![](/files/books/160/oblozhka-knigi-dikar-si-385461.jpg)
Текст книги "Дикарь (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Мануйлов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)
ГЛАВА 7
− Да не расстраивайся ты так. Ни у кого не получалось хорошо стрелять с первого раза. Нужна практика!
Именно так прозвучала первая фраза, произнесённая Юлей в коридоре, где она дожидалась Игоря. Сама того не осознавая, Юля говорила слова, которые не захочет услышать от женщины ни один мужчина в мире. Но двусмысленность фразы совсем не веселила Игоря. Он пребывал в глубокой задумчивости, и тому была гораздо более серьёзная причина, чем попытки Юли его растормошить.
Стрельбы прошли отвратительно.
Мало того, что из двадцати его выстрелов мишени достигли только два, зацепив лишь самый край, не дающий никаких очков, − так ещё и этот тренер… Игорь привык к тому, что тренер учит. Тренер поддерживает. Тренер исправляет ошибки и наставляет на верный путь.
Но у Виктора Александровича был кардинально отличающийся взгляд на поведение тренера.
− Скажите мне, товарищи мешки, − вкрадчиво начал он, когда первая тройка выстрелов Игоря ушла, что называется, «в молоко», − кто привёл к нам на занятие этот замечательный образец криворукости? Откуда в специальном, особом подразделении СЗГ взялся человек, неспособный просто направить пистолет на мишень и нажать на курок?
− Я никогда не стрелял, − сквозь зубы процедил Игорь. Критика Виктора Александровича была правдивой, а потому – особенно обидной.
− Ну и что? – казалось, будто тренер действительно не понимает, в чём, собственно, проблема. – Для того, чтобы вытянуть руку с пистолетом в сторону мишени и совместить целик с мушкой вовсе не нужно никаких особых талантов! У меня бабка стреляет лучше, чем ты, − отрезал Виктор Александрович.
О том, что и сам был достаточно стар, чтобы быть дедом, а потому наличие у него бабки было весьма сомнительным, Игорь говорить не стал. Всё равно это бы ничего ему не дало. Сейчас оставалось одно: стоять, как истукан, и просто слушать, как тебя поливают потоком из оскорблений.
А Виктор Александрович тем временем только вошёл во вкус:
− Да лучше бы сгорело это дерево, из которого сделали бумагу, которая пошла на диплом врача, который написал, что ты годен к службе!
На то, чтобы осознать этот оборот, Игорю потребовалось несколько долгих секунд. Нет, как бы плохо он не стрелял, он явно не заслуживал таких уничижительных замечаний. А это могло значить только две вещи: либо преподаватель по стрельбе был сумасшедшим, либо своим поведением старался чего-то добиться. Например, резкой, может, даже агрессивной реакции неумелого ученика.
Зачем ему это было нужно, Игорь не знал, но и достичь желаемого он тренеру позволять не собирался.
Удивительно, но это сработало: увидев, что насмешки не приносят никакого результата, Виктор Александрович успокоился и перестал осыпать Игоря едкими замечаниями. Более того, когда занятие закончилось, он сказал Игорю задержаться. Вряд ли он хотел продолжить упражняться в острословии; без зрителей в виде остальных подопечных это было попросту неинтересно.
− Твои навыки стрельбы ни на что не годятся, − Виктор Александрович, похоже, его мыслей не разделял.
Остальные сотрудники отдела вышли из тира. Лишь Юля обернулась, взглядом приободрив Игоря, и показала ему большой палец. Игорь не смог сдержать улыбку; неловкая поддержка оказалась неожиданно приятной.
Виктор Александрович словно о нём забыл; развернувшись, он спокойно отошёл к правой стене, туда, куда после стрельбы складывали использованные мишени. Отобрав несколько по одному ему понятному принципу, преподаватель по стрельбе повернулся к Игорю.
− В эту мишень, − тоном ментора начал Виктор Александрович, − стрелял Ревлоев Артур. Звёзд с неба парень, конечно, не хватает, но в целом – вполне неплохой результат. Из двадцати выстрелов он выбил сто восемьдесят три очка. Что особенно важно − все пули поразили цель.
Отбросив мишень в сторону, преподаватель продемонстрировал следующую:
− Юлия Накеева, та самая, что показала тебе большой палец, хотя стоило бы – средний, − преподаватель хмыкнул, обводя пальцем небольшой круг в центре мишени. Отверстия располагались так близко, что иногда не сразу получалось угадать, были они проделаны одной пулей или несколькими, прошедшими рядом. – Сто девяносто шесть очков. Отличная кучность стрельбы. О таком тебе можно только мечтать.
«Он что, сказал мне остаться, чтобы убеждать меня в моей никчёмности?» − подумал Игорь, внешне сохраняя невозмутимый вид. Виктор Александрович тем временем поднял с пола третью мишень: существенный разброс отверстий в мишени был далёк от филигранных выстрелов Юли, однако и на эту мишень преподаватель показал ему с гордостью. С таким выражением лица школьный учитель мог бы хвалить не самого талантливого ученика за прилежность:
− Глеб Прилепин. Никакой кучностью тут, конечно, и не пахнет. И тем не менее – сто сорок девять очков! Довольно неплохой результат, как считаешь? А знаешь, почему он такой?
− Нет, не знаю, − поняв, что покрытый шрамами мужчина ждёт ответа, ровно произнёс Игорь.
− Никакого секрета тут нет, − продолжая удерживать показанную мишень одной рукой, второй Виктор Александрович поднял последнюю, четвёртую мишень. В левом нижнем углу которой стыдливо притаились два крохотных отверстия. – Назови мне одно… Нет, восемнадцать отличий между мишенями.
Не сдержавшись, Игорь досадливо поморщился:
− Количество отверстий от пуль?
− Именно! – вскричал преподаватель, воодушевлённо потрясая мишенями в воздухе. – Кучность – это прекрасно, попадать в десятку – тоже замечательно, однако основополагающим фактором удачной стрельбы является не это! В первую очередь, для того, чтобы получить нормальный результат, нужно всего лишь… Каждой пулей попасть в цель. Неважно, в «десятку» или в «шестерку», в ноги ростовой фигуре или в голову – в первую очередь, нужно поразить мишень. Нет необходимости всегда выбивать десятку, вас не на биатлон готовят, − фыркнул Виктор Александрович, но тут же посерьёзнел: − Но тем не менее каждая пуля должна попадать в цель. И я научу тебя стрелять так, чтобы такого, − он небрежным кивком указал на оставшуюся почти целой мишень, − больше никогда не повторялось.
Виктор Александрович поднял мишени, сложил их вместе и отнёс их к остальным, водрузив на общую кучу. Не оглядываясь на Игоря, он негромко, но веско сказал:
− По вторникам и четвергам в семь вечера я провожу дополнительные занятия для тех, кому стрельба даётся тяжелее остальных. Приходи и ты. Каким бы элементалем ты ни был, этот навык точно лишним не будет.
− Спасибо, − Игорь с благодарностью кивнул. Похоже, скрывающийся за пугающей внешностью и простецким чувством юмора человек был вовсе не плохим и по-настоящему хотел помочь. В противном случае он точно не стал бы приходить в тир после работы, чтобы помогать отстающим. – Я приду.
Преподаватель, не оборачиваясь, махнул рукой, давая понять, что разговор окончен. Не став ему более докучать, Игорь вышел из тира.
Ему и так уделили много времени.
− Эй, с тобой всё нормально?
Обеспокоенный голос Юли вырвал Игоря из тягостных раздумий. Он и сам не заметил, как погрузился в себя, снова обдумывая предложение Виктора Александровича, этого странного, потрёпанного жизнью мужчины, готового, несмотря на явно отсутствующие таланты у отдельных подопечных, уделять им не только рабочее, но и своё свободное время. Такая самоотверженность явно стоила того, чтобы потерпеть его неприятное чувство юмора. И отказываться от предложения совершенно точно не стоило.
Мысленно сделав себе пометку о том, что теперь ему предстоит дважды в неделю подтягивать навыки стрельбы, Игорь улыбнулся Юле:
− Всё в порядке. Спасибо. Просто думаю, какие ещё сложности нам сегодня предстоят.
− Вот с этим я как раз могу тебе помочь − злорадно улыбнулась Юля. – Перед вечерней тренировкой тебе нужно получить анкеты для заполнения и список документов, которые нужно предоставить в отдел кадров. Пойдём, я тебя провожу.
К удивлению Игоря, посещение отдела кадров на заняло много времени. Высокий мужчина с седыми вьющимися волосами, сухо поздоровавшись, выдал Игорю аккуратно скрепленные между собой листы бумаги, и, попросив не затягивать с их заполнением, вернулся к работе за компьютером. По крайней мере, со стороны выглядело так, будто он работал. Он вполне мог, скажем, раскладывать «пасьянс» или играть в «сапёра» − понять, чем занят офисный работник, с серьёзным лицом сидящий за монитором, было решительно невозможно. Да Игорю это было и не нужно, поэтому, приняв документы, он с кивком покинул кабинет начальника кадровиков.
По здравому рассуждению для новоприбывшего сотрудника вовсе не обязательно было заходить лично к начальнику отдела кадров: список документов наверняка мог выдать какой-нибудь его подчиненный из тех, что работали в соседнем кабинете – однако Юля почему-то привела его сразу к руководителю. Игорю вдруг стало интересно, было это следствием какого-либо приказа или же собственной прихотью его спутницы, и он не преминул уточнить об этом у Юли. Картинно потирая подбородок, она словно несколько секунд всерьёз размышляла, прежде чем ответить, словно делясь с Игорем большим секретом:
− Видишь ли, наш начальник кадров не очень любит… Да, не очень любит работать, предпочитая любые обязанности скидывать на плечи других сотрудников отдела. Но на самом деле именно он отвечает за приём новых сотрудников и оформление всех надлежащих документов. Выдать необходимые бумаги может, конечно, и кто-нибудь другой, но тогда Эрнестович так и не отвлечётся от своего пасьянса, − фыркнула Юля, подтверждая подозрения Игоря. – Я привела тебя к нему исключительно из вредности. Вернуть все документы после заполнения тоже можешь напрямую ему.
Игорь понимающе хмыкнул. Похоже, ленивый кадровик чем-то насолил самой Юле, но она не сказала, чем именно, а Игорь не стал спрашивать. Если бы с ним хотели поделиться, это наверняка бы уже произошло. Поэтому, посчитав тему закрытой, новоиспечённые коллеги направились в спортивный зал, знакомый Игорю по утренней тренировке.
− Мы пришли чуть раньше остальных, − прокомментировала Юля, по-турецки усаживаясь на маты, − потому что я хочу рассказать тебе ещё кое-что.
Игорь огляделся. Зал действительно пустовал, что позволяло заметить небольшие изменения в обстановке: вдоль стен выросли высокие, в два человеческих роста, пластины из металла, образуя что-то вроде барьера, защищающего здание от разрушений. В каждом углу появились небольшие деревянные столики, на которых располагались чёрные пластиковые ящики с ярко выделяющимися красными крестами. Дождавшись, когда Игорь осмотрится, Юля продолжила:
− В такой обстановке проходят все наши тренировки с использованием элементов. Если сила стихии не подразумевает повышения защитных характеристик, как, например, у того же Антона с его покрывающей кожу керамикой, − в раздевалке есть специальный пластиковый доспех, способный уберечь тело от серьёзных повреждений. На случай тяжелых ранений, которых, кстати, необходимо всеми силами избегать, − тут Юля сделала вескую паузу, подчеркивая значимость своих слов, и поочерёдно указала рукой в сторону каждого из столов, − прямо в зале расположены аптечки. В них хранятся шприцы с так называемым стазис-гелем: одна инъекция замедляет все протекающие в организме процессы, действуя на манер криогенной заморозки, и позволяет дождаться квалифицированной помощи врачей.
− И часто они пригождаются? – поинтересовался Игорь.
− До сих пор – ни разу, − призналась Юля, − однако это не значит, что о них можно забыть. Однажды подобная инъекция может пасти жизнь тебе, мне или кому-то из твоих товарищей.
На этом инструктаж был закончен. Зал постепенно заполнялся людьми: кто-то сходу начинал разминаться, кто-то, как, например, Артур, по примеру Юли усаживался на маты. До начала занятия оставалось несколько минут, и поэтому можно было немного расслабиться. Ровно до тех пор, пока в зал не зашёл Михаил Сергеевич.
Это словно послужило сигналом для всех: не прошло и десяти секунд, как каждый из подразделения занял своё место в строю. Что ни говори, а с дисциплиной у них всё было в порядке. Стараясь не слишком отставать от коллектива, Игорь тоже примостился к ставшим в одну шеренгу коллегам.
− Сейчас – короткая разминка, − без предисловий начал Глазунов, − затем – приступаем к спаррингам. Я разобью вас на пары.
Он быстро начал тыкать пальцами в коллег, указывая, кто и с кем будет работать в парах, сделав лишь небольшую паузу перед тем, как повернуться к Игорю:
− Что до тебя… Ты сегодня работаешь со мной.
Игорь спокойно кивнул. Ему не было большой разницы, с кем именно стоять в спарринге – годы тренировок в зале бокса притупили волнение перед предстоящими поединками, − однако заявление начальника все-таки разожгло в нём некоторый интерес. Как руководитель, Михаил Сергеевич наверняка был как минимум одним из лучших бойцов, что не могло оставить Игоря равнодушным. С удивлением он отметил, что ему действительно хочется узнать, насколько хороши навыки Глазунова. Внимательно посмотрев на Игоря, он добавил:
− Перед спаррингом не забудь надеть пластиковую броню, я распорядился – твой комплект ждёт тебя в шкафчике с твоей фамилией.
− Да, хорошо, − отказываться от предложенной защиты Игорь намерен не был. В любом спарринге ни один из участников не был застрахован от случайных травм, и использование элементов только усугубляло ситуацию.
После неспешной разминки, в ходе которой участники тренировки немного побегали и выполнили легкий комплекс упражнений, все разошлись в стороны, освободив в центре зала свободное пространство диаметром метров в пятнадцать. В образовавшийся круг Глазунов кивком пригласил уже известного Игорю Артура и незнакомого лысого парня, внешне напоминающего бандита: выбритое лицо с мощным двойным подбородком и шрамом на щеке, будто от ножа, лишь усугубляло это сходство. В отличие от Артура, он не стал облачаться в броню, а вот курчавый крепыш ненадолго отлучился в раздевалку, из которой он вышел уже в пластиковой защите.
Игорь невольно засмотрелся на доспех. Даже с виду лёгкий, он состоял из аккуратного шлема, прикрывающего щёки, и чего-то похожего на состоящую из небольших сегментов кирасу, закрывающую жизненно важные органы. От травм такая броня, может, и не убережёт, однако наверняка поможет избежать серьёзных повреждений.
− Начинайте, − с видом полководца, отправляющего армию в бой, махнул рукой Глазунов.
Первым атаковал лысый парень. Приняв боевую стойку, он в несколько коротких шагов подобрался к Артуру на расстояние удара, тут же пнув его ногой в область груди. Артур отступил в сторону, встречая оппонента серией из классической двойки, которую соперник принял на жёсткий блок. Игорь отметил, что движения лысого в точности повторяют ката из классического карате.
Начался обычный обмен ударами. Бойцы сближались и расходились, аккуратно сталкиваясь конечностями и не нанося сопернику никакого урона. Если лысый атаковал в основном прямыми тяжёлыми ударами рук и ног, выдающим в нём годы занятий карате, то в технике Артура не удавалось разглядеть какой-то конкретной техники. Складывалось впечатление, будто он просто нахватался где-то опыта в драке и теперь применял его на практике. Причём применял удачно, так как явно более подготовленный ударник пока не мог получить заметного преимущества.
Стоило Игорю подумать, что спарринг этих двоих пройдёт без применения каких бы то ни было стихийных навыков, как лысый, приняв кулак Артура на своё запястье, вдруг резким движением отвёл руку назад, проваливая своего оппонента. Он не хватал его, нет: со стороны всё выглядело так, будто кулак Артура буквально прилип к запястью лысого, заставляя черноволосого крепыша потерять равновесие и оступиться, оставляя корпус совершенно открытым, чем соперник не преминул воспользоваться. Вторая рука лысого, покрывшись какой-то непонятной субстанцией бурого цвета, врезалась в бок такого уязвимого оппонента.
А в следующую секунду Артур взорвался.
На том месте, где он стоял какую-то секунду назад, бесшумно вспыхнуло облако из водного тумана, а уже в следующее мгновение Артур материализовался за спиной лысого бойца. Крепко схватив его за талию, крепыш резким движением выгнул поясницу назад, совершая головокружительный бросок.
Идеально выполненный борцовский суплекс буквально воткнул соперника головой в маты. Игорь, внимательно следящий за поединком, успел заметить, как лысина оппонента Артура покрылась всё той же субстанцией, тем самым смягчая удар. Впрочем, Артур и не думал останавливаться: неуловимым движением переместившись так, чтобы голова соперника оказалась в сгибе руки борца, он начал выполнять удушающий приём. Игорь не слишком хорошо разбирался в борьбе, однако слышал об этом приёме: кажется, его называли «север-юг».
Оппонент Артура сопротивлялся: непонятная субстанция перетекла на шею, защищая её от давления мощного бицепса, и борец – а в том, что Артур являлся борцом вольного стиля, не осталось никаких сомнений, − освободив вторую руку, начал методично вколачивать её в бок лысого бойца. От этого соперник отвлёкся, упустив контроль над шеей, и в следующую ладонь каратиста трижды стукнула по татами, признавая поражение.
На этом первый спарринг закончился. Встав, Артур протянул руку, помогая лысому парню подняться. Спарринг спаррингом, но настоящие бойцы всегда должны проявлять друг к другу уважение.
− Итак, в чём была ошибка Тимофея? – хлопнув в ладоши, громко спросил Михаил Сергеевич.
Спросил – и тут же поморщился от раздавшихся со всех сторон комментариев:
− Недостаточное давление в стойке!
− Отпустил контроль за элементом.
− Начал бороться, − кажется, это сказала Юля.
− В общем-то, вы все правы, − подвёл черту Глазунов. – С ярко выраженным борцом следует сражаться в стойке, не позволяя ему перевести схватку в партер. А упав – необходимо как можно скорее подняться, не давая ему развить своё преимущество. А для этого тоже необходимы навыки борьбы, не так ли, Тимофей?
Лысый парень в ответ пробурчал что-то невразумительное. Кажется, в своих тренировках он уделял борьбе не слишком много времени, предпочитая оттачивать ударную технику. Глазунов, не дождавшись новых комментариев, добавил:
− С другой стороны, будь у Тимофея более развит контроль над стихией, он вполне смог бы нивелировать преимущество Артура, просто покрываясь смолой и не позволяя нанести себе какого бы то ни было урона. В этом наша разница с обычными спортсменами: помимо полученных на тренировках навыков, каждый из нас обладает силой своей стихии, и этот факт может в любой момент повернуть ход поединка. Что и продемонстрировал Артур: избежав атаки с помощью своей туманной формы, он тут же воспользовался полученным преимуществом. Итак, следующими в круг выходят Антон и Глеб.
Второй поединок запомнился Игорю гораздо хуже, чем первый. Ни один из бойцов не показал каких-то особых навыков: отказавшись от пластикового доспеха, оба сразу покрылись своими элементами: Антона украсили уже знакомые Игорю керамические пластины, а тело его соперника, не изменив своей формы, начало переливаться металлическими отсветами. Повернув голову к сидящей рядом Ксении, Игорь негромко поинтересовался:
− Какой элемент у Глеба?
Не оборачиваясь, чтобы не пропустить ни одного момента спарринга, девушка так же негромко пояснила:
− У Прилепина – алюминий. Не самый сильный элемент для металлиста, однако он неплохо его контролирует и способен поддерживать покров всего тела достаточно долгое время. В этом Антон ему проигрывает.
Так и получилось. Сойдясь в центре зала, бойцы начали без затей мутузить друг друга, даже не пытаясь применять какие-то тактические приёмы. Ничего удивительного, что рубка закончилась, когда керамика, покрывающая Антона, дала трещину, и он, пропустив особенно тяжелый удар в подбородок, рухнул на маты.
Глазунов поморщился, глядя на то, как Антон, непонимающе потряхивая головой, поднимается с татами:
− Думаю, тут комментировать нечего. Бессмысленная рубка превратилась в обычное соревнование на износ, в котором верх одерживает тот, кто лучше контролирует свой элемент. Зная об этом, Антону следовало бы получше продумать стратегию поединка, однако тогда он, конечно же, не был бы тем Антоном, которого мы знаем.
С разных сторон зала послышались понимающие смешки. Похоже, подшучивания над недалёким коллегой давно вошли здесь в норму. Впрочем, Антон не обижался: неловко пожав плечами, он покинул круг, заняв место среди зрителей и освобождая пространство для следующей пары.
На этот раз в кругу оказалась Юля, неведомо когда успевшая надеть плотно прилегающую к фигуре пластиковую броню. Напротив неё встала Ксения, сходу покрывшаяся доспехом, выглядевшим так, будто кто-то с головы до ног усыпал девушку переливающимся ярком свете ламп блёстками. Пока было непонятно, как будет проходить их поединок, но, даже не начавшись, он обещал быть красивым. Игорь весь обратился во внимание: ему не хотелось пропустить ни одного момента, где его новые коллеги будут демонстрировать свои способности.
Прогнозы сбылись: сойдясь в центре ринга, девушки сходу начали обмениваться быстрыми ударами. Приняв типичную для муай-тай стойку, Юля водила руками в воздухе, отвлекая соперницу и одновременно прощупывая дистанцию, в то время как Ксения, не слишком увлекаясь защитой, стремилась как можно скорее закончить бой, с самого начала энергично размахивая ногами. Похоже, её серебряный доспех был весьма эффективен: наносимые Юлей лоу-кики, хлёстко врезающиеся в бедра Ксении, не заставляли последнюю даже пошатнуться. Игорь поёжился: звуки от ударов темноволосой девушки громкими шлепками разносились по залу и даже выглядели весьма болезненными, однако Ксения, казалось, их практически не замечает.
Подловив момент, когда короткостриженная соперница с разворота наносила удар ногой в область головы, Юля стремительным лоу-киком подсекла ей опорную ногу, заставив Ксению упасть на маты. Развивать успех, впрочем, Юля не стала: отступив на шаг, она спокойно ждала, пока её оппонент поднимется, и лишь после этого, рывком приблизившись, вновь начала атаковать.
Превосходство Юли в подготовке было очевидным. Игорь невольно залюбовался тем, как его знакомая вколачивает конечности в Ксению. В ход шло всё: Юля наносила удары на короткой дистанции, используя резкие удары локтями и коленями. Светловолосая девушка, выглядевшая в своём серебряном доспехе как картинная валькирия, вынуждена была отступать, вяло огрызаясь редкими ударами, не приносившими, впрочем, никакого результата: реакция Юли, казавшейся маленькой и слабой на фоне более крупной соперницы, была безупречной. Ни одна из атак посеребренных конечностей не могла достичь цели.
Всё выглядело так, будто в схватке был достигнут некоторый паритет: одна из девушек не могла попасть по своей сопернице, другая – как будто совсем не наносила урона, однако в какой-то момент Ксения, пропустив резкий удар локтем в лицо, сделала шаг назад и подняла правую руку вверх, признавая поражение:
− Сдаюсь.
Сначала Игорь даже не понял, что произошло: да, Юля многократно попадала по своему оппоненту, подтверждая высокий уровень владения боевыми искусствами, однако доспех должен был свести на нет любые, даже самые сильные удары, пропущенные в ходе схватки. Причина капитуляции Ксении стала очевидна, когда она повернулась лицом к зрителям и стали заметны тусклые зеленоватые подпалины, украсившие серебряную броню на корпусе и голове блондинки. Эти пятна медленно, но верно разъедали доспех, обнажая покрасневшую кожу.
«Похоже на какой-то токсичный яд», − догадался Игорь.
− Вот пример того, как элементаль, физически подготовленный к схватке, может доминировать над соперником, грамотно и дозированно используя преимущества своей стихии, − прокомментировал Михаил Сергеевич. – У Ксении очень крепкая серебряная броня, однако она слишком сильно полагалась на неё и не обратила внимания, как Юлия незаметно начала покрывать ударные поверхности своего тела кислотой. Доспех не выдержал, и теперь продолжать поединок было бы попросту опасно. Ксения поступила мудро, увидев это и признав поражение.
Значит, всё-таки не яд. Кислота.
− Ладно, теперь ты имеешь представление о том, как проходят спарринги с использованием силы стихий, − сказал Глазунов, очевидно обращаясь к Игорю. – Надевай броню. Сейчас наша очередь.
Наблюдение за чужими поединками заставило сердце стучать чаще, и теперь Лазареву и самому не терпелось опробовать свои силы, тем более что соперник, скорее всего, заставит его выложиться на полную. Кивнув Михаилу Сергеевичу, Игорь направился к раздевалке.