Текст книги "Невидимый мистер Грин (ЛП)"

Автор книги: Дж Слейдек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Фин повернулся и открыл дверь напротив. Это был стенной шкаф, но, увидев только зонтики и обувь, Фин закрыл его.

– Нет никакого выхода. Все начинает представляться так, как вы говорите, – никто не покидал дома этим путем.

В сопровождении Латимера он вернулся в гостиную.

– В таком случае я не могу не задаться вопросом... Практически все, кого можно квалифицировать как подозреваемых, должны были находиться здесь.

– Ну, если вы хотите знать мое мнение, то нужно выбирать из Шейлы Тавернер или Джервейса Хайда. Судя по вопросам, которые мне задавала полиция, могу сказать, что они подозревают Хайда.

– О! Интересно, что они знают, чего не знаю я? – Фин протер лупу и убрал ее. – Когда он приехал?

– Пол-одиннадцатого – без четверти. Хайд чертовски непредсказуем, знаете. Конечно, мы его пригласили, но он нам отказал. Сказал, что куда-то уже приглашен. Поэтому не будет секретом сообщить вам, что он заявился вот так поздно, как снег на голову, пьяный и взъерошенный.

– Он был в смокинге?

– Полиция уже спрашивала меня об этом. Хотели знать, все ли запонки были у него на месте, но кто замечает такие вещи? Нет, я просто хотел сказать, что у него растрепались волосы и выглядел он... в общем, нализавшимся. По-моему, у него вышел серьезный конфликт с таксистом по поводу платы за проезд.

– А что с его предыдущим приглашением?

– Сказал: «С мной никогда так не поступали! Как мальчишку продинамили, черт побери!» Постоянно клянчил выпивку. Я предложил ему съесть что-нибудь вместо этого, но в ответ услышал: «Это моя душа нуждается в пище, а не плоть! Плесните капельку». Нужно ли говорить, что женушке не понравился такой разговор. Было уже за полночь, когда мне удалось отделаться от него. Пришлось самому везти его домой, он больше не мог взять такси.

Старший инспектор Гейлорд возник из столовой.

– Говорите, говорите, мистер Латимер, я вас слушаю.

– Я уже вам все сказал.

– Я понимаю, но хотелось бы уточнить детали. Вы подвезли мистера Хайда до дома, а дальше?

– Дальше – ничего. Высадил его и поехал домой.

– Высадили его где? На тротуаре? Вы видели, как он вошел в дом?

– Нет, но... В чем дело? Он не... с ним все в порядке, надеюсь?

Гейлорд сел и выдавил из себя одну из своих неприятных полуулыбок.

– Страшно сказать, но мы не можем отыскать его следов. Сожительница вот говорит, что он вообще не возвращался домой!

– О, Господи! – Латимер, казалось, с яростью пытался избавиться от последних волос. – Если он...

– Если он что, мистер Латимер?

– Если он мертв, значит, за нами действительно кто-то охотится!

– О, не надо так волноваться, мистер Латимер. Уверен, все не так уж плохо. Возможно, нам пора поговорить о чем-то другом. Скажите, вы играете в гольф?

– А? – Взгляд Латимера метнулся вверх сквозь пальцы. – Да, я уже говорил, что сыграл несколько раундов, но это было давно.

– И клюшки держите?

– Да, но я не помню, где они сейчас. Может быть, на чердаке. Вы что, играете?

Гейлорд пожал плечами.

– Случается. – Он посмотрел на свои наручные часы. – А сейчас я должен оставить вас. Но для начала нельзя ли воспользоваться, э-э, вашими удобствами?

– Конечно. Сразу за кабинетом, вы знаете, где.

– Спасибо.

Гейлорд исчез за дверью с иллюминатором. Латимер взглянул на сыщика.

– Он подозревает меня, не так ли? Не дай бог, Хайда найдут мертвым!

– Уверен, он не знает, кого подозревать, – сказал Фин утешительным тоном. – Сам он скорее подозревает Хайда, я полагаю. Скажите, у вас есть еще какие-нибудь увлечения на открытом воздухе?

– У меня? Нет, я не спортсмен. По моей фигуре вы уже, наверное, успели догадаться.

– Вы не пробовали заниматься воздухоплаванием? Я слышал, сейчас на это дело настоящий бум.

– Полеты на воздушном шаре? Знаете, это звучит забавно, но кто-то вчера вечером упоминал об этом. Дайте подумать. Да, Портман. Кажется, он говорил что-то о вступлении в клуб воздухоплавателей.

– В самом деле? – Фин сделал пометку и увидел, что Латимер заглядывает в его блокнот.

– О, это, похоже, несущественно, просто пришло в голову. Больше я хотел спросить вас о записке, которую доставила Шейла Тавернер.

– А, вы про это? Должен сказать, мы все были поражены. То есть я знаю, как любит Доротея... любила разные логические головоломки, но тогда это показалось не совсем уместным.

– И что мисс Тавернер делала, пока была здесь?

– Дайте вспомнить. Я как раз выходил из туалета, когда она приехала. Бренда открыла дверь, и там стояла Шейла с конвертом. Она сказала, что привезла Мартину записку от его тети. Женушка предложила ей стакан пунша, но Шейла очень спешила, в любом случае она боялась, что полиция остановит ее по дороге и заставить дышать в трубочку. Поэтому она отдала записку Мартину, но все же дала себя уговорить на кусочек торта.

Мартин вскрыл конверт, прочитал записку и спросил: «Это все? Шейла, я ничего не могу понять в этой абракадабре». И бросил ее на стол, чтобы остальные могли прочитать. Я заметил на это, что довольно безрассудно посылать девочку в такую даль с совершенно нелепым поручением.

Мартин хотел позвонить Доротее, чтобы узнать, что случилось, но Шейла сказала, что лучше ее не тревожить, она, мол, слегла с головной болью и вряд ли спустится вниз, чтобы ответить на звонок.

– Шейла вела себя странно?

– Не думаю. Она не доела торт, точнее сказать, не хотела есть, так как Вера навязала его. И пока Вера была в туалете, быстро улизнула. Кстати о туалете, что-то долго...

– Уже здесь, мистер Латимер, – Гейлорд подошел к двери с иллюминатором, нагруженный клюшками для гольфа. – По дороге я ненароком открыл дверь шкафа и нашел их. Они ваши? Надеюсь, вы не против, что я притащил их сюда, чтобы получше рассмотреть.

– Нет, я... да, они мои. Посмотрите, сколько на них пыли. – Он потянулся к клюшкам, но Гейлорд отодвинул их.

– Пока не надо их трогать. Да, я сразу обратил внимание на пыль. Но самое интересное, одна из клюшек совершенно чистая. Протерта, видите? Вот этот драйвер. – Гейлорд, похоже, наслаждался сделанным открытием. – Как раз тот тип клюшки, каким, по нашему мнению, мисс Фараон была оглушена перед тем, как ее задушили. Интересно, убийца таким способом пытался вытереть кровь?

– Я не знаю, что сказать вам на это.

– Очень глупо надеяться вытереть кровь. Видите ли, мы сейчас способны проводить самые сложные тесты. По мельчайшему следу крови. Маленькая незаметная капелька – это все, что нам нужно.

Латимер изо всех сил пытался подняться, но затем бессильно откинулся назад.

– Я... Я уверен, что эта клюшка не моя. Должно быть, ее подкинули.

– Правда? Но в сумке нет другого драйвера. Без него невозможно играть в гольф.

– Я... Я...

– Вам лучше одеться, мистер Латимер. Клюшками подробнее займутся в Скотланд– Ярде, а вы проследуете со мной. Нужно ответить на несколько вопросов.

Фин ошеломленно молчал, пока Латимер не вышел из комнаты. Наконец ему удалось выдавить из себя несколько слов:

– Шеф, вы ошибаетесь.

– Ошибаюсь? Я еще ничего не сказал.

– Но я знаю, о чем вы думаете. Я понял это, как только вы спросили его, играет ли он в гольф. Потом, когда вы притворились, что вам нужно в туалет...

– Притворился?

– Готов поспорить, во время дежурства вы не ходите, как и в любое другое время на работе. Нет, вы искали эту клюшку, потому что это соответствует вашей теории. Но я заявляю вам – ваша теория ошибочна.

– Ив чем же состоит моя теория?

– Вы думаете, что Хайд и Латимер сговорились убить мисс Фараон. Хайд принес сюда клюшку. Потом Латимер убил его и спрятал тело. Разве не так?

Гейлорд разыграл удивление.

– Ив мыслях не было ничего подобного. Но на всякий случай мы начали поиски тела Хайда.

– А записка? Как она вписывается в вашу теорию?

– Никак. Старушкина прихоть.

Фин покачал головой.

– Вы думали, что мысль о том, что Стоукса убили, тоже была прихотью старушки, насколько мне помнится. Разве вы не видите, что происходит? Это не обычное дело об убийстве с очевидными уликами, разбросанными повсюду. Это нечто подготовленное, нечто коварное...

Говорить он больше не мог, поскольку в комнату вошел Латимер, а за ним Бренда. У нее было заплаканное лицо, взгляд рассеянно блуждал по воскресной газете, словно она не осознавала, что делает. Но ее слова были разумны:

– Пап, я позвоню нашему адвокату?

– О, для этого нет причин, – мягко сказал Гейлорд. – Мисс, всего лишь несколько вопросов.

Когда двое мужчин вышли, она повернулась к Фину.

– Я немного подслушивала. У папы проблемы, верно?

– Пока нет. Я не думаю, что ему сейчас требуется адвокат, но выглядит он так, словно должен увидеться со своим доктором.

Она села и подперла голову газетой.

– Смерть тети Доротеи подкосила его. Он и так переживает по поводу своей работы, а тут еще это.

Через мгновение Фин встрепенулся:

– Послушайте, есть возможность ему помочь, если вы кое-что вспомните. Скажем, Хайд, – во сколько он пришел в тот вечер?

– Мы уже всё сказали. Что вы хотите знать?

– Как он был одет. В длинное пальто или во что?

– Плащ. —Лицо ее просветлело. – О, я поняла! Вы думаете, он пронес под одеждой эту злополучную клюшку? Разве это не обеляет папу? Действительно, он мог легко пронести клюшку под плащом. И первое, что он сделал, – направился в туалет.

Фин не знал, как сказать ей, что это не поможет ее отцу.

– Э-э... что еще? Выглядел ли он так, словно его слегка помяли?

– Да, он сказал, что подрался с таксистом.

– Вы случайно не заметили запонок на его рубашке?

Она на мгновение задумалась.

– По-моему, на нем была обычная рубашка с пуговицами, но, может быть, я ошибаюсь. Единственное, что я заметила, – шнурки на его туфлях были развязаны. Маме, кстати, это тоже бросилось в глаза – она всегда смотрит на обувь, есть ли на ней грязь.

– Хорошо, – сказал Фин. – Предположим, что клюшка для гольфа является орудием убийства. И, допустим, кто-то еще, кроме Хайда, принес ее сюда. Это означает, что этот кто-то был в коридоре после девяти вечера и до сегодняшнего дня. Кого бы это включало?

– Практически всех. Но я думаю, вы имели в виду людей, пришедших сюда после девяти. Это мистер Хайд, вы, полиция и папа, когда он вернулся обратно.

– Другими словами, только ваш отец и мистер Хайд могли принести эту клюшку сюда после убийства?

Она кивнула.

– Это выглядит плохо для папы, не так ли?

– Необязательно. Допустим, у убийцы был сообщник. Убийца снаружи просовывает клюшку в кошачий лаз, а сообщник, находящийся в коридоре, прячет ее в шкафу.

– Думаете, Шейла?

– Я понимаю, что хватаюсь за соломинку, но скажите мне: кто выходил в коридор, когда приехала Шейла?

Бренда пожала плечами.

– Кто вообще будет сговариваться с Шейлой? Папа как раз выходил, когда она приехала. И... – Ее глаза на секунду расширились, затем она снова пожала плечами. —Это глупо. Это невозможно, так зачем тратить время...

– Слушайте, раз это неважно, тогда, может быть, вы скажете мне?

Она вскочила с истерзанной газетой в руках и повернулась на каблуках, чтобы выйти из комнаты. В дверях она остановилась.

– Хорошо, это был Мартин. Мартин! Он является вашим убийцей?

Оставшись наедине с миниатюрной мебелью, Фин произнес: «Хотел бы я знать».

Глава четырнадцатая

Пышнотелая девушка бродит босиком по траве, собирает цветы – жанровая картинка, словно сошедшая с полотна голландского живописца. Фин остановился на мгновение, глядя поверх низкой изгороди. Затем он поднял трость и помахал рукой.

– Доброе утро, мисс Тавернер!

– А, это вы. Здравствуйте. – Шейла Тавернер помахала в ответ безрукой куклой. Она собирала не цветы, а игрушки. И босиком она не ходила. И ее цветочная корзина в действительности была оранжевым пластиковым ведром. Просто Фин увидел цветущее здоровьем лицо, а все остальное сотворил из ничего.

Он подошел к калитке, дополнив собой сюжет.

– Как вы себя чувствуете с утра? Лучше?

– Думаю, да. Доктор дал мне таблетки... – Теперь он мог разглядеть ее заторможенность и опухшие веки.

– Давайте я вам помогу. – Фин пополнил коллекцию йо-йо без веревки^{72} и пожарной машиной, подобрав их с земли.

– Спасибо. Я просто не могу угнаться за Мией. Вытащит все свои игрушки и повсюду раскидает их. Но сегодня я хочу, что все выглядело особенно замечательно.

– Ожидаете гостей?

– Мартин придет разбирать вещи мисс Фараон. Теперь это его дом, и я не хочу, чтобы все здесь выглядело неухоженным. Он... он страшно злится.

– Вот как? С чего бы это? – Фин нашел оторванную руку.

– Не знаю. Наверное, я слишком медлительная. Мисс Фараон тоже иногда на меня покрикивала. Но у Мартина все намного серьезнее. Малейший недостаток выводит его из себя.

– Вы не думаете остаться?

– Не знаю. Скорее всего, он уволит меня и продаст этот дом. – Она вздохнула. – Я совершенно не представляю, как мы с Мией будем жить дальше.

– Но мне казалось, что мисс Фараон позаботилась о вас в своем завещании.

Шейла снова вздохнула.

– Прямо! Все деньги переходят в так называемый трасс. Для Мии.

– Траст?

– Правильно. Миа получит все это, когда ей исполнится двадцать один год. А раньше – ни пенни.

– Нет даже процентов?

Шейла выглядела озадаченной.

– Я ничего об этом не знаю. Знаю только, что деньги мы получим не раньше двадцати одного года. Я прочитала об этом в завещании. Оно лежит у нее в столе.

– Не возражаете, если я взгляну. Я не юрист, но это неправильно. Мисс Фараон, конечно, не хотела, чтобы вы с Мией ждали пятнадцать лет.

– Посмотрите сами. – Она пустила его внутрь и провела в гостиную к старому бюро в углу. Фин уселся за стол. Шейла Тавернер достала завещание из ящика и положила перед ним. Может, у вас получится разобраться с этим, а у меня – нет, это точно

Он ознакомился с документом.

– Вы уверены, что мисс Фараон вам ничего не объяснила?

– Нет.

– И ее адвокат не встречался с вами по этому поводу?

– Нет.

– Думаю, вас нужно срочно вести в курс дела. Если бы все юридические документы были написаны человеческим языком, вы бы поняли, что имеете право на проценты с пятидесяти тысяч фунтов. – Поскольку новость, казалось, не вызвала у нее никаких признаков приятного удивления, он пояснил: – Это означает что-то вроде трех тысяч в год.

– Ого? Так много? – Медленно, но, кажется, до нее дошло. Она усмехнулась. – Так много? Мистер Фин, вы не огляделись?

– Нет, я совершенно уверен. Э-э.............. раз уж я здесь, вы не возражаете, если я

быстренько просмотрю другие бумаги?

– Я ничего об этом не знаю. Мартин...

– Мистер Хьюз уж точно не станет препятствовать, будьте спокойны. Естественно, он хотел бы, чтобы я сделал все, чтобы поймать убийцу его тети.

– Ну хорошо. Хотите чаю?

– Спасибо.

Он начал с отделений для бумаг, где, казалось, не содержалось ничего, кроме счетов. В ящиках он обнаружил бухгалтерские книги, чековые книжки, жестяную коробку с почтовыми шахматными открытками, картонный футляр, набитый наполовину законченными логическими задачами. Блокнот для записей из верхнего ящика, будучи извлеченным на свет, казался самым перспективным: он разглядел слабые оттиски. Шейла застала его с чаем, когда он аккуратно штриховал страничку мягким карандашом.

– Я всегда хотел это сделать, – сказал он. – Шанс предоставился только сейчас. Тут написано... О.

– Что?

– Тут написано: «Мармелад, раств. кофе, бараньи отб. – 3 шт., жар. спаржа, кух. полотенца». Не слишком обнадеживающе.

– Что именно вы ищете, мистер Фин?

– Мисс Фараон могла вести записи по делам Стоукса и Дэнби, и я подумал...

– А, это. Полиция кое-что забрала. Заметки и прочее.

– Чего я и боялся. Ладно, не страшно. – Фин начал копаться в корзине для бумаг.

– Вот ваш чай. Если нужны бутерброды или еще что-то, просто крикните.

В корзине он нашел черновик задачки, отправленной Мартину (с ответом), и счет из химчистки. Затем он начал вытаскивать ящики и прощупывать пространство за ними. Он стоял на коленях, запустив одну руку по локоть в стол, когда детский голос произнес:

– Привет, дядя. Ты такой смешной.

– Привет, Миа.

Она присела на корточки, чтобы вглядеться в темную нишу.

– Что ты там высматриваешь?

– Понимаешь, ищу свои уши. Я уверен, что оставил их где-то здесь. Ты их не видела?

– Хи-хи, они у вас на голове! – Что-то холодное ткнуло его в ухо. Он оглянулся и увидел верхушку фруктового льда яркого химического цвета на палочке, собиравшуюся сделать новый выпад. Он увернулся.

– Это не мои уши, я просто одолжил их. Мои настоящие уши где-то в столе.

– Нет. — Она задумалась. – Мисс Фараон спрятала их?

– Может быть.

– Она спрятала от меня свою коробку с марками, а я нашла ее.

Он оставил поиски и посмотрел на ребенка.

– Куда мисс Фараон спрятала коробку, Миа?

Она указала капающим мороженым на верхнюю часть стола:

– Она выходит, когда вы тянете эту дверцу вниз.

Теккерей Фин поскрипел зубами. «Мог бы и сам догадаться. Единственное место, куда я не посмотрел». Он потянул за крышку, и когда та опустилась, изнутри выпала небольшая коробочка, рассыпав марки. Фин скользнул по ней взглядом, сосредоточив все свое внимание на клочке бумаги, приколотом к крышке, где твердой рукой мисс Фараон было написано:

ПОСЛЕДКИ

1. Фрэнка – пляж?

2. Джервейса – встреча в я.р.

3. Леонарда – идея «Эдома» (ПС 59 10), использовать записку для М., алисина дверь.

4. Дерека – сауна??

Пункт 1 был зачеркнут. Другие пункты оставались для Фина непонятными, и даже заголовок казался странным: последки чего?

Потом он осознал, что с ним разговаривают.

– Я тоже могу прятать вещи, – сказал ребенок. – Я пряталась в том домике, у моря, и мама не могла меня найти.

Вдруг он понял, что ему пытались сказать.

– Серьезно? И где же ты пряталась?

– На кухне. Я пряталась под столом. Мама вошла и не увидела меня. Потом она выбежала на улицу и плакала, потому что думала, что я потерялась.

Фин пытался говорить спокойно.

– Ты что-нибудь слышала, пока пряталась?

– Да. – Она лизала марки и аккуратно наклеивала их на стену.

– Что ты слышала?

– Дядя сказал: «Кто вы?» и потом сделал так смешно горлом: «Кхааааааа!» – Она хихикнула.

– А мама тоже слышала?

– Да, и она убежала. А потом она плакала, потому что...

– Я знаю, да. И где была мама, когда дядя изобразил тот смешной звук?

– Она стояла прямо около меня. И она не могла видеть меня, потому что я спряталась под столом. А потом другой дядя начал кричать, а потом...

Вошла Шейла.

– Что ты здесь делаешь? Отнеси лед на кухню сейчас же! – Она хотела шлепнуть Мию, но та с легкостью увернулась и, танцуя, выскочила в холл. – Простите, если ребенок помешал вам, мистер Фин.

– Наоборот, она очень помогла. Мы только что вспоминали события в Суссексе. Когда вы искали ее на кухне Дэнби, вы знали, где она пряталась?

– Что? – Она выглядела бледной. – Нет, конечно, но я видела ее на дороге.

– Она только что сказала мне, что пряталась на кухне Дэнби под столом.

– Что? Но...

– Это правда, она, кажется, все слышала. Я думаю, вы будете рады слышать, что это фактически снимает с вас подозрения в убийстве Дэнби.

– Вау! Хоть в чем-то повезло. Только, боюсь, полиция подозревает меня в этом убийстве. – Несколько секунд она молча жевала губами. – Я имею в виду, что они будут вечно цепляться ко мне. Из-за того, что я в картотеке.

– Надеюсь, не подозревает. Должен признаться, поначалу я не совсем понял вашу историю о подслушанном убийстве Дэнби. Мне показалось странным, что вы могли слышать каждое слово, сказанное Дэнби из соседней комнаты с закрытой дверью. Но теперь Миа убедила меня. – Он вынул из кармана резную пенковую трубку и начал покусывать янтарный черенок. – Я думаю, кухонная дверь там довольно тонкая. Адверцы люка вообще из простой фанеры. Хм. По идее вы должны были слышать каждый звук в той комнате.

Внезапно он убрал трубку и поднялся.

– Пойдемте со мной, я попробую провести один эксперимент.

Он направился в малую гостиную позади дома и, постучав тростью по каменному полу, осмотрел толстую дубовую дверь на входе.

– Этого будет достаточно. Шейла, оставайтесь в коридоре и слушайте. Сейчас я пересеку комнату дважды —туда и обратно. Я хочу, чтобы вы сказали мне, в какой раз мои шаги были больше похожи на шаги незнакомца, которые вы слышали.

Шейла слушала за закрытой дверью. В первый раз шаги не были похожими на те, которые она слышала, сказала она. Они были тихими и вроде как шлепающими. Фин закрыл дверь для повторной попытки.

– Как это понимать? – спросил Мартин Хьюз. – Шейла, ты что, подслушиваешь?

– Шшш, – прошипела она. – Это эксперимент.

Фин открыл дверь.

– Сейчас как?

– Уже похоже, – сказала она. —Да, определенно как те.

– Хэлло, Фин. Что все это значит? Я думал, Шейла подслушивала.

– Нет, мы просто прослушивали разные шаги. Поскольку практически все, что мы знаем о незнакомце, который убил Дэнби, это звук его или ее шагов...

– А, понятно. Слышали новость? Моего будущего тестя отпустили.

– Я допускал такую возможность.

Мартин ухмыльнулся.

– Допускали? Мистер Фин, если у вас есть что-то, что поможет снять с него подозрения, я хотел бы, чтобы вы сказали об этом его адвокату. Судя по тому, что я слышал, ему нужна любая помощь.

– Я не думаю, что он нуждается в моей помощи, то есть я хочу сказать, что сомневаюсь, что у полиции есть веские доказательства против него... или кого-то вообще.

Мартин дал Шейле несколько указаний по уборке дома и отослал ее, после чего они с Фи ном взяли пару белых кованых стульев в малой гостиной и сели.

– Бренда тоже переживает, – сказал Мартин. – Из-за нее переживаю я. Все это свело нас с ума еще до того, как ее отца... В любом случае я надеюсь, что вы продолжите свое расследование. Много заплатить я не могу, но...

– Не забивайте голову, —успокоил его Фин. – Я сам в этом заинтересован. Кстати, я только что нашел записку вашей тети, спрятанную у нее в столе. Что вы об этом думаете?

Мартин изучал бумагу, а Фин изучал его. Лицо с длинным подбородком, коротко стриженные волосы, дешевый поношенный костюм, – Взрослый Мартин больше всего походил на несчастного мальчика-сироту. Но так оно и было.

– Для меня это китайская грамота. Может, это какие-то логические задачи... Нет, конечно же нет. Эти имена должны быть как-то связаны с Разгадчиками. – Через несколько секунд он добавил: – Использовать записку для М. Очевидно, речь идет о той самой таинственной записке, которую она прислала мне в субботу вечером. Но вот все остальное: я. р., Эдом, пляж, сауна... И что еще за алисина дверь?

– Думаю, алисину дверь можно объяснить, – сказал Фин. – Мы знаем, что ваша тетя была просто одержима играми в слова и логическими задачами. Вряд ли она была незнакома с классиком, Льюисом Кэроллом.

– О, так это «Алиса в стране чудес»?

– Там Аписа сталкивается с миниатюрной дверью высотой всего несколько дюймов. Похожая дверь существует в доме Латимеров – через нее ходит их кот. Поскольку у мисс Фараон тоже есть кот, я предположил, что в этом доме имеется своя алисина дверь.

Мартин выглядел извиняющимся.

– Прекрасная теория, но неверная. Знаете, я довольно хорошо изучил этот дом, что неизбежно, когда постоянно что-нибудь чинишь, и должен сказать, что я нигде не видел такой двери.

Фин кивнул.

– Значит, она имела в виду дом Латимеров. Как ни странно, мы с Брендой обсуждали вчера этот вопрос. Кажется, существует вероятность, что убийца воспользовался этой дверью, чтобы передать свое орудие находящемуся внутри человеку, и тот спрятал его в шкафу.

– Да, Бренда рассказала мне сегодня об этом по телефону. Но тогда откуда тетя Доротея могла знать о чем-то таком?

– Вот именно. Она не могла быть замешана в собственном убийстве, – сказал Фин. – Возможно, когда я расшифрую оставшиеся пункты, у нас появится идея получше. Эдом, например. Не исключено, что это ошибка в написании названия сыра – Эдам, хотя, я уверен, мисс Фараон никогда бы в жизни так не ошиблась.

– Может, анаграмма?

– Я первым же делом проверил это, но ничего вразумительного у меня не получилось, сплошная бессмыслица. И еще одна особенность: вы обратили внимание, что все имена даны в притяжательном падеже? Пляж чей – Фрэнка. Встреча чья —Джервейса. Хоть бы раз она что-нибудь написала ясно!

Мартин ненадолго задумался.

– Это похоже на маразм, верно? Секретный шифр – почти как в сумасшедшей логике майора.

– Ничего подобного. Ваша тетя, может, и любила играть в слова, но есть большая разница между этой запиской и безумными теориями майора Стоукса. Нет, эта записка означает что-то конкретное. Тут не надуманный шифр, высосанный из водки, или...

Фин на мгновение смолк и, казалось, забыл, о чем говорил. Затем продолжил:

– Вы помните появление мистера Хайда в субботу вечером?

– Как можно забыть такое! Он был пьян и агрессивен, чем совершенно обескуражил Латимеров.

– Вы можете описать, как он был одет?

– В вечерний костюм. О запонках можете меня не спрашивать, такие мелочи просто не замечаешь.

– А что скажете про обувь? Вы не запомнили, шнурки на его туфлях были завязаны или развязаны?

После паузы Мартин сказал:

– Развязаны, по-моему. Только не говорите мне, что это важно!

– Хотел бы я знать, что важно, а что нет. – Фин зевнул. – Должен признаться, я совершенно не блещу в этом деле с четырьмя трупами.

– Четырьмя? Хайд тоже, что ли, мертв?

– Нет. Извините, я продолжаю считать смерть кота майора Стоукса первым убийством в этой серии. И все убийства —дело рук этого таинственного Грина.

Мартин был настроен скептически.

– Все? Не уверен. Вы хотите сказать, что один и тот же человек разделал кота, затем каким-то образом убил Стоукса, потом зарезал мистера Дэнби и напоследок задушил тетю Доротею? Я уже не говорю о таинственных взломщиках.

– Все четыре, и все на совести Грина. Конечно, я могу ошибаться, но все упрощается, когда ищешь только одного убийцу.

– Но кому, ради всего святого, понадобилось устраивать все эти ужасы?

Фин развел руками.

– Это вопрос. Грин всякий раз исчезает со сцены так быстро, что его невозможно индентифицировать. Он здесь, он там – он везде; он один из Разгадчиков, но он же абсолютный незнакомец; у него один мотив для одного убийства, другой – для другого и, к слову, никакого мотива для убийства Дэнби. У него есть сообщник, у него нет сообщника; он убивает без средств в одном случае, без мотива в другом, и без возможности в третьем. Кажется, что он может проходить сквозь стены, и сверх того, он совершенно невидим!