Текст книги "Злая королева (СИ)"
Автор книги: Елена Ахметова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)
Глава 4. Хорошие вопросы
Ужин прошел в предельно напряженной и недружественной обстановке.
То есть, разумеется, мы без труда поддерживали легкую застольную беседу, обменивались комплиментами и ничего не значащими сплетнями, устаревшими как минимум на неделю, но уже по одной напружиненной позе капитана Датри можно было понять: он быстро догадался, что происшествие с сиром Родриго не осталось незамеченным – и моего одобрения, конечно же, не получило. Просто воспитание не позволяло обсуждать подобные дела за ужином, даже если он проходил за прибитым к полу столом, а в качестве угощения предлагались преимущественно солонина и украденный с «Гордости Эль Монте» хлеб.
Едва закончив с едой, я выпрямилась и устремила на капитана требовательный взгляд. Нил понятливо отложил видавшую виды салфетку, но промолчал, оставляя за мной право на первый ход.
– Я бы хотела переговорить с вами с глазу на глаз, капитан Датри, – сообщила я, охотно принимая правила игры. – Вас не затруднит обеспечить охрану моим фрейлинам, чтобы их не беспокоили в гостевой каюте?
Каталина испуганно округлила глаза, а Ампаро, напротив, выразительно нахмурилась, но высказаться не рискнула ни та, ни другая. Пантомима и без того должна была напомнить мне, что королеве не пристало оставаться один на один с малознакомым мужчиной; а фрейлины всего лишь прекрасно помнили свое место и потому не могли произнести ни единого слова осуждения.
Увы, я рассчитывала именно на это и потому осталась глуха к их безмолвному протесту, а капитан не смог отказать королеве в скромной просьбе. Не прошло и четверти часа, как мы остались наедине.
– Итак? – на его лице значился только вежливый интерес. Ни угрозы, ни страха.
Словно ничего из ряда вон и не произошло, а моряки на суднах дальнего плавания регулярно разгуливают со следами от укусов на шее.
– Признаюсь, я перестала кое-что понимать, – доверительно сообщила я и сощурилась. Капитан продолжал держать лицо – так стоически и умело, будто годами тренировался на светских раутах. Или, что вероятнее, на команде, которую требовалось убедить, что все в порядке, а вампир на корабле – нечто само собой разумеющееся. – Почему только Родриго?
Кажется, капитан рассчитывал вовсе не на этот вопрос – скорее на истерику, скандал или, на худой конец, требование предъявить клыки, а лучше – их отсутствие. Старательно выстроенное выражение физиономии в духе «да что за пиратский корабль без кровопийцы на борту?!» слегка перекосилось и поплыло, но тут же вернулось на место.
– Вы предпочли бы видеть кого-то другого на его месте?
Я помедлила и чуть склонила голову к плечу. Вопрос был с подвохом, но слишком очевидным, чтобы я на него попалась, – и, кажется, задал его капитан исключительно с целью подколоть.
«Не надкусить же», – напомнила я себе и снова выпрямилась.
– Сир Родриго – самый преданный и искренний из моих рыцарей, – обстоятельно известила я. – Если я и могу на кого-то безоглядно положиться, так это на него. Должно быть, вы тоже заметили его выдающуюся верность, раз решили обезвредить, да еще столь… специфическим способом. Я не понимаю только, почему одного его.
Капитан Датри все-таки не удержал лицо и взглянул на меня с уже знакомым недоумением.
– А вы так уверены, что все произошло по моему приказу? Мы все-таки не на корабле Его Величества, чтобы такие вопросы решались капитанским словом, а не честным голосованием.
– По приказу? – медленно переспросила я. – Нет. Я уверена, что это вы укусили сира Родриго, без чьих-либо указаний. Вы опасались, что за время плавания он сумеет заслужить уважение экипажа и повлияет на ваши дальнейшие планы на мой счет, какими бы они ни были. Кроме того, вам не требовался новый член команды – атака на «Гордость Эль Монте» обошлась без потерь, припасы на судне ограничены, а вы и без того прихватили трех пассажиров, которых нужно кормить, поить и где-то размещать. Думаю, вы бы и вовсе предпочли обойтись только женщинами и не терпеть под боком вздорного чужака со всеми его странными идеалами, но что-то заставило вас принять предложение сира Родриго. У вас закончились пленники, чью кровь можно было пить безнаказанно и без последствий? Но тогда вы не стали бы кусать корабельного секретаря – в команде наверняка найдутся куда менее значимые люди, чье расположение к вам не имеет такого влияния на простых матросов…
– Так, – прервал меня капитан и выставил вперед раскрытую ладонь, чтобы взять паузу. – Я запутался даже в том, что я, по вашему мнению, должен хотеть.
На его лице читалась скорее лихорадочная работа мысли, чем растерянность, но я милостиво позволила ему обдумать то, что он собирался сказать. Чтобы, значит, подсудимый не путался в показаниях.
– Вы полагаете, что я вампир, – изрек он наконец и неспешно опустил ладонь – в предусмотрительной близости от ножа. Увы, столового. – И считаете хорошей идеей остаться со мной в каюте без присмотра?
– Это было чем угодно, только не хорошей идеей, – охотно признала я. – Но да, я считаю, что вампир – именно вы, потому как безнаказанно кусать корабельного секретаря, фактически ответственного за всю вашу добычу и ее распределение, мог только кто-то чрезвычайно высокопоставленный. А кто на судне стоит выше капитана? А что до присмотра… если бы вы захотели укусить еще и меня, то две безоружные женщины скорее раззадорили бы вас, чем остановили.
Взгляд капитана непроизвольно сполз на вырез камизы, но поднялся назад прежде, чем я сформулировала свой протест по этому поводу. Пришлось снова делать вид, что ничего не произошло.
– Я не видела, чтобы вы избавлялись от тел, – заметила я, неимоверным усилием подавив желание натянуть камизу повыше, будто это могло что-то изменить – в моем-то положении! – Однако на морские похороны традиционно собирается вся команда, думаю, этого бы мы не пропустили даже будучи запертыми в каюте. Что произошло с прежними вашими жертвами?
– Ваше Величество, вам не случалось подрабатывать в допросной? – светски непринужденно поинтересовался капитан.
Кажется, он рассчитывал срезать меня этим вопросом, но снова промахнулся – во всем, начиная с обращения. Мне все-таки удалось заставить его забыть о моем жалком виде и убедить в том, что королева – всегда королева. Даже если она едва одета.
– Случалось, – любезно подтвердила я и умолкла, оставляя простор для фантазии.
Но капитан Датри, увы, не проникся – только удивленно моргнул и звучно расхохотался.
– Ладно, вы меня раскрыли, – признал он, успокоившись, и тут же улыбнулся – слишком широко, чтобы это можно было принять за жест благоволения. Клыки и в самом деле были весьма длинными и острыми, и меня от макушки до пяток пронзило внезапным осознанием, по какой тонкой грани я все это время ходила. – Я вампир. Что дальше?
Хороший вопрос. Очень хороший вопрос…
Мне остро не хватало спинки стула, на которую можно было бы откинуться. Увы, в капитанской каюте имелись только табуретки, так что пришлось просто чуть податься назад, чтобы окинуть Нила взглядом – уже с учетом новых сведений.
Для званого ужина он снова расстарался: отыскал относительно свежую рубашку, унизал пальцы тяжелыми перстнями и, кажется, даже потрудился окунуться в воду разок-другой: пахло скорее солью, водорослями и лимонным цветом, нежели мужским духом, единовластно царящим на палубе. Да и выглядел капитан куда свежее, чем утром, будто успел подремать днем: исчезли глубокие тени под глазами, сероватый цвет лица сменился ровным морским загаром, хоть и не таким густым, как у остальных членов команды… словом, Нил казался типичным головорезом, готовым в любой момент вспороть камизу столовым ножом, апослес его же помощью и прикончить жертву каким-нибудь чрезвычайно изобретательным способом. Но мистического флера вокруг него было не больше, чем вокруг столового ножа.
Во всяком случае, пока капитана не тянуло улыбнуться пошире.
– Понятия не имею, – честно призналась я с напускной невозмутимостью, уже не рискуя повторять свой вопрос о том, почему нападение ограничилось одним только рыцарем, хотя было бы куда предусмотрительнее обескровить всех четверых, чтобы до самого прибытия в порт не опасаться какого-нибудь фокуса. Не хватало еще, чтобы капитан счел это хорошей идеей! – Должна признаться, теперь у меня даже больше вопросов, чем было в начале разговора, но я опасаюсь их задавать. До сих пор я полагала, что вампиров истребили незадолго до моего рождения.
– Да, ваш почтенный батюшка очень постарался, чтобы так и было, – подтвердил капитан Датри и снова широко улыбнулся – безо всякого веселья и уж точно без единого следа дружелюбия. Просто чтобы напомнить, что даже бейлербей Медины не слишком преуспел в своем начинании – и так и не сдержал данного в запале обещания «повыдергать клыки каждому кровопийце, где бы он ни скрывался».
Пожалуй, Нил заслуживал медаль уже за то, как спокойно отреагировал на мое утреннее предложение. Я предложила вампиру торговать с Яфтом, где подобных ему истребляли за сам факт существования, а он и глазом не моргнул!
С другой стороны, каналы сбыта лишними не бывают, а перекупку можно доверить кому-нибудь, у кого клыки имеются исключительно в метафорическом смысле. Капитан же и ранее продемонстрировал похвальное здравомыслие, выбрав наиболее выигрышную тактику: если уж ему не оставили ни единого шанса спокойно жить среди людей и зарабатывать на пропитание законным способом, он ушел на нелегальный промысел – да такой, что отыскать вампира становилось практически невозможно!
Я не представляла, через что Нилу пришлось пройти, чтобы команда смирилась с его специфическими кулинарными пристрастиями. Но он справился: вопреки легендам, в себе подобных вампиры никого не обращали, однако их укусы вызывали у жертвы что-то сродни опиумному угару – и привыкали к ним точно так же, как к наркотику; а уж скрыть постыдную зависимость корабельного секретаря в замкнутом мирке пиратского галеона возможным не представлялось. Вероятно, из-за своего пристрастия к капитанским укусам Чар и не обрадовался пополнению в команде: не хотел делиться наркотическим счастьем. Этим же и объяснялось, почему сама команда относилась к корабельному секретарю безо всякого пиетета, несмотря на все его навыки и влияние. Уважение – это первая вещь, которой лишаются пьяницы и опиумисты. Едва ли зависимый от вампирских укусов мог рассчитывать на иное отношение.
Оставалось только надеяться, что сир Родриго сумеет победить пагубную привычку до того, как она станет таковой.
Или хотя бы до того, как она победит его. Потому что когда мы доберемся до пункта назначения…
– Губернатор Коринезийских островов тоже вампир? – в лоб спросила я, внезапно осознав, что похвальная выдержка капитана Датри, столкнувшегося с дочерью бейлербея Медины, может оказаться единичным случаем.
– Нет, – покачал головой капитан Датри, перестав улыбаться.
Я помедлила, рассматривая его из-под опущенных ресниц. Упоминание губернатора заставило Нила моментально подобраться и насторожиться, будто перед схваткой, – даже его рука будто бы невзначай подобралась ближе к столовому ножу, а мне вдруг подумалось, что обилие драгоценных перстней вполне способно заменить кастет.
Что-то капитан с губернатором не поделил. Что-то настолько важное, что Нила до сих пор преследовали отголоски проигранного спора. Или битвы?
– Надеюсь, ваше слово, что меня и моих фрейлин никто не тронет без нашего на то дозволения, остается в силе, – нарочито ровным тоном произнесла я.
Капитан помедлил, но, когда я насторожилась – неужели на островах все-таки тоже есть вампиры, и за них никто поручиться не может? – подался вперед, тяжело опираясь на стол, и тихо сказал:
– Ни вам, ни вашим фрейлинам с моей стороны ничего не угрожает. Слово капитана.
Я подняла взгляд и выразительно промолчала. Нил все-таки усмехнулся и протянул руку, но только едва коснулся кончиками пальцев моей щеки и тут же отстранился, не претендуя ни на что большее. Прикосновение, вопреки всем ожиданиям, оказалось теплым и таким издевательски ласковым, что я застыла, как на приеме в дипломатическом посольстве, не позволив себе ни взглядом, ни жестом выдать свое отношение к происходящему.
Ход оказался верным.
– А вы рассчитывали, что, раз уж речь зашла об островах, то я по инерции тут же выложу вам все сведения о местонахождении вампиров, которыми обладаю, – негромко произнес капитан Датри и растер пальцы, словно смакуя мимолетное ощущение на коже. – По-моему, Ваше Величество, вы меня недооцениваете, как недооцениваете и Родриго.
Я не сдержала нервный смешок.
– Вас сложно недооценивать, капитан Датри.
– Нил, – поправил меня он и, с нехорошей задумчивостью посмотрев на собственные пальцы, наконец-то опустил руку. – Мне казалось, мы договорились, Ваше Величество.
Конечно. Только я как-то не рассчитывала, что капитан первым же делом лишит нас с Ампаро и Каталиной обещанной защиты, умудрившись остаться в рамках соглашения. Я просила назначить сира Родриго ответственным за нашу безопасность – его и назначили! А способен он кого-либо защищать или нет, уже проблема не капитана Датри, а моя.
И ее нужно было как-то решать.
– Я буду честна с вами, Нил, – понизив голос, произнесла я. – Ситуация несколько… осложнилась, и мне хотелось бы внести в нее ясность.
– Неужели? – протянул капитан и подпер щеку кулаком. – Я весь внимание.
Я замешкалась. С его точки зрения, изменилось не так много: и я, и мои фрейлины по-прежнему оставались ценными заложницами на пиратском судне, нас по-прежнему могли выкупить, а после сделки нас никто не ограничивал в праве снять уютный особнячок на Коринезийских островах и дождаться, когда же Альвеон снова начнет нуждаться в своей королеве.
Мне совершенно не хотелось проверять, как вампир отреагирует на настоящее положение дел. Но молчание однозначно стало бы моим проигрышем.
– Я должна была пересесть с «Гордости Эль Монте» на яфтийское судно. «Сурайя» ждет встречи возле необитаемого острова примерно в дне плавания от того места, где вы атаковали «Гордость Эль Монте». Как только яфтийцы узнают, что я похищена, они бросятся в погоню, а на борту у них заклинатель глубин. Маг выследит «Бродягу», куда бы вы ни направились. У вас есть время до утра, чтобы приготовиться к схватке – или придумать, как ее избежать. Я бы рекомендовала второй вариант, поскольку по следам «Сурайи» за вами придут альвеонцы. Правда, яфтийцы намерены освободить меня из плена, а альвеонцы – трагически потерять в схватке с коварными пиратами, но для вас конец будет одинаков в обоих случаях.
К чести капитана Датри, он не сомневался в моей честности ни секунды – волшебные слова «заклинатель глубин» заставили его убрать руку от лица, а издевательски-показная готовность слушать моментально сменилась настоящим вниманием, острым и почти давящим. Маги встречались только в Яфте и даже там были большой редкостью, но успели прославиться далеко за пределами страны – в основном потому, что столь несокрушимой яфтийская эскадра стала именно благодаря им.
– «Бродяга» не выдержит еще две схватки, – без лишнего оптимизма констатировал Нил и сощурился. – Выходит, вы хорошо подстраховались перед тем, как сдаваться в плен, Ваше Величество. А теперь, когда выяснилось, что на самом деле вам грозит даже большая опасность, нежели просто пираты, вдруг решили сдать мне своих союзников?
– Моя цель – добраться до Коринезийских островов и переждать там попытки короля-мальчишки и его новых советников справиться с королевством самостоятельно, – отозвалась я, открыто встретив требовательный капитанский взгляд. – В нормальных условиях «Сурайя» после схватки с вами попросту отвезла бы меня туда, а сама вернулась к отцу с докладом. Но стоит магу обнаружить хоть одного вампира, и нас с фрейлинами немедля отправят в Яфт, а на Коринезийские острова двинется вся эскадра бейлербея. Пока отец будет занят выполнением своей клятвы, Медина останется практически беззащитной. Советники короля-мальчишки не упустят такого шанса подослать ко мне убийц, и рано или поздно их попытки увенчаются успехом.
Он молчал – и сверлил меня взглядом, словно нутром чуял, что я недоговариваю. Но доказать, к счастью, ничего не мог.
– Сунуться на острова не рискнут ни убийцы, ни войска – Коринезию давно и небезосновательно полагают рассадником пиратской заразы, а где пираты – там военные корабли, пушки и отчаявшиеся люди, которым уже нечего терять. Сейчас у Альвеона нет ресурсов, чтобы справиться с вашим губернатором, и все, что мне нужно, – это прибыть под его покровительство целой и невредимой. Иронично, Нил, – невинно улыбнулась я, – но именно тот факт, что вы вампир, означает, что мне придется приложить все усилия, чтобы вас не обнаружили, раз уж мне случилось путешествовать на вашем корабле.
– Путешествовать? – повторил капитан Датри и потер подбородок. Перстни заговорщически перемигнулись в свете свечей.
– Мы определенно не стоим на месте, – невозмутимо подтвердила я.
Капитан Датри на мгновение отвел взгляд, чтобы безо всякого энтузиазма изучить собственную руку, как-то непроизвольно вернувшуюся к столовому ножу.
– Вы страшная женщина, Марисоль, – проникновенно сообщил он.
Я ответила холодной улыбкой.
Это был не первый раз, когда мне говорили что-то подобное. Но следовало признать, что в устах вампира заезженная фраза заиграла новыми красками.
Глава 5. Гениальный план
Новости предсказуемо не привели команду в восторг.
– Да за борт их, и дело с концом! – рявкнул Чар, едва услышав расклад. – Заклинатель глубин наверняка идет за королевой, а нас никак отследить не может!
Предложение получило поддержку части команды, но не успели отгреметь одобрительные выкрики, как Нил удрученно покачал головой и порушил все надежды на легкое решение:
– Сможет. Достаточно малейшего следа, будь то выпавший волос или капелька крови, чтобы заклинатель отыскал «Бродягу» так же, как если бы Марисоль все еще была на борту. Чтобы сбросить «Сурайю» с хвоста, придется избавиться ото всей добычи с «Гордости Эль Монте»: мало ли, чего касалась королева? Да и «Бродягу» уже не выдраить так качественно, чтобы быть уверенными, что нигде не осталось никаких следов. А за убийство королевы яфтийцы будут мстить как умалишенные берсеркеры.
– Да сколько там тех «берсеркеров»? – попытался было спорить корабельный секретарь.
Но перспектива схватки с яфтийским галеоном команду вдохновила куда меньше расправы над беззащитной женщиной, и Чар быстро лишился поддержки. Зато ее живо обрел незнакомый мне мужчина с импозантной сединой на висках и кошмарно исполосованной шрамами грудью, которую он гордо выставлял напоказ в распахнутом вороте рубахи, словно всем своим видом хотел прокричать, что выжил, несмотря ни на что.
– «Сурайя» хочет королеву – так пусть забирает! – во все горло заорал он, стоило только смолкнуть Чару. – Высадимся на одном из ничейных островов, назначим охрану из числа людей, чтоб заклинатель глубин не почуял ничего подозрительного, и заберем свои денежки безо всякого риска!
Этот план звучал куда лучше предыдущего, но тоже не имел ни малейшего шанса благополучно претвориться в реальность.
– На «Сурайе» знают, что Марисоль сопровождал рыцарь из королевской гвардии, – заметил капитан Датри – вроде бы негромко, но все разом стихли, прислушиваясь. – Они захотят забрать ещё и его. И едва ли поверят, если кто-то из нас сообщит, что доблестный сир Родриго решил нарушить свою клятву верности и остаться на «Бродяге», пленившись твоей стряпней, Билли.
Если на упоминании рыцарской доблести команда ещё как-то давилась смешками, позволяя капитану договорить, то стряпня местного кока, по всей видимости, пользовалась такой популярностью среди матросов, что все бессовестно расхохотались, уже не слушая никаких аргументов. Капитан Датри благосклонно позволил всем отсмеяться и настроение испортил только после того, как Билли устал огрызаться и едва не затеял драку с кем-то из особо усердствовавших в кулинарной критике.
– Родриго выдаст, что на судне есть вампиры, – все так же негромко и доверительно сообщил капитан Датри, – даже если будет молчать в тряпочку и не отсвечивать. Та же Марисоль догадалась мгновенно, а она, в отличие от матросов с «Сурайи», ни в каких чистках участия не принимала и не приучена подозревать каждого любителя шейных платков черт-те в чем. Увы, просто отдать ее за соответствующий выкуп – тоже не вариант, господа.
– Так а кто нам мешает отдать баб за денежку, а Родриго того, трагически потерять в битве за честь? – предприимчиво поинтересовался кто-то из толпы, не уточняя, за чью честь намечается битва.
Чар и без того надулся, как бурый скалозуб.
– Марисоль помешает, – честно ответил капитан Датри. – После того, как их выкупят, она тут же припомнит, как обошлись с ее рыцарем.
– Так а мы ее...
Жестов предприимчивого моряка я не видела, но одобрительный гогот из толпы матросов заставил меня заранее не согласиться. Выслушивать аргументацию за и против уже тоже что-то не хотелось, и я толкнула дверь капитанской каюты.
После того, как она перестала скрипеть, покачиваясь на петлях, над палубой воцарилась такая шокированная тишина, словно вампиром с клыками нараспашку тут была я, а не Нил. Вдобавок капитан обернулся и скривился с таким видом, будто плотный атласный жилет я не приняла от него в подарок, в качестве жеста доброй воли, а нагло утащила из запертого сундука и теперь провозглашала своей законной добычей.
Взглядом Чара можно было раскалить десяток кузнечных горнов, а остаточным запалом – посрамить одного не очень крупного дракона.
– Полагаю, господа, – прохладным тоном изрекла я и, не удержавшись, одернула злополучный жилет, надетый прямо поверх камизы, – вам стоит ознакомиться смоимвариантом плана, прежде чем выдвигать вопрос на голосование.
Капитан тяжело вздохнул и подвинулся, позволив мне ступить в тесный круг пиратов и вампиров.
– Я бы и сам все изложил, – сквозь зубы процедил он, нагнувшись ко мне и положив руку на плечо. Его дыхание потревожило растрепанные волосы, и выбившийся из прически локон игриво пощекотал обнаженную шею.
Голову в плечи я не втянула только благодаря тому, что понимала: он на это и рассчитывал. Во избежание повторений и попыток вклиниться в капитанскую игру.
Но от волны колких мурашек, прокатившейся от нестерпимо уязвимой шеи до самых пяток, меня это мудрое осознание не избавило. Увы.
– Не сомневаюсь, Нил, – отозвалась я на удивление ровным голосом и по неистребимой придворной привычке одарила его прохладной улыбкой, позабыв, что капитан умеет улыбаться куда более впечатляюще.
Он недовольно фыркнул, снова обдав шею горячим дыханием, но всё-таки убрал руку и даже отступил назад – на целых полшага. Я передернула плечами, сгоняя новую порцию мурашек со спины, и непреклонно подняла подбородок повыше.
– Итак, прежде всего, во избежание пустых споров: вы получите выкуп за меня, моих фрейлин и даже сира Родриго, – твердо сказала я, моментально вызвав шквал одобрения. – Однако при этом я должна остаться на «Бродяге» и попасть на Коринезийские острова, поскольку сира Родриго нужно надёжно спрятать от матросов «Сурайи». Кроме того, пока я и мои фрейлины остаёмся пассажирами «Бродяги», секрет вашего капитана в безопасности – можете считать это дополнительной подстраховкой.
– Пассажирами? – переспросил Бузур, воспрявший было духом, когда я сказала, что останусь на корабле.
Впрочем, едва ли его волновала именно я. Но Каталина однозначно не согласилась бы покинуть свою госпожу, и интерес Бузура был отнюдь не праздным.
– Именно, – невозмутимо кивнула я. – Наименее рискованный план, господа, – это убедить капитана «Сурайи», что я наняла «Бродягу» и нахожусь здесь по доброй воле, а все, что мне требуется на данный момент, – это честно заплатить команде за ее труд.
На этот раз тишина была даже продолжительнее, чем когда я вышла из капитанской каюты, одетая в жилет Нила. И, пожалуй, куда более шокированной.
– Страшная, страшная женщина, – вполголоса прокомментировал капитан Датри, отвернувшись в сторону – по чистой случайности, именно в ту, где стоял Бузур.
Квартермастер немедленно начал давиться хохотом. Напряжённо вслушивавшаяся в капитанский шепот команда поняла, что никаких других комментариев со стороны офицеров не последует, и замолчала ещё напряжённее.
– То есть вы собираетесь сами пойти и потребовать за себя выкуп? – первым сообразил Чар.
– Справедливую плату за аренду судна, – высокомерно поправила я его, – которое взяло на себя труд доставить меня не просто на Коринезийские острова, а напрямую к губернатору, поскольку капитан Датри по счастливой случайности знаком с ним лично. «Сурайя» – судно яфтийского флота, и ее капитан имеет лишь весьма смутное представление о том, где искать пиратский порт. К чему мне тратить время на пересадку и поиски, а «Сурайе» – отправляться в столь рискованное плавание, если можно оплатить ваши услуги, господа?
– То есть речь об оплате не только пассажирской каюты, но и об услугах проводника? – живо сориентировался Чар.
Нил одарил его одобрительной и чрезмерно многообещающей улыбкой. Я отвернулась от обоих.
– Мы встретимся с «Сурайей» в открытом море, – продолжила я, подчёркнуто обращаясь к команде. – Тогда заклинатель глубин будет вынужден постоянно следить за волнами и ветром, чтобы корабли не столкнулись бортами, а сходни благополучно продержались, пока я буду беседовать с капитаном. Магу будет не до проверки экипажа, главное – чтобы ни Чар, ни сир Родриго, ни, тем более, капитан Датри никому не попались на глаза. Разумеется, мне понадобятся подобающие наряды для меня и моих фрейлин. Боюсь, если я появлюсь на «Сурайе» в чужой камизе, капитан Оздемир не поверит, что мы находимся на «Бродяге» по своей воле.
– А что помешает Вашему Величеству просто перейти на «Сурайю» и сказать, кто у нас капитаном? – подозрительно уточнил кок.
– Родриго, – уверенно ответил вместо меня Нил и снова улыбнулся слишком широко, продемонстрировав кончики клыков. – Он останется на «Бродяге» как гарантия, что Марисоль не натворит глупостей.
На самом деле мы уже успели обсудить детали с капитаном Датри. Но то, как многообещающе он заговорил о Родриго, заставило меня внутренне вздрогнуть, а Чара – раздражённо скривиться.
Впрочем, Нил не позволил никому сконцентрироваться на рефлексии и решительно объявил:
– Голосование!
...как будто оставался хоть малейший шанс на то, что победит кто-то другой.
– Я смогу, – с привычной твердолобой уверенностью сказал сир Родриго. – Я справлюсь, Ваше Величество. Это всего лишь укус.
Звучало бы гораздо более впечатляюще, если бы он мог стоять, а не сидел на полу у койки, прижавшись лбом к моей ладони. Лоб был покрыт испариной, а самого рыцаря ощутимо колотило, хотя утро поприветствовало «Бродягу» палящим солнцем, нестерпимо яркими бликами на воде и удушающей тропической жарой.
– Я не сомневаюсь в вас ни секунды, сир Родриго, – произнесла я со спокойной уверенностью и провела свободной рукой по его волосам. За время плавания они выгорели почти до льняной белизны, но испарина заставила их снова потемнеть. – Но прошу и вас не сомневаться в своей королеве. Вы должны сохранять спокойствие и оставаться в каюте, чтобы мой план сработал.
Рыцарь поднял голову. Взгляд все ещё был каким-то пьяным и беспомощным, а глаза казались черными из-за расширившихся зрачков. Голос, впрочем, звучал твердо и ясно:
– Я сделаю, как вы пожелаете, Ваше Величество. Но не просите меня о невозможном, – он слабо улыбнулся и снова уткнулся лбом в мою ладонь. – Как я могу оставаться спокойным, когда моя королева в опасности?..
Каталина прикрыла губы кончиками пальцев и хитро сощурилась. Ампаро умело сделала вид, что ее здесь нет и слышать она, конечно же, ничего такого не могла.
А у меня в голове вдруг насмешливо захрипел голос капитана Датри, уверенного, что я недооцениваю Родриго. Слышал бы Нил этого бедного недооцененного мальчика, не знающего, как обратить на себя внимание!
Тем не менее, я с жаром заверила сира Родриго, что сейчас на свете нет ничего ценнее его спокойствия, и вышла из каюты – с прямой спиной, гордо поднятой головой и холодными мурашками на шее, потому как на палубе меня встречал протяжный присвист.
– Я точно могу быть уверен, что капитан Оздемир не запрет вас на «Сурайе», чтобы вы не будоражили своим видом общественность, Ваше Величество? – проникновенно поинтересовался капитан Датри откуда-то сверху.
Я запрокинула голову и обнаружила его возле рулевого. Сам матрос, к счастью, еще не успел подцепить местную моду на шейные платочки, но на капитана посматривал с благоговением – пока не увидел меня.
– Можете, – мрачно ответила я и поплотнее запахнулась в камзол. В нем было жарко, от слишком плотной ткани все еще тянуло солью и терпким запахом здорового мужчины, не утруждавшего себя знакомством с духами, предпочитая проводить время не в парфюмерной лавке, а на раскаленной палубе реквизированного галеона. Зато камзол отличался похвальной длиной, и мужские бриджи не так бросались в глаза.
Ладно, бросались. Только вот я не смогла сходу придумать более действенный способ убедить дядю Оздемира, что его племянница не просто уплыла на пиратском галеоне, но еще и практически раздела его капитана до нитки и теперь намерена хоть как-то возместить ему убытки. Просто чтобы не посрамить имя королевского дома.
К счастью, самого дядю Оздемира эпатировать мужскими бриджами было куда сложнее. Ему приходилось видать и не такое – заклинателем глубин на «Сурайе» служила его младшая жена, седьмая дочь из целой династии портовых воришек, не прервавшейся только благодаря внезапному таланту девочки.
Сейчас Су было уже около двадцати, но она так и не избавилась от привычки ходить босиком и повязывать на пояс цветастые ливийские платки – выпирающий живот заставил ее разве что сместить их чуть пониже. Положение ее ничуть не тяготило: на палубу Су выскочила пробкой, будто и не заметив шаткую лестницу, и корабли потянулись друг к другу, словно примагниченные.
Я снова обернулась, но у штурвала стоял только рулевой. Он старательно не смотрел на белый флаг над своей головой и всем своим видом олицетворял стремление поскорее снова тронуться в путь.
Из каюты высунулась Каталина, затравленно огляделась и, не обнаружив поблизости Бузура, выбралась из-за двери. Ампаро вышла следом. На ней мужской камзол сидел лучше, чем на любой из нас, – вероятно, потому, что ради старшей фрейлины пришлось разорить гардероб Чара, который и сам не отличался крепким сложением. Счастливее это его не сделало, но возможности высказаться корабельному секретарю не оставили.
