Текст книги "Отшельник. Жизнь сначала. Просто не будет (СИ)"

Автор книги: Елена Архипова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 17

После таких слов Отшельника кусок в горло не лез. Анжела предупреждала её, что просто не будет, но чтоб её вот так, как собачонку, выгоняли?

Дмитрий допил свой кофе в один глоток, встал со стула, и девушка услышала:

– Если ты позавтракала, то едем!

– Куда?

– В город.

– Ясно, – Илька усмехнулась и тоже встала со стула. – Ладно. Я поняла Вас. Едем.

То, каким тоном она это сказала, заставило Дубова затормозить и обернуться на неё.

– Да? Очень интересно. И что именно ты поняла?

– Вы не хотите связываться со мной и моими проблемами. Вы, как и все, боитесь моего отца. Вам проще отвезти меня в город и забыть, как надоедливую муху.

– Всё? Или есть еще что сказать? – мужчина с интересом на неё смотрел.

– Думаете, я не понимаю ничего?

– А ты понимаешь?

– Понимаю!

– И что именно?

– Да Вы же обижены на весь белый свет! Потому и прячетесь здесь, в своем лесу и за своими шрамами! Ушли, спрятались в свою коробочку и живёте тут один, в глуши. Вы ведете себя как страус, который спрятал голову в песок!

Илька была слишком возбуждена, а потому не сразу обратила внимание на то, как опасно сверкнули глаза мужчины.

– Холите и лелеете свои обиды! Наслаждаетесь тем, какое впечатление на людей производите, и наблюдаете за ними, как за муравьями в коробочке! Только люди не муравьи! Они люди! Понимаете? Живые! Со своими бедами и проблемами! Обиделись? Накажите! Что? Кишка тонка? Тогда засуньте свою обиду поглубже в задницу и живите дальше! Вас обидел кто-то один, а срываетесь Вы на всех окружающих! Люди не виноваты, что у Вас тут скелет в шкафу, который Вам жить не дает! Поверьте, ни-ко-му, слышите? Никому нет дела до Ваших обид!

– Всё?

– А этого мало? Скажете, что я не права?

Илька замолчала и лишь теперь обратила внимание на то, как Дмитрий тяжело дышал. Его грудь ходила ходуном, на висках выступил пот, на скулах перекатывались желваки, мощная шея была напряжена так, что на ней вздулись вены, кисти рук были сжаты в кулаки до побелевших костяшек.

В воздухе ощутимо, как перед грозой, пахло озоном. Казалось, сделай она малейшее движение, и рванет с такой силой, что разлетится всё в мелкие осколки.

Мужчина медленно развернулся и сделал шаг на выход из кухни, бросил на ходу:

– Оденься тепло и возьми свои документы! У тебя есть десять минут на сборы. Жди меня на площадке второго этажа! – с этими словами Дубов стремительно вышел из помещения, а потом и из дома.

Илька слышала, как хлопнула тяжелая входная дверь, чайная ложечка, что лежала на блюдце рядом с кофейной чашкой Дубова, звякнула. И в этот момент в кухню вошла пожилая женщина, посмотрела на Ильку укоризненно и произнесла:

– Зря ты так, дочка. Ты ничего не знаешь о нем и его скелетах в шкафу, – увидев ошарашенный взгляд девушки, считала его по-своему, усмехнулась:

– Нет, Дмитрий не один здесь живет. Всё, что посчитает нужным, он сам тебе расскажет. А сейчас иди, собирайся. У тебя мало времени. В небе пробок нет, конечно, но вам не только лететь надо будет.

– Лететь?

В этот момент Илька услышала гул, доносящийся откуда-то с крыши.

– Да. На вертолете. Ты же не думала, что Дмитрий тратит уйму времени, когда решает в город поехать? Не знаю, как у тебя или твоего отца, а у хозяина торговой корпорации “Зеленый дуб” каждая минута стоит дорого.

Женщина, проговорив это, обошла Ильку, прошла к столу и, больше не глядя на девушку, принялась собирать грязную посуду.

Илька заторможено наблюдала за ее размеренными движениями и молчала. Женщина, подняв на неё взгляд, повторила:

– Иди, собирайся. Вы в любом случае сейчас улетите. А вот успеешь ли ты собраться или нет, это тебе решать.

Илька развернулась и пошла в свою комнату.

“Вот и всё! Что ж, я сама виновата. Зачем наехала на мужика? – ведя мысленный диалог с самой собой, Илька складывала в чемодан свои вещи, что, оказывается, уже были выстираны и лежали аккуратной стопкой на заправленной кровати. – Наташка, узнав, что я просрала такую возможность отомстить, прибьет меня!”

За упаковкой чемодана её и застал Дубов.

– Что ты делаешь?

– Ты же сам сказал собираться, – Илька, сама того от себя не ожидая, перешла на “ты”.

– Я сказал одеться тепло и взять документы. Что из этого ты перевела для себя как собрать вещи?

– Что? – Илька, услышав Дмитрия, развернулась к нему. – Но мы же в город едем? Летим?

– Да.

– Отвезешь… Отвезете меня к моему мужу или сразу к отцу?

– Ты передумала мстить?

– Нет.

– Тогда с чего бы мне тебя везти к кому-то из них? – мужчина вполне искренне удивился. – Мы в больницу полетим.

– Больницу? Какую больницу? Зачем? Не надо мне в больницу! Я хорошо себя чувствую… Почти.

Дубов, услышав сразу столько вопросов, поморщился, но ответил:

– Пневмонию нельзя исключать. Полетим на вертолете. В больницу. Ты боишься летать?

– Нет. Не боюсь. Ты… Вы… вызвали вертолет с медиками?

– Нет. Им и без тебя хлопот хватает, поверь. На крыше есть вертолетная площадка. На частном полетим.

– Вы сам?

– Что именно?

– Ну… за штурвал вертолета?

– Нет. Не в этот раз, – мужчина усмехнулся, окинул Ильку с головы до ног взглядом, задержав его чуть дольше на её босых ступнях. – Обуйся и оденься тепло. Док меня прибьет, если я тебя к нему со вчерашней твоей температурой привезу. И да, ко мне можешь на “ты” обращаться.

Глава 18

Тихон нёс свою ношу до машины, а сам думал только об одном: “Хорошо, что с Виталей ещё не успел поговорить! Сейчас самое время пары выпустить!”

Усадил Наталью на сиденье и потянулся, чтобы пристегнуть, а она, вдруг погладила его ладошкой по щеке и проговорила на грани слышимости:

– Киборг, а я тебе нравлюсь? Как женщина? Нравлюсь?

Щелкнул механизмом крепления ремня безопасности и лишь потом, набрав побольше воздуха в легкие, ответил:

– Наташ, ты знаешь, что они тебе подмешали в питье?

– Противна я тебе, да? После Гарика противна?

Продолжила, не слыша его вопроса, задумчиво:

– У меня всего двое мужчин было… Нет, теперь трое… – по щеке девушки поползла слеза.

Тихон знал об этом. Он даже знал имена тех парней, о ком ему говорила девушка. Он всё о ней знал. Так, если бы и она была той, кого он охранял.

– Противна… Я же вижу… – ответила сама на свой же вопрос. – Пожалуйста, отвези меня домой, а? В душ хочу. Смыть его руки, его запах и слюни с себя хочу! Гадко! Противно!

– Наташ, ты же хочешь, чтоб они ответили за то, что сделали, да?

– Меня только Гарик… Эти трое его шестёрки! Они не трогали! Не успели, честное слово, не успели! – заторопилась в объяснениях. Ей было очень важно, чтобы Тихон поверил. – Это всё равно считается, да? Выходит, что они меня все вчетвером, да?

Разговор сворачивал явно не в ту сторону.

– Наташа, маленькая моя девочка, – Тихон, не отодвигаясь от девушки и не разрывая зрительного контакта глаза в глаза, аккуратно, боясь напугать резким движением, поднял руку и погладил её по щеке. – Надо в полицию. Надо всё зафиксировать. Иначе он снова, вот так же, ещё кого-нибудь изнасилует.

Наталья тут же отозвалась на его ласку, потерлась о его ладонь щекой как котенок. Из глаз девушки текли слёзы, зрачки были расширены, она всё ещё находилась под воздействием препаратов.

Тихон, понимая это, всё-таки продолжил говорить, убеждая:

– Ты не можешь быть мне противна, Заноза ты моя! Мозги из-за тебя набекрень! Сидишь в сердце и в мыслях. Всё о тебе знаю. Где, когда, с кем. Но эти подонки должны ответить за то, что сделали с тобой! Поехали в полицию. Потерпи ещё чуть-чуть. Потом будет тебе и душ, и ванна. Любая, какую пожелаешь! Захочешь, сам тебя помою, каждый сантиметрик твоего тела, от макушки до мизинчика.

– Сам? – Наталья сморгнула слёзы и попыталась сфокусировать взгляд. – Обещаешь?

– А ты точно захочешь? Потому что потом не отпущу, не смогу, не получится.

– Не отпускай! Пожалуйста, Киборг, не отпускай! Дома буду сидеть! Детей тебе рожать и носки вязать. Только позволь рядом быть!

Тихон тяжело вздохнул. Почему он, оказываясь рядом с этой девушкой, терял над собой контроль? Когда она смогла так пробраться в самое его сердце, в самую душу? Она ведь сейчас не понимает, что говорит, не контролирует себя. А он-то тоже хорош! Поплыл!

– Наташ, в полицию надо. Там сейчас будет неприятно, долго и даже обидно от их вопросов, но мы вместе пройдем через это. Обещаю, я рядом буду. Едем? Надо наказать этих ублюдков. Чтоб впредь неповадно им было. Ты ведь понимаешь, что иначе они выкрутятся!

– Едем! Надо!

Осмотр Натальи у врачей, забор крови и мочи на анализы – это обязательные и стандартные процедуры. Но сначала её заявление в полицию, его свидетельские показания и только потом направление на освидетельствование.

То, через что ему самому предстояло пройти, Киборг тоже знал. Допрос его как свидетеля: как он так вовремя оказался в нужное время и в нужном месте – это самое безобидное, что у него спросили. Полицейских можно было понять – они делали свою работу. Потом хрен отделаешься, если вдруг у этих отморозков найдутся богатые родственники и волосатые руки где повыше.

Отпустили их с Натальей только под утро.

В ту клинику, где он хотел её разместить, получилось привезти только после посещения государственной. Там тоже нормально, неплохо даже, но Киборг уже решил, что его Заноза должна приходить в себя у лучших специалистов.

Будет ли она с ним потом, вспомнит ли вообще, что говорила и в чем признавалась – это уже не имело значения. Она молодая, ей еще жить, влюбляться в правильных мужиков, детей им рожать, носки вон те же вязать.

Тихон устроил Наталью в ВИП-палате, пообещав, что приедет вечером и привезет ей шоколадный торт с вишней. Её любимый.

Сейчас его Заноза спала, уснув раньше, чем он вышел из её палаты.

Выходя, обернулся, и сознание зафиксировало картинку: девушка спала, тонкая рука лежала поверх одеяла, в вену на сгибе локтя была вставлена капельница. На скуле и запястье налились огромные черные синяки.

Киборг устал не меньше, но ему еще надо съездить на квартиру, где был заперт Виталя.

Это даже хорошо, что он устал и вымотался. Да, сейчас, пожалуй, самое время ехать к Витале.

Если бы он поехал к нему вчера вечером, сразу после клуба, то мог, чего доброго, и убить этого долбоёба.

Ну ладно, убить не убил бы, конечно, но стопудово покалечил бы. И за Ильку, и за свою Занозу.

К случившемуся с Натальей Виталя, конечно, не был причастен, но всё равно мог огрести по самые гланды.

И тут в конце больничного коридора из лифта вышел высокий мужчина в сопровождении подтянутого охранника.

Тихон опытным взглядом на раз считал в охраннике человека, способного одним ударом отправить к праотцам любого, кто пожелает зла его шефу. Охранник был профессионалом очень высокого уровня, таких бультерьеров мог себе позволить далеко не каждый.

Ни с одним из идущих ему навстречу мужчин Тихон лично не был знаком. Но, в силу особенностей собственной работы, да и в силу специфической внешности идущего навстречу второго мужчины, трудно было не сопоставить факты и не сделать вывод, кто идет ему навстречу.

Он знал, что хозяин огромной торговой корпорации “Зеленый дуб” имел высокий рост, мощное телосложение и лицо, обезображенное шрамами.

Дмитрий Дубов был личностью крайне закрытой и таинственной. Тихон как-то попытался пробить его прошлое и смог найти неожиданно мало информации о нем.

Всё, что нашел, касалось лишь последних десяти лет его жизни. До этого совсем ничего. Ни фотографий, ни где родился-учился, ни где получил свои шрамы. Ни-че-го. Совсем.

В сети не было ни одной его фотографии, даже за эти последние десять лет его жизни.

Отшельника практически невозможно было встретить вот так, в реальной жизни, вживую.

В ночных клубах он не зависал, в скандалах замешан не был, а на благотворительные мероприятия ходил его зам.

За закрытый образ жизни его и называли Отшельником.

И вдруг встретить Дубова здесь, в больнице, на этом же этаже?

Мозг Киборга заработал с утроенной скоростью – к кому-то приехал? К кому именно приехал? Кто этот человек Дубову?

Сработал профессиональный интерес, и появилась быстрая мысль – проследить, собрать инфу. Но интуитивно Тихон понимал – не получится, не узнает. Даже он, со своими возможностями и связями.

Это хорошо, если еще херов ему не навтыкают полную тележку.

Дмитрий, выйдя из лифта, шел не спеша, даже лениво, походкой как будто бы небрежной и вразвалочку. Так в живой природе ходят хищники из рода кошачьих.

Тихон, сам будучи профессионалом, хорошо знал такие походки – в каждом движении идущего ему навстречу мужчины чувствовались мощь, напряжение и готовность к удару.

Дубов шел, сканируя Киборга тяжелым и пристальным взглядом. На его обезображенном шрамами лице не двигался ни один мускул. Оно было непроницаемо и холодно как маска.

То, что это было лицо живого человека, можно было догадаться лишь по едва заметному прищуру левого глаза.

И тут совершенно неожиданно мелькнуло что-то неуловимо знакомое в глубине черных глаз, в этом едва заметном прищуре и наконец в обманчивости расхлябанно-пружинящей походки идущего навстречу мужчины. Было во всем его облике что-то давно забытое, но совершенно точно уже ранее виденное Тихоном.

Странно. Очень странно…

С каждым шагом навстречу Дубову это чувство узнавания только крепло в сознании Тихона. Он никогда не ошибался и не забывал тех, с кем уже ранее был знаком. И сейчас Киборг был уже совершенно точно уверен, что с Дубовым они были именно знакомы. Лично. И не просто знакомы, а хорошо знакомы!

Они шли навстречу друг другу, и с каждым их следующим шагом напряжение неуклонно нарастало. Казалось, в замкнутом пространстве больничного коридора искрит и пахнет озоном, как перед грозой.

Поравнявшись, мужчины едва заметно кивнули друг другу и разошлись каждый в свою сторону. Напряжение сошло на нет так же неожиданно, как и накатило.

Эта странная мысль узнавания и неузнавания одновременно не давала Тихону покоя. Такого с ним еще не было.

– Вот что значит, не спать нормально вторые сутки, – буркнул он себе под нос, выходя из машины около дома, где ждал своей очереди для серьёзного разговора Виталя.

Того, что Дубов оглянулся на закрывшиеся створки лифта, Тихон уже не увидел.

Глава 19

– Етиттвою ма-а-ать, профе-е-есор! – услышал Тихон неожиданно цитату из классика, едва переступил порог квартиры. – Какие люди пожаловали!

Виталя был пьян в доску.

Услышать цитату от Виталия было странно. Неужели читал Булгакова? Впрочем, нет. Скорей всего фильм смотрел.

В квартире было всё перевернуто, как при обыске, в гостиной на столе навалены пустые коробки из-под пиццы и китайской лапши. В помещении витал стойкий запах алкоголя и еды.

– Какого хрена? – Киборг повернулся к парням из охраны. – Откуда у него алкоголь? Почему не забрали?

– Забрали.

– А это тогда что? – кивнул на Виталю.

– Киборг, это ты у нас “что”! А я живой человек и право имею! – Виталя вновь удивил цитатой из классика.

Но ни Тихон, ни охранники не обращали на слова парня внимания, продолжая свой разговор.

– Ну так он же у себя дома. Заначка была. Не одна, – продолжил объяснять охранник. – Из бара-то мы сразу забрали все бутылки, а у него еще и по всей квартире распихано было.

– Обломитесь, суки! – Виталя заржал пьяным смехом.

– Почему сразу не обыскали?

– Шеф, ну вот объективно, кто нормальный будет по всей своей квартире алкашку ныкать? От себя самого, что ли, прятал? – оправдывался парень.

– Моя хата! Как хочу, так и живу! А вы еще присядете, за то что в заложниках меня удерживаете! Все сядете и надолго!! Я вам устрою!

– Ладно, действительно, странно, – признал правоту подчиненного и, пропустив мимо ушей пьяные вопли хозяина квартиры, поинтересовался у охранника:

– Что-то еще нашли?

– Нашли.

– Наркота?

– Таблетки. И ещё кое-что.

– Что именно? Какого хрена я вытягиваю из тебя инфу, как у целки согласие на первый секс? – психанул на парня. Сказывалась вторая бессонная ночь. Нервы были ни к черту.

– Там, на кухне на столе всё сложено.

Тихон прошел на кухню и вздохнул с облегчением – хотя бы здесь был относительный порядок. Кивнул на комнату, где что-то еще продолжал орать Виталий:

– Уберитесь там! Дышать невозможно.

– Нам убраться?

– Нет, блядь, клининг вызовите! Развели свинарник! И этого долбоеба суньте башкой под воду.

– Притопить?

– Сдурел совсем? – Тихон внимательно посмотрел на подчиненного. – Нет, конечно! Отрезвить. Он нам еще живым нужен. В чувства его приведите. Поговорить с ним хочу.

Парень ретировался в комнату, а Тихон, окинув стол взглядом и оценив то, что на нем лежало, хмыкнул и потянулся к папке с документами. Пролистывал медленно, вчитываясь в документы.

– Так, значит… Оксана, значит… Вот же два сапога пара! Ну ладно, этот побочный отросток, но ей-то чего не хватало?

Отложил папку на стол и вернулся в комнату. Виталий сидел на диване в мокрой рубашке и с мокрой башкой. Стучал зубами от холода и смотрел на Тихона взглядом, полным ненависти.

– Макс, сделай ему чай крепкий, сладкий, а главное, не очень горячий!

Парень кивнул со знанием дела и ушел на кухню, второй охранник встал на входе в комнату.

Тихон снял пиджак, закатал рукава на рубашке, оголив предплечья, подтащил стул и сел напротив Витали.

– Бить будешь? – хмыкнул тот, увидев сбитые костяшки на руках Киборга. – Сам? Решил размяться?

– И без тебя сегодня разминок хватило, – ответил устало, – но если очень будешь просить, то жадничать не буду, поверь.

– Ты у нас вообще мужик нежадный! Я в курсе! – хмыкнул. – Натаху только всё никак не окучишь. Что? Силенок маловато? Таблеточек для потенции подкинуть? Хер будет сутки стоять на всё, что движется. На себе проверено не один раз!

– Рад за тебя.

– Ну уж простите! Не стоял у меня на вашу принцесску по-другому! Замороженная вся и правильная до поносу! Девке двадцать три, а она всё еще в любовь верит! – Виталя пьяно заржал и продолжил:

– Прикинь, я у неё первый был! Всяких трахал, но чтоб богатых девственниц – это в первый раз было.

– Точно всяких? – Тихон прищурился, разглядывая пьяное чмо, сидящее напротив.

– Нет, ну есть, конечно, и у меня предел – на садо-мазо не стоит.

– Не стоит, говоришь… – Тихон подозрительно задумался о чем-то своем, глядя на Виталю, но вслух свою мысль продолжать не стал.

Достал телефон из кармана брюк, быстро что-то написал, отправил сообщение и откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу. Ответ ему пришел почти мгновенно. Тихон прочитал его, удовлетворенно хмыкнул, но убирать телефон в карман не стал.

– Значит, так, Виталя, слушай расклад! Есть два возможных варианта нам с тобой договориться. Первый так себе – тихо, мирно, занудно, по-пенсионерски, я бы сказал. Второй поинтересней – с кожей, плетками и анальными пробками. Заметь, в твоей заднице!

Виталя, услышав о пробке, двинул задницей на диване, но продолжал молчать. Тихон же, уловив телодвижения парня, довольно улыбнулся и продолжил говорить:

– В первом случае ты сам, добровольно, под запись, – Тихон показал на свой телефон, – рассказываешь нам о вашем с Оксаной плане по устранению конкурента на пост в фирме Слободского.

Виталя, не дослушав, перебил:

– А во втором случае сам будешь мне пробку в задницу запихивать? О, так наш Киборг, оказывается, старый педрила? Так ты поэтому, что ли, на баб не смотришь, что тебя не их задницы интересуют?

– Ой, да брось! – Тихон ухмыльнулся – На эмоции меня только вчера развели. Считай, что тебе повезло, сегодня я спокоен и могу держать себя в руках. Так, давай я закончу объяснять варианты, а ты слушай и прикидывай, чего тебе больше хочется.

Виталий опять поерзал на диване, но замолчал.

– Итак, во втором случае мы тебе подгоняем, заметь, по очень тесному знакомству, незабываемую ночь с та-а-акой партнершей, что ты потом никому больше присунуть свой стручок не сможешь. А знаешь, почему?

– И почему?

– А не встанет потом у тебя на обычных баб. Не захочешь. Не ты первый такой у неё будешь, уж ты мне поверь! Но это еще не все. Во втором случае запись вашей с ней горячей ночи пойдет гулять по всемирной паутине и будет отправлена всем твоим контактам. Ты там что-то про садо-мазо заикался, что еще не пробовал. Вот и попробуешь. Ну или тебя попробуют, это уж как у твоей партнерши желание будет. Она ждет, как видишь! – Тихон опять показал на свой телефон, намекая на недавнюю переписку.

В этот момент Макс вошел в зал, неся кружку с чаем.

– Не ошпарится? – Тихон кивнул на кружку в его руках. – А то не хватало еще, чтоб расплескал себе на причиндалы. Как потом ему мадам Доминик ублажать? Не простит она нам, если ночь ей сорвем. Она таких целочек, как наш Виталя, любит.

– Не ошпарится, – парень хмыкнул и протянул кружку.

Виталя взял её трясущейся рукой, чай пил медленно, мелкими глотками. И делал он это явно не потому, что тот был горячим. Нет, он просчитывал выгоду и наиболее безопасный выход из сложившейся ситуации – это Тихон и видел, и понимал.

Решив подтолкнуть парня к нужному решению, Тихон открыл в телефоне фото мадам и, наклонившись в сторону Витали, который тут же отшатнулся, показал его парню.

Виталя сглотнул, но тут же сделал вид, что всё еще пьет чай...