Текст книги "Спор не по правилам (СИ)"

Автор книги: Екатерина Васина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Кашляю от неожиданности, но тут же беру себя в руки. Тем более на меня смотрят с едва уловимыми веселыми искрами в разноцветных глазах.

– Пингвинов изучать решила? – подмигиваю, сбрасывая напряжение. – Будешь их язык изучать?

– Ты знаешь, что пингвины делают предложение крыла и сердце камушками?

Хлопаю себя картинно по карманам, развожу руками.

– Блин, не прихватил. С другой стороны…я и не пингвин.

В награду слышу мягкий нежный смех, который отзывается внутри меня, взрывается сверкающими искрами.

– Спасибо, Илья. – буклет Даша прячет в сумочку через плечо. – Но я пока не буду пользоваться твоим предложением.

Наверное, у меня сейчас лицо вытягивается. Потому что она вдруг делает шаг, становясь совсем близко ко мне. Теплая ладонь ложится на мою щеку, я на миг прикрываю глаза. Кто бы мог подумать, что простое прикосновение может так торкать.

– Когда-нибудь полетим. – слышу нежный голос. – Но только если вместе. Не хочу…одна.

Не отпущу ее. Любого загрызу, если только посмеет косо посмотреть.

Глава 19

“Он пробил твою броню?!”

“Наша девочка совсем взрослая”

Смайлик с капелькой слезы, которую он смахивает.

“Пока нет, но все к этому идет”

“Точно поженятся! Вы только подождите пока мы с Лекс родим, а то с животами танцевать неудобно”

“Даша, не обращай на Еву внимания, у нее гормоны…”

И смайлик с виноватым лицом.

“У всех гормоны! Дашка, пусть в твой день рождения ты станешь уже женщиной”

И куча, блин, сердечек

Молча хлопаю себя по лбу и выхожу из чата. Потом и вовсе телефон убираю в сумочку, от греха подальше. Чем я думала, когда соглашалась на создание чата “Между нами девочками”?! И пофиг, что мы там только втроем: я, Лекси и Ева. Третья там суеты наводит такой, что после общения сидишь и выдыхаешь. Точно не болтала, а кросс сдавала по пересеченной местности.

Гормоны у нее!

Кошусь в сторону Ильи, который сегодня за рулем. Может, у меня тоже гормоны! Залипаю на то, как он ведет машину. Ну все, Дашка, поплыла ты. Никогда на такие вещи внимания не обращала. Ну ведет кто-то машину и ладно, главное, чтобы водитель хороший. А тут сижу и смотрю на руки.

Рукава футболки он поддернул, так что видны массивные смарт-часы, похожие на гаджет из будущего. На мне они смотрелись бы как на корове седло, а на сильном мужском запястье – идеально.

Мне бы испугаться, потому как руки у Ильи сильные. Он меня легко в охапку сгребет. Но от этой мысли не страшно, а жарко и томно внутри.

Машу руками перед мигом загоревшемся лицом. Уф-ф-ф-ф, ощущение, что воздух стремительно накаляется.

Это вот те самые гормончики, да? Они у меня все таки работают?!

На тыльной стороне правой кисти вижу странный шрам, точно каплями.

Мы как раз останавливаемся на светофоре. Слова вылетают изо рта быстрее, чем мозг их успевает обработать.

– Это откуда? – и пальцем веду по шраму. Нервно сглатываю, встречаюсь с потемневшим взглядом зеленых глаз, но не шарахаюсь, как поступила бы раньше. Наоборот, с трудом преодолеваю желание податься вперед и уткнуться носом в шею, вдохнуть его запах.

Светофор меняется на зеленый. Илья тут же трогается вперед, не зависает и не ждет возмущенных сигналов. Но и про вопрос не забывает.

– В двенадцать лет мы с кузеном решили, что жечь полиэтилен это круто. – говорит, глядя вперед, на дорогу. – Нашли упаковку из-под бутылок воды, ну и подожгли. Немного полиэтилена накапало мне на руку. Но я не ревел, честно!

Меня слегка передергивает. Ожоги это больно.

– Наверное, это больнее, чем дотронуться до раскаленной, м-м-м, печки?

Матерь котья, Дашка, о чем ты разговариваешь?! Рядом с тобой сидит мужчина, который заставляет тебя чувствовать себя живой и желанной, а ты, блин, про ожоги ему втираешь!

– У вас там были только печки? – он хмурится и бросает на меня быстрый взгляд.

– Печки. – пожимаю плечами. – Костры, какие-то походные плитки. Генератор был, но его очень редко включали. Он обычно стоял в сарае, под замком.

Вижу как он стискивает зубы так, что скулы выделяются особенно сильно. За меня переживают. Я отвыкла от этого чувства. Когда Карина и ее фонд окружили заботой, то постоянно ловила себя на подозрительности. А сейчас не хочу. Мне нравится. Я точно укутываюсь в его внимание и заботу, как в очень пушистое теплое и невесомое одеяло.

Точно в ответ на мое настроение облака расходятся, солнце печет почти как летом, сверкает в лужах, топит грязные съежившиеся остатки снега. Когда мы выходим из машины, то я расстегиваю плащ и глубоко дышу напитанным весенними запахами воздухом. Неподалеку курлыкает голубь, обхаживая голубку. И так раздувается, что не выдерживаю и начинаю хохотать. Илья чуть вздергивает бровь, следит за моим взглядом и тоже хмыкает.

– Что, Дарья, сравниваешь пернатого с человеческими самцами? Фу такой быть.

Протягивает руку и касается пальцем кончика носа.

– Буп. Пошли, я хочу кофе и тортик. А у нас их целых два. Ты не на диете? Пару кусочков осилишь?

– Чай. – возражаю негромко. – Ты сегодня уже пять чашек кофе выпил, Илья. Ты хочешь сегодня всю ночь по стенам бе…гать. – заканчиваю севшим голосом.

Потому что, судя по взгляду, Илья ночью не по стенам бегать собирается. Но молчит, только обнимает взглядом, а затем точно отступает за невидимую черту, которую позволено пересечь только мне.

Беру его под руку, чувствуя как мышцы напрягаются и становятся каменными. Но Илья ведет себя безупречно. Рассказывает какие-то веселые истории, шутит, советует зажечь свечки сразу на двух тортах и получить двойное желание. Я даже отвечаю, а в голове крутятся такие мысли, что хочется эту самую голову под ледяной душ засунуть. Кажется, у меня даже мозг пылает. Не от того, что много думаю, а от того, о чем думаю.

Я влюбилась? Ага. Как еще объяснить тот феномен, что меня не пугает только Илья. С другими мужчинами остаться наедине не рискну. Но мне хотя бы больше не снится кошмар, где в полумраке на меня надвигается массивная мужская фигура, а я не могу шевельнуть и пальцем.

В квартире до сих пор пахнет ванилью и корицей, а еще немного чем-то очень нежным и цветочным. Груздец и Радозть выходят и орут, намекая, что в мисках видно дно. Причем выводят такие рулады, что я аж заслушиваюсь.

– С тебя чай. – командует Илья, направляясь к просторной кладовой в глубине квартиры, где стоит кошачий корм. – А я буду кормить этих проглотов.

Машинально набираю воды в прозрачный чайник, а сама вдруг проживаю понимание, что мы сейчас очень похожи на семью. Молодую семью, у которой все впереди.

Неужели такое возможно?!

Машинально включаю чайник, насыпаю в заварник душистый черный чай, а второй рукой набираю сообщение Еве. Она врать не будет.

“Мне нужен твой честный ответ на один вопрос. Илья влюблялся?”

Кажется, подруга как раз ковыряется в телефоне, потому что отвечает практически сразу:

“У Ильи были серьезные отношения только в университете, потом он сказал, что признается в любви только если реально влюбится. Никому не признавался, никто у него в доме не ночевал, по бабам не ходок, предпочитает кого-то постоянного, но без серьезных связей. В любви признавался?”

Наливаю кипяток в заварник, чуть не проливаю мимо и на миг внутри все холодеет. Хороша была бы с ожогами. Прямо в тему разговора в машине.

“Признался”

Прикусываю губу. Офигеть я стала откровенной!

“Ну значит влюбился мой родственник. Дашка, я тебе готова чем угодно поклясться, что у Илюхи в отношении тебя все серьезно. Я его раньше таким не видела. Да он со студентками вообще не связывался, а тут все, поплыл мой дядя. Хватай его и это…любви”.

Не выдерживаю и фыркаю от смеха.

– Я, конечно, рад, что у тебя хорошее настроение. – голос у Ильи все же пробирающий до приятных мурашек в глубине тела, так и хочется потянуться ему навстречу.

Все, Дашка, сдавайся. Сильнее чем сейчас ты уже не влипнешь в мужчину.

– Но? – разворачиваюсь к нему.

Илья успел переодеться, так что теперь щеголяет в мягких домашних штанах и простой серой футболке. Он, конечно, не человек-шкаф, как Егор Аристархович, но тоже мощный, надежный и сильный. Только от его силы веет не агрессией, а спокойствием и уверенностью.

– Но может ты поделишься над чем смеешься? – дергает бровью.

– Ева… – развожу руками. – У нее гормоны. – точно извиняюсь за подругу.

Илья взъерошивает волосы, отчего у меня сердце начинает колотиться где-то в горле, шумом отдаваться в ушах.

Сегодня все ощущается по другому. В воздухе точно разлито ожидание. И от этого внутри скручивает.

– Чай? – произносит он странным тоном.

О, да! Сейчас самое правильное, что я могу сделать – утащить его пить чай за столик у окна.

Вместо этого подхожу и вскидываю взгляд, теряюсь в зеленом омуте. Голова слегка кружится, все кажется немного нереальным. Даже мой голос точно и не мне вовсе принадлежит.

– Илья…можно…я тебя потрогаю. – зажмуриваюсь на миг, но все же заканчиваю фразу. – Всего…

***

Опять не то сказала. Опять завис Илья и смотрит на меня странным взглядом. Не ошарашенным, а скорее обреченным что ли. Самое время извиниться, дать заднюю и включить чайник. Вместо этого продолжаю стоять и смотреть глаза в глаза. И руку держу у него на груди. Касаюсь прямо кончиками пальцев, которые точно обжигает даже сквозь довольно плотную ткань футболки.

Надо сказать что-то, наверное, да? А то молчание, кажется, становится зловещим. По крайней мере коты ушли в спальню едва ли не задним ходом.

– Мышцы у тебя очень…твердые.

Молодец, Даша, прям вот отлично сказала! Главное – вовремя.

Илья сглатывает и глаза чуть темнеют, но он не двигается. Точно и правда окаменел.

– Твердые. – соглашается резко охрипшим голосом. – Прямо все…твердое.

Я чувствую как его пальцы касаются моего подбородка, цепляют и тянут куда-то вверх. Не страшно, а просто очень замирательно. Внутри все то сжимается, то начинает трепетать как крылья бабочек.

Но я бабочек не ела!

Сколько глупых мыслей то в голове! Невольно тянусь, подчиняясь пальцам, по-прежнему глаза в глаза. Понимаю, что он хочет сделать и…не против. Наоборот, меня окутывает жаром, от которого хочется потянуться и замурлыкать как кошка. Мою выдержку сейчас нагло бомбардируют мужские феромоны. И, кажется, я готова сдаться.

В последний момент не выдерживаю и закрываю глаза. За секунду до того, как жесткие и горячие мужские губы касаются моих губ. Осторожно, едва уловимо. Точно пробуют и просят разрешение.

Матерь котья, я ж не целовалась ни разу. Как это делать? Природе довериться или все же нужен какой-то опыт. Некоторые вон, говорят, на помидорах тренируются.

– Расслабься. – слышу едва уловимый шепот, когда Илья на миг отвлекается от поцелуя. – Просто расслабься и доверься.

Еще месяц назад я бы на такое предложение покрутила пальцем у виска. Но сейчас…мне нравится. Потому и правда расслабляюсь, потому что уверена – Илья ничего плохого не сделает. Машинально приоткрываю губы, позволяя углубить поцелуй.

Я ждала этот поцелуй! Наверное, уже неделю ждала, но тупила, да. Тот случай, когда и хочется и колется и страшно.

Хотя на самом деле совсем даже не страшно. И не стыдно, что совсем не умею целоваться. Да у меня вообще никаких мыслей сейчас нет, только ощущения. Чувствую как меня привлекают к сильному телу, плавлюсь и точно стараюсь прижаться еще сильнее, втиснуться в него.

Мой первый поцелуй будет ассоциироваться теперь с кофе, который мы выпили в машине и с привкусом мяты. А еще с чем-то, что принадлежит только Илье. Его запах, вкус, тепло.

Илья не спешит. Постепенно углубляет поцелуй, будит внутри меня вспышки, которые ударяют в низ живота, кружат голову. Я не падаю сейчас только потому, что меня прижимают очень нежно, но крепко.

Проходят часы, годы, века, пока мы чуть отстраняемся друг от друга. Буквально на пару сантиметров, чтобы взглянуть друг на друга. Губы, кажется, слегка опухли и горят.

– Дашенька! – шепчут мне прямо в рот. – Можно ты меня пока трогать не будешь, а? Пожалей меня!

О чем он вообще? Я же его не бить собираюсь, а только того…потрогать, привыкнуть. О чем и сообщаю Илье с самым озадаченным видом. Но почему-то он и не думает расслабляться. Его ладони едва не прожигают мое платье, да и от него всего идет ровное тепло. Надежное и одновременно дразнящее.

– Даш, я тебя люблю. – ох, прямо в самое сердечко. – Я так только в универе влюблялся, на первом курсе, если что. Обещал тебе, что пальцем не трону, пока не будешь готова. Поэтому я сейчас должен отступить, Дашенька, потому что нервы на пределе. Не хочу тебя испугать.

До меня постепенно начинает доходить о чем он вообще говорит. Тут бы, наверное, отшатнуться. Но я продолжаю стоять, обняв его за шею. И носом утыкаюсь в район груди, втягиваю его личный запах. Чувствую как сердце Ильи грохочет так, точно вот-вот выскочит наружу.

– Ладно, – сообщаю ему куда-то в футболку, – не буду тебя трогать. Но… – колеблюсь перед тем как сказать – можно поспать сегодня в твоей комнате?

Чувствую как под моей щекой мышцы каменеют еще сильнее, а зачем слегка расслабляются. Над головой слышится смешок.

– Можно. – упирается подбородком мне в макушку. – Тебе все можно, Дашка.

Про чай забываем, как и про торт. Илья удирает в душ, подозреваю, что в холодный. Да и мне такой не помешал бы.

Ношусь по гостиной кругами, потому что…потому что не могу остановиться. Так далеко я не заходила. Я не смогла бы зайти ни с кем, кроме Ильи.

Да, именно так! Резко останавливаюсь посреди комнаты и оглядываюсь. Коты выглядывают из спальни и смотрят на меня с огромным подозрением. Мол, а что вы, людишки, тут творите, а? Срамота!

– Я влюбилась. – сообщаю им шепотом, нервно хихикаю.

“Только сейчас что ли осознала”, – читается в кошачьих глазах.

Прижимаю руки к горящим щекам, на миг закрываю глаза. Оказывается, любовь правда сложно описать. Ты ее чувствуешь, впитываешь, но как подать словами…

Мотаю головой и мчусь в другую ванную. Холодный душ! Да, именно это мне сейчас нужно, так же, как и Илье!

Потом я долго вытираюсь, причесываюсь, выбираю, что надеть. В смысле, не соблазнительный комплект, о, нет! Шестым чувством понимала, что сейчас это лишнее. Да и нет у меня такого. Зато есть длинное платье-футболка светло-розового цвета, с недовольной кошачьей рожей и надписью “Не влезай – убьет”. Ее и натягиваю. После чего нервно кошусь в зеркало. Оно тут в полный рост, так что без жалости показывает перепуганную девицу с квадратными глазами и в странном наряде. зачем-то в голову лезут предыдущие женщины Ильи. Наверное, идеальные, ухоженные, в красивом белье, раскрепощенные и умелые. Они умеют соблазнять, правильно двигаться и целуются крышесносно. А я со своими неумелыми губами рядом не стояла.

Но! Тут мрачно ухмыляюсь отражению. Рядом с Ильей сейчас я, а не эти…умелые и красивые. Я знаю, что никого из них он не приглашал домой, предпочитая встречаться где-то на нейтральной территории. И уж тем более никого не приглашал жить к себе.

А меня позвал. И я тут. И мне в любви признались, вот!

Совсем по-детски показываю язык своему отражению. Точно дразню сейчас всех соперниц.

Но перед тем как зайти в спальню Ильи все равно некоторое время топчусь на месте. Я знаю, что он там. Дверь не плотно прикрыта, так что слышу как Илья выговаривает Груздецу за клок шерсти на полу. Хрипловатый низкий голос вызывает не страх, а мурашки по всему телу. Потому что обладатель этого голоса может быть язвительным, ехидным, милым, суровым, сердитым, страстным, но не жестоким.

Делаю глубокий вдох и шагаю в спальню, точно в глубокую воду. Хотя сейчас немного волнительнее.

Илья со вкусом уже успел устроиться в постели. Сидит, прислонившись к спинке и с упоением лазает в планшете. На меня бросает короткий взгляд, кивает на второй половину кровати.

– Приземляйся, Дашка, я тут пока накажу без вазелина пару студентов.

– Виртуально? – нерешительно подхожу и кошусь на одеяло. Ну такое…обычное…без зубов. Темно-синий плотный хлопок, невероятно приятный на ощупь.

– Поверь, им сейчас очень неприятно. – подмигивает Илья и снова возвращается к планшету. – А всего то надо вовремя сдавать все работы. Масочку?

– Что?

– Масочку. – повторяет Илья и…протягивает мне тонкий пакетик. – Знаешь такие штуки, которые лицо увлажняют.

Тупо смотрю на самую настоящую маску, упакованную в блестящий пакет. Это…блин, что?!

– А ты откуда про них знаешь?! – верчу подарочек в руках и даже не знаю как отреагировать.

Ну Илья…какой же ты внезапный!

Дальше еще веселее. Илья Романович откладывает планшет, достает еще одну маску, открывает и…кладет себе на лицо.

Кажется, челюсть у меня медленно, но верно ползет вниз. Я то думала, что настоящие мужчины брутальны, проявляют нежность сурово, улыбаются редко. Илье удалось сломать стереотипы.

Но маска…

Еще и в виде котика!

А-а-а-а-а-а-а! Шикарный мужчина в тканевой маске, на которой розовый нос, усы и глазюки. А под ней брутальная щетина и мощная челюсть.

Я сейчас или ржать начну или…или…не знаю, что сделаю.

– Что? – а вот Илья не смущается, сползает ниже и закидывает руки за голову. – Между прочим очень освежает.

Ну, вариантов у меня нет. Молча шлепаю маску себе на лицо, ложусь и сообщаю, глядя в потолок:

– А вы, Илья Романович, умеете удивлять. Не боитесь, что я сейчас сфотографирую и в какой-нибудь универовский чат отправлю?

– Отправляй. – отвечают мне невозмутимо.

– А-а-а-а, – доходит до меня, – вы придерживаетесь принципа, что настоящую мужественность ничто не испортит, даже маска для лица?

Тихий щелчок пальцами и смешок.

– Мы понимаем друг друга с полуслова, Дашенька. Спать?

А у нас есть варианты?

Болтаем еще минут пятнадцать, потом я забираю и выкидываю маски, мысленно похихикивая. День выдался такой суматошный, что меня вырубает, едва голова касается подушки. Меня не мучают кошмары, мне не страшно спать в одной комнате с мужчиной. Я чувствую себя так, точно после долгого путешествия вернулась домой и теперь могу расслабиться.

Глава 20

Неделю спустя

– Я должна сейчас сказать, что толстая и начать хныкать, но вместо этого смотрю на себя и балдею. Это нормально?

Мы с Евой только переглядываемся на эту фразу от Лекси. Сегодня ее день. Ее свадьба.

Мы собрались в десять утра, в квартире Лекс и Артема, которого спровадили к Илье.

Я не могу назвать квартиру, в которой живу, общей с Ильей. Но там чувствую себя дома. Впервые за четыре года. Там хорошо, уютно, тепло. Аура квартиры мне подходит.

Моргаю и возвращаюсь в реальность. Итак, мы с Евой сейчас в команде поддержки Лекс. А она вертится вокруг овального высокого зеркала. Платье у нее просто отрыв башки, конечно. Я такого не видела. Оно сшито специально для Лекси. Белоснежное, длинное, с небольшим вырезом и высокой талией. Прозрачные пышные рукава и мельчайшие стразы Сваровски по всему платью, которые сверкают от малейшего движение. Отчего кажется, что невеста окутана мягким сиянием. Фаты нет, вместо нее – аккуратная тонкая диадема. И нежный макияж.

– Ты офигенно выглядишь. – Ева как всегда говорит честно и прямо. – Реально, деточка моя, беременность тебе к лицу.

– Кто бы говорил! – отвечает Лекс, продолжая разглядывать себя в зеркало. – Надеюсь, Артему тоже понравится. Я боюсь! – вдруг всхлипывает совершенно неожиданно для всех.

– Что-то болит?! – вырывается у меня.

Мы сидим в гостиной, которая после переезда Лекси, стала выглядеть не такой строгой из-за обилия подушечек, картин и пледов. Коты сидят тут же и наблюдают с таким видом, точно выносят нам модный приговор.

– Нет. – Лекси мотает головой. – Я просто…я не знаю, что со мной. В смысле знаю, что это гормоны, пытаюсь их контролировать. Но иногда они берут верх.

– Хочешь ромашку принесу? – предлагаю ей, пока Ева машет рукой. Мол, тут ромашка не поможет. Подруга как всегда яркая и веселая. Ну просто птичка-колибри. Яркие волосы, длинное платье глубокого синего цвета, с высокой талией и воротником-стойкой, из украшений изящные серьги, подвеска и кольцо с сапфирами.

– Хочу Артема. – капризничает Лекси, но хоть уже не пытается лить слезы. – Интересно, да? Рядом с ним у меня нервы не шалят.

Молча расправляю подол платья. Да, понимаю, рядом с правильным мужчиной нервы не шалят и страхи уходят.

Сама я на свадьбу подруги выбрала бледно-зеленое длинное платье до колен, с юбкой-колокольчиком, пышными рукавами и вырезом-лодочкой. Украшений у меня нет, только скромная серебряная цепочка с моим знаком зодиака. Илья пытался что-то сказать про платиновый комплект в качестве подарка, но я отказалась.

– А где Артем? – мне с трудом, но все же получилось начать называть будущего мужа Лекси только по имени. Потому что блин он выглядит как Артем Игоревич, а не просто…Артемка. Ева его только так зовет, чем неимоверно мужчину подбешивает. У них взаимные вежливые покусывания.

Ева с Лекси обсуждают что-то там про беременность. Я слушаю краем уха, пока не округляю удивленно глаза на очередную фразу Евы. Даже не выдерживаю и вмешиваюсь в разговор:

– Чего, чего ты хотела? – смотрю на подругу, которая совершенно безмятежно улыбается, точно витает в розовых кисельных облаках.

– Хотела жопки муравьев. – отзывается Ева, поправляя волосы, которые сегодня выглядят как естественные и очень красивые разноцветные локоны. – Хотела сначала удрать и найти их, но весна, нормальные муравьи спят. Пришлось признаваться Тиму.

– Матерь котья! – прижимаю руку к груди. – Неужели в тебе разум проснулся?

– Вот сейчас обидно было! – тычет в меня пальцем под смех Лекси. – Он и не засыпал, просто…просто Тим предупреждал, чтобы я ему сказала, если захочу поесть чего-то реально странного.

– Расхотела? – уточняю на всякий случай?

Нет ну мало ли, может Ева решила муравьеда косплеить.

– Да. – машет рукой. – Что-то пропила и все прошло. Теперь только Тим постоянно Артемку консультирует на тему странных загонов нашей невестушки.

Молча качаю головой. Да уж, чую, их мужья слегка поседеют. А еще чувствую, самую малость, добрую зависть. Я рада за девчонок и при этом понимаю, что в душе хочу так же. Чтобы вроде и споры иногда, и бесил чтобы, но при этом ты знала, что в полной безопасности. В любой ситуации.

Ну так Илья же такой. Я в отношениях тот еще тормоз, но прекрасно понимаю, что он страдает, но терпит, руки не распускает, хотя каждый раз, когда мы прекращаем целоваться, то бежит в душ.

Стал бы мужчина так заморачиваться с девушкой. которая просто симпатична?

В общем, я точно разделилась на двух Даш. Одна весело болтает с подругами, а вторая обдумывает отношения с Ильей.

– О-о-о-о! – меня снова возвращает в реальность возглас Лекс, которая стоит у окна и заламывает пальцы от волнения.

– Судя по воплям чайки, это мужчины приехали. – потягивается Ева. – В ЗАГСе встречаемся с родителями жениха и невесты.

– А почему они не едут с нами? Я думала, что родители обычно едут в одной машине с невестой и женихом?

Лекси улыбается, продолжая смотреть в окно. И выглядит такой счастливой, что я невольно засматриваюсь. Она сегодня прямо концентрат милоты.

– Родители объединились и уехали пораньше, чтобы навести суеты у ЗАГСа. – объясняет мне. – Выездную делать не стали, мы с Артемом хотим просто расписаться, побыть с близкими…о, поднимаются!

Она подхватывает подол платья и торопливо идет к выходу из гостиной, но Ева преграждает путь.

– Ну-ка села и сделала неприступный вид. А то Артемка что-то расслабился!

– Ева!

– Лекс!

– Я итак его постоянно мучаю своими загонами. – пыхтит Лекси, которая сдвигает подругу в сторону, а та сопротивляется. – Впрочем, стой, если хочешь, потому что дверь…

А тут она как раз и открывается.

– … – открыта. – заканчивает Лекси, выпрямляясь.

Я тихо фыркаю, прикрываясь ладонью. Илья, Тим и как всегда суровый Артем, кажется, пытаются понять, почему невеста пихает свою подругу в сторону огромного фикуса.

– Трезвые и все равно буянят. – качает головой Илья, который выглядит просто ослепительно в светлой рубашке и таких же брюках и в темно-синем пиджаке. Ни на ком из троих нет галстуков. Тим вообще в темных джинсах и рубашке того же оттенка, что и глаза Евы – королевский синий. Артем предпочел светлый костюм и и шоколадного цвета рубашку с расстегнутым воротом. И выглядит в этом образе слегка по-хулигански, отчего мы с Евой одобрительно переглядываемся. Все же будущий муж у Лекси сама строгость. Но только если дело не касается ее. Вот и сейчас: холодные серые глаза жениха теплеют на миллион градусов, едва видит Лекси.

Ну а мне достается жар другого взгляда. В котором я купаюсь, как в солнечном свете. И вкладываю свои пальцы в протянутую руку. Сглатываю, когда его прикосновение обжигает.

Ладно, будем честными: никогда на меня так не смотрели. В общине я сталкивалась с неприятными сальными взглядами. Но все держались подальше, помня про Арсения. В университете поклонников не так, чтобы много. Все же я старательно пряталась под мешковатой одеждой и скучными прическами.

И никто таких эмоций не вызывал. Я точно изображала ледяную принцессу.

А сейчас вот шумит в ушах, сердце колотится как ненормальное и кончики пальцев жжет от желания обнять Илью.

Кажется, он о чем-то догадывается. Потому что осторожно проводит большим пальцем по запястью. Отчего я прерывисто вздыхаю и надеюсь, что мои глаза сейчас не проецируют все мысли.

Рядом с Ильей все чувствуются по-особенному ярко. Я окунаюсь в атмосферу свадьбы, точно с размаху ныряю в теплое море.

Наверное. На море я была один раз, в семь лет. И воспоминания сохранились обрывочные.

ЗАГС запоминается как что-то яркое, трогательное и торжественное. Родители с обеих сторон умиленно утирают слезы платочками. Мужчины просто стоят, а мы с Евой переглядываемся. Просто рады за подругу.

Погода сегодня не очень: холодный ветер, редкие капли холодного дождя, серые низкие тучи. Но я уверена, что для Лекси сейчас вокруг сияет солнце и пляшут единороги. Потому что лично для меня погода великолепная! Освежающий ветерок, весенний дождь бодрит…в общем, все признаки влюбленной дурочки.

А вот хочу и буду такой!

Мы едем в лимузине, который напоминает квартиру на колесах. Внутри все светлое, вместо шампанского – лимонад и сок, играет негромкая музыка.

– Даш. – шепот звучит у самого уха, посылает мурашки предвкушения вдоль позвоночника.

Вот же…искуситель зеленоглазый.

– Что? – спрашиваю тоже шепотом, потому что ушей вокруг много любопытных. Если Лекси с Артемом заняты друг другом, то Ева явно пытается подслушать о чем мы шепчемся. Незаметно показываю ей кулак, слышу фырканье Тима. Ну он то в курсе на что способна его женушка.

– Ты уже пять минут сидишь, смотришь в окно и улыбаешься. Ты что-то задумала? – и губами касается мочки уха.

Ы-ы-ы, запрещенный прием. Я едва слышно втягиваю воздух между стиснутыми зубами.

– Я просто думаю кое о чем. – колеблюсь еще несколько секунд, прежде чем сказать и зажмуриться от собственной храбрости и, наверное, дурости. – Сегодня первая брачная ночь будет не только у новобрачных. Не про брачную не уверена, но первая так точно.

Нет, умом я понимаю, что Илья сейчас не выскочит из лимузина со мной на плече. И не потащит меня домой, чтобы того…любить. Но судя по взгляду, мой мужчина довольно близок к такому варианту. Впрочем, длиться это буквально пару секунд, после чего Илья на миг прикрывает глаза и громко выдыхает.

– Дашка, – картинно прикладывает руку к груди, – до сердечного приступа довести решила, да?

Я не выдерживаю и хихикаю. Потому что Ева уже откровенно пытается подслушать, на что Тим, не меняя выражения лица, закрывает ей ладонями уши.

– Эй! – возмущается подруга. – Лапы убрал!

– А ты убери свои хорошенькие ушки от лишней информации. – Тима, кажется, вообще сложно вывести из себя. Хотя нет, Ева порой ухитряется.

Лекс просто хихикает, уткнувшись Артему в плечо.

Только я сижу и перевариваю, что сама же и сказала.

Страшно? Замирательно? Я не могу сказать, что чувствую сейчас. Илья тоже слегка загрузился, но я ловлю на его лице то и дело проскальзывающую довольную улыбку.

Так, Дашка, давай подумаем об этом потом. Сейчас отвлечемся на свадьбу.

Артем и Лекси ненавидят публичность, так что они сняли уютный грузинский ресторан. Совсем небольшой, от силы пятнадцать столиков. Едва мы входим, как я чувствую одуряющий запах только что испеченного хлеба, специй, мяса. Желудок тут же сообщает, что ему вот этого всего и побольше. Даже рука Илья на талии временно перестает так сильно волновать.

Фу, Дашка, обжора ты! Рядом любимый мужчина, а ты про лепешки думаешь!

Да, но они точно вкусные, а я очень голодная!

В зале графитовые стены, деревянные скульптуры, массивные широкие столы и очень удобные кресла с искусственно состаренной кожей. Никакого китча, только чистая и чуть суровая красота, матовая керамика, легкая ненавязчивая музыка.

Нас встречает высокий и такой…большой, как медведь, мужчина лет пятидесяти, в белой рубашке, темных брюках, с густыми черными волосами и роскошной улыбкой.

– Гамарджоба, гости дорогие! – ух какой бас, прям вибрацией отдается внутри. – Заходите, заходите, сегодня мы все тут большая семья! Поздравляю! – смотрит на Лекси, потом на Еву, щелкает пальцами и подзывает одного из официантов. – Подушки под спину для красавиц. И лимонад с имбирем и жженым сахаром.

Я молча прячусь за спину Ильи. Только он может замечать меня, остальным не стоит. Впрочем, основное внимание все равно на новобрачных, которых подводят и усаживают во главу стола.

Тут же приносят закуски, от которых так пахнет, что я едва не начинаю стонать от восторга. Илья мне шепотом перечисляет название блюд, но я их не запоминаю. Зато оцениваю от души.

– Мне нравится такая свадьба. – шепчет Ева, которая устроилась между мной и Тимом. – Нет всяких ведущих, тупых конкурсов, пафосных речей, дурацких украшений.

– Ну… – я проглатываю очередной кусочек чего-то мясного и невероятно нежного. – Ты вообще вышла замуж в Вегасе.

– Ды-а-а-а-а! – вздыхает Ева мечтательно, а потом трется о плечо Тима, который только хмыкает, но потом отзывается:

– И главное план продумала. Правда, там был один косяк.

– Какой? – заинтересовываюсь я.

Тим запивает томатным соком кусок мяса и невозмутимо сообщает:

– Она влюбилась. Этого в плане Огонька не было.

– Сам влюбился!

– Ну так это заразно. – разводит руками, а я фыркаю от смеха, ловлю на себе взгляд Ильи и краснею.

– А еще врач! – ворчит Ева. – Еще скажи, что я сейчас чихну на…на Дашку и она влюбиться в кого-нибудь. А нет, не сработает: она уже…

Все, на моих щеках можно смело жарить яичницу. Хорошо еще Тим меняет тему, так что медленно выдыхаю. Но тут же выпрямляюсь так, точно мне вместо позвоночника металлический штырь поставили. Ничего особенного, просто рука Илья под столом нашла мою руку. И теперь наши пальцы переплетены.