Текст книги "Когда я встретила твоего брата (ЛП)"

Автор книги: Джанет Раллисон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 23

 Флинн сидел на кровати, оцепенело уставившись на дверь, словно думал, что, если будет смотреть на неё достаточно долго, Белла вернётся.

Но этого не случится.

Она ушла.

И не просто ушла – она возненавидела его за всё.

Даже если бы он сейчас бросился за ней, она не стала бы слушать ни единого слова из того, что он хотел сказать. Исправить случившееся было невозможно. Он всё сделал неправильно с самого начала.

Но откуда он мог знать в тот момент, когда впервые встретил Беллу, что в конце концов влюбится в неё?

Он представил их первую встречу в холле отеля – такой, какой она должна была быть. Если бы он сразу сказал правду. Если бы признался, что он Флинн, а не Марко.

Именно так следовало поступить.

Именно так он бы и сделал, если бы не пытался защитить своего брата.

Белла бы покраснела, осознав свою ошибку, и смущённо извинилась.

А потом, если бы они снова случайно встретились где-нибудь на этой неделе, она шла бы под руку с Марко, а её глаза сияли бы от счастья.

Флинн снова и снова прокручивал в голове разные варианты этой сцены, пытаясь придумать такой исход, в котором он был бы честен и всё равно остался бы с Беллой.

Но каждый раз всё заканчивалось одинаково.

Белла уходила с Марко.

Наверное, это было справедливо.

Потому что теперь, когда она его презирала, рано или поздно она всё равно уйдёт к Марко.

У неё уже есть его номер телефона. А та небольшая ссора, что произошла между ними за ужином, не помешает ей снова с ним увидеться.

Скорее всего, она дождётся окончания семейной встречи, а потом позвонит ему.

И Марко, похоже, не испытывал особого желания возвращаться к Дейзи. А значит, вполне вероятно, с радостью воспользуется возможностью начать всё сначала с Беллой.

Вот, значит, каким должен был стать конец их истории.

Как в греческой трагедии, где герой до самого конца пытается изменить судьбу, но каждый его шаг лишь приближает неизбежный финал.

Что ж…

Белла заслуживала счастья.

Если она хотела быть с Марко, Флинн больше не станет ей мешать.

По правде говоря, ему вообще не следовало вмешиваться.

Он достал телефон и набрал номер брата.

Глава 24

Белла направлялась к контрольно-пропускному пункту аэропорта, когда услышала, что кто-то зовёт её по имени.

Она обернулась и увидела, что через терминал к ней идёт Флинн.

Её сердце болезненно сжалось от неожиданного облегчения.

Этого не должно было случиться. Она сама разорвала с ним отношения. Но, увидев его, всё равно почувствовала себя до смешного счастливой.

Он пришёл за ней.

Значит, в конце концов, ему не всё равно.

И в следующее мгновение Белла поняла, что это вовсе не Флинн.

Это был Марко.

Его волосы были чуть длиннее и светлее.

Её сердце словно оборвалось, провалившись в пучину боли.

Почему здесь Марко?

– Белла, – снова окликнул он. – Подожди.

Он преодолел последние несколько шагов и остановился перед ней, тяжело дыша, с неуверенной улыбкой на губах.

– Я подумал… нам нужно поговорить. О… ну… Флинн рассказал мне правду о тебе.

Марко, казалось, не знал, куда деть руки, будто она заставляла его нервничать. Белла никогда бы не подумала, что такое возможно.

Конечно, «правда», исходящая от Флинна, могла означать что угодно.

– Что именно он тебе сказал?

– Он сказал, что ты приехала в Канкун, чтобы возобновить со мной общение, но он встретил тебя первым и заставил пообещать хранить это в тайне на протяжении всей поездки. Он знал, что Дейзи приедет, и думал, что я могу снова сойтись с ней, если не узнаю о тебе.

Что ж.

Флинн действительно рассказал правду.

Это было чем-то новым.

Марко засунул руки в карманы.

– Ему не следовало вмешиваться. Он должен понимать, что я способен сам принимать решения. К сожалению, у него есть странная привычка спасать меня от самого себя.

– Флинн, кажется, действительно очень переживает за тебя. – Что ещё могла сказать Белла? Вся эта ситуация казалась ужасно неловкой. – Наверное, это особенность близнецов.

Марко усмехнулся, медленно окинув её взглядом с головы до ног, словно видел её совершенно по-новому.

– Жаль, что он не сказал мне правду раньше. Я даже не подозревал, что у тебя всё ещё есть ко мне чувства.

Всё ещё?

Значит, он знал о её чувствах ещё в колледже? Знал до того, как начал встречаться с Дейзи, и всё равно стал ухаживать за соседкой Беллы по комнате? Или Дейзи рассказала ему об этом позже?

Белла постаралась, чтобы её голос звучал непринуждённо.

– Ты знал, что я была в тебя влюблена ещё в колледже?

Он пожал плечами.

– На занятиях у тебя язык заплетался в моём присутствии. Это было мило, но тогда Дейзи была больше в моём вкусе. – Он снова внимательно посмотрел на неё. – Всё меняется, не так ли?

Ей следовало почувствовать себя польщённой.

Разве не ради этого она приехала в Канкун? Чтобы однажды услышать эти слова?

Но теперь она не знала, что на них ответить.

– Вы с Флинном… – Марко покачал головой и усмехнулся, будто вся прошедшая неделя была каким-то забавным розыгрышем. – Вы двое были такой убедительной парой. Казалось, вы по уши влюблены друг в друга. Я бы никогда не догадался, что это неправда.

Её сердце болезненно сжалось.

– Флинн – хороший актёр.

– Да. Я всегда это о нём знал. Просто не думал, что и ты так умеешь.

– Есть много вещей, которых ты обо мне не знаешь.

– Мы могли бы это исправить. Не могла бы ты поменять свой рейс? – Он кивнул в сторону выхода из аэропорта. – Уверен, мы найдём место, где сможем спокойно посидеть и поговорить.

Ещё совсем недавно она мечтала услышать именно эти слова.

Странно, но сейчас от них ей стало только грустнее.

Флинн разрушил все её мечты о Марко.

Марко никогда не смог бы рассмешить её так, как это делал Флинн. В его улыбке не было того лукавства, которое так притягивало её в его брате.

Если бы они сейчас заговорили о её работе, Марко не понял бы, что для неё одежда – это искусство. Скорее всего, он снова начал бы читать ей лекцию о потогонных производствах и заставил бы чувствовать себя виноватой за бедственное положение стран третьего мира.

Она не хотела с ним разговаривать.

Она хотела вернуться в Нью-Йорк, свернуться калачиком на своей кровати и забыть эту поездку.

Забыть свои чувства к Флинну.

– Мне вообще не стоило приезжать, – тихо сказала она. – Я гналась за воспоминаниями, за тем, чего на самом деле никогда не существовало. А теперь… – Она замолчала, пытаясь подобрать слова. – Ты сказал, что я изменилась, и ты был прав. Сейчас мы совершенно не подходим друг другу. Раньше я безоговорочно верила каждому твоему слову, а теперь у меня есть собственное мнение. Ты слишком уверен во всём, во что веришь. В конце концов мы бы просто постоянно спорили. – Она поправила ремень сумки на плече. – И потом… ты всё ещё переживаешь из-за расставания с Дейзи, а я – из-за Флинна. Ни один из нас сейчас не мыслит здраво.

– Подожди. – Марко слегка наклонил голову. – Ты переживаешь из-за расставания с Флинном?

– Да. Похоже, актриса из меня всё-таки никудышная.

Она уже повернулась, чтобы уйти, но остановилась и посмотрела на него через плечо.

– Пожалуйста, не говори ему об этом. Избавь меня хотя бы от этой неловкости.

Марко ничего не ответил.

Он лишь стоял и с искренним изумлением смотрел ей вслед.

Глава 25

Флинн провёл большую часть дня в своей комнате, просматривая электронную почту, банковские документы и обсуждая с адвокатом условия контракта.

Лишь бы не думать о Белле.

Или о том, чем сейчас занимаются Белла и Марко.

С его стороны было огромной глупостью позволить себе влюбиться в неё. Любой другой на его месте проявил бы больше осторожности.

Но работа над контрактом плохо помогала ему сохранять душевное равновесие.

Разговаривают ли сейчас Марко и Белла?

Смеются?

Целуются?

Контракт.

Юристы, похоже, были не способны писать документы на нормальном английском языке. Их формулировки всегда звучали так, словно для их расшифровки требовался ещё один юрист.

Его мысли снова и снова возвращались к Белле, и каждый раз ему приходилось с усилием направлять их в безопасное русло.

Работа.

Переговоры.

Контракт.

То, что он ещё мог контролировать.

Когда он не разговаривал по телефону с адвокатом «Бейнбридж Кэпитал», его мобильный оставался выключенным. Он не хотел ни с кем общаться. Не мог делать вид, будто всё в порядке.

Он с удовольствием пропустил бы ужин, но сегодня вечером внуки устраивали шоу талантов, а каждому из детей предстояло сказать несколько слов о своей матери.

Семья арендовала отдельный зал в одном из ресторанов курорта – уютную комнату с большими окнами, выходившими на океан.

Флинн намеренно опоздал на пять минут.

Чем меньше времени ему придётся тратить на светские разговоры, тем лучше.

Когда он подошёл к столу, взгляд невольно остановился на Марко, и на мгновение Флинн почти ожидал увидеть рядом с ним Беллу.

Разумеется, её там не было.

Рядом с Марко сидела Дейзи, старательно изображая, будто всё идёт как надо.

Мать посмотрела на Флинна, потом обвела взглядом комнату.

– Где Белла?

За столом пустовали два стула, и оба находились рядом с ней.

Флинн сел на один из них, чувствуя только усталость и опустошение.

– На работе возникли проблемы. Ей пришлось уехать раньше.

Отец удивлённо нахмурился.

– Ты хочешь сказать, что в мире моды случился какой-то кризис?

Флинн придвинул стул ближе к столу.

– Всякое бывает.

Мать сочувственно покачала головой.

– Какая жалость. Вы будете в разлуке в день вашей шестимесячной годовщины. Придётся подарить ожерелье и серьги позже.

На самом деле он собирался просто убрать их в ящик и больше никогда не доставать.

Он не мог смотреть на голубые топазы.

Они были точно такого же цвета, как глаза Беллы.

Он сделал заказ, молча поел и посмотрел, как его племянники и племянницы поют песни и показывают свои маленькие номера.

Потом настало время ему, Марко и их сёстрам поздравить мать с днём рождения.

Первой выступила Кеннеди. Она рассказала историю о том, как мама учила её кататься на велосипеде.

– Ты всё время повторяла, что самое главное – это равновесие, – сказала она. – Иногда я до сих пор слышу эти слова у себя в голове. Когда жизнь становится слишком тяжёлой, я напоминаю себе: главное – сохранять равновесие.

Потом слово взяла Пейдж. Она вспомнила, как мама всегда дожидалась её после свиданий и как искренне интересовалась всем, что происходило в её жизни.

Марко рассказал о том, как мать всегда помогала людям и своим примером научила его заботиться о других.

Наконец очередь дошла до Флинна.

У него было столько счастливых воспоминаний о матери.

Но сейчас каждое из них было окрашено грустью, потому что он понимал: скоро это всё, что у него останется.

Воспоминания.

Сколько ещё месяцев ему суждено провести рядом с ней?

Флинн поднялся со своего места и рассказал несколько историй о том, как мать помогала ему с уроками и проектами для бойскаутов.

– Мама, ты научила меня трудолюбию. Наверное, я усвоил этот урок даже слишком хорошо и не всегда следовал твоему примеру в других вещах. Но ты также научила меня, что семья и отношения важнее всего остального. Я люблю тебя и папу и буду считать себя по-настоящему успешным человеком, если однажды стану хотя бы вполовину таким же счастливым в браке, как вы.

Все захлопали, и он снова сел рядом с матерью.

Она ласково похлопала его по ноге.

– Спасибо. Это было очень трогательно.

Он наклонился и поцеловал её в щёку.

– Ты скучаешь по Белле, ведь так? – тихо спросила она.

– Да.

Это была чистая правда.

– Думаю, она стала бы прекрасным дополнением к нашей семье, – сказала его мать.

Флинн молча кивнул, стараясь не смотреть на Марко, чтобы не узнать, услышал ли брат эти слова.

Их мать поднялась со своего места, положив руку на плечо Флинна, чтобы удержать равновесие.

– Я не собиралась ничего говорить. И уж точно не собиралась говорить то, что скажу сейчас. Это путешествие должно было стать моей последней семейной встречей. Рано или поздно рак всё равно заберёт меня, и мне казалось, что нет смысла подвергать это старое тело новым процедурам. Но эта неделя заставила меня понять, что мне ещё есть ради чего жить. – Она слегка сжала плечо Флинна. – Я хочу увидеть свадьбу Флинна.

Её взгляд переместился на Марко.

– И, может быть, успеть понянчить ещё одного внука… или внучку.

Потом она повернулась к Пейдж и Кеннеди, и её голос дрогнул от переполнявших чувств.

– Белла рассказала мне, что у неё не сложились отношения с бабушкой и дедушкой. Она сказала: если она ничего не значила для них тогда, когда была маленькой и действительно нуждалась в них, то почему должна что-то значить сейчас? – Её взгляд скользнул по лицам внуков. – Я не хочу, чтобы мои внуки когда-нибудь почувствовали то же самое. Не хочу, чтобы они подумали, будто я добровольно оставила их тогда, когда была им нужна.

Она глубоко вздохнула.

– Так что… думаю, я ещё немного поборюсь с раком.

Она медленно опустилась обратно на стул.

Отец сразу же наклонился к ней и крепко обнял.

Все заговорили одновременно – благодарили её, подбадривали, говорили, как сильно любят.

Пейдж и Кеннеди первыми поднялись со своих мест и бросились к матери. Через несколько секунд её уже обнимали все. Внуки тоже подхватили это настроение и полезли к бабушке, не скрывая слёз.

Флинн позволил братьям и сёстрам подойти первыми.

Он хотел быть последним.

Чтобы обнять её чуть дольше остальных.

Когда наконец настала его очередь, она показалась ему совсем лёгкой и хрупкой.

Но даже здесь, посреди шумного ресторана, он почувствовал её запах – тот самый, который невозможно было спутать ни с каким другим.

Запах мыла.

Шампуня.

И материнской любви.

Она крепче прижалась к нему.

– Только не заставляй меня слишком долго ждать твоей свадьбы, – тихо попросила она.

Он не знал, что ответить.

~ ~ ~

Когда ужин закончился и Флинн шёл через вестибюль к выходу, позади него раздался голос Марко:

– Подожди.

Флинн остановился, хотя сейчас ему меньше всего хотелось с кем-то разговаривать. Тем более – со своим братом.

Марко догнал его.

– Я сегодня трижды тебе звонил, – раздражённо сказал он. – Ты вообще на телефон смотришь?

– Был занят работой, – коротко ответил Флинн.

– Конечно.

По выражению лица Марко было ясно, что он ни на секунду ему не поверил.

Лучше покончить с этим как можно быстрее.

Флинн понизил голос, чтобы проходившие мимо гости не могли их услышать.

– Ну и… как всё прошло с Беллой?

Он хотел знать ответ.

И одновременно боялся его услышать.

– Не так, как я ожидал.

Это был совсем не тот ответ, к которому Флинн себя готовил.

Он наконец полностью сосредоточился на брате.

Марко внимательно смотрел на него.

– Что именно ты с ней сделал?

– Что я с ней сделал? – нахмурился Флинн. – О чём ты вообще?

Марко пожал плечами.

– Похоже, нескольких дней рядом с тобой хватило, чтобы свести на нет все чувства, которые она испытывала ко мне годами. – Он вопросительно поднял бровь. – Мне просто интересно, как тебе это удалось.

Флинн замер.

Неужели он правильно понял?

– Подожди… Она тебе отказала?

– Причём совершенно недвусмысленно. – Марко усмехнулся. – И, между прочим, ещё назвала меня самоуверенным. За это изменение её мнения я тоже собираюсь винить тебя.

– Она… тебе отказала, – повторил Флинн, всё ещё не веря услышанному.

Может быть, Белла теперь злилась на них обоих.

А может быть, вообще на всех мужчин.

Это не имело значения.

Пока она не хотела быть с Марко, у Флинна оставался второй шанс.

Марко с лёгкой улыбкой наблюдал за потрясённым выражением его лица.

– Она просила ничего тебе не говорить, – сказал он, похлопав брата по плечу. – Но, если коротко, она практически призналась, что влюблена в тебя.

Он усмехнулся.

– Так что у тебя только два варианта: либо ты выдающийся актёр, либо тебе пора перестать стоять столбом и начать добиваться эту девушку.

Глава 26

Выходные тянулись бесконечно.

В Нью-Йорке было холодно, серо и слякотно. Все деревья напротив дома Беллы казались мёртвыми, и даже её ярко раскрашенная спальня выглядела безжизненной и унылой.

Она скучала по зелени Канкуна.

Она скучала по Флинну.

Что было совершенно нелепо, потому что он никогда не был её. Он всего лишь притворялся, что заботится о ней.

Белла часто слышала, что ничего не происходит просто так и даже негативный опыт может стать ценным уроком. Она пыталась убедить себя, что прошедшая неделя действительно чему-то её научила.

Например, она поняла, что однажды хочет иметь семью. А если это так, то работа не должна поглощать всю её жизнь. Она будет по-прежнему много трудиться и наслаждаться творчеством, но больше не позволит карьере занять всё её время.

Она научилась не возводить людей на пьедестал только потому, что когда-то в них влюбилась.

И ещё она выяснила, что ей нравятся мужчины со светло-каштановыми волосами и голубыми глазами.

Причём, как оказалось, влюбляться в таких она умеет очень быстро и очень сильно.

Большую часть выходных Белла просидела, завернувшись в старое потёртое одеяло, бездумно переключая сериалы на Netflix, плача и поедая мороженое.

В понедельник она впервые за долгое время не пришла на работу к семи утра. Она проспала и добралась до офиса лишь к восьми пятнадцати.

Пусть Феликс жалуется.

Если он всё-таки решится, она напомнит ему обо всех шестидесятичасовых рабочих неделях, которые ей приходилось проводить в офисе.

С самого возвращения в Нью-Йорк она почти не спала и уже чувствовала, что ей необходим ещё один отпуск.

Нет, даже не отпуск.

Скорее ещё несколько дней, чтобы лежать под одеялом, жалеть себя и есть литровыми порциями мороженое с орехами и шоколадом.

Себастьян сидел за столом Саанви, секретарши в приёмной, и что-то тихо обсуждал с ней.

Когда Белла проходила мимо, Саанви окликнула её:

– Тебя хочет видеть новый босс. Он в кабинете Феликса.

Белла замерла.

– Новый босс?

– Неофициально. Сделка ещё не завершена, – пояснила Саанви. – Но, глядя на его поведение, этого никогда не скажешь.

Себастьян согласно кивнул.

– Этот человек слишком самоуверен для того, кто ничего не понимает в индустрии моды. Он мне уже не нравится.

Нет.

Это не мог быть Флинн.

Особенно после того, как она отказала Марко. У него больше не было причин покупать «Фонтэн».

Белла медленно пошла по коридору к кабинету Феликса, пытаясь подавить надежду, которая болезненно сжимала грудь.

Флинна здесь не было.

Это должен быть тот самый второй покупатель, о котором говорил Феликс.

Наверняка какой-нибудь человек с нелепыми представлениями о том, как нужно управлять компанией, с совершенно нереалистичными ожиданиями и десятком бессмысленных совещаний о его великом видении будущего «Фонтэн».

Сейчас у неё совершенно не было сил разбираться с новыми проблемами.

Особенно теперь, когда глаза постоянно были на мокром месте и она никак не могла перестать думать о Флинне.

Почему-то ей всегда казалось, что продажа компании и смена руководства произойдут через несколько месяцев. Если вообще произойдут.

А теперь ещё и новый босс.

Чёрт.

Она выбрала очень неудачный день, чтобы опоздать.

Подойдя к кабинету Феликса, Белла постучала.

– Входите, – чересчур бодро отозвался он. Именно таким голосом он всегда разговаривал с клиентами, стараясь произвести впечатление.

Белла открыла дверь.

У окна стоял Флинн.

Флинн.

Высокий, красивый и всё такой же невероятно уверенный в себе.

Она невольно задержала дыхание.

Неужели он всё-таки купил «Фонтэн»?

Но зачем?

Потому что это была выгодная сделка?

Или причина была совсем другой?

Его взгляд скользнул по ней, а в уголках губ появилась осторожная улыбка.

Белла сглотнула, не в силах отвести от него взгляд.

На нём был безупречно сидящий чёрный костюм и белая рубашка. Он больше походил на модель с обложки журнала, чем на руководителя крупной инвестиционной компании.

Флинн повернулся к Феликсу.

– Спасибо, мистер Коэн. Если вы сможете оставить меня на несколько минут наедине с нашим новым ведущим дизайнером, я буду вам очень признателен.

Значит…

Он всё-таки повысил её.

Может быть, потому что чувствовал себя виноватым.

Может быть, потому что считал себя обязанным ей после того, как она отказала Марко.

Белла спрятала руки за спину и крепко сцепила пальцы, чтобы скрыть дрожь.

Она не хотела, чтобы Флинн понял, насколько сильно её до сих пор ранит одно только его присутствие.

– Конечно, – ответил Феликс.

Когда Феликс вышел, Белла заметила на его столе большой аквариум. Вместо рыбок в нём были песок, лампа накаливания, какая-то ветка и…

Что это было за зелёное существо?

Флинн дождался, пока за Феликсом закроется дверь, прежде чем заговорить.

– Ты сказала, что игуана необязательна, но я не хотел рисковать.

Она не знала, что ответить. Её взгляд остановился на Флинне, словно она пыталась заново понять, кто он такой.

– Зачем ты купил «Фонтэн»?

Он пожал плечами, будто покупка крупного модного дома была самой обычной деловой сделкой.

– «Бейнбридж Кэпитал» нужно диверсифицировать бизнес. Индустрия моды – это рынок с оборотом в три триллиона долларов, а создание образовательного фонда для рабочих фабрик в Бангладеш – отличная возможность снизить налоги. – Его голубые глаза были серьёзными и напряжёнными. – Но самая важная причина в том, что ты здесь работаешь.

Тогда она впервые позволила себе немного надеяться.

А потом сразу напомнила себе, что Флинн всегда говорил о её деловой хватке. Возможно, он просто хотел, чтобы именно она помогала ему управлять модным домом.

– И ты позвал меня, чтобы…

– Чтобы извиниться. С помощью ящерицы. Признаю, это не мой обычный способ. Поэтому я принёс ещё цветы. И конфеты.

Он указал в дальний угол кабинета, где среди образцов тканей и досок вдохновения Феликса стояли букет красных роз и золотая коробка конфет.

Флинн медленно подошёл к ней, внимательно наблюдая за её реакцией.

Впервые с того самого вечера в холле отеля он выглядел не самоуверенным, а уязвимым.

– Послушай, Белла, прости, что солгал тебе и держал тебя подальше от Марко.

Она нахмурилась.

– Ты извиняешься?

– Ну… не совсем. То есть да, мне действительно жаль, что я солгал о том, кто я такой. Но я не жалею о том, что пытался держать тебя подальше от Марко. Я бы сделал это снова.

Его голос стал тише, а взгляд будто просил её понять.

– Мне пришлось держать тебя подальше от него, потому что я слишком сильно хотел, чтобы ты была со мной.

Она не сразу поняла, что именно он сейчас сказал.

Он просил прощения?

Или признавался, что хочет с ней будущего?

Флинн сделал ещё один шаг вперёд, не сводя с неё глаз.

– Несмотря на все интриги и полуправду, когда я был рядом с тобой… когда целовал тебя… для меня это никогда не было притворством.

Первый поцелуй…

Наверное, он всё-таки был настоящим.

Позже тем же вечером он обвинял её в том, что она охотится за деньгами Марко. Но ведь тогда же признался, что вовсе не собирался её целовать.

Просто не смог устоять.

Белла внимательно смотрела на него, всё ещё пытаясь понять, не ошибается ли снова.

– Значит, ты пришёл сюда с цветами и конфетами…

– И с повышением.

– И думаешь, что после этого тебе всё простят?

Он указал на аквариум.

– Я ещё и игуану принёс.

Она невольно рассмеялась.

Его голос звучал слишком искренне, чтобы это можно было сыграть.

– Ну что ж… тогда это всё меняет.

Он поднял руку, словно приносил клятву.

– Ничего из того, что я говорил или делал рядом с тобой, не было притворством. Я никогда не пытался от тебя избавиться. – Он подошёл ещё ближе. – Я пытался тебя удержать.

Она слегка наклонила голову.

– Правда? И когда ты решил… что хочешь меня удержать?

– В тот день, когда мы плавали с маской и трубкой.

На его губах появилась знакомая озорная улыбка. Он задумчиво потёр подбородок.

– Хотя, может быть, ещё раньше. Возможно, в тот самый вечер, когда я решил узнать о тебе побольше и увидел твою фотографию в платье с пайетками.

Она почувствовала, как жар приливает к щекам.

– Тебе не стоило так тщательно меня изучать.

– Я предпочитаю знать как можно больше о своих клиентах, коллегах и конкурентах.

– И кто же из них я?

Улыбка исчезла с его лица.

– Никто.

Он протянул руку и осторожно переплёл свои пальцы с её.

– Ты женщина, которую я хочу привести домой и представить своим родителям.

Её охватило тёплое, светлое счастье.

Он действительно хотел будущего вместе с ней.

– Тогда, наверное, очень удобно, что я уже с ними познакомилась.

– И они тебя любят. Так что всё складывается просто отлично.

Он притянул её к себе, и его голубые глаза встретились с её взглядом.

– И я тоже тебя люблю. Что тоже просто отлично.

Она улыбнулась, чувствуя, как вся боль, накопившаяся за эти выходные, медленно растворяется под его прикосновением.

Флинн наклонился и поцеловал её.

Не лёгким поцелуем.

Это был поцелуй, в котором он искал ответ, искал подтверждение её чувств.

Она обняла его за шею и постаралась вложить в этот поцелуй всё, что не могла выразить словами.

Кажется, когда его губы коснулись её шеи, она даже несколько раз прошептала, что тоже его любит.

Несколько минут спустя Флинн слегка отстранился.

– Я чуть не забыл. У меня есть для тебя ещё кое-что.

Он достал из внутреннего кармана пиджака маленькую серебристую коробочку и протянул её Белле.

– С годовщиной. На два дня позже. Или на пять месяцев и три недели раньше – смотря как считать.

Она совсем забыла, что во время прогулки по магазинам с матерью и сёстрами он покупал ей подарок.

Открыв коробочку, Белла увидела сверкающий синий кулон на чёрном бархате.

Его цвет сразу напомнил ей океан в Канкуне – глубокий, яркий, захватывающий дух.

Рядом лежали серьги в тон. Голубой топаз был окружён россыпью маленьких бриллиантов.

– Он великолепен, – выдохнула она и вопросительно посмотрела на Флинна. – Ты купил его после нашего первого совместного дня?

Наверное, гарнитур стоил очень дорого, а тогда он знал её меньше суток.

– Он напомнил мне тебя.

Он улыбнулся.

– Прекрасную.

Она обняла его за шею.

– Теперь я жалею, что не подарила тебе ничего на нашу годовщину.

– У тебя ещё будет время, – тихо сказал он.

И снова её поцеловал.