий свою единственную дочь к красавцу жениху.

Эксклюзивное платье невесты от известного кутюрье все присутствующие дамы обсуждали охотно и со знанием дела.

Щелкали фотовспышки фотографов, телефоны были в руках у каждого второго гостя. Не свадьба – а событие года!

Женский голос, доносящийся из спальни, был ей незнаком.

Откуда в их номере какая-то девица? Илька уже хотела тихо выйти, но замерла. Женщина сказала: “У тебя там Илечка, жена молодая”? Ей ведь это не послышалось?

Мысли заметались испуганными зайцами.

Да нет. Быть не может, чтобы Виталик ей изменял, да еще в день свадьбы. Да и не мог он так о ней сказать! Они же с ним любят друг друга!

Может, в ресторане на первом этаже ещё одна свадьба гуляет? Может, она просто ошиблась номером?

– Ага, и ту вторую невесту тоже зовут Иллария, а жениха Виталик? Илька, ты сама-то веришь в такие совпадения? – одернула она себя и оглядела номер.

Лэптоп Виталика, букет из любимых лилий на столе, там же её сумка, с которой она собиралась лететь, и стоящие в центре комнаты собственные сменные туфли на более низком каблуке. Нет, номер точно был их с Виталиком.

Только вот откуда тут взялись другие туфли, и тоже женские? Вторая пара обуви валялась на ковре, небрежно или впопыхах сброшенная хозяйкой. Одна босоножка лежала у дивана, вторая ближе к окну.

Тем временем из спальни вновь раздался визгливый женский смех, а новоиспеченный муж Ильки продолжал:

– Ну признайся, ты ведь спецом выбрала это платье, чтоб я, глядя на тебя, слюной исходил, да? Ты же совсем голенькая под ним. Я прав? – послышалась возня, женское хихиканье и характерный звук расстегиваемой молнии. – О да! Я так и знал, что ты под ним без белья! – Виталик самодовольно рассмеялся. – Плохая девочка! А плохих девочек наказывают! И ты знаешь как!

Илька продолжала стоять, не двигаясь, а возня в спальне, на кровати для новобрачных, продолжалась – девица хихикала, Виталик пыхтел.

Всё еще не веря в то, что слышит, она шагнула к двери в спальню и заглянула в комнату, надеясь, что любовникам сейчас было не до неё, и её никто не заметит. Отпрянула почти сразу, успев увидеть достаточно.

Прижалась к прохладной стене, пытаясь прийти в себя от увиденного – девица лежала поверх покрывала и лепестков роз, её алое платье болталось тряпочкой на талии. Виталик, закинув тощие ноги девицы себе на плечи и спустив лишь брюки свадебного, между прочим, костюма, активно двигал бедрами.

Илька вспомнила эту рыжую девицу. Яркая, размалеванная и одетая так, словно она не на свадьбу пришла, а в ночной клуб. Эту её блестящую тряпочку с о-о-очень большим натягом можно было назвать платьем для торжества.

Девица держалась обеими руками за задницу новоиспеченного мужа Ильки, впившись в его филей длинными ногтями с ярко-красным же маникюром, и совершенно не боялась, что у любовника потом останутся царапины и следы. А от таких когтей они у него точно останутся.

“Интересно, кстати, как бы Виталик потом объяснял эти царапины на своей пятой точке, не случись мне самой всё увидеть?” – мелькнуло совсем не к месту.

Виталик пыхтел паровозом, а девица даже не пыталась скрывать того, что лишь позволяет себя иметь:

– Так как же жена молодая, Виталик? Брачное ложе, лепестки роз, гости, подарки? Не боишься, что она узнает о нас и слиняет с подаренными бабками? – сыпались ехидные вопросы от девицы, перемежаемые пыхтением и шлепками тел.

– Ой, детка, да брось! Ты о чем? – пыхтел Виталик.

“Он всегда пыхтел как паровоз, когда занимался любовью”, – вспомнилось Ильке так некстати.

– Даже если ей кто-нибудь расскажет – Илька не поверит. Она влюблена в меня, как кошка. Куда она от меня и горничных денется? Она ж сама не умеет ничего.

– Везет же некоторым, – девица томно вздохнула.

– Повернись ко мне задом! – послышалась команда и последовал звонкий шлепок, от которого девица взвизгнула и залилась смехом.

– Так чего там с папашей-то? Вот прям сам тебя попросил её обрюхатить?

– Не сам, конечно, – Виталий снисходительно хмыкнул, – Слободский до таких бесед не опускается.

– Тогда откуда знаешь, что он попросил? – девица упорствовала.

– Слушай, что за интерес до моей дуры-жены? Если говорю, что он, значит, так и есть! Илька выучилась где-то там, на Западе, и на родину приперлась, – пыхтение возобновилось, – эта дура наивная решила, что папе будет помогать. Ага! Щаз! Нужна она папаше, как собаке пятая нога.

– Чего? – рыжая расхохоталась от души. – Помогать? Кому? Папику? Так Слободский и сам неплохо со всем справляется. Жена молодая, сын первоклассник, говорят, скоро еще один наследник появится. Мужик еще в самом соку! И это в его-то годы!

Любовница Илькиного мужа была явно хорошо обо всем осведомлена. О том, что её мачеха была в положении, мало кто знал. Срок был совсем еще маленький, и её отец, по сложившейся традиции, оберегал свою семью от лишнего внимания.

Виталик тем временем издал протяжный стон, что, по его мнению, звучало как рык, и этот звук означал, что он достиг финала.

Дальше Илька дослушивать не стала. Крадучись, на цыпочках вышла из номера, тихонько прикрыла за собой дверь и рванула к лифтам.

План созрел мгновенно. Бежать!

Пусть они все тут остаются! Папа, Виталик, гости.

Илька шла быстрым шагом к лифтам, обида и злость клокотали в груди:

– Как же так, папка? Ты же до последнего делал вид, что тебе не нравится мой выбор! Виталик, ты ведь клялся мне в своей неземной любви. А сам, оказывается, готов был блевать от одного моего вида? – Илька передернула плечами.

Все предали её, все!

Она подошла к лифтам, нажала кнопку вызова, увидела, что лифт поднимается на её этаж, и задумалась. Бежать – это, конечно, хорошо, но ей же надо будет на что-то первое время жить. Опять же, где именно жить – этот вопрос тоже еще надо было решить.

Никого из своей семьи она не хотела видеть. Как оказалось, её все обманывали: отец, который говорил, что рад её возвращению, Виталик, который строил планы на их совместное будущее с кучей детей и домом за городом, мачеха и даже прислуга.

Хотя стоп! Прислуга и мачеха её не обманывали.

Как бы Ильке сейчас не было противно это признавать, но нет, мачеха вот как раз не обманывала. Оксана, пожалуй, единственная не радовалась возвращению падчерицы.

Илька замерла около лифта, раздумывая, что делать: если она хочет скрыться, хотя бы на какое-то время, значит, банковскими картами нельзя будет пользоваться. А без денег и документов ты в современном мире никто. Даже квартиру не сдадут.

И тут Ильку осенила мысль: там, наверху, в цепких руках свидетельницы и по совместительству лучшей подруги Наташки находится коробка с прорезью в крышке, а в ней конверты с деньгами. Наличные деньги – это её шанс на то, чтобы сбежать. Рыжая любовница свежеиспеченного мужа Ильки была права – если бежать, то бежать с деньгами.

Судя по тому, что некоторые конверты с трудом протискивались в щель на крышке коробки, там должна быть приличная сумма налички. Отлично! То, что надо.

Илька шагнула в лифт и нажала кнопку этажа, где гуляла их с Виталиком свадьба.

– Так, подаренную нам машину я тоже заберу. Мне она сейчас нужнее, чем Виталику, – проговорила уверенно и кивнула своему отражению в зеркале. – Прорвемся! Они еще все пожалеют, что так поступили со мной!

В багажнике машины лежали их с Виталиком чемоданы. Из ресторана они должны были лететь в свадебное путешествие.

– Вот я и поеду в путешествие. Свадебное. На подаренной машине, ага. Только без Виталика. И вовсе не на Мальдивы. Там я уже была и всё видела. Из страны я уезжать не собираюсь. Нажилась. Хватило, пока училась. Мой дом здесь. А вот из города придется уехать. Хотя бы на первое время. Здесь живут те, кому я должна отомстить. Пока еще не знаю как, но обязательно придумаю. Зря я, что ли, высшую школу экономики окончила и степень бакалавра получила?

Глава 2

В голове билась мысль: “Хорошо, что хватило характера не менять свою звучную фамилию Слободская на простую Уткина, хоть паспорт менять не придется”.

Илька вышла из лифта на том этаже, где гуляла их с Виталиком свадьба. Вышла и столкнулась с подругой.

– Ну что? Всё увидела? – ошарашила та вопросом.

– Ты знала? – только и смогла выдавить в ответ. – Знала и молчала?

Не может быть, чтобы и лучшая подруга Наташка обманывала.

– Тпру, залетные! – Наталья осадила набирающую обороты истерику подруги. – Не знала. До сегодняшнего дня не знала. Клянусь. Но как только эту рыжую прошмандовку сегодня в толпе гостей увидела и слюни твоего Витали – так всё и поняла. Не знаю, как давно они трахаются, но явно не сегодня первый раз друг друга увидели.

Илька вгляделась в лицо подруги и облегченно выдохнула – Наташка не врала. Ей-то вроде как вот уж точно без надобности это было.

– Ты туфли переобула? – услышала она вопрос подруги.

– Ты прикалываешься сейчас, Нат? Какие, к черту, туфли, когда они там, на кровати для новобрачных и на этих, чтоб им пусто было, лепестках роз трахаются?? Может, мне еще и платье надо было переодеть? Мол, вы тут не отвлекайтесь, продолжайте, я быстренько! Так, что ли?

– Выдохнула, я сказала! – рявкнула Наталья на подругу. – Я просто спросила! Раз не переобулась, значит, в мои влезешь, у них каблук ниже. Но сначала пошли в туалет. Не будем привлекать тут внимание с переобуванием и светиться на камеры.

Наташка подхватила Ильку под локоток и повела в сторону туалетов.

В туалете подруга первым делом проверила кабинки:

– Пусто! Отлично. Переобувайся. Живо! Хорошо, что размер у нас с тобой один.

Илька поспешно скинула туфли, постояла секунду на прохладном кафеле, шевеля затекшими пальцами, и обула лодочки подруги.

– Теперь вот, на, держи это, – Наталья открыла коробку с конвертами и вытащила из нее обычный продуктовый пакет из розничной сети магазинов.

– Это что?

– А ты догадайся! – шикнула на подругу. – Илька, не тупи! Тебе не идёт! Дурой ты всего один раз была, когда за Виталю своего замуж согласилась выйти. Побыла разик и хватит. Включай уже мозги, подруга! Не с коробкой же тебе этой таскаться? Ты и так во всем этом будешь внимание привлекать.

Илька забрала пакет из рук подруги.

– Так, вот ключи от вашей новой тачки, – Наташка проявляла чудеса предусмотрительности, – но, Иль, я бы тебе советовала…

– Знаю, не дура! – Илька перебила Наталью, не дав ей договорить. – Брошу машину в удобной подворотне.

– И телефон, если не готова сейчас отвечать на вопросы этого своего урода.

– Я сейчас ни на чьи вопросы не готова отвечать. Мне они оба врали. И Виталик, и папа. Радовался он моему возвращению. Ага! Отговаривал от этого брака, убеждал подумать! Сам же и уговорил Виталю на мне жениться, как оказалось.

– Иди ты! – Наташка ахнула. – Не верю!

– Я сама только что своими ушами слышала, как Виталик своей шмаре рассказывал.

– Зачем твоему отцу это надо?

– А не нужна я ему в фирме. У него вон наследник подрастает. А место женщины дома.

– Нет, Иль, что-то тут не сходится! – заявила Наташка уверенно. – Не для того тебя отец отправлял учиться, чтоб сразу замуж отдать, да еще за такого мудака, как Уткин.

– Говорю же! Сама слышала!

– Ладно. У тебя будет время все обдумать. Аналитика всегда тебе хорошо удавалась. Тебе, главное, сейчас затихариться бы где-нибудь. Сама понимаешь, почему к себе не зову. Ко мне же к первой придут тебя искать.

– Понимаю, – Илька согласно кивнула.

– Разберешься, кто тебе врал, а кто нет. И со всеми проблемами своими справишься, когда выдохнешь и все по полочкам разложишь. Проревешься где-нибудь в углу и разберешься. Илька, я в тебя верю! Зря, что ли, мы с тобой свое образование за границей получали? Всё! Давай, вали отсюда, пока тебя не хватились! Минут на двадцать-тридцать я смогу тебя прикрыть. Мало ли, куда новобрачная делась. В конце концов, старую традицию “красть” невесту еще никто не отменял.

Перед выходом из туалета подруги обнялись. Наташка неожиданно крепко прижала Ильку и проговорила:

– Иль, обещай, что как обустроишься, дашь о себе знать.

– Обещаю, Наташ.

– Желательно не сама звони. А то знаю я безопасника твоего папеньки! Прискачет с шашкой наголо, угрожать начнет. Минетом.

– Что?? Чем?? – слёзы, что было собрались пролиться из глаз Ильки, моментально высохли, она уставилась на подругу: – Тихон же тебе никогда не нравился?

– Он мне и сейчас не нравится. Киборг, а не человек, – Наташка припечатала начальника охраны Илькиного отца и отмахнулась. – Зато сработало, ты передумала реветь, на это и был расчет. Вали уже, я сказала! Давай, Илька, прорвемся! В первый раз, что ли? Вспомни школу и ночные вылазки в клуб. Вот и представь, что ты опять из дома сбегаешь. Ничего не поменялось.

Подруги одновременно разжали объятия, и Илька, прихватив пакет с подаренными конвертами и ключи от машины, спустилась в гараж, где стоял подарок от её отца. Села за руль и подъехала к шлагбауму.

Охранник, конечно, удивился тому, что невеста сама за рулем, но Илька, держась из последних сил, выдавила из себя улыбку, подмигнула, мол, так надо, и приложила палец к губам, призывая мужчину молчать.

Мужик, видно, решил, что это как раз и есть то самое пресловутое похищение невесты. Кивнул, заговорщицки подмигнул Ильке в ответ и открыл шлагбаум.

Илька выехала с парковки, радуясь тому, что на улице уже стемнело, и поток машин снизился. Плана, куда ехать, у неё не было. Да и откуда бы ему было взяться-то?

На одном из поворотов она выкинула в окно свой мобильник и проследила за тем, как тот попал встречному автомобилю под колеса.

Отлично! От одного устройства она избавилась. Теперь с прошлой жизнью её связывает только номер подруги, который Илька помнила наизусть.

Она вела машину по улицам города, ехала куда глаза глядят, подальше от центра, от ресторана и от тех, кто её предал.

Слёзы давно уже плескались в глазах, мешая следить за дорогой. Поняв, что дорогу из-за этого она уже почти не видит, Илька свернула в какой-то двор, встала на одно единственное парковочное место, заглушила двигатель, сложила руки на руле и наконец-то дала волю слезам.

Ревела в голос, не стыдясь своих слез. Наташка хорошо знала её и была права, когда говорила, что надо прореветься. Когда теперь они увидятся с подругой?

В голове набатом билась мысль: её предали самые любимые мужчины. Отец, который говорил, что рад её возвращению, и Виталик, который говорил, что она – самое лучшее, что случилось у него в жизни.

Одному, оказывается, она была костью в горле, а второй боролся со рвотными рефлексами, занимаясь с ней сексом.

Как теперь жить дальше, зная это? Кому верить?

Иллюзий на счет подаренных денег у Ильки не было – надолго их не хватит. Она хоть и была девочкой из богатой семьи, но цену деньгам знала. Отец не баловал дочь: учась за границей, Илька работала.

“Только так ты начнешь ценить каждый рубль!” – вспомнились его слова.

Илька, вспомнив отца, разрыдалась с новой силой.

– Как же так, папа? Как же ты мог так со мной поступить?

Она не знала, сколько времени рыдала, сидя в машине, но спустя какое-то время вдруг услышала стук в окно. Она вздрогнула – первой мыслью было, что её нашли. У отца работали профи, вычислили и уже приехали, чтобы вернуть под присмотр отца и новоиспеченного мужа.

Стук в окно повторился. Илька медленно повернула на звук голову и увидела за стеклом женщину. На человека из службы безопасности отца дама была совсем непохожа…

Глава 3

Женщина, увидев, что Илька повернула к ней лицо, попросила жестом опустить стекло.

Внимательный взгляд впился в Ильку, былое раздражение на лице незнакомки сменилось сначала удивлением, а потом неожиданно пониманием.

Видя, что Илька не спешит выполнять её просьбу, дама показала, что достаточно будет щелки. Она даже изобразила указательным и большим пальцами её размер.

“Ладно. Была не была!” – решилась Илька и чуть приспустила стекло в дверце. В салон автомобиля тут же ворвался свежий ночной воздух.

– Ты в курсе, что заняла моё парковочное место, красавица? – услышала Илька спокойный голос.

Точно! Она же встала на единственное свободное место. Очевидно же, что оно было чьим-то в этом закрытом дворе, раз на него никто не припарковался. Выходит, что было оно вот этой женщины.

– Простите. Я сейчас уеду, – Илька завела двигатель, быстро вытерла слезы, размазав тушь по щекам, и уже взялась было за руль, но была остановлена строгим:

– А ну стоять, где стоишь! Куда ты в таком состоянии собралась? Прямиком в аварию?

От неожиданности девушка вздрогнула, но послушалась.

– Разблокируй двери, горе луковое, – продолжила женщина уже мягче.

Видя, что Илька замерла испуганным зайцем, продолжила убеждать:

– Я сейчас сяду к тебе в машину, и ты всё мне расскажешь. Хорошо? Ехать она собралась. Ага.

– Но я же заняла… А Вы же перегородили остальным… – джип женщины стоял рядом с машиной Ильки, перекрывая въезд во двор.

– “Я же”, “Вы же”, – передразнила её женщина. – Да брось! Все, кому надо, уже проехали, приехали и дома у телеков сидят. Давай, открывай свой крузак, не бойся. Плохого я тебе точно не желаю.

Илька заторможено наблюдала за тем, как женщина обходит её автомобиль, подходит к дверце со стороны пассажирского сиденья и терпеливо ждет, когда разблокируют двери.

Эта женщина могла и наорать на нерадивого водителя. Всё-таки поздний вечер, она домой вернулась, а тут чужой автомобиль занял её парковочное место. Но вместо этого она почему-то решила проявить участие в судьбе Ильки.

– Меня Анжела зовут, – услышала Илька, едва женщина села на сиденье рядом. – Можно просто Анжи. А тебя как звать, красавица?

– Иллария – с двумя “эл”, – ответила на автомате, – можно Иля.

– Необычное имя.

– Спасибо. Это мама когда-то его нашла, – девушка невольно вздохнула, вспомнив маму.

– Хорошее имя тебе мама выбрала, жизнеутверждающее.

– Мама умерла несколько лет тому назад.

– Прости. Сочувствую твоей утрате.

С этими словами Анжела открыла объемную сумку от известного дизайнера, вытащила из её недр полную бутылочку воды и одноразовые салфетки, протянула всё это Ильке:

– На-ка вот, выпей, успокойся и промокни слёзы. Потом смоешь всю эту красоту неземную. А пока ты пьешь, я попробую угадать: сбежала с собственной свадьбы, потому что застукала своего женишка на другой бабе?

– Да.

– Мудак! – прилетело жесткое. – И чтобы он тебя сейчас нашел, ты НЕ хочешь, так?

– Нет, не так.

Идеальные брови Анжелы взметнулись вверх, и Илька поспешила пояснить:

– Виталик не будет искать, – видя, что брови Анжелы поднялись еще выше, Илька призналась, вздохнув:

– Мой отец. Валерий Слободский. Думаю, слышали.

Анжела, услышав фамилию, неожиданно выругалась.

– Сегодня ж из каждого утюга только о твоей свадьбе и говорили.

Илька невесело усмехнулась и кивнула.

– Дела-а-а…

– И я хочу, чтобы меня не “сейчас” не нашли, а вообще. В принципе не нашли, – договорила Илька свою мысль.

– Хочешь умереть? – взгляд, острый как стекло, впился в неё.

– Нет. Такого счастья я им не доставлю! Отомстить хочу! Всем! И в первую очередь отцу, а потом уж мужу.

– Вот это по-нашему! – женщина одобрительно рассмеялась. – Сработаемся! Помогу тебе. Нравишься ты мне. Есть в тебе стержень.

Анжела окинула быстрым взглядом салон автомобиля, фыркнула на символический букетик невесты, висящий на зеркале заднего вида, оглянулась на заднее сиденье и увидела пакет с подарочными конвертами. Дотянулась до него, перетащила к себе на колени, крякнув от его тяжести, заглянула в пакет и присвистнула от неожиданности.

– Неужто подарки ваши?

– Они самые.

Анжела вытащила один из конвертов, покрутила его в руке, оценив пухлость, прочитала надпись “Поздравляем”, хмыкнула, кинула его обратно в пакет и перевела взгляд на Илларию.

– Машина тоже из подарков? – не столько спросила, сколько подтвердила свою догадку.

– Да.

– Тогда поехали. От неё надо избавиться. Сама знаешь, почему, или сказать?

– Знаю. Чип с GPS. По нему отследят моё местонахождение.

– Умница, – похвалила скупо. – Хорошо, что мозг не отключился из-за одного ебливого кобеля, мозг которого стек в штаны. Упустить такую жену – это ж надо еще постараться. Дебил, чего уж тут!

Илька, услышав Анжелу, улыбнулась одними губами – поддержка абсолютно незнакомой ей женщины была приятна, а точнее, очень кстати.

– Ничего, моя хорошая, справишься, – продолжила тем временем Анжела. – Не ты первая, не ты последняя. Сейчас скажу избитое, но на сто процентов верное: всё, что ни делается – всё к лучшему! Сейчас пока просто поверь, потом сама убедишься.

– Да уж, к лучшему, – Илька скептически усмехнулась.

Анжела не стала дальше её убеждать, вместо этого скомандовала:

– Едем. Отгоним твоего красавца подальше отсюда. Они, конечно, отследят твой маршрут и увидят, что ты тут останавливалась, но по факту найдут твою игрушку в другом месте. Так что давай соберись, и едем отсюда. Я впереди, а ты за мной. Знаю тут один глухой проулок. Найти, конечно, найдут, но хоть никто не увидит, кто именно машину там оставил. Всё! Потом мне всё расскажешь в красках. А сейчас держись за мной и постарайся никуда не врезаться. Сможешь?

– Смогу, – Илька ответила уверенно. – Рыдать мне больше не хочется, да и некогда. Потом дорыдаю. Когда-нибудь. Может быть.

– Ай, молодца! – женщина одобрительно рассмеялась и вышла из машины Илларии.

Анжела выехала из своего двора и запетляла по улицам. Илька не отставала.

Спустя несколько минут они въехали на тихую улочку и припарковались у обочины. Из машин вышли одновременно.

– Платье здесь снимешь или в нем поедешь? – Анжела кивнула на белое платье Ильки.

– Здесь! Видеть его не могу! Поможете снять?

– Помогу, – согласилась охотно, – только, Илька, давай на “ты”. Так будет проще.