Текст книги "Прояви Пси (ЛП)"
Автор книги: Джейн Энн Кренц
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)
Глава 47
– Чья это была идея – ворваться в комнату, полную горячих артефактов, не проверив вход? – спросила Леона.
Мэтт стиснул зубы. – Не было никаких признаков врат или ловушки. Дверной проём выглядел чистым.
Она открыла рот, чтобы прочитать лекцию об основных протоколах работы с артефактами неизвестной силы, но в последний момент остановилась. Сейчас было не время и не место. До неё дошло, что ей на самом деле жаль Мэтта. Ему повезло занять место руководителя группы в этом проекте. Его будущее в Холлистере зависело от того, как он с этим справится. Она знала, что он, должно быть, был в отчаянии, раз обратился к ней за помощью – в отчаянии и искренне обеспокоен судьбой людей, запертых по ту сторону. Он не был плохим, просто очень амбициозным учёным. Таких полно. Она должна была это знать.
Они стояли перед ртутными вратами, которые блокировали вход в подземное хранилище Антикварного общества. Рокси сидела у неё на плече, распушенная, с открытыми четырьмя глазами. Рядом топтались ещё двое сотрудников Отдела пара-археологии Холлистера. Они выглядели обеспокоенными. И у них были на то причины. Трое их коллег были заперты по ту сторону странных врат.
Мэтт игнорировал ограничение скорости, проехав через город и въехав в престижный район на склоне холма, откуда открывался вид на город. Особняк, где располагалась штаб-квартира Общества, больше не был местом преступления, но оставался оживлённым местом. Для охраны артефактов, пока команда Холлистера не каталогизирует их, не сфотографирует и не вывезет, была нанята охрана. Автомобили с логотипом транспортной компании, специализирующейся на перевозке ценных и потенциально опасных предметов, выстроились на длинной, широкой подъездной дорожке.
Кто-то предприимчивый установил фургончик общественного питания. Вокруг него собралась небольшая группа репортёров с камерами, на случай, если случится что-то интересное. Им ещё не сообщили о катастрофе под особняком. Мэтт ясно дал понять, что Холлистер не хочет огласки.
Он изо всех сил старался скрыть её от посторонних глаз. Она знала, что меньше всего ему хотелось, чтобы пресса узнала о её присутствии. Официально Холлистер разорвал с ней все связи. Это было больно, но она не хотела показывать свою боль. У неё была работа. Теперь она профессиональный консультант. Пора вести себя соответственно.
Мэтт запустил пальцы в волосы и уставился на врата. – Что думаешь?
Она мысленно ответила на этот вопрос. Думаю, неизвестно, что мы найдём по ту сторону врат. Мы даже не знаем, живы ли ещё те, кто там оказался в ловушке. Думаю, ты пошёл на риск, на который не стоило идти. Думаю, тебе следовало следовать процедуре.
Соблазн высказать всё вслух был почти непреодолимым. Она проявила недюжинную силу воли и сумела устоять. Сейчас не время для мести. Пора мыслить позитивно и применять принципы шестой главы книги «Достижение внутреннего резонанса»: «Возможность – это цветок, распускающийся в темноте». Если ей это удастся, университет может стать её клиентом, в будущем.
Она снова изобразила на лице то, что, как она надеялась, было спокойной и уверенной улыбкой.
– Я думаю, пришло время убрать врата и освободить ваших коллег, – сказала она.
Она сосредоточилась, открыла свой талант и осторожно положила одну руку на врата...
…и чуть не подавилась поспешно подавленным криком. Как будто прикоснулась к оголённому проводу.
Чёрт. Больно. Она стиснула зубы и держала рот закрытым. Я профессионал. Не пытайтесь повторить это дома.
Рокси на ее плече зарычала и усилила хватку.
Энергия цвета ртути ослепляла и вспыхивала дикими потоками и искрами молний, которые казались хаотичными. Так происходит всегда, – напомнила она себе. Ладно, это была экстремальная версия замка Древних, но, тем не менее, законы пара-физики действуют – она надеялась. Был якорный ток – всегда был якорный ток.
Она скользнула в бурю, ища систему и поток, которые привели бы ее к центру.
Вот он.
Она нежно послала успокаивающие токи.
И тут она затаила дыхание, потому что, хотя законы пара-физики считались незыблемыми и универсальными, люди многого об этих законах не знали. Ещё меньше они знали о том, как Пришельцы внедряли их в свои технологии.
Врата сверкнули, ярко и яростно, с отдачей, грозившей ослепить её чувства. Её волосы вздыбились, образовав вокруг головы дикий, колючий ореол. Шерсть Рокси встала дыбом. Мэтт и остальные отступили на несколько шагов.
Какое-то мгновение врата не реагировали. Затем в мгновение ока они растворились. Наступило напряжённое молчание, во время которого она отчаянно пыталась отогнать от себя визуальные последствия резкой, обжигающей отдачи. Она смутно слышала, как хихикает Рокси, а затем услышала громкие крики.
Когда зрение прояснилось, она узнала своих бывших коллег, оказавшихся в ловушке. Они изо всех сил старались изобразить «просто ещё один рабочий день», но не могли скрыть облегчения. Они выскочили из комнаты в светящийся зелёным коридор.
– Леона,– воскликнула Марджери Бин. – Только не говори, что Мэтту пришлось просить тебя нас спасать. Должно быть, это его взбесило.
– Он здесь, – сказала Леона. – Спроси сама.
Мэтт посмотрел на неё. – Спасибо, – тихо сказал он.
Она одарила его лучезарной улыбкой. – В любое время. Завтра утром первым делом пришлю счёт.
Он поморщился.
Марджери усмехнулась. – Спасибо за спасение. Ты лучше всех справляешься с горячими артефактами. Я так рада, что ты снова в команде.
– Я не в команде, – сказала Леона. – У меня частная практика. Теперь я консультант. Кстати. – Она повернулась к Мэтту и одарила его ещё одной лучезарной улыбкой. – Помимо моей стандартной ставки, взимается дополнительная плата за экстренный вызов.
– Справедливо, – сказал он.
Она восприняла это как сигнал к уходу. – Мне пора идти. Пришлось втиснуть это задание в свой график, а это значит, что я опаздываю к следующему клиенту.
Следующего клиента не было, но имидж в бизнесе решает все.
– Подожди, – сказал Мэтт. – Как долго врата будут открыты?
– Никто не знает, – сказала Леона. – Это врата Пришельцев. По определению, это означает непредсказуемость. В артефактах, хранящихся в этой комнате, очень много неустойчивой энергии. На вашем месте я бы наняла профессионального привратника, чтобы он наблюдал, пока вы каталогизируете объекты.
Мэтт хмыкнул. – Буллингеру это не понравится. Ты же знаешь, какой он, когда дело касается бюджета.
– Знаю, – сказала она. – Но Буллингер – уже не моя проблема.
– Ты права. Ещё раз спасибо, Леона. Я провожу тебя обратно наверх. Я бы отвёз тебя домой, но не могу уехать, пока здесь всё не наладится. Придётся вызвать машину. Такси в этом районе нечасто курсируют.
– Я включу это в счет.
Он проводил её по кварцевым ступеням и через дыру в стене под особняком. Это был не тот проход, через который они с Оливером сбежали в ночь облавы. Этот был больше. Она предположила, что именно через него люди пытались скрыться во время облавы ФБПР.
В доме они прошли мимо кладовой. Дверь была открыта. Кровь мёртвой официантки засохла, оставив на полу ужасное коричневое пятно. Леона услышала тревожный шёпот тёмной энергии – несомненный признак насильственной смерти. Рокси порыкивала.
– Знаю, мне это тоже не нравится, – сказала Леона.
Мэтт взглянул на неё: – Что тебе не нравится?
– Ничего, – ответила она.
– Леона, мне нужно кое-что сказать.
– Я так и подумала, именно поэтому ты настоял на том, чтобы проводить меня. Что случилось?
– Ты не подала жалобу на то, что я не указал твое имя под статьей, которую собирается опубликовать журнал.
– Я была занята.
– Ты собираешься это сделать?
– Нет. Теперь, когда меня уволили из «Холлистера», мне это не поможет. Это будет выглядеть как мелкая месть. Мы оба знаем, что я не смогу доказать, свое участие в наблюдениях.
– Может быть, но официальная жалоба создала бы мне настоящую головную боль.
Она не ответила.
– Тебя не уволили, – продолжил он. – Формально, Твой контракт не продлили.
– Семантика.
Мэтт кивнул. – Знаю. Спасибо, что не подала жалобу.
– Ты никому не рассказал, что я взорвала артефакт в лаборатории. Я знаю, что именно из-за следов подпалин пошли слухи.
– Можем ли мы прекратить холодную войну?
– Ага. Месть – это прошлое. У меня нет времени. Мне нужно планировать будущее.
– Я ценю это.
Они дошли до входной двери. Леона остановилась.
– Ты сказал все, что хотел, – она достала телефон. – Можешь возвращаться к своей команде. Я вполне могу вызвать такси. Удачи с оставшейся частью проекта.
– Спасибо, – сказал Мэтт. – Это очень важно.
– Не забудь нанять привратника.
Он улыбнулся. – Это первое в моём списке дел.
Он повернулся и скрылся в глубине особняке. Леона вышла на улицу и достала телефон, чтобы заказать машину.
Она подумала о том, что только что произошло в туннелях, и улыбнулась. Она спасла команду. На этот раз она не опоздала.
Глава 48
Рокси фыркнула и соскочила с плеча. К тому времени, как Леона оторвалась от телефона, пыльная зайка уже неслась к фургончику с едой, припаркованному на длинной подъездной дорожке.
– Что может пойти не так?
– О, да. Точно.
– Рокси, вернись, милая. Машина скоро приедет. Нам пора.
Но Рокси уже добралась до фургона с едой. Она забралась на выступ перед окошком выдачи заказов и включила режим – очаровашка.
Официант усмехнулся и протянул ей пакетик с крендельками. – Держи.
Рокси радостно захихикала и принялась открывать свой приз. Скучающие репортёры оживились.
Леона застонала и пошла к фургончику. – Сколько я тебе должна?
– Бесплатно, – сказал официант. – Хоть какое-то развлечение.
– Что там? – спросил один из репортёров, кивнув в сторону особняка. – Нашли что-нибудь интересное?
– Вам стоит спросить у ответственных лиц, – сказала Леона. – Я внештатный консультант. Я никогда не комментирую проекты своих клиентов.
Женщина с микрофоном подошла к ней. – Почему они решили привлечь консультанта?
– Привлечение специалистов для таких крупных проектов, как этот, – обычное дело. Не волнуйтесь, я уверена, что директор, доктор Фуллертон, проведёт сегодня пресс-конференцию. Извините. У меня назначена встреча с другим клиентом.
Она подхватила Рокси и поспешила обратно к крыльцу особняка.
Зазвонил телефон. Она узнала номер и ответила на звонок.
– Привет, мам. Что случилось?
– Мы только что завершили генеалогический поиск, используя данные о братьях Уиллард и их сестре Агнес, – сказала Евгения.
– Это был сложный поиск, – добавила Шарлотта. – Мы не будем утомлять тебя подробностями. Достаточно сказать, что настоящие зацепки были в документах психбольницы, куда Агнес госпитализировали. Мы говорили, что она умерла несколько месяцев назад. Оказалось, что у неё было не так уж много вещей, но то, что у неё было – в основном личные вещи – досталось единственной живой родственнице, племяннице.
– Так у Сайруса Уилларда все же был ребенок?
– Да, – сказала Евгения. – Но он о нем не знал. Очевидно, в какой-то момент ему понадобились деньги, поэтому он продал свою сперму. Пришлось приложить некоторые усилия – Шарлотте пришлось взломать базу данных банка спермы, – но, кажется, мы нашли его дочь.
– Есть фото?
– Да, – сказала Евгения. – Кстати, это было непросто. У неё нет аккаунтов в соцсетях. Видимо, она предпочитает не привлекать к себе внимания. Снимок из DMV (Департамент транспортных средств – государственное учреждение, которое занимается регистрацией транспортных средств и выдачей водительских прав) – это всё, что мы смогли найти.
– Перешлите мне.
– Сейчас отправлю, – сказала Евгения.
Серебристо-серая машина с тёмно-тонированными стёклами свернула на подъездную дорожку. Рокси фыркнула, предвкушая поездку.
– Моя машина приехала, – сказала Леона и поспешила вниз по ступенькам.
– Где ты? – спросила Шарлотта.
– У особняка Антикварного общества. Знакомьтесь, новый консультант. Я только что выполнила задание для команды Холлистера И, представьте себе, Мэтт Фуллертон руководит проектом. Ему было очень тяжело обратиться ко мне в экстренном случае.
– Месть сладка, – сказала Евгения.
– Не так, как я ожидала, – сказала Леона. – Честно говоря, это было немного разочаровывающе. Но эта глава моей жизни определённо закрыта. Я увидела цветок возможностей, расцветающий в темноте, и ухватилась за него.
– Что это значит? – спросила Евгения.
– Это совет из книги, которую я читаю, – сказала Леона.
Она взяла Рокси под мышку, запрыгнула на заднее сиденье и закрыла дверь. Она сосредоточилась на телефоне, ожидая фото.
– Ты быстро, – сказала она водителю, не отрывая взгляда от экрана. – Я рада, потому что я… – Она осеклась, потому что на экране телефона появилось фото. – Вот чёрт.
– Что случилось? – спросила Шарлотта, и ее голос стал резким.
– Я знаю племянницу Агнес Уиллард, – сказала Леона.
Телефон замолчал, когда машина отъехала от крыльца. Рокси вдруг прижала шерсть и зарычала. Леона подняла взгляд. Сначала она увидела стеклянное окно, отделяющее водительское сиденье от заднего.
Она схватилась за дверную ручку, но автоматические замки щёлкнули, и она оказалась в ловушке. Она могла бы их открыть, но это займёт какое-то время. Чтобы провернуть этот трюк, ей нужен был её талант, а энергия утекала, как вода в канализацию.
В воздухе витал незнакомый, неприятно-травяной запах. Рокси больше не рычала. Она обмякла. Леона поняла, что она не спит. Рокси была без сознания.
Скоро она тоже отключиться, потому что запах становился всё сильнее. Она попыталась прикрыть рот и нос рукавом куртки, но было слишком поздно.
Водитель не повернул головы, чтобы взглянуть на неё, но она видела его глаза и часть лица в зеркале заднего вида. Бакстер Ричи больше не играл роль наивного, увлечённого исследователя паранормальных явлений. Он вёл машину словно робот – или словно находился в гипнотическом трансе.
Он был не один. Рядом на пассажирском сиденье сидела женщина. Бейсболка скрывала её волосы. Она обернулась, чтобы посмотреть сквозь стеклянную перегородку. Её глаза сверкали едва сдерживаемой яростью.
– Дарла Прайс, – прошептала Леона, ее голос был хриплым из-за действия препарата.
– Это имя было частью проекта «Лост-Крик», который ты запорола. Можешь звать меня Мелоди Палантин.
Глава 49
Она проснулась от знакомого сияния зеленого кварца. Это дало ответ на два вопроса. Она была жива и находилась в Подземном мире. Нужно мыслить позитивно.
Ей потребовалось мгновение, чтобы осознать, что она лежит на полу. Она заставила себя принять сидячее положение и огляделась затуманенным взглядом, пытаясь сориентироваться. Надежда на мгновение вспыхнула, когда она поняла, что при ней ее навигационный янтарь – браслеты и серьги, но, высвободив немного энергии, она поняла, что они мертвы.
Ее кулон исчез.
Она огляделась. – Рокси?
Мелоди Палантин появилась в дверном проеме. В руке у нее был огнемет. Неистовая, изменчивая энергия ее ярости накалили атмосферу.
– Забудь об этом чёртовом комке пыли, – сказала она. – Я велела Бакстеру избавиться от нее.
– Если он причинит ей боль...
Мелоди фыркнула. – То, что. Ты ничего не сделаешь. А если думаешь сбежать, забудь. Я использовала удобный маленький гаджет, только что из лабораторий моей компании, чтобы снести настройки твоего янтаря и в жёлтом камне в кулоне. – Она вытащила его из кармана и подняла. – Кстати, твоя сестра отлично справилась с настройкой. Она, безусловно, мастер настраивать тонкие частоты, признаю, но как эксперимент дяди Уилларда она потерпела неудачу.
– Что в твоем понимании «неудача»?
Мелоди убрала кулон обратно в карман. – Она не мультиталант. В лучшем случае, двуталант. Уж точно не тройка.
– Ты думаешь, я тройка?
– Это я пытаюсь и понять. Но измерить пси-энергию сложно, особенно если кто-то скрывает третий талант. А ведь именно так поступает любой умный, стабильный триоталант, верно? Скрывает весь спектр своих возможностей? Мы все знаем, как общество боится людей с множеством талантов. Таких, как мы.
Леоне удалось неловко подняться на ноги. Головокружение почти захлестнуло её. Она сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь прийти в себя. – С чего ты взяла, что я могу быть тройкой?
– Не нужно строить из себя дурочку. Согласно дневнику моей дорогой покойной тёти, вы с Молли – результат экспериментов её брата Найджела Уилларда. Видишь ли, он разработал свой собственный процесс усовершенствования. Его целью было создание стабильных мультиталантов. Мне нужно знать, увенчался ли его подход успехом. Вы с Молли – единственное доступное доказательство. У него больше не было возможности поставить эксперимент после того, как он облучил ваших матерей.
– Мой парапси-профиль практически идентичен профилю Молли. Ты уже определила, что она не тройка, так что, очевидно, и я тоже.
– Я в этом не уверена.
– Почему тебя так волнует, обладаю ли я множественными талантами?
– Потому что ты стабильна, – резко ответила Мелоди, – как и я.
– То, что ты не в психушке, не говорит, что ты стабильна.
– Я прямой потомок Винсента Ли Вэнса, – Мелоди повысила голос. – Я унаследовала его исключительные таланты и его парапсихологический профиль – его сильный, стабильныйпрофиль.
– Ты уверена насчет стабильности?
Лицо Мелоди исказилось от ярости. Она направила огнемет чуть правее головы Леоны и выстрелила. Огненный сгусток попал в стену, не причинив практически никакого вреда неразрушимому кварцу, но выстрел произошёл так близко, что Леона почувствовала жар. Она вздрогнула и инстинктивно отступила в сторону.
– Да, я, блядь, уверена, что я стабильна, – прохрипела Мелоди. – Точно как Вэнс.
Леона глубоко вздохнула. – Хорошо. Тогда почему тебя я волную?
Мелоди вздохнула и, казалось, успокоилась. – В подходе, который мои сотрудники использовали в наших лабораториях, были некоторые небольшие проблемы. Мне нужно знать, оказались ли методы Найджела Уилларда более успешными.
– Понятно. Ты пытаешься создать Вортекс 2.0.
– Позволь мне объяснить все простыми словами, – сказала Мелоди. – Тот, кто контролирует надёжный и успешный процесс усовершенствования, обладает властью.
– И ты намерена быть единственной, кто будет контролировать этот процесс, так?
Мелоди подняла подбородок. Её глаза горели. – Я преуспею там, где Винсент Ли Вэнс потерпел неудачу. Мне нужно исполнить своё предназначение.
– Ты думаешь, что сможешь это сделать, потому что ты его потомок?
– Да, и потому что я – устойчивый мультиталант. – Мелоди снова сделала видимое усилие, чтобы взять себя в руки. – В самом начале я полагала, что у меня все под контролем. Я узнала, что глава Спунер Технолоджис работает над современной машиной Вортекс. Когда я поняла, что Спунер спрятал её в секретной лаборатории в туннелях, я устроилась к нему работать. Я стала его правой рукой и доверенным помощником. Сейчас Спунер в психушке. Я управляю компанией и экспериментами с Вортекс. Я была уверена, что мы на правильном пути, пока моя тётя не умерла, и я не получила её дневник.
– А ты знаешь, что тот труп, который мы обнаружили в машине «Вортекс» в Лост-Крик – твой отец? Его звали Сайрус Уиллард.
– Догадалась, – сказала Мелоди. – Хочешь верь, хочешь нет, но я даже не подозревала о существовании этой стороны семьи, пока не получила коробку с личными вещами Агнес. Помимо дневника, там было несколько писем от Найджела и Сайруса. На самом деле, это были лабораторные записи. Они оба были одержимы Вортексом. Именно они привели меня в Лост-Крик и Такеру.
– Это ты, та женщина, которая позаботилась о том, чтобы Такер нашёл поддельное письмо Вэнса, то самое, о так называемой невесте и ключе. А потом ты использовала подвески, чтобы манипулировать половиной города Лост-Крик с помощью Голоса.
Мелоди улыбнулась: – Я, помимо всего прочего, очень, очень хороший гипнотизёр.
– Очевидно. Ты же и была тем таинственным аколитом. Ты же нашла машину «Вортекс» в туннелях Лост-Крик, верно? Но ты не смогла её открыть.
– К сожалению, талант к паранормальным замкам не входит в число моих способностей. Но когда я нашла машину Вэнса, я также обнаружила кристалл-ключ. Из работ Сайруса Уилларда было ясно, что пирамида – ключ к машине, но я не смогла им воспользоваться.
– Ты впала в отчаяние, поэтому выследила Молли и меня.
– Согласно записям Найджела, он использовал те же кристаллы в своей машине для облучения ваших матерей и младенцев, которых они вынашивали. Когда я узнала, что вы с сестрой носите настроенные кристаллы Вортекса, я поняла, что высока вероятность того, что вы можете с ними резонировать.
– Сёстры Гриффин попали на твой пси-радар по двум причинам, – сказала Леона. – Во-первых, ты хотела узнать, стабильны ли мы. Во-вторых, ты думала, что кто-то из нас сможет использовать ключ-пирамиду, чтобы открыть машину в туннелях под Лост-Крик. Сначала ты нацелилась на Молли, но когда твой чрезмерно сложный план рухнул, ты попытались подловить меня на приёме в Антикварном обществе. Но в твоем плане с самого начала был серьёзный изъян.
– Я не могла знать об этом чертовом рейде ФБПР, – прокричала Мелоди.
– Это был не недостаток. Это был сбой, ошибка. Вместо того, чтобы позволить этому выбить тебя из колеи, нужно было увидеть цветок возможностей, распускающийся в темноте.
Мелоди вдруг так разозлилась, что Леона испугалась, что она взорвется.
– Не цитируй мне эту дурацкую книгу, – закричала Мелоди. – «Достижение внутреннего резонанса» – это полная чушь. Каждое чёртово слово.
– Ты ее читала? – спросила Леона. – Я на шестой главе. Признаюсь, у меня были сомнения насчёт теории позитивного мышления, но…
– Всё это чёртова ложь. Эта чушь про позитивное мышление – жестокая шутка. Я пробовала. Посмотри, что со мной стало. Кто-то должен подать в суд на автора.
– Не уверена, что стоит винить автора в собственных неудачах. Это просто плохое планирование.
– Я не облажалась, – воскликнула Мелоди.
– Твоя самая большая ошибка – украсть Ящик Пандоры из музея Ранкорт. Это привлекло внимание Оливера Ранкорта.
– У меня не было выбора, – Мелоди удалось взять себя в руки. – Мне нужен был подходящий артефакт для Общества. Мне нужен был объект, перед которым не устоял бы Совет. Что касается артефакта, ни в одном музее нет коллекции лучше, чем у Ранкорта. Я не думала, что Оливер Ранкорт сможет найти пропавший артефакт.
– Люди склонны недооценивать Оливера, – сказала Леона. – Он был определённо прав насчёт тебя. Ты одержима хитросплетениями собственных планов. Ты так их усложняешь, что не можешь адаптировать их к неожиданным поворотам событий.
– ЛОЖЬ, – Мелоди снова подняла огнемет. – У меня стратегический талант Винсента Ли Вэнса.
– Он потерпел неудачу/Он закончил плохо, помнишь?
– Потому что Гильдии устроили ему засаду, – взвизгнула Мелоди.
– И у него не было запасного плана. Ладно, у тебя есть талант к стратегии и талант к гипнозу. Полагаю, твой третий талант – это способность активировать артефакты Пришельцев.
– Да, – сказала Мелоди. – Как и у тебя.
Бакстер Ричи появился в дверях позади неё. Его бесстрастное лицо и пустые глаза ясно показывали, что он всё ещё пребывает в трансе.
– Где Рокси? – спросила Леона. – Что ты с ней сделал?
Бакстер не отреагировал на вопрос.
– Мне пришлось ввести его в очень глубокий транс, – объяснила Мелоди. – Он реагирует только на мои прямые указания или вопросы. – Она слегка повысила голос. – Бакстер, что стало с комком мусора из сушилки?
– Пропал, – ровным голосом сказал Бакстер.
– Что за херня? – начала Мелоди. Затем она одарила Леону довольной улыбкой. – Кажется, я ясно выразилась: – Избавься от пушка. Люди в трансе воспринимают приказы буквально.
Леона ощутила прилив надежды. Может быть, Бакстер действительно потерял Рокси, а не убил её. Она взглянула на кулон на его шее. Камень в нём светился.
– Ты использовала эти подвески, чтобы передавать команды членам твоего культа «Возвращения Вэнса», – сказала она.
– Тот же самый метод, который использовал Вэнс для управления своими Хранителями.
– Почему ты убила официантку Астрид Тодд на приеме?
– Оказывается, не всех можно загипнотизировать. У Тодд был сильный талант. Она пыталась меня обмануть. Она притворялась истинно верующей, но поняла, что происходит, и просто подыграла.
– Что произошло на приеме?
– Я устроила ее официанткой на прием в тот вечер, потому что подумала, что было бы полезно иметь кого-то, кому я могла бы доверять, если у меня возникнут проблемы. Я знала, что Общество обеспечит серьёзную безопасность на мероприятии.
– Тебе просто нужен был козел отпущения, если что-то пойдет не так.
– Но эта глупая курица пыталась шантажировать меня прямо там, в особняке. Я не могла поверить своим глазам. Именно тогда я поняла, что она не подвластна Голосу. Она пригрозила, что расскажет главе Общества, что я воровка, пришедшая украсть артефакты. Она потребовала, чтобы я перевела целое состояние на её банковский счёт.
– Ты запаниковала, схватила первое попавшееся оружие – кухонный нож – и убила ее.
– Я не запаниковала. Я сделала единственное, что могла в сложившихся обстоятельствах. Мне пришлось убить её. Она не оставила мне выбора.
– Нет, ты определенно запаниковала, – Леона цокнула языком. – Оливер оказался прав. Ты слишком много планируешь. Жонглёр. Одна крохотная вращающаяся тарелка падает, и ты теряешь контроль.
– Ложь. – Лицо Мелоди покрылось красными пятнами. – У меня всё было под контролем. Потом я услышала, как кто-то идёт по коридору.
– Меня.
– Я спряталась в туалете. Следующее, что я поняла, – это Ранкорт с тобой в кладовке. Я оказалась в ловушке, а еще облава. Я знала, что скоро федералы пойдут шерстить коридор. А потом ты зашла в туалет помыть руки. Я думала, ты никогда не уйдёшь. Когда ты, наконец, ушла, я вышла из туалета, забрала кулон Тодд и сбежала через кухню. За выходом наблюдал агент, но я использовала дар гипноза, чтобы заставить его забыть, что он меня видел. В темноте никто не заметил крови на моей одежде.
– Когда всё успокоилось, ты поняла, что, несмотря ни на что, твой план в какой-то степени сработал.
– Да. Именно. – Мелоди явно обрадовалась. – Я знала, что шкатулку украли и открыли, и что кто-то смог войти в резонанс с пирамидой, потому что я повесила на нее следилку. Когда я стала получать сигнал с твоего адреса, я поняла, что ты украла ее. Кстати, кража артефакта была очень впечатляющей.
– Всё было не совсем так, но неважно. Детали. Еще до того, как ты украла Ящик Пандоры из музея, ты знала, что рано или поздно Оливер Ранкорт станет проблемой, потому что он будет расследовать пропажу ящика. Тебе нужно было, чтобы он исчез, поэтому ты придумала план, как заманить его в Лост-Крик.
– Фонд гонялся за Вортексом гораздо дольше, чем я, – сказала Мелоди. – Поколениями. Я знала, что как только Ящик Пандоры исчезнет, Ранкорт свяжется со своими людьми на сером рынке. Он может позволить себе заплатить за информацию, так что рано или поздно он станет проблемой.
– Чего ты не ожидала и не учла в своей стратегии, так это того, что мы с Оливером объединить усилия и будем работать как партнеры.
– Когда мы с Ричи увидели его в твоей комнате той ночью в гостинице, я подумала, что он соблазнил тебя, чтобы манипулировать тобой.
– Видишь, в этом твоя проблема, Мелоди. Ты умеешь держать в воздухе множество вращающихся тарелок, но ты не можешь предсказать поведение живых людей, их эмоции и мотивы. Ты такая же неудачница, как и Вэнс.
– Я не неудачница. Я нашла машину Вэнса и нашла тебя – единственного человека, который смог её открыть.
– Эта машина теперь бесполезный кусок металлолома. Жёлтые кристаллы, включая ключ, уничтожены. Но хуже всего то, что ты до сих пор не знаешь, обладаю ли я тремя талантами, являюсь ли я твоим конкурентом. Вот почему ты не убила меня и не оставила в туннелях без навигационного янтаря. Тебе очень нужно узнать, успешно ли прошел эксперимент надо мной.
– Я прихожу к выводу, что ты простая двойка, как и твоя сестра. Ты выдающийся взломщик, и, судя по тому, как ты смогла отключить ту маленькую чашу, которую я подкинула Ранкорту, у тебя, похоже, есть талант к работе с артефактами Пришельцев. Но я не вижу никаких признаков третьего таланта.
– Хочешь продемонстрирую? Без проблем. Я предоставлю тебе доказательства, если ты согласишься меня нанять.
Мелоди выглядела ошеломлённой. – Зачем мне это?
– Потому что мы обе знаем, что ты не сдашься, пока не исполнишь своё предназначение. Женщине в твоём положении нужен надёжный помощник, на которого можно положиться, чтобы справиться с мелкими досадными недоразумениями, которые неизбежно возникнут на пути. Ты пыталась справиться одна, и это не сработало.
– Ты серьезно?
– Конечно. Я тебе нужна. Дай мне продемонстрировать свой третий талант, и тогда поговорим.
Мелоди недоверчиво фыркнула, но в её глазах читалось любопытство. – Ладно, покажи мне, на что ты способна.
– Мне понадобится доброволец.
– Ты ждёшь, что я стану добровольцем? – рассмеялась Мелоди. – И не надейся.
– Бакстер, вот он, идеально подойдёт. Однако мне нужен физический контакт. Придётся отправить его сюда.
Ричи не отреагировал. Он продолжал смотреть в пустоту.
Мелоди нахмурилась: – Что ты с ним сделаешь?
– Я могу его убить. Ты же всё равно собираешься от него избавиться, да? Он слишком много знает, и рано или поздно транс пройдёт. Он начнёт говорить – если, конечно, будет жив.
– Ты хочешь сказать, что можешь убить кого-то своим талантом? – спросила Мелоди, и ее глаза расширились.
Леона улыбнулась. – Понимаешь, почему я не хотела афишировать эту сторону своего парапси-профиля. Это не то, что пишут в резюме или анкете брачного агентства.
– Врешь.
– Позволь мне продемонстрировать.
Мелоди помедлила, а затем пожала плечами. – Хорошо. – Она отдала своим гипнотическим голосом команду. – Бакстер, иди к женщине. Я скажу тебе, когда остановиться.
Бакстер послушался и пересек комнату, пока не оказался достаточно близко, чтобы Леона могла до него дотронуться.
– Бакстер, остановись, – приказала Мелоди. Она не сводила глаз с Леоны. – Давай, покажи мне свой третий талант.
Леона положила руку Бакстеру на плечо. Он, казалось, не заметил этого. Она осторожно активировала свой талант, чтобы ощутить его энергетическое поле. Оно было частично заблокировано. Неудивительно. Первым делом нужно было освободить его. Она послала немного энергии, ровно столько, чтобы нейтрализовать транс.
Она словно щёлкнула выключателем. Напряжение мгновенно испарилось. Он растерянно огляделся.
– Где я? – спросил он. Он понял, что она держит его за руку. – Доктор Гриффин? Что вы…
– Ты сказала, что убьёшь его, – резко сказала Мелоди. – Ты солгала.
– Не совсем, – сказала Леона. Физический контакт с Бакстером позволил ей сосредоточиться на его навигационном янтаре. – Я же сказала, что могу… Но не буду делать это ради тебя. Но я лучше убью тебя.
