Текст книги "Черная невеста (СИ)"
Автор книги: Екатерина Анифер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 37 (всего у книги 38 страниц)
Глава 46
– Молот, нас гости, – негромко сообщил Хлыщ, замерев у спинки грубо сработанного кресла. Не так много тех, кому позволено приближаться к нему без разрешения, и Хлыщ один из таких. Однако особого доверия к нему Молот не испытывает, впрочем, как и к остальным. Здесь от любого можно ожидать подлого удара. Вон как его псы грызутся за каждую доставшуюся им кость. Когда Молот только начал формирование костяка своей банды, здесь и не такое можно было видеть. Многое удалось изменить, но поножовщина при дележе никуда не делась. Тем не менее, тех, кого он выделял лично, старались не трогать. Как раз после нескольких показательных инцидентов, научивших даже самых рьяных уму-разуму.
– Кто?
– Двое мальцов и девица. Ничего так, откормленная. Да и сами холёные.
– И что им надо на нашей территории?
– Э-э… – замялся помощник, потом нехотя выдал: – Не знаю.
– Мне тебя, что, ещё и учить разговаривать с пришлыми надо? – нахмурился главарь.
– Нет, конечно. Просто здесь такая проблемка вышла… Они не захотели идти к тебе по-хорошему.
– Ты их ещё уговаривать надумал, что ли?
– Нет, но по-плохому они тоже не захотели. Чужаки, но сильны.
– Что ж, посмотрим на сколько, – оскалился Молот и резко поднялся, привлекая внимание и разом прерывая свары. Махнул рукой охране следовать за ним и направился на встречу к незваным гостям.
Такое редко, но бывало. Пришлые показывали свою силу и хотели отобрать власть главаря банды себе. Иногда это у них даже получалось. Однако возможен и тот вариант, что Хлыщ не совсем правильно расценил ситуацию. Такое тоже бывало. Тот же Берсерк, который сам пришёл под его начало из другой банды.
Эта троица сразу ему не понравилась. Самоуверенный черноволосый всем своим видом показывал, что ему абсолютно пофигу по грязи идти либо по трупам. Он даже не удосужился оглядываться по сторонам, но чужое появление на верхней галерее отметил безошибочно и мгновенно, окинув отсутствующим взглядом и тут же утратив интерес. По виду он только-только вступал в подростковую фазу, но от одного мимолётного взгляда становилось неуютно. Девица была самой взрослой в этой компании, но отнюдь не ведущей: вон как её небрежно одёрнул мальчишка, шагающий в центре. Девчонка вмиг замолкла, но брезгливо-напыщенное выражение и не думало сходить с её лица.
Центральный мальчишка был, судя по всему, в этой троице главным. И, похоже, именно от него исходят время от времени эти волны, вызывающие недоумение и беспокойство. Чёрно-красные волосы, заплетённые в небрежную косу, уходили за спину. Молот мог поспорить на свой палец, что там запрятан если не кинжал, то иглы точно. Напряжённые плечи выдавали готовность парня к атаке в любой миг. Вроде как погодок черноволосого, этот парниша всё-таки казался взрослее за счёт прямой спины и скупых, расчётливых движений. Да и весь его облик как-то противопоставлялся первому, относящемуся к окружающему, как к не слишком занимательной игре. Средний воспринимал потенциальную угрозу всерьёз.
Молот поморщился, предчувствуя неприятности. За долгие сианы он привык доверять своему восприятию окружающих. Так вот, эти были определённо опасны. Пускать их в сердце банды было бы откровенной глупостью, поэтому Молот, не медля больше, перемахнул через низкий парапет и приземлился на мостовую в десяти шагах перед чужаками. Его сопровождающие так не рискнули и поспешили спуститься более традиционным и медленным путём – по лестницам.
– Что нужно чужакам на моей территории? – не стал дожидаться охраны Молот.
– А где здесь подписано, что это твоя территория? – лениво поинтересовался черноволосый, обладавший необычными ярко-насыщенными голубыми глазами, чем-то похожими на дула лазерных пистолетов.
– Я так сказал, – спокойно ответил Молот, подавляя желание отступить. Черноволосый рассматривал его как некую диковинную зверушку, девчонка просто с умеренным любопытном и только средний видел в нём разумное существо. Именно он и заговорил:
– Мы не посягаем на твою территорию и нам ничего от тебя не надо.
– Тогда убирайтесь.
Средний проигнорировал реплику и продолжил, будто её и не было:
– Но и вы не лезете к нам.
– На моей территории вы либо со мной, либо против! – зло выщерился Молот.
– Не скалься, оборотень, – с ленцой процедил черноволосый. – Просто не трогай нас, и твои кости останутся при тебе.
– Мы не хотим ссор, но если ты так настаиваешь… – протянул средний, доставая из пространственного кармана пару кинжалов.
Молоту окончательно расхотелось связываться с этой троицей. Нет, небрежно поигрывать с заточенными игрушками любой сопляк может, вот только не тогда, когда на оружии красуются чёрные розы. И колечко на пальце парня отнюдь не простое. В Городе вряд ли найдётся тот, кто бы ни слышал о стальных розах и их обладателях.
– И что богатеньким… деткам здесь нужно? – Молот благоразумно проглотил слово "выродкам", заменив его более нейтральным. Простые выродки со стальными розами не расхаживают. Голодранцы тем более. Большая часть знаменитого оружия оседает у барахольщиков фениксов, а меньшая… с их обладателями всяко лучше не сталкиваться на узкой тропке.
– Пожить некоторое время, – в тон ему ответил полосатый, смахивающий своей расцветкой на натурального феникса.
Возникла патовая ситуация. Выставить непрошенных гостей у Молота вряд ли получится. Тут не помогут ни его опыт и хитрость, ни сила. Указать, кто здесь главный, не прокатит по тем же причинам. А просто проигнорировав чужаков, он поставит свой авторитет под удар. Не зря же Хлыщ затаился в сторонке, ловя каждое слово и жест. Наконец, Молот решился на довольно рискованный для себя, но всё же более-менее подходящий компромисс:
– Хорошо, я позволю вам остаться на моей территории, но с условием, что вы будете выполнять некоторые распоряжения.
Ну вот, позиция оговорена и обратной дороги нет, если чужаки откажутся. Что ж, смерть приходит ко всем. В худшем случае придётся раньше планируемого заглянуть в её всевидящие слепые глаза.
Черноволосый насмешливо ощерился, девчонка посмотрела с презрительным сочувствием и лишь средний на миг задумался, а затем кивнул и пристально посмотрел на Молота, ничего не говоря вслух, но ясно давая понять, что не следует зарываться, и соглашается полосатый не потому, что боится, а по каким-то своим мотивам.
* * *
Дарк
– Я это есть не буду! – непререкаемым тоном объявила Виола, упорно глядя в сторону.
– Ну так ходи голодная! – обозлился в ответ Равианикиэль. Притащенная им тушка и вправду вызывала сомнения в съедобности. Но альтернативы-то всё равно нет. Хотя… Раз уж у Виолы ручки постоянно чешутся на чужое добро, так пусть от этого хоть какой толк будет. Поэтому я обернулась к девушке и объявила:
– Отлично, будь по-твоему. Но с сегодняшнего дня главной ответственной за питание назначаешься ты.
– То есть как? – вмиг растерялась та.
– А как хочешь. Главное, чтобы из-за этого не возникло проблем с окружающими.
Недоумение на лице Виолы постепенно переросло в удивление, однако и моё щедрое предложение не слишком-то её устроило, так как скривив чуть недовольную гримасу, девушка протянула:
– Но воровать еду – это как-то мелко и низко. Мне бы…
– Приказ ты слышала, – оборвала я начинающееся недовольство. – Как хочешь, так и выполняй.
Чуть подумав, Виола кивнула и выскользнула из занимаемой нами комнаты.
– А что мне с этим делать? – небрежно взмахнул тушкой Равианикиэль.
– На твоё усмотрение, – откликнулась я и поспешно отвернулась, не горя желанием цапаться с источником.
Что-то пробурчав, Равианикиэль сел на пол. Честно говоря, я надеялась, что он выкинет этого вонючего разносчика заразы. Неужто сырым есть собрался назло нам?
Осторожно скосив глаза, я резко дёрнула головой, впившись взглядом в ожившее существо. Полуоблезшее и основательно подранное, как самый отпетый дворовый кошак, это создание стояло, кажется, даже не дыша.
– И что ты собираешься с ним делать? – не выдержав, спросила я.
– Пусть охраняет.
– Не думаю, что он настолько проникся благодарностью за возвращённую жизнь. Гони-ка ты его взашей, пока он на нас не напал.
– Не нападёт. Я его в достаточной степени контролирую. Смотри.
Зверь сорвался с места и устремился ко мне. Кинжал, вонзившийся в шею, ничуть не умерил его энтузиазма. И только мёртвой хваткой вцепившись мне в кроссовок, существо замерло, будто его выключили. Я тряхнула ногой, пытаясь высвободить свою обувку из воистину стальной хватки, но ничего не получилось. Зверь, будто одеревенев, повис на ней немалым грузом. При очередном встряхивании он разжал челюсти и приземлился на четыре лапы в тройке шагов от меня. Из шеи, в которой добросовестно торчал кинжал, даже крови не выступило, что напрягало ещё сильнее.
Равианикиэль подошёл к своему новоявленному питомцу и выдернул оружие, ничуть не заботясь сохранить угол попадания. Из образовавшейся широкой раны начала проступать тёмная жидкость, но стоило источнику провести над ней рукой, как края моментально сошлись, оставив лишь небольшой рубец.
Равианикиэль повернулся ко мне и небрежно перекинул кинжал по дуге, прокомментировав:
– Запомни на будущее: если на тебя нападает нежить, то использовать нужно специальное оружие или хотя бы без ограничителей, как в этом экземпляре, и уж никак не пытаться отбиваться ногами.
Меня аж передёрнуло. Так он не воскресил эту зверушку, а просто поднял в виде зомби!
– Убери эту гадость от меня подальше, – с отвращением процедила я.
– Тебе не нравятся мертвяки? – наивно удивился Равианикиэль.
– Ни мертвяки, ни их создатели.
– Надо же, а я-то думал, что я первый такой. Где же ты их откопал-то, если некромантия официально запрещена в Империях?
– А тебе, похоже, все запреты побоку.
– Ну не отказываться же от части себя только потому, что какие-то умникусы придумали идиотский закон? – пожал плечами Равианикиэль и вернулся на своё прежнее место.
Меня так и подмывало метнуть ему в спину кинжал, но я прекрасно понимала, что сконцентрированная вокруг тела источника сила послужит прекрасным щитом, а вопросов я потом не оберусь. Тем не менее, известие о том, что Равианикиэль некромант, ещё сильнее уронило его в моих глазах. Хоть я и понимала, что с Караданом он никоим образом не связан, антипатия от этого ничуть не уменьшалась.
– Не используй больше при мне эту гадость.
– Смерть – обратная сторона жизни, а не гадость. Между прочим, некромантия даёт воистину обширное поле для экспериментов.
Я а зубами скрипнула от желания свернуть ему спичку-шею. Для таких, как он, окружающие всего лишь эксперименты! Я поспешно направилась к двери, не обратив внимания на оклик источника. Однако выйти мне не дали. В коридоре обнаружился тот самый сероволосый оборотень, на территории которого мы сейчас находились. На этот раз один.
– Мы завтра идём на дело. Не желаете присоединиться?
– Желаю, – без раздумий ответила я. Мне было всё равно куда, зачем и с кем, лишь бы не куковать вдвоём с этим шизанутым некромантом, с завидным постоянством испытывающим пределы моего терпения.
* * *
Дарион
Нам два дня пришлось по очереди дежурить у постели Люцифэ, пока он полностью не пришёл в себя. Довольно жуткое, надо сказать, зрелище, чем-то похожее на одержимость, когда одногруппник внезапно начинал вести себя и говорить то от имени Дарк, то Ариона.
Причиной столь странного поведения, как рассказал мне Амореонэ, стал 'поцелуй русалки' – своеобразная способность впитывать в себя чужую память. Побочным эффектом, как оказалось, была возможность потерять собственную личность, растворившись в чужих воспоминаниях. Следовательно, Люцифэ знает всё о Дарк и – я невольно покосился на задремавшего в кресле магистра – Арионе.
Как относиться к одногруппнику в свете последних событий и рассказа Амореонэ, я не знал. К магистру Ариону тем более. Как ни удивительно, но наставник не заикался больше о передаче Люцифэ властям и мне сказал забыть об этом. Наблюдая за каменеющим лицом наставника, когда на морфа находили воспоминания о личности стража тёмного факультета, я даже понимал почему. Кому хочется отдавать подобное оружие против себя? В данной ситуации, похоже, даже долг перед Империей малодушно капитулировал.
Меня удивляло только одно: что Арион не воспользовался возможностью, чтобы убить морфа или выудить интересующие его сведения, пока тот не пришёл в себя. Хотя по поводу последнего, я, кажется, понимаю причины – пытаться выудить информацию из головы, где такая каша из минимум трёх жизней, является довольно рискованным предприятием. Несмотря на то, что магистр достаточно силён в ментальном плане, это его не профилирующая способность.
Люцифэ пришёл в себя внезапно. Я почувствовал на себе его долгий взгляд и отвлекся от размышлений. Морф выглядел вполне вменяемым и безгранично спокойным.
– Долго я был… неадекватным? – тихо спросил он.
– Два дня.
– Понятно. И ты за мной присматривал. Почему?
– То есть?
– Ты мне доверился, а я тебя использовал. Почему ты вызвался присматривать за мной?
– Так ведь больше некому, – стараясь говорить небрежно, откликнулся я.
– И Арион не стёр тебе память… это на него не похоже.
Люцифэ попытался встать, но я сел на одеяло поверх его ног.
– Погоди, ты куда собрался?
– Мне нужно помыться и привести себя в порядок, а то выгляжу как потасканная гиел.
– А ты больше ничего не хочешь сделать? – мягко поинтересовался я.
– Дел, конечно, много, но на данный момент…
– Извиниться, например?
– Глупости, – фыркнул морф.
– Или поблагодарить? – продолжил я гнуть свою линию, не обращая внимания на скепсис, явственно отразившийся на лице Люцифэ. – Или рассказать кое о чём?
– Дар, не порти моё мнение о тебе идиотскими сантиментами и пустыми словами, – буркнул Люцифэ, резко сталкивая меня на пол. – Я ничего не забыл и ничем тебе не обязан. Как и ты мне.
Угрём выскользнув из постели, морф натянул валяющуюся на стуле одежду и направился к двери. Мне стало обидно. Как он может вести себя так после того, что я для него сделал? Джер! Я надеялся, что этот самовлюблённый бесчувственный чурбан хоть немного оценит степень риска, на который я пошёл ради него. Я громко скрипнул зубами, но, когда морф обернулся, его ожидала пустая сияющая улыбка.
– А перед магистром Арионом отчитываться мне?
– Он и так всё слышал. Когда нам заступать на следующее дежурство?
– Сегодня в ночь, то есть через четыре боя, – откликнулся магистр, после чего потянулся в кресле и, наконец, открыл глаза. – Через бой я возвращаюсь в Город и надеюсь, что с твоей стороны никаких глупостей больше не будет.
– Взаимно, магистр Арион, – ухмыльнулся Люцифэ. – Можем даже клятвами обменяться при желании.
– Не могу, – откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза Никаэль.
– Джер тебя побери, ты же ангел! Ты обязан её чувствовать в любом состоянии!
– Ты, между прочим, тоже, – огрызнулся Никаэль. – Её кто-то прикрывает. Такое чувство, что в стену головой долблюсь. Судя по тому, что ты снизошёл до подобия просьбы ко мне, у тебя такая же ситуация.
В ответ Рикасард только выругался и связался с Риокой.
– Какие новости?
– Никаких, за исключением того, что Риверэ предположил возможность вмешательства Паука.
– А сам Паук?
– Утверждает, что жутко занят, и посылает подальше.
– То есть помогать он нам не хочет?
– Сказал самим разбираться. Цитирую: "Не маленькие уже".
– Значит, он причастен. В общем, так. Я свяжусь с Риверэ и призову андрогиников. Будем прочёсывать Ночной и Сумеречный Город квадратами.
– И как ты себе это представляешь? Ладно, я могу и память считать и невольных помощников использовать, но вы-то?..
– Придётся поработать грязно. Если с Дарком осталась Виола, – а я практически в этом уверен, – то они решили затеряться где-то в бедных районах. Быть не может, чтобы окрестные банды не обратили на эту парочку внимания. Заодно и встряхнём это болото.
– Понял. Через полбоя буду.
– Рикасард, ты же не собираешься?.. – нахмурился молчавший до этого Никаэль.
– Вот как-раз-таки это я и собираюсь сделать. Или у тебя есть предложения получше? Нет? Вот и не лезь.
– Всегда можно уладить дело миром!
– Да ну? Например, пойти к стражам Города и чистосердечно признаться, что от нас сбежал мелкий феникс из Академии, долженствующий проходить практику в команде? Представляю себе их реакцию. И так уже шляются всякие с вопросами. Или в качестве альтернативы можешь пойти к Пауку и подаставать его. Только сомневаюсь я, что он тебя даже на порог пустит, – фыркнул Рикасард.
– Сам знаешь, что Паук меня не любит.
– С чего бы это, не подскажешь?
Никаэль нахмурился и отвернулся. Причину давней уже нелюбви к нему Паука он и сам объяснить не мог.
– Как придумаешь что толковое, свяжешься со мной, – бросил Рикасард и направился к выходу. И только когда хлопнула входная дверь, Призрак сообразил, что браслета или кольца для связи у него нет. И этот джеров демон просто не мог об этом не знать.
Глава 47
Арион
Указанный адрес привёл к чуть погнутой грязной двери на третьем этаже, казалось, полностью опустевшего дома. В пределах видимости не было ни кнопки вызова, ни другого какого средства связи.
Арион пнул на удивление глухо отозвавшуюся дверь ногой, подождал реакции, потом повторил процедуру привлечения внимания, но с большей силой. Ноль реакции. Хотя он был абсолютно уверен, что внутри квартиры находится по крайней мере одно живое существо.
Феникс от души заехал кулаком в упрямую перегородку. Ответной реакции не было. Нахмурившись, Арион приложил к двери раскрытую ладонь. По-идее, после последнего его удара упрямая преграда должна была если не проломиться, то прогнуться точно, но она никак не отреагировала. Несмотря на вливаемую силу, замок тоже не поддался.
– Проваливай отсюда, пока по шее не получил, – угрюмым тихим голосом предупредили сзади. Обернувшись, магистр увидел в трёх шагах от себя мрачного черноволосого типа, с явной неприязнью рассматривающего его. Его называют Чёрный Рыцарь, как услужливо подсказала память. Новенький в "Пси". Хорош в ближнем и дистантном бою, нефизические силы, судя по отчёту, слаборазвиты. Однако глядя на чернушную ауру, окутывающую фигуру, закрадываются сильные сомнения в компетентности подобной характеристики. И уже то, что Арион не отследил приближение этого Рыцаря, говорит ой как о многом.
– И не тяни загребущие ручки к чужому замку, если не хочешь их лишиться, – пригрозил Рыцарь.
– Я куратор Дарка и хотел бы убедиться в хороших условиях содержания ребёнка.
– Что-то не смахиваешь ты на куратора, уже хотя бы потому, что те не пытаются проникнуть без спроса в чужую квартиру. К тому же, один куратор уже приходил пару ночей назад.
– Да, и ему не удалось повидаться с ребёнком.
– И тебе не удастся. Нет его пока.
– А когда будет?
Чёрный Рыцарь пожал плечами и оттёр Ариона в сторону. Едва уловимый пас рукой, толчок силы – и дверь призывно открывается, являя за собой вполне презентабельного вида коридор.
– Это вам у Рикса нужно уточнять, – снизошёл до ответа Рыцарь и попытался захлопнуть дверь перед лицом Ариона, с неудовольствием посмотрел на мешающую процессу ногу и ворчливо поинтересовался:
– Чего тебе ещё?
– Я хочу видеть мальчика и убедиться, что с ним хорошо обходятся.
– Убеждайся. Рикс будет завтра. В лучшем случае.
– Насколько я знаю, у кольца на данный момент нет активных контрактов, поэтому я хотел бы поговорить с командиром немедля.
– Он на задании по личной инициативе и запретил с ним связываться помимо вопросов, касающихся этого дела.
– Думаю, мой вопрос окажется не менее важным.
– Боюсь, он не входит в список выданных мне инструкций, – чуть насмешливо просветил прилипчивого проверяющего Чёрный Рыцарь. – Если ты так уж мечтаешь дождаться возвращения Рикса – пожалуйста, но на лестнице.
– Вы так со всеми гостями обходитесь? – возмутился подобному обхождению Арион. Давненько он с подобным хамством не сталкивался, но, главное, нельзя проявлять ответной агрессии.
– Естественно! Тут разные шляются.
– Я могу показать личную карточку.
– А я в ответ хоть десяток! – огрызнулся Рыцарь.
– Личную карточку стража невозможно подделать! – возмутился, в свою очередь, феникс.
– Зато её можно украсть, – не уступал упрямец.
– Но идентификационная составляющая никуда не денется. И я не сдвинусь с этого места, пока не увижу Дарка, так и знай.
– Да, пожалуйста. Хоть корни пускай! – фыркнул Рыцарь, внезапно пнув носком сапога ногу Ариона и успев захлопнуть перед носом последнего дверь. Щёлкнул замок, окончательно отсекая неразговорчивого члена кольца от нежелательного посетителя.
Уйдя в глубину квартиры, Риверэ послал экстренный вызов Риоке.
– Похоже, у нас проблемы, – выдохнул он, когда Барон наконец-то отозвался. – Крупные. И называются они кураторами Дарка.
– Я займусь этим, как закончу, – устало вздохнул Риока и отключился.
* * *
Виола
– Виола, ты не в курсе, отчего Дарк не любит некромантов? – поинтересовался Равианикиэль, глядя на криво заколоченное окно.
– Без понятия.
– Ну так узнай! – чуть нетерпеливым тоном приказал источник. Виоле очень хотелось послать его по далёкому адресу, но она прекрасно отдавала себе отчёт, что достигнет конечной цели именно она. Покладистым характером Равианикиэль никогда не отличался, а уж фантазия и мстительность источника прямо зашкаливают. Виола передёрнула плечами от неприятных воспоминаний и нехотя ответила:
– Как скажешь.
Вот уже треть луны как они застряли в этой зловонной дыре. А кажется, что прошло раз в пять дольше. Девушке здесь не нравилось совершенно: её поочерёдно одергивали то Дарк, то Равианикиэль, упорно лишая возможности развернуться в полную силу. А ведь она так хотела нормальной жизни: восхищения окружающих, красивых вещей, приятных условий, лести и зависти. И в результате где она оказалась? А этой парочке будто всё равно, что они грязью заросли по уши и окружают их такие же вонючие и тупые существа. Дарк окончательно вышел из-под её контроля и с каждой новой ночью всё туже затягивает удавку власти над ней. Нервный, холодный и чужой – совсем не такой, каким она представляла феникса вначале.
Дверь с грохотом распахнулась, ударилась о стену и, натурально вздрогнув, устремилась обратно, повстречалась с носком ботинка, отпрыгнула и испуганно замерла, чуть подрагивая.
– Через три боя идём на дело. Все вместе.
Виола посмотрела в холодные звёздные глаза Дарка и поспешно отвела взгляд. Что должно произойти, чтобы живое энергичное существо превратилось в ожившую ледышку?
– А я не хочу, – явственно нарываясь на конфликт, протянул Равианикиэль.
– Не хоти дальше. Виола, будь через три боя у Круга Псов.
– Хорошо, – вздохнула та.
– А больше ты ничего не хочешь сказать? – обернулся Равианикиэль к Дарк.
– Нет.
Косяк возле головы девчонки щёлкнул щербатой улыбкой, а стена рядом с ней зазмеилась трещинами. Дарк только покосилась в ту сторону, фыркнула и повернулась, чтобы уйти. Виола чуть за голову не схватилась, прекрасно представляя дальнейшую реакцию Равианикиэля. Тот больше всего терпеть не мог, когда его недооценивали или игнорировали. Источник же настолько ускорил движения своего тела, что со стороны казалось, будто он просто переместился на пространство перед Дарк, схватил за порядком потрёпанный воротник и дёрнул на себя.
– И ты тоже никуда не пойдёшь.
– Не смей мне указывать! – подобралась девчонка, не пытаясь пока вырваться. Она ждала подходящего момента для атаки, сжавшись, как пружина. Но Виола-то знала, что подходящего момента просто не наступит. Она на собственной шкуре познакомилась с возможностями Равианикиэля и запомнила преподанный урок на всю оставшуюся жизнь.
Однако Равианикиэль её удивил: отпустив ворот рубашки и отупив на шаг назад, он на удивление спокойно спросил:
– И какой демон тебя укусил? Ты ведёшь себя кошмарно и совершенно непохоже на себя.
– Я веду себя соответственно обстановке.
– Но ты сам её выбрал. Чем ты теперь недоволен?
– Я им не нужен, – глухо ответила Дарк, разом сгорбившись и став беззащитнее.
– Дурак, – констатировал Равианикиэль. – Если ты хотел, чтобы тебя нашли, то зачем было так хорошо прятаться?
– Какая теперь разница?
– Никакой, – согласился источник. – Можешь вернуться с повинной, если тебя это так волнует.
– Ещё чего! Вернусь сразу в Академию. Благо, до начала занятий осталась где-то луна.
Целую луну здесь?! Виолу замутило и появилось непреодолимое желание заявиться к Лорду и на коленях умолять его забрать Дарк обратно. И её соответственно.
* * *
Дарион
До конца практики оставалось меньше луны, и я с нетерпением ожидал возвращения в Город. Люцифэ больше не заговаривал о произошедшем, а если я сам начинал, смотрел с недоумением и отмалчивался. Создавалось впечатление, будто морф вычеркнул происшествие с магистром Арионом из своей памяти.
Сам страж тёмного факультета ещё раз наведался к нам и передал морфу целый ворох браслетов-накопителей, чтобы Люцифэ не приходилось больше употреблять наркотики. К моему изумлению, тёмный с лёгкостью отказался от губительной отравы, ни разу ею не воспользовавшись после выздоровления.
Случай с Люцифэ замяли. Правда, Райан и Дори всерьёз обиделись на меня за то, что не захотел рассказывать детали о произошедшем. Просто обмолвился, что помогал Ариону восстанавливать Люцифэ после употребления наркотиков. Но им и вправду не стоит в это лезть. Причину я прекрасно понимал и без воспитательной беседы Ариона, тем не менее, магистр не преминул её провести. На всякий случай, как он выразился.
Вроде бы всё вошло в привычную колею, и со стороны казалось, что Люцифэ ведёт себя абсолютно так же, как и раньше, но я замечал произошедшие в морфе перемены. Не изменись он, зачем бы ему тащиться со мной на вечеринку, где отмечали нашу первую получку? Основная часть средств, естественно, перешла к Академии, но и нам кое-что на этот раз досталось. Такое странное ощущение: я в первый раз держал в руках лично заработанные деньги. Не какие-то копейки, чтобы сходить в дешевую забегаловку поесть, а вполне себе приличный гонорар. Весьма интересное состояние, когда гордость смешивалась с остатками гордыни. Жаль только, что Дарк с нами не было, чтобы разделить эту радость.
На присутствие морфа ребята реагировали довольно агрессивно, но Люцифэ вёл себя так, будто ему абсолютно всё равно, как к нему относятся окружающие. На мой же вопрос, зачем он сюда пришёл, если просто сидит в углу, как элемент декора, морф скользнул по мне взглядом и небрежно бросил:
– Интересно.
Что именно его интересует, Люцифэ так и не пояснил. А мне потом едва удалось успокоить разбушевавшихся ребят, желающих проучить зазнайку. Я-то понимал, что Льдинка сильнее всех нас вместе взятых, но не объяснишь же это остальным: они точно полезут проверять. Из всех нелестных высказываний и возмущённых реплик мне больше всего запомнилась фраза Райана:
– А чего он постоянно смотрит, будто специально нарывается?
М-да, этой способности у Люцифэ не отнимешь: когда к нему обращаешься – смотрит в сторону, а когда стараешься не замечать – в упор.
Отвлёкшись от своих размышлений, я потянулся и окинул взглядом пустынную улицу. Скоро уже рассвет, и мы станем на один день ближе к окончанию практики. Осталось всего двенадцать дней и пять дежурств – и мы вернёмся в Город. Встряхнувшись, я зашагал быстрее. Впереди был участок, который меня чем-то настораживал, но я по нему уже четыре раза проходил, и ничего не происходило. Тем не менее, предчувствие ни на миг не замолкало.
Вот и теперь я невольно подобрался. И именно повышенная реакция и готовность к неожиданностям спасли меня от тонкой стрелы в шею. Но неизвестные, вместо того, чтобы сбежать после неудачно попытки, начали брать меня в кольцо. Восемь на меня одного. Откуда их так много взялось во вроде бы пустынном квартале? И что им от меня понадобилось?
Амореонэ мгновенно скользнул в ладонь, и следующие четыре стрелы я удачно отбил. Прыгнув с перекатом, я почти вырвался из круга, полоснув по ногам одного из нападавших, когда получил дротик в плечо. Вскочив на ноги и перекинув меч в другую руку, я метнул его в ближайшего противника. Тот не ожидал ничего подобного и стал заваливаться, нанизанный, как бабочка на иглу. А я уже бежал к следующему, мысленно призвав Амореонэ обратно. Ещё один нападавший оказался неприятно удивлён, когда невесть откуда взявшийся клинок перерубил ему руку и вошёл в бок.
"Вправо!" – рыкнул Амореонэ.
Я рванул туда, всем существом прочувствовав промелькнувшую на волосок от виска иглу, однако вторая тут же вошла в колено, вызвав вспышку боли. Результатом стала неловко подвернувшаяся нога, которая перевела мечты о выживании в этой схватке на недостижимый уровень. Тем не менее, уже заваливаясь на утрамбованный до каменного состояния песок, я вновь метнул меч, свой прощальный подарок ещё одному противнику.
Обидно было погибнуть в первой же более-менее серьёзной потасовке. Я инстинктивно начал поднимать руку для защиты от летящего прямо в лицо дротика, осознавая, что физически не успеваю, когда оставшиеся в живых нападающие неловко дёрнулись.
Дротик тихо дзинькнул и отскочил от невидимой преграды, возникшей перед моим носом, а фигуры в маскировочных плащах бесхребетными снимами осели на песок. Тут же надо мной склонился Люцифэ. Быстро выдернув дротик и иглу, он слегка лизнул металл и, нахмурившись, с силой сжал мне плечо, а затем и колено.
– Не двигайся, – предупредил меня морф и направился к неподвижно лежащим нападавшим.
– Подожди меня! – крикнул я, пытаясь встать, но не смог. Повреждённое колено не двигалось. Возникло такое чувство, будто оно отсутствовало в принципе. Нога сверху и снизу ощущалась, как обычно, а посередине будто изъяли кусок. С плечом творилась та же ситуация.
– Я сказал не двигаться! – рыкнул Люцифэ, склоняясь над одной из фигур. Послышался придушенный хрип. – Кто заказал? – хрип перерос в крик и тут же замолк. Будто отрезало.
Я вздрогнул и невольно сглотнул, когда до меня дошёл откат боли. Что же этот морф вытворяет, если даже я почувствовал?
Всё закончилось буквально через полстигны. Небрежно отбросив последний труп, ещё пару мигов назад бывший живым существом, Люцифэ направился ко мне, подхватил на руки и шагнул в открывшийся прямо перед нами портал. В последний миг перед переносом я успел призвать Амореонэ, уже принявшего форму браслета, и заметить, что улица опустела – трупы и все видимые следы нападения исчезли.
Мы оказались в нашей комнате, где морф небрежно скинул меня на кровать, а сам закопался в один из ящиков.
– Вызови лекаря и вся нелёгкая, – недовольно проворчал я, только теперь до конца осознав, что дружок Дарк в очередной раз спас мне жизнь.
– На этой планете данная разновидность яда неизвестна. Она вообще мне незнакома. – Выудив пяток бутылок, Люцифэ составил их на столе, потом посмотрел каждую на свет, достал из своего браслета ещё какие-то реагенты и странный прибор, напоминающий мини-горшочек с трубочками и длинными, странно переплетающимися ножками. Дальнейшие его движения я не видел, так как морф заслонил всё, став ко мне спиной. Через стигны три он повернулся ко мне с пиалой.
