Текст книги "Черная невеста (СИ)"
Автор книги: Екатерина Анифер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 36 (всего у книги 38 страниц)
– Паук! – заорал, такое чувство, будто у меня в голове Равианикиэль. – Я к тебе гостью привёл.
– Скорее уж притащил, – отозвался опять же в голове знакомый уже голос, следом стены окутались мягким светом. Я ошарашено крутила головой, пытаясь поверить собственным глазам: там везде были мониторы, на которых приглушенные, размытые очертания сменялась очень чёткими и качественными картинками.
А впереди, в шагах ста от нас находилось огромное создание, и вправду напоминающее паука. Равианикиэль подтолкнул меня плечом и первым начал пробираться сквозь завалы. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Я непрерывно крутила головой во все стороны, за что и поплатилась, едва не навернувшись об очередную железяку.
– Поаккуратней, – проворчал мысленно голос Паука.
– А ты здесь прибираться не пытался? – сконцентрировалась я на мысли в ответ и раскрыла разум, как учил Риока. Запустение и слои пыли прямо-таки поражали.
– Мне не мешает, – отозвался обитатель свалки.
– Да что ты говоришь? – не без ехидства изумился Равианикиэль.
– Осторожно! – предупреждающе окрикнул Паук и в тот же момент гладкое узкое щупальце выхватило что-то из-под моей опускающееся ноги. Похоже, парочка друг друга стоит и только и мечтает, чтобы разозлить меня.
Последним ударом по моей нежной психике оказался вид хозяина ангара.
– Что это? – выдохнула я, когда, наконец, рассмотрела постоянно подрагивающую металлическую тушу, опирающуюся на сотни щупалец-отростков.
– Во-первых, не говори вслух, – мысленно зашипел враз оказавшийся рядом Равианикиэль. – А во-вторых, ты не туда смотришь.
И тут я увидела самого Паука и судорожно сглотнула. В переплетении металла и щупалец, на чём-то, напоминающем кресло с подлокотниками и высокой спинкой, сидела хрупкая бледная фигура. Она могла бы быть прекрасной, если бы не тысячи проводов, которые, казалось, вырастали прямо из кожи и разбегались в разные стороны, прячась в металле огромной туши. Паук оказался абсолютно слепым: сеточка шрамов на том месте, где должны были быть глаза, постепенно переходила в тонкие отвратительные металлические отростки на висках. Не зная, что можно на такое сказать, я подавленно молчала. Абсолютно не ожидала, что Паук окажется таким… да ещё и девушкой в придачу.
– Паук и Чёрный Рыцарь одни из первых выживших андрогиников, так что не удивляйся, что у них сильнее, чем у других, проявляется несоответствие, так сказать, формы и содержания. Паук абсолютно не воспринимает себя девушкой, – довольный моей реакцией, пояснил Равианикиэль. Он явно наслаждался моим замешательством.
– Кхм, – отвлёк меня мысленный хрипловатый голос Паука. – Приятно познакомиться воочию, так сказать.
Я в ответ только кивнула. В голове была полная каша. Как вообще Паук здесь живёт и ориентируется? Зачем эти экраны? И почему больше никого нет?
– Я прекрасно живу и отлично всё вижу! – возмутился местный гений. Метнувшись на колоссальной скорости, передо мной зависла пара щупалец, отчего мне едва удалось не отпрянуть, принимая боевую стойку. – Не волнуйся, я просто хочу проанализировать твой уровень и перспективы развития.
Слово "вижу" вызвало у меня вполне понятное недоумение, но я всё же нехотя кивнула. Желания ощущать на себе прикосновение этих гладких отростков не было ни в малейшей степени, но не откажешь же хозяину.
– Заодно посмотри, как получше заблокировать метки, – посоветовал Равианикиэль. – Наше чудо сбежало от…
– Я знаю, – отмахнулся от него Паук, прижимая щупальца к моим вискам. На секунду мир взорвался и побелел, потом меня всерьёз замутило. Если бы не поддержка источника, я бы точно упала.
– Интересная ты личность, Дарк, – проскользнул по моему сознанию "голос" Паука. – И многогранная. Кстати у тебя тут блокиратор странный стоит. Необычный поток сил, а уж от плетения меня аж оторопь берёт. Сразу видно, не наших молодчиков почерк. Не мешает?
– Кто?
– Блокиратор на эмоциональном уровне, но вплетён так качественно и органично, что непосвящённые запросто примут за врождённую способность.
– А-а, – дошло до меня. – Понял. Нет, не надо.
– Ты знаешь того, кто это сделал? – удивился Паук.
– Да, одна моя знакомая.
– Хорошие у тебя знакомые. Как я понимаю, она даже не из Города?
– Вообще-то нет, но… как бы это сказать… – я уже пришла в себя, и у меня забрезжила дикая надежда, как можно помочь Божественной. – В общем, это богиня.
– Ни Джера себе знакомая! – ахнула мысленно Виола. Интересно они общаются: почти то же впечатление, что и от речи, произносимой вслух, но без надобности говорить. – А меня с ней познакомишь?
Проигнорировав ментальную реплику девушки, я продолжила:
– Сама она далеко, но я как-то смогла вселить в портрет часть её силы. Быть может, вам получился вернуть ей тело?
– Ей что, своего мало, что ещё возвращать нужно? – ворчливо поинтересовался Паук.
– Точнее, не вернуть, а создать новое… если это вообще возможно.
– Я тебя не понимаю, – нахмурился Паук.
– Ну как объяснить… Вот ты бы хотел всю жизнь оставаться портретом на стене?
– Нет, конечно! Но ты говоришь про силу, а она по сути своей инертна, и ей абсолютно всё равно где быть заключённой.
– Божественная живая! – твёрдо ответила я. – Она чувствует и думает, как и все нормальные… – Я чуть было не сказал "люди", но вовремя прикусила язык. Людей здесь нет. – Существа.
– Со своей личностью, говоришь? Интересненько. И где она на данный момент находится?
– В Академии.
– Хорошо, я займусь этой задачкой. Если её вообще можно вытянуть из заключённой оболочки и вставить в новую, то я это сделаю. Равианикиэль, будешь ассистировать, а то с условно живыми сущностями я пока особо не работал. Но какие перспективы!
– Я занят! – отрезал источник, явно не разделяя воодушевления Паука.
– И чем же? – изумился тот. – Ищешь трещины на потолке? Так их там нет, могу уверить.
– Ты метку заблокировал?
– Заблокировал, не волнуйся, – голос андрогиника стал отрешённым.
– Значит, мы пошли, – решил Равианикиэль, развернул меня и начал подталкивать к полуоткрытой двери невесть чем заваленного коридора
– Постой, мне же нужно перетащить сюда эту божественную сущность. Не вырезать же её с куском стены!
– Да хоть со всем зданием перетаскивай. Я пока этим заниматься не намерен, – отозвался Равианикиэль, не замедляя шага.
– Но как же… – растерялся Паук. – Ты же…
– Запросто. Дарк, шевели ногами побыстрее, – шикнул на меня источник. – Нам пора возвращаться на улицы. А с тобой, как освобожусь, сам свяжусь, – обратился к Пауку Равианикиэль. – Тогда и займёмся портретом. А пока, если делать совсем уж нечего, просчитай варианты развития Дарка. Данные передашь через пару ночей. Я сам выйду на связь.
Под недоумевающее бормотание Паука мы вскоре оказались на поверхности. Дышать сразу стало трудно настолько, что у меня аж круги перед глазами поплыли от столь резкого перехода. Казалось, ещё миг назад было не продохнуть от насыщенного тяжёлого воздуха, и вдруг эта внезапная смена на истончившийся, разряженный.
– Дарк, что с тобой? – встряхнул меня Равианикиэль.
– Слишком внезапный переход, сейчас буду в норме.
– М-да, как всё запущенно, – буркнул источник, придерживая меня за плечи и позволяя привалиться к себе. Наконец, я открыла глаза, полюбовалась на зависшую над головой обгрызенную луну и тихо выдохнула:
– Сумеречный Город?
– В точку.
– А нам говорили, что несанкционированные порталы в Городе блокируются.
– Это ИХ порталы блокируются, – оскорблено фыркнул Равианикиэль. – А наши как работали, так и продолжают. Ладно, куда идём?
– Не понял, – подозрительно уставилась я на источник и странно молчаливую Виолу, застывшую у него за спиной.
– Ты хотел сбежать от Лорда и его компании. Не будем же мы под этой стеной жить, нужно куда-то двигаться.
– Это естественно. – Я быстро приходила в себя, и это "мы", на которое столь настойчиво упирал Равианикиэль, мне совершенно не нравилось. – Не знаю, как вы, а мне всё равно.
– Значит, пошли.
– Ну уж нет! Я, несомненно, благодарен тебе за то, что ты помог мне избавиться от метки, но вместе мы никуда не пойдём.
– А теперь послушай меня. Да, твоя связь заблокирована, но без моего прикрытия тебя всё равно найдут в два боя. К тому же в одиночку я тебя никуда не пущу: вдруг с тобой что-нибудь случится? Потом ещё перед Лордом за твою глупость отчитываться?
– Мне не нужна твоя забота и общество тем более! – вспылила я при одной мысли, что стоило на время избавиться от опеки Лорда, как мной решил заняться источник.
– Твоё мнение не учитывается, – холодно отозвался Равианикиэль. Мы стояли нос к носу и злобно буравили друг друга взглядами, не желая уступать ни пяди в принятом решении.
– Дарк, послушай, – тронула меня за плечо Виола, прерывая молчаливый поединок. – Равианикиэль прав: твои действия могут вызвать нежелательный интерес в Городе, а повышенное внимание нам ни к чему. Хоть в Сумеречном и живут разные никому не нужные отщепенцы, но риск выделиться есть даже здесь.
– Да кому я могу быть нужен?
– Мало ли. Если станут разбираться, то как минимум всплывёт вопрос, откуда у тебя столько энергии. Уверена, что после этого обязательно захочется узнать, можно ли использовать её во благо, а то и вообще отобрать.
– Глупости, – отмахнулась я.
– Ах, глупости, значит? – зашипел Равианикиэль и, бросив Виоле: "Подожди здесь", потянул меня во вновь открывшийся портал.
Короткая пробежка по тёмному коридору, раздосадованный тычок в плечо и чувство мимолётного полёта, закончившееся жёстким приземлением. Нет, сгруппировалась я как положено, но высота на удивление оказалась весьма значительной. А источник уже тянет меня куда-то вперёд, туда, где коридор заканчивается мягким сиянием. Под конец Равианикиэль больно дёрнул меня за руку, едва не вывихнув сустав, и прогремел в голове:
– Ну что ж. любуйся, как твой обожаемый Город использует силу источников!
– Это… что?!? – выдохнула я одними губами.
Посреди гигантской шахты, уходящей в самые недра планеты, была установлена светящаяся зеленоватым сиянием огромная туба. Фигурка в её центре буквально терялась на фоне всего этого гигантизма и невольно приковывала взгляд. Хрупкая, ошеломительно красивая девушка, казалось, вот-вот вздохнёт и откроет глаза, пробуждаясь от радостного видения, её едва уловимая полуулыбка растечётся по лицу, превращаясь…
Я отшатнулась от мелькнувшего перед глазами видения и обернулась к Равианикиэлю, формируя мысленный вопрос. Я даже дышать старалась через раз, подспудно опасаясь привлечь внимание этого существа.
– Кто это?
– Шаккада Арихэна, Сердце Города. Именно она питает непомерную жажду жителей в энергии. Благодаря ей одной есть свет, атмосфера и некой подобие целостности планеты.
– Она одна?!
– Представь себе.
Развернувшись, я поспешила обратно в глубь коридора, подальше от этого феноменального источника. Подальше отсюда. Туда, где не буду чувствовать это притяжение, отдающееся дрожью в руках. Наконец, я прислонилась к стене и глянула на замершего в шаге Равианикиэля.
– Тебе тоже хотелось дотронуться до неё?
– За это я её и не люблю. Даже спящая она пытается подчинить нас себе. И я удивлён, что ты не спрашиваешь, почему её нельзя освободить.
– Потому что она зло.
– Надо же, прогрессируешь. А то я уже подумал, что ты вконец слепая.
Сразу же захотелось запустить в мальчишку чем-нибудь тяжёлым. Только он начинает казаться нормальным, как обязательно скажет или сделает такое, отчего его прибить хочется. Или это он специально?
– Она менталист? – взяв себя в руки и отложив кровожадные мысли подальше, поинтересовалась я.
– Ни в малейшей степени, просто мощнейший источник, который я когда-либо видал. А то, что влечёт к ней окружающих, называется силой и властью. С тобой сейчас нечто похожее: пока не научишься контролировать себя, то к тебе будет тянуть всяких. Причём они сами внятно не смогут ответить, что им от тебя нужно. Но уж если разберутся… Тебе достаточно, или провести ещё одну наглядную экскурсию?
– Не-ет, – выдохнула я, не желая даже думать о том, каким окажется второй "экспонат". Кажется, я вскоре проникнусь отношением Равианикиэля к окружающим. Если мне уже сейчас не дают шагу ступить самостоятельно, то что же будет потом, когда, как выражается источник, я начну входить в силу?
Что ж, ещё посмотрим, кто кому будет диктовать свои условия. Я распрямила плечи и вскинула подбородок, направляясь обратно к порталу, небрежно бросив своему спутнику:
– Возвращаемся к Виоле.
Равианикиэль хмыкнул и тихо прокомментировал:
– Тоже мне, принцесса!
Глава 45
Люцифэ
Под боком что-то громыхнуло, отчего я вздрогнул, но, почувствовав, что рядом всего лишь Дар, немного успокоился. Феникс приблизился ко мне и схватил за руку. Прежде, чем я вырвал её, в кожу впилась игла, и по сосудам потекла животворная жидкость, моментально преобразуясь в силу. Не удовлетворившись одной дозой, светлый вколол мне ещё одну. Противное ощущение беззащитности и полного бессилия перед окружающим миром отступало. Тем не менее, я пролежал ещё стигну, ожидая полной абсорбции наркотика, незаметно для парня восстанавливая привычное состояние и запуская ускоренную регенерацию.
Наконец, я открыл глаза, которые больше не жгло от обилия света и мысленно уточнил, глядя на мрачного, грязного и взъерошенного Дариона.
– Зачем ты это сделал?
Щиты плотно сомкнуты, а ещё через треть стигны с большего восстановится слух.
– Тебя же из Академии выгонят, когда узнают, что ты мне помог.
– Идиот потому что. Уходи, у тебя мало времени. Магистр Арион вскоре вернётся.
– Время, Дар…. – я поднял руку и внимательно осмотрел начавшую сохнуть кожу. Слишком большая нагрузка на организм получается с этими 'слезами', нужно переходить на что-то покачественнее. Да где бы ещё это достать до возвращения в Город? – …вещь очень относительная. А от Ариона я бегать не собираюсь.
– Я, что, зря закладывал фамильный перстень? – возмутился феникс, на всякий случай отступив на шаг.
– Считай это платой за ошибку. А это… – оказавшись перед Дарионом, я от несильно, но от души ударил ему под дых, отчего мальчишка скрючился, – моей маленькой злобной местью.
После следующего удара феникс мешком свалился на пол. Он был свидетелем моей слабости и беспомощности, и этого я ему никогда не прощу. Но убивать я его не буду, как и Ариона. Ничего, они мне ещё ответят за это унижение оба. Сбежать я смогу и потом, после того, как покажу этому теневику, что он просто пустое место, возомнившее о себе невесть что. Тоже мне, высший закон в Городе нашёлся! Пусть попробует на собственной шкуре каково это – чувствовать себя загнанным в угол.
* * *
Арион
Я уже возвращался в казармы, когда на меня ураганом налетела миловидная рыжеволосая девушка. Чуть не сбив с ног и обдав густым шлейфом духов, она на пару мигов вжалась в меня, спасаясь от пролетевшей по улице четвёрки сильфов. И какой недоумок приказал запрячь их в карету? Я едва успел схватить рыжую за руку, прежде чем этот вихрь растворился в толпе спешащих и праздношатающихся горожан.
– Тебе не кажется, что это принадлежит кое-кому другому? – негромко поинтересовался я, кивнув на мешочек бэгхоновой пыли. А хороша, шельма. Будь на моём месте кто другой, этот трюк без сомнения удался бы.
Насыщенная зелень глаз начала наполняться слезами, на щеках вспыхнул румянец, а аккуратненький носик жалобно всхлипнул.
– Отпустите меня, пожалуйста, – приблизилась ко мне девушка, чтобы скрыть конфуз и не привлекать лишнего внимания. – Мне просто очень-очень нужны деньги. И срочно. Я даже… даже готова расплатиться за них… – рыжая потупилась и чуть слышно окончила: – …как пожелаете.
– Не интересует, – усмехнулся я. А девчонка хороша. Вот только откровенно не ту профессию выбрала: ни воровки, ни путаны долго не живут. А уж счастливо и в богатстве тем более.
– Не могу сказать о себе того же. – Рыжая ещё сильнее прижалась ко мне и задорно улыбнулась, глядя на меня снизу вверх. – Не многие могут заметить мои проделки – слишком хороший у меня был в своё время наставник. – Привстав на цыпочки, воровка прижалась губами к моим и свободной рукой обвила шею, но даже не попыталась всерьёз поцеловать.
– И что то было? – скептически поинтересовался я, стоило девчушке отстраниться. Рыжая задорно усмехнулась и радостно отозвалась:
– Реванш, полагаю.
Сверкнув белоснежной улыбкой, девчушка уронила мне в ладонь мешочек и поспешила дальше. Я только головой покачал в полном изумлении. До чего наглые воры пошли. И ничуточки не испугалась.
А ведь ей удалось меня заинтересовать. И сильно, чего давненько уже не случалось. Ничего, я запомнил рисунок её ауры и смогу разыскать при надобности. Если ещё жива будет к тому времени.
По возвращении, я отметил, что целостность защитного плетения на двери была слегка нарушена. Похоже, Дар всё-таки попытался попасть в комнату в моё отсутствие, но не преуспел. И что с этим мальчонкой делать ума не приложу. Невезучий он. Сначала попытался сдружиться с Дарком, потом этот необъяснимый случай с тенью, полный дыр и несостыковок, а теперь, похоже, попал под влияние этого чужака, Люцифэ. Да ещё из-за своей глупости и упрямства вляпался во всю эту грязь. И я совсем не уверен, что Дарион с его чистоплюйством безболезненно перенесёт это. С другой стороны, нужно же когда-то ему взрослеть.
Я перевёл плетение в пассивный режим и толкнул дверь. Дар сам виноват, что…
– А ты что здесь делаешь? – ошарашено выдохнул я, глядя на сидящую в кресле прямо напротив входа рыжеволосую знакомую. Взгляд метнулся к кровати. Нет, Люцифэ на месте. Хотя… Я бросился к кровати и сдёрнул укрывающее тело одеяло. Под ним оказался Дарион! Слава богам, парень был жив, просто без сознания. Неужели эта рыжая и есть?..
Я рывком обернулся. Девчонка всё так же расслабленно сидела в кресле, чуть насмешливо улыбаясь. Дверь с противным скрежетом затворилась сама собой.
– Мы не договорили, МАГИСТР Арион.
– Вот джер! Что же ты за тварь такая?
Накрашенные губки сжались в тонкую полоску, а густо подведённые глаза недобро сощурились.
– Настоятельно не рекомендую обзывать девушек тварями. Мы ведь и обидеться можем.
Дёрнув за локон, Люцифэ запустил в меня париком и тряхнул головой – белоснежный, отливающий всеми цветами радуги плащ волос упал до пола. И где это всё помещалось?
– Ещё и морф в придачу? – уточнил я. В первый раз сталкиваюсь с морфом, способным менять собственную ауру. Проигнорировав мой вопрос, Люцифэ достал из складок юбки покорёженные, ни на что уже не годные браслеты и тоже бросил мне.
– И это забери. А теперь можно закончить наш разговор.
– Надеешься сбежать?
– Я обдумывал этот вариант. Прирезать тебя и скрыться – чем не выход?
– Для этого нужно ещё добраться до меня. Или думаешь, что я буду просто так стоять в ожидании смерти?
Люцифэ рассмеялся, откинув голову назад. Это был прекрасный шанс убить его, но вся загвоздка в том, что морф мне нужен живым со всей его информацией. И когда он только успел сделать Дариона своим, пусть невольным, но пособником? Я покосился на качественно заделанный пролом в стене, ведущий из соседней комнаты. Будет мне урок, когда выберусь из этой передряги. Сплоховал я, нужно было натягивать полный полог по периметру, а не только на дверь и окна, довольствовавшись в остальных местах лишь защитным, который неизвестный умудрился-таки пробить.
– Вот я и пришёл к выводу, что нужно договариваться. Ты покрываешь этот мой ляп на Равалоне, ведь ты всё равно пока никому не говорил о своих догадках. Мы делаем вид, что ничего не произошло, и всё прекрасно идёт по-старому. Ты не афишируешь мои особенности, а я твоё прошлое. Я с Даром продолжаю учиться в Академии, а ты, так уж и быть, преподавать.
– Какое великолепное одолжение с твоей стороны! – не скрывая сарказма, едко отозвался я. – С чего такое добродушие? И с чего ты решил, что можешь манипулировать мною, выдумывая небылицы о прошлом?
– Не думаю, что предательство друга относится к разряду небылиц. Ты ради карьеры пожертвовал почти всем, что тебе было дорого. И с тех пор не раз пожалел, что выбрал этот путь. Но уйти, вернуть свободу обратно уже нельзя. Арион, я знаю о тебе ВСЁ, а у тебя на мой счёт лишь голые догадки да дедуктивные умозаключения. Я же стал обладателем, помимо твоих личных, ещё и имперских тайн, доверенных тебе, что, поверь мне, особой радости не принесло. Как и знания о некоторых событиях из твоего прошлого, которое намного богаче и кровавее моего.
– Блеф. Не знаю, откуда ты взял эту сплетню, но это не важно.
– От тебя Арион. Я никудышный менталист, но на 'поцелуй русалки' это никак не влияет.
– В первый раз слышу такое словосочетание.
– И радуйся, что в последний. Вот только не надо пытаться на меня давить. Я не настолько бездарь, чтобы не уметь защититься от твоих жалких потуг.
– Ты первый, кто решился назвать их жалкими, – криво усмехнулся я.
– Не правда. Зак, тот который Дихта, также отзывался. Хотя в данном случае нужно сделать скидку на оскорбленное самолюбие. С твоим появлением в команде ему всегда приходилось топтаться на вторых ролях. В глубине души ты подозреваешь, что именно это толкало его на различные эскапады, куда он с завидным постоянством втягивал всю команду. Да, кстати, пытаться собрать обо мне информацию было абсолютно бесполезным начинанием. В Сумеречном Городе не то что дракон – взвод драконов может затеряться.
– Чего тебе надо?
– Как я сказал ранее, предлагаю сделать вид, что ничего не произошло. Ты продолжаешь относиться ко мне, как к простому ученику, а я никому не рассказываю, сколько грязи на тебе налипло за время работы на Совет Города и дознавателей.
– А ты знаешь, что такие болтливые, как ты, долго не живут? – тихо, но с явной угрозой откликнулся я. Откуда ему могут быть известны такие подробности моей жизни? Или это просто очередной блеф?
– М-да? – с какой-то ноткой презрения протянул морф, накинув на лицо маску удивлённой невинности. – Ну раз уж Виола до сих пор жива, то мне, полагаю, бояться нечего.
– И тебе совершенно не страшно довериться мне, абсолютно незнакомому фениксу?
– Во-первых, выражение 'абсолютно незнакомый' здесь вообще неуместно, так как я знаю о тебе всё. Во-вторых, кто сказал, что я тебе доверяюсь? – фыркнул морф. – Решай быстрее. Дар скоро очнётся.
– Хорошо, – решился я. Предложенный Люцифэ вариант был отнюдь не самым худшим. И он давал мне время во всем разобраться, что очень важно. – Но сначала ответь мне на один вопрос: Дарк тоже носит на плече цветок?
– С чего ты решил, будто я знаю? – неподдельно удивился морф. – Это у него нужно спрашивать.
– Я думал, вы достаточно близки.
– Увы, душа Дарка – это могила, рассчитанная на его одного, – грустно усмехнулся Люцифэ и нетерпеливо подтолкнул: – Итак, твоё решение…
– Я сделаю вид, что забуду эту тёмную историю, в которой ты так активно фигурируешь.
– …на время! – весело расхохотался морф. – Ты забыл добавить: 'На время'.
И почему мне кажется, что он знает обо мне и вправду слишком много?
– А теперь выйди, мне нужно привести себя в порядок. Дара тоже можешь с собой забрать.
– Обойдёшься! – не сдержавшись, огрызнулся я. – Втянул мальчишку во всё это – теперь сам и объясняйся.
– Не боишься, что окончательно расположу его к себе?
– Это после того, что ты с ним сделал? Сомневаюсь.
Морф сочувственно пощёлкал языком.
– Только не надо потом басни травить, что я его подчинил!
– Не буду, – процедил я и поспешил к двери.
Был, конечно, шанс, что Люцифэ удасться остаться с Дарионом в хороших отношениях после всего произошедшего, но, на мой взгляд, он настолько мизерен, что стоит рискнуть. Что я буду делать со спящим мальчонкой посреди казармы и как объяснять сложившуюся ситуацию окружающим?
Но этот морф! Что-то я расслабился в последнее время настолько, что смог позволить ему диктовать свои условия. Впрочем, в данном случае пострадала лишь задетая гордость, ведь было бы много хуже, если бы Люцифэ сбежал или нанёс непоправимый вред Дариону и остальным. А так можно попытаться его контролировать или, во всяком случае, постоянно держать в поле зрения. Он слишком самоуверен, и когда-нибудь это его погубит.
С другой стороны, позиция Люцифэ по отношению ко многим вещам мне нравится, а отдельные фразы наводят на мысль о возможности дальнейшего успешного сотрудничества. Подумать только! Временщик! Он ещё более уникален, чем Дарк. И более ценен. В перспективе он может принести огромную пользу Империям… либо вред.
Требование Люцифэ замять историю на Равалоне лишь подтверждает мою уверенность, что исчезновение Зака и Гроссера его рук дело, но как это доказать? И стоит ли доказывать? Что-то этому морфу нужно, если он поставил столь странное условие: продолжать обучение в Академии. И к Совету Города он не относится никоим образом – это точно.
Неужели и впрямь отщепенец, уставший от собственного одиночества? В этом случае понятно, почему он так быстро сошёлся с Дарком и присматривает за Дарионом, ведь те тоже будут всегда выделяться. Такой мотив для продолжения обучения мне по крайней мере понятен и близок.
Я привалился к стене коридора и сконцентрировался, настраиваясь на ауру морфа. Тот до сих пор расслабленно сидел в кресле. Но вот по телу прошла лёгкая дрожь, и оно стало быстро меняться. Люцифэ распахнул опушенные густыми ресницами глаза и бездумно уставился в потолок. Ну и? В первый раз вижу, чтобы морф трансформировался в два этапа. Пока что я наблюдаю лишь мужскую копию девчонки. Накрашенный, как продажная девка, этот парень смотрится откровенно оригинально, если не сказать больше. Однако между этим парнем и Люцифэ, которого все знают в Академии, разница минимум сианов двадцать. А про ауру я и не говорю. По правде сказать, я лишь в замшелых легендах встречал возможность морфов менять пол и биологический возраст. Что ж, на мою долю выпала редкая возможность видеть подобные преобразования.
Люцифэ стянул с мизинца тонкое неброское кольцо, и я потерял его из вида. Что же это за артефакт такой, что может так хорошо изменять ауру? И совершенно не “фонил”. Пришлось спешно перестраиваться, чтобы восстановить контакт.
Обратно настроившись на морфа, я увидел его в той же позе, что и раньше. Наконец, Люцифэ глубоко вздохнул, встал и закрыл глаза. Воздух вокруг него покрылся лёгкой рябью и тело стало медленно… молодеть? Похоже, это относится к специфическим особенностям манипуляций со временем. Заставить помолодеть собственное тело… не слишком ли сложный ход? С другой стороны, подобный ход невозможно предугадать и это стопроцентная гарантия, что даже после полного истощения, этот парень не раскроет себя.
На достижение окончательного результата Люцифэ понадобилось почти две стигны, после чего морф мешком свалился на пол. Трясущиеся руки и сбивчивое дыхание однозначно указывали на сильное перенапряжение от произошедшего процесса. Пошарив в пышных юбках ставшего слишком большим платья, Люцифэ достал из потайного кармашка дозу наркотиков и без всяких предосторожностей вогнал иглу в кожу на внутренней стороне запястья. Ни одной ранки или пятен от прошлых приёмов не было, хотя мне не раз доводилось видеть руки тех, кто употреблял 'слёзы ангела' и им подобное. Чем-чем, а уж белизной и ухоженностью они похвастаться ну никак не могут.
Тем временем Люцифэ извлёк из-под кожи иглу и тут же вколол вторую дозу, затем третью и четвертую. Мне стало слегка не по себе. Что же должен быть за организм такой, чтобы справиться с подобной дозой яда, введённой одномоментно?
Впрочем, морф, похоже, сильно переоценил свои силы, так как буквально полстигны спустя его лицо подёрнулось дымкой муки. Люцифэ только успел нагнуться вперёд, как его стошнило. Взгляд светлых глаз так и норовил расфокусироваться. Что ж, мне даже голову ломать не пришлось. Можно брать этого недоумка голыми руками. В ближайшие боя три он всё равно не в состоянии будет защищаться.
Отлепившись от стены, я быстрым шагом направился обратно к комнате. Поспешно войдя внутрь, я активировал защиту на двери. А то мало ли какие ещё сюрпризы могут сегодня произойти. Скользнув взглядом по раскачивающемуся в трансе морфу, с силой сдавливающему виски, посмотрел на Дариона. Тот, как обычно с ним в последнее время случается, выбрал самый неудачный момент, чтобы прийти в себя, и теперь, приподнявшись на локте, непонимающе смотрел на Люцифэ.
И почему бы парню не прийти в себя хотя бы на четверть боя позже? Нужно будет проверить как-нибудь мальчишку на наличие активных проклятий… да и себя заодно не помешает. Может, его обратно вырубить, пока он окончательно не осознал, что здесь происходит? Всяко будет меньше головной боли и ему, и мне.
Мысль показалась довольно здравой, особенно, если представится хотя бы пол-боя времени подредактировать ребёнку память. Варан поймёт необходимость столь радикальных мер. Я уже шагнул было к кровати, но застыл, вздрогнув.
– Придурок ты, Дар! А ведь я тебе доверяла. – У Дариона расширились от изумления глаза, я поспешно повернулся. Люцифэ, в съехавшем до локтей платье, всё так же стоял на коленях и неотрывно смотрел на одногруппника. Но не это заставило приподняться волосы на голове. Голос морфа был другой и интонации однозначно принадлежали Дарку! – Если бы ты всё не испортил…
Внезапно Люцифэ с силой замотал головой и, обхватив себя руками, вновь стал маятником раскачиваться, повторяя вполголоса как заклятье:
– Я Фэ, я Фэ, я Фэ. Я не Дарк и не Арион. Джеров откат! Я…
Сообразив, во что вляпался, я мученически вздохнул. Дознаватели Города и другие структуры в любом случае перебьются без подопытного морфа. А мне нужно однозначно провериться на проклятия.
