Текст книги "Второй шанс для сгоревшего феникса (СИ)"

Автор книги: Джейд Дэвлин

Соавторы: Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 45

Подушка не помогла.

Кто из нас перелез, я так и не поняла. Вероятно, во сне я подползла к середине кровати, а Ялис избавился от преграды, отпинав ее пяткой на пол, и обнял меня вместо подушки поперек живота, еще и ногу для верности закинул. Однозначно, нарушительница не я.

Улыбнувшись новому дню и пробивающемуся через штору солнечному лучу, я не стала выпутываться из уютного тепла, а чисто из вредности стала ждать, когда проснется «дорогоймуж». Даже глаза прикрыла.

Вместо доброго утра Ялис процедил пару ругательств, причем адресовал их он в большей степени себе, хотя и мне тоже.

– Это так ты с женой здороваешься? – фыркнула я.

– Ты не спишь!

– А разве должна?

Он рывком откатился на свою половину кровати, а я взяла и прикатилась следом, еще и легла сверху.

– Ты что делаешь⁈

– Возвращаю себе удобство. Я не виновата, что ты удобнее матраса.

– Арисоль! – Он так забавно пыхтел, шипел и ерзал, что… о-ля-ля!

– А ты и сам рад, верно? – Странно, конечно, в прошлой жизни я так и умерла девушкой. Только отнюдь не такой невинной, как мне самой хотелось бы. Ни Жюли, ни Арчи меня не стеснялись, я многое слышала и даже видела. Слава богине, хоть не чувствовала. Теперь же будто бес вилами в бок колол, мне совершенно бессовестно нравилось доводить Ялиса. И это при том, что я твердо решила про себя: никаких больше влюбленностей. Да мне и не хочется. И вообще…

А он так-то здоровый молодой мужчина. Я довела, он и довелся.

– Арисоль! – Яростный рык улетел под потолок, меня смело в подушки, а «дорогоймуж» унесся в сторону ванной комнаты быстрее урагана.

Что ж… пора и мне вставать. Хорошо, что в покоях две ванные комнаты. Вперед, сегодня еще много дел. Мне же надо довести родственничков до решительного шага? Надо. Ну и нечего время терять!

Потянувшись, я неторопливо поднялась, подобрала с пола свой вчерашний костюм и ушла на свою половину умываться, приводить себя в порядок, одеваться, наводить красоту.

– Ялис! – позвала я.

– Да? – Он появился в дверном проеме, собранный, одетый в нечто среднее между домашней и выходной одеждой: кремовая рубашка по моде прошлых лет, возможно даже не его, отцовская, застегнутый на все пуговицы жилет и легкие брюки, совершенно не сочетающиеся с тапочками.

Я повернулась спиной:

– Помоги, пожалуйста, с застежкой.

– Это работа горничной, – зашипел он.

– Горничной нет, а ты есть. Пожалуйста… Как-как ты меня назвал⁈

– Стерва, – процедил он. – Зараза.

Но ко мне подошел и принялся одну за другой застегивать пуговицы. Я ощутила осторожные касания его теплых пальцев. А еще то, что они у него дрожали. Интересно, от злости или от чего-то другого?

– Проведаем мальчишек? Сегодня по плану отвезти Патрика в храм, для публики – чтобы оба получили благословение стихии, а на самом деле – чтобы повидался с матерью. Она должна быть уверена в том, что я держу слово и сын в безопасности. Нам еще мэтра Браушви ловить на горячем.

– Думаешь, после вчерашнего совещания Бойд все еще будет настаивать на том, чтобы этот шарлатан что-то с тобой делал? – усомнился Ялис. – Нелогично. Они все равно хотят, чтобы ты умерла, зачем лишние хлопоты?

– Убийство еще надо подготовить. Причем так, чтобы избежать подозрений. – Я пожала плечами. – Лучше всего заранее подстраховаться: получить вердикт специалиста о том, что моя магия нестабильна и опасна. Повыступать насчет ограничителей, но не настаивать слишком рьяно. Чтобы, когда все случится, можно было рыдать и картинно страдать на тему «ах, если бы я настоял!». На что спорим, так и будет?

Ялис скривился и помотал головой:

– Нет, не буду.

– Вот! – Я нарочито нравоучительно ткнула в Ялиса пальцем.

В ответ дорогой муж вяло хлопнул по моей руке, но попасть он не пытался и в итоге шлепнул себя, но не расстроился и рывком распахнул дверь в коридор.

Мы вышли, и в конце коридора, в эркере, я заметила насупленного, мрачного, как грозовая туча, надутого Арчи. Он рывком спрыгнул с подоконника и шагнул к нам, будто гвозди забивая каблуками. В крышки наших гробов, ага.

– Доброе утро, – улыбнулась я. – Арчи, ты какой-то странный. Ты не заболел?

– Нет, – гневно отрезал он, проходя мимо и прожигая меня бешеным взглядом. Хм, неужели мое замужество настолько его… задевает? Я помню, что его отношение ко мне было нездоровым. Но не настолько же? Или я даже после смерти осталась слишком наивной?

Когда мы с Ялисом спустились к завтраку, Жюли и Арчи уже сидели за столом, он – еще более надутый, а кузина обиженная. Похоже, он и на нее сорвался.

Дяди еще не было.

Я уверенно прошла не на привычное место, а во главу стола.

– Ари? – удивилась кузина, когда я спокойно уселась на главное место и кивнула Ялису на стул по правую руку от себя.

– Да, дорогая? – Из моих глаз на кузину смотрела сама безмятежность.

– Ты… – Жюли явно не могла найти слов, во всяком случае приличных.

– Что ты творишь? – вместо нее слова нашлись у Арчи. – Как…

– Но кузен, – я сделала бровки домиком, – я теперь замужняя дама, глава семьи. Надо же соблюдать приличия? Иначе в свете нас не поймут! А как же репутация семьи Нияр? Вы сами столько о ней твердили!

Арчи очень много хотел сказать в ответ, но Жюли успела положить руку ему на локоть и явно сжала, призывая к спокойствию. Они обменялись довольно многозначительными взглядами. Что-то вроде: пусть перед смертью покуражится, недолго ей осталось.

Но вслух, естественно, сказано было совсем другое.

Завтрак прошел в тишине, только приборы редко позвякивали о тарелки. Я притворно не замечала напряженной атмосферы и с восторгом принимала ухаживания Ялиса, который почему-то решил показать, каким галантным и обходительным он может быть. Жюли, по-моему, позеленела от зависти и потеряла аппетит.

Дядя появился только к концу завтрака. Обнаружив перемену мест за столом, аж споткнулся и привычно побагровел, но реагировать не стал и даже радушно пожелал всем нам приятного завтрака.

– Мы уже закончили, – отозвалась я. – Идем, дорогой?

– Да, конечно!

Ялис изобразил в адрес дяди вежливый поклон и что-то сделал, что именно – я не поняла. Зато увидела, точнее, услышала результат: Ялис достал из кармана очередной кристалл, и продолжившийся без нас разговор в столовой не стал для нас тайной.

– Мразь, – процедил дядя. – Я его из нищеты вытащил, в свет вывел, человеком сделал. А он так отблагодарил! Задурил эту идиотку.

– Сжечь, – повторил Арчи. – Сжечь.

Глава 46

Ялис

Мне не нравилось все: открывшаяся гниль тех, кого я считал друзьями, показное легкомыслие Арисоль, ее самоуверенность. Ее стараниями судьба свернула в совершенно другое русло. Знания о том, несостоявшемся будущем, безусловно, полезны, но они призрачные и с каждой секундой размываются все больше. Как она не понимает?

Хуже только ее желание поймать Бойда и всю эту кодлу на преступлении – это не что иное, как охота на живца, и Ари добровольно становится приманкой.

А если и в этот раз Бойд окажется расчетливее, злее, быстрее? Если принятых мер безопасности будет недостаточно⁈

Тогда… поводок, за который Арисоль, когда бывает в стервозном настроении, не прочь подергать, исчезнет, я снова буду принадлежать только себе. Казалось бы, радоваться этому надо, а я почему-то не рад.

Всю дорогу до храма я таращился в окно, пребывая в своих мрачных мыслях, и лишь краем уха улавливал, как Ари воркует с детьми и советует нанятой все в том же приюте няне показать мальчишкам зоологический сад, исторический музей, частную коллекцию игрушек-артефактов, недавно открытую для публики лордом Марвенсом.

– Ты с нами, дорогой? – Арисоль подергала меня за рукав. – Ты очень мило отражаешься в зеркальной галерее, мы с детьми ни за что не пропустим это зрелище!

Я мысленно зарычал. Мало того, что эта чокнутая играет со смертью, она еще с явным удовольствием доводит именно меня до белого каления.

Причем доводит без помощи клятвы и поводка, просто… ведет себя безобразно! Бесстыдно! Дразнит все время, черти б ее… а я ведусь, как сопливый мальчишка, впервые познавший таинственную прелесть подглядываний за девчонками!

И хуже всего то, что я начинаю видеть за этим глупым ребячеством и отчаянной бравадой женщину. Юную и в то же время какую-то по-настоящему выгоревшую. До привкуса полынного пепла на губах. Как она умудряется быть одновременно сломанной, яростной, безжалостной и шаловливо-легкомысленной? Словно не человек, а огонь в руках.

– Ялис?

– Прошу прощения, леди, – тряхнул я головой. – Задумался. Мы вроде бы собирались в храм, а не в галерею?

– Так храм уже. – Она кивнула в сторону своего окна. – А я говорю о том, куда мы отправимся после.

Действительно, приехали. Няня с детьми уже вышли из автомобиля и ждали в стороне. Я поморщился. Вся эта ритуалистика с обязательным подаянием, умыванием огнем перед входом и прохождением через кривые зеркала раздражала меня еще с детства – слишком часто бабушка водила меня часами стоять на скучнейших церемониях.

Арисоль требовательно протянула руку, и я подхватил ее под локоть.

– Мы здесь надолго? – уточнил я. – Мне к полудню надо быть на фабрике, чтобы отвечать на некоторые вопросы королевского аудитора, твоими заботами.

– Как пойдет, – пожала плечами Ари и устремилась вперед.

Оглянувшись, я почувствовал себя очень странно.

Мы шли как настоящее семейство: мы с Арисоль во главе, дети за нами чинным гуськом под бдительным присмотром замыкающей няни.

От сходства с картинкой из внезапно полыхнувшего воспоминания мороз пробрал: впереди шли бабушка с дедушкой, за ними – еще живые родители, я маленький за руку с няней, а вторая няня несла на руках завернутого в кокон из кружевных пеленок Феликса. Счастливый миг, после которого началась черная полоса, а все благополучие разлетелось вдребезги.

Да что со мной?

Накрутил себя из-за взбалмошной стервы, и теперь еще дурные знаки везде мерещатся.

Мы вошли под своды главного зала, и мелкая девчушка с подносом в руках тут же подскочила к нам, предлагая взять ритуальные свечи.

Не прошло и пяти минут, как нам все же уделил внимание сам отец настоятель. Мне, признаться, не понять, почему теперь в любом доме огня или богини матери Арисоль встречают так, будто она долгожданный гость, прибывший издалека. Да, она феникс. Но в истории нашего королевства, помню, уже случались подобные. Правда, я не слышал, чтобы они возвращались в собственное прошлое, как утверждает Арисоль.

Так или иначе нас пропустили во внутренние покои, где мы поневоле стали свидетелями слезливо-сентиментальной сцены.

Райлина сегодня не выглядела такой серой и стертой, как в прошлый раз, даже одежда храмовой послушницы не могла скрыть сияющих глаз и здорового румянца на лице совсем еще молодой женщины.

– Патрик! Сынок!

– Мамочка!

– Сынок…

Ну вот. Тьфу… еще и в глаз что-то попало, пришлось торопливо отворачиваться от рыдающей компании и докрасна растирать веко уголком шарфа. Повезло Арисоль, она, как девушка, может лить слезы, сколько ей угодно!

– Мамочка! – Когда основной слезоразлив пошел на убыль, Патрик вдруг вывернулся из материнских рук, решительно вытащил из-за нянькиных обширных юбок своего дружка, без которого отказался покинуть приют, и поволок того в сторону матери. – Мамочка, это Тим. Он мой брат! Я обещал, что никогда его не брошу. Ты же будешь его мамой⁈ Тетя Ари сказала, что это только от тебя зависит…

Ну да, эта зараза кого хочешь подставит. Впрочем, Райлина, кажется, вовсе не против. А слезоразлив пошел по второму кругу, да что ты будешь делать!

Лучшее, что я мог в этой ситуации, – это отступить. Добившись от Арисоль осмысленного взгляда, я назвал ей один из ближайших приличных ресторанов, где она сможет меня дождаться, и улизнул. Уж лучше компания Стальной Кобры. Я ни монетки в свой карман из кассы не положил, так что бояться мне нечего, наоборот, чем быстрее Кобра завершит проверку и выдаст нам длинный список нарушений, тем лучше.

Хотя встреча была назначена на полдень, когда я прибыл на фабрику, выяснилось, что королевский ревизор давно здесь и уже довела управляющего до нервного срыва, с которым его увезли в лечебницу. Ни капли сочувствия я не ощутил и поторопился в кабинет, который Кобра превратила в свое временное логово.

Я думал, что представляю себе, что меня ждет, но оказалось, что я ничего не представлял. Приветливо кивнув, Кобра указала мне на стул. Под взглядом поверх очков в толстой черепаховой оправе я на миг почувствовал себя провинившимся учеником, вызванным к директрисе на воспитательную беседу.

– Как вы это объясните, лорд Иглори? – Кобра развернула передо мной три таблицы. Числа в некоторых колонках были обведены красным. Взаимоисключающие числа.

Три часа эта змея тянула из меня нервы!

Задавала вопросы с безупречной вежливостью, уточняла детали, сбивала с толку неожиданными вопросами, но самое плохое – давила числами, жонглируя ими, будто фокусник в цирке. У нее в мозгах счетная машинка⁈

В конце концов моя искренность и открытость сработали. Насытившись, Стальная Леди откинулась на спинку стула, попросила распорядиться принести ей кофе и добила предписанием: я получил длинный список документов, касающихся непосредственно моей доли, которые мне рекомендовалось предоставить в кратчайшие сроки.

Арисоль, наверное, заждалась.

Вдруг ей надоело и она уехала? Хорошо, если с детьми в зоосад. А если домой? Мне очень не нравилось, что она окажется с родней без моего присмотра.

– Быстрее, – поторопил я водителя наемного кеба. – За скорость доплачиваю.

В ресторан я не вошел, а взбежал по широким ступеням, оглядел зал, ни Ари, ни детей, разумеется, не увидел. Зараза!

– Голубчик, моя супруга должна была ждать меня здесь. Как давно она ушла? Травянисто-зеленое платье с длинным терракотовым жилетом, – описал я.

– Лорд, сегодня подобным образом одетой леди у нас не было.

– Не может быть!

– Лорд, я работаю с самого утра, и гостей было немного. Я бы не пропустил. Возможно, леди ждет вас не у нас?

Нехорошо.

Отгоняя беспокойство, я поблагодарил официанта монетой, снова поймал кеб и велел мчать в храм. Могла Ари забыть название, которое я ей сказал?

Ладно, до храма два шага переулками, там, скорее всего, знают, куда эта сумасшедшая направилась. С детьми пошла? Оставила мальчишек с няней?

Но едва я вывернул из переулка на храмовую улицу, как сердце упало куда-то в желудок и затрепыхалось там, как мышь в сетке. Пожарные, жандармы, перепуганная няня с детьми в стороне под охраной служителей закона. Двери в левый заалтарный флигель распахнуты, а на ступенях кровь. Много крови. И Арисоль нигде не видно. Что произошло⁈ Конец первой книги