![](/files/books/160/oblozhka-knigi-dikar-si-385461.jpg)
Текст книги "Дикарь (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Мануйлов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)
ГЛАВА 14
Филипп не произнёс ни слова, пока они не сели в машину. Игорь порывался осыпать напарника вопросами, однако что-то останавливало его от поспешных действий. Поэтому он молчал. Иногда нужно просто подождать.
Лишь когда машина, буксуя на сухом асфальте, рванула вперёд, с небольшим заносом сворачивая на широкую дорогу, Филипп наконец заговорил.
Ну, не совсем заговорил.
– Ха, ты видел это? У нас получилось! – вскричал Филипп, руками барабаня по рулю от переполняющих эмоций. – До последнего не был уверен, что всё сработает. Ты молодец!
Игорь удивился:
– Я? Да это ты всё сделал!
– Это так, – важно кивнул Фил. – Однако ты органично вписался в мой план. Действовать втёмную всегда сложнее, но ты блестяще с этим справился. Не дёргался в опасных ситуациях, не влезал в разговор и, самое главное, очень быстро разгадал мой обман с эссенцией ядовитой крови, – на этих словах Филипп откровенно заржал.
– Да что такое эта твоя эссенция крови? – зацепился Игорь за фразу собеседника, ставшего неожиданно словоохотливым.
– Не моя, – важно поднял палец Филипп, – а наша. По крайней мере, так теперь думают в банде «Дыма». Очень удобная для нас банда. Так как глава владеет сетью кальянных и баров «LB», на их территории часто проходят встречи представителей других группировок преступного мира. Из-за этого, собственно, банду Дымка никто под себя и не подмял: всем удобно иметь нейтральную территорию для встреч, поэтому если кто-то решится на них напасть, остальные банды тут же на него ополчатся. При этом «Дым» достаточно слабы, чтобы их можно было запугать эссенцией ядовитой крови. Это сыграло нам на руку.
Филипп ненадолго умолк. Игорю даже начало казаться, что он забыл, на какой, собственно, вопрос отвечал, когда напарник продолжил:
– Что до эссенции ядовитой крови, это известное в кругах элементалей биологическое оружие. Оно есть всего у нескольких семей, поэтому, как ты понимаешь, вероятность встретиться с эссенцией крайне мала. Проще говоря, очень мало кто знает, как она на самом деле выглядит. – Филипп на секунду отвлёкся от дороги и подмигнул Игорю, – Арсен, как видишь, не знал.
– А у Ветровых, значит, эссенция есть?
– Больше тебе скажу, они – её разработчики, – кивнул Филипп. – Семья Ветровых относится к Дому Зевса, и, как ты мог понять по их фамилии, их способности связаны с воздушной стихией. Проще говоря, элементали Ветровых управляют различными типами газов, среди которых встречаются и ядовитые. Научившись конденсировать значительную дозу ядовитого газа в небольшой ёмкости, Ветровы создали оружие, способное напугать даже элементалей, принадлежащих Домам. Что уж говорить о второсортной банде преступников, – Фил презрительно фыркнул, словно совсем недавно эта самая банда не угрожала его жизни.
– Хорошо, с этим разобрались, – медленно кивнул Игорь, переходя к следующему вопросу, – А как ты смог вызвать поток ветра? Насколько мне известно, твоя стихия связана со снегом, разве нет?
– Хм, отличная память! Всё верно, – Филипп самодовольно ухмыльнулся, – Я управляю снегом. А снежинки, как ты мог догадаться, прекрасно подходят для того, чтобы затушить угли. Со стороны это должно было выглядеть так, будто я «задул» их ветром. На самом же деле я просто сделал снежинки такого размера, что в тёмном помещении их никто не смог заметить.
– Это не объясняет, откуда взялся поток воздуха, – задумчиво покачал головой Игорь. Уже сейчас он начинал понимать, что все действия Филиппа, казавшиеся безумной авантюрой, на самом деле были спланированы им заранее. Теперь Игорю хотелось выяснить все подробности рискованного плана, оказавшегося продуманным до мелочей.
Филипп, сделав невинное лицо, поднял правую руку вертикально вверх, словно хотел что-то достать из водительского козырька автомобиля:
– Настоящие фокусники никогда не раскрывают своих секретов, – с сожалением в голосе сообщил он.
Но говорить ничего и не требовалось. Когда Филипп поднял руку, рукав модного пиджака немного задрался, открыв вид на яркую рубашку. Рубашку, на которой, практически незаметно из-за броской расцветки ткани, выделялась ручка с закреплённым в навершии мини-вентилятором. Убедившись, что Игорь заметил устройство, Фил второй рукой нажал кнопку на ручке, и в следующую секунду возникший от вентилятора поток воздуха отбросил волосы водителя назад, сделав его похожим на героя какого-то фильма.
– Но с удовольствием закупаются в магазине приколов, – пафосно закончил Филипп и, не сумев удержать серьёзной мины, расхохотался.
Смех был таким заразительным, что Игорь и сам не заметил, как присоединился к напарнику. Они смеялись долго и взахлёб, наконец избавляясь от скопившегося за вечер напряжения. Наконец, успокоившись, Игорь почувствовал, насколько ему стало легче. Удивительным образом смех исцелил напарников изнутри.
Машина остановилась возле дома Игоря.
– Ещё раз спасибо, что согласился прикрыть меня, – поблагодарил его Филипп, на прощание крепко пожав руку. – Если что – обращайся, буду рад помочь тебе в ответ.
– Спасибо за предложение, я непременно запомню его, – ответил Игорь. Уже отходя от машины, он вдруг решил спросить:
– Твои часы… Кто на них изображён?
Филипп вскинул брови и поднял вверх левое запястье:
– Ты заметил? Это Леди Бом. Я большой фанат её приключений.
И, махнув рукой, он с пробуксовкой рванул с места, покидая улицу. Игорь проводил машину взглядом. Ночь вошла в свои права, но спешить домой почему-то не хотелось. Он поднял глаза на небо. Почти всегда из-за столичного смога из города не было видно не единой звезды, однако сегодня, вопреки обыкновению, небо сверкало россыпью крохотных бриллиантов. Или снежинок. Игорь улыбнулся: с такого расстояния не разберёшь, верно?
Несмотря на куда большую опасность, сегодняшнее задание понравилось ему куда больше предыдущего.
* * *
Подняться утром с постели оказалось тем ещё испытанием. Организм настойчиво напоминал о том, что для отдыха вообще-то требуется больше трёх часов, и категорически отказывался просыпаться. Но какой у него был выбор?
С трудом продрав глаза, Игорь сел на кровати и несколько минут просто пялился в пространство перед собой. В этот момент он ни о чём не думал – внутри него проходила борьба между сном и бодрствованием, и он, как мог, поддерживал второго бойца. Хотя бы тем, что занял сидячее положение, а не позволил голове вновь коснуться подушки. Что-то подсказывало: стоит это сделать, как он ещё как минимум на несколько часов отправится в глубокий нокаут.
В конце концов, сон признал поражение и злобно отошёл, уступая место сухой рези в глазах и настойчивой мигрени. Игорь поморщился: с этими противниками сражаться предстояло уже на ходу.
Без аппетита проглотив пару сэндвичей и запив их стаканом разбавленного водой сока, Игорь направился в ванную комнату, где принял контрастный душ. Это взбодрило организм настолько, что поход на работу перестал казаться таким уж безумием. Тем более что на сегодняшний день планировалось новое занятие с Аркадием Борисовичем, и пропускать его Игорю совершенно не хотелось.
– На прошлой нашей тренировке вы познакомились с главным качеством охранника – готовностью к самопожертвованию, – вещал Ждун, скрестив руки за спиной и вперив взгляд в лишь ему ведомую точку на стене за головами элементалей. Судя по всему, эта точка была ему гораздо интереснее любого из подопечных. – Сегодня бы будем работать над другими важными составляющими подготовки охранника. А именно – отработка навыков.
– Аркадий Борисович, разрешите задать вопрос? – подняла руку Ксения. Похоже, сыграв роль «объекта», она решила, что теперь ей бояться нечего и она может прервать речь преподавателя.
Ждуна это, впрочем, не сильно обеспокоило. Когда он посмотрел на нёё, его голос был спокоен и равнодушен:
– Слушаю.
– Зачем нам навыки охраны? – поинтересовалась Ксения, выразив общее мнение.
Надо сказать, этот вопрос назревал ещё с первого занятия, когда Аркадий Борисович прочитал целую лекцию об охране, а затем дал каждому почувствовать себя в роли защитника. Тогда это можно было списать на тренировку для общего развития: неизвестно, какие навыки могут пригодиться в будущем, однако сейчас Ждун вёл себя так, словно всерьёз планировал шаг за шагом превратить своих подопечных в профессиональных охранников. Из этого мог следовать только один вывод: руководство считало такую подготовку необходимой. Но для чего?
– Навыки охраны – крайне полезная вещь для любого военнослужащего, – издалека начал Аркадий Борисович, – Спектр выполняемых задач обширен, и справиться с ними тем легче, чем больше у тебя различных умений. Но если этого недостаточно, – дождитесь вашего начальника отдела. Он сам вам всё объяснит.
Игорь осмотрелся и выругался про себя. От недосыпа он стал настолько невнимательным, что и не заметил отсутствия Михаила Сергеевича на занятии. Следовало собраться.
Занятие Аркадий Борисович решил посвятить изучению приёмов захвата и удержания противника. На протяжении всей тренировки Игорь с трудом отрабатывал непривычные действия, чего не скажешь о доставшемся ему в напарники Артуре. Этот как раз чувствовал себя как рыба в воде.
– Да как тебе это удаётся? – возмутился Игорь, когда Артур ловкой подсечкой сбил его с ног и тут же выполнил болевой на руку. На всё это у него ушло не больше пяти секунд.
– Большинство приёмов, которые он показывает, есть в борьбе, – пожал плечами курчавый крепыш. – Не все, конечно – выкручивать преступникам руки за спину не учат, – но в любом случае знание борцовских приёмов очень помогает. Тебе, кстати, оно бы тоже не помешало.
Игорь кивнул. Он и сам понимал, что ему следует серьёзно заняться своими борцовскими навыками, – как минимум для того, чтобы научиться грамотно защищаться, – однако времени на это категорически не хватало. Разве что отказаться от занятий по стрельбе или тренировок с Юлей – однако Игорь не готов был пожертвовать ни первым, ни тем более вторым. Поэтому приходилось удовлетворяться теми крохами знаний, которые можно было подчерпнуть, наблюдая за Артуром.
Незаметно для всех Игорь и Артур стали если не друзьями, то как минимум достаточно близкими приятелями. Оказалось, что Артур был мастером спорта по вольной борьбе, и поэтому каждая их схватка превращалась в противостояние ударной и борцовской техник. А затем – в разбор полётов и обмен полезными замечаниями, позволяющими исправить ошибки и стать немного лучше, чем были до спарринга.
– Чтобы бросить соперника, тебе нужно сначала вывести его из равновесия, – терпеливо объяснял Артур, медленно демонстрируя приём ещё раз. – И чем ближе ты к нему подберёшься, тем проще будет сбить его с ног.
Игорь потряс головой, поднимаясь с татами. Теперь была его очередь. С подачи Артура, у Игоря худо-бедно начинало получаться. Артур одобрительно показал большой палец:
– Неплохо. Но теперь, чтобы закрепить этот приём в мышечной памяти и научиться выполнять его автоматически, тебе нужно как следует его отработать. Желательно – хотя бы десять тысяч раз.
– Сколько? – у Игоря глаза округлились от таких чисел.
– Мой… Тренер говорил, что для того, чтобы стать мастером, нужно каждый свой приём отработать минимум десять тысяч раз, – ненадолго запнувшись, пояснил Артур. – В боксе такого нет?
Игорь потёр подбородок. Ему никогда не говорили подобных цифр, однако, если задуматься, он тренировался больше десяти лет, и за это время наверняка выполнил каждый из ударов гораздо больше, чем десять тысяч раз. Вполне вероятно, что именно поэтому атаки руками происходили у него как будто сами по себе, не требуя никакой подготовки, а вот перед лоу-киками и приёмами борьбы происходила небольшая задержка. Тело словно не знало, что ему делать. Что же, это всего лишь дополнительный повод тренироваться ещё усерднее.
Помимо небольшого списка приёмов, продемонстрированных Аркадием Борисовичем, Артур показал Игорю несколько своих излюбленных приёмов. Убедившись, что партнёр запомнил, как они выполняются, Артур приободрил его:
– На самом деле, для того, чтобы хорошо уметь бороться, достаточно как следует отработать пять бросков и несколько болевых и удушающих. Всё остальное надо просто знать хотя бы на таком уровне, чтобы суметь правильно защититься.
Аркадий Борисович изредка бросал косые взгляды на Артура, который в своих объяснениях Игорю ушёл несколько дальше, чем требовал преподаватель, но большую часть тренировки молчал, уделяя своё внимание тем, кому не повезло попасть в пару с профессиональным борцом. Только в самом конце он подошел к ним:
– Хорошая борьба требует серьёзных и долгих тренировок, однако цель вашего подразделения – не участие в соревнованиях, а быстрое и эффективное обезвреживание противника. Для это хватит и трёх приёмов. Рекомендую уделить больше внимания проходу в ноги, подсечке и, например, броску через бедро. По крайней мере, в спецназе в первую очередь отрабатывают именно их.
Артур понимающе кивнул, и Ждун отошёл от них, чтобы раздать советы и другим сотрудникам. Повернувшись к Игорю, крепыш произнёс:
– Согласен с проходом в ноги и подсечкой, но бросок через бедро предлагаю заменить подхватом под две ноги. Бросок получается более жёстким и амплитудным, а выполнить его в бою гораздо проще. Давай покажу.
Когда занятие завершилось, в зал вошёл Глазунов. Кивнув Аркадию Борисовичу, он громко сказал:
– Всем доброго дня! Подойдите, у меня для вас важное объявление.
Дождавшись, пока мокрое от пота подразделение выстроится перед ним в одну шеренгу, Михаил Сергеевич заговорил:
– Принято решение создать особый институт, в котором будут обучаться элементали вне зависимости от их принадлежности к Дому. Туда так же смогут попасть и дикари, обладающие достаточным потенциалом. В этом учебном заведении люди, обладающие силой стихии, будут изолированы от остальных студентов, обучающихся в нашей стране, что позволит им получать профильное образование, направленное на нужды элементалей. СЗГ будет курировать этот институт. Наша задача – сделать это место максимально безопасным, не допуская конфликтов и стычек между элементалями.
Михаил Сергеевич умолк, давая всем переварить полученную информацию. Первым не выдержал Антон:
– Мы тоже будем там учиться, что ли?
Глазунов насмешливо посмотрел на керамического элементаля. Антон, которому уже стукнуло тридцать лет, абсолютно не хотел вновь превращаться в студента.
– Не беспокойся, обучаться вам не придётся. Наше подразделение будет посменно заниматься охраной Института Элементалей. Никто, кроме нас, не сможет обеспечить необходимый уровень безопасности.
Игорь про себя признал логику в словах начальника. Элементали, обладающие значительной силой, просто не стали бы воспринимать обычную охрану всерьёз. Да и противопоставить им обычному, пусть и подготовленному, человеку, было нечего. Стало понятно, почему последние тренировки для отдела проводил Ждун: те умения, которые он им прививал, для охраны были просто необходимы.
– Планируется, что Институт начнёт свою работу с сентября. У нас чуть больше трёх месяцев на то, чтобы как следует подготовиться. Аркадий Борисович окажет нам в этом всю возможную помощь. Есть ещё вопросы? – никто не ответил. Все крепко задумались о том, чем им предстоит заниматься, и высказывать своё мнение никто не спешил. Тем более, оно всё равно ничего не решало: решение было принято на слишком высоком уровне, чтобы что-то менять.
– Помимо тренировок, у каждого из вас в ближайшее время начнутся служебные командировки, – выдержав паузу, добавил Михаил Сергеевич, – Информацию о них я буду доводить лично. На этом пока всё. Можете быть свободны.
После тренировки Игорь чувствовал себя, как выжатый лимон. Непривычная нагрузка истощила все силы, заставив болеть даже те мышцы, о существовании которых молодой элементаль до этого и не подозревал. Приняв душ и надев чистую одежду, Игорь вышел из раздевалки. В зале, оперевшись спиной на стену, стояла Юля.
– Ждёшь кого-то? – невинно поинтересовался Игорь. Несмотря на разлившуюся по телу истому, он постарался выглядеть так, будто совсем не устал. Крутизна ведь начинается с внешнего вида, не так ли?
– Вроде того, – широко улыбнулась Юля, встречаясь с ним взглядом. – Пообедаем вместе?
– С удовольствием, – важно кивнул Игорь. Похоже, крутизна каким-то образом начала давать свои плоды даже раньше, чем он надеялся.
Наполнив подносы едой, они заняли небольшой столик в стороне от остальных. Юля ела молча, и Игорь, наскоро уничтожив свою порцию, заговорил первым:
– Как тебе тренировки с Аркадием Борисовичем?
Юля поморщилась. Занятия давались ей тяжело: хрупкая на вид девушка с трудом справлялась с заданиями Ждуна, которые были для неё такими же непривычными, как и для самого Игоря. Только вот с напарником ей повезло меньше: преподаватель поставил её работать с такой же девушкой – кажется, её звали Катя, – и они обе имели весьма слабое представление о борцовских приёмах. Недовольства Юле добавлял и тот факт, что на первой тренировке она не смогла справиться с защитой «объекта»: просто оттолкнув её в сторону, Аркадий Борисович, недовольно цокнув языком, дважды выстрелил в Ксению, а потом зачем-то добавил один пейнтбольный шарик в ногу Юле. Словом, поражение получилось довольно обидным.
– Он мудак, – честно ответила девушка, приятно удивив Игоря своей прямотой, – Но в связи с предстоящей работой по охране Института Элементалей – мудак крайне полезный. Думаю, его тренировки могут сыграть нам хорошую службу в будущем.
Игорю ничего не оставалось, кроме как согласиться с ней.
– Жаль, конечно, что мы будем простыми охранниками, – грустно добавила Юля. Игорь оживился:
– А что, ты предпочла бы стать студенткой?
Юля была старше Игоря на несколько лет, и в её возрасте обучение в ВУЗе давно должно было остаться позади. Тем не менее, девушка с горячностью заявила:
– Конечно! Это первый в истории подобный институт. Только представь, каково это – быть его студентом: никаких косых взглядов от людей, завидующих и опасающихся тебя из-за твоих способностей, – Юля ненадолго замолчала, словно вспомнив какой-то неприятный момент из своего прошлого, но тут же взяла себя в руки: – Никаких предметов, которые не пригодятся тебе в будущем. Знаешь, насколько сильно мне пригодились знания, полученные на филологическом факультете? – на этих словах Юля издала грустный смешок. – А я тебе отвечу: ни насколько! Я никогда не работала по специальности, да и не было в этом нужды: элементали редко занимаются обычной гражданской работой. Институт, ориентированный на людей с силой стихии, предполагает, что в нём не будет ничего лишнего. Получение только полезных знаний. Развитие способностей. Общение с такими же, как ты. Разве тебе не кажется, что это будет прекрасное место?
Игорь задумчиво потёр подбородок. Он не смотрел на ситуацию под таким углом, но после слов Юли вынужден был признать, что её рассуждения были разумны. Институт Элементалей имел все шансы на то, чтобы стать для одарённых людей лучшим местом для обучения, которое только можно представить. Поэтому Игорь ответил:
– Если честно, до разговора с тобой я не думал об этом в таком ключе. Ты права. Учиться в Институте, пожалуй, действительно было бы замечательно.
Юля широко улыбнулась, принимая похвалу. Похоже, общение с Игорём подняло ей настроение. А значит, нельзя было упускать удачный момент. Внимательно посмотрев ей в глаза – боже, какие у неё всё-таки красивые глаза! – Игорь не дал себе ни секунды на колебания и предложил:
– Знаешь, это слишком серьёзная тема, чтобы как следует обсудить её в столовой СЗГ. Как насчёт вместе поужинать?
ИНТЕРЛЮДИЯ
В первый день его расспрашивали. Здание, в котором он оказался, напоминало небольшой отель: по крайней мере, его точно привели в какой-то номер. Об этом свидетельствовала минимальное количество мебели в виде кровати, двух стульев у стола с тяжелой вазой с цветами и наличие своего санузла, которым Илья с удовольствием воспользовался. Иногда для радости достаточно сущих мелочей.
Сопровождающий его мужчина сказал, что скоро к нему придут, и оставил Илью одного. Мысли о побеге того даже не посещали: в том, что его быстро найдут, и тогда всё будет только хуже, врач ни на йоту не сомневался. Поэтому он занял один из стульев, облокотившись на его спинку, и принялся ждать.
Опрятный старик, телосложению которого позавидовали бы иные бодибилдеры, зашёл в небольшую комнату, когда Илья уже почти уснул прямо на стуле. К тому времени Мерцалов прождал почти два часа, и страх, поселившийся в нём после встречи с черноволосым мужчиной, успел изрядно притупиться. Впрочем, появление старика мигом взбодрило Илью:
– Добрый вечер. Надеюсь, я не заставил вас ждать слишком долго, – с едва заметной полуулыбкой произнёс вошедший.
Деликатное поведение ни на секунду не обмануло Мерцалова. Что-то в тёмно-карих глазах зрелого мужчины ясно давало понять: шутить с ним не стоило, иначе радушие, пусть и напускное, легко сменится недовольством. А вызывать недовольство старика, по одному приказу которого уничтожаются здания в центре города, было сродни изощрённому самоубийству. Илья пока умирать не хотел.
– Нет-нет, что вы, – ответил он, глядя на того, кого вначале счёл стариком. – Всё в порядке.
Мужчина действительно выглядел лет на шестьдесят: редкие волосы поседели настолько, что найти в них природный русый цвет можно получалось далеко не сразу; сухую кожу лица пересекали многочисленные морщины, особенно заметные между бровей и в уголках рта – похоже, этого человека легко было разгневать. В простом домашнем свитере с ромбическим рисунком и классических чёрных брюках, он выглядел, как, скажем, мог выглядеть генерал в отставке или политик, ушедший на пенсию. Если, конечно, эти самые генерал с политиком посвящали всё свободное время тренировкам с железом.
– Ну и замечательно, – всё с тем же вежливым выражением лица мужчина собрал пальцы в замок. Рукава свитера при этом жалобно натянулась, проявив очертания внушительных бицепсов. – Тогда, надеюсь, и вы не станете заставлять меня ждать и максимально подробно расскажете о своём последнем пациенте.
«Тоже? Вообще-то, я здесь два часа жду, – недовольно подумал врач. – Но, конечно, вы и так это знаете. И прекрасно понимаете, что я всё вам расскажу. У меня в любом случае нет выбора».
Илья послушно повторил всё, что каких-то несколько часов назад говорил черноволосому мужчине. Его первый слушатель выкрал его прямо из кабинета и уничтожил как минимум один этаж больницы. Мерцалов надеялся, что второй человек окажется более сдержанным.
Старик слушал Илью предельно внимательно. Казалось, он запоминает не только слова говорившего, но и все его движения, вплоть до малейшего изменения мимики. Илья внутренне поёжился: хорошо, что он решил не лгать. Этот мужчина мигом бы его раскусил. Когда Мерцалов замолчал, старик уточнил:
– Это всё?
– Да, – с готовностью ответил Илья. – Я рассказал вам всё, что знаю.
– Но не рассказал, что ты об этом думаешь, – мужчина наклонил голову набок.
Илья напрягся. От того, насколько хорошо ему удастся подобрать слова, могло зависеть его будущее.
– Я… Не понимаю, – Илья облизал разом пересохшие губы, – У парня явно высокий потенциал и необычная стихия… Но что-то не позволяет ему полноценно её использовать. Но у меня недостаточно знаний, чтобы сделать какие-то определённые выводы.
«Фух. Вроде ни слова лжи».
Удовлетворённый ответом, старик поднялся со стула:
– Спасибо за рассказ. Можете располагаться здесь.
Он направился к выходу, когда к Илье вернулся дар речи:
– Погодите! Я… Не могу уйти?
Мужчина остановился и с сожалением покачал головой:
– Боюсь, пока нет. Вам придётся побыть нашим… Гостем, пока мы не определимся с дальнейшими действиями. Не беспокойтесь: как только что-то поменяется, вы узнаете об этом первым. Доброй ночи.
И старик вышел, оставив Илью наедине с собой на несколько месяцев. Единственными, кто заходил к нему, были служанки, трижды в день приносившие ему еду. Илья пробовал их разговорить, но на всё вопросы они отвечали отработанным молчанием, и Мерцалову пришлось оставить бесплодные попытки. Тем более, что спустя две недели он нашёл себе собеседника.
Как врач, он знал, что сами с собой разговаривают только совсем уже спятившие безумцы. Себя он, конечно, к ним причислять не хотел.
– Я одного не понимаю, – неизвестно в какой раз обратился Илья к вазе. – Если я им не нужен, почему меня просто не убили? Я живу в этом номере и меня регулярно кормят. По сути, я приношу исключительно убытки! Думаю, для этих людей в разы проще было бы прикопать меня где-нибудь на пустыре. Но время идёт, а убивать меня никто не собирается! Так почему я всё ещё здесь?
Илья как-то читал, что во время ходьбы мыслительные процессы протекают быстрее, и теперь применял совет на практике, измеряя помещение шагами.
– С другой стороны, раз я до сих пор жив, значит, так нужно? Например, они ждут, чтобы я, проведя кучу времени в этой жалкой комнатушке, сломался и легко согласился с их требованиями? Да я давно уже сломан! Где договор, который нужно подписать?
Шли недели, а договоров никто не приносил. Сначала Илья нервничал, дёргаясь каждый раз, когда открывалась дверь. Он уже и сам не знал, чего ждать: хладнокровного убийцу, отправленного убрать лишнего человека, или вежливого юриста, предлагающего подписать какие-то бумаги. И не знал, кого следует бояться больше.
– А может, про меня просто забыли? – Илья повернулся к вазе и поскрёб изрядно отросшую бороду. В номере было мыло, новые зубные щётки и пасты, однако положить бритву никто не удосужился, а просить об этом служанок он не стал. Всё равно, скорее всего, проигнорируют. Да и говорить с ними ему больше не хотелось. Новый собеседник нравился ему больше: ваза, конечно, тоже не отвечала на его вопросы, но она по крайней мере не норовила от него сбежать.
– Или то, что я здесь, нужно кому-то ещё?
Илья уставился в потолок. Врачебное образование вкупе с неверующей семьей превратили его в убеждённого атеиста, однако сейчас он готов был цепляться за любую теорию, как утопающий за соломинку. Надеясь, что ваза не сильно расстроится, Мерцалов обратился к потолку:
– Почему ты сохраняешь мне жизнь? Я должен кому-то помочь? Но кому, и как?
Потолок промолчал. Возможно, из солидарности с вазой. Но Илье это было и не нужно – мозг, нуждающийся в нагрузке, буквально уцепился за последнюю мысль. Мерцалов вскочил с кровати так резко, что перед глазами замелькали звёзды:
– Если я не нужен тем, кто меня поймал… Значит, я нужен Лазареву?
Это могло иметь смысл. Илья принялся размышлять: почему схватившие его элементали так интересуются Лазаревым? Наверняка причина в огненных корнях его стихии. Таких же, как у того, кто выкрал Илью из больницы. Скорее всего, у пугающего старика тоже что-то связанное с пламенем. Судя по силе, которую он излучал, возможно даже, что и чистый огонь.
Илья широко раскрыл глаза. Вот оно. Для того, чтобы у потомка была лава, среди его предков должны быть силикатные каменные породы и чистый огонь!
Это многое объясняло. Старик явно был родственником Лазарева, и, вполне возможно, имел непосредственное отношение к проблемам Игоря с использованием стихии. Только как он может быть связан с ограничивающими рунами? И почему, чёрт возьми, Илью с его знаниями до сих пор не убили?
Илья вновь откинулся на подушки. Сейчас у него не было ни дорогой аппаратуры, ни элементарного компьютера, ни даже банальной тетради для записей. Однако его не покидало чувство, что он, возможно, ещё никогда не был так близок к самому важному открытию в своей жизни. Расслабив всё тело, Игорь с пониманием посмотрел в потолок:
– Ты ведь поэтому оставил меня в живых, верно? Чтобы я помог Лазареву? Ну что же, если так, то, надеюсь, ты меня прикроешь. В любом случае жить здесь вечность я не хочу. Уж лучше умереть.
Медленно, давая себе последний шанс одуматься, Илья поднялся с кровати. Но отступать было поздно: надпочечники начали усиленно выделять адреналин, и Мерцалов почувствовал, как по его венам начинает струиться азарт. Возможно, в последний раз. Илья подошёл к вазе и ласково провёл по ней рукой:
– Знаешь, без твоей поддержки мне не справиться.
За несколько месяцев нахождения в номере Илья привык к тому, что служанки приносят еду в строго определённое время. Ужин, например, привозили строго в семь вечера. Поэтому, когда дверь открылась, пропуская служанку с тележкой, Илья был готов.
«Ну, это тебе за то, что игнорировала меня».
Ваза с треском разбилась о затылок с плотным пучком волос, отправив потерявшую сознание служанку на пол. Илья тут же бросился к ней. Полноватая женщина лет тридцати пяти не шевелилась. Понимая, что теряет бесценное время, Илья всё-таки проверил пульс и осмотрел её голову: в конце концов, он давал клятву Гиппократа. Только после этого он извинился, и, отсалютовав на прощанье потолку, вытащил тележку в коридор и закрыл дверь.
Выбраться, когда служанка откроет запертую дверь, вырубить её и сбежать. Только сейчас Илья начал осознавать, сколько прорех в его гениальном плане.
Во-первых, любой человек, оказавшийся поблизости, гарантированно поставил бы крест на дальнейшем побеге. К счастью, коридор был пуст, поэтому настало время во-вторых: Илья понятия не имел, как ему выбраться! Всё, что он помнил, – это лестница, по которой он поднимался с подземной парковки. А что делать дальше?
«Так. Номер на четвёртом этаже. Чтобы сбежать, в любом случае нужно спуститься на первый», – мысленный разговор с самим собой был единственным средством, чтобы не паниковать. Всё так же толкая перед собой тележку, Илья начал спускаться по лестнице. И замер, приблизившись к третьему этажу, потому что оттуда доносились голоса:
– Да ты видел цены на эти машины? Я такие деньги тратить не собираюсь, – недовольно вещал один из говоривших.
– Конечно, не собираешься – у тебя же их нет, – хохотнул другой.
Илья осторожно выглянул из-за угла. По коридору, удаляясь от Мерцалова, шли двое переругивающихся между собой мужчин в костюмах.
«Дело плохо. Если это патруль, то они могут заметить пропажу пленника. А значит, надо бежать как можно быстрее», – поторапливал себя Илья, спускаясь по лестнице на второй этаж. И вновь остановился, удерживая предательски скрипящую тележку. Он уже начал жалеть, что взял её с собой.
Спуск на первый этаж перегораживала пластиковая дверь с наклеенной на неё табличкой «Запасной выход». Илья с надеждой подёргал за ручку. Закрыто. Проклиная про себя идиотов-работников, закрывших дверь на ключ, Игорь повернулся ко второму этажу. Ему предстояло преодолеть весь коридор.