Текст книги "Флин Райдер. Последний из Тёмного королевства (ЛП)"

Автор книги: Джен Калонита

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Глава девятая

«Что это? Подарок? Мне? Тебе не следовало... Ох, шучу, конечно! Беру! Обожаю сокровища!»

– Флинниган Райдер из книги «Флинниган Райдер и утерянное сокровище Шкотии»

Менее чем сутки назад окружающие Флина люди были готовы бросить его и Лэнса в шахты, а то и что похуже.

А сейчас?

Флин чувствовал, как его поднимают на плечи самого коренастого человека в мехах, которого он когда-либо видел. Флин схватился за рога на шлеме викинга, чтобы не упасть. Справа от него мускулистый парень в металлической маске держал на руках Лэнса. Флин заметил на его правом предплечье татуировку в виде кекса.

– Ключ теперь у нас! – кричали мужчины, хлопая в ладоши и обнимаясь.

Флину не верилось, что люди были так взволнованы из-за ключа. Пока здоровяк таскал его на своих плечах, другие работники цирка продолжали похлопывать его и Лэнса по спине, благодаря их за то, что они провернули это дельце. Барон наблюдал за всем этим со стороны, очень довольный.

Флин тоже был доволен. Ему нравилось быть в центре внимания. Теперь-то их все обожали! Ну, большинство. Братья Граббингстоны уже успели гневно удалиться. Но люди, которые прошлой ночью хмуро косились на них, теперь носили их на руках. Энди почти плакал от счастья. При свете дня Флин понял, что эта разношёрстная команда насчитывала несколько десятков человек. Некоторые были его ровесниками, иные были постарше, как Барон. Все были не похожи друг на друга. Многие носили рогатые шлемы и меха, в то время как другие были одеты в обычную одежду, украшенную кожаными жилетами и высокими сапогами. Тут же был и мим с напудренным лицом, притворяющийся, что надувает воздушные шары. Даже Стайлан присутствовала. Флин поймал её взгляд, и она слегка кивнула ему. Единственным, кого он не видел, был человек с меткой. Но он должен был быть где-то здесь.

Когда Флина с Лэнсом наконец вернули на землю, вокруг них собралась толпа. Ему казалось, что он плывёт.

– Отличная работа! – сказал мальчик высоким голосом. У него был необычно большой нос. – Я – Носач. Полагаю, вы с приятелем будете спать в той же палатке, которую я делю с Энди.

Энди приобнял его за плечи.

– Я так рад, что вы справились с испытанием! – сказал он. – Я должен был предупредить вас о наших посвящениях. Цирк не для слабонервных, и это отпугивает большинство людей.

– Интересно почему, – сухо сказал Флин.

Энди рассмеялся.

– Но я был уверен, что вы, ребята, с этим справитесь. Добро пожаловать на борт! Пойду поищу вам двоим постельные принадлежности в палатку. Вам понравится.

Он дал Флину пять и убежал.

Тень упала на него и Большого Носа, и они посмотрели вверх. Мужик, который только что держал Флина на руках, взирал на мальчика маленькими глазками-бусинками. Он кинул Флину какой-то небольшой предмет, и Флин поймал его. Это был крошечный деревянный единорог.

– Влад дарит тебе подарок, – объяснил Носач. – Ух ты! Он никогда не отдаёт своих единорогов просто так, – Влад хмыкнул. – Он немногословен, но любит единорогов! Он постоянно вырезает их и продает в цирке. Прилично зарабатывает на этом.

– Э-э, спасибо, Влад, – сказал Флин здоровому викингу. По-видимому удовлетворённый, мужчина отвернулся.

– Барон позволяет нам всем делать и продавать в цирке вещи, если мы того захотим, однако большинство парней зарабатывают больше денег другими способами, – сказал Носач. – Мы покажем вам, как это делается, как только вы освоитесь.

Кто-то начал фальшиво напевать песню, в то время как несколько мужчин схватили лютни.

– Флин! – Лэнс положил руки Флину на плечи. – Ты можешь в это поверить? Нас приняли! Теперь мы официально являемся членами команды!

В последний раз Флин видел Лэнса таким счастливым в тот день, когда весь приют отправился на ферму на экскурсию и хозяева позволили ему приготовить ужин из собранных яиц.

– Ты был так прав, – сказал Лэнс. – Для нас это выгодный шаг. Они с Бароном объехали все королевства, которые только можно представить! Тот парень, который носил меня на руках, Аттила. Он даже любит готовить так же, как и я.

– Он готовит лучшие десерты, – вмешался Носач. – Кстати, привет. Я – Носач, – он протянул руку, и Лэнс яростно потряс её.

– Приятно познакомиться, Носач, – весело сказал Лэнс. – О, и Флин, это Ульф.

Мимо них проскользнул мим, притворяясь, будто скачет верхом. В отличие от других, Ульф носил красные подтяжки, полосатую футболку и белые перчатки. Ему это очень шло.

– Неплохо показываешь наездника, Ульф! – Носач толкнул Флина в плечо. – Он передразнивает тебя, понял? Флин Райдер – наездник, вот почему он скачет на лошади.

– Вот как? – Флин чувствовал, что это было немного натянуто, но кто он такой, чтобы судить? – Спасибо, Ульф!

– Познакомься с братьями Крюками, – добавил Носач. – Они тоже отличные ребята. Не пугайся. Крюкорук! Поди сюда!

К ним подошли двое молодых людей в шубах. Похоже, оба рано облысели. У одного клочки волос напоминали рога. У первого не хватало ступни, у второго – запястья. Поэтому их так и звали.

– Позвольте мне прояснить: вы, ребята, братья, и у вас обоих крюки вместо руки и ноги? – сказал Флин. Лэнс вздохнул. – Что? Мне не стоило этого говорить?

Один из братьев нахмурился, принимая вид человека, который зарабатывает на жизнь лишь грабежом. Затем он расплылся в широкой улыбке:

– Это семейное.

– Я – Крюконог, – сказал брат с крюком вместо, ну, его ноги. – А моего брата кличут Крюкоруком из-за, ну, вы поняли...

– Никаких «вы поняли»! – зарычал Крюкорук. – С одной рукой я способен на гораздо большее, нежели большинство с двумя.

– Что правда, то правда! – согласился Носач. – Крюкорук – наш постоянный пианист... когда пианино имеется.

– Я сломал несколько инструментов, – признался Крюкорук, – но я всегда получаю в свою руку новое. Пианино гораздо важнее для цирка, чем танцы.

Крюконог зарычал:

– Только не начинай! Сколько раз я должен повторять? Танец делает гостей счастливыми – намного счастливее, чем чья-то игра на пианино!

Крюкорук приблизил своё лицо к лицу брата.

– Кто сказал?

– Я сказал! – ответил Крюконог, вставая с братом носом к носу.

Они начали толкаться и пихаться. Их спор был ещё слышен, когда они растворились в толпе.

– Хорошие парни, – сказал Лэнс, вопросительно глядя на Флина.

– Вы к ним привыкнете, – сказал Носач. – Они очень преданы цирку. Благодаря Барону мы все одна большая семья. К слову о семье – вот идёт дочь Барона, Стайлан. Я её побаиваюсь, – пискнул Носач.

Флин нашёл девушку взглядом. Он не мог не заглянуть в её фиолетовые глаза, не приметить родинку на её левой щеке и колье на шее. Она была единственной девочкой его возраста, с которой Флин успел пообщаться – в конце концов, он вырос в детском доме для мальчиков. Тем не менее если её и беспокоило, что она была в меньшинстве, то она не показывала виду. Когда она подошла к ним, её лицо было чрезвычайно серьёзным.

– У моего отца много работы, и он хочет видеть вас обоих, – решительно сказала она. – Прямо сейчас.

– Привееееееет, Стайлан, – пропищал Носач.

Она едва взглянула на него.

– Привет, – девушка развернулась и пошла прочь.

Носач вздохнул:

– Хотел бы я так разговаривать с людьми. Она потрясающая.

– ФЛИН! ЛЭНС! Идём! – крикнула Стайлан и зашла в самую большую палатку лагеря.

– Вам двоим лучше идти, – сказал Носач. – Лучше не заставлять Барона ждать.

Флин скорчил гримасу.

– Не переживайте. Если бы что-то было не так, вы бы об этом узнали. Наверняка он просто хочет ввести вас в курс дела, – Носач ухмыльнулся, обнажив несколько кривых зубов. – Вам здесь понравится. У вас, ребята, будет больше денег, чем вы мечтали!

Лэнс толкнул Флина локтем.

– Слышал? У нас будут деньги! Мы сможем отправить немного в приют! Я так рад, что ты предложил присоединиться к цирку!

Флин не удержался и дал себе немного помечтать. Приключение их жизни – то, что они так долго представляли на крыше «Приюта для мальчиков королевства Корона» – наконец-то началось. Вместе с цирком они повидают мир. Он знал, что его родители ждут где-то там. Теперь он мог их найти.

– Носач! Ну же! Мне нужна помощь, чтобы убрать это барахло! – закричал Влад. В руках у него была стопка нагрудников королевской гвардии.

«Как он их получил?» – подумал Флин.

– Я должен идти. Увидимся за ужином, – сказал им Носач. – Думаю, Аттила приготовит кексы в вашу честь!

– Кексы? Боги, я бы помог ему испечь их, – простонал Лэнс. – Думаю, в следующий раз. Пойдём к Стайлан.

Флин быстро понял, что лагерь подобен лабиринту. У циркачей, казалось, было вдвое больше палаток, чем фургонов. Некоторые тенты были частью самого цирка – они были установлены и зоне для представления; в других палатках жили работники. Перед многими палатками были разведены небольшие костры, а также стояли деревянные пни, служившие стульями. Пока они шли, Флин заметил длинную бельевую верёвку, натянутую меж нескольких палаток, и группу мужчин, увлечённых игрой, чем-то напоминающей шахматы. Добравшись до палатки Барона, они нырнули в неё. Жилище босса заметно отличалось качеством – пол был устлан красивыми коврами; помещение освещали фонари, что были развешаны по всей палатке. В одном углу стояли две раскладушки, заваленные подушками, а в другом располагалась столовая. В каждом углу стояло по несколько небольших горшков с кактусами и висело несколько картин в рамках с изображениями фруктов и реки.

«Может, их нарисовала Стайлан?» – подумал Флин.

– А вот и наши звёзды! – прогремел Барон, по-видимому обрадованный их появлением. – Спасибо, что привела их ко мне, Стайлан, любовь моя.

– Конечно, папочка, – она поцеловала его в щёку, после чего швырнула убийственный взгляд на Флина. Затем вышла из палатки.

Барон ткнул Флина пальцем в грудь.

– Я знал, что у меня хорошее предчувствие насчёт вас двоих! Подходите за наградой.

– Наградой? – переспросил Лэнс. Его глаза расширились.

– Само собой! Я уже сказал: мы – семья, а и семье все заботятся друг о друге, – он хлопнул Лэнса по спине. – Тяжёлая работа здесь вознаграждается. Идём, – Барон повёл их в угол палатки, где лежало несколько холщовых мешков. Он развязал их, и Флин ахнул. Мешки были переполнены жемчугом, ожерельями, толстыми золотыми браслетами и карманными часами, а также кольца ми, серьгами и... что это – золотой зонтик? Флин наклонился и коснулся золотого медальона с солнечным диском на цепочке.

– Я осведомлён, что это символ Короны, – сказал Барон. – Я увидел его, узнал о вашем прекрасном королевстве и решил, что мы должны его посетить, – он положил руку на плечо Флина. – Вам что-нибудь из этого нравится? Выберите себе подарок.

– Никто никогда не дарил мне подарков, – сказал Лэнс, поднимая нить жемчуга и пропуская её сквозь пальцы. – Дома мы делали друг другу разные вещи, но это было совсем не так.

– Эй, – усмехнулся Флин. – Ты же сказал, что тебе понравилась маска из папье-маше, которую я тебе сделал.

Лэнс выглядел озадаченным.

– Так это была маска? С одной глазницей?

– Ну, я, очевидно, художник-абстракционист.

Барон весело рассмеялся.

– Ну, у меня нет масок, но есть кое-какие драгоценности и изделия из кожи. Ну же, вытрясите мешок! Я хочу, чтобы вы выбрали что-нибудь, что будет напоминать вам о первой неделе под моим началом.

Он похлопал обоих мальчиков по спинам.

– Не могу дождаться, чтобы познакомить вас со всеми возможностями, что предоставляет цирк. То, что мы повидали в путешествиях... Наша жизнь не похожа ни на какую другую, и радость, которую мы приносим людям, ну... – Глаза Барона наполнились слезами. – Увидите. Некоторые люди, для которых мы выступаем, никогда раньше не видали живого шоу, не испытывали на себе магию дракона, не видели вблизи слона или помолодевшего старика. На мгновение мы можем вырвать их из унылой жизни и позволить помечтать о чём-то лучшем. То, что мы делаем, – геройский труд.

– Вау, – сказал Лэнс. – Это воодушевляет.

– Это правда, – согласился Флин. – Будто бы цирк является чем-то большим, чем просто цирк.

Барон улыбнулся.

– Именно. Так и есть! Воистину! Цирк – это образ жизни и способ поделиться радостью с народом всех королевств. Нам повезло делать то, что мы делаем, и я благодарен за то, что моя семья помогает мне в этом.

Флин просиял. Вот их новый босс говорит, что хочет показать им, как здесь всё работает, хоть и не обязан это делать. Он мог бы поручить эту работу кому угодно. Это только заставило его еще больше восхищаться Бароном.

– Где вы взяли всё это, сэр? – Флин достал блестящие карманные часы и позволил им покачаться на золотой цепочке.

– Отныне зови меня Бароном, Флин. Больше никаких «сэр»! – Он взял в руки золотой браслет. – Что касается того, где я раздобыл вещи – люди постоянно теряют их в цирке. Они так усердно веселятся, что даже не замечают, что потеряли, пока не вернутся домой, и даже тогда они не могут быть уверены, куда подевались их вещи.

– Ты хочешь сказать, что украл это? – Флин почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Покупка ключа в захудалой харчевне – это одно... Но ничем не прикрытое воровство?

Барон рассмеялся, держась за живот:

– О, Флин. А то ты не догадывался, что мы делаем и это, и торгуем тоником из лунного камня, и даём посмотреть украдкой на дракона, закрытого в телеге? – Он обнял мальчика за плечи. – Я отвечаю за многих людей, и я серьезно отношусь к этой ответственности. Мне нужно присматривать за всеми вами.

– Как в приюте, – медленно сказал Лэнс. – Там тоже было так.

– Вот именно! – Барон кивнул. – Я не хочу, чтобы мои люди голодали или перебивались случайными заработками, чтобы отправить их домой своим матерям. Когда вы трудитесь на меня, вам гарантирована работа – конечно, при условии, что вы делаете её хорошо. Иногда людей нужно дополнительно поощрять. Я забочусь о том, чтобы все были вознаграждены сполна.

– Ну что ж, это очень великодушно с твоей стороны, – сказал Лэнс, нерешительно взглянув на Флина. – Ты просто хранишь потерянные вещи, за которыми люди не возвращаются. Это не так уж и плохо, верно?

– Верно, – согласился Барон.

– Ну... ладно, – сказал Флин. Как и Лэнс, он всё ещё чувствовал себя несколько неловко. Называйте как хотите, но сути это не меняет. Воровство есть воровство, не так ли? И всё же Флин держал рот на замке. – Так вот почему королевская гвардия преследовала нас этим утром – они думали, что мы украли этот ключ?

– Нет! Я даже не думаю, что они знают о пропаже ключа, – сказал Барон. – Во всяком случае, они преследовали вас, потому что вы были двумя детьми в «Сладком утёнке», заведении, где детям в принципе не место... только если вы не связаны со мной! Держитесь меня, ребята, и многое повидаете, – он подтолкнул их обоих к сумкам. – Теперь выберите что-нибудь.

– Хорошо. – Лэнс запустил руку в сумку и вытащил золотую серьгу-кольцо. – Флин! Смотри! Разве это не в стиле Арчера? Я всегда хотел такую же, но сиротам не достаются такие украшения.

– Ты больше не сирота, Лэнс, – Барон перевёл взгляд с Лэнса на Флина. – А ты?

Флин не мог оторвать глаз от мешка с драгоценностями. Было бы невежливо не взять что-нибудь, раз уж Барон был так щедр. Он порылся во втором мешке и заметил коричневую кожаную сумку. Он поднял её, принюхиваясь к запаху кожи. Она была потёртой, но не слишком. С одной стороны на ней была заплатка, но она не выглядела потрёпанной. Как бы то ни было, трещины в коже делали сумку стильной. На ней даже была золотая пряжка, которая плотно её закрывала. Будь у него эта сумка, когда они с Лэнсом отправились за ключом, его было бы куда положить, и Флину не пришлось бы беспокоиться, что он вылетит у него из кармана.

– Прекрасная вещь, Флин, – заметил Барон. Он взял сумку из его рук и перекинул ремешок через голову мальчика, повесив её на плечо. – Она твоя!

Флин глубоко вдохнул чудесный запах кожи. Сумка доставала ему до бедра. Ремень был длинноват, но он вырастет. Однажды она будет ему впору, как хорошая пара ботинок (в них он тоже нуждался). Но теперь у него была работа – он сможет купить и ботинки по размеру. Конечно, после того как они отправят деньги мисс Клэр. Казалось, у них будет достаточно денег на всё, о чём они мечтали, и даже больше.

– Тебе идёт! – Барон отступил на шаг и полюбовался сумкой. – Наслаждайся! Я столь признателен вам за сегодня, мальчики. Этот ключ откроет для нас множество дверей.

Прежде чем Флин успел спросить, о каких дверях шла речь, в палатку вбежал Влад.

– Босс! У нас гости.

Барон кивнул и повернулся к Флину и Лэнсу.

– Мальчики, нам нужно найти вам укрытие, пока гвардейцы не уйдут.

– Отвести их к Ведису? – Влад уже хватал мешки с сокровищами, завязывал их и перекидывал через плечо.

– Кто такой Ведис? – спросил Лэнс.

– Немногословный человек, – сказал Барон. – Он предпочитает избегать конфликтов любой ценой. Обычно он работает на телеге с лунным камнем или дрессирует животных.

Флин напрягся. «Телега с лунным камнем».

– У него случаем нет татуировки на руке?

– У большинства моих людей есть татуировки на руках, Флин, – усмехнулся Барон. – Нет, давай не будем беспокоить Ведиса, – сказал он Владу.

– Беспокоить? Кто сказал о том, что мы будем это делать? Мы с Лэнсом будем вести себя тихо, как мыши, – быстро сказал Флин, и Лэнс странно посмотрел на него. – Ведис нас даже не заметит.

– Босс! – сказал Влад. – Нам нужно идти. Я уже переложил остальной скарб в телегу к дракону для сохранности.

– Хорошо. Теперь куда девать этих двоих, – пробормотал Барон себе под нос. Он вытащил монету из кармана. – Позволим монете решить: орёл – к дракону, решка – к Ведису. Он подбросил монету в воздух.

Флин затаил дыхание. «Пусть будет решка!»

Выпал орёл.

– К дракону, – он протянул монету Флину. – С такой монетой орёл всегда тут как тут.

Флин повернул монету в руке. Обе стороны были с орлом. Он удивлённо посмотрел на Барона.

– Пусть это тоже будет моим подарком, – сказал он, выпроваживая мальчиков из палатки. – Не потеряй. Уверен, когда-нибудь пригодится. А теперь – с глаз моих долой.

Глава десятая

«Да будет мир мне устрицей. Хорошо, что у меня нет аллергии на моллюсков».

– Флинниган Райдер из книги «Флинниган Райдер и тайна бухты Калипсо»

Влад подвёл Флина и Лэнса к телеге с драконом и быстро снял цепи.

– Сюда, живо!

Флин затаил дыхание. Вот оно. Настал час, когда они увидят, что же находится в том фургоне. Люди платили за то, чтобы увидеть его содержание одним глазком.

Влад распахнул двери.

«Э?»

В фургоне была лишь связка шлемов королевских гвардейцев Короны, их нагрудники, которые они видели в руках Влада немногим ранее, какая-то штука, похожая на мегафон, и вёсла.

– Для чего это? – спросил Лэнс, указывая на вёсла, запрыгивая внутрь.

– Это и есть наш дракон, – Влад посмотрел па их ничего не выражающие лица. – Ну, знаете, бьёшь вёслами по телеге, чтобы она звучала так, будто в ней шевелится дракон. А мегафон предназначен для того, чтобы реветь, – Влад провёл Флина в карету. – Я всё объясню после того, как гвардейцы уйдут. Я думаю, что вы двое в любом случае на этой неделе будете дежурить у драконов, так что скоро всё узнаете.

– Да! – сказал Лэнс. – Это ведь хорошая работа?

Влад фыркнул.

– Если не возражаете против жары. Этот ящик сильно нагревается, – он начал накрывать фургон брезентом. – Теперь просто сидите тихо и ничего не трогайте. Мы придём и сообщим вам, когда всё уляжется.

Он полностью закрыл телегу тканью.

– Эй, – сказал Лэнс, когда они остались в почти полной темноте. – Что это было, когда ты расспрашивал Барона о человеке с татуировкой?

Флин замер. Они впервые остались наедине с тех пор, как вернулись в лагерь. Может быть, сейчас самое время рассказать своему лучшему другу о человеке с меткой! О Ведисе.

– Послушай, я должен тебе кое-что сказать.

– Шшш! – прошелестел Лэнс. – Мне кажется, я слышу чьи-то шаги.

Флин услышал щелчок замка на цепи и постарался не думать о том, как уже было душно в этом фургоне. Когда его глаза привыкли к темноте, он смог разглядеть немного света, просачивающегося сквозь холст. Это был тот самый глазок, через который люди смотрели на «дракона». Они с Лэнсом заметили его одновременно и подскочили, борясь за место у отверстия. Разговор пришлось отложить.

– Что ты видишь? – прошипел Лэнс, пытаясь оттеснить Флина.

– Пока ничего, – сказал Флин.

– Дай мне глянуть!

– На ничего? – Флин не сдвинулся с места. – Стой, подожди. Теперь я что-то вижу.

В их сторону шагали трое гвардейцев во главе с капитаном.

– Кто здесь главный? – спросил капитан, направляясь к фургонам. Флин жестом велел Лэнсу замолчать. Капитан был слишком уж близко.

– Доброе утро, джентльмены! – сказал Барон, появляясь перед фургоном с братьями Граббингстон. – Чем мы можем вам помочь?

– Вы – владелец этого цирка? – спросил капитан.

Флин подвинулся, чтобы Лэнс тоже мог это видеть.

– Да. Я – великий Барон «Цирка странностей», – Барон поклонился, и Флин заметил, как он дёрнул запястьем. Граббингстоны начали пятиться к лошадям гвардейцев. – Полагаю, вы обо мне слыхали.

Капитан не терял бдительности.

– Нет.

– Да что вы... – Барон выглядел потрясённым. – Ох, ладно, это неважно. Уверен, что к полудню весть о нашем цирке разнесётся по всей Короне.

– По этой причине я и здесь, – сказал капитан. – Хотя вы, возможно, оповестили деревню о своём присутствии – и ещё несколько близлежащих деревень, если на то пошло, – всё же вы не получили разрешения короля выступать здесь.

– Значит, они здесь не за нами, – прошипел Лэнс. – Это хорошо!

Флин шикнул на него. Капитан перевёл взгляд на фургон, а затем снова на Барона. Его карие глаза сузились.

– Выступление без разрешения короля считается нарушением границ.

– Да мы бы никогда этого не сделали! Как бы сказали представители тех королевств, где мы побывали: мы приходим только туда, где нам рады. Не так ли, ребята?

Граббингстоны пробормотали что-то в знак согласия. Флин наблюдал, как Бакенбард замер у капитанской лошади, а Одноглазый потёр её морду. «Что эти двое задумали?»

Барон продолжал:

– Более двух месяцев назад я отправил к королю гонца с письмом, сообщавшим ему о нашем прибытии и о том, что мы намереваемся провести две недели выступлений на этом самом месте, которое, смею заметить, не находится ни в чьём пользовании, так как вся добыча происходит под землёй.

Капитан шагнул вперёд и сказал:

– Что ж, король не получил письма, и мы здесь, чтобы забрать деньги, причитающиеся за выступление на землях Короны.

– Не получил? – Барон провёл рукой по волосам. – Быть того не может! Ульф? Когда мы отправили письмо королю Короны?

В поле их зрения появился мим и стал двигать руками, за которыми все, включая гвардейцев, наблюдали с пристальным вниманием.

– Лошадь, – шёпотом предположил Лэнс, вытирая пот со лба. В фургоне становилось очень жарко. – Что-то насчёт восьмёрки и, я думаю, галоп. Может, письмо? Ульф его отправил?

– Или Барон просто тянет время, – предположил Флин. Он снова глянул на Бакенбарда и заметил, что тот теперь стоял у седельных сумок, привязанных к капитанскому коню, а Одноглазый размахивал морковкой перед его мордой.

– Капитан, я так сожалею об этой путанице, – сказал Барон. – Уверяю вас, наш цирк стремится приносить только любовь и счастье в каждое посещаемое нами королевство. Мы никогда не идём туда, где нас не ждут. Все слышали? Начинаем собираться. Сворачиваем удочки.

– Что он делает? – прошипел Лэнс, но глаза Флина всё ещё были прикованы к Бакенбарду. Он заметил, как рыжий быстро срезал один из кошелей с деньгами с бокового седла. Одноглазый поднырнул и поймал его, одним быстрым движением сунув кошель в куртку, в то время как Бакенбард протянул другой рукой морковку лошади.

– Нет необходимости сразу же ехать в другое королевство, – услышал Флин голос капитана. – Если хотите остаться и выступать, вам всего-навсего нужно заплатить соответствующий налог.

– Само собой! – Барон сделал знак Бакенбарду и Одноглазому, которые отошли от лошади и подошли поближе. – Ребята! Передайте капитану деньги, которые мы должны.

Бакенбард протянул Барону тот самый маленький бархатный мешочек, который он только что срезал с седельной сумки капитана.

– Прошу, передайте это королю с нашей благодарностью и признательностью за то, что позволяет нам выступать перед его верноподданными, – сказал Барон.

«Умно», – подумал Флин. Уплата налогов королю деньгами, которые уже были собраны, означала, что цирк ничего не терял. Считалось ли это плохим поступком? Наверное. Но когда дело доходило до налогов, Флин не мог не думать о том горе, с которым столкнулась бедная мисс Клэр.

«Приют для мальчиков королевства Корона» всё ещё был должен Кёртису. Ему показалось не совсем справедливым то, что цирк должен платить за развлечение жителей королевства на земле, которая даже не используется.

– Благодарю, – сказал капитан и передал кошель с деньгами одному из гвардейцев, который... привязал его обратно к седельной сумке.

– И, пожалуйста, скажите ему, что самым заветным нашим желанием является выступление лично для него на Фестивале в честь пропавшей принцессы, – добавил Барон.

Флин слыхал о Фестивале в честь пропавшей принцессы ещё в приюте. В этом году была пятая годовщина её исчезновения, и король с королевой запланировали празднество по этому поводу. Мисс Клэр даже говорила, что тому, кто отыщет принцессу, обещана награда.

«Эта награда сделает нашедшего таким же богатым, как король!» – вспомнил он слова мисс Клэр.

Ульф дал Барону кусок пергамента, который тот передал капитану.

– Я подробно изложил наше скромное предложение в этом письме. Я был бы очень благодарен, если бы вы передали его, раз уж возвращаетесь в замок.

Капитан положил свиток в седельную сумку.

– Я это сделаю.

– И вы не уедете без билетов для своих семей, – добавил Барон. Ульф протянул ему конверт. – Капитан, у вас есть дети?

– Есть, – удивлённо сказал тот, когда Барон протянул ему билеты. – Моей дочери Кассандре, вероятно, очень понравилось бы взглянуть на настоящего дракона.

– Тогда вы просто обязаны привести её на выступление! – воскликнул Барон.

Флин вспотел. Тому виной была не только жара в фургоне. Неужели капитан действительно купится на всё это? Он попытался подавить чувство паники и мысли о том, что все они окажутся в темницах Короны.

– Я так и сделаю! – хохотнул капитан. – С нетерпением буду ждать этого, а также сообщу о вашем предложении королю. Я уверен, что он свяжется с вами по поводу выступления на Фестивале. Всего вам доброго, Барон.

Барон поклонился и произнёс:

– Мы с нетерпением ждём новостей от всех вас. Пожалуйста, заезжайте в любое время, капитан.

Капитан заколебался и добавил:

– К слову, сегодня утром в «Сладком утёнке» произошла заварушка. Два мальчика, значительно моложе типичных посетителей харчевни, убежали оттуда во время нашего обхода. Не может статься, что они работают на вас? Нам интересно, не беглецы ли они.

Лэнс и Флин попятились от глазка.

– «Сладкий» кто? Мы не местные. Боюсь, я никогда не слышал о таком заведении, – сказал Барон. – Приношу свои извинения.

– Просто хотел проверить. Ну что ж, тогда нам пора. Хорошего дня.

– Хорошего дня, капитан! – сказал Барон.

Он и другие циркачи махали руками, пока стражники усаживались на своих лошадей и поднимали пыль на дороге, уносясь прочь. Барон продолжал махать, пока стражники не превратились в точки на горизонте. Флин с облегчением вздохнул.

– Бакенбард! – произнёс Барон низким голосом. – Он у тебя?

– Да, босс, – Бакенбард вытащил из кармана куртки второй бархатный мешочек и бросил его Барону.

Барон открыл мешочек и пересчитал монеты внутри:

– Хорошая работа. Влад! Выпусти Флина и Лэнса, пожалуйста.

Флин и Лэнс выскочили из фургона, как только Влад сбросил брезент.

– Вы не врали о том, что там баня! – сказал Лэнс, тяжело дыша.

– Влад, ты не дал им веер? – ругнулся Носач.

– Извиняюсь! – сказал Влад, плотно запирая драконий фургон.

Флин наблюдал, как Барон высыпает содержимое бархатного мешочка себе на ладонь. Внутри, должно быть, лежало с дюжину серебряных и золотых монет. Барон заметил его взгляд и посмотрел на него.

– Вы, ребята, выглядите так, будто вам не помешало бы попить, – сказал он. – Энди! Можешь принести им немного воды?

– Я чувствую себя как чернослив, но жить буду, – сказал Флин.

– Лэнс! – окликнул его Энди. – Аттила хочет знать, не желаешь ли ты помочь ему приготовить жареную утку на ужин!

– Я? Приготовить жаркое? Да! – Лэнс ухмыльнулся Флину. – Мне уже нравится цирковая жизнь.

Он сорвался с места, оставив Флина с Бароном.

– Ты тоже готовишь, Флин?

– Нет, но я большой поклонник еды, – сказал он с усмешкой.

Барон рассмеялся:

– Я тоже. А какими навыками ты обладаешь?

– Не знаю, – Флину не хотелось этого признавать. В этом вопросе была загвоздка. Даже теперь, когда он взял себе новое замечательное имя и сам распоряжался своей судьбой, он по-прежнему не был уверен, кто он такой. Он неплохо разыгрывал истории для мальчиков, но не знал, было ли это особым умением. Как это вообще можно понять? Ему придётся примерять на себя разные роли.

– Когда человек прокладывает свой путь в этом мире, ему нужно попробовать разные вещи, – Барон хлопнул Флина по плечу. – Ты сам со всем разберёшься. Я знаю, что поначалу трудно себя познавать. Мне тоже было нелегко.

– Правда? – Казалось, что у Барона всё было под контролем.

– Правда. На самом деле, когда я впервые по-настоящему проголодался, я был один-одинёшенек. Тогда я приметил одну состоятельную женщину, которая носила нефритовый браслет, и решил, что украду его. О, что это была за красивая вещь! Зелёный нефрит, прекрасно нанизанный на золотую нить. Солнечный свет отражался от камней так, что хотелось щуриться. Тут я почувствовал себя плохим и передумал. В итоге я не ел в течение следующих шести дней. Чуть не помер от голода, – Барон поморщился. – Между тем, я уверен, она жила как королева. Её руки были унизаны браслетами. Она бы даже не заметила пропажи, – его взгляд устремился вдаль. – Я всё ещё жалею, что не украл браслет. С тех пор я не видел подобного.

Флин молча слушал, не зная, что и сказать. Так или иначе, он даже не был уверен, что Барон хотел, чтобы он вмешивался в его речь.

– Суть в том, что мне следовало его сорвать. Она не потеряла бы ничего, на неё это никак бы не повлияло, в то время как я бы немного наладил положение вещей и смог найти свой путь в этом мире. Вместо этого мне потребовался ещё год, чтобы ограбление... но это история на другой раз, – он улыбнулся. – В общем, тот браслет навсегда засел в моей памяти и служит мне напоминанием о том, что никто не позаботится о тебе, кроме тебя самого. Я хотел, чтобы Стайлан ни в чём не нуждалась. Она рано потеряла маму, и я – единственный, кто у неё остался. Я создал этот цирк таким, каким он является, для неё на самом деле.