Текст книги "Охотник на демонов (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Шимохин

Соавторы: Алексей Владимиров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Кайл был молотом. Он кружил вокруг твари, словно огненный вихрь, его топоры оставляли на броне огненные росчерки, заставляя демона постоянно разворачиваться и отвлекаться от Грома.

Проблема была в другом – их удары не наносили критического урона. Они держали монстра, изматывали его, но не могли пробить толстую шкуру. Это был вязкий, изнурительный бой на истощение.

Но Ворон, оценив ситуацию, уже действовал. Он сменил магазин, и следующая очередь была иной. Ярко-белые трассеры впились в спину демона, и тот взревел от неожиданной боли. Раздалось шипение, и по бронированной коже твари пополз едкий белый дым, обнажая уязвимую плоть под броней.

Кайл, воспользовавшись моментом, когда тварь инстинктивно дернулась от боли, рубанул топорами по ее ногам, заставляя демона потерять равновесие. Этого мгновения мне хватило, чтобы оказаться рядом.

Мой клинок все еще гудел от переполнявшей его силы. Одним косым, восходящим ударом я отхватил демону когтистую лапу по самое предплечье. Черная кровь хлынула фонтаном. Пока он, взревев от боли, разворачивался, я полоснул его по подколенному сухожилию здоровой ноги.

Тварь рухнула на одно колено.

И тут на него обрушились все.

Молот Грома, превративший его череп в кашу. Топоры Кайла, вошедшие в грудную клетку по самые рукояти. И копье Лисы, которое она, оказавшись рядом, вонзила ему в глотку, обрывая последний, булькающий хрип.

Подвал погрузился в оглушительную тишину, нарушаемую лишь нашим тяжелым, сбивчивым дыханием.

Тишина давила на уши, густая и вязкая после грохота боя. Воздух был тяжелым коктейлем из смешавшихся запахов.

Я оперся на меч, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Каждая мышца в теле гудела от напряжения.

Кайл, тяжело дыша, вытер лезвием топора черную жижу с лица. Он криво усмехнулся и посмотрел на Лису, которая с невозмутимым видом стряхивала с острия копья ошметки плоти.

– Лиса… Второй уровень, говоришь? – В его голосе сквозил чистый сарказм. – Что-то эти ребята дрались так, будто на повышение шли.

Она даже бровью не повела, ее спокойствие в этом кровавом хаосе было почти сверхъестественным.

– Я сказала: эманации соответствуют второму уровню. Про их скверный характер и дурные привычки я не упоминала. А так повышенный второй, оба.

– Ух, – выдохнул Гром, опуская молот на пол с глухим стуком, от которого подпрыгнула бетонная крошка. – Вот после такого не мешало бы завтра как следует промочить горло.

Он хитро прищурился, глядя на меня.

– Тем более что Саня обещал.

Все взгляды обратились ко мне. Я лишь усмехнулся, чувствуя, как адреналин медленно отступает, сменяясь гулкой усталостью.

– К черту все, – вмешался Кайл. Его взгляд потеплел. – Завтра. В «Империал».

Кайл активировал коммуникатор.

– Старлей, это Кайлов. У нас тут чисто. Два объекта ликвидированы… Да, в подвале. Место происшествия ваше. Вызывайте следователей и группу зачистки. Мы на выход.

У оцепления нас встретил тот самый старший лейтенант, на его лице было написано безмерное облегчение. Кайл коротко, без лишних деталей, передал ему обстановку, и мы, не задерживаясь, направились к авто.

Все последующее дежурство прошло на удивление тихо. Лишь под вечер нас сорвали на один ложный вызов – очередному прохожему привиделся «ужас из бездны» в переулке.

Заодно я узнал, что это был за «Империал» такой, один из шикарных ресторанов столицы с соответствующим ценником. В жизни бы сам не пошел, но надо соответствовать, да и проставиться.

После окончания смены и короткого сна, который больше походил на тяжелое забытье, я проснулся от луча солнца, пробившегося сквозь щель в шторах.

Первой мыслью было – ребра. Они все еще побаливали. Второй – «Империал».

Я открыл свой платяной шкаф и с тоской уставился на его содержимое. Мой гардероб состоял из двух категорий: служебная форма и удобная одежда. Джинсы, толстовки, немаркие футболки. Практично, функционально, идеально!

Но для «Империала»… Я представил, как захожу в их мраморный холл в своих потертых ботинках и старой куртке. Швейцар, наверное, сломался бы пополам от смеха.

Я знал, что настоящие аристократы вроде Кайла не покупают одежду. Им ее шьют. На заказ, по индивидуальным меркам, из тканей, название которых я бы и не выговорил. Но я хоть и был формально аристократом, но сам себя таковым не чувствовал.

Значит, оставался один путь – в магазин. В самый большой и пафосный, какой я только знал. В Невский Пассаж. Нужно было купить все: приличный костюм, туфли, которые не выглядят как часть униформы, и эту странную удавку на шею – галстук.

Через час я уже входил в сверкающие двери пассажа. После мрачных подворотен и аскетичной обстановки отдела это место ощущалось как другая планета. Из скрытых динамиков лилась тихая, расслабляющая музыка. Я чувствовал себя неуместным и громоздким.

В одном из магазинов я окончательно растерялся. Десятки костюмов, все на одно лицо, висели безупречными рядами. Положившись на единственное знакомое мне чувство – желание выглядеть внушительно, – я выбрал костюм темно-синего цвета, который, как мне казалось, неплохо сидел в плечах.

В примерочной понял свою ошибку. Я был похож не на гостя элитного ресторана, а на начальника охраны этого ресторана. Костюм был мешковатым, тяжелым и делал меня старше лет на пять. Вздохнув, я вышел обратно в зал и случайно бросил взгляд на соседний отдел с вечерними платьями.

Там стояла девушка. Длинные каштановые волосы, большие карие глаза и легкая, едва заметная улыбка. Простенькое светлое платье лишь подчеркивало ее изящную, хрупкую фигуру. Она невесомо касалась пальцами шелковых тканей, и в этом движении была какая-то внутренняя грация.

Я сам не понял, как принял решение.

– Простите, неловко беспокоить… – Я откашлялся, стараясь, чтобы голос не звучал слишком грубо. – Не могли бы вы взглянуть? Просто нужен совет со стороны.

Она обернулась, и в ее глазах на мгновение промелькнуло удивление, но не страх. Я поспешил объяснить:

– Вечером собираюсь на одно важное мероприятие, а костюмы ношу крайне редко, вот и засомневался. Женскому глазу, как говорится, видней…

Она тепло улыбнулась, и напряжение тут же спало.

– Вам очень идет этот цвет. Но, знаете, он вас немного… взрослит. Может, стоило бы примерить что-нибудь более приталенное? – Она указала на светло-серый костюм из тонкой шерсти. – Вот этот фасон, мне кажется, вам пойдет гораздо больше. Он подчеркнет плечи, но будет смотреться легче.

Завязался непринужденный разговор. Я признался, что в моде полный профан, а она рассмеялась и сказала, что сама мучается уже час – ищет платье на день рождения лучшей подруги.

– День рождения – это здорово, – сказал я, оглядывая платья, на которые она указывала. Одно, глубокого изумрудного цвета, сразу бросилось в глаза. – А как вам вот это? Мне кажется, вам очень пойдет. Оно бы здорово подчеркнуло ваши глаза и волосы.

Она удивленно посмотрела сначала на платье, потом на меня и, пожалуй, впервые по-настоящему обратила на меня внимание.

– Правда? Я как-то даже не взглянула на него…

Она скрылась в примерочной, а следом и я, примеряя костюм, который действительно смотрелся отлично. Выйдя из примерочной, я замер, увидев девушку.

Изумрудное платье сидело на ней безупречно. Она была похожа на лесную нимфу, случайно зашедшую в этот храм моды.

– Потрясающе, – честно выдохнул я. – Вам очень, очень идет.

Она зарделась и счастливо улыбнулась.

– Вам тоже идет этот костюм. – И мы со смехом скрылись обратно в кабинках.

Когда я отдернул штору, взгляд упал на коммуникатор – я катастрофически опаздывал.

– Ох, извините, мне пора бежать, – улыбнулся я девушке, которая замешкалась. – Но было очень приятно с вами пообщаться, – сказал я, подхватывая с вешалки рекомендованный ею светло-серый костюм.

– Мне тоже. Надеюсь, ваш вечер пройдет отлично!

Я кивнул, улыбнулся на прощание и направился было к выходу, но тут же затормозил, бросив взгляд на ноги. Пришлось, чертыхаясь, тащиться в обувной отдел.

Здесь пахло дорогой кожей и воском. Десятки пар туфель, блестящих и безупречных, стояли на полках, как солдаты на параде. Я не стал долго мучиться. Взял первые попавшиеся классические черные туфли, которые показались мне достаточно прочными, убедился, что размер подходит, и понес весь свой улов на кассу.иА, там дело и до рубашки с галстуком дошло.

И только на улице, с пакетами, оттягивающими руки, когда суета магазина осталась позади, меня накрыло.

Какой же я идиот.

Я не спросил ее имя. Не взял номер телефона. Не пригласил на кофе. Ничего.

Эта мысль заставила меня горько усмехнуться. В памяти остался лишь ее образ в изумрудном платье.

Дома я быстро приготовился. Приняв контрастный душ и тщательно побрившись, я с некоторым трепетом достал свой новый светло-серый костюм. Он сел идеально. Новые туфли тоже оказались удобными. Что ж, для человека, который костюм надевает третий раз в жизни, выглядел я на удивление прилично.

Выдвинувшись к «Империалу», я почувствовал легкое волнение. У входа, подсвеченного теплым светом фонарей, я увидел Грома. Даже в строгом черном костюме, который, казалось, вот-вот лопнет на его могучих плечах, он умудрялся выглядеть как стихийное бедствие.

Вскоре подъехал Кайл в безупречном темно-синем костюме-тройке, который сидел на нем так, словно был его второй кожей – настоящий аристократ. Спустя несколько минут к нам присоединилась Лиса. Она появилась в длинном вечернем платье цвета ночного неба, которое струилось по стройной фигуре, делая ее невероятно утонченной и загадочной. Последним подошел Ворон, на удивление аккуратный в своем простом, но опрятном сером пиджаке.

– Ну что, красавчики и красавица? – усмехнулся Кайл. – Готовы покорять «Империал»?

У массивного входа нас встретил импозантный швейцар. Едва он подтвердил бронь на имя Дмитрия Кайлова, как из полумрака холла к нам бесшумно шагнула девушка-хостес.

Она повела нас в глубь ресторана, и я почувствовал, как мы пересекаем невидимую границу. Первое, что поражало – это тишина. Наши шаги полностью тонули в толстом, глубоком ковре, из-за чего казалось, будто мы плывем по залу.

Нас проводили к большому круглому столику в алькове у панорамного окна с видом на огни ночного города. Мы опустились в глубокие бархатные кресла, и напряжение окончательно отпустило.

Заказ был сделан, и пока мы ждали, разговор потек непринужденно. Мы подшучивали над Громом, который боялся сломать хрупкий на вид стул, и над Кайлом, который держал вилку и нож с такой естественной элегантностью, будто родился с ними в руках. Атмосфера была расслабленной, мы были не боевым отрядом, а просто компанией за ужином. И в этот момент я решился.

– Ребят, – начал я, и все взгляды обратились ко мне. – Я ходил к целителю… – начал я И коротко рассказал им про визит в «Эгиду-Про» и помощь Кайла с Волконскими.

Когда я закончил, на несколько секунд повисла тишина.

– Правильно сделал, что пошел, – первым прогудел Гром. – С такой хренью шутки плохи.

– Волконские – это серьезный шаг. И очень дорогой, – заметила Лиса, но в ее голосе не было осуждения, только констатация факта.

Ворон молча кивнул, и в его взгляде я увидел нечто похожее на сочувствие.

– Я же сказал, ты часть команды, – тихо произнес Кайл, глядя мне прямо в глаза. – Значит, разберемся.

В его голосе была такая уверенность, что часть тяжести, давившей на меня, просто испарилась. Я впервые почувствовал, что я не один на один со своей бедой.

В разгар ужина, ощутив необходимость отлучиться, и направился в уборную. А когда возвращался, уловил слишком громкий, развязный голос. Взгляд зацепился за одну из компаний: за столиком сидели четыре девушки, а перед ними, слишком близко, нависал подвыпивший парень в дорогом, но помятом костюме.

– … да ладно вам, девочки, чего вы ломаетесь, я же просто пообщаться хочу! – громко и гнусаво тянул он, пытаясь приобнять за плечи одну из девушек.

В какой-то момент парень пошатнулся, и я увидел ее. Взгляд зацепился, и сердце пропустило удар. За его спиной, с встревоженным и расстроенным лицом, сидела девушка из магазина. В изумрудном платье.

Вся атмосфера роскоши, теплая благодарность команде, расслабленность – все это испарилось, сменившись холодной, звенящей пустотой.

Судьба – странная штука. Иногда она дает второй шанс самым неожиданным образом. Я корил себя за то, что не взял номер телефона. Кажется, появился отличный повод это исправить.

Я медленно выдохнул, расправляя плечи, и сделал первый шаг в их сторону. Вечер перестал быть томным.

Глава 15

Глава 14

Я двигался между столиками плавно, уверенно, будто не шел, а плыл в ритме неслышного вальса, направляясь к своей единственной партнерше в этом зале.

Шаг за шагом я сокращал дистанцию. Вот их столик. Девушки сидели в напряженных позах, Моя знакомая в своем изумрудном платье смотрела на наглеца с плохо скрываемым отвращением.

Я подошел сзади и мягко, но с ощутимой уверенностью положил руку ей на плечо.

Девушка вздрогнула от неожиданности, но я не дал ей времени испугаться.

– Извини, задержался, – произнес я достаточно громко, чтобы мой голос перекрыл пьяный баритон нахала. Мой тон был воплощением легкой вины и радости встречи. – Привет, девчонки!

Все четыре девушки одновременно вскинули головы. На их лицах на долю секунды отразилось чистое удивление, которое тут же сменилось облегчением. Знакомая, поймав мой взгляд, расплылась в широкой, искренней улыбке, которая мгновенно преобразила ее встревоженное лицо. Она идеально подыграл.

– Привет, – ответила она, и пусть ее голос был еще немного напряженным, в нем уже звучали нотки тепла. – Мы уж думали, ты не придёшь.

Спектакль начался. И наш пьяный аристократ только что остался без главной роли.

Я повернулся к парню, который замер на полуслове. Его пьяный, мутный взгляд скользнул по моей руке на плече Светланы, а затем медленно, с трудом фокусируясь, поднялся на мое лицо. Вся его поза выражала оскорбленное самолюбие. Он привык быть в центре внимания, а его только что элегантно выставили за рамки чужого разговора.

– А ты еще кто такой? – прорычал он, и алкоголь смешался с неприкрытой злобой. Его лицо побагровело. – Какого рода⁈

Вопрос прозвучал как выстрел, как требование предъявить документы на право дышать с ним одним воздухом. Он не спрашивал, он требовал отчета, уверенный, что любая названная фамилия будет ниже его собственной. В его мире все решали титулы и происхождение.

Я окинул его спокойным, почти ленивым взглядом, позволяя улыбке едва тронуть уголки моих губ. Против таких, как он, лучшее оружие – их же собственное высокомерие.

– Вы что-то у меня требуете, будто считаете себя ровней? – произнес я негромко, но так, чтобы слышал каждый за столиком. Я сделал короткую паузу, давая словам впитаться в воздух. – А мы с вами, сударь, еще не были представлены.

Эффект превзошел все ожидания.

Это было хуже, чем прямое оскорбление. Я не просто отказался назвать себя – я отказался признавать его ровней. Лицо парня на мгновение застыло в недоумении, а затем исказилось от чистой, незамутненной ярости. Он понял, что его только что унизили, причем сделали это по его же правилам.

– Ах ты… мразь! – взревел он, и аристократическая маска слетела с него, обнажив обычного дворового хулигана. – Да я тебя!..

Спектакль был окончен. Началась драка.

Его кулак, большой и рыхлый, полетел ко мне по широкой, предсказуемой дуге. Пьяная, бессильная ярость, рассчитанная на то, чтобы снести с ног обычного человека. Но я не был обычным человеком.

Я видел траекторию его удара, видел, как напряглись мышцы на его плече, видел пустой, бессмысленный гнев в глазах. Устраивать здесь побоище было нельзя. Но и позволить этому избалованному щенку коснуться себя – тоже.

Я сделал легкое, почти неуловимое движение корпусом влево. Его кулак со свистом пронесся там, где только что была моя голова, едва не задев плечо. Он потерял равновесие, проваливаясь вперед по инерции.

Этого было достаточно.

Мой кулак, сжатый не для сокрушительной силы, а для хирургической точности, коротко и жестко ткнулся ему в солнечное сплетение. Не было ни громкого шлепка, ни хруста. Лишь глухой, утробный звук.

В глазах парня удивление сменилось шоком. Воздух с хрипом вылетел из его легких. Он согнулся пополам, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

И в то же мгновение, не давая ему рухнуть на пол и создать панику, я шагнул вперед и подхватил его, закидывая его руку себе на плечи. Моя вторая рука обняла его за талию. Для всех, кто наблюдал за нами со стороны, сцена выглядела совершенно иначе.

– Осторожнее, друг, чуть не упал, – произнес я с ноткой заботливого укора, достаточно громко, чтобы слышали за соседними столиками. – Кажется, тебе пора на свежий воздух. Перебрал ты сегодня.

Он не мог ответить. Лишь судорожно пытался вдохнуть, его тело обмякло в моих руках. Я держал крепко, не давая вырваться, и с самой дружелюбной улыбкой, на которую был способен, развернул его в сторону выхода.

У меня получилось, ну, почти. Так как в этот самый момент из-за колонн зала, двигаясь с угрожающей бесшумностью, появились двое. Огромные, широкоплечие, в строгих темных костюмах, судя по всему телохранитель, парня.

И по их суровым, непроницаемым лицам я понял: они ничего не пропустили.

Моя попытка решить все тихо провалилась. Теперь ситуация вышла из-под контроля.

Мне не нужно было оглядываться, чтобы понять, что за моей спиной тоже пришли в движение. Я услышал, как едва уловимо скрипнул стул – это Гром медленно, но неотвратимо поднимался во весь свой исполинский рост. Лиса наверняка положила ладонь на бедро, где под элегантным платьем скрывалось что-то острое. А Ворон… Ворон просто смотрел, и его взгляда было достаточно, чтобы заморозить кровь.

Но в этот момент тишину разрезал спокойный, ровный голос Кайла.

– Господа.

Он вышел из-за нашего столика и неторопливо подошел, встав между мной и телохранителями. Руки он держал в карманах брюк, а на лице играла легкая, почти скучающая улыбка.

– Я вижу, возникло небольшое недоразумение, – произнес он, обращаясь исключительно к телохранителям и полностью игнорируя дворянчика, который все еще пытался отдышаться в моих руках.

Один из здоровяков шагнул вперед.

– Ваш друг напал на господина Строганова.

– Мой друг, – Кайл сделал акцент на этом слове, – предотвратил сцену, которую ваш подопечный пытался устроить, приставая к леди. – Он на мгновение перевел взгляд на парея. – Я прекрасно знаю, чей это сын. И именно поэтому удивлен вашим непрофессионализмом. Ваша задача – следить, чтобы он не попадал в подобные ситуации, а не вытаскивать его, когда он уже влип.

Голос Кайла оставался тихим, но каждое слово било как молот.

– Ваш подопечный только что попытался напасть на офицера отдела по борьбе с потусторонними угрозами. – При этих словах глаза телохранителей на долю секунды расширились. – Я уверен, господин Строганов-старший будет в восторге от перспективы официального расследования. Особенно когда выяснится, что его охрана не смогла предотвратить нападение его же сына на госслужащего.

Это был мат в три хода. Кайл не угрожал дракой. Он угрожал тем, что было гораздо страшнее для этих людей, – последствиями. Бюрократией, скандалом, гневом нанимателя.

Два гиганта переглянулись. Их уверенность испарилась. Они поняли, что проиграли.

– Забирайте его, – уже без тени улыбки приказал Кайл. – И проследите, чтобы он добрался до дома. Без дальнейших приключений.

Один из них молча подошел и подхватил парня под другую руку. Тот был слишком ошеломлен, чтобы сопротивляться. Когда его поволокли к выходу, он оглянулся через плечо, и в его пьяных глазах горела чистая ненависть.

– Я тебя достану! – выкрикнул он мне вслед. – Ты поплатишься!

Эти слова растворились в гуле ресторана, когда его уволокли за дверь. Управляющий тут же подлетел к Кайлу, и они отошли в сторону для разговора. Я же, пользуясь моментом, вернулся к столику девушек. Напряжение спало, но они все еще выглядели потрясенными.

– Извините, что ваш вечер был так бесцеремонно прерван, – сказал я, стараясь говорить как можно спокойнее.

Первой ожила яркая брюнетка, сидевшая напротив моей знакомой.

– Прерван? Да ты его спас! Спасибо огромное! – искренне воскликнула она. – Этот индюк нас уже полчаса донимал.

– Да, спасибо вам большое, – тихо добавила скромная шатенка рядом с ней.

Третья девушка, высокая блондинка, у которой, видимо, и был день рождения, с озорной улыбкой посмотрела на мою знакомую.

– Светка, а ты говорила, чудес не бывает! Вот тебе и рыцарь… – она смерила меня оценивающим взглядом, – правда без коня.

Девушка покраснела и с благодарностью посмотрела на меня.

– Спасибо, правда. Я не знаю, что бы мы без тебя делали.

– Не за что, – ответил я. В голове пронеслось воспоминание о том, как я ушел из магазина, проклиная себя за нерешительность. Нет. Не в этот раз.

– Я Александр, – представился я, глядя прямо ей в глаза. – Можно просто Саша.

– Светлана. – Ее улыбка стала теплее.

Наступила короткая пауза. Момент, который нельзя было упускать.

– Светлана, – начал я, чувствуя, как все подруги внимательно на нас смотрят. – Я не шутил тогда, в магазине. Я действительно недавно в городе и почти ничего здесь не знаю. Может, ты согласишься как-нибудь показать мне пару интересных мест?

Брюнетка рядом с ней едва заметно толкнула ее локтем. Светлана рассмеялась, и этот звук окончательно развеял остатки напряжения.

– Я не против, – сказала она, и в ее глазах блеснули озорные искорки. – Записывайте номер.

Она продиктовала цифры, и я внес их в коммуникатор.

– Поздравляю именинницу. И хорошего вам вечера, – сказал я, поймав ободряющие взгляды ее подруг.

Когда я вернулся за наш столик, ощущая на спине их любопытные взгляды, Лиса с ехидной улыбкой подняла бровь.

– Ну что, Сашка, подружку себе нашел? Быстро ты сориентировался.

Я лишь пожал плечами, чувствуя, как к ушам приливает кровь. Гром одобрительно хмыкнул, а Ворон, к моему изумлению, едва заметно улыбнулся.

Веселье прервал Кайл. Он подождал, пока официант принесет новый заказ, и, когда мы остались одни, его лицо стало серьезным.

– Саня, – тихо сказал он, и от его тона все шутки мгновенно прекратились. – Ты сегодня все сделал правильно. Но будь осторожен. Ты наступил на хвост очень ядовитой змее. Строгановы этого не простят.

Предупреждение Кайла повисло в воздухе. Легкость вечера, весь флер роскоши и флирта мгновенно улетучились.

«Надо буде почитать о Строгановых, да и вообще освежить память и полетать бархатную книгу, здесь почти каждый второй или аристократ или связан с каким-либо родом» – промелькнула в голове.

В этот момент тягостную тишину нарушил официант. Он бесшумно подошел к столику, сменил наши тарелки и поставил в центр стола заказанные мясные блюда, от которых пошел густой, дразнящий аромат. Эта простая, бытовая деталь, вторжение нормального мира в нашу напряженную паузу, сработала как щелчок выключателя.

Гром, который не был создан для долгих и мрачных пауз, особенно когда на столе появлялась еда, первым стряхнул с себя оцепенение. Он с грохотом отодвинул стул, взял свой наполненный бокал и поднял его. Все взгляды обратились к нему.

– Ну, – с широкой, хищной ухмылкой прогудел он, – за ядовитых змей! Чем они крупнее, тем интереснее будет потом выдирать у них зубы.

Я невольно улыбнулся. Эта простая, грубоватая философия была настолько в духе Грома, что не могла не обезоружить.

Кайл криво усмехнулся, а Лиса картинно закатила глаза, но и в уголках ее губ промелькнула тень улыбки.

– Гром, ты неисправим, – фыркнула она, поднося к губам бокал. – Даже в «Империале» мыслишь как мясник.

– А как еще? – ничуть не смутившись, ответил он, уже придвигая к себе блюдо с дымящимся стейком. – Главное, чтобы мясо было свежее. Я ж большой, мне кушать надо!

Гром с энтузиазмом, достойным лучшего применения, набросился на свой стейк, а мы, глядя на него, невольно рассмеялись. Лед окончательно тронулся, и разговор потек легко и непринужденно. Мы обсуждали недавний бой, иронизировали над ложными вызовами и просто наслаждались моментом.

Лиса, сделав изящный глоток вина, с лукавой улыбкой посмотрела на меня.

– Смотри, Сашка, не теряй голову от своей спасенной, – протянула она, и я почувствовал, как к ушам приливает кровь.

Потому лишь смущенно пожал плечами, не зная, что ответить. Но в этом поддразнивании не было злобы.

Набравшись смелости от выпитого вина и общей атмосферы, я решил перевести стрелки.

– Капитан, – обратился я к Кайлу. – А вы в молодости тоже так… решительно знакомились?

Кайл усмехнулся и откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя на огни ночного города за окном.

– Решительно, но по-другому, Зверев. Был один случай на балу, когда один молодой барон позволил себе лишнее в адрес моей спутницы. – Он сделал паузу. – Пришлось вызывать его на дуэль. Не на пистолетах, конечно, – дурной тон. На саблях. Он, правда, на поединок не явился, после того как мой секундант вежливо объяснил ему, что фехтованию меня с детства учил трехкратный чемпион турнира на саблях.

История вызвала дружный смех.

И в этот момент, когда смех уже начал стихать, Ворон, который до этого молча и методично поглощал свой ужин, поднял глаза. Он обвел нас своим невозмутимым взглядом и произнес одно-единственное слово:

– Неэффективно.

Тишина длилась ровно секунду, а затем стол взорвался новым, еще более громким хохотом. Эта короткая, сухая реплика от нашего молчаливого стрелка была смешнее любой длинной истории.

Вечер закончился. Мы разъехались по домам, и гулкая тишина такси после шумного ресторана давила на уши. Я вернулся в свою спартанскую комнату в общежитии, и контраст с бархатом и хрусталем «Империала» был почти физически ощутим.

Я достал коммуникатор и снова открыл ее контакт. Имя и номер. Но что дальше? Что написать?

«Привет, это тот парень, который чуть не сломал руку твоему обидчику»?

В этот момент, словно прочитав мои мысли, коммуникатор в руке тихо вибрировал. На экране высветилось уведомление. Сообщение с ее номера.

Глава 16

Глава 16

«Привет. Еще раз спасибо за сегодня. Ты был настоящим рыцарем:) Надеюсь, у тебя не будет проблем из-за этого».

Рыцарь. Я горько усмехнулся. И все же от этого слова внутри потеплело.

А потом я дошел до последней фразы.

Она беспокоилась.

Мои пальцы легли на сенсорную клавиатуру. Ответ был простым, почти деловым.

«Привет. Рад, что ты написала. Проблемы – это часть работы, не беспокойся. Но за рыцаря спасибо:)».

Отправив, я на мгновение замер, большой палец завис над экраном. Ковать железо, пока горячо. Я быстро набрал еще одну фразу.

«Как насчет того, чтобы завтра увидеться? Город покажешь?»

Я нажал «отправить» и откинулся на подушку, уставившись в потолок. Сердце почему-то стучало так, будто я ждал не ответа, а вердикта. Эти несколько секунд ожидания тянулись дольше, чем любая схватка с демоном.

Коммуникатор тихо пиликнул. Я рывком сел и посмотрел на экран.

«С удовольствием!:) Давай завтра днем? В часа два. На университетской набережной, у сфинксов?»

Волна облегчения была почти физической. Я быстро напечатал ответ, уже улыбаясь.

«Отлично. Буду там. До встречи».

Я отложил коммуникатор и снова посмотрел в окно на спящий город. Теперь у меня была причина встретить завтрашний день с предвкушением.

Уснул я не сразу, в голове мысли крутились о службе, Светлане и произошедшем конфликте.

Утро пролетело незаметно. Я наскоро собрался, стараясь выглядеть как можно более обычно – джинсы, простая футболка, легкая куртка. Сегодня я пытался быть просто Сашей.

Набережная встретила речной прохладой. Люди неспешно гуляли вдоль реки, смеялись дети, где-то вдалеке играл уличный музыкант.

Она уже ждала меня у сфинксов. На ней было легкое летнее платье, которое развевалось на ветру, а волосы были собраны в небрежный пучок, из которого выбилось несколько прядей, обрамлявших лицо. Без вечернего макияжа и сложной прически она выглядела еще моложе и очаровательнее, чем в «Империале». Более настоящей.

– Привет, – улыбнулась она, и я почувствовал, как напряжение, которого я даже не осознавал, медленно отпускает.

– Привет, – ответил я, стараясь, чтобы моя улыбка не выглядела слишком глупо.

Мы неспешно пошли вдоль реки. Неловкость первых минут быстро прошла, и разговор потек легко и непринужденно. Она с интересом расспрашивала о моей жизни, и я, стараясь не врать, но и не говорить правды, рассказывал ей общую, туманную историю о «госслужбе», связанной с частыми командировками и аналитической работой. К моему удивлению, она не стала допытываться, а просто слушала, с искренним участием глядя на меня.

Гораздо больше мне нравилось слушать ее. Она рассказывала о своей учебе в медицинском университете, о смешных случаях с преподавателями, о своей мечте стать хирургом. В ее мире не было демонов и проклятий, но были свои сложности, победы и герои. И, черт возьми, мне это нравилось.

– Ох, что-то пить захотелось, – сказала Света.

– Ни слова больше! – подхватил я, чувствуя прилив бодрости. Впереди, метрах в ста, виднелся небольшой киоск с напитками и мороженым. – Жди здесь, я мигом.

Спешным шагом я направился к киоску, лавируя между гуляющими парами и смеющимися компаниями. Очередь была небольшой. Взяв два стакана холодного лимонада и два больших рожка с фисташковым мороженым, я поспешил обратно.

В этот момент, с холодным лимонадом в одной руке и тающим мороженым в другой, я чувствовал себя до смешного, до невозможности нормальным.

Возвращаясь обратно, я еще издалека увидел, что идиллическая картина нарушена. Возле Светланы, которая неспешно шла мне навстречу, наслаждаясь прогулкой, появились двое. Они не приставали, не пытались заговорить – просто преградили ей путь, встав так, чтобы она не могла их обойти.

Легкость и тепло, которые наполняли меня, мгновенно испарились, сменившись ледяным напряжением.

Это были не хулиганы. Это явно кто-то иной и, судя по всему, по мою душу.

Я подошел и встал рядом со Светланой, протягивая ей мороженое и лимонад.

– Кажется, мы вам помешали, – сказал я, глядя на одного из мужчин.

Тот, что был повыше, проигнорировал мой вопрос. Его взгляд был холодным и оценивающим.

– Александр Зверев? – голос был ровным, безэмоциональным. – Нам велено передать сообщение от Кирилла Алексеевича. Он настоятельно советует вам извиниться и не лезть в чужие дела, а то все плохо может закончиться.

В конце фразы его взгляд на долю секунды скользнул на Светлану, и этот намек был красноречивее любых прямых угроз.

– Отойди назад, – сказал я тихо, не глядя на нее. – Пожалуйста.

Они не стали ждать. Атаковали вдвоем, синхронно, пытаясь взять меня в клещи. Первый бил коротко и жестко в корпус, второй целился в ноги. Профессионалы. Удар в корпус я отбил предплечьем, одновременно уходя с линии атаки второго. Но эти парни и вправду были не лыком шиты. Они не лезли в драку, они работали – слаженно и грязно. Один из них сумел зайти сбоку и нанес хлесткий удар по ребрам. Боль вспыхнула остро, но привычно.