Текст книги "Оставайся мальчик с нами (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Распопов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16

Утром я проснулся с болью в каждой косточке и мышце своего тела, а также от громких рыданий. С трудом поднявшись с лавки и стряхнув с себя снова тысячи трупов вшей, которых я нахватал за вчера возясь с трупами людей и животных, я поплёлся к Юсуфу, который обняв маму, горько плакал. Одного взгляда на неё мне хватило понять причину его слёз, женщина была мертва.

– Юсуф, будь сильным, она отправилась к Аллаху, – я положил руку ему на плечо, – займись сестрой, я унесу твою маму и похороню её.

Маленький ребёнок поднял на меня взгляд полный слёз, и покачал головой.

– Юсуф, так нужно. Ради тебя и сестры! – я сделал тон холоднее и расцепив его объятья, я пошёл за тележкой, и вернувшись, забрал труп, отвезя его к оврагу, куда просто сбросил к телам тем, кого отвёз сюда раньше.

Дышать здесь становилось всё тяжелее, поскольку под палящим солнцем, в отличие от более тёмных помещений, где я находил тела, здесь трупы начали гнить с ужасающей скоростью.

Я с трудом себе представлял, как буду убирать потёкшие и полусъеденные крысами трупы из мечети, но пока работы было ещё целая куча, а потому, я с тяжёлым вздохом, я пошёл к дому, где вчера закончил.

* * *

14 июля 1463 A . D ., Мисурата, Хафсидский султанат

На четвёртом дне пребывания в Мисурате, так назывался город, в котором я оказался, проснувшись утром, я с ужасом понял, что заболел и сам. Все признаки, такие как слабость, озноб, высокая температура, боль в мышцах и суставах были в наличии, и я не смог даже встать со своей скамейки.

– Юсуф! Воды! – попросил я и когда обеспокоенный мальчик примчался с чашкой воды, я с трудом выпил её, поскольку даже глотать стало больно.

– Вы заболели, господин! – мгновенно понял он, увидев моё состояние, – я говорил вам уходить! Вы не послушали меня!

У него на глазах показались слёзы, так что как не был испуган я сам, поскольку, идя сюда рассчитывал на свой идеальный иммунитет, а тут вдруг оказалось, что он не такой уж и идеальный.

– Так Юсуф, – строго сказал я, – ты мужчина! Думай о сестре! Как она?

– Сегодня лучше, господин, – тут же переключился он на последнего живого близкого ему человека, – уже не такая горячая, как была вчера.

– Воду мне оставь, и иди её покорми, – приказал я. Беспрекословно меня слушаясь, он поднялся и пошёл в другую комнату, оставляя меня в полнейшей панике.

«Я что? Вот так просто умру? – заметались у меня в голове упаднические мысли, – говорил же себе, зачем попёрся? Героем себя захотел показать?».

Паника всё нарастала, так что я, чтобы отвлечь себя от этих мыслей, стал пытаться думать, что можно сделать в этой ситуации.

«У меня же есть монета с регенерацией, – всплыло первое, что можно было сделать, – но я уже видел, что от неё нет никакого толку, как она мне может помочь?».

Обе монеты были со мной, висели на шее, поскольку я не смог их оставить на корабле, из-за боязни, что их могут украсть, так что мог воспользоваться слабой регенерацией, другой вопрос как бы мне это помогло, если даже рану она не в состоянии была затянуть или даже остановить кровь.

«Хотя погоди, мне Лидер №10 обещал скинуть всю информацию по монетам, нужно посмотреть, сделал ли он это?».

Я полез в нейроинтерфейс и в чате с ним нашёл запароленный архив лишь с двумя предложениями.

– «Пароль – дата, когда мы с вами впервые заговорили. Не добавляйте информацию из этого архива в нейроинтерфейс, иначе это увидят».

Введя нужный пароль, в чат потекли длиннющие потоки текста, так что мне пришлось прежде, чем начать читать, дождаться, когда весь архив распакуется. На само же чтение ушло несколько часов, и то, я многое пропускал из того, что мне было сейчас не нужно, к этому можно было вернуться и позже, но главное я уловил суть. Люди в будущем, это всё же были люди, а не пришельцы, научились-таки манипулировать со временем и духовной энергией. И вот тут началось самое интересное. Оказалось, что вещи, которым молились люди, упоминали их в своих мыслях или хоть как-то думали о них, могли накапливать в себе эту обращённую на них духовную энергию. И это были не только монеты, а вообще всё что угодно: священные реликвии, книги, части мощей, иконы у православных христиан, в общем всё, к чему были обращены помыслы большого числа людей. И чем древнее был предмет, чем больше внимания людей он на себя он обращал, тем больше накапливал в себе энергии.

Вот эту энергию люди будущего научились использовать для целей собственного духовного возвышения, становясь чуть ли не полубогами. Когда первый такой полубог решил, что он стал достаточно силён, он собрал вокруг себя единомышленников и попытался захватить власть на всей планете. Разгорелась кровавая бойня, но общими усилиями мирового правительства бунт удалось подавить и так появилась Станция, полубоги на службе единого государства и новые законы, запрещавшие всем людям, кроме тех, что работают на Станции, использовать духовные практики. Сама же Станция направила свой взор на всё, что накопило человечество за тысячелетия своей истории, и монеты были лишь одними из искомых предметов. Агенты Станции вылавливали людей из разных времён в момент смертельной опасности, когда они должны были погибнуть и предлагали сделку, как это было и со мной. Кто-то соглашался и становился оперативником, кто-то отказывался и умирал, но недостатка в вынужденных добровольцах не было, так что охота велась за всем, что представляло ценность с точки зрения руководителей Станции.

Так что теоретически я мог найти гвоздь, которым Иисуса прибили к кресту, он тоже бы обладал высокими духовными свойствами и энергией, но на Станцию я бы его никак не смог отправить, поскольку моё задание и мой Транслятор, были заточены только на поиск монет. Гвоздями занимались другие оперативники со своими Трансляторами. Это позволяло людям не распылять своё внимание на всё подряд, а заниматься поиском только определённых вещей, получая для себя бонусы, которые мотивировали их продолжать работать на Станцию и дальше. Ведь даже я, который со слов Лидер №10 стал самым успешным оперативником в поиске монет, уже на данном этапе стал намного сильнее, быстрее и выносливее обычного человека, сильно повышая свои шансы не только на выживание, но и на комфортную жизнь в рамках XV века.

Мотивируя самых успешных оперативников на то, что после смерти сознание из их нынешнего тела с текущего задания, можно переселить дальше, на другое задание и поиск новых сильных духовных предметов, Станция взращивала самых успешных людей, поставленных на собственную службу.

Вот так вкратце можно было описать ситуацию, в которую попал я.

«Это всё конечно хорошо, – прервал я чтение, чтобы осознать прочитанное, – но как это мне поможет не умереть от чумы? Надо искать что-то связанное с самими свойствами духовных предметов».

И эта информация нашлась, правда в сильно ужатом виде, явно чтобы меньше об этом знали исполнители, чья работа была просто искать предметы. Но кое-что, всё же зацепило мой взгляд из этого.

«Так-так, – я крайне заинтересовался одной сухой строчкой, которая говорила, что самые ценные духовные предметы, это были те, что имели чистую духовную энергию, без лишних свойств, которые им за время владения прививал один или несколько носителей, осознанно или неосознанно, повторяя одни и те же действия, которые влияли на духовную силу предмета».

Это я уже знал и так, по собственному опыту контакта с монетами, которые имели полезные или бесполезные свойства, но вот дальше, всего два слова заставили меня напряжённо замереть.

«Усиление свойств, – я несколько раз повторял эти два слова, заинтересовавшие меня, – это очень интересно!».

Включив фильтры на эти два слова, я прошерстил весь массив информации, сброшенный мне Лидер №10, но было такое чувство, что нужные мне данные просто оттуда вырезали, оставив только общую информацию.

«Вот же гад, – понял я, что мне дали не всё, а самое ценное похоже припрятали, – он явно опасается, что я узнаю что-то по-настоящему ценное».

Интерес к тому, что от меня пытались спрятать только подогрел во мне интерес и я потянулся к монетам, висящем на шее.

– Господин! – меня сначала позвал Юсуф, а затем он появился сам, возбуждённо тыча рукой в сторону двери, – там! Там!

– Что? – убрал руку от шеи и посмотрел на него.

– Вам нужно увидеть это самому! – не успокаивался он, так что мне пришлось, преодолевая боль во всём теле, подняться и пойти наружу, где обнаружились две банды животных.

Шесть собак, лежали справа от двери, на значительном расстоянии, и сорок кошек, которые наглея, крутились слева неподалёку и грозно мяукали при этом, привлекая к себе внимание.

– Вода кончилась, – понял я.

Как мне плохо не было, я не смог оставить их без воды, так что, взяв с собой Юсуфа, я чтобы далеко не ходить поставил тазы с водой для кошек и собак прямо возле его дома, а затем один поплёлся к поилкам для скота и наполнил их все. Животные, которых я освободил, пищу искали видимо за городом, а вот на водопой почему-то ходили сюда, так что мне пришлось наполнять их все.

С трудом закончив эту работу я пошёл обратно, и я впервые за эти дни увидел, как за мной наблюдают выжившие, поскольку часть дверей в домах были открыты и в проёмах виднелись человеческие фигуры.

Перекусив и попив воды, я без сил упал на лавку и даже на то, чтобы продолжить изучение монет, у меня не осталось просто ни капли сил. Повернувшись лицом к стене, я едва закрыв глаза, забылся тревожным сном.

* * *

Следующим утром первое, что я почувствовал, это боль в паху и на горле. Закатав сутану, я обнаружил красную воспалённую кожу в местах, где были лимфатические узлы и понял, что если я что-то не придумаю, то легко могу тут просто умереть от чумы.

Всё тело ломало неимоверно, голова кружилась от малейших действий, но я заставил себя сходить за водой и поесть, чтобы потом вернуться на лавку и продолжить изучение текста в чате с Лидером №10.

«Вчера я остановился на том, – вспомнил я, – что есть какой-то перенос свойств. С этим нужно поэкспериментировать».

Я клал то одну монету в приёмник, то другую, тыкался в разные менюшки самого нейроинтерфейса и интерфейса Транслятора, но всё было тщетно, нигде я не мог найти нужного раздела, который хотя бы приблизительно помог бы мне в раскрытии этой возможности. У меня закралась мысль, что эта возможность оперативникам может быть просто недоступна, а это значило, нужно было поднимать свой статус на Станции.

Поэтому я написал в чат Лидеру №10.

«Добрый день, вы поговорили с Оракулом, который сможет нам помочь?».

Ответ пришёл далеко не сразу, но наконец в чате появился мигающий курсор и первые слова.

«Это было нелегко, но да, я нашёл того, кто заинтересовался в вас и ваших возможностях, Евгений. Но он потребовал проверки вас перед тем, как будет с нами сотрудничать».

– «В чём она заключается?».

– «Он курирует направление поиска книг, содержащих духовную энергию, – ответил мне Лидер №10, – добудьте любую, на уровне даже пятой категории, и он готов будет с нами сотрудничать».

Я, вспомнив что при захвате порта в Александрии захватил целые десятки книг у торговцев, и оставил их на «Синко Льягас», чтобы разобрать их позже, заметил.

– 'У меня есть много книг на корабле, только как я опознаю их и передам их ему, без нужного Транслятора?

– «Он у вас будет, – был краткий для меня ответ».

– «А нет возможности, просто перенаправлять духовную энергию с предметов на Станцию? – спросил я его, показывая, что прочитал информацию, которую он мне прислал, – это бы сильно всё упростило».

Снова минута ожидания.

«Такая возможность есть, но у сотрудников, – явно нехотя написал он».

«Скажите ему, что я захватил Александрию в 1463 году, – напирал я на собеседника, поскольку понимал, что возможно это мой единственный шанс выжить, – у меня куча различных книг, но как я их опознаю и передам, не будучи сотрудником? Вы дали же мне возможность стать постоянным оперативником, я закрыл свой долг перед вами, тоже можно сделать и с трудоустройством на Станции. Как только я попаду на корабль, тут же займусь опознанием книг. Все будут в выигрыше! Вы же знаете, что я держу своё слово».

«Хорошо, ждите, но не обещаю, что он ответит мне быстро, всё же у нас огромная разница в статусе и ранге».

Я закрыл чат, думая, что мне ответят уже не сегодня, но какое же было удивление, когда уже спустя пять минут в углу глаза появилась иконка о важном сообщении. Вернувшись в чат нейроинтерфейса, я увидел прямо-таки сквозящее удивлением сообщение от Лидера №10.

«Он согласен, если вы дадите слово найти в Александрии так называемый – Александрийский кодекс, он должен быть в городе, как раз в это время».

«Вот это совпадение, так совпадение! – изумился я про себя, – так он мне самому нужен! Можно сказать он и был одной из причин этого путешествия».

Стараясь скрыть свою радость, я написал в чат.

«Даю слово, что я приложу все силы, чтобы уже в этом году найти данную книгу. Я знаю о её существовании, поскольку читал об этом в Ефремовом кодексе».

«Ефремов кодекс уже нашёл и выкачал духовную энергию оперативник в другом временном отрезке, – ответил мне Лидер №10, – а вот Александрийский кодекс очень интересует Оракула».

«Я согласен!».

Прошла минута и в чате появилось новое сообщение.

«Евгений, поздравляю вас, уже завтра с утра вы станете официальным работником Станции, на должности Смотрителя за роботами-уборщиками №10. О вас появится досье, и ваша аура скроется с общего Атласа оперативников, поскольку все личные дела работников Станции засекречены и к ним имеют доступ, только высшее руководство и Оракулы».

«Судя по названию, это наверно самая низшая должность на всей Станции – хмыкнул я про себя, в чат разумеется ничего такого не стал писать, поскольку мне было важнее получить доступ к продвинутому нейроинтерфейсу работника Станции».

«Большой спасибо! Обещаю не подвести вас! – заверил я своего работодателя в переписке».

«Я поставил на ночь обновление вашего нейроинтерфейса, будет больно, но вам видимо уже привычно это, – написал он».

«По сравнению с тем, что я могу умереть от чумы, – я усмехнулся про себя, – это будут просто мелочи».

«Также изменятся свойства вашего Транслятора, – предупредил он меня, – прошу вас внимательно ознакомиться с его новыми возможностями, поскольку теперь не нужно будет отправлять на Станцию физические объекты, а только передавать духовную энергию самих предметов».

«Я понял, всё сделаю! – я старался максимально показывать свою лояльность».

«До встречи, и до новых предметов, – отписался мне Лидер №10 и отключился от чата».

Увидев, что мигающий курсор исчез, я тяжело вздохнул и подумал: – «Ну, надеюсь я переживу этот день и целую ночь».

Глава 17

Видимо небеса за мной всё же присматривали и следующим утром я смог открыть глаза, но это был мой максимум, поскольку голова кружилась от высокой температуры, лимфоузлы в паху и на шее были воспалены настолько, что невозможно было даже пошевелиться и к тому же, открылся кашель, и я с большой паникой посмотрел на кровавый сгусток, который выхаркнул во время очередного такого приступа.

«Что же, если я не найду сейчас в новом нейроинтерфейсе ответа на вопрос, как усилить свойство монеты, то вряд ли доживу до завтра, – отчётливо понял я и с волнением открыл нейроинтерфейс, который и правда претерпел значительные изменения».

Он стал похож на интерфейс офисного работника, всё строго и функционально, никуда в тысячи настроек и закладок больше лезть было не нужно, имелся даже ИИ помощник, которому можно было задать любой вопрос в зоне своей компетенции и предоставленных доступов, так что я сразу спросил его об усилении свойства монет. Выпавшая информация, заставила меня удивлённо открыть глаза'.

«Встречаются крайне редкие духовные предметы, – гласили первые строчки найденного ИИ-помощником текста, – неимеющие следов влияния на себе людей, а поэтому содержат в себе только чистую духовную энергию. Эту энергию можно добавить к текущим свойствам другого духовного предмета или навыка, значительно повышая его уровень».

«Ага! – понял я, как это работает, и запросил у помощника, – а как это сделать?».

«Если вы нашли такой духовный предмет, крайне рекомендую передать его вашему руководству, – ответил мне он, – за это положены повышения, рост заработной платы и остальные бонусы, положенные сотрудникам»,

«Не нашёл, – на всякий случай ответил я, – просто чисто теоретически спрашиваю».

«Если у вашего Транслятора есть функционал возможности переноса духовной энергии, – ответил мне он, – то всё просто. Положите на него обе монеты, укажите какая из них донор, какая реципиент, и активируйте функцию – 'Перенос».

Сняв с шеи свой крест, который стал явно тяжелее и с него исчез серебряный браслет Натальи Ивановой, который я там закреплял, теперь Транслятор выглядел просто как тяжёлая деревяшка из морёного дуба, ровно такого же цвета и состава, без выемки под монету и малейших украшений.

Положив крест на грудь, поскольку даже двигаться мог с трудом, я разместил на нём обе монеты и открыл нейроинтерфейс Транслятора. Он тоже претерпел сильные изменения, став более простым и функциональным, так что нужные параметры я быстро нашёл и визуально увидел, сколько энергии содержится в неактивированной монете, и сколько в той, у которой был навык слабая регенерация.

«Перенос, – нажал я, и стал смотреть, как синяя полоска из одной монеты перетекает во вторую».

На всю операцию потребовалось около десяти минут, после которых пустая монета стала красного цвета, отображаясь, как пустая, а вот у второй обновились свойства, открыв которые, я удивлённо хмыкнул.

– Одухотворённый предмет вне категории.

– Навык – активирован.

– Активированный навык – Регенерация

– Всё становится интереснее и интереснее, – прошептал я, вешая пустую монету обратно на шею, и потянулся ко второй, чтобы сделать с ней то же самое.

– Желаете выполнить перенос навыка на свою матрицу ауры?

Вылезло системное сообщение, которое заставило меня замереть.

«Что ещё за матрица ауры? – не понял я».

ИИ-помощник тут же открыл мне большую пирамиду с пустыми иконками, большая часть из которых была для меня закрыта. Мне была доступна только самая нижняя и широкая полоса, в которой я мог разместить не больше десяти навыков.

– Вы можете вносить в матрицу ауры своего духовного развития любой навык, но помните, что убирание из матрицы навыка, требует равного навыку количества духовной энергии, – предупредил меня помощник, – так что действуйте с умом!

«Не то, чтобы у меня был большой выбор, – вздохнул я, – сделай перенос навыка с монеты, в ауру, так я хотя бы её точно не потеряю».

– Выполнить перенос сейчас? – поинтересовался у меня помощник, – если да, то поместите духовный предмет на Транслятор и нажмите – «Переместить навык».

Было, конечно, странно, что чем сильнее развивается твой нейроинтерфейс, тем тупее тебе нужно быть, чтобы выполнять действия с ним. Ведь в начале пути, было мне всегда так сложно найти в тысячах табличках и параметрах нужное мне, а сейчас, когда я стал работником Станции, мне даже искать ничего не нужно было, всё мог выполнить ИИ-помощник. Но кто я такой, чтобы учить людей, подчинивших себе само время, делать оболочки операционных систем?

Быстро выполнив то, что он мне сказал, я получил в пирамиду своей матрицы первый навык, и пустую вторую монету, полностью лишённую духовной энергии.

– Ну что же, ждем, как эта регенерация теперь заработает, – вздохнул я вслух.

Услышав мой голос, ко мне вышел Юсуф.

– Господин? Принести вам воды? – поинтересовался у меня мальчик.

– Да пожалуйста. – попросил я его осипшим от постоянного кашля голосом, – там эти ещё не пришли?

Он сразу понял про кого я говорю и с улыбкой ответил.

– Пришли, но я сам натаскал им воды, господин. Потом пошёл к большим поилкам на рынке и тоже заполнил их водой.

– Ты добрый мальчик, – улыбнулся я, приняв из его рук глиняную чашку и сделав несколько глотков прохладной и освежающей воды.

– Сегодня утром приходили соседи, господин, – сказал он, – спрашивали куда делся Зафар, который пошёл к нам и не вернулся, а также интересовались, кто вы такой.

– Скажи, что не знаешь, – хмыкнул я, – и это будет полной правдой.

– Хорошо господин, – кивнул он, затем несмело улыбнулся, – Фатиме сегодня лучше.

– Отлично, надеюсь твоя сестра теперь поправится, – подбодрил его я и мальчик, оставив мне ещё воды в чашке ушёл.

А я поднял сутану и посмотрел на свой пах, который стал меньше болеть. Огромный бубон, как будто бы стал меньше, но не исчез совсем, а это значило, что мне стоило только ждать действия недавно приобретённого навыка.

Спустя час я почувствовал, как температура спадает и я в целом почувствовал себя чуть лучше, но кашель не проходил, да и боль в паху и горле никуда не девалась.

«Видимо мне, остаётся и правда, только ждать».

* * *

Следующим утром я проснувшись, первым делом себя осмотрел, и с радостью увидел, что лимфоузлы ещё сильнее уменьшились и я мог ходить не в раскорячку. Поднявшись на ноги, я первым делом сходил к колодцу и наносил воды в дом, затем наполнил тазы с водой для кошек и собак, и только после этого отправился на рынок, чтобы наполнить водой поилки и там. Закончив с основным, я чувствуя в себе силы, сходил к ослику, который явно где-то нашёл еду и выглядел уже лучше, чем тогда, когда я его встретил впервые.

Осторожно подойдя к нему, я пригляделся, и увидел, как его тело пожирают блохи.

– Прости, но этим я займусь в последнюю очередь, – вздохнул я и вернулся домой к Юсуфу, который радостно сообщил мне, что сестра уже начала ходить, да и я сам видел, что за мной наблюдают любопытные глаза девочки, которой определённо становилось лучше.

– Я тоже чувствую себя лучше, – обрадовал я его, – наверно после обеда займусь работой.

– Снова будете убирать трупы? – спросил он, явно труся.

– Нужно убрать из города причину запаха и разложения, – кивнул я, – иначе станет ещё только хуже, особенно если трупный яд попадёт в колодцы.

Мальчик кивнул, а затем осторожно заметил.

– У нас кончается еда, господин.

– Займусь этим, – вздохнул я, поскольку и правда, на одних сухофруктах долго не уедешь, а всё остальное в городе давно было испорчено.

Отправившись по домам, я нашёл письменные принадлежности и чернила, написал записку и затем сходив на берег, я воткнул в щели досок пристани палку с белой тряпкой и запиской, после чего вернулся назад и действительно чувствуя себя лучше, решил продолжить работу, которую забросил, проболев эти дни.

Надев кожаные перчатки, фартук мясника и закрыв лицо повязкой, смоченной простой водой, я отправился к тем домам, на которых остановился в прошлый раз.

Вывоз трупов чередовался со встречами с живыми, которые крайне неохотно открывали мне свои дома, позволяя проверить, есть ли у них заболевшие или умершие, но после одного моего слова, что если дверь мне не откроют, я обложу их дом гниющими трупами, все двери тут же открывались и люди, недоверчиво смотря на меня, давали мне продолжить мою работу.

Вечером, устав таскать трупы, часть из которых была уже в таком полужидком состоянии, что я с трудом сдерживал позывы рвоты, я отправился к морю, помылся там и заодно забрав записку и мешок с едой, который оставили мои моряки.

Идя к дому Юсуфа и жуя кусок говяжьей колбасы с хлебом, я прочитал записку, написанную рукой Сергио.

– «Как ты там? Ждём твоего возвращения с нетерпением. Если ещё что нужно, пиши, также оставив записку рядом с белым флагом в порту».

Дети при моём появлении с нормальной едой так сильно обрадовались, что бросились обниматься, а я, нарезав им всего понемногу, сам пошёл споласкиваться пресной водой, поскольку после купания в морской, всё тело зудело от соли на коже.

* * *

17 июля 1463 A . D ., Мисурата, Хафсидский султанат

Прошла целая неделя с моего прибытия в чумной город Мисурата, наполненная тяжёлым трудом и борьбой с болезнью.

К моему глубочайшему удивлению, полностью выздороветь я несмотря на свой иммунитет и регенерацию, так и не смог. Бубоны, кашель, слабость и высокая температура то появлялись, то снова отступали, держа меня всё время на грани того, что я не понимал, в каком сейчас состоянии я нахожусь. Но одно было хорошо, чума больше не прогрессировала, я хотя бы даже в таком ослабленном состоянии мог работать дальше.

К тому же, на шестой день у меня появились помощники. Первым ко мне подошёл старик, тихо поинтересовавшийся, есть ли у меня еда, и когда я ответил, что есть только за работу, он стал помогать мне за краюху хлеба в день и ломтик вяленой говядины. Первым делом я отправил его отмыть и почистить ослика, который с каждым днём становился всё бодрее и живее, ну и потом помогать мне со вскрытием домов. Убирать и таскать распухшие от чумы и разложения трупы он наотрез отказался, поскольку боялся даже приблизиться к ним, но зато таскал воду в поилки и ухаживал за остальными животными, пока я словно маятник катал свою телегу от города к оврагу, забивая и забивая его трупами умерших людей.

Сегодня же с утра вместе с ним ко мне пришли женщина и взрослый мужчина, попросившие еды. Причём если женщина жалобно на меня смотрела, худая и выцветшая за дни, проведённые взаперти, то мужчине хватило сил и наглости попытаться отнять у меня еду.

Ласковый взгляд и пропоротая ножом рука сработали лучше любых уговоров, так что скуля, он убрался подальше, а я запряг женщину помогать старику в уходе за животными, а также делить еду на пятерых. Её я по-прежнему носил с корабля, никому из них не доверяя.

– Вы какой-то странный священник, господин, – косясь на меня и жуя хлеб, спросила она у меня вечером, когда уставшие от работы, мы сидели за ужином, – я видела много христианских священников, но ни один из них не был похож на вас.

– Это потому, что господин не священник, уважаемая, – покачал головой старик, – он предводитель воинов своего ордена. Ты сама видела, что он носит оружие и может им пользоваться. Это ведь, так господин?

Мне пришлось подтвердить его слова, поскольку да, поверх рясы монаха-доминиканца у меня теперь был кожаный фартук мясника, перчатки кожевенника, на локте были примотаны ножны с кинжалом, а на поясе висела короткая сабля. После утренней стычки с мужчиной, я дополнительно ею вооружился, поскольку понял, что запасённая еда в домах у людей закачивается и скоро все выжившие вылезут наружу.

Так и произошло. Уже следующим утром к дому, где я жил, пришло двадцать человек в поисках еды. Оглядев всех, я ответил, что выдаю её только за помощь мне в уборке города от трупов и наведения порядка. Несогласные могут сразу уходить.

Такие нашлись, трое не захотели заниматься этим грязным и вонючим делом, но мне было всё равно, это были уже их проблемы. А вот со своими новыми помощниками мы поделили фронт работ и овраг стал ещё быстрее заполняться трупами, так что я даже запереживал, что скоро придётся копать новый.

* * *

20 июля 1463 A . D ., Мисурата, Хафсидский султанат

К середине следующей недели из домов вылезли последние живые люди, и я организовывая из них бригады, ускорил вывоз трупов и вскоре нам пришлось всё же копать дополнительный овраг, засыпая выкапываемой землёй тот, в котором покоились сотни трупов, но зато в пятницу, когда мусульмане ушли на пятничный намаз к мечети, я написав утром очередную записку Сергио, пошёл вечером за новой порцией еды.

К моему большому удивлению, в мешках уже копались трое мужчин, радостно обсуждая, как же им повезло. Аллах в этом точно бы усомнился, поскольку я, вытаскивая саблю, ускорил шаг и атаковал сразу, протыкая рот тому, кто повернулся на шум шагов, так что лезвие вышло из его затылка, и чуть не застряло в позвонках, так что мне пришлось рвануть со всех сил меч обратно, отсекая верхнюю часть его черепа, и сразу же, напасть на второго, разрубая ему ключицу вместе с частью лёгкого.

– Господин! Господин! Не убивайте меня! – заверещал третий, всё правильно поняв и упав передо мной на колени.

Я остановил замах сабли и хмуро у него поинтересовался.

– Кто вы и почему роетесь в моей еде?

Боясь поднять на меня взгляд и трясясь от страха, он рассказал, что их послал наместник из Триполи, проверить, как обстоят дела в городе. Сбежавшие отсюда люди рассказывали такие небылицы о скорости распространении болезни, что наместник решил проверить всё сам, отправив их, как самых бесполезных солдат, которых не жалко было потерять.

Причём коленопреклонённый мужчина так и сказал мне «самых бесполезных», явно понимая, свою ценность в глазах наместника Триполи.

– То есть ты не местный? – правильно понял я его.

– Да господин, – кивнул он, косясь на саблю в моей руке.

– Хорошо, будешь пока жить, – решил я, – расскажешь мне больше о Триполи, кто там наместник и всё остальное.

– Конечно господин, только не убивайте меня! – взмолился он.

– Собери еду и иди за мной, – я вложил саблю обратно в ножны и показал ему на разрезанные ими мешки.

Он быстро всё собрал и стараясь не смотреть на убитых товарищей, пошёл за мной.

– Болезнь в городе вроде начала стихать, – предупредил я его, – но лучше нигде лишний раз не шляйся, только один Аллах знает, где ты её можешь подхватить.

– Аллах велик, – согласился он со мной, странно покосившись при этом.

Едва мы вошли в город, к нам потянулись жители, поскольку я раздавал еду в это время, и приказал женщинам разделить всё на равные части и раздать оставшимся людям. Из полторы тысячного городка, не считая тех, кто успел сбежать, в живых осталось только сорок человек.

– Господин, – обратился ко мне один из мужчин, – те три корабля в гавани, с которых нам посылают еду, они ваши?

– Моего ордена, – ответил я, присоединясь ко всеобщей трапезе, которую устраивали мы все после того, как еда была поделена.

– А что вы планируете делать дальше, господин? – поинтересовался он у меня снова, – мы убрали почти все трупы и вычистили всех животных. Больных почти не осталось, люди либо умерли, либо пошли на поправку.

– Побуду ещё пару дней, чтобы проследить за зачисткой, – я пожал плечами, – затем двинусь туда, куда и планировал идти изначально.

– А как же мы? Что мы будем есть? – удивился он.

– Вы думаете я просто так заставлял вас ухаживать за животными? – удивился я, – поделю их среди вас, и живите дальше, как жили. Тем более наместник прислал своих солдат, узнать, что происходит в городе.

Я потыкал куском хлеба в сторону молчавшего солдата.

– Вместе со мной ты отправишься в обратный путь, доложишь наместнику, что Мисурата начала оправляться от чумы и сюда можно возвращаться, а мне покажешь дорогу до Триполи, – приказал я ему, и тот быстро закивал.