Текст книги "Черная невеста (СИ)"
Автор книги: Екатерина Анифер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 38 страниц)
Тёмная разогнулась и перевернулась на другой бок, потом вновь свернулась калачиком. Похоже, ей холодно. Но почему она не накрылась даже? Внезапно Дарк застонала, потом тихо пробормотала:
– Прости, я не то хотела сказать. Просто так надо.
Я замер. Значит… она… Глупая счастливая улыбка мимо воли появилась на губах. Значит, не всё потеряно.
Движение, замеченное краем глаза, заставило меня резко обернуться и оцепенеть на долю мига. Недовольное тем, что его заметили, неведомое существо открыло свой огромный рот, но прежде чем на меня обрушилась звуковая волна, я метнулся вправо.
Что это за тварь такая? Баньши? Не похоже. Но лишь у них столь разрушительный голос. Существо бросилось ко мне, выбросив из-за спины с десяток жгутов. А у меня нет даже никакого оружия с собой! Нужно увести эту тварь подальше.
Я метнулся вправо, но буквально через шаг был сбит одним из щупалец. Почудилось, что тот раскалён до неимоверной температуры, настолько обжигающим оказалось его прикосновение. Встать я не успел. Тело мгновенно обвили остальные щупальца, принося неимоверную боль. Я попробовал запустить в них когти, и буквально пару мигов спустя услышал скорее удивлённый, чем испуганный вскрик тёмной. Вот демоны! А я даже помочь ей не в состоянии. Если бы у меня только был меч! Но его нет, а все остальные усилия ни к чему не приводят. Ну же, я должен хоть что-то сделать! Ведь там Дарк. Я должен её защитить. Один за другим оплетающие меня щупальца исчезали, давая надежду на…
Внезапная боль в правой стороне груди прогнала все мысли. За ней последовал ещё один удар на уровне живота. Будто меч всадили.
Меч. В полубреду я видел его, как настоящий. Чёрный, хищно поблескивающий, с мягко изгибающейся гардой в виде головы змеи с рубиново-красными глазами, защищающей запястье и рукоятью в виде её тела. Да, мне нужен этот меч, чтобы избавиться от дикой боли, раздирающей тело, от этой твари, угрожающей Дарку.
Тяжёлое и такое материальное прикосновение холодного металла к ладони заставило руку инстинктивно сжаться, охватывая рифлёную рукоять. Закрытые было глаза широко распахнулись от изумления. Неловкий замах плохо слушающейся рукой – и клинок врубается в щупальце, без труда разделяя его на две части. Пульсирующая боль в животе ослабевает. Тем не менее, мое состояние ничуть не улучшается: перед глазами всё плывёт и покачивается, звуков окружающего мира вообще нет.
Движение справа я скорее почувствовал, чем увидел. Меч вновь столкнулся с преградой и без труда прошёл сквозь неё. Резкая вспышка боли в груди, будто оттуда бесцеремонно достали кол, вырвала крик из надсаженного горла. Зато теперь стало немного легче дышать и двигаться. Если бы ещё в груди так не клокотало, на языке не перекатывалась кровь, а в голове не мутилось от боли!
Оглядевшись, я увидел своего противника и, вскочив на ноги, из последних сил бросился на него. Я почти. Успел.
Глава 24
Дарк
– Дарк, ты не сильно пострадал? – обеспокоенный голос Люцифэ пробился сквозь тиски боли, чуть ослабляя их. Вовремя он. Ещё бы пару минут – и спасать было бы уже некого. В запястье что-то укололо, и боль начала постепенно отступать. По телу пробежали чуткие пальцы, и Часовщик вновь заговорил: – Выглядишь кошмарно, но ничего непоправимого нет. Даже шрамов не останется. Я к Дару, а ты полежи пока.
– Я с тобой, – с трудом разлепив веки, сфокусировала я взгляд на склонившимся надо мной лицом.
– Не уверен, что тебе стоит на это смотреть.
– Тем более. Ведь он меня защищал!
Я встала. Тело послушно двигалось, но я его абсолютно не ощущала. Такое странное состояние, будто я сама по себе, а оно отдельно, но в то же время мы составляем единое целое.
В нескольких шагах от нас стоял наставник Гроссер. Абсолютно такой, каким я его запомнила перед отъездом на полигоны. Странным было лишь то, что сарс неотрывно смотрел на меня, даже не попытавшись подойти к пострадавшему Дару.
Люцифэ приблизился к ещё чуть сияющему телу и бесцеремонно пнул его ногой, однако существо, обнаружившееся под тенью, не было Даром.
– Это кто? – ошарашено выдохнула я, свято уверенная до этого, что именно Дар сражался тогда с напавшим на меня монстром. Конечно, рассмотреть я его тогда толком не успела, но одежда и светлые волосы по плечи однозначно были его. А, оказалось, принадлежали другому. Тело, покрытое многочисленными странными ожогами, было едва прикрыто одеждой, превратившейся в древние лохмотья. Они, казалось, расползутся в труху от одного прикосновения. Но самым странным было не это. Хотя как академическая форма могла так быстро превратиться в ЭТО тоже весьма занимательный вопрос. По лежащему на земле неподвижному телу змеился, слегка отблёскивая в свете Брио, лёгкий узор из мелкой чешуи. «Светляк» подплыл к лицу парня, помогая разглядеть детали. Я ахнула, а Люцифэ выругался на непонятном языке.
– Что же эта тварь с ним сделала? Дарк, не приближайся. Вдруг это заразно?
Часовщик сам подошёл к лежащему телу и, поддев носком сапога чёрный клинок, попытался отбросить его в сторону. Но парень даже в беспамятстве не выпускал оружия из руки. Люцифэ вновь выругался.
– Часовщик, мы можем?.. – начала было я, но Люцифэ меня перебил:
– Мальчишка призвал проклятый клинок. Мы должны избавиться от этой гадости, пока она не выпила твоего друга.
Присев на корточки, Люцифэ попытался аккуратно разжать пальцы лежащего в беспамятстве феникса, но тут же отскочил. Я сглотнула, борясь с нахлынувшим отвращением.
– Но… он же движется!!
– Вот джер, чтоб тебя!
– Что это? – спросила я, глядя, как чёрное нечто несколько раз обвилось вокруг запястья Дара и замерло неподвижно, по виду вновь став куском металла.
– Меч. Мы теперь от него даже избавиться не можем. Не отрубать же парню руку? Он и так на ладан дышит. Остается надеяться, что свою долю энергии этот меч уже отхватил и на большее претендовать пока не будет. Но лучше не подходи к нему, – ещё раз предупредил Люцифэ и сам отошёл к Гроссеру. Я же неотрывно смотрела на то, во что превратился Дар, не в силах поверить, что это и вправду он. Как эта тень смогла превратить его в…
– Как это не можете? – вздрогнула я от крика Люцифэ.
– Мои з-селья з-сдес-сь бессильны. Боюс-сь, что даж-ше Дэриван, окаж-шись он на моём мес-сте, не с-смог бы ничего с-сделать. Что ты от меня хочеш-шь? Я не лекарь!
– Его ещё можно попытаться спасти.
– А з-сачем? – холодно удивился сарс. – Чтобы он ос-статок жиз-сни с-страдал от с-собс-ственной ущербнос-сти?
– Как вижу, вам его совершенно не жалко. Но как же профессиональная этика? Вы должны помогать по мере сил и возможностей, неважно, обречён парень или нет.
– Мне нечего ему предлож-шить в данной с-ситуации. Я никогда не с-сталкивалс-ся ни с-с чем подобным. Вдруг от моей помощ-ши ему с-станет только хуж-ше? А с-с другими нас-ставниками я не могу с-связ-саться по причине отс-сутс-ствия брас-слета с-связ-си.
– У всех наставников есть браслет или кольцо связи, – процедил Люцифэ, явно доходя до кондиции кипящего чайника.
– У меня аллергия на аллаген.
Резко развернувшись, Люцифэ приблизился ко мне и склонился над лежащим без сознания Даром. Через минуты две Часовщик вынырнул из состояния, схожего с неглубокой медитацией и начал делать какие-то манипуляции, быстро водя руками над телом моего бывшего одногруппника, потом тихо попросил:
– Помоги мне его перевернуть. Только аккуратно. И держись подальше от этого джерова меча.
На ощупь тело Дара оказалось холодным и твёрдым. Светлый даже не дышал, вроде.
– Он ещё жив?
– Да, но боюсь, ненадолго, если ему не помогут. Всё, какое-то время я выиграл, но нужно связаться с наставниками.
– Что с ним такое? Проблема ведь не в ожогах и не этих страшных ранах.
Раны и вправду были страшными, будто в грудь и живот воткнули по толстому колу, а потом небрежно выдернули и запекли края.
– Конечно, нет. У него почти полностью уничтожена аура.
– Дэриван может её восстановить, он прекрасный… – воодушевлённо начала я, но осеклась, увидев выражение лица Люцифэ. – Он не сможет?
– У Дэривана не тот уровень. Нужно возвращаться в Город. Насколько я знаю, только в храме Иоралы есть те, которые могут хоть что-либо сделать. Но давай поговорим об этом потом. Я займусь пока организационными вопросами, а ты приберись здесь и разведи костёр. – Люцифэ обернулся к Гроссеру и холодно проинформировал: – Раз вы не в состоянии ничем помочь, то советую вернуться в лагерь. Мало ли что ещё может произойти. В отсутствии Дэривана на вас с Канореном возложены солидные обязательства.
– Я бы хотел с-серьёз-сно поговорить с-с Дарком и ос-смотреть его…
– Он в вашей помощи не нуждается, – отрезал Люцифэ.
– Не с-скаж-ши, – сузив глаза прошипел, начавший терять терпение сарс. – У меня ес-сть эликс-сир, с-спос-собс-ствующий ус-скорению регенерации тканей. Даж-ше ес-сли у меня не было воз-смож-шнос-сти помочь Дару, то это с-соверш-шенно не з-сначит, что я не хотел этого с-сделать.
– Что вы! Ни о чём подобном я не думал, – фыркнул Часовщик. – Просто Дарк не нуждается в вашей помощи, а я в вашем присутствии.
– Пос-слушай, Люцифэ…
– Мне нужно ещё многое сделать, так что не отвлекайте меня. И советую поскорее вернуться к своим прямым обязанностям.
Гроссер растерянно посмотрел на меня, но я только отвела взгляд. Если Люцифэ говорит и поступает подобным образом, то, наверняка, есть причина подобного поведения. Не мог он ни за что взъесться на сарса. Хотя отношение последнего в произошедшей ситуации меня слегка покоробило. Мог бы принять более активное участие, а не стоять просто сбоку.
Люцифэ ушёл в лес, а я принялась собирать разбросанные ветки и вещи, намеренно игнорируя наставника. Правда, получалось это ровно до того момента, пока Гроссер не заступил мне дорогу, и мне не пришлось резко останавливаться, чтобы не натолкнуться на него.
– Дарк, ты уверен, что тебе не нуж-шна помощь? У тебя с-серьёз-сные ож-шоги по вс-сему телу. И эта рана в плечо.
– Я их не чувствую, так что пока могу вполне обойтись без посторонней помощи, – отозвалась я, одновременно пытаясь обойти сарса. Вторым неприятным открытием за ночь оказалась неспособность кольца защитить меня от щупалец тени. А я ведь настолько уверилась в собственной безопасности, что совсем перестала уделять ей внимание. Сегодняшнее событие отрезвило меня, доказав, что нельзя полностью доверять жизнь защитному кольцу. Оно, как и любая другая вещь, неидеально. Если бы я не расслабилась и не отдалась обуревавшим меня чувствам, то быстрее бы разобралась в обстановке, смогла бы реально противостоять тени, пока не стало поздно и, быть может, спасти Дара.
– Вообще? Полная потеря чувс-ствительнос-сти? – заинтересовался сарс. Я только поморщилась от его несвоевременного энтузиазма. Не хватало ещё на разные вопросы отвечать. Кстати, нужно будет узнать, что это вколол мне Часовщик, раз сарс этим так интересуется. Пришлось приврать:
– Почти. Однако я считаю, что Люцифэ прав, и вам не стоит надолго покидать лагерь, Меня вы вполне можете осмотреть завтра, если возникнет такая необходимость.
– Дарк, по-моему, ты поступаеш-шь глупо, без-соговорочно доверяяс-сь этому парню.
– У меня нет причин относиться к нему плохо. Он мне жизнь спас, и быть может, даже не один раз.
Ещё немного потоптавшись и видя, что я намеренно его игнорирую, сарс ушёл. Он меня уже начал нервировать своей настойчивостью. Стоило наставнику скрыться за деревьями, как я раздраженно бросила собранные ветки и поспешила на поиски Люцифэ. Часовщик во время нашего разговора вёл себя так, будто знал, что случилось с Даром, и как ему помочь, однако присутствие наставника заставляло его умалчивать об этом.
Голос Люцифэ я услышала много раньше, чем дошла до Часовщика. Это был первый раз на моей памяти, когда уравновешенный и всегда неизменно спокойный, аки змея, Люцифэ на кого-либо орал.
– Как это не можете? Вы понимаете, что своей медлительностью вы губите ученика?!? У него ещё есть шанс на спасение, а вы не хотите ему его дать!
Я, наконец, увидела самого Люцифэ. Он стоял в тени, поэтому я не смогла рассмотреть выражение лица не-феникса. Зато уменьшенная светящаяся голограмма стража Академии была прекрасно заметна даже издалека.
– Пойми же, по технике безопасности мы не можем пользоваться стационарными порталами, пока не будут ликвидированы все прорывы. Сейчас порождения Бездны находятся только на этой планете, а на территориях Империй их можно безуспешно искать сианами! – объяснял страж свою позицию.
– Не думаю, что эти создания устремятся в Город. К тому же есть вероятность повторного нападения на учеников.
– Послушай, Люцифэ. Я прекрасно всё понимаю, но правила есть правила. Их придумали не на пустом месте и не от чьей-то блажи. Мы не можем жертвовать жизнями многих ради одной. Два дня. Ориентировочно столько времени нам нужно, чтобы устранить прорывы, но ничего более обнадёживающего я тебе сказать пока не могу. Обратись пока к Гроссеру.
– Он не захотел возиться с мальчишкой, хотя это было в его компетенции. Пришлите хоть лекаря!
– Хорошо, но он будет не раньше вечера, так как мы находимся слишком далеко. А с Гроссером я лично переговорю, и он сделает всё, что в его силах.
– Не надо. Обойдёмся и так, ведь сарс прекрасно высказал свою позицию, – отозвался Люцифэ и, не слушая, что ещё хотел сказать Варан, первым прервал связь. Быстро приблизившись, Часовщик порывисто обнял меня. Я замерла. Что это на него нашло? Что касается прикосновений, Люцифэ всегда был странным, стараясь минимизировать тактильный контакт с другими, даже со мной. А тут сам обнял. Что происходит?
– Мы его вытянем. Обязательно, – склонившись к моему уху, прошептал Часовщик. Именно эта фраза заставила меня осознать всю серьёзность происходящего.
– Так значит, с Даром всё настолько страшно? – севшим голосом спросила я.
– Его вытащат. В Городе есть храм, про который целые легенды ходят. Там…
– Но что произошло? Ожоги светлого не кажутся мне такой уж серьёзной опасностью, да и Дэриван с Карелом легко смогут справиться с теми страшными ранами на груди и животе.
– Дело не в этом. У парня практически полностью уничтожена аура и разрушены энергетические каналы.
– Но ведь потерянную энергию можно восстановить. Я, например… – Я уже хотела было предложить свои услуги, но Люцифэ перебил меня:
– Но не в том случае, когда полностью разбита структура. Как ты собираешься наполнять водой порванные шланги? Каналы нужно для начала восстановить, а уже потом приступать к их подпитке. В этом-то вся проблема и заключается: Дар может просто не продержаться до момента восстановления энергетических каналов и просто тихо умрёт прямо посреди процесса.
У меня перехватило дыхание, когда до меня полностью дошёл смысл сказанного.
Дар может умереть даже в том случае, если ему начнут помогать. Светлый может умереть только потому, что бросился на мою защиту. Он может умереть, так и не узнав, что я по-настоящему о нём думаю. Не простив меня.
Я с силой сжала предплечья Люцифэ и пробормотала:
– Он должен выжить.
– Да, я знаю.
– Нет, ты не понял. Я обозвала его мямлей и никчёмнейшим созданием, а он всё равно бросился меня защищать. Люцифэ, прости, я нечаянно! Я правда не хотела, чтобы это произошло! Его вылечат, и он сможет избавиться от своей зависимости, ведь так?
– Я не совсем понял, о чём ты говоришь. Успокойся и расскажи всё по порядку, – мягко попросил Часовщик. Я без сил опустилась на траву и заговорила. Мне нужно было выговориться. Нужно, чтобы кто-то поддержал меня, подтвердил мою правоту, чтобы этот груз вины хоть как-то уменьшился.
– Помнишь тот случай, когда я нечаянно повлияла на тебя? Ты ещё сказал больше так не делать и ещё объяснял, насколько моя сила может быть опасной для окружающих, особенно для более слабых духом. Помнишь, мы ещё сравнивали меня с живым идолом, которому поклоняются толпы народа, готовые на всё, лишь бы сделать мне приятное, а в ответ получить очередную порцию "допинга"? Так вот, я подчинила Дара. Люцифэ, я не хотела! Честно. Это случилось ещё в Академии. И когда я осознала это…
– Т-ш-ш-ш! Ты уверена, что поняла всё правильно?
– Да. Он сам мне сказал, что жить без меня не может.
– Это ещё не показатель, – хмыкнув, попытался успокоить меня Люцифэ. – Но может оказаться тревожным сигналом.
– Не показатель?!? Я наговорила ему кучу гадостей, а он всё равно вернулся меня защищать. И ты это называешь не показателем?
– Дарк, парень вменяем. Ты просто ещё не видела тех, кого подчинили. Они вообще неадекватны и просто не стали бы так долго ждать встречи с тобой. Однако когда мальчик восстановится, его придётся держать подальше от тебя какое-то время. Хотя бы до тех пор, пока каналы не окрепнут. Так что не думай пока об этом. Ты всё сделала правильно. И Дар тоже поступил верно. А нам теперь нужно приложить все силы, чтобы спасти его. Пошли.
– Куда?
– Мне нужна твоя помощь. Если придётся ждать как минимум два дня, то нужно упаковать парня более герметично. Я не рассчитывал на подобный срок, а это создаст определённые проблемы.
Люцифэ помог мне встать и не спешил отпускать мою руку, даже когда его помощь уже не была нужна.
– Какие проблемы? – Я всеми силами старалась слушать Часовщика, но мысли вновь и вновь возвращались к тем мгновениям, когда я сознательно унижала Дара, искренне надеясь, что тем самым спасаю его. А ведь не уйди он, я бы, наверно, не заснула, и вдвоём мы бы смогли более эффективно противостоять тени. Следовательно…
– Если я не упакую его герметично, то он не протянет столько времени. Но если я это сделаю, то точная диагностика состояния парня станет невозможной. Получится всё равно, что пытаться определить характер внутренних повреждений существа, запечатанного в прозрачном ящике. Его, вроде, и видно, но не достать. Снимать же стазис придётся быстро, и действовать после этого крайне оперативно. От этого риск потерять парня ещё больше увеличивается.
– Но шанс ведь есть?
– Он всегда есть.
Дар всё так же неподвижно лежал на спине. Тонкая серебристая чешуя, казалась, переливалась и жила своей собственной жизнью. Я на какой-то момент поверила, что это вздымается и опадает развороченная грудная клетка. Но нет, это просто игра Брио и ночных теней.
– Как ты думаешь, зачем тени нужно было делать его таким? – тихо спросила я, с жалостью разглядывая то, во что превратился Дарион.
– Честно говоря, не знаю и не понимаю. Я был уверен, что тени, даже модифицированные, не могут изменять генетическую структуру других существ. Да и зачем бы им это делать? Тени работают в основном на астральном плане, нанося удары и получая подпитку именно от этого типа энергии. В результате у нас получается крупная несостыковка. В том виде, котором он находится сейчас, феникс намного сильнее и защищённее. Я просто не вижу резона усиливать собственного противника.
– А меч?
– Меч является ещё одной загадкой. Я читал, что проклятые мечи можно призвать в критической ситуации. Подобные случаи известны в истории, правда, не скажу, что широко распространены. Но вот чтобы они приходили ради одного противника – я такого ещё не встречал. Переход забирает бездну энергии и им нужна колоссальная мощь, чтобы вновь напитаться, поэтому эти мечи и прозвали проклятыми, что с их появлением текут реки крови.
– Может, он ещё на что-то надеется?
– Не уверен, что данная кучка металла обладает подобным уровнем интеллекта, в том числе и эмоционального. Стань над головой парня и вытяни руки вперёд с растопыренными пальцами ладонями вниз. А теперь постарайся отрешиться от всего и ни о чём не думать. Представь, что из твоих ладоней и пальцев струится энергия, которая пеленает Дара в плотный кокон.
– Вместе с мечом? – на всякий случай уточнила я.
– Ничего не поделаешь. Снять эту гадость пока не получится, так что придётся упаковывать и его.
Я сконцентрировалась на данном мне задании и в какой-то миг чётко увидела потоки силы, идущие от моих рук к Дару. Правда, до кокона там было далеко, но Люцифэ не жаловался.
– Всё, – выдохнул Часовщик, устало распрямляясь. – В таком состоянии он может пролежать хоть тысячи сианов, и никаких изменений с ним не произойдёт.
Я присела и попыталась дотронуться до влажных волос феникса, но буквально в доле миллиметра от них наткнулась на невидимую преграду. Над лицом светлого оказалась точно такая же.
– Это оно и есть? – глянула я на наблюдавшего за моими манипуляциями Люцифэ.
– Да. Пошли. Нужно заняться твоими повреждениями, пока не закончилось действие блокиратора.
С моими ссадинами, ожогами и повреждённой левой рукой Люцифэ проводился до позднего утра: отпаивал чем-то, обрабатывал повреждённые участки, натирал, заставлял дважды купаться в реке. И всё равно остался недоволен результатом. Я же была настолько вымотанной, что мечтала лишь об одном – добраться до лежака и наконец-то выспаться. Когда Люцифэ закончил свою экзекуцию, я мгновенно провалилась в сон и уже не чувствовала того, как Часовщик через какое-то время пристроился рядом, обнял меня и, притянув к себе поближе, уткнулся лицом мне в шею.
