![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ya-vse-esche-lyublyu-tebya-si-376824.jpg)
Текст книги "Я все еще люблю Тебя (СИ)"
Автор книги: Екатерина Мединская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)
Глава 16
Вымученная событиями последних дней, Кира отправилась зализывать раны к матери, хотя прекрасно знала, что поддержки дома она не найдет. Но мать была единственным человеком в ее жизни, с кем она могла говорить открыто, хотя часто выслушивала длинные лекции.
– Ты меня поражаешь, Кира. Работаешь в такой престижной фирме среди богатеев и умудряешься приезжать ко мне на выходные вместо того, чтобы ради выгоды заниматься сексом с влиятельным мужчиной.
– Мама! – крикнула Кира от возмущения.
– Тебе тридцать, Кира, – напомнила женщина и возмущенно уставилась в недовольное лицо дочери. – Это твой отец грезил видеть тебя бизнес-леди уровня олигархов. Я же всегда считала это бредом. С твоей внешностью ты давно уже могла выйти замуж за миллиардера и купаться в золоте. На твоем месте я так и сделала бы. Деньги должны приходить легко. Только так они тратятся без зазрения совести.
Кира знала, что монолог матери невозможно остановить, пока она не выскажется. Ирина Эштон была сложным человеком, но дочь искренне любила ее и прощала постоянные нападки, безразличие и грубость.
– Мама, мне нужна твоя помощь, – коротко сообщила дочь.
Ирина резко развернулась, оторвавшись от созерцания чая в чайнике.
– Так и знала. Ты бы не приехала ко мне без причины. Всегда только выгода.
Кире было больно слышать подобное от матери, но она, как обычно, стерпела.
– Говори, – достаточно резко скомандовала мать.
– Я предлагаю тебе работу.
Ирина недовольно причмокнула и хмыкнула:
– Даже не сомневаюсь.
Кира проигнорировала возмущение.
– Нужно перевести с русского на английский важные документы. Оплата солидная. Перевод нужен срочно.
Она помнила обязательное требование Алекса, и ей показалось, что идея привлечь мать к переводу документов была уместной с двух причин. Первая: она была переводчицей. Собственно, так она, гражданка России, и познакомилась с ее отцом-американцем. Вторая причина заключалась в том, что Ирина была ее матерью, которой она абсолютно доверяла.
Женщина достала сигарету и закурила. Вообще мать Киры выглядела очень молодо как на свой возраст и могла бы выйти замуж второй раз, но характер и ее завышенные требования сделали одинокой и стервозной. Иногда Кире казалось, что она совершенно не любит свою единственную дочь. И этому были тысячи подтверждений. А Кира все равно ценила мать, невзирая ни на что.
– Да уж, спустя столько времени снова вернуться к истокам. Раз деньги платят, тогда ладно.
Кира улыбнулась без эмоции и достала из портфеля договор о неразглашении.
– Тогда подпиши это. Завтра я привезу первые…
– Что это? – возмущенно спросила Ирина.
– Это договор. Проект конфиденциальный…
– Я ничего не собираюсь подписывать, – коротко заявила мать.
– Это же формальность, – попыталась убедить ее Кира, хотя уже поняла, что ничего ее не переубедит.
Девушка разрывалась между необходимостью подписать договор только потому, что так было нужно, и сознанием того, что мать – единственная в мире, кому она действительно доверяла.
Кира наблюдала, как мать дерзко смотрит то на нее, то на бумаги.
– Ты с ума сошла, я твоя мать! Тебе не стыдно тыкать мне эти бумажки?
– Мама, ты не на меня лично будешь работать…
– Перестань мне все разжевывать. Я берусь за перевод, а ты решай с бумажками как хочешь.
Дочь снова стерпела очередные козни матери, подавив в себе желание выругать ее за столь детское поведение. Так бывало всегда, когда они общались дольше двадцати минут.
– Хорошо, мама. Ты ведь не подведешь меня? – спросила чисто формально, сама не понимая зачем.
– Я не подведу тебя, обещаю.
Кира постаралась объяснить ей, почему важно работать конфиденциально и быстро.
– Я лично буду привозить и забирать у тебя документы.
– Ладно, я все поняла. Мне нужны деньги, и чем больше, тем лучше. Как я устала на всем экономить, – пожаловалась Ирина. – Как меня угораздило выйти за твоего отца?..
Дочь поняла, что мать опять взялась за старое. Сейчас ей придется слушать ее откровения и горести о несбывшихся мечтах. Но дело было в том, что отец Киры был успешным бизнесменом, когда познакомился с Ириной. Но потом что-то пошло не так и он обанкротился, впал в депрессию и даже заболел на нервной почве. Отец был аматором в бизнесе. Как легко разбогател, так и легко все потерял. Но смириться с этим не мог, потому и старался сделать из дочери акулу бизнеса.
Кира всегда подозревала, что «КрузГолдКомпани» не просто так была целью отца. Хотя, возможно, его действительно впечатляла авторитарность и возраст корпорации. Впрочем, ее отец, Ник Эштон, был еще тем мечтателем и романтиком – добрым и честным. Единственным в мире родным человеком, который искренне любил ее.
Мать была абсолютно другой. Кира никогда не знала любви от нее, не слышала похвалы или одобрения. Мать лишь корила, обвиняла во всем, стремилась сделать все, чтоб ее дочь стала жесткой, закрытой и рациональной. В общем, детство Кира вспоминала почти с ужасом. Ее жизнь заключалась в том, чтоб выполнять постоянные планы родителей: быть отличницей в школе, затем в университете, сделать обязательно головокружительную карьеру.
Отец и мать будто старались сделать из нее некий идеал напоказ. Но чего бы она ни добилась огромным трудом, им всегда этого было мало. Почему? Зачем? Став взрослой успешной бизнес-леди, Кира отчасти была благодарна требовательным родителям. И никогда не чувствовала себя счастливой и защищенной.
Спустя неделю кропотливого труда девушка подводила итоги проделанной работы. Все было готово. Сегодня она ждет последнюю и самую важную информацию по проекту от итальянцев. Собственно говоря, если все пойдет по плану, ей предстоит представить всю информацию Крузу-старшему.
Она старательно перебирала документы и складывала по папкам, но мысли ее возвращались ко вторнику текущей недели.
Кира обедала в ресторане в полном одиночестве, составляя план работы для отдела. Все ее время было расписано. Огромная ответственность и необходимость держать все под контролем отнимали все силы и внимание. Когда на стул напротив уселся мужчина, Кира не сразу отреагировала на столь наглое поведение.
– Я не помешаю, мисс Эштон? – учтиво спросил он.
Девушка не стала выказывать свое возмущение, ведь она была знакома с ним. Это был Томас Райт, крупный бизнесмен уровня Крузов. Они пересекались за ее карьеру всего лишь несколько раз. Но в этом человеке было что-то такое… Кира уверенно могла сказать: он смотрел на нее не как на женщину – со страстью и вожделением, а пристально и восхищенно. Это и импонировало Кире, но все же она предпочитала держаться на расстоянии, дабы не спровоцировать конфликт или недопонимание.
И все же ее удивило, почему вдруг он беспардонно сел за ее столик.
– Добрый день.
– Думаю, что бы я ни ответила, вы все равно скажете то, ради чего пришли, – усмехнулась она со всей вежливостью, соответствующей ситуации.
Томас засмеялся. Смех его был открытым и громким. Ему было плевать, что вокруг люди обедали. Этот человек славился в деловом мире абсолютным пренебрежением к правилам. В глубине души Кира восхищалась его дерзостью и бесстрашием. Можно даже сказать, что именно Томас Райт был ее идеалом бизнесмена.
Впервые Кира встретила его еще студенткой. Он был выпускником ее университета и давал благотворительный вечер. Она как раз представляла университет и говорила слова благодарности по поводу его помощи в таких важных социальных проектах вуза, после чего вручала цветы. Томас Райт тогда разговаривал с ней как с равной себе и весь вечер просил оставаться рядом. Она любезно выполняла для него функцию гида.
Позднее они пересекались еще несколько раз, и нужно признать, что один раз он оказал ей невероятную поддержку в одном из первых ее проектов. Взамен сказал, что наступит день, когда он попросит у нее о помощи. Кира подозревала, что этот день настал. Единственное, что смущало ее, так это то, что Томас Райт был основным конкурентом Крузов. Они не то чтобы враждовали, они ненавидели друг друга. И это ни для кого не было секретом. Кире было известно: Томас Райт считался Крузу-старшему формально сводным братом. Ходило много слухов вокруг их семейной неприязни. Кира не знала подробностей. Ей было известно только то, что он стал сиротой после смерти его матери и воспитывался Джозефом Крузом, дедом Алекса Круза, наравне с собственным сыном. Но Джозеф так и не усыновил его. После его смерти Круз и Райт расстались со скандалом. Оказалось, что Райту перепало наследство. Он смог увеличить свои капиталы за короткое время и удостоиться честно заслуженного звания миллиардера.
– Чудесно выглядите, мисс Эштон, – сделал комплимент мужчина.
Его лицо явно выражало нескрываемое восхищение.
Кира назвала бы его взгляд по-отцовски добрым, посмотрев на сидящего перед ней мужчину в возрасте. Она запомнила его молодым и уверенным. Но время сделало свое дело – на его лице появились морщины, а светлые глаза утратили свой бойкий блеск.
– Спасибо, – скромно приняла она комплимент.
– Кира, я хочу пригласить тебя на ужин. Сразу скажу, что у меня к тебе серьезный разговор.
Она, конечно же, не могла ему отказать и согласилась. Но внутренне забеспокоилась.
Сегодня она ужинает с Райтом. Он даже не намекнул, о чем пойдет речь. Лишь сказал, что это не касается ее работы в корпорации Крузов, будто читая ее мысли и зная о сомнениях. Кира задумалась: «Что ему нужно от меня?»
Она припомнила их встречи. По странному стечению обстоятельств она встречала его тогда, когда терпела переломные моменты в карьере. И всегда этот человек умудрялся дать короткий, но абсолютно верный и уместный совет, за что Кира была ему признательна. Именно поэтому девушка рубила на корню все сомнения по поводу их встречи. Да, она сотрудник корпорации, но никто не говорил, что в личное время она не может встретиться с другом, пусть и самым ненавистным врагом президента компании, в которой работала. От этой мысли ее пробрало нехорошее предчувствие. Но интерес и интрига заставили откинуть сомнения в сторону.
Кира вышла из своего кабинета в коридор, оставила секретарю поручения и направилась к выходу. Она прошла мимо дверей Эндрю Круза и внутренне взмолилась, чтоб он ненароком не появился перед ней. Этот мужчина был коварным и настойчивым хищником. Он отчетливо дал ей понять, что она – его будущая жертва. До сегодняшнего дня они виделись на собраниях. Его взгляды заставляли дрожать. Девушка интуитивно чувствовала опасность, исходящую от него, и помнила его угрозы.
Как только двери лифта открылись, на ее талию легла чья-то рука. Она резко обернулась и уперлась взглядом в грудь мужчины, стоящего настолько близко, что нужно было сначала сделать шаг назад, чтобы рассмотреть лицо наглеца. Дверь лифта закрылась, и она оказалась один на один с Эндрю Крузом. На его лице читалось ликование. Ему удалось застать ее врасплох. Эндрю нажал кнопку «стоп». Кира решительно отступила на шаг и постаралась овладеть собой, хотя чувствовала себя в ловушке.
– Мисс Эштон, – криво усмехнулся Эндрю.
Его миловидную внешность, напоминающую друга куклы Барби, Кена, такая гримаса на лице превращала в подобие падшего ангела. Его внешность настолько контрастировала с его скверным характером, что Кира могла бы поклясться: перед ней сам Дориан Грей.
– Мистер Круз, – таким же тоном произнесла Кира, всем видом давая понять, что не боится его и даст такой отпор, что мало ему не покажется.
– У нас с вами остался незаконченным один разговор… – напомнил он, хищно прищуривая глаза.
– Разве?
– Да-а-а, – протянул он и двинулся на нее.
– Если вы не поняли, то мой ответ – «нет»!
Кира вытянула руку вперед, желая остановить его неумолимое движение. Но это не только не остановило его, скорее наоборот: он взял ее за руку и потянул на себя.
– Что вы себе позволяете? – зашипела Кира, задыхаясь от возмущения и безысходности.
Она знала, как себя с ним вести. По всему видно: что бы она ни сказала, он пропустит мимо ушей всё. Чертов подонок!
– Я ведь сказал, что хочу тебя. И ты будешь моей по собственной воле, – отчеканил он и жестко схвати ее за плечи.
Кира видела его почти безумные глаза и оцепенела.
– А вот это вряд ли… – все-таки выдавила из себя и постаралась вырваться.
Он хорошенечко тряхнул ее плечи, что от неожиданности голова пошла кругом. Не успев опомниться от физического воздействия, Кира ощутила его жесткий до боли поцелуй. В этот момент ее сознание взбунтовалось – она начала неистово вырываться. В ответ он еще больше воспламенился. Зажав рот рукой и прижав к стенке лифта, он начал шарить свободной рукой по ее телу – задрал юбку и расстегнул блузу. Кира очень испугалась, что он изнасилует ее прямо сейчас. Когда он крутнул ее, как игрушку, и поставил к себе спиной, ее охватил ужас происходящего.
Будто прочитав ее мысли, Эндрю отстранился, но не отпустил Киру.
– Да-а-а! – с удовольствием протянул он. – Ты именно такая, как я предполагал.
– Убери от меня свои руки! – закричала она. – Не смей!
– Замолчи! – со всей присущей ему жесткостью приказал он. – И слушай!
Что же делать? Кира чувствовала унижение и страх. У нее был твердый характер, но физически сильному мужчине она не могла противостоять. Он удерживал ее бесцеремонно и нагло, прижимаясь всем телом. Кира попыталась отвести лицо в знак несогласия, но он повернул его к себе.
– Даже представить себе не мог, что так увлекусь женщиной. Я ведь уже помешался на тебе. Понимаешь? Нет? Я тоже не понимаю! Но ничего не могу с этим поделать. Похоже, что мой братец тоже хочет тебя. Теперь это, знаешь ли, дело принципа. Но ты действительно того стоишь…
– Я лучше умру, чем лягу под тебя по собственной воле!
– Ты даже не представляешь, как близка к правде, – проговорил он ей прямо на ухо. – Если будешь и дальше прятаться от меня и тянуть с неизбежным, я заставлю тебя пожалеть. И начну с того, чем ты дорожишь больше всего…
Но Кира не знала, чем дорожит больше всего. У нее была только работа. Скорее всего, он имел все ресурсы и возможности воплотить задуманное в реальность.
«Я уволюсь», – подумала она.
– Если ты считаешь, что увольнение решит твою дилемму, то ошибаешься…
Кира притихла, давая понять, что услышала его.
– Вот и отлично, – сказал Эндрю и отпустил ее. – Поверь, сейчас тебе кажется ужасным происходящее, но наступит время, когда ты будешь меня хотеть так же, как и я тебя сейчас. Я полностью уверен, что ты создана быть моей.
С этими словами он ушел.
Похоже, этот день не мог быть просто плохим, он обещал стать отвратительным. На парковке, когда шла к своему автомобилю, увидела Алекса. Он садился в машину, в которой уже сидела красивая девушка. Через пару мгновений мужчина заметил Киру. Он лишь кивнул в знак приветствия, а затем уехал, а она так и осталась стоять на месте, уставившись в одну точку. Страх, унижение, обида, досада бушевали в ней. Она не могла успокоиться. Ее руки дрожали так сильно, что она едва смогла вставить ключи в зажигание. Преследование и угрозы Эндрю, ее отчаянная любовь к Алексу, которую она сама же в себе безуспешно пытается задушить… Как же она устала! И если это была всего лишь работа, она бы справилась. Но нет. Все было гораздо сложнее.
Подъезжая к знаменитому ресторану, который посещали только самые богатые, Кира отчетливо поняла, что эмоционально не готова к встрече с Томасом Райтом. Она не в силах унять дрожь в руках и сосредоточиться хоть на чем-то. Весь день она ничего не ела, голова ее кружилась то ли от голода, то ли от нервного напряжения. Но надо было пойти к нему.
Когда она вошла в ресторан, то оказалось, что Томасу выделили отдельный и самый дорогой зал. Все столы были убраны. Остался один столик возле огромного панорамного окна с видом на город. Это значило, что всё, что он ей сегодня скажет, будет считаться сугубо конфиденциальным. Видимо, он не хотел лишних наблюдателей и слушателей. Киру проводили к столику, за которым уже сидел Райт. Он почтительно встал ей навстречу, поздоровался и вежливо улыбнулся.
Кира отметила про себя, что возраст украшает этого мужчину. Он был высоким, стройным и, если так можно выразиться, красивым. В нем был некий шарм, лоск, которым Кира не могла не восхищаться. Как ни странно, она нисколько не волновалась. Наверное, слишком устала сегодня эмоционально. У нее просто не было сил реагировать на происходящее адекватно, но она не хотела казаться уставшей и морально вымотанной.
– Итак, мистер Райт, я вся внимание. Не смею задерживать вас и предлагаю перейти к теме нашей встречи, – сказала Кира, удобно усевшись за столик.
Райт улыбнулся. По всему было видно, что он нервничает и не знает, как начать.
«Очень странно», – подумала Кира.
– Поверь, я очень надеюсь, что встреча наша пройдет не так быстро, как тебе хочется, – странным тоном сообщил он.
Кира за день испытала столько негатива, что от этих слов ее покоробило. Уже было ясно, что тема обсуждения серьезная.
Господи, только бы он не пытался выведать конфиденциальную информацию или склонить ее шпионить для него. Нажив такого врага, как Райт, можно забыть о карьере вообще. Хотя Эндрю Круз не менее влиятелен. Она попыталась прогнать непрошеные мысли и подавить в себе нарастающую тревогу.
– Я, признаться, давно мечтал поговорить с тобой, но не решался. Это было сложно.
Кира заморгала, абсолютно не понимая даже примерно, о чем сейчас пойдет речь.
– Ты хорошо помнишь своего отца? – спросил он, будто специально окончательно сбивая ее с толку.
– Да, конечно, – коротко ответила она.
– Он уважительно относился к тебе? – спросил Райт чувственным тоном.
Она совершенно не понимала причину такого вопроса, но ответила.
– У меня был самый лучший отец в мире. Я его очень любила, –искренне произнесла она.
На лице Райта читалось сожаление. Кира решила взять быка за рога.
– Мистер Райт, если вы не возражаете, то давайте не будем говорить загадками.
– Хорошо, раз ты настаиваешь. Кира… – начал он и передал ей папку. –То, что ты сейчас увидишь в этой папке, может кардинально изменить твою жизнь. Я долго не решался объясниться с тобой именно по этой причине. Но если ты хочешь, чтоб все осталось как прежде, ты можешь прямо сейчас встать и уйти.
Кира застыла. Как можно встать и уйти после услышанного? Она хотела знать всё. Не задумываясь о последствиях, девушка быстро открыла папку. Увиденное повергло ее в шок.
Она смотрела на фотографии с расширенными от удивления глазами: на них молодой Томас Райт обнимал и целовал ее молодую мать.
– Что вы этим хотите сказать? Моя мать изменяла моему отцу с вами? –изумленно спросила Кира.
Райт был очень серьезен и печален.
– Нет. Это Ирина изменила мне с мужчиной, которого ты называешь отцом.
Кира нахмурилась и перестала дышать. Она боялась даже осмыслить сказанное.
– Вы шутите, наверное, – произнесла девушка, теряя всякое ощущение реальности.
В голове и без того была каша, а теперь и подавно. Она бросила папку на стол и отчаянно потерла виски.
– Я не понимаю. Пожалуйста, объясните.
– Кира, твой настоящий отец – именно я, а не Ник.
Она стиснула челюсти так сильно, что ей хотелось кричать и биться в истерике. Сказанное могло быть правдой. На всех фото, сделанных в разные месяцы года, отчетливо видно, что он и мать были, как минимум, влюблены друг в друга. Господи, что за бред! Если бы Кире сказали, что Ирина ей не мать, то она бы скорее в это поверила.
Единственным родным, заботливым, любимым человеком в этом мире был именно Ник. Глаза ее стали наполняться непрошеными слезами. И не потому, что она обрела настоящего отца. Нет, наоборот: она навсегда потеряла чудесного, идеального папу Ника, который, оказывается, никогда не был родным.
– Фото недостаточно. Это ничего не подтверждает. Почему вы настаиваете, будто мой отец? – сердито заявила Кира.
– Я знал, что ты потребуешь больше доказательств. В делах с подобной серьезностью ты очень похожа на меня, как и в тысячи других вещей, –уверенно сказал Райт. – Последняя страница досье – тест на отцовство. Посмотри.
Кира сидела и не двигалась. Она и не собиралась брать злосчастную папку в руки и в чем-либо еще убеждаться. Ее отец – Ник. Точка!
– Ладно, потом посмотришь, – осторожно добавил Райт. – Я знал одно: будет нелегко. Именно это и останавливало меня все эти годы.
– Как вышло, что отцом я называла другого? – сердито выпалила Кира.
У нее уже не было сил держать себя в руках и притворяться. Пошло все к черту!
– Что тебе известно о знакомстве Ника и Ирины?
– Он был бизнесменом, прилетел в Москву и познакомился с мамой, когда она была его переводчицей, – коротко описала Кира, заведомо догадываясь, что все ложь.
– Да, все так и было, – сообщил Райт. – Вот только бизнесменом был я. А Ник был моим водителем.
Кира закрыла наполненные слезами глаза. Она не хотела показывать свою боль от услышанного.
– Я понимаю твои чувства. Но такая ситуация сложилась по вине твоей матери.
Кира уставилась на Райта:
– Я знаю свою мать, она бы не пошла на это.
Кира подозревала, что Райт скрывает важные детали.
– Ты права. Но описать все события несколькими фразами довольно сложно. Скажу только, что Ирина изменила мне в ответ на мое предательство, – он опустил глаза. Ему, наверное, было сложно признаться в этом даже самому себе. – Видишь ли, я тоже тогда считал, что деньги для нее важнее всего и она стерпит. Но нет. Она взяла тебя и ушла к Нику.
– Вы были женаты? – изумленно спросила Кира.
– Нет. Я тогда не мог на ней жениться, хоть и безумно любил.
– Хочу знать всё! – резко заявила она. – Почему мама ушла к Нику?
– Я должен был жениться на другой и сделал это, – с горечью произнес Райт и посмотрел взглядом, молящим не осуждать его.
Кира почувствовала ужасающее отупение. У нее всю жизнь было ощущение, будто ее просто ведут незнакомой дорогой к тому, что ей совершенно не нужно. Чьи ошибки она исправляла? Матери, Ника или Томаса?
– Мы с Ириной вначале были безумно влюблены. Я перевез ее в Америку. Мы прожили вместе год, и она забеременела. Как ты знаешь, меня воспитывал Джозеф Круз после смерти моей матери. Я ему многим обязан. И когда он выразил пожелание, чтоб я женился на выбранной им женщине из знатного и уважаемого рода, меня начали мучать сомнения. С одной стороны, я любил Ирину, которая носила моего ребенка, с другой стороны, мой долг перед человеком, ставшим мне отцом. Конечно, я рассказал Джозефу об Ирине и даже познакомил их. Но он сразу же невзлюбил ее. Сказал, что она алчна и корыстна.
Следующие полгода мне пришлось лично в этом убедиться. Наши отношения с Ириной окончательно испортились, когда я застал ее в объятьях Ника. Тогда ей удалось убедить меня, будто между ними нет ничего. Затем родилась ты. К моему величайшему разочарованию, она оказалась плохой матерью. Ее интересовали только дорогая одежда, драгоценности и развлечения. Я склонялся к мысли, что Ирину действительно интересуют только мои деньги. О женитьбе на ней уже не могло быть и речи. Она устраивала мне истерики и безумно ревновала. И я понял, что мы слишком разные. Меня с каждым днем все больше раздражали эти отношения. Останавливала лишь моя любовь к тебе.
Однажды у нас произошел огромный скандал. Я сказал ей, что не хочу жениться, обвиняя в том, что ей нужны только деньги. Также сказал, что Джозеф Круз вынуждает меня жениться на другой. Хотя, видит Бог, я просто хотел возбудить в ней чувство реальности. Хотел заставить дорожить нашими отношениями и меняться. После ссоры я уехал в командировку на две недели. Хотел разобраться в себе и остыть. Но когда я вернулся, то ее уже не было дома. Она собрала вещи, забрала тебя и уехала. Я с ума сходил, волновался, искал ее. Понимал, что она так мстит мне за мои слова. Хотел найти ее и помириться. Вы были для меня очень важны, правда. Ирина так поступила, чтоб отомстить мне и проучить за мои же слова. Помнишь, я сказал ей тогда, что она алчная? Так вот, чтоб доказать обратное, она вышла замуж за моего бедного водителя Ника.
Кира сидела молча с опущенными плечами, пытаясь осмыслить услышанное. Она чувствовала только горечь и боль за глупость родителей. Ее мать действительно была именно такой, как описывал Райт. И она сама себя жестоко наказала, выйдя замуж за Ника. Она всегда рубила сплеча и под самый корень. И лишь позже осознавала, что натворила. Хотя Кира была уверена в одном: Ирина действительно любила Ника и была верна ему всю жизнь. Они никогда не сорились и, наверное, имели почти родные души. Ник был потрясающим человеком – умным, добрым, внимательным. Обладал силой воли и невероятным оптимизмом. Именно это сдерживало скверный характер матери. После его смерти Ирина вернула себя прежнюю. Именно такой, как описывал Райт, она была и сейчас – одержима деньгами и бесконечным стремлением к роскоши.
«Кира, найди богатого бизнесмена и живи в богатстве. Хватит пахать как проклятая. Бери от жизни всё!» – постоянно твердила мать.
– Почему вы отказались от меня? – спросила Кира.
– В этом я бесконечно виноват перед тобой, и мне нет оправдания. Сначала был очень зол на Ирину. Потом узнал, что Ник удочерил тебя. Впрочем, Ирина всеми способами не давала общаться с тобой. Она мучила меня. Оставался только суд. Но такой скандал был недопустим. Джозеф Круз всеми силами уговаривал меня не делать этого, так как на тот момент мое имя было связано с его семьей. Джозеф видел мои страдания и разочарование. Понял, что я не допущу в свою жизнь больше ни одну женщину, но настойчиво напомнил о необходимости жениться. Я отказал. Затем он намекнул, что в таком случае после его смерти я останусь ни с чем. Его сын, Алекс Круз, ненавидел меня и сделал бы всё, чтобы вышвырнуть из компании. Если не женюсь выгодно, то мне ничего не светит. Решающим аргументом стало его обещание завещать тебе, моей дочери, часть акций по управлению в корпорации, если я женюсь. И я решился. Джозеф сдержал свое слово.
Когда Кира услышала последние фразы, то совершенно потеряла дар речи. Затем затрясла головой, будто не веря в услышанное.
– Джозеф это сделал, чтобы склонить мою мать признать ваше отцовство без суда?
– Да, именно. Я встретился с Ириной и рассказал о завещании. Но она стояла на своем.
Кира наконец поняла, почему родители так настойчиво говорили ей работать именно в корпорации Крузов. Они знали и готовили ее к этому дню. Она должна была рано или поздно занять свое законное место.
– А дальше и моя собственная жизнь очень изменилась. Джозеф умер, оставив мне наследство. Его сын обозлился на меня, и мы сцепились на всех фронтах. Последующие годы я жил только этим. Моя жена страдала от психических приступов: у нее была врожденная болезнь, о которой не знал даже Джозеф. Я жил с ней как бы фиктивно. Ее это вполне устраивало. Детей у нас не было. Впервые мы встретились с тобой абсолютно случайно, когда ты уже училась в университете.
Он замолчал, давая возможность вспомнить тот день. Но Кира и так его отчетливо помнила, хоть и не подозревала, что Райт ей настоящий отец.
– Почему ты не поговорил со мной тогда? Я ведь была совершеннолетней.
– Я не хотел рушить твой мир. Ты была такой сильной, энергичной. В тебе горел огонь. Ты хотела покорить этот мир в одиночку. Разве я имел право рубить твои крылья? Такая ужасная правда могла сломить твою безудержную страсть к жизни, – сказал Райт, и в его глазах выступили слезы.
Да, такая правда уничтожила бы ее. Все было так сложно и запутанно, что даже в зрелом возрасте она была так сильно поражена безумством близких ей людей.
Она взяла себя в руки и вытерла непослушные слезы, затем залпом осушила бокал вина. Горло сводил спазм, Кира была на грани истерики.
– Хорошо. Предположим, вы говорите правду и я поверила услышанному от вас. Понятно, что уже ничего не изменить. Так чего вы хотите от меня? – спросила Кира бесстрастным голосом.
Она была слишком опытна, чтоб сразу верить людям, пусть даже своему отцу. Нужно было во всем убедиться точно.
– Почему вы решились на разговор именно сегодня?
Он застыл, бледный и оскорбленный. Возможно, он хотел понимания, сочувствия. Но Кира ждала ответ, и только.
– Я хочу, чтоб ты знала: все расходы на тебя оплачивал именно я и никогда не забывал о тебе. Ты моя единственная дочь. И может, ты не веришь мне, но я люблю тебя. Почему именно сегодня? Я узнал, что ты работаешь у Круза, и меня это напугало. Ты даже не представляешь, что это за люди. Мне необходимо предупредить тебя, оградить. В твоих глазах я ненавистный конкурент Крузов. Раньше ты бы не послушала меня. Возможно, послушаешь как отца.
Кира неожиданно вспомнила всё за последние месяцы и мысленно согласилась с Райтом. Крузы – беспощадные и опасные манипуляторы, которые всем управляли и уничтожали соперников ловко и быстро. Любой неугодный им моментально попадал под пресс этой троицы и оказывался в самом низу без права на восстановление. Единственным, кто до сегодняшнего дня сдерживал ее, был Алекс. Она испытывала к нему чувства, которые не поддавались контролю или описанию. Она грезила, мечтала о нем. И всегда, когда они оказывались близки, в следующее мгновение возникала пропасть. Теперь же, зная правду, Алекс стал недосягаем, как само солнце. Дочь Райта, да еще и наследница части акций. Нет, Крузы вступят с ней в войну и постараются уничтожить.
– Вы хотите официально признать меня? – спросила Кира, подразумевая все юридические последствия этого поступка.
Райт тяжело выдохнул и свел брови на переносице.
– Я хочу этого уже много лет, но боюсь последствий. Крузы стравят на тебя всех собак. Мы ввяжемся в войну с ними.
– Я ведь могу просто продать им акции и закрыть вопрос, – сказала Кира.
Райт отрицательно покачал головой.
– Пойми, речь идет об огромных деньгах и правах на имущество гигантских масштабов, – он сделал паузу, – но если ты решишься, я поддержу тебя и помогу.
Кира задумалась, о чем-то размышляя.
– Думаю, сегодня не стоит обсуждать еще и это… – сказала она и потерла плечи, будто смертельно замерзла. Ее трясло, хотя в помещении было тепло.
Райт кивнул, согласившись с ней.
Кира избегала смотреть на мужчину. Она устала и хотела уйти, спрятаться в нору, как затравленная лиса. Вдруг девушка приняла решительный официальный тон:
– Я проанализирую предоставленную вами информацию и постараюсь сложить объективное мнение. Мне очень хочется услышать версию мамы.
Она встретилась взглядом с Райтом. Перед ней сидел малознакомый мужчина, который назвался ее отцом. Теперь она видела свое сходство с ним. Разрез глаз и цвет, форма носа, даже черты лица были похожи. Кира давно выбрала его своим идеалом и всю жизнь подражала ему.
И тут девушка вспомнила Ника. Ее сердце заныло. Господи, почему она не послушала предупреждения Райта? Не нужно было открывать эту папку. Теперь остается только сожалеть о своей глупой импульсивности.