Текст книги "Темнейшее поражение (ЛП)"

Автор книги: Джена Шоуолтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 26 страниц)

– Я раб, и я больше не хочу им быть. – Он мог его вводить в заблуждение, но…

– Я тебе не верю. Я не могу тебе верить. – Он наблюдал, как Кайя с Бьянкой сомкнули руки. Бьянка взмахнула сестрой вокруг и ноги Кайи врезались в трех, стрелявших в неё, женщин. Когда близняшка отпустила её, Кайя взлетела, как шар для боулинга, сбивая других вниз, словно кегли.

Какая женщина.

У Страйдера был для неё подарок, который прожигал дырки в его кармане. Почему он еще не подарил ей? Он не знал. Не был уверен, что ей понравится. Как будто ему было неловко, что он сделал его. Честно говоря, он был опасным как преисподняя, и доказывал, каким слабаком стал Страйдер после встречи с ней.

Только за это  она любит его – подумал Страйдер, усмехаясь.

– Что еще? – потребовал Лазарь.

– Кайя. – всё, что он сказал.

– Да, она сильна. И благородна. Ты понятия не имеешь, как я тебе завидую.

– Пока это все, что ты делаешь – с тобой все будет в порядке. Возможно.

– Что возвращает нас к причине, по которой мы здесь. Мне не нужно, чтобы ты мне верил. – сказал Лазарь еще более настойчиво. – Мне нужно, чтобы ты слушал. Знаешь ли ты на что способен Жезл Разделения?

Это захватило его внимание полностью. Он сжал перила балкона настолько сильно, что суставы побелели:

– Скажи мне.

– Жезл крадет из живых. Их души, их способности, их жизненные силы,  всё. Он забирает у тела всё, заключая украденное внутри себя.

– Обчищает все, оставляя лишь оболочку. – прохрипел Страйдер, когда понимание осенило его. В этом был смысл. Страшный, страшный смысл.

– Да. Но когда ты владеешь Жезлом, ты не можешь забрать силы внутрь себя. Ты должен отдать их другому или, если ты хочешь их для себя, тебе придется доверить Жезл кому-то другому и попросить его предоставить силы тебе.

– И Джульетта сделала это с тобой. Предоставила силы тебе. – Как только что упомянутая иллюзия.

– Да, – повторил воин. – Ничто не имеет значения, ничто не может ее ранить, только маленькие штучки, которые я использовал, чтобы произвести впечатление на её сестер.

– Так эти силы впечатлили их?

–Ты ещё спрашиваешь? – Обида повысила сильный мужской голос. – Никогда игры не проводились в столь экзотических местах.

– Как будто я знаю. Я никогда не участвовал в играх раньше.

Лазарь фыркнул.

– Тогда твоё невежество простительно. Едва.

– Спасибо,– ответил он сухо. – Я чувствую себя намного лучше.

– Как я сказал – раздражаешь.

– Так как же Джульетта заполучила Жезл в свои руки?

– Как и вся её раса, она – наемник. Она сделает все что угодно, если цена подходящая, и жена Кроноса использовала эту информацию в своих целях. Она знала, что Джульетта искала меня на протяжении веков. А она в свою очередь, искала способ обеспечить Жезлом Разделения себя и своих Ловцов. Поэтому, несколько месяцев назад, королева пообещала вернуть меня, если Джульетта сможет украсть Жезл у моей матери, Горгоны, которой поручено стеречь его. Джульетта ухватилась за этот шанс. Но жадная стерва, каковой она и является, узнав, на что в точности способен Жезл, решила, что хочет и его и меня. Так что она просто убила мою мать, решила сделать копию Жезла и обменять фальшивку на меня. Но Рея, как и большая часть её армии, исчезла прямо перед их встречей, что позволило Джульетте просто выхватить меня из клетки, без необходимости в торгах. Никакого сопротивления.

– Почему ты был заперт?

Вспышка стыда мелькнула в его глазах.

– Гере, бывшей королеве богов, нравилось содержать зверинец мужчин. Я слышал, что мой отец уснул сном мертвых, и находился там, поэтому я позволил схватить себя в надежде, что смогу как-то помочь ему. Но я его так и не нашел, а потом и сам не смог выбраться. Сон мертвых. Это значит, что Тифон был жив в сознании, но не мог подняться с постели. Так вот, что случилось с этим созданием.

– Мне жаль. – Страйдер неожиданно понял, что это он сказал. У него были свои слезливые истории, но они ничем не походили на страдания Лазаря.

Он знал, что Жезл Разделения будет разрушительным в чужих руках, но даже понятия не имел – насколько опасным это может быть в действительности. И теперь, он также понял, почему Ловцы искали Кайю и ее сестер. С исчезновением Рейн Джульетта заполучила больше чем просто Жезл Разделения – она взяла контроль над Ловцами.

– Что случилось с Галеном, правой рукой Рейи? – Конечно, он мог кое-что сказать по этому поводу.

– Гален – хранитель Надежды? – На кивок Страйдера он ответил. – Воин улетел прямо перед прибытием Джульетты. Я не уверен в его предназначении.

Итак. Гален был там. Где-то.

– А где же сейчас Жезл?

– У меня.

В вихре целенаправленного движения, Страйдер оказался перед ним. Прежняя безотлагательность воина, наконец, завладела им.

– Где он?

Лазарь выглядел скучающим.

– У меня нет способностей – прятать предметы в окружающем пространстве. Он здесь. Здесь.

Широко раскрыв глаза, Страйдер оглянулся вокруг, потом похлопал воздух вокруг плеч воина. Он ощущал только тепло тела воина, но знал – Жезл здесь. Так близко, что он возможно даже задел его во время разговора. Его сердце бешено колотилось о ребра.

–  Дай его мне сейчас же! – сказал он. Потом он вспомнил, что сказала ему Кайя не так давно, и остановился.

Если он украдет Жезл, в глазах своих людей она будет оскорблена. За исключением случаев, когда она была без сознания или болела, корчилась от боли из-за своих ран, она болтала о том, что сама его украдет. Как он подозревал, Кайя собиралась это сделать. Для него. Он должен сейчас уйти – ради неё – но он не мог. Слишком много жизней поставлено на карту. Он найдет способ сделать это для неё – сказал он себе. Так и сделает.

Черные глаза стали узкими:

– Я … не могу.

– Как в аду. Вытащи его из проклятого воздуха. Как сделал в первую ночь, во время ориентировки.

– Я не могу, – повторил Лазарь.

– Почему? – Его голос хлестнул как молния.

– Часть моей души заключена внутри Жезла. Я физически не могу сделать ничего из того, что Джульетта запретила мне. Я просто не могу, как ни стараюсь. Поверь мне, я пробовал. Это единственная причина, по которой она доверила мне хранение Жезла. И поэтому, я должен умереть прежде, чем позволю тебе отобрать у меня Жезл.

Страйдер вытащил кинжал из ножен на лодыжке.

– Я не хочу драться с тобой.

Упрямый подбородок приподнялся, напомнив ему о Кайе.

– И я не хочу с тобой сражаться. Я много раз такое видел и уже потеря счет, но решение всегда одно и то же. Джульетта контролирует Жезл, а, следовательно, контролирует меня. Она никогда не захочет расстаться с одним из нас. Я её супруг, и уверен, что ты знаешь гарпии сделают все возможное, чтобы удержать своих супругов на своей стороне. Даже если бы произошло невероятное, и мне бы удалось сбежать от неё во второй раз, она никогда не перестала бы искать меня. Я решил, что скорее умру, чем буду помогать ей любым способом. Я предпочту умереть, чем осчастливить её. Решение, которое ты должен поддержать, поскольку она хочет, чтобы я соблазнил и ранил твою женщину.

Придурок не собирался ни соблазнять, ни ранить Кайю.

– Просто для ясности. Ты говоришь…

– Я говорю, что меня уже использовали как сексуального раба раньше. И я не буду им снова. Я говорю, что твоя женщина однажды освободила меня, и за это я навредил ей. Я не обижу ее снова. Я говорю, что Джульетта убила мою мать. Теперь я убью её мечты.

Шок пронесся сквозь него.

– Ты…

– Хочу, чтобы ты меня убил? Да, даже больше, чем уничтожения Джульетты. Я больше не могу жить как раб. Слишком много столетий я провел внутри клетки, а теперь должен коротать остаток вечности с женщиной, которую презираю? Нет! Я жажду свободы, даже если смогу найти ее только в смерти. – Лазарь опустился на колени и склонил голову на бок, выставляя длину своей уязвимой шеи. – Давай. Пока я не передумал.

В тот момент Страйдер понял, что никогда ничем не восхищался больше. Самопожертвование никогда не занимало большой части в его жизни, но вот Лазарь отдает всё. Не для любви, а ради мести, и этот мотив намного лучше.

Если кто и заслужил второй шанс прожить долгую и счастливую жизнь, вдруг подумал Страйдер, так это был именно этот человек.

Во имя победы Страйдер сделал очень много презренных вещей, даже худших, чем последствия войны с Ловцами, но этот поступок – хороший человек, опустившийся вниз – превзошел их все. В другой жизни они могли стать друзьями.

– Смерть не должна стать концом, – сказал он, чтобы почувствовать себя лучше.

Страйдер увидел искру сожаления в лице другого мужчины.

– Для меня станет. Так же как и вы, Повелители, неполны без своих демонов, я неполон без части моей души, что заключена в Жезле. Когда я умру, лучшее, на что я могу надеяться это то, что часть меня зачахнет и умрет. Как я уже дал понять, немыслимо надеяться, что две части моей души объединятся и перенесутся на небеса.

– Значит, в основном, ты говоришь, что знаешь, что с тобой случится?

Вспышка замешательства.

– Это то, во что ты должен верить, чтобы выполнить это дело? Что для меня есть шанс стать счастливым в загробной жизни? Потому что, признаться, меня смущает твое нежелание положить моей жизни конец. Я ожидал большего от грозного Повелителя Преисподней. Не заставляй меня бросать тебе вызов. Повелитель Поражения. Просто сделай. Освободи меня.

Он поднял лезвие выше, наблюдая за биением пульса. Его запястье подергивалось, но оставалось на месте.

Проклятие. Он не мог сделать это. Он не мог прикончить это существо навсегда. Лазарь должно быть понял, что решимость Страйдера пошла на убыль.

– Если я останусь в живых, я найдут способ затащить твою женщину в свою постель. Если Джульетта будет жить, она убьет твою женщину, когда я с ней закончу. И это только, если она почувствует щедрой, какой никогда не бывает. Сейчас, насколько я знаю, план состоит в том. чтобы окончить игру и оскорбить твою женщину всеми ее многочисленными неудачами. А потом, когда устанет от насмешек. Джульетта отберет у Кайи свободную волю, так же, как сделала со мной. Кайя будет не в состоянии остановить себя и присоединится к Ловцам под командованием Джульетты. О, разве я не говорил тебе об этой части? Джульетта заставит Кайю уничтожить тебя и всё, что ты любишь. Ты понимаешь, что это значит? Ты будешь воевать со своей женщиной.

Вот так просто укрепилось решение действовать. Не потому, что Кайя будет второй, а просто потому, что счастье Кайи для него – всё и она также заслуживает второй шанс.

Он не позволит Джульетте унижать её. Он не позволит этой суке играть с её мыслями и эмоциями. А позволить Джульетте и дальше издеваться над Лазарем, парнем, который достаточно благороден, чтобы спрыгнуть с корабля и спасти кого-то другого? Парнем, который достаточно настрадался? Этого не случится.

– Спасибо тебе за твою жертву. Она не будет напрасной. Джульетта будет наказана. – поклялся он. – Даю тебе слово.

– Спасибо, друг.

Страйдер ударил.

Глава 30

Несколькими минутами раньше…

Её команда, возможно, начала в невыгодном положении, думала Кайя, задыхаясь от напряжения, но они безусловно, выравнивают шансы. И быстро, слишком. Прямо сейчас, только члены Иглешидс и Скайхоуков были ещё в сознании.

Поначалу в неё швырялись оскорблениями: “Слабая”, “Глупая”, ”Сука”. Но в этот раз они её не отвлекали. Возможно, потому, что она была зациклена на одной мысли: сохранить Страйдера от боли.

Человек, который ненавидел вызов, бросил его самому себе. Для неё. Если она и питала какие-либо сомнения в его любви, это должно было бы убедить её.

Она должна победить. Для него. Он угрожал убить любого, кого Кайя не победит, но она знача, Страйдер не может уследить за каждым. Он любит её слишком сильно, чтобы навредить члену её расы. Итак, если она потерпит поражение, а потом он не сможет исполнить наказание, будет ли он испытывать боль в два раза сильнее?

Победить, победить, победить.

О, да! Ее стратегия? Ударить и убежать. Кайя не могла позволить себе заняться только одним человеком. Ну, не дольше, чем требовалось для одного удара – ладно, иногда двух. Она била, потом перемещалась, никогда не позволяя окружать себя. Когда больше одной Гарпии сходились к ней. Кайя просто двигалась в сторону и позволяла им бить друг друга. Это, конечно, как посылать их в свой собственный бой, что эффективно выполняло работу за нее. Их решимость прикончить её и только её одну, приведет их к падению. Дерись, думала Кайя, поворачиваясь к лицу своей следующей соперницы. Когда она узнала Гарпию, предвкушение увяло.

Её мать.

Горло Кайи пересохло. Впервые в этом туре, искра жара вспыхнула внутри неё. Она была так осторожна.

Табита отбросила неподвижное тело, которое держала за волосы, и встретилась со своей забытой/пренебреженной дочерью. Вокруг них битва продолжала бушевать. Бьянка заметила происходящее и предупредила остальных. Вскоре команда Кайи отодвинула остальных женщин наружу, оставляя для Кайи и её матери по – больше места

– Ну, наконец – то дочь, на похвалу которой я однажды потратила все утро, убеждая моих конкурентов, что в один день ты станешь сильнее, чем даже я, только чтобы понять, что ты чуть не погубила всех нас. – сказала Табита. Её ожидание было очевидным. – Наконец-то ты будешь наказана за это. Я поставлю тебя на место, за нанесенные тобою оскорбления.

Она провела все утро, расхваливая Кайю? Утверждала, что Кайя станет сильнее? Не смягчайся. Это то, чего она хочет.

– И где же моё место? – Она должна оставаться холодной. Эта битва была необходима, и создавалась веками. Используй силу, не жар.

Она пожала одними, на вид изящными, плечами.

– У моих ног. Конечно.

В другое время, это могло уничтожить Кайю. Сегодня, однако, она ощущала только мягкий приступ боли. Её любили, мужчина, которому нелегко любить. Он считает её достойной. Этого достаточно.

– Ты можешь попробовать.

–О, я сделаю даже больше.

Разговоры, разговоры, разговоры. Кайя махнула пальцами, пламя ударило в сторону.

– Мы просто будем стоять здесь, или уже сделаем это?

Удивительно, но Табита осталась там, где и стояла, удивленно выгнув темную бровь.

– Я дам тебе пять секунд, чтобы убежать, шанс, который я никогда не предлагала другому. Во имя старых времен, можешь считать, что это единственна уступка, которую я тебе дам. После этого, я заберу твою голову. – Она подбросила кинжал в воздух. Кинжал уже покрытый кровью.

– Один, – сказала Кайя.

Если она не ошиблась – а она не должна была ошибиться – гордость сверкнула в янтарных глазах ее матери.

– Ты безоружна. Ты действительно ожидаешь, что сможешь победить?

–Два.

Другое мерцание.

– Попытка произвести впечатление на мужчину? Жаль, что его там нет. Он исчез несколько минут назад.

Никакой реакции. Она не будет поддаваться такой тактике. Не будет отвлекаться от своей цели.

– Три.

Уголки рта Табиты изогнулись.

– Помнишь ли ты сколько часов я провела, тренируя тебя, когда ты была девочкой? Я всегда оставляла тебя в горизонтальном положении.

 Никакой, мать ее, реакции.

– Четыре.

– Хорошо. Больше никаких разговоров. – Табита бросила взгляд на толпу. – Никто не должен прерывать нас. Это понятно? – с этими словами она встала в боевую стойку, ноги врозь, колени согнуты, руки готовы. – Это только ты и я, дочь.

Её сердце пропустило удар.

– Пять.

Они налетели друг на друга.

Табита просто так не получила бы имя “Порочная”, и порезала Кайю в тот момент, когда они сократили дистанцию. Они были слишком близко, для того чтобы Кайя успела отвернуться от удара и зная это, она проклинала саму себя ибо ожидала, что её мать попробует и скинет её на землю при первой же возможности. Так что она сделала единственное, что могла. Она подняла руки, позволяя лезвию порезать предплечье, а не шею или грудь. Когда резкая боль пронзила её, кожа разорвалась, её мать ударила снова, молниеносно быстро, на этот раз, метя в живот.

Кайя контратаковала. Она поймала руку Табиты на полпути, схватила изгиб запястья и выкрутила, используя импульс как преимущество. Когда их руки достигли уровня плеч, она сжала запястье Табиты, отклонила от себя лезвие и ударила свободной рукой мать в висок. Она могла использовать ладонь этой руки, чтобы отобрать оружие и отправить его в полет, но лучше ударить сейчас, пока у неё имелся шанс, чем забирать у матери оружие.

Зачем драться, как они всегда это делали, если она могла сделать что-то и закончить все сейчас?

Табита споткнулась от удара и головокружительно грохнулась на колени. Конечно, через несколько секунд она обрела равновесие и схватила Кайю сокращая расстояние между ними, прежде, чем та смогла ударить. Табита увернулась, избегая контакта. Затем, в один миг, Кайю ударило сзади. В череп. Она отпрянула, быстро соображая. Зная свою мать, она была уверена, что женщина налетит на неё, попытается опрокинуть на землю, перерезать горло, в то время, как её вес раздробит крылья Кайи. Только один способ бороться с этим. Кайя использовала эти колеблющиеся шаги, чтобы оттолкнуться и сделать заднее сальто.

На какой-то миг, под собой, она увидела темную макушку головы Табиты. Увидела, что была права. Увидела, как Табита остановилась с пониманием, что так легко ей не победить. Затем Кайя приземлилась и ударила, метя в почки своей матери. Попала.

Заворчав Табита упала на колени. Кайя ударила снова – никакой пощады – целясь в трепещущие крылья. Бум. Тело её матери полетело вперед, хрящ правого крыла хрустнул от толчка. Опять же, все действие произошло так быстро, что все наблюдатели пропустили бы его, если бы моргнули.

Это должно было замедлить её мать, но Табите было около миллиона лет и, она и раньше дралась с перебитым крылом. Казалось бы невосприимчивая к боли, которую должна была испытывать, женщина перевернулась, встала и повернулась.

– Это всё, что ты можешь, детка? – Табита улыбалась, но на зубах ее была кровь.

Холодная. Безжалостная.

– Давай выясним.

И снова, они бросились друг к другу, чтобы встретится посередине. Последовал шквал ударов и блокировок. Холодная, оставайся холодной. С каждым взмахом левой руки ее матери, кинжал, который та держала, играл с уязвимыми местами Кайи. Несколько раз Кайю порезало, но кинжал не погрузился достаточно глубоко, чтобы причинить много вреда. И это было не потому, что её мать осыпала её ударами! У Кайи были навыки, даже если она об этом и не знала. В данный момент руководила Табита, отталкивая Кайю назад. Она держалась так – «холодная, холодная, такая холодная»,– подавляя каждую новую вспышку жара, который пытался выпрыгнуть из нее – до тех пор, пока не споткнулась о бессознательное тело.

Вниз, она упала вниз. В мгновение Табита оказалась над ней.

Когда кинжал метнулся к ней, Кайя поняла, что есть только один способ сохранить свою шею. И свою жизнь. Кинжалу нужна цель. Она встретила металл своей ладонью, позволяя наконечнику пронзить плоть насквозь, войти с одной стороны и выйти с другой. Больно, твою мать, но это того стойле. Хотя её кости и раздробились, кинжал застрял между косточками, и Табита отдернула пустую руку.

Но это её не остановило. Кулаки ударяли в лицо Кайи так быстро, что она не могла уклониться и почти свалилась без чувств. Все еще оставаясь холодной она, наконец, собрала силы, чтобы перекатится на лопатки, стремительно сбросив мать со своего живота и позволяя Кайе повернуть свои ноги.

Она сомкнула лодыжки вокруг шеи Табиты и дернула вниз. Женщина упала на спину и потеряла доступ кислорода. Или должна была, если бы Кайя не сомкнула каблуки своих сапог на горле матери, раздробив дыхательное горло и предотвратив выход воздуха.

Без заминки, Кайя поднялась, зрение было дерьмовым, поскольку кровь капала в ее опухшие глаза. «Кстати, об этом». Со всей силой, она выдернула кинжал из ладони – и черт, при выходе болело хуже, чем при входе! – затем бросила оружие за пределы круга. Теперь обе они были безоружны.

Она прошествовала вперед, надеясь, что останется для своей матери, прежде всего, практичным солдатом и получит время, чтобы излечиться или продумать стратегию. С ней это не сработало. В один миг, Табита поднялась на ноги и они в третий раз столкнулись лицом к лицу, двигаясь по кругу.

– Браво тебе, – засипела Табита ломающимся голосом, благодаря все еще исцеляющейся трахее. – Я ожидала, что ты сломаешься намного раньше.

– Это потому, что ты слишком высокого мнения о себе и слишком маленького о тех, кто вокруг тебя.

– По уважительной причине. – Без эмоций.

Я заставлю её что-то почувствовать. Кайя облизала губы, ощущая вкус меди.

– Награда Мать Года, встречайте Табита Порочная. Или нет, но не расстраивайся. Я взяла это от отца.

Табита замерла, мигая, крылышки беспокойно скрывались и раскрывались.

– Я хорошая мать.

Ох, что? Это удар по нервам?

– Если под хорошей, ты имеешь в виду худшая в мире, то ДА – ты на вершине списка.

Янтарные глаза сузились, скрывая беспокойство.

– Когда ты умрешь, другая гарпия заберет себе твоего мужчину. Ты это знаешь, не так ли? И как твоя победительница, я буду первой.

Ауч. Сейчас бьет словами по уязвимому месту, в попытке вызвать эмоциональный отклик. Как сказал Страйдер, Кайя была всем в своих переживаниях. Она чувствовала, как огонь возвращается к жизни внутри нее, нагревается… нагревается…

Она могла выпустить пламя, и делу конец. Они воевали. Здесь не место плакать. Кайя сдержалась, но хоть и не было любви между матерью и дочерью, она не хотела сжечь женщину до смерти. Во всяком случае, то чего она хотела, не имело значения. Не сейчас. «Делай, что должна, чтобы выжить», сказал ей Страйдер.

Самое время.

Наконец, она открыла свое сознание жару, привлекая его, позволяя ему расти, распространяться – поглощать.

Жарче… жарче… Она не знала чего ожидать. Последний раз изменения прошли сквозь нее так неожиданно, что у неё не было ни секунды, чтобы остановиться и подумать о том, что происходит. Что она будет делать, если пламя не разгорится?

Шок омрачил выражение лица её матери. В ушах Кайн раздался грохот, тело нагревалось, нагревалось, а затем все, что она могла увидеть была лазурная дымка. Меньше, чем за мгновение, пламя взмыло из её пор, захватывая каждый дюйм, словно бушующий ад Сгорела даже ее одежда.

– Извини за это, мамочка. – сказала Кайя. Она прыгнула, сокращая расстояние между ними. Контакт. Они упали на землю. Пламя прыгнуло от Кайи к Табите. Она остановилась, ожидая.

Где были крики ее матери?

–Ты действительно думаешь, что я бы переспала с Фениксом, если бы я не была защищена от его огня? Но я впечатлена. Ты обманула меня. Я понятия не имела, что ты способна на это.

– Я… я… – Нет ответа. Слишком ошеломлена.

Табита продолжила,

– Я не могу вызывать пламя, но я могу ему противостоять. Так что борись.

Кайю опять перекатили на спину, и удары посыпались снова и снова. Это она допустила, скорее из собственного чувства удивления, чем от неспособности противостоять матери.

Когда ее чувства вновь сфокусировались, она замерла в попытке защитить лицо и шею. Был только один способ закончить это.

Удары не прекращались. Когда резкая боль пронзила её, зрение почти исчезло, горло почти сдавило – а следующими будут знакомые когти, и с ними, она потеряет свою голову – жар исчез, возвращая ее к холодной решимости.

Делать всё, что потребуется.

Кайя выгнулась, все еще принимая удары. Её мать, ничего не заподозрила и сбавила ритм кулаков, ожидая, что в любой момент Кайя соскользнет в беспамятство. Кайя добралась до спины матери и рванула. Крик эхом разнесся по воздуху, когда теплая кровь покрыла ее руки. Кулаки наконец-то прекратили мелькать. Вес исчез с её плеч.

Кайя поднесла руки ко рту и облизала. Всё чтобы выжить, снова сказала она себе. Кровь, любая кровь, была лекарством и необходима для исцеления. Жизненные силы её матери скользнули по пересохшему горлу в желудок. Эффект не был настолько мощным, как тогда, когда она пила из Страйдера, но зрение немного просветлело, и она присела, чтобы отдохнуть.

Ее мать лежала в нескольких фугах от неё, без сознания и голая из-за пламени. Она могла продержаться со сломанным крылом, но не могла вынести полную их потерю. Её спина превратилась в месиво, а крылья полностью исчезли. Грудь Кайи сжалась. От горя, что их вражда привела к этому, и от гордости, что она победила.

Она рассматривала окрестности. Остальные драки тоже закончились. К своему разочарованию, она заметила, что Иглшилдсы победили её сестер, которые в свою очередь разгромили Скайхоуков. Те, кто еще мог стоять, смотрели на неё с ошеломленным выражением на лицах. Она заботилась только о своей команде.

К счастью, каждый полноправный участник был жив. Собраны в кучку, с направленными на них мечами, но живы. На какое-то время, она встретилась взглядом с каждым из них. Они кивнули в знак извинения и благодарности. Её не волновало, что они только что потеряли, главное, что они были живы.

У них будет шанс реабилитироваться в следующем состязании. И, возможно, она могла в этом убедиться сейчас. Безразличная к своей наготе, она неуклюже поднялась на ноги. Не важно, что произойдет дальше, сейчас было только трое претендентов на победу в четвертом раунде. И, кто бы не победил, он выиграет все. Почетные права и Жезл Разделения.

Понимал ли Страйдер насколько близко они были к окончательной победе?

Страйдер. Её сестры остались живы, но она проиграла. Разгромив её команду, Иглшилдсы победили и её. Страйдер только что проиграл свой собственный вызов.

Нет, уверяла она себя в следующий момент. Он только поклялся убить тех, кто её победит. Или ранит? Во всяком случае, там не было лимита времени для исполнения смертельного удара. Верно?

Она обыскала ликующую толпу, но не смогла его увидеть. Там были Сабин и Лисандр, которые исчезли на некоторое время, но сейчас вернулись. Оба были напряженными, бледными и взволнованными, явно желая забрать своих женщин и уйти.

Был ли Страйдер в порядке? Куда он ушел?

Было ли ему сейчас больно?

Она могла бросить вызов Иглшилдсам и продолжить борьбу. Но она не могла вывести их строя всех одновременно. Кто-то из членов её команды будет ранен, может быть даже убит. Значит, она должна решить. Спасти их или уберечь Страйдера от мучительной боли.

Молясь, чтобы он понял, Кайя опустилась на колени, признавая поражение.

Три вещи произошли одновременно. Их окружение изменилось. Колизей больше не был новым и свежим, а стал старым и разрушенным, искусственные блокады и люди внезапно материализовались вокруг них. Крик ярости и недоверия, который издала Джульетта, отобразился от стен. И, хуже всего, мучительный крик Страйдера прорезался сквозь ее душу.