Текст книги "Когда я встретила твоего брата (ЛП)"

Автор книги: Джанет Раллисон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Лифт достиг нижнего этажа, и двери открылись. Перл вышла.

– Забавно, что я увидела тебя сегодня вечером. Я встречалась с Доусоном всего месяц назад. – Она сжала губы в тонкую линию и покачала головой. – Мне было так грустно услышать о его разводе.

«О чём?»

Мир, казалось, слегка сдвинулся, и Белле пришлось мысленно повторить слова Перл, чтобы убедиться, что она правильно их поняла.

– Он… разведён? – Почему-то Белле никогда не приходила в голову мысль о том, что Дейзи и Доусон могут разлюбить друг друга.

– О да, – продолжила Перл. – Я поговорила с ним сразу после того, как уладились юридические вопросы. Сейчас он холост.

– Правда? – Белла шла рядом с Перл, пересекая вестибюль. Местонахождение Доусона не должно было иметь значения после стольких лет, но всё же она не могла не спросить. – Где он живёт сейчас?

– В Монтане. Слишком далеко. Но на следующих выходных он будет в Канкуне на семейном торжестве – на курорте «Плайя-дель-Соль». Может быть, вам стоит поехать туда. Я думаю, вы с Доусоном отлично подходите друг другу.

Белла усмехнулась этому предложению.

Перл сделала паузу и повернулась к Белле, чтобы подчеркнуть свои слова.

– Я подарю тебе предсказание, на этот раз без печенья. Везучие люди сами создают свою удачу. – Она понимающе кивнула. – Кроме того, я думаю, тебе нужен отпуск.

~ ~ ~

В ту ночь, лёжа в постели и пытаясь уснуть, Белла думала о том, чтобы улететь в Канкун. Она не могла решить, будет ли такая поездка спонтанной и весёлой или просто безответственной. Иногда существует тонкая грань между тем, чтобы жить полной жизнью, и тем, чтобы избегать взросления.

Она натянула одеяло, стараясь как можно сильнее защититься от холода февральской ночи. Деньги у неё были. Хозяйка квартиры считала себя модницей и с радостью уже два года не брала арендную плату в обмен на единственные в своём роде вещи, сшитые Беллой. Белла даже продавала свадебные платья подругам и родственницам хозяйки. Она редко ездила в отпуск, потому что никогда не чувствовала, что может позволить себе отлучиться с работы.

Её бережливая сторона – та, которая экономила и копила деньги на протяжении всех школьных и студенческих лет, – всё ещё противилась этой идее. Отправиться на курорт в Канкун в последний момент было бы слишком дорого.

Это будет спонтанно или безответственно?

Она решила, что если сможет придумать десять веских причин поехать, то обязательно это сделает.

1)Ей давно пора было отправиться в отпуск.

2)Зимы в Нью-Йорке были ужасными.

3)Себастьян был мерзавцем, и она вполне могла обойтись без встречи с ним целую неделю.

4)Феликс не ценил всё, что она делала на работе, так что, возможно, ему стоит посмотреть, как обстоят дела без неё.

5)Ей нужно было побыть рядом с порядочным парнем, чтобы вернуть веру в мужчин.

6)Доусон был красив.

7)И смеялся так, что у неё по коже бежали мурашки.

8)И, возможно, с годами поумнел в отношении женщин.

9)Даже если нет, Белла больше не была тихой, незаметной девочкой, какой была в колледже. Она выросла и поумнела. Теперь она могла привлекать к себе внимание. И она не возражала бы против того, чтобы привлечь его внимание.

10)Такая поездка была бы одновременно и искуплением, и местью.

Продано. Десять совершенно веских причин, чтобы поехать.

Она встала с постели, забронировала билеты и номер онлайн, а затем написала Феликсу о своём решении, прежде чем успела передумать.

Глава 3

Флинн Доусон укладывал вещи в свой чемодан и жалел, что не может поручить сборы помощнику. Он был так поглощён последними слияниями, что почти не думал об отдыхе с семьёй.

Возможно, дело было не в самом слиянии, из-за которого он мысленно избегал этой темы. Рак его матери тоже сыграл свою роль. Она планировала эту встречу, чтобы отметить свой день рождения, но все понимали, что эта поездка станет последним воссоединением всей семьи перед её смертью. Флинн не мог не думать о поездке как о подготовке к похоронам.

Его сёстры, Кеннеди и Пейдж, со слезами на глазах готовили программы для внуков и отдавали дань уважения матери. Флинн должен был выступить со своей речью в пятницу вечером. Но на самом деле он хотел сказать матери, чтобы она вернулась в клинику Майо для продолжения лучевой и химиотерапии. Множественная миелома неизлечима – существуют лишь постоянные курсы лечения, которые оттягивают неизбежное. Возможно, ей удалось бы продлить жизнь ещё на пару лет, а её семья в ней нуждалась.

Развод Марко должен был стать ещё одним сложным моментом этого воссоединения. Он никогда не говорил родителям, что Дейзи ушла к другому мужчине. Сейчас не было смысла расстраивать мать. Братья и сёстры договорились держать развод в секрете, поэтому Марко придумал предлог для отсутствия Дейзи: её сестре сделали экстренную операцию, и ей понадобилась помощь с детьми.

Марко, скорее всего, всю неделю будет жалеть себя, и Флинну придётся следить за каждым своим словом, чтобы случайно не проговориться родителям.

Да, эта встреча была полна всех составляющих идеального отпуска.

У Флинна зазвонил телефон.

«Вспомнишь солнце – вот и лучик».

Звонила Дейзи.

Он положил пару ботинок в чемодан и ответил на звонок.

– Привет.

В трубке повисла долгая тишина, прежде чем Дейзи заговорила. В её голосе звучали слёзы и сильное волнение.

– Флинн, я знаю, что ты, вероятно, ненавидишь меня за всё, что произошло, и я тебя не виню, но ты должен выслушать меня.

«Выслушать её?»

Зачем она ему звонила, и сколько ещё у неё могло быть уважительных причин бросить Марко и закрутить роман со школьным приятелем?

– Я слушаю. – Он открыл ящик с носками и достал несколько пар.

– Я поступила неправильно, – сказала Дейзи. – Я сожалела об этом каждый день в течение последнего месяца.

– Только за последний месяц?

Она не упоминала о двух месяцах до этого, когда сбежала с как-его-там.

– Когда я уходила, я думала, что Марко будет бороться за наш брак, бороться за меня. Но он даже не позвонил, чтобы обсудить условия, которые я указала в документах о разводе. Семь лет брака – и он стёр всё это несколькими росчерками пера.

Флинн направился к гардеробной. Она была размером с небольшую спальню – слишком большой, если честно. В ней буквально терялась одежда.

– Если ты не хотела развода, тебе не стоило подавать на него.

Она прерывисто вздохнула.

– Ты не представляешь, каково мне было в Монтане. У Марко была работа и друзья, у него была своя жизнь. У меня не было ничего. Я целыми днями сидела без дела. После окончания ординатуры я превратилась во вдову при живом муже. Он работал по восемьдесят часов в неделю, а когда возвращался домой, всё, чего ему хотелось, – это спать. Я продолжала говорить ему, что мне одиноко, но ему было всё равно. Он ясно дал понять, что работа для него на первом месте, а я – где-то в конце списка.

Флинн перебирал рубашки, выбирая те, которые меньше мнутся.

– Зачем ты мне это рассказываешь? – Пыталась ли она переманить его на свою сторону? Звонила ли она так же Кеннеди и Пейдж? – Послушай, что бы ни произошло между тобой и Марко, это касается только вас двоих.

Дейзи всхлипнула, словно задыхаясь от эмоций.

– Я говорю тебе это, потому что хочу, чтобы ты помог мне наладить мой брак.

«Эм… что?»

Рука Флинна замерла на вешалке.

– Исправлять ситуацию нужно было ещё до того, как в дело вмешались юристы.

Она снова всхлипнула.

– Парам обычно дают период ожидания перед окончательным оформлением развода – шесть месяцев раздельного проживания. Я хотела, чтобы Марко понял, насколько серьёзны наши проблемы. Хотела заставить его взглянуть им в лицо, потому что ничто другое, казалось, не привлекало его внимания. Но по какой-то причине судья отменил срок ожидания и ускорил рассмотрение дела.

Флинна охватило чувство вины. Именно он ускорил развод. После того как Дейзи подала заявление, он уехал в Монтану навестить брата. Марко был так зол, что хотел поехать в Такому, где остановилась Дейзи, и избить её нового парня. Флинну пришлось спрятать ключи от машины. Когда Марко не работал, Флинн таскал его с собой куда угодно, смотрел с ним спортивные передачи – всё, лишь бы тот не думал о Дейзи и о том, что она делала в Такоме.

Флинн не хотел, чтобы Марко полгода мучился из-за последствий неудачного брака, поэтому позвонил и выписал несколько чеков, чтобы ускорить процесс.

Чувство вины исчезло так же быстро, как и появилось.

– Ты ушла от Марко к другому мужчине. Если ты хотела что-то изменить в браке, ты выбрала странный способ.

В трубке послышались всхлипывания. Он никогда раньше не слышал, как плачет Дейзи, и его раздражало, что её голос звучал так сломленно.

– Я бросила Марко не ради Джеффа. Я просто сказала, что Джефф заботился обо мне больше. Он был рад проводить со мной время онлайн. Я сказала, что навещу его, когда буду в Такоме. Но из этого ничего не вышло. Я не могла поддерживать отношения с Джеффом, когда всё ещё любила Марко.

Флинн немного смягчился и положил в чемодан несколько рубашек.

– Тебе следовало рассказать это Марко, а не мне.

– Он не станет слушать. Он убеждён, что я изменяла ему, пока мы были женаты.

Флинна снова накрыло чувство вины…

~ ~ ~

– Вы знаете, почему многие предприятия терпят крах? – спросил Флинн. Его компания «Бейнбридж Кэпитал» выкупала неэффективные предприятия и снова делала их прибыльными.

Марко ковырялся в картофельных чипсах.

– Ты же собираешься использовать это как метафору брака, правда?

– Иногда продукт перестаёт быть эффективным в условиях современной экономики…

Марко хмыкнул.

– Поговори со мной, когда у тебя будет девушка дольше, чем несколько месяцев. Ты никогда так не увлекался, – он изобразил пальцами в воздухе кавычки, – «товаром». Бизнес – это не то же самое, что брак.

– Но так же часто, – продолжал Флинн, игнорируя протест брата, – предприятия терпят крах из-за ядовитого руководства. Сотрудники могут сделать лишь ограниченное количество для успеха компании, если руководство саботирует их. Казалось бы, такое должно происходить редко. Казалось бы, менеджеры должны хотеть, чтобы их компании процветали. Но правда в том, что иногда люди недальновидны, некомпетентны или просто больше заинтересованы в управлении своими личными империями, чем в том, чтобы компания работала. И когда это происходит, единственное, что остаётся, – начать всё заново с новым руководством.

Марко отложил пакет с чипсами – ему больше не хотелось есть.

– Я не могу просто проводить собеседования с новыми людьми на должность, связанную с браком. Ты не понимаешь.

Возможно. Но погружение в жалость к себе не приносило Марко никакой пользы.

– Я не понимаю женщин? – Флинн усмехнулся, поднимая пакет с чипсами. – Со сколькими женщинами встречался ты по сравнению со сколькими – я?

– Именно это я и хотел сказать. Главное – хорошо провести время. Никаких обязательств.

Неправда. Ну, во всяком случае, не совсем. Флинн был слишком занят работой, чтобы остепениться. Он откусил чипс.

– За эти годы я кое-что узнал о женщинах. Например: если вы узнаёте, что женщина изменила вам, она, вероятно, делала это и раньше – и можете быть уверены, что сделает это снова.

Марко выпрямился, и в нём вспыхнула искра гнева.

– Ты думаешь, Дейзи изменяла мне раньше?

В памяти Флинна промелькнули две его бывшие девушки: подруга со студенческих лет, которая слишком сблизилась с его соседом по комнате, и совсем недавно – Одри, организатор мероприятий, устроившая несколько частных вечеринок, пока он был в отъезде, одна из которых прошла с участием французского шеф-повара по имени Филипп.

– Не знаю, – ответил Флинн. – Но могу сказать: к тому времени, как ты ловишь кого-то на хищении средств из своей компании, можешь быть уверен – это не первый раз.

Марко кивнул, и его подбородок выдавал решимость.

– Возможно, ты прав. Иногда она выбегала из дома, не сказав мне, куда идёт.

~ ~ ~

Однако теперь Дейзи звонила Флинну и утверждала, что он ошибался насчёт её прошлых поступков. Она не была склонна ко лжи или преувеличениям, поэтому, когда настаивала:

– Я не изменяла Марко, – он невольно задумался, а вдруг это правда.

– Джефф был просто другом, который меня выслушал. Он помог мне разобраться, чего я действительно хочу. И я поняла, что это Марко.

Флинн вздохнул и потёр лоб. Не причинил ли он больше вреда, чем пользы, пытаясь помочь Марко пережить расставание? Возможно, они бы уже снова были вместе, если бы не он.

– Я позвоню Марко и попрошу его перезвонить тебе.

– Я хочу большего. Я хочу поехать на семейную встречу.

Это было слишком серьёзным требованием.

– Всё по-прежнему начинается завтра? – спросила она. – В Канкуне?

Его родители начали планировать воссоединение, когда Дейзи и Марко ещё были женаты, поэтому она знала подробности.

– Я не уверен, что твоё появление будет хорошей идеей.

Семейная встреча – не лучшее место для решения семейных проблем, особенно учитывая, что братья и сёстры скрывали от родителей происходящее.

– Если я смогу увидеть Марко лицом к лицу, – продолжала умоляюще Дейзи, – тогда смогу убедить его, что наш брак стоит спасти. Мне нужно извиниться перед ним должным образом – лично, а не через сообщения или телефонные звонки.

Возможно, она была права. Флинн знал, что брат не разлюбил Дейзи. Но обрадуется ли он ей или разозлится? Может быть, он будет безумно счастлив. Может, та тяжесть, которую он носил в себе, наконец исчезнет. Вероятно, стоило хотя бы позволить ей попробовать.

Она снова судорожно вздохнула.

– Кроме того, я люблю твою маму. По крайней мере, хочу попрощаться.

Дейзи знала, что Марко скрывает подробности развода от родителей, и согласилась, что им не нужен дополнительный стресс. Что бы ни случилось, Флинн был уверен: она не станет намеренно делать ничего, что могло бы расстроить его мать.

– Как называется курорт? – настаивала Дейзи. – Просто скажи.

Флинн стоял над чемоданом, держа в руках рубашки и размышляя.

– Пожалуйста? – спросила она дрожащим голосом.

– «Плайя-дель-Соль». – Флинн не мог отказать плачущей женщине. – Но ты услышала это не от меня.

– Ты лучший.

Это было не так. Но если он поможет Дейзи, возможно, сможет исправить тот вред, который причинил их браку раньше.

– Не говори Марко, что я приеду, – сказала она, и её голос заметно повеселел. – Я хочу сделать ему сюрприз.

Да, он будет удивлён.

– Я не скажу ему.

Глава 4

У Беллы была запланирована ранняя регистрация в отеле «Плайя-дель-Соль». Она хотела быть там до прибытия других гостей, чтобы спокойно и незаметно посидеть в холле, непринуждённо ожидая возможности встретиться с Доусоном.

Курорт представлял собой белоснежное здание, окружённое пышными джунглями. По периметру располагались большие чистые бассейны с зонтиками от солнца, а вдали виднелся океан. Бирюзовый цвет контрастировал с сочной зеленью. Ей понравилось это насыщенное сочетание оттенков, и она решила использовать его для коллекции следующего лета.

Она могла бы назвать её «Мечты о Канкуне», «Романтические амбиции» или «Восемнадцать – и любовь снова вместе». Она до сих пор не могла поверить, что находится здесь и делает это. Эта поездка была, по сути, сплошной глупостью.

Отнеся сумки в номер, она переоделась в ярко-красное летнее платье. Она сама его разработала, специально выбрав крой, подчёркивающий её изгибы и тонкую талию. Ткань развевалась вокруг ног, демонстрируя их длину. Это платье производило впечатление.

Она прошла в просторный открытый вестибюль, где вместо стен и дверей стояли колонны. Лёгкий ветерок ворвался внутрь, принеся с собой запахи моря, джунглей и солнцезащитного крема. Она взяла стопку рекламных проспектов и пролистала их, не сводя глаз со стойки регистрации.

Доусону нужно было зарегистрироваться здесь, поэтому это было лучшее время и место для того, чтобы она случайно, но намеренно, столкнулась с ним. После этого кто знает, увидит ли она его вообще в течение недели. Судя по стопке брошюр у неё на коленях, в этом районе было множество развлечений: верховая езда по пляжу, дайвинг, сноркелинг[2]2
  Сноркелинг (англ. snorkeling) – плавание с маской, трубкой и ластами на поверхности воды для наблюдения за подводным миром. Этот доступный вид активного отдыха не требует сложной подготовки и идеально подходит для коралловых рифов и тропических вод.


[Закрыть], круизы с ужином, круизы с завтраком, зип-лайн[3]3
  Зип-лайн (англ. zip lining) – спуск по стальному канату с использованием силы гравитации, с отрывом от земли, при помощи специального устройства с блоками. Широко используется как развлечение и экстремальный аттракцион.


[Закрыть], поездки к руинам майя и шопинг.

К полудню прибыл непрерывный поток туристов, но Доусона всё не было. Она осталась сидеть на диване, читая книгу в телефоне. Прошёл час, потом два, затем три. А вдруг он не заедет до позднего вечера – или вообще завтра? Она ничего не ела с завтрака.

Её взгляд упал на пожилую пару у стойки. Насколько она знала, это были родители Доусона. Она никогда не видела фотографий его семьи. Он рассказывал о своём брате Флинне, и она смутно припоминала, что слышала о его сестре – а может, даже о двух.

Белла могла бы поискать его в социальных сетях, чтобы узнать подобные детали, но не решилась добавляться к нему прямо перед приездом в Канкун. Если бы он опубликовал какие-то подробности о поездке, а потом она случайно оказалась на том же курорте, это уже не выглядело бы совпадением – это походило бы на преследование.

И ладно, возможно, полёт в Канкун и целый день, проведённый в вестибюле курорта, действительно выглядели как преследование… но это было не так. Не совсем. Белла просто делала то, что советовала Перл: сама искала своё счастье. Она исправляла ошибку, допущенную ещё во время учёбы в колледже, когда не сказала Доусону о своих чувствах, пока не стало слишком поздно. Сколько раз она заново переживала те первые месяцы рядом с ним, задаваясь вопросом, что бы произошло, будь она тогда более напористой, более кокетливой, более заметной.

Изменило бы это исход событий, в результате которых Доусон влюбился в свою соседку по комнате?

Когда он сделал предложение Дейзи и они заранее назначили дату свадьбы, все их друзья считали, что жениться в колледже – глупость, но Белла их понимала. Доусон был из тех мужчин, которые верят в обязательства, ходят в церковь и уверены, что любовь можно сохранить надолго.

Белла старалась радоваться за них обоих – или, по крайней мере, быть великодушной. Каждый раз, когда Доусон брал Дейзи за руку, Белла делала вид, что не расстроена. Она продолжала притворяться на протяжении трёхмесячной помолвки, но в день свадебной репетиции сломалась, не в силах продолжать эту игру. Вместо того чтобы пойти в банкетный зал с остальными восемью подружками невесты, она сослалась на мигрень. То же самое произошло и в сам день свадьбы. Пока все остальные праздновали и бросали рис, она отправилась на городское кладбище, села на надгробие и разрезала своё платье подружки невесты на тысячу кусочков розовой и бордовой траурной ткани. Она оставалась там до тех пор, пока свадьба не закончилась и ветер не разнёс лоскуты по траве. Драматично – да, но она была молода и имела право на несколько личных проявлений драматизма.

После того как Дейзи съехала, Белла виделась с ней и Доусоном лишь по необходимости. В течение следующего года Дейзи несколько раз безуспешно пыталась возобновить отношения, а затем они с Доусоном переехали в Сиэтл учиться в медицинской школе. С тех пор Белла ни с кем из них не виделась и не разговаривала.

Прошло четыре часа. Белла дочитала книгу, почти не обращая внимания на сюжет. Возможно, это не попытка поймать птицу удачи за хвост. Возможно, она просто выставит себя дурой. Даже если бы она встретила Доусона, он, скорее всего, лишь вежливо поздоровался бы – и ничего больше. Она бы предложила встретиться как-нибудь на неделе, но он мог отказаться. Он приехал на семейную встречу, а не проводить время со старыми знакомыми.

Неужели ей действительно нужно было снова получить от него отказ? Разве её самолюбию этого было недостаточно? Вся эта затея была ужасной. Ну и что, что Доусон был её университетской любовью и разбил ей сердце? Он был не единственным подходящим кандидатом. Она знала других красивых, умных и заботливых мужчин. Конечно, не так уж много – в индустрии моды не так много гетеросексуальных холостяков. Тем не менее, она была успешной, талантливой женщиной, которой было что предложить. Ей не нужно было сидеть здесь и пытаться…

Эта мысль улетучилась, когда Доусон зашагал через вестибюль, катя за собой чемодан. Даже если бы она не думала о нём, он был достаточно красив, чтобы отвлечь мысли любой женщины.

Его рост и широкие плечи были в точности такими, какими она их помнила. Черты лица оставались выразительными – возможно, даже более, теперь, когда к ним добавились признаки зрелости. Его светло-каштановые волосы потемнели и были подстрижены короче, что придавало ему более профессиональный вид и делало менее похожим на спортсмена. Джинсы и футболка, которые он носил в колледже почти как форму, сменились тёмно-синими брюками и рубашкой на пуговицах. Так по-деловому. Это была перемена.

Пока он разговаривал с администратором отеля, она не сводила с него глаз. Его движения были плавными, уверенными. И в этот момент чувства, которые она похоронила ещё в колледже, всплыли на поверхность, расцвели пышным цветом – садом страстных желаний и невысказанных слов. И неуверенности. Это тоже вернулось. Она наблюдала за ним и колебалась, словно пригвождённая к дивану собственной неуверенностью.

Затем она встала. Она больше не будет невидимкой. С ней нужно считаться. Она пересекла вестибюль и встала на пути, по которому Доусону предстояло пройти к лифтам.

Служащий отеля вручил ему ключ-карту и карту территории. Он повернулся и пошёл в сторону Беллы, не отрывая взгляда от карты.

Время пришло. Ради этого она и приехала. Она сглотнула и расправила плечи.

– Доусон, – позвала она с притворным удивлением. – Это ты?

Он оторвал взгляд от карты, и его голубые глаза скользнули по ней.

– Да. – Должно быть, ему понравилось то, что он увидел, потому что на его губах появилась улыбка. Не улыбка узнавания – скорее одобрительный взгляд.

Она неторопливо подошла, делая медленные, небрежные шаги.

– Только не говори, что ты меня не помнишь. Я не так уж сильно изменилась, правда?

– Не уверен, – сказал он. – Скажи, кто ты, и я скажу, как сильно ты изменилась.

Его невнимание должно было её задеть, но вместо этого ощущалось как победа. Доказательство того, что незаметной девочки, которой она была, больше нет.

– Может быть, ты помнишь нашу учебную группу в Вашингтонском государственном университете? Или то, что я проверяла твои работы? Ты, кажется, говорил, что никогда меня не забудешь.

– Ах, – протянул он с пониманием. По крайней мере, теперь он знал, что она не незнакомка с оригинальной фразой для знакомства.

– Возможно, ты помнишь, как я познакомила тебя с Дейзи?

Его глаза расширились, и на лице появилось выражение, которое она не смогла разгадать. Удивление? Недоверие? Сожаление?

– Изабелла, – произнёс он.

Ей нравилось, как её имя звучало на его губах.

– Теперь все зовут меня Белла.

Его взгляд снова скользнул по ней, остановившись на безымянном пальце – без обручального кольца.

– Какая неожиданность. Даже не знаю, что сказать.

– Обычно люди говорят что-то вроде: «Рад тебя видеть». Но я соглашусь и на запоздалое: «Спасибо за помощь с учёбой».

Его взгляд всё ещё скользил по ней в изумлении.

– Изабелла… Белла. Не могу поверить. – И затем, словно осознав, что должен сделать что-то ещё, он протянул руку и обнял её.

В студенческие годы его запах напоминал ей природу – солнце и травянистые поля. Теперь же аромат стал глубже, насыщеннее, вызывая образы быстрых автомобилей и важных деловых встреч.

Он обнимал её на несколько секунд дольше, чем было принято. Она не отстранилась. Ей нравилось ощущение его рук, ощущение сильных мышц под тканью рубашки.

Когда он отпустил её, то остался стоять ближе, чем прежде.

– Что ты здесь делаешь? Ты остановилась в этом отеле?

– Я пробуду здесь всю неделю. А ты?

– Я ненадолго. – Он рассеянно потёр затылок. – Ты здесь с друзьями? С парнем?

– Одна. – Она пожала плечами, будто в этом не было ничего необычного. – Я модельер. Иногда езжу в поездки за вдохновением. Никогда не знаешь, что может навеять муза.

– Модельер, – сказал он с явным впечатлением. – Где?

– «Фонтэн». Это один из небольших домов. Я не обижусь, если ты о нём никогда не слышал.

– Извини, я не слишком слежу за миром моды.

Она позволила своему взгляду скользнуть по нему, надеясь, что он выглядит скорее задумчивым, чем двусмысленным. У него было тело, которое делало любую одежду привлекательной, и отвлечься было легко, но она внимательно изучала его вещи. Несмотря на слова о равнодушии к моде, и рубашка, и брюки были отлично сшиты, из качественной ткани. Вероятно, на заказ.

– Я всё равно поставлю вашей одежде пятёрку с плюсом.

Он усмехнулся.

– Спасибо. Я стараюсь. Иногда больше, иногда меньше. – Он засунул руки в карманы. – У тебя есть собственный бренд? «Кутюр от Беллы»… – Он поднял глаза, размышляя. – Прости, забыл твою фамилию.

– Линд, – сказала она. – И нет, пока никакого бренда.

Он кивнул и обвёл взглядом вестибюль.

– Я как раз собирался перекусить. Не хочешь поужинать со мной?

Это было настоящее приглашение на свидание. С опозданием на десять лет, но она с радостью его приняла.

– Было бы здорово. Я слышала, на курорте есть несколько хороших ресторанов.

– Я знаю одно место в городе, где отлично готовят. «Рикко». Позволь мне отнести багаж, и мы поедим там.

– Ты уже бывал в Канкуне?

– Несколько раз.

Ах да, у его семьи были деньги. Она всё время забывала об этом. Она представляла его перегруженным работой, недоплачиваемым ординатором, но ему не нужно было зависеть от зарплаты ординатора.

Он взялся за ручку чемодана.

– Я спущусь через пять минут.

– Я буду ждать, – сказала она.

Она ждала почти десять лет. Что значили ещё несколько минут?