Текст книги "Психоз"

Автор книги: Джон Кейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Пит прижал Мэгги к себе и, улыбаясь, сказал:

– В эту победу кровать с балдахином внесла не такую уж большую лепту. Впрочем, как и я, – скромно добавил он. – Я не сделал ничего особенного, хотя мне не очень хочется в этом признаваться. Все поздравления – только в твой адрес…

– Тогда почему я так долго ничего не могла добиться?

– Не знаю. Но в этот раз ты сразу повела себя по-другому… Такие вещи непредсказуемы и необъяснимы. Возможно, этому способствовала романтическая обстановка…

– Да, в этом что-то есть… Я так прекрасно себя здесь чувствую!

– Находиться среди такой роскоши и чувствовать себя иначе – невозможно.

– Нет, дело не совсем в этом. Роскошь лишь частично способствует этому. Я чувствую, как в воздухе витает что-то особенное. Это, как если бы… О, у меня не хватает слов! Я невероятно счастлива! Как я благодарна Мунтоливу за это приглашение!

– Если ты счастлива, – сказал Пит, обнимая ее, – я трижды счастлив.

Глава 9

Их крепкий сон нарушил шум прилетевшего вертолета.

Приподнявшись на локтях, Мэгги не могла сообразить, где она находится.

Пит уже выбрался из кровати, взял в ванной полотенце и обмотал вокруг бедер. Он подошел к окну, раздвинул шторы и посмотрел вниз на лужайку.

Вертолет приземлился в нескольких десятках метров от замка. Вращение лопастей прекратилось, и они вялыми лепестками опустились к земле.

В атаку на вертолет, злобно лая, бросились два добермана.

– Оказывается, мы не единственные приглашенные, – сказал Пит.

Он наблюдал, как к вертолету двигаются управляемые слугами мотоциклетки, которые используют для подбора мячей в поле во время игры в гольф.

– И кто же это? – спросила Мэгги, оставаясь нежиться в теплой постели.

– Понятия не имею.

Пит прижался носом к стеклу окна. Боковые дверцы вертолета открылись…

– Похоже, что это две супружеские пары, – сказал он. – Расфуфырены, как для торжественного ужина.

– Молодые… старые? – спросила Мэгги.

– И те и другие. Седой мужчина… немного хромаем, и блондинка. Очень даже ничего…

– Ах, вот как! В таком случае, отойди от окна, – прорычала Мэгги. – Они могут тебя увидеть.

– Вряд ли…

– Он все еще подглядывает за нами? – спросил Карл, поворачиваясь спиной к замку.

– Думаю, что да, – ответил Жак, нервно сдергивая с рук кожаные перчатки и снова натягивая их.

– Кто это? – продолжал интересоваться Карл.

– Какое это имеет значение? – бросила Мария. Кем бы он ни был, он – красивый мужчина.

– Новый подарок для вас, дорогая, – съязвила Бар бара, подходя к ним.

– Артур, – обратился Карл к слуге, выгружавшему из вертолета вещи гостей, – к которому часу ожидаете приезд американки?

– Она уже здесь, сэр.

– Уже здесь? – удивился Жак. – Она встречалась с ним?

– Затрудняюсь ответить, сэр, – сказал слуга, явно не ожидавший такого вопроса.

– Кто этот мужчина на втором этаже? – спросила Мария.

– Судя по всему, это… гмм… это друг американки, мисс.

– Вам не повезло, дорогая, – сказала Барбара, иронично улыбнувшись Марии. И тут же спросила у Артура – Мистер Джексон приехал?

– Нет, мисс, он еще не приехал.

Артур вытащил из вертолета ящик с шампанским «Ридер Кристал» и понес в замок. Все последовали за ним.

– До чего же холодно! – сказала Мария.

Она плотнее закутала шею в серебристый соболиный мех, позволила Карлу взять себя под руку и лукаво прошептала ему на ухо:

– Нельзя ли уладить это дело прямо сегодня вечером?

– Предложение заслуживает внимания, – ответил Карл и, резко обернувшись, крикнул пилоту – Завтра, ровно в девять утра…

Пилот кивнул и захлопнул дверцу вертолета.

– В воскресенье? – воскликнула Мария. – Но это же ужасно, дорогой!

– Не можем же мы сказать ему «здравствуйте» и тут же отчалить! – сказал Карл с ярко выраженным немецким акцентом. – Или вы не настолько любите Джейсона, как об этом говорите?

Мария посмотрела ему в глаза и улыбнулась.

– Если искренне, Карл, вы мне намного дороже.

– Полагаете, что я вам поверю? – рассмеялся Карл.

– Разве я когда-нибудь вам лгала?

– Да, дорогая Мария, – сказал он тоном, лишенным всякой доброжелательности.

Пит наблюдал за взлетом вертолета: быстро набрав высоту, аппарат заложил крутой вираж и на большой скорости пролетел над замком.

Когда он исчез, Пит подошел к кровати.

– События приобретают все более странное продолжение, – сказала Мэгги. Она все еще сидела на кровати, завернувшись по пояс в одеяло. – Сначала замок… кровать… Затем старая дама «не-знаю-о-чем-с-вами-говорить»… Теперь еще и вертолет с гостями…

Пит лег рядом, вытянувшись во весь рост.

– А чаем нас так и не угостили, – сказал он.

– Но меня трахнуть ты успел, – целуя его в губы, сказала Мэгги.

– Ты права, любовь моя, – согласился он.

– Когда мы это повторим? – сверкнула глазами Мэгги.

– Сегодня вечером. Торжественно клянусь, – улыбнулся Пит. – А теперь я умираю от желания принять душ. После мотокульбитов у меня болит все тело. А ты не хочешь смыть дорожную грязь?

– С удовольствием… О, мне было так хорошо… так замечательно хорошо, что все вылетело из головы.

Мэгги откинулась на спину, положила подушку Пита себе на грудь и обняла руками.

Пит покачал головой и, направляясь в ванную комнату, сказал:

– Мне кажется, я сделал тебя сексуально озабоченной женщиной.

В сравнении с другими помещениями замка, ванная комната выглядела ультрасовременной: стекло, хром, никель, прекрасное освещение… В просторном помещении находилась стеклянная душевая кабина и большая ванна.

Пит взял два полотенца и положил их рядом с душевой. Затем открыл стеклянную дверь, отвернул краны е холодной и горячей водой и вошел в кабину.

Горячие струи обожгли его тело, но именно такая температура ему была нужна, чтобы успокоить боль мышц спины и бедер. Он взял мыло и намылил тело, время от времени подставляя голову под мощные струи горячей воды. Пар крупными каплями оседал на стеклянных стенках кабины и ручейками стекал вниз. Пит почувствовал, что вода становится горячее, и начал на ощупь искать кран. Но когда он повернул его, чтобы уменьшить поступление горячей воды, она стала еще горячее и ее напор усилился.

Он выругался, отпрянул к стенке кабины и повернул кран в обратном направлении. Но вместо холодной воды из рассеивателя душа хлынул настоящий кипяток.

Пит попытался совсем отключить горячую воду, но кран провернулся в пустоте…

Он решил выйти из кабины. Дверь не открывалась. Он позвал Мэгги, но она не ответила. Пит стал безуспешно колотить руками и ногами в дверь: она даже не прогнула. Он еще громче позвал Мэгги. Сливное отверстие не пропускало воду, и она, скапливаясь внизу, болезненно обжигала пальцы и подошвы ног.

– Что случилось? – крикнула Мэгги из-за двери. Она видела, что из щелей вырываются клубы пара.

– Перекосило эту чертову дверь! Никак не могу открыть ее!

Мэгги нажала на ручку двери, но та не поддалась, вода уже лилась из кабины на пол ванной комнаты и была горячей, слишком горячей, чтобы шлепать по ней босиком. И вдруг она поняла, что Пит стал заложником кабины и уже долгое время стоит под кипятком.

– Да перекрой ты воду! – крикнула она, стуча кулачком по двери.

– Невозможно! У кранов сорвана резьба!

Ему удалось встать на небольшой выступ и прижаться всем телом к стенке, спасаясь от прямых струй крутого кипятка. Он предпринял еще одну попытку перекрыть краны, но они снова только провернулись.

– Сволочи! – закричал Пит.

Вода поднималась все выше. На поверхности плавал резиновый коврик.

Плотно прижавшись к стенке, Пит присел и выхватил коврик из воды.

Он слышал, как Мэгги отчаянно стучит кулаками в дверь.

– Мэгги, – крикнул он, – отойди в сторону! Я попробую разбить дверь.

Он накрыл голову и плечи ковриком, ступил в горячую воду и бросился всем телом на дверь. Стекло разлетелось вдребезги, и он упал на пол ванной. Из дюжины мелких порезов на его теле сочилась кровь, смешиваясь с вытекавшей из кабины водой.

– Подонки! – закричал он, вскакивая на ноги. Обойдя лужу горячей воды, Мэгги протянула руку внутрь кабины и закрыла краны.

– Конечно, ты заворачивал краны не в ту сторону,—

укоризненным тоном сказала она. Ее голос дрожал от только что пережитого страха.

– Послушай! – Пит возмущенно ткнул пальцем в сторону душевой. – Я вертел эти проклятые краны во все стороны! Они проворачивались!

Он взял полотенце и приложил его к плечу, покрытому порезами и кровоподтеками.

– Сволочная английская сантехника! – негодовал он.

– Пит, ты весь в крови! – воскликнула Мэгги, выходя следом за ним из ванной комнаты. – Господи, ты мог убиться!

– Обошлось! – зло бросил он.

– Я схожу за бинтом.

Она запахнула халат и завязала пояс на крепкий узел.

– У тебя изрезана вся спина.

– Выживу… Мелкие царапины…

– И все-таки я пойду и поищу бинт. Ты везде оставляешь капли крови. К тому же надо кому-то сказать, чтобы прибрали в ванной.

Она выскользнула из комнаты прежде, чем он успел остановить ее. Пробежала по коридору и на лестничной площадке встретила женщину в черном купальнике. Босоногая, с полотенцем, переброшенным через плечо, она улыбнулась Мэгги.

– Здравствуйте, – с едва уловимым акцентом сказала женщина и протянула руку. – Рада с вами познакомиться.

– Мэгги Уолш, – сказала Мэгги.

– Да, я знаю, – женщина рассматривала Мэгги без всякого стеснения. – Вы очень молоды.

В ее голосе прозвучало неподдельное удивление.

Это бесцеремонное разглядывание разозлило Мэгги.

– Прошу извинить меня, но я очень тороплюсь, сказала она и пошла вниз по лестнице. Но так как женщина следовала за ней, из вежливости добавила – Мы видели здесь бассейн. Он великолепен! Вы часто зим плаваете?

– Всегда, когда приезжаю в Равеншурст, – спокойно ответила женщина. – Меня зовут Мария Габриэлли.

Мне кажется, что вам уже успели рассказать обо мне, – с некоторым сожалением в голосе сказала она.

– Да нет же, мы с Питом никого здесь не знаем. Мы приехали сюда лишь несколько часов тому назад, а Джейсон нам только сказал, чтобы мы чувствовали себя здесь как дома.

– Да, это его стиль, – сказала Мария. – Все, чем обладает Джейсон, принадлежит нам, понимаете?

– Не совсем…

Мэгги подумала, что итальянка испытывает трудности в выражении своих мыслей на английском языке.

– Все – в нашем распоряжении.

– Ах да! Я понимаю, что вы имеете в виду, – улыбнулась Мэгги.

Они спустились в вестибюль, и Мэгги направилась в большой зал, но Мария остановила ее.

– Вам следует знать, синьора Уолш, что любимицей Джейсона являюсь я. Я – женщина и чувствую это. Было бы глупо с вашей стороны пробовать что-то изменить в свою пользу. К тому же у вас есть приятель, довольствуйтесь им…

Тон ее голоса не соответствовал дружеской улыбке на лице.

Мария повернулась и пошла в бассейн. Несколько секунд после ухода итальянки Мэгги стояла неподвижно: она ничего не поняла. Неужели опять языковая проблема? Она почувствовала себя униженной, но больше всег0 ее взволновало то, что эта женщина – так ей показалось – знала что-то такое, непосредственно относящееся к ней, чего она сама не знала.

Пытаясь заглушить внезапно возникшую тревогу, Мэгги прошла через большой зал и направилась в кухню. Из-за двери кухни до нее донеслись чьи-то голоса. Она открыла дверь и узнала медсестру, занимавшую место во главе стола, за которым сидел весь персонал кухни. Все внимательно слушали Адамс. Увидев Мэгги, она резко замолчала и уставилась на нее пронзительным взглядом.

– Извините, – сказала Мэгги.

– Могу быть вам чем-то полезна? – спросила повариха, сидевшая у противоположного конца стола.

– Да… Мне нужен антисептик и перевязочный материал. Пит порезался в душевой.

– О Боже! – воскликнула она. – В этом вам сможем помочь только мисс Адамс.

Адамс встала из-за стола и направилась к аптечному шкафчику.

– Я очень сожалею, но дверь душевой разбита…

Адамс улыбнулась и протянула ей пузырек и несколько бинтов в стерильной упаковке.

– Пустяки. Я пришлю горничную, и она все приведет в порядок. Вы сможете сами сделать перевязку? Этого достаточно?

– О да… Большое спасибо…

Мэгги повернулась, собираясь уходить, но голос поварихи остановил ее:

– Теперь сами будьте осторожны…

Сидевшие за столом дождались, когда стихнут шаги Мэгги, и одновременно посмотрели на Адамс, которая должна была дать последние инструкции…

Глава 10

Мэгги аккуратно забинтовала раны, но рука Пита сгибалась еще недостаточно хорошо.

– Спасибо, дорогая. Авария, душ из кипятка – и все в один день! – покачав головой, сказал он. – Мне еще повезло, что остался жив.

– Больше с тобой ничего не случится, я буду оберегать тебя, – улыбнулась Мэгги, нежно целуя его в щеку.

Она помогла ему надеть рубашку.

– Я хочу сейчас же позвонить в мастерскую и узнать, как идет ремонт мотоцикла. Пошли вместе, хорошо? Я плохо ориентируюсь в доме и могу заплутать.

– Конечно, идем вместе.

Мэгги обвила рукой Пита за талию, и они спустились в вестибюль.

– Сюда, – сказала она, поворачивая налево.

– Почему сюда?

– Не знаю, но чувствую, что телефон находится в библиотеке.

Они остановились перед массивной дубовой дверью. Пит постучал, но ответа не последовало. Он открыл дверь и заглянул внутрь.

Мэгги прошла вперед, чтобы убедиться в правильности своей интуиции. Как она и предполагала, это была библиотека. Стеллажи были уставлены старинными и, вероятно, дорогими книгами в кожаных переплетах. Картины на стенах – в основном портреты, тяжелая кожаная мебель, мягкий свет двух настольных ламп, освещавших комнату, делали ее уютной и комфортабельной. Над камином висели два ружья с отполированными до зеркального блеска прикладами.

– Вы кого-то ищете? – раздался чей-то голос.

От неожиданности Мэгги вздрогнула и увидела мужчину, сидевшего за письменным столом в другом конце комнаты.

– Извините, – сказал Пит поверх плеча Мэгги, – нам нужен телефон.

– Он там, – мужчина показал на стол возле дивана. Он даже не взглянул на Пита, сконцентрировав внимательный взгляд на Мэгги.

– Вы – мисс Уолш, не так ли? – спросил он.

– Да, – не скрывая удивления, ответила Мэгги.

Она стыдливо запахнула халат до самой шеи, прижав

его рукой к груди. Пит направился к телефону.

– Моя фамилия Грандье, – сказал мужчина, вставая. Он опустил в карман пиджака книгу, которую читал

до их прихода, и подошел к ней.

– Жак Грандье?

– Да, – ответил он. – Мы уже где-то встречались?

– Нет… не думаю… Но вы отправили мне телеграмму.

– Даже так? Почему?

– Значит, и вы не знаете? – с чувством глубокого разочарования спросила она. – Вы пригласили меня для оформления интерьера в вашей штаб-квартире в Лондоне.

– Но это совершенно новое здание. С какой стати я должен менять обстановку и интерьер?

– Этого я не знаю, – раздраженно ответила Мэгги, окончательно убедившись в том, что ее просто надули. – Но кто, в таком случае, выслал мне пятьдесят тысяч долларов и авиабилет первого класса?

– Ну конечно, теперь я понимаю! – воскликнул он. – Это мой помощник, мистер Смит… Он всегда опережает меня… В портфеле компании «Грандье» столько проектов! Смит, конечно же, хотел доверить вам оформление другого здания. Я сейчас же ему позвоню, чтобы снять неприятный груз с вашего сердца, – он улыбнулся и спросил – Вы приехали сюда на уик-энд, разумеется?

– Нет, мы оказались здесь совершенно случайно. Попали в небольшую аварию и теперь ждем, когда отремонтируют наш мотоцикл.

– Вы уже познакомились с Джейсоном?

– Да. Он очень обаятельный человек.

Мэгги бросила взгляд в сторону Пита, разговаривавшего по телефону.

– Алло! Мастерская мистера Уайда? Говорит Пит Даннер… Даннер. Несколько часов тому назад мистер Мунтолив оставил у вас для ремонта мотоцикл…

Он замолчал, слушая ответ. Мэгги подошла к нему в тот момент, когда он снова заговорил:

– Да, совершенно верно… В каком состоянии мотоцикл? – Пит покачал головой. – Черт!.. И ничего нельзя сделать? В таком случае, помогите мне найти машину напрокат. Я вас очень прошу… Звоните в резиденцию мистера Мунтолива. Большое спасибо.

Пит положил трубку и сказал Мэгги:

– Обнадеживающего мало… У них не оказалось нужных запасных частей. Кого-то отправили в Оксфорд и теперь ждут. Взять машину напрокат в деревне невозможно. Попытаются это сделать в соседнем городе, – Повернувшись к Грандье, Пит сказал – Извините за беспокойство, сэр.

Грандье пожал плечами.

– Да ради Бога! В конце концов, все мы – гости Джейсона, а читать я заканчивал. Время аперитива. Надеюсь, вы присоединитесь к нам.

– Прекрасная идея, – ответил Пит. – Ты идешь, Мэгги?

– Да, но мне нужно переодеться.

Мужчины вышли из библиотеки, а Мэгги задержалась. Она давно ждала момента, чтобы одной пройтись по этому необычному и комфортабельному дому. С той минуты, как она оказалась в этих стенах, Мэгги чувствовала себя так легко, словно находилась в своей собственной квартире.

Она поднялась по лестнице, но вместо того чтобы пойти в свою комнату, повернула налево и вошла в галерею портретов. В длинной комнате, несмотря на окна и частично застекленную крышу, стоял полумрак: опускались первые сумерки.

Мэгги медленно прошла вдоль экспозиции старинных фамильных портретов и остановилась перед последним, портретом самого Джейсона. В отличие от своих предков, застывших в церемониальных позах, Джейсон Мунтолив выглядел более раскованным. Он сидел в кресле, положив ногу на ногу, руки свободно лежали на коленях, а в уголках рта пряталась едва заметная улыбка.

Неожиданно, рядом с последним портретом, она обнаружила в деревянной панели стены почти неприметную дверь. Мэгги нажала на ручку, и дверь легко открылась. Перед ней была лестница, которая вела на третий этаж.

– Этот замок растет с каждой минутой, – сказала она вслух.

Мэгги сделала шаг вперед и столкнулась нос к носу с Адамс, внезапно появившейся из тени лестницы. Вздрогнув, девушка поспешно сказала:

– Господи! Вы меня испугали. Я думала, что здесь никого нет.

– Вы что-то ищете, мисс Уолш? – холодно спросила Адамс. – Надеюсь, что мистер Даннер чувствует себя лучше.

Медсестра легонько подтолкнула Мэгги к двери, и они вышли в галерею.

– О… да… ему лучше… – ответила Мэгги. – Я хотела немного осмотреть дом.

Адамс закрыла потайную дверь и осуждающе посмотрела на Мэгги. Мэгги сконфуженно улыбнулась.

Они дошли до середины зала, когда Мэгги, кивнув и сторону галереи, сказала:

– Род Мунтоливов прожил здесь не один век, не так ли?

Адамс посмотрела на картины и уважительным тоном ответила:

– Да. Благодаря этим портретам можно проследить длинную историю замка Равеншурст.

– Это родственники мистера Мунтолива?

– Да. Вот этот мужчина – его двоюродный брат. Вместе с Уинстоном Черчиллем он воевал в Судане. В основном здесь вы видите представителей рода мистера Мунтолива по материнской линии.

– Наверно, это очень старинный род.

– Да, вы правы, род мистера Мунтолива действительно очень старинный.

Адамс на мгновение замолчала, словно решая, до какой степени может посвятить свою собеседницу в исторические подробности.

– Корни рода берут начало в XIII веке, – заговорила она. – В 1424 году семья переехала в графство Кет вместе с этим человеком, сэром Томасом.

Она остановилась перед портретом очень молодого мужчины.

Картина была старой, поврежденной временем. С трудом можно было различить черты лица, покрытого несколькими слоями лака.

– А это – сэр Джеймс, – продолжала рассказывать Адамс. – Первый президент совета графства Кент. Именно он купил это поместье.

– Равеншурст занимает большую площадь?

– Значительную, – уклончиво ответила Адамс.

– Чем занимается мистер Мунтолив? Я хочу сказать, как он зарабатывает на жизнь?

Мэгги не знала, насколько корректно с ее стороны задавать подобный вопрос. Сдержанные манеры медсестры смущали ее.

– Его жизнь – это Равеншурст, мисс Уолш, – сказала Адамс, нахмурив брови.

– Да, я понимаю… Но… у него есть… дело?

– Дело? Да, но не в том смысле, в котором это понимают американцы. Все Мунтоливы были землевладель

цами, за исключением тех членов семьи, которые предпочли военную карьеру.

– Есть ли какой-нибудь титул у мистера Мунтолива?

Адамс медленно покачала головой и остановилась

перед портретом Джейсона.

– Нет, – ответила она. – Боюсь, что английские титулы далеки от того, чтобы соперничать с его богатством и властью.

– Прекрасный портрет, не так ли, – сказала Мэгги, стараясь быть любезной.

– Да, мистер Мунтолив был обаятельным человеком.

Мэгги удивленно посмотрела на медсестру.

– Вы говорите о нем так, словно он умер.

Адамс ничего не ответила. Они вышли из галереи и молча разошлись, каждая в свою сторону.

– Мисс Уолш? – окликнула медсестра Мэгги.

– Слушаю вас.

– Через несколько минут подадут аперитив. Приглашаю вас спуститься вниз, как только вы будете готовы.

– Спасибо, – ответила Мэгги, глядя в спину Адамс, спускавшейся по лестнице.

Она не подняла глаз и не заметила мужчину, стоявшего в тени на лестничной площадке третьего этажа.