Текст книги "Второй шанс для сгоревшего феникса (СИ)"

Автор книги: Джейд Дэвлин

Соавторы: Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 12

Уголок его губ дернулся, но он даже не ухмыльнулся, лишь поморщился, посмотрел на меня больными глазами. В том, что увиденного ему хватило, чтобы сделать правильные выводы, я не сомневалась. Однако Ялис медлил, а секунды утекали. Если нам не хватит времени или он откажется… Он может отказаться⁈

Я сделала то, чего не собиралась, – подняла руку, позволила манжету соскользнуть к локтю и обнажила накрученные на запястья четки из пламенного агата. Ялис не мог их не узнать.

– Что⁈ – дернулся он.

– Я своей магией, своей сутью, своим огнем клянусь, что не стану отыгрываться за вас на леди Глории и Феликсе, клянусь по мере своих сил и возможностей защитить их от посягательств моих родственников, а также оказать им помощь. Я клянусь сделать все это независимо от вашей виновности в преступлении, но только при условии, что вы дадите мне нерушимую клятву верности.

Тряхнув кистью, я скрыла четки под тканью. И не стала уточнять, что на самом деле помогу его бабушке и брату независимо от того решения, что будет сейчас принято.

Очень странное ощущение…

Пока я говорила, мне казалось, что мои глаза светятся подобно солнцу, я чувствовала самый настоящий жар пламени.

Потом обязательно спрошу, как я выглядела со стороны.

Ялис рвано выдохнул, обмяк. Своей клятвой я буквально выжгла его напряжение, недоверие.

– Я своей магией, – заговорил он торопливо, – своей сутью, своей жизнью клянусь…

Его синие глаза полыхнули ярким фиолетовым светом, каждое слово звучало ясно и четко, отдаваясь эхом где-то внутри меня.

Клятва действительно дана.

Я кивнула и повернулась в сторону двери.

– Что, даже не спросите, я это или не я? – поразился Ялис.

Сколько у меня еще времени? Минута? Меньше?

– Спрошу, но позже.

Какая мне разница?

Даже если он не просто знал, а лично подмешивал отраву и высчитывал, какая дозировка меня уничтожит, я вытащу его, потому что сейчас мне это… полезно.

Пусть дядя переживает из-за него, а не из-за меня.

Снаружи раздался предупредительный хлопок по двери, и тотчас створка беззвучно открылась. Я машинально отметила, что за петлями в здании суда следят, смазывают вовремя.

Кажется, офицер Фарроу с ходу почувствовал след магии. Ничего не говоря, он жестом пригласил меня на выход.

Прежде чем дверь снова закрылась, я подмигнула Ялису.

Лейтенант остановился у зарешеченного окна с видом на аллею Судей. По обеим сторонам выложенной плиткой дорожки стояли мраморные статуи величайших вершителей справедливости от основания королевства и до наших дней.

– Удалось? – хмуро уточнил Фарроу.

Я решила выдать лишь часть:

– Когда я поклялась не отыгрываться на его родственниках, он сказал, что невиновен и что молчал по настоянию своего друга и по совместительству моего кузена Арчи. Сказал, что Арчи обещал свидетеля, который подтвердит невиновность…

– Он мог лгать…

– Разумеется, но это лишь предположение. Тот официант утверждает, что видел, как Иглори принес бокал, но, как я уже сказала, я помню, что его там не было. Больше того, хотя у меня нет точной картины перед глазами, я уверена, что Иглори был у бара и не отлучался из зала.

– Время, леди.

Едва мы вернулись в общий коридор, на меня набросились дядя и Арчи. Кузен и вовсе попытался предъявить претензии:

– Офицер, куда и с какой целью вы уводили мою кузину⁈

– Не беспокойся, дорогой, я просто кое-что наконец вспомнила. – Мне даже не пришлось имитировать волнение, стоило лишь немного отпустить контроль. – Так что я буду давать свидетельские показания.

– Что⁈ – Кузен даже рот приоткрыл в шоке. – Ари, ты сошла с ума⁈

– Ты что, наоборот! У меня наконец прояснилось в голове. Прости, все потом! Сейчас мне надо в зал заседаний.

Ровно через пять минут Ялиса вернули в клетку подсудимого, свидетели, приставы и судья заняли свои места. И тут бесплатный адвокат лорда Иглори, которого науськал лейтенант, сразу подал судье прошение о допросе основного свидетеля. То есть меня.

Я почти не волновалась. Разучилась за те годы, что беспомощной куклой сидела в инвалидном кресле и только моргала в ответ на бесстыжие признания родни, на их откровенное издевательство. Арчи, например, довольно быстро после отравления полюбил использовать меня как «пустое место», в которое можно слить не только раздражение, но и всю душевную грязь. Дорогой кузен со вкусом рассказывал все подробности своих афер, так откровенно любовался собой, что в подробностях расписывал юридические и коммерческие нюансы. Мне оставалось только слушать… и учиться поневоле. В том числе и сдерживать слезы – это единственное, что мне оставалось в моем беспомощном состоянии. Слишком уж они нравились всем троим дорогим родственникам, они будто отыгрывались на мне за то, что дедушка оставил их без наследства.

Вот и сейчас, стоило вызвать в памяти то беспомощное состояние, как в душе воцарился пепельный штиль. Все давно отгорело. Нечему волноваться. Но внешне… внешне я могла изобразить что угодно.

Я встала, ощутив на себе взгляды всего зала. Пальцы инстинктивно сжали край юбки, бессознательно сминая ткань, – жест растерянной девчонки, столь знакомый по прошлой жизни. Идеально. Сделала шаг к трибуне, чуть споткнувшись на ровном месте, будто ноги не слушались. Взгляд упал на пол, потом робко скользнул по суровому лицу судьи и тут же метнулся в сторону. Легкий румянец разлился по щекам.

– Ваша честь, – начала я свои показания, делая голос тихим, чуть дрожащим, но намеренно четким. Я сглотнула, будто собираясь с духом, кончики пальцев нервно переплелись. – Боюсь, тут происходит что-то очень неправильное. – И замолчала, слегка закусив нижнюю губу, изображая борьбу с волнением. – Я прошу прощения, что мое здоровье прежде не позволяло мне ясно мыслить. Но память тем не менее с каждым днем становится все отчетливее. – Голос окреп, но дрожь осталась. – И сейчас я могу точно сказать, что этот человек, – я кивнула на застывшего от неожиданности официанта, рука непроизвольно потянулась к виску, поправляя несуществующую прядь, – лжет.

Тишина в зале стала гулкой. Я сделала паузу, будто собираясь с мыслями, пальцы снова вцепились в ткань юбки. Кожа на костяшках побелела.

– Я видела его перед самым отравлением и точно знаю, что он подавал пирожные графу и графине Керрил в другом конце зала. Он просто не мог видеть, откуда лорд Иглори взял бокал и что он с ним делал. – Голос зазвучал увереннее, но я нарочно сбилась на середине фразы, снова сглотнув, словно пересохло горло. – Думаю, если вы спросите графа и графиню, они подтвердят мои слова. И в таком случае стоит выяснить, зачем этот человек клевещет на подсудимого. Ведь я, кроме всего прочего… – тут я на мгновение замолчала, прикрыв глаза, изображая сосредоточенность, – вспомнила, как лорд Ялис взял бокал со стойки бара и принес мне, нигде не задерживаясь. Понимаете? – Я широко распахнула глаза, в них плескалось наивное недоумение и искренняя тревога. – Просто взял случайный бокал и принес. Он не мог отравить коктейль, ведь совсем недавно тут выступал мэтр судебный эксперт, который подтвердил, что яд поместили в бокал более чем за пять минут до того, как я его выпила. Вещество должно было раствориться и перестать горчить. Но за пять минут до этого момента… – я сделала вид, что теряю нить, беспомощно провела рукой по лбу, будто стирая капельки несуществующего пота, – мы с лордом Ялисом танцевали, и он точно не подходил к стойке бара.

Последнюю фразу я закончила почти шепотом, взгляд снова упал вниз, плечи слегка ссутулились, изображая полное изнеможение после такого напряжения. Румянец сменился бледностью.

Мертвая тишина в зале лучше всего свидетельствовала о том, что представление удалось.

Глава 13

Ну что ж, все вышло неплохо. Дело о моем отравлении возвратили на доследование.

Судья Камэлла Рубис вынесла единственно возможное решение. И хотя Ялиса освободили прямо в зале суда, он не был признан невиновным – его отпустили под запрет покидать столицу. Кстати, официанта задержали за лжесвидетельство и отправили прямиком в жандармерию на допрос.

Пока все бурно выражали самые разные эмоции по этому поводу, мне оставалось тихо радоваться успеху и готовиться к финальному фокусу… с исчезновением.

Сославшись на легкую дурноту от волнения, я быстро вышла из зала суда, намного опередив и дядю, и Арчи, перехватила бледного, но уже приободрившегося Ялиса у самых дверей и повисла у него на локте, как краб на якорной цепи.

Стоило бывшему арестанту меня увидеть, радость в его глазах померкла, появилась настороженность, но в самой глубине синих глаз я рассмотрела настоящий страх. Понимаю: мы не друзья, а приказать теперь я могу все что угодно.

– Отойдем в сторонку, дорогой. – Тащить Ялиса к ближайшей скамеечке у пыльного судейского сквера пришлось чуть ли не волоком. – Мой дорогой кузен намерен убедить тебя, что он ни при чем и сам глубоко потрясен вероломностью мерзавца.

– Не убедит, не беспокойтесь, леди.

Обращение он выделил. Да, я же к нему на «ты». У меня не было намерения подчеркнуть его подчиненное положение, но кто мне поверит? А главное, я больше и пытаться не стану убеждать окружающих в своих чистых намерениях.

– Я разорву с ним всяческие отношения! – пафосно пообещал Ялис тем временем, сев на лавочку рядом со мной.

Он еще и гордец до глупости? Вот правильно я с него клятву взяла, а то начудит и все испортит. Резвый какой! Или это просто стресс так действует? Дураком Иглори вроде бы никогда не был.

Я, например, хорошо представляю его партнерство в делах дяди. Резкий разрыв для Ялиса означает полную потерю активов. И на что его близкие будут жить, он подумал? Что ж, пока его голова не придет в порядок, думать придется мне.

– Нет. Ты сделаешь вид, что все еще веришь им безоговорочно, и будешь держаться так, словно ничего не случилось.

– Что?

– Это приказ, – пожала я плечами. Объяснять некогда, до нас почти добрался Арчи. Он выскочил на крыльцо здания суда и вертел головой, высматривая добычу. Заметил нас на скамеечке и рванул со всех ног в нашу сторону.

Мне достался острый взгляд, а поднявшемуся навстречу Ялису – крепкие объятия.

– Друг!

Ялиса перекосило, лицо застыло в пугающей восковой неподвижности. Показать отвращение, злость и весь остальной спектр эмоций не позволяла клятва, а улыбаться у Ялиса не получалось. Благо обнимающий его Арчи просто не мог видеть эту жалкую пантомиму.

Я быстро вклинилась между ними и принялась нести какую-то чепуху: как я рада, что смогла вспомнить и раскрыть обман, как я не верила в виновность Ялиса, как я счастлива, что он освобожден, и как мне жаль, что он пострадал. Арчи не возражал, наоборот, поддакивал.

Кое-какая хитрость в Иглори все же проснулась. Он после паузы, но ответил на объятия еще более крепкими, почти костоломными, поклонился мне и попросил его извинить – после бесконечных дней в камере ему хотелось в душ, за стол с домашним обедом и на мягкую перину под родное одеяло.

Более чем уважительная причина для скорейшего прерывания беседы.

– Я понимаю, – важно кивнул Арчи. – Позже я тебя навещу.

Ялис еще раз поклонился, теперь уже нам обоим.

Я чуть выждала, глядя ему вслед влюбленными глазами. Все же знали, что я без ума от синеглазого красавца и тайно мечтаю о нем по ночам.

– Лорд! – кинулась я следом. – Ваше задержание – это всецело моя вина! Ведь это я назвала ваше имя!

– Вы назвали мое имя совершенно справедливо, леди Нияр.

– Позвольте в качестве извинения предложить вам воспользоваться нашим автомобилем⁈

– Я буду весьма признателен, – улыбнулся Ялис.

– Я провожу! – заверила я. – О, совсем забыла! Арчи, тебя дядя искал!

Арчи повелся, не сообразил, что последним дядю видел как раз он сам, я же убежала первой. Он пошел обратно в зал суда, а я потянула Ялиса к выходу. Говоря «провожу», я имела в виду отнюдь не до машины. А до дома. Прикинув, что, увы, ломиться в гости на глазах у водителя я пока не могу себе позволить, придется выкручиваться.

– Опустите стекло, пожалуйста, – первым делом попросила я у шофера, нанятого еще дедом. Он вроде бы не особо подлизывался к дяде и кузенам, но не был уволен в прошлой жизни после того, как я стала инвалидом, а значит, как минимум лоялен им. Стало быть, эти уши нам не нужны. А желание остаться наедине с мужчиной, на которого запала юная пустоголовая наследница, – это же так объяснимо!

– Леди, я не стал бы рассчитывать…

– Не беспокойся, целовать тебя или делать что-то еще более неприличное никто не собирается. – Я устроилась рядом с Ялисом на мягком замшевом сиденье и обняла его руку, глядя снизу вверх сияющими глазами влюбленной идиотки. – Всего лишь маленькое представление. Можешь пока ничего не изображать, тебе простительно после тюрьмы.

– «Пока»? – Иглори явно был шокирован контрастом того, как я выглядела и что говорила. Кажется, он не ожидал таких незаурядных актерских способностей от свеженькой выпускницы провинциального пансиона.

– Верно понимаешь. Именно пока. Поскольку первая попытка меня уничтожить провалилась, будет вторая. И ты снова должен изобразить самое подходящее орудие. Твоя задача – сделать так, чтобы мои дорогие родственники были уверены: лучше тебя с этим никто не справится.

– То есть вы думаете, что это именно они пытались вас отравить⁈

– Я не думаю, я знаю. Прекрати дергаться, водитель нас не слышит, но видит. Лучше и дальше изображай полумертвого героя. Напрягись, Ялис, от этого зависит не только твоя жизнь. И не только моя. Твои бабушка и брат…

– Вы поклялись, леди! – попытался вскинуться он, и пришлось под прикрытием рукава больно ущипнуть его за бок.

– Не дергайся, кому сказано. Я помню свою клятву. И тебе придется наизнанку вывернуться, чтобы помочь мне выжить. Потому что с того света, из сумасшедшего дома или из инвалидного кресла я не смогу их защитить. Это ты понимаешь?

– Понимаю, – после долгой паузы все же кивнул этот недоделанный узник. – Значит, вы уверены…

– Я уверена. А ты имел возможность оценить, на кого свалят всю вину. Или остались какие-то сомнения?

– Нет. – Ялис вздохнул и наконец расслабился, откинувшись на мягкую спинку сиденья. – Куда мы едем? Ко мне домой? Или в особняк Нияр?

– В ресторан. Я проголодалась, тебя тоже не мешает как следует накормить. Заодно обсудим план на ближайшее время. Без лишних ушей, глаз и подозрений. Что может быть естественнее искренней заботы влюбленной девушки о своем герое, верно?

Глава 14

Двухэтажная ресторация недалеко от выезда на набережную Белых Лотосов встретила нас бежево-золотистым интерьером, модными картинами в приглушенной бронзе, фикусами в кадках и почти пустым залом, так что мы с Ялисом удобно устроились у стены, я лицом к залу, он – спиной. Выбор блюд в меню ограничивался одной страницей, и я не стала долго думать, предпочла хороший бифштекс под сырной шапкой.

– Я буду то же, что и леди. – Ялис устроился напротив меня расслабленно, чуть откинувшись на спинку удобного стула, и напоминал кота, потрепанного непогодой и хулиганами, но все еще по-кошачьи уверенного в себе и чуть нагловатого.

Я же поймала себя на том, что невольно любуюсь им. Даже бледный и замученный, со ссадинами и синевой под глазами, он оставался привлекательным. Только вот былых чувств к нему у меня не осталось. Да, в прошлой жизни я грезила о нем. Сердце почти останавливалось, как он мне нравился. Но почти одиннадцати лет в теле инвалида хватило, чтобы выжечь душу дотла. До серого стылого пепла. И теперь остался только холодный расчет. Я даже не видела ничего плохого в том, чтобы сделать его своим любовником. Когда-нибудь. Почему нет? Но не больше – вряд ли синеглазый ловелас способен на глубокое чувство, а мне этого и подавно не надо.

Когда нам принесли блюда и мы утолили первый голод, я отложила приборы и решила, что пора покончить с недоговоренностями:

– Так ты соучастник преступления против меня, Ялис, или тебя использовали вслепую? Говори правду и не пытайся ввести меня в заблуждение двусмысленностями. Клятва на магии все равно не позволит.

Он весь подобрался, как тот самый битый помойный кошак, настороженный и злой. Сверкнул на меня ледяными синими глазищами и вернулся к тарелке, наколол на вилку очередной кусочек мяса.

– Нет, леди, я ничего не знал. Я считал вашего дядю и кузена своими партнерами и союзниками, и мне в голову не приходило, что они так примитивно и тупо меня подставят.

– Хорошо. – Я улыбнулась. – Значит, мы точно поладим.

– Сомнительно, хотя куда мне деваться. Я весь ваш. – Ялис скривился. Ну да, битого помойного кошака загнали в угол. Кому такое понравится. Жаль, но меня вовсе не волновали его проблемы. Со своими бы разобраться.

Тем более я не собиралась лезть к нему в душу с расспросами. Зачем? Мне достаточно клятвы и того, что дорогие родственники теперь наши общие враги.

Я погладила подушечкой указательного пальца край стола, в который раз остро и ярко ощутила, как это прекрасно – владеть своим телом, ощущать прикосновения, холод, тепло, фактуру дерева… и продолжила:

– Ты по-прежнему идеально подходишь на роль козла отпущения, дяде будет выгодно поощрить наши отношения.

– Зачем⁈ – резко перебил он и со звоном опустил приборы на тарелку. – Леди, вы вступили в наследство, и у ваших родственников нет ни малейших шансов оспорить завещание. И вы совершеннолетняя. Зачем вам эти… грязные игры? Разорвите с ними отношения, вы будете в своем праве.

Да-да, конечно. Я в ответ на эти слова просто смотрела на него пристально и насмешливо, не отводя глаз, пока он сам не был вынужден, глухо и невнятно выругавшись, уткнуться в свою тарелку.

– Черт. Вы не так глупы, верно?

– Не так глупа, как ты рассчитывал? – Я иронично дернула уголком рта. – Не так наивна, как думают дядя и кузены?

– Мало ли на что я рассчитывал. – Ялис Иглори снова вызывающе поднял на меня синие злые глаза. – Но согласитесь, неожиданно встретить такую расчетливость и циничность в девчонке, только что выпорхнувшей из провинциального пансиона. Я голову даю на отсечение, еще несколько дней назад вы и были тем, кем казались, – юной и доверчивой дурочкой. Восторженной, доброй и ласковой. Когда и почему вы так изменились, леди?

Мне пришлось прятать ладонь, до боли сжатую в кулак, под стол. Я медленно выдохнула, губы сами собой растянулись в ледяную улыбку:

– Это неважно. Главное, чтобы никто, кроме тебя, об этом не догадался. Ты же проследишь за этим, верно?

– А у меня есть выбор? – Как же ему самому не нравилось это говорить. Увы.

– Нет. – Я была спокойна и настолько уверена в себе, что это чувствовалось как аромат хорошего кофе за несколько кварталов до кофейни.

– Тогда и разговаривать не о чем, – резюмировал Ялис. – Что еще вы от меня хотите, раз уж не собираетесь вышвырнуть семейство Нияр пинком под зад из дома и компании?

– Много чего, но ничего противозаконного. Для начала перестань валять дурака и нести чушь. Ты сам прекрасно понимаешь: выставление дорогих родственников за дверь совершенно не означает, что я могу рассчитывать на безопасность. Им не нужно находиться со мной под одной крышей, чтобы устроить еще один несчастный случай. Если ты вдруг забыл, по закону Первого короля, будучи наследницей древнего рода, завещать имущество я могу только кровным родственникам. Ни тебе, ни короне, ни храму… не имею права.

Ялис в ответ только скривился и заметил:

– Именно поэтому я все еще не уверен в бесспорной виновности ваших родственников. Их никто не собирался выгонять из дому, наивная ветреная девчонка ничего не понимала в делах, просто подписывала все что скажут, какой был смысл ей вредить? Пусть танцует на балах, ездит на пикники и покупает шляпки в компании Жюли. Со временем дядя подобрал бы вам нужного мужа и…

– Видимо, никто не собирался так долго ждать и рисковать, – хмыкнула я, отрезая кусочек сочного бифштекса с кровью и запивая его хорошим глотком вина. – Что ж… кто предупрежден, тот вооружен. А что касается дорогих родственничков, если я решу их выгнать, публичного скандала не избежать. Это уничтожит мою репутацию. И ладно бы только мою. Ты совершенно прав: для всех серьезных людей в столице и не только я девочка из пансиона, безмозглая и легкомысленная. Без светского общества, от которого мне откажут, прожить можно. Чего не скажешь о деловых кругах. Компания начнет стремительно терять контракты, активы обвалятся в цене. Скандал будет стоить мне состояния.

– Простите, леди… – Он даже попытался изобразить виноватый вид, но плохо постарался, поэтому я без угрызений совести перебила его:

– Я не закончила. Подлинная причина заключается в том, что я просто… так хочу. Те, кого я искренне приняла как свою семью, попытались меня уничтожить. Не просто убить, а превратить мою жизнь в ад. Ты слышал мэтра судебного эксперта? Я должна была стать бессловесной парализованной куклой. Я хочу мести, Ялис. Я хочу насладиться сладким вкусом мести. И считаю, что имею на нее полное право.

Наконец-то моя улыбка стала искренней.

Ялис же смотрел на меня так, будто видел напротив не милую леди, а ядовитую демоницу.