Текст книги "Злая королева (СИ)"
Автор книги: Елена Ахметова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
Капитан Датри меж тем убедился, что никто на его добычу не покушается, грозно ощерился в темноту и только потом обернулся, чтобы застать меня в позе дамы в беде, испуганно льнущей к своему рыцарю. Тоже, надо отметить, уже изрядно мокрому.
Родриго ощутимо напрягся, но не сдвинулся с места. Нил смерил его насмешливым взглядом, пристроил саблю за пояс и принялся прямо на ходу распускать воротник рубахи.
– Что вы себе позволяете?! – испуганно ахнула Каталина, когда капитан стянул рубаху через голову.
Нил выразительно задрал левую бровь – а что, мол, не догадываетесь, миледи? – и промолчал. Я заинтригованно покосилась вниз, на его бриджи, но капитан ограничился тем, что нога за ногу снял сапоги и небрежно бросил на них рубаху, а потом очень-очень сдержанно предложил:
– Родриго, почему бы тебе не сопроводить леди до корабля? Думаю, мы вспугнули всех непрошеных наблюдателей.
– Да тебе просто тоже хочется искупаться! – возмутилась я: возвращаться на «Бродягу» так скоро в мои планы не входило.
Нил невозмутимо потянулся к пуговицам бриджей. На Каталину это произвело сокрушительное впечатление, на нас с Ампаро – увы, нет, и ему пришлось прибегнуть к словесной аргументации:
– Желаете составить компанию нам с Бузуром, миледи?
Квартермастеру идея явно понравилась. Поскольку сам он не слишком утруждал себя рубахами, то сразу принялся расстёгивать бриджи, не дожидаясь ответа. Родриго стиснул зубы, не опуская оружия, и я сама положила руку ему на предплечье, вынудив направить острие шпаги вниз.
– При дворе тебя бы четвертовали за оскорбление королевы, – процедил рыцарь сквозь зубы, но подчинился.
– А здесь, – мрачно изрек Нил Датри, – я намерен сам хорошенько притопить королеву. Просто чтобы она помнила, с кем можно шутить, а с кем... – он осекся, так и не прояснив, отчего это королева должна следить за своим чувством юмора в присутствии пиратов и вампиров.
Я вышла из-за спины напрягшегося Родриго и неспешно наклонилась за камзолом.
– Мы будем в своей каюте, капитан, – нарочито спокойным голосом пообещала я. – Моим фрейлинам ни к чему выслушивать ваши споры. Родриго, проводи нас.
Рыцарь скользнул ненавидящим взглядом по пирату в приспущенных бриджах и чинно предложил мне руку. Я застегнула камзол и привычно положила ладонь на предплечье Родриго. Убедившись, что фрейлины не замедлили последовать за мной (разве что так и не рискнули поднять глаза), я неспешно двинулась в сторону гавани, не без некоторой наигранности наслаждаясь прогулкой.
Капитан Датри долго провожал нас взглядом, будто напрочь позабыв, зачем вообще начинал расстёгивать бриджи.
Поэтому я героически сдерживала хохот до тех пор, пока озерцо не скрылось из виду. Однако в своем веселье я осталась одинока: Каталину все ещё колотило после предложения составить компанию пиратам, на лице Родриго явственно вздулись желваки, а Ампаро просто взирала на меня с недоумением.
– Если мне будет дозволено высказаться откровенно, Ваше Величество, – произнесла она и, даже получив от меня согласие, предпочла осторожность: – Было весьма смело с вашей стороны вот так посмеяться над капитаном.
Я остановилась.
Не то чтобы она не была права в своих завуалированных упреках или позволила себе лишнего, но это поучение меня неожиданно задело. Возможно, потому, что я и в самом деле слишком расслабилась, привыкнув, что капитану Датри можно доверять?
Или потому, что «дружба» с командой оказалась палкой о двух концах, и Нил не погнушался этим воспользоваться? Я ведь действительно ничего не боялась, когда вышла из воды, хотя вполне представляла себе, как выглядела после купания – в мокрой рубахе на голое тело! – и положилась на честность капитана Датри.
На честность пирата.
– Понимаю ваши опасения, – предельно сдержанно отозвалась я. – Однако вам не о чем беспокоиться. Мои планы не изменились. И не изменятся, что бы ни произошло.
Я должна буду сдать местоположение пиратского порта или Яфту, или Альвеону – в зависимости от того, чье расположение окажется важнее для меня на тот момент, когда я освоюсь на Фриайленде. Но для пиратов с Коринезийских островов – и капитана Датри лично – итог будет одинаков.
Мне не следовало об этом забывать, во что бы мы ни играли.
Глава 12. Губернатор собственной персоной
Плавание заняло даже больше, чем рассчитывал капитан Датри.
Сперва измождённые долгим пребыванием на корабле матросы потребовали несколько дней отдыха на острове, и возражать никто не рискнул: долгий штиль не самым лучшим образом сказался на припасах – и настроении. Проще было позволить людям развеяться, чем настоять на немедленном отплытии и в результате ещё несколько недель заново завоевывать симпатии команды.
Потом – слабый ветер, раз за разом заставлявший напрягаться что меня, что экипаж: а ну как снова стихнет совсем?
Вечерние посиделки на палубе стали обязательной традицией, и к тому времени, когда впереди наконец-то показалась долгожданная земля, я успела запомнить по именам изрядную часть экипажа. Это позволило не только укрепить «дружбу» немногим хуже семи тысяч золотых динаров, но и узнать, что некоторые матросы поддерживали капитана Датри в его стремлении выкупить остров. Правда, кто-то рассчитывал сойти на берег и построить дом на арендованной за разумную цену земле, а кое-кто – заменить Нила Датри на его ответственном, зато весьма прибыльном посту, даже если пиратское ремесло придется сменить на каперское.
Но это все равно странным образом внушало уважение, и с корабля я сошла со странным чувством облегчения – и сожаления одновременно.
Фриайленд оказался довольно крупным островом с собственным фортом, защищающим гавань. Укрепление досталось губернатору по наследству: архитектура была явно павоссийская, ещё тех времён, когда страна претендовала на звание царицы морей и знать не знала, что вскоре союз Альвеона и Яфта сбросит ее с трона, вынудив отозвать флот для защиты границ и бросить колонии без присмотра. Следовало отдать губернатору должное: самопровозглашенный он был или нет, но важность форта для острова осознавал прекрасно. Стены несли следы недавнего ремонта, а пушки вовсе казались новехонькими – по крайней мере, издалека.
У большинства матросов не было своих домов на острове, и пологий берег чуть в стороне от гавани превратился в большой палаточный городок. Команда «Бродяги» быстро влилась в него, с шумом и гиканьем достроив на свободном пятачке десяток навесов и ещё одну полевую кухню, где немедленно воцарился Билли. Для нас с фрейлинами любезно выделили местечко подальше от слишком жаркого костра и даже снабдили гамаками для сна. Я сдержанно поблагодарила капитана, с ужасом представляя себе ночь в компании не только матросов с «Бродяги», но ещё и совершенно посторонних мужчин. Нил тоже не мог пожаловаться на воображение, а потому не погнушался согнать абордажную команду и приказать расположиться вокруг женщин. Это несколько успокоило меня, но не Каталину, и Родриго пришлось подвесить свой гамак возле младшей фрейлины.
К счастью, до проверки абордажников с «Бродяги» на прочность не дошло. «Грешница» разыграла свою роль как по нотам: не успело стемнеть, как к капитану Датри подскочил чумазый мальчишка и, диковато косясь на меня, прошептал что-то на ухо. Нил скупо кивнул, и посыльный стремглав умчался обратно, на ходу пряча мелкую монетку куда-то за пазуху.
Капитан еще ничего не сказал, но уже по его взгляду я догадалась, что за весточку он получил, и поспешила выбраться из гамака.
– Готова? – с некоторым напряжением в голосе поинтересовался Нил. – Губернатор пожелал тебя видеть. Только тебя, – хмуро добавил он, когда Каталина, Ампаро и Родриго тоже подобрались, будто перед прыжком. – Он согласился, чтобы я сопроводил королеву до особняка, но видеть меня или кого-либо из моей команды в гостях не желает.
– Но королева не может явиться без свиты! – в один голос возмутились Родриго с Каталиной.
Я обернулась через плечо и выразительно выгнула бровь, без лишних слов напоминая, что если королеве нужно, то она может все. Рыцарь и фрейлина дружно подавились возмущениями, но явно остались при своем мнении – как и Ампаро, которая сразу благоразумно придержала его при себе.
Когда я повернулась обратно, капитан Датри из последних сил боролся с усмешкой.
– Не утруждайтесь, я сама поняла, какая я женщина, – хмуро сообщила я.
Нил все-таки расхохотался, но тут же благовоспитанно протянул мне руку.
– Пойдем, моя злая королева. Совместим дорогу с прогулкой по городу.
Это предложение я приняла с нескрываемой радостью.
Крошечный портовый городок прятался на скале за фортом. Большинство зданий, как и сами укрепления, явно осталось от павоссийцев; время и влажная жара обошлись с постройками немилосердно, сменив облупившуюся краску пятнами черной плесени. Кое-где виднелись следы попыток привести домики в порядок, но их явно ремонтировали по остаточному принципу, предпочитая в первую очередь следить за состоянием форта. Единственным зданием, полностью покрытым ещё не выцветшей краской – алой, что характерно, – оказалось, несомненно, самое популярное заведение на острове.
Капитан никак не прокомментировал собравшуюся перед входом толпу и попытался было провести меня по противоположной стороне улицы, вдоль ряда простеньких деревянных лачуг с крышами из пальмовых листьев, но его перехватила бойкая девица в неприлично коротком платье.
– Нил! – хрипловатым голосом окликнула она и сноровисто протолкалась через толпу, не обращая внимания на выкрики и пару сочных шлепков, доставшихся преимущественно юбке. – Ты что же, не зайдешь?
С затаенной досадой изучив ее шею – не слишком чистую, но определённо целую, без единого шрама от укусов, – я повернула голову к капитану и поинтересовалась:
– Что же, не зайдешь? – и сама удивилась тому, каким безупречно вежливым и спокойным голосом смогла это произнести.
Кто-то из собравшейся внизу толпы попытался убедить честную труженицу, что с ним ей понравится даже больше, чем с «этим клятым кровососом», но под взглядом капитана Датри сдулся на середине фразы.
– Не в этот раз, – таким же исключительно нейтральным тоном произнес Нил и тут же добавил, не позволив надувшейся девице и слово вставить: – Если с кем-то из моих людей будут проблемы, пошли мальчишку на пляж. Бузур дежурит до полуночи, и его плеть при нем.
Гомон толпы разом стал ощутимо тише. Я разглядела несколько знакомых лиц и непринужденно помахала рукой.
Мне помахали в ответ. Исключительно вежливо.
– Есть кое-что, что тебе следует знать, – как-то напряжённо произнес капитан Датри, когда бордель остался позади, а в конце улицы показался большой дом с высокой оградой и коваными воротами.
– О твоей любовнице? – не удержалась я.
– Бекки – любовница всего Фриайленда, – совершенно серьезным тоном проинформировал меня Нил, чуть замедлив шаг. – Она павоссийка, но осталась, когда ее соотечественники покинули остров, потому что ей слишком нравится море и крепкие...
От тычка под ребра капитан многоопытно увернулся и упрямо закончил:
– ...и крепкие плечи мужа нашего губернатора.
От неожиданности я споткнулась на ровном месте и набрала полную туфельку песка.
– Прости, что?
– Плечи, – любезно повторил капитан Датри и на этот раз всё-таки получил свой заслуженный тычок.
– Губернатор – женщина?!
– Как раз об этом я и хотел тебя предупредить, – невозмутимо признался капитан Датри. – Формально – нет, губернатор – как раз ее муж. Он делает официальные объявления и подписывает бумаги, но все решения принимает его жена. Не верь ее невинному виду, он обманчив не в меньшей степени, чем твой.
Я с трудом подавила желание отвесить ему подзатыльник.
– А раньше сказать не мог? – страдальчески поинтересовалась я.
Это мужчина, услышав о том, как королева прикрывала один адюльтер другим, посмеялся бы, обозвал дурой и забыл. Но женщина... женщине будут нужны подробности. А о них как раз никто и не подумал!
– А ты полагала, что губернатор-мужчина всерьёз схлестнулся бы с тобой вместо того, чтобы попытаться заполучить тебя в постель? – искренне удивился Нил. – Зачем ему вся эта подковерная возня, если можно просто... – тут он всё-таки вспомнил, что говорит не с одним из своих матросов, и запнулся на полуслове.
– Потому что я королева, – прохладным тоном напомнила я. – Меня нельзя «просто»... – я тоже запнулась и мрачно подумала, что долгое общение с матросами, увы, не прошло даром. – И даже если кто-то сумеет заманить меня в свою постель, это вовсе не означает, что вместе с моим телом он получит канал сбыта!
– Но это именно то, на что рассчитывал бы любой мужчина, – пожал плечами капитан Датри и задумчиво добавил: – Ну, после того, как вообще смог бы включить голову и в принципе что-либо рассчитывать.
Я обречённо выругалась. Матросы с «Грешницы» тоже оставили свой след в моем словарном запасе, и капитан Датри подавился нервным смехом.
– Если я хоть что-то понимаю в женщинах, – хмуро сказала я, не дожидаясь очередного комментария про набор команды в альвеонских дворцах, – то сегодня к тебе придет какой-нибудь старый знакомый и позовет на кружечку эля. Сделай одолжение, следи за выпитым и ничего не говори ни обо мне, ни о Родриго, ни о моих фрейлинах. Все, о чем ты расскажешь этим вечером, немедленно передадут жене губернатора. И нам очень сильно не поздоровится, если наши истории о внезапной любви будут отличаться хоть на йоту.
Капитан Датри нахмурился, но ничего не ответил. Мы подошли слишком близко к ограде, и лакей в несколько несвежей ливрее услужливо распахнул перед нами ворота.
Сад перед домом был небольшим и довольно-таки запущенным, поэтому я едва скользнула взглядом по разросшимся кустам и сконцентрировала внимание на хозяевах – благо они в лучших традициях альвеонского этикета вышли на крыльцо, чтобы встретить высокопоставленную гостью.
По всей видимости, на этом их знакомство с этикетом и заканчивалось, потому что первой заговорила невысокая светловолосая женщина немногим младше меня, такая тонкая и хрупкая, что мужчина возле нее казался настоящим гигантом – хотя на самом деле отнюдь не являлся таковым.
– Ваше Величество, мы весьма польщены вашим визитом, – с лёгкой издёвкой произнесла она и даже сделала книксен.
Я едва удостоила ее кивком. Все мое внимание оказалось приковано к тому, кто ничего не решал, ничего не стоил и на самом деле не должен был иметь никакого значения.
Я не могла найти в нем ничего особенного. Каштановые волосы, лёгкий загар, неопределенного цвета глаза – не то серые, не то светло-голубые; не слишком высокий, вполне гармонично сложенный – это был самый типичный альвеонец из всех, кого я когда-либо встречала, но отвести взгляд казалось невозможным.
Что-то неуловимое, необъяснимо притягательное – в линии плеч, в том, как небрежно он опирался на одну ногу, чуть отставив другую в сторону; в том, как он щурился – насмешливо и изучающе, словно ему было любопытно, как я отвечу на затаенную подколку...
И от одной мысли о том, что ему интересна моя реакция, пьяно кружилась голова и весь мир вокруг казался взрывающимся фейерверком.
– Позволь представить, – произнес капитан Датри, по-своему истолковав возникшую паузу, – Анхель Крус, губернатор Фриайленда, и его супруга Лисбет Крус. Марисоль, как я понимаю, в представлении не нуждается.
Звук его голоса наконец-то вернул меня в реальность. Я с облегчением вцепилась в его руку и не без досады ощутила совершенно несвоевременную сладкую тяжесть в самом низу живота.
Это было чудовищно некстати – будто сама вселенная мстила мне за то, что я солгала дяде Оздемиру.
– Марисоль? – вздрогнул от неожиданности капитан Датри и тут же положил ладонь поверх моей, покоящейся на его предплечье.
Я сделала вид, что ничего не услышала.
– Полагаю, вы ждали меня достаточно долго, – ровным-ровным голосом произнесла я, не позволив себе отвести взгляд от маленькой, чрезмерно везучей женщины, которая умудрилась вставить мне по палке во все имеющиеся колеса, даже не подозревая об этом. – И вам уже известно, какое предложение я привезла.
– Известно, – не стал отрицать Анхель. К моей досаде, выглядел он весьма настороженно, словно успел понять куда больше, чем мне хотелось бы. – Однако мы предпочли бы обсудить детали, прежде чем принимать решение. Вы не откажетесь присоединиться к нам за ужином?
Я сглотнула, прежде чем согласиться, но голос все равно изменился слишком заметно, чтобы капитан Датри не обратил внимания.
– Я буду ждать у ворот, – сказал он, не спеша выпускать мою руку.
– Нет нужды, – резковато ответил ему Анхель, и ситуацию пришлось смягчать Лисбет:
– Для Ее Величества готова гостевая комната. Уверена, это будет гораздо удобнее, чем каюта на корабле или лагерь на берегу.
От одной мысли о ночи в этом доме, совсем близко к Анхелю, я покрылась мурашками от предвкушения и отчётливо поняла, что лагерь на берегу – не самая плохая идея.
– Благодарю за гостеприимство, – отозвалась я и снова сглотнула. – Ваша предусмотрительность весьма похвальна. Однако я уже приняла приглашение от капитана Датри и не хотела бы оскорблять его внезапной переменой решения.
Это была ошибка. Очень-очень большая ошибка – давать понять, что мне интересна не только постель Нила Датри, но ещё и его отношение ко мне. Это означало, что опасения губернатора внезапно обнаружить под боком конкурирующий порт имеют под собой прочную основу.
Но это давало хоть какой-то шанс избежать другой, гораздо более страшной ошибки, которая порушила бы все мои планы.
– Я буду здесь, – с нажимом повторил капитан Датри.
Я благодарно кивнула и, набрав воздуха, как перед прыжком в воду, выпустила его руку.
С ужином, переговорами и вежливыми попытками запереть-таки меня в особняке я управилась в рекордные сроки. Учителя могли бы мной гордиться, если бы я при этом соображала хоть что-нибудь, а не уподоблялась заводной кукле.
Я всё-таки повстречала сына Морского Повелителя, как в одной из страшных сказок Родриго. Пожалуй, мне повезло разве только в том, что Анхель все время был одет – хоть и весьма непритязательно по материковым меркам. Жаль, что это ничего не меняло.
Из особняка я вылетела пушечным ядром, задыхаясь от спешки, потому что прекрасно осознавала: если Анхель повторит приглашение, я останусь и сделаю очень-очень большую глупость.
А пока ещё был шанс ограничиться маленькой.
– Марисоль, – с облегчением выдохнул капитан Датри.
Он и в самом деле ждал меня сразу за воротами особняка, сидя на каком-то чурбаке, и играл в карты с кем-то из прислуги. Я схватила его за локоть, не дав закончить партию, и тут же потащила прочь.
– В чем дело? – несколько растерялся Нил, но тут же подстроился под мои шаги. Оглянулся на ходу и махнул рукой своему партнеру по игре. Тот, кажется, ответил с куда меньшим дружелюбием, но капитан не обратил внимания. – Что-то пошло не так?
– Ты себе не представляешь, – призналась я не своим голосом. – Где здесь можно снять комнату на ночь?
– Здесь? – хмыкнул капитан Датри и обвел широким жестом запущенную колониальную улочку. Большинство домов выглядело так, что в других обстоятельствах я скорее сама бы потребовала плату за то, чтобы войти внутрь. – Бордель подойдёт?
– Подойдёт, – подтвердила я и устремилась вниз по улице, увлекая изрядно растерявшегося капитана за собой.
Что денег у меня нет, я вспомнила только на крыльце борделя. Толпа к этому моменту, к счастью, уже рассосалась, и только на первом этаже ещё сидели несколько человек в компании откровенно сонных девиц. При виде Нила они немного оживились, а вот на меня уставились не слишком доброжелательно.
Капитан Датри добавил им поводов для неприязни ко мне, когда отдал несколько монет пожилой даме в старомодном парике и попросил отвести меня в свободную спальню.
– Девушка будет одна? – осторожно уточнила пожилая дама, которую, кажется, было не удивить и таким поворотом.
– Нет, – ответила я и крепко сжала руку капитана Датри.
А вот его удивить оказалось проще простого.
– Марисоль?..
– Потом объясню, – пообещала я, окинув взглядом душную комнатку на втором этаже, куда отвела нас пожилая дама в парике.
Из всей обстановки имелись кровать, застеленная на удивление свежим постельным бельем, ширма да умывальник. Но мне, по большому счету, больше ничего и не требовалось – я втолкнула Нила внутрь и заперла дверь.
– Вот теперь мне не по себе, – задумчиво признался он, остановившись у самого входа. – Что на тебя нашло?
Вместо ответа я провернула уже однажды отработанный трюк: схватила его за грудки и прижала к стене, требовательно потянувшись за поцелуем. Нил удивлённо выдохнул мне в губы и без промедления обнял в ответ, но тут же остановился.
Я тоже замерла – правда, в основном потому, что мои руки оказались зажаты между нами, а капитан задрал подбородок, нахально пользуясь разницей в росте: из этого положения я не могла целовать его, пока он не наклонится.
– Постой, – выдохнул он и зажмурился, глухо стукнувшись затылком в стену. Помедлил – и стукнулся ещё раз. Похоже, это каким-то образом простимулировало мыслительные процессы, потому что Нил открыл глаза и убеждённо произнес: – Ты не можешь всерьёз этого хотеть.
– Почему? Ты же хочешь, – я медленно приподнялась на носочки, выгнулась и снова опустилась, с нажимом проскользив животом по выпирающему доказательству своей правоты.
У Нила вырвался странный полувздох – полустон, но голова, увы, не отключилась.
– Хочу, – шепотом признался он и прижал меня ещё сильнее. – Дьявол, я хочу этого с первой секунды, когда тебя увидел... но ты – королева.
Я вздрогнула в его объятиях. Осознанности это не добавило никому, потому что Нил продолжал вжиматься в меня всем телом, не в силах заставить себя отступить, но...
– Тебе ещё предстоит убеждать яфтийских целителей, что ты не была ни с одним мужчиной, кроме Его Величества, – напомнил он не то мне, не то себе, но так и не пошевелился, продолжая сжимать меня в объятиях.
– Они не поверят, – тихо ответила я и разжала пальцы, выпустив воротник его рубахи.
Нил, помедлив, тоже убрал руки, но отстраняться не стал.
– Не поверят? – хрипло переспросил он.
Я уныло покачала головой и отступила сама. Кровать тут же услужливо ткнулась под колени, и я рухнула на нее спиной вперед, закрыв руками пылающее лицо.
Низ живота по-прежнему ныл – сладко, тягуче и нестерпимо. Он совершенно точно знал, что ему нужно, и целителей в его списке не было.
– Лисбет... подмешала что-то тебе в ужин? – неуверенно спросил капитан Датри, не рискуя отходить от стены.
Я отрицательно помотала головой.
– Тогда в чем дело? – поинтересовался он и всё-таки присел рядом со мной, чтобы осторожно отвести мои ладони от лица. – Не то чтобы я не польщен, – Нил покосился вниз, на свои бриджи, слишком узкие, чтобы скрыть хозяйский настрой, и криво ухмыльнулся, – но что-то сомневаюсь, что в том особняке ты внезапно прониклась ко мне сокрушительной симпатией и решила внезапно переиграть все планы, лишь бы провести со мной ночь.
Я протянула руку и кончиком пальца обрисовала линию его подбородка.
– Нет, – признала я, и Нил вздохнул – с облегчением и разочарованием одновременно. – Дело в том, что... – я осеклась и зажмурилась. Голова казалась набитой розовой ватой и работать отказывалась наотрез. – Ты никогда не думал податься в шпионы?
Нил озадаченно помолчал, но все-таки сообразил:
– В смысле – переспать с тобой, чтобы выведать государственную тайну? – он нервно хохотнул. – По-моему, полагается делать все наоборот: подсылать красивых девушек в постель к страшным мужикам, чтобы те что-нибудь выболтали. Марисоль, что происходит?
Я прикусила губу. Собраться с мыслями никак не получалось, и я сдалась.
– Ладно. По всему выходит, что выболтать государственную тайну придется так или иначе. Правда, раскрывать ее просто так даже как-то обидно… но в противном случае, полагаю, обидно будет тебе. Словом, внимай: секрет яфтийских магов заключается в том, что седьмая дочь седьмой дочери рождается с даром, – сказала я и сжала колени. – Никто заранее не знает, с каким именно. Но все яфтийские заклинатели глубин, предсказатели, целители, повелительницы ветра – седьмые дочери седьмых дочерей.
Нил на мгновение замер, переваривая эту новость и безуспешно пытаясь соотнести ее с внезапным изменением моих планов.
– И ты?..
Я снова покачала головой.
– Моя мать не была седьмой. Но ей повезло, и она родила семерых дочерей подряд. Это, как ты понимаешь, довольно редкое явление, и практически никогда не выходит так, что седьмая дочь тоже рожает семерых дочерей. Для этого нужен кто-то особенный, предназначенный ей. В Яфте таким, как я, надлежит в двенадцать лет объехать всю страну, чтобы отыскать того единственного мужчину, который подарил бы женщине семерых дочерей, а стране – нового мага. Я честно последовала этой традиции, но безуспешно. А на Яфт тем временем надвигалась угроза войны с Павосси, и король Альвеона предложил союз – при условии, что он будет скреплен браком с достаточно юной и здоровой яфтийкой, приближенной к султану. Тогда Его Величество ещё надеялся, что у его сына есть шанс избежать позиции последнего из династии, но... тут он переиграл сам себя. Отец согласился, потому как придворная предсказательница пообещала, что я найду свою судьбу среди высокопоставленных альвеонцев, и выдвинул встречное условие: если в браке не будет детей, король должен был дать мне развод в любой момент, когда я попрошу. Его Величество согласился, поскольку тогда он полагал, что бесплодный брак ни к чему ему самому. Но за все годы в Альвеоне я так и не встретила никого особенного. Зато привыкла к мужу, а он – ко мне.
Я помолчала, прислушиваясь к себе. Напряжение упорно не спадало.
– Кто же знал, что я найду этого треклятого альвеонца здесь?!
Нил молчал. Лицо у него застыло каменной маской. Я уже ожидала отповеди и резкого отказа, но после томительной паузы он спросил совсем не то, что я ожидала:
– А если бы у тебя появились дети от Его Величества?
Я перекатила голову по покрывалу.
– Он был стар уже тогда, и за всю его жизнь сумел обзавестись только единственным сыном. Я решила рискнуть, потому что иначе высший свет Альвеона меня бы не принял. Там принято ценить потомственную аристократию и древние рода, а не дочерей военных вождей, да ещё и младших. А Его Величество мое происхождение как раз устраивало: союз изначально планировался как военный.
– Цинично, – заметил капитан Датри и, помедлив, всё-таки задал мне самый неудобный вопрос: – Значит, унылый подкаблучник Анхель – твой единственный? Что ты собираешься с этим делать?
Я не выдержала и снова закрыла ладонями лицо.
– Понятия не имею, – четко и внятно призналась я и глубоко вздохнула. – Но семь дочерей прямо сейчас были бы весьма некстати, сколь бы остро Яфт ни нуждался в магах!
Темнота за закрытыми веками тоже не успокаивала – напротив, будила память и воображение: как Анхель держался за столом, как внимательно слушал, ни на секунду не сводя взгляда, как отвечал…
Наваждение. Самое кошмарное из всех, что могли быть.
– Самое смешное, – горько усмехнулась я, – что я и в самом деле могу получить его покровительство. Анхель даст мне все, о чем я попрошу, лишь бы… – я провела рукой по лицу, самыми кончиками пальцев задев непривычно чувствительные губы, и спустилась ниже, к шее. – Но Лисбет убьет меня при первой же возможности.
– Думаешь? – хриплым голосом переспросил капитан Датри и смущенно откашлялся. – Анхель влюблен в свою жену как мальчишка. Он никогда не сделает ничего, что могло бы ее расстроить. Даже Бекки вздыхает по его плечам безответно, а уж она умеет убеждать… – Нил запнулся и снова кашлянул – уже безо всякой необходимости.
– Он сделает много всего, что расстроит Лисбет, если я попрошу, – раздраженно отозвалась я и приподнялась на локтях. – Разве ты не видишь, что эта связь делает со мной? Как думаешь, что произошло бы ночью, если бы я осталась в том особняке?
Нил потемнел лицом – и промолчал.
– Это мой мужчина. Мой. Рожденный для меня, предназначенный мне так же, как и я – для него. Это сильнее нас. Больше, чем любовь, чем…
– Но ты здесь, – прервал меня Нил и навис надо мной – так многообещающе, что я и сама осеклась – и ответила даже не столько ему, сколько самой себе:
– Потому что это не единственная вещь, которая больше, чем любовь.
Нил с несколько озадаченным видом заломил левую бровь.
– Например?
Я недовольно поморщилась и снова схватила его за воротник, вынуждая нагнуться ниже. Нил поддался так восхитительно легко, что у меня снова сладко закружилась голова; только поцелуй впервые вышел нежным, почти осторожным, – совершенно не таким, как мне хотелось в тот момент.
– Значит, твои грандиозные планы, – вздохнул он, отстранившись, и провел кончиком пальца по моему лбу – вдоль линии роста волос, осторожно отодвигая растрепанные прядки. – Вот что, моя королева. Я скажу, чтобы тебя никто не беспокоил до утра. Потом я вернусь и, надеюсь, мы сможем поговорить – раз уж твои планы так важны.
Я едва не застонала от досады.
– Не смей оставлять меня!
Нил усмехнулся, показав кончики клыков, и вдруг нагнулся к моей шее. Я в одно мгновение предельно четко и ясно осознала,коготолько что пыталась затащить в постель, и застыла, мелко вздрагивая, – а он замер издевательски близко, касаясь губами кожи и щекоча дыханием.
– А я ведь остался бы, – с сожалением вздохнул он, и на моем теле встал дыбом каждый волосок. – Если бы ты и в самом деле хотела меня, а не пыталась использовать.
Он вдумчиво провел губами от моих ключиц до подбородка – и наконец отстранился. Я поняла, что все это время вжималась в постель так сильно, словно надеялась просочиться сквозь нее и удрать подальше, и тут же раздраженно вскинула голову, отказываясь чувствовать себя уязвимой.
Нил снова улыбнулся – кривовато и невесело.
– Я вернусь утром, моя королева.
Когда за ним закрылась дверь, я подтянула колени к груди и все-таки глухо застонала.
