Текст книги "Тернии Тегваара (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Гришанин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 11

Глава 11

Мечник

Приглядевшись к налетчику, Артем разобрал человеческую фигуру, до пят укутанную тусклым серым и едва различимым в ночи плащом, лицо ее скрывал низко опущенный капюшон. В обеих ладонях незнакомец сжимал длинную рукоять двуручного меча, с причудливой формы клинком: узким и прямым у основания, широким и волнообразным на конце.

Своим грозным оружием мечник беспрерывно выписывал вокруг тела замысловатые восьмерки. Все эти подробности Артем с первого взгляда сумел разглядеть лишь благодаря до сих пор сохранившемуся боевому ускорению режима тени. Для нетренированного глаза стороннего наблюдателя стремительные, как мельканье крыльев мотылька, движения мечника слились бы в неразличимый серый вихрь – так быстро он вращал вокруг себе огромный клинок.

Этот новый персонаж битвы, вдруг разыгравшейся на городском кладбище лунной летней ночью, прикрыв спиной ослабевшего от ран Артема, недвусмысленно дал понять упырихам-горбуньям, что вступил в схватку на стороне теней.

Первую, замешкавшуюся и не успевшую вовремя отскочить с его пути, горбунью мечник вывел из строя весьма эффектно: одним точным молниеносным ударом-выпадом он снес ей голову с плеч. Однако, вопреки логике и здравому смыслу, обезглавленный труп монстра не завалился тут же наземь, а грузно плюхнулся на четвереньки и шустро засеменил прочь от опасного обидчика. Почти сразу же шейным обрубком, с мерзким чавкающим звуком, обезглавленная тварь врезалась в чугунный забор могильной ограды. Преградившее путь препятствие поумерило ее пыл. Безголовая горбунья развернулась, и неторопливо поползла вдоль ограды, тщательно обшаривая когтистыми лапами кладбищенскую землю перед собой.

Догнать и расчленить на диво живучий труп монстра серому мечнику, разумеется, не позволили две другие горбуньи, тут же с двух сторон одновременно насевшие на обидчика их товарки. Снова вооружившись найденным огрызком лопаты, Артем попытался было подняться на подмогу одинокому союзнику. Но отскочивший мечник тычком локтя по лбу вернул парня обратно на землю, беззвучно упредив таким образом раненого героя, чтобы не путался под ногами и не мешал ему биться в полную силу.

Не успевший никак среагировать даже на такое бесхитростное нападение мечника, Артем вынужден был признать свою очевидную ущербность в бою из-за раны. Затаившись за спиной союзника, он больше не предпринимал попыток подняться с земли и наблюдал за дальнейшей скоротечной схваткой из лежачего положения.

Скорость перемещения по полю боя и мастерство владения клинком у мечника оказались на уровне выпускника Школы Теней, он неуловимым серым призраком мелькал меж двух разъяренных упырих, а его меч успевал, при этом, не только отражать все до единого выпады из четырех когтистых лап, но периодически весьма опасно контратаковать в ответку. И, в отличии от ржавой лопаты Артема, раны на телах горбуний, оставляемые широким волнистым концом его клинка, не затягивались тут же прямо на глазах с пугающей быстротой, а начинали шипеть и дымиться, будто вместе с честной сталью в плоть страшилищ каким-то невероятным образом попадала до кучи еще и какая-то чрезвычайно едучая кислота. Эти поджаривающиеся изнутри раны хоть и не причиняли нечувствительным к боли упырихам страданий, но, определенно, сильно раздражали тварей, заставляя их нервничать. Из-за чего те совершали новые ошибки, чаще подставляться и, как следствие, получать все больше и больше дымящихся разрезов и уколов на своих телах.

Не прошло и минуты с начала отчаянной зарубы одинокого мечника с парой клыкасто-зубастых страшилищ, а обе горбуньи уже утопали в клубах черного в ночи дыма, исторгаемого их заживо сгорающим в адском пламени нутром.

Меж тем, третья обезглавленная упыриха тоже даром времени не теряла. В дальнем углу обшаренной ей вдоль и поперек могилы тварь нашарила-таки свою чумазую, испачканную землей отрубленную башку и, как шапку, тут же нахлобучила ее обратно на обрубок. Аккуратно придерживая находку обеими руками на разрубленной шее, упыриха наконец распрямилась.

Ужасные, пустые бельма мертвых глаз на приставленной к телу башке через считанные мгновенья сменились осмысленным взглядом, на налившейся зловещим багрянцем радужке по новой проступили черные стрелы вертикальных зрачков. Покосившись на сражающихся с мечником дымящихся товарах, ученая отсечением башки упыриха зябко передернула плечами. Решительно развернувшись, она, по-прежнему не отнимая рук от приставленной к обрубке головы, быстро заковыляла обратно с сторону старого кладбища. Игнорируя удобные для хождения утоптанные тропинки меж могилами, быстро улепетывающая одинокая горбунья через каждые три шага комично задирала ноги высоко вверх, перешагивая через полуметровые чугунный ограды. Скоро одинокая горбатая фигура в побуревшем от грязи одеянии достигла края высоких разноцветных оград и, нырнув в ближайший проход межу могил, скрылась из виду.

Артему, тем временем, даже лежа без движения на земле, с каждой секундой становилось все хуже и хуже. Глубокие раны от острых упыриных когтей на боку обильно кровоточили. Пытаясь замедлить кровотечение, Артем прижал к ранам носовой платок и накрыл его сверху обеими ладонями. Это отчасти помогло, кровь, мгновенно пропитав платок, стала медленно сквозь него сочиться, а не выплескиваться толчками, как поначалу. Но под давлением ладоней и без того болезненные раны превратились в совершенно невыносимые источники беспрерывной муки. Артему теперь казалось: будто в каждую рану на боку невидимые палачи воткнули по раскаленному железному пруту и беспрерывно эти пруты, не извлекая из ран, ворочали из стороны в сторону. А после того, как запахло горелой плотью поджаренных мечом упырих, ощущение выжигающего бок каленого железа стало настолько реалистичным, что Артем, все чаще отрывая свой взор от боя, стал невольно озираться на зажимающие разодранный бок окровавленные руки, опасаясь увидеть вырывающиеся из-под пальцев клубы черного дыма.

Артем крепился изо всех сил, стараясь не подавать виду: как на самом деле ему сейчас хреново, и не отвлекать от боя мечника своими стенаниями. Он подавлял сколько мог рвущийся наружу болезненный вопль, но вместе с сочащейся из ран кровью парень продолжал терять силы, и скоро перед его глазами все начало болезненно двоиться и расплываться. Еще через какой-то весьма незначительный временной интервал бедняга стал на секунду-другую отключаться от реальности и проваливаться в черноту беспамятства. И вот в этом уже отвратительно-беспомощном состоянии ничем не сдерживаемые жалобные стоны Артема стали-таки прорываться сквозь до хруста стиснутые зубы.

Еще через пару минут отчаянного рубки до превратившихся практически уже в тлеющие головешки, изрезанных и исколотых вдоль и поперек упырих наконец дошло, что они не в силах совладать с мечником. Чудовища прекратили безнадежные наскоки на противника, попятились, развернулись и, уподобившись кенгуру, гигантскими прыжками припустила наутек, вдогонку за своей, по новой привыкающей к отрубленной башке, товаркой.

Мечник в сером плаще не стал их преследовать. Сунув меч в широкие заплечные ножны, он склонился над корчащемся от боли, непрерывно стонущем и уже почти не приходящем в сознание Артемом, заставил болезного расцепить судорожно вцепившиеся в бок ладони и, наскоро осмотрев раны, не придумал ничего лучшего, чем придавить их уже своими руками.

И чудесным образом это вдруг помогло. Безобразно растянувшиеся, черные раны, с густой сеткой желтого гноя внутри, на побагровевшем от разошедшегося во все стороны воспаления боку под удивительно холодными (несмотря на долгий непрерывный бой) ладонями мечника стали на глазах сходиться, превращаясь в узкие полоски свежих, чистых разрезов. Показавшая на них вскоре ярко-алая кровь тут же свернулась, образовав твердые корки болячек, которые через считанные секунды покрылись сетью трещин и осыпались на землю, явив взору красные, самую малость припухшие полоски свежих шрамов. А еще через несколько секунд шрамы побелели и опали до состояния рубцов годичной давности. Самого же искусника-целителя с первого до последнего мгновенья совершаемого им чудодейственного таинства беспрерывно трясло и корежило точно так же, как недавно завывающего от невыносимой боли Артема, но лекарь мужественно вытерпел откат и оторвал перемазанные чужой кровью ладони от снова порозовевшего бока Артема лишь тогда, когда на месте былых ран остались едва заметные белесые росчерки.

Боль в боку вдруг исчезла, зрение прояснилось, и первое, что увидел очнувшийся от тяжелого забытья Артем, были два огромных фиолетовых глаза, фосфоресцирующих в ночи из глубины серого капюшона, склонившегося над ним незнакомца.

– Кто ты? – едва слышно прошептал Артем и испуганно примолк, пораженный слабостью и старческой дрожью своего голоса.

– Выпей, это поможет тебе на пару часов вернуть силы, – вместо ответа на вопрос, приказал дважды спасший его жизнь незнакомец, левой рукой тут же приложив к пересохшим губам Артема литровую пластиковую бутылку с каким-то пахучим травяным настоем, а правой – приподнял голову парня с земли и помог Артему поудобнее устроиться на локтях.

Напиток, как через секунду выяснил Артем, оказался довольно приятным на вкус. И он буквально физически ощущал, как с каждым глотком чудесного зелья по новой наливаются силой его атрофировавшиеся мышцы. От переизбытка силы и энергии вскоре в ушах как-то странно застучало…

Глава 12

Глава 12

Будто сглазили

Однако, прислушавшись к этому новому тревожному ощущению, Артем понял, что никакой это не стук крови в ушах, а самые что ни на есть реальные звуки ударов.

Воспользовавшись своим приподнятым над землей положением, Артем скосил глаза в направлении ударов, и в просветы между покосившимися памятниками и крестами вскоре увидел Вику, продолжающую на асфальтовой дороге двумя измочаленными лопатами отбивать атаки наседающих горбатых тварей.

Открывшееся зрелище подстегнуло и самого Артема к действию (благо, после чудодейственного глотка он ощущал мощнейший прилив сил). Провалившись в боевой режим тени, Артем попытался сбежать на помощь напарнице. Но заботливо придерживающая его сзади под голову рука, молниеносно среагировала на эту его спонтанную попытку: рванула вдогонку за дернувшимся подопечным, ухватила за шиворот и рывком вернула на место. И тут же легким шлепком по шее несостоявшийся беглец был выведен из ускоренного режима тени.

– Успеешь еще с вампирами схлестнуться, сперва допей, – строго отчитал подопечного незнакомец, и Артем был вынужден подчиниться.

«Вампиры⁈ – мысленно ужаснулся Артем, временно лишенный возможности озвучивать свои эмоции из-за необходимости глотать напиток, непрерывным потоком по новой хлынувший в рот. – Ну разумеется!.. И теперь это многое объясняет. Похоже Марсул предвидел, что нас с Викой будут ожидать здесь подобные „очаровашки“. Потому прислал нам в няньки этого неразговорчивого мага.»

Лишенный возможности лично поучаствовать в «веселье» и вынужденный наблюдать со стороны за перипетиями схватки напарницы, Артем невольно подметил, что атакующие ее трое когтистых страшилищ (вампиров тут же мысленно он себя поправил), наряду с очевидным сходством в облике и повадках с его недавними противниками (вампирами), имели и ряд существенных отличий. Лохмотья викиных вампиров не были похожи на почерневшие от грязи старые изодранные женские платья, а гораздо больше походили на мужские костюмы. Еще фигуры этой троицы вампиров были поплотнее, помассивнее, поплечистее и без характерных полушарий на груди. Из чего Артем вывел, что на Вику напали представители сильного пола чудовищ.

Как только пластиковая бутылка опустела, незнакомец подхватил Артема за подмышки и помог ему подняться на ноги. И тут же выяснилось, что спаситель макушкой своего капюшона едва доставал до носа спасенного.

– Да кто же ты такой? – повторил свой первый вопрос Артем, едва вновь получил возможность говорить, и, на сей раз одним им не ограничившись, тут же добавил: – Тебя сюда ведь прислал Магистр Марсул?

– Вот возьми, – вместо ответов, незнакомец стащил с запястья левой руки тонкую цепочку браслета и вложил Артему в ладонь. На цепочке обнаружился продолговатый металлический прямоугольник. Опережая очередной вопрос, загадочный тип в сером плаще тут же пояснил: – Это флэшка. На ней находится интересная тебе информация. Посмотри ее, когда вернешься домой.

И ограничившись этим скудным комментарием, незнакомец в сером плаще, утратив тут же интерес к спасенному Артему, бросился на выручку Вике, на бегу извлекая из-за спины свой удивительный меч.

Артем сунул цепочку с флэшкой в задний карман джинсов и, подхватив с земли свою иззубренную в недавнем отчаянном противостоянии лопату, с укороченным вдвое черенком, бросился вдогонку за загадочным магом.

Помощь подоспела очень вовремя. Аккурат перед появлением мечника в сером плаще, буквально секунд за пять до того, как он вступил в схватку, измочаленные лопаты в руках у девушки, столкнувшись в очередном, бог весть каком по счету, жестком стыке с вампирскими когтями, одновременно преломились у самого основания. После чего в руках у Вики остались лишь малоэффективные деревянные дубины. Но напарницу Артема, нужно отдать ей должное, эта фатальная, по сути, неприятность не выбила из колеи. Она тут же перестроилась на работу с более легким и хрупким оружием, сместила хват с конца на середину все еще достаточно длинных черенков и закрутила в обоих руках их на манер боевых шестов.

И когти врагов, сунувшихся было под маховики этих импровизированных деревянных лопастей, отбросило в сторону точно так же, как и до этого при столкновении со сталью лопат. Но если раньше при контакте когтей с закаленной сталью вырывались лишь яркие в ночи снопы искр, то теперь каждый удар по когтям сопровождался характерным деревянным треском от глубоких зарубок и роем разлетающихся во все стороны щепок и стружек.

Понятно, что в текущем режиме жесткого беспощадного боя на взаимных сверхскоростях, деревяшки против вампирских когтей долго б не протянули. Но, для защиты в течении пяти секунд, девушке пары черенков хватило с лихвой, а дальше, как снег на голову, на наседающих вампиров обрушился подоспевший мечник.

Не дотянувшись до шеи крайнего вампира, спаситель в сером плаще от души рубанул его по неприкрытой спине, начисто перерубив кровососу позвоночник и обездвижив таким макаром на какое-то время одного из тройки грозных противников. Раненый вампир злобно шипящим истуканом завалился на бок, а из широкого разруба на его спине, вместо крови, повалил едкий вонючий дым. Но, как и в предыдущей схватке с вампиршами, мечнику не позволили сразу добить обездвиженную жертву. Двое товарищей раненого кровососа, забыв о размахивающей палками девице, тут же атаковали более грозного противника в сером плаще и, не щадя себя, ценой нескольких пропущенных и тут же задымившихся царапин, вынудили мечника отступить на пару шагов, и прекратили самоотверженно бросаться под лезвие меча лишь когда раненый собрат оказался вне пределов его досягаемости.

Осознав, что ее больше никто не атакует, Вика растерянно остановилась. Впервые за несколько минут сумасшедшей круговерти боя девушка позволила себе прервать сумасшедший танец из череды бесконечных приседаний, прыжков, нырков, наклонов, прогибов, отскоков, кувырков, разворотов туловища, рук и ног под самыми немыслимыми углами. Тяжело дыша, она изумленно уставилась на продолжающуюся в нескольких метрах отчаянную схватку одинокого мечника и двух злобных когтистых чудищ. Третьего своего противника Вика обнаружила за спинами сражающихся, без движения лежащим на животе с огромной раной под лохмотьями вспоротого пиджака, из которой густо валил дым. И буквально через пару секунд у нее на глазах по, казалось бы, мертвому телу валяющегося на дороге монстра, пробежала судорога, после чего глубокая рана на спине начала срастаться, руки и ноги монстра вновь обрели подвижность, а когти – стали отчаянно рубить асфальт в пока что тщетных попытках оттолкнуться от него и вновь вскочить на ноги.

Судя по тому, как лихо управлялся клинком одинокий мечник и какого труда двум когтистым чудовищам напротив (с дымящимися от многочисленных порезов боками и лапами) стоило сдерживать его атаки, защищая подступы к постепенно оправляющемуся от тяжкого увечья товарищу, в поддержке со стороны Вики незнакомец в сером плаще не особо-то и нуждался.

Измочаленные на концах черенки в руках зрительницы, замедлив вращение, полностью остановились. Пользуясь передышкой, девушка дала возможность передохнуть основательно издерганным кистям и запястьям. Конечно, о полном расслаблении в эту короткую передышку и речи идти не могло, из боевого режима тени Вика не выходила ни на мгновенье, оставалась по-прежнему собранной и готовой, при малейшей угрозе, мгновенно взорваться серией защитных действий. Но пока ее не тревожили, она предпочла слегонца перевести дух и понаблюдать со стороны за ходом в буквальном смысле слова жаркой схватки… От меча наседающего на монстров союзника тела обоих когтистых страшилищ быстро покрывались узорами дымящихся ран, и в некоторых местах прямо на глазах превращались уже в обугленные головешки.

– Ты как, цела? – спросил напарницу подбежавший Артем (он так же пребывал в боевом режиме тени, и для Вика его речь прозвучало понятно, а не растянутой до безобразия абракадаброй).

– И невредима, – откликнулась девушка и, обернувшись, растерянно ойкнула: – Ой, что это у тебя? Кровь? – указывая измочаленным концом деревяшки на огромное бурое пятно, залившее всю левую сторону майки.

– Цапнул один вампир, – покаялся Артем. – Вот из-за этого облажался, – он показал напарнице наполовину стесанный деревянный конец лопаты.

– Вампир⁈ – охнула потрясенная Вика.

– Ну да, а на кого еще, по-твоему, походят эти клыкастые образины. Всю бочину мне гад распахал. Думал все – не жилец. Порвут меня ща чудовища, как тузик грелку. Но тут красавчик этот, как чертик из табакерки, выскочил, – Артем ткнул иззубренной лопатой в сражающегося мечника. – И реально спас мне жизнь.

– Кто это? – спросила Вика и, покосившись за спину отбивающихся от мечника вампиров, добавила: – Ты глянь, какие гады живучие, он уже на четвереньки пытается встать. – Девушка указала напарнику на вампира с перерубленной спиной, который и впрямь, кое-как отжался от асфальта на дрожащих от напряжения руках и стал медленно подтягивать под себя непослушные ноги.

– Судя по голосу – мужик. Больше ничего о нем тебе сказать не могу. Я его конечно спрашивал, но он не пожелал представляться, – подробно отчитался Артем, отвечая на первоначальный вопрос напарницы. – Еще я знаю, что этот парень не только мечом махать горазд, он еще целитель отменный. Мои раны на боку за считанные секунды затянул, да так искусно, что от них даже шрамов не осталось. Думаю, он здесь по поручению Марсула. Приставлен к нам Магистром, типа, для охраны.

– Ишь ты…

– Но это не точно. Чисто мои домыслы.

– Че мы так и будем в сторонке титьки мять? Давай, что ли, хоть третьего вампира добьем, пока в полную силу не вошел, – предложила Вика.

– Ага, так тебе и дадут к нему приблизиться, – возразил Артем. – Давай-ка, лучше отсюда убираться подобру-поздорову. А этот лихой рубака, уверен, и без нас прекрасно с кровососами управится.

– Уходите! – подтверждая его слова донесся приказ сражающегося мечника. – Обо мне не думайте! Я о себе позабочусь! А вам здесь оставаться опасно!

– Слышала? Уходим. – Подхватив напарницу под локоть, Артем потянул ее по дороге прочь от сражающихся.

– Тени не бросают своих в беде, – заявила в ответ Вика, вырывая локоть из рук напарника.

– Угомонись, с этими хламом против когтей вампиров ты много не навоюешь. Лишь по-глупому подставишься, – попытался вразумить девушку Артем. – Мой обрубок лопаты тоже никуда не годится – распоротый бок тому подтверждение. Было бы у нас нормальное оружие, тогда другое дело. А так, мы лишь тупо подставимся под вампирские когти, и нашему другу придется отвлекаться на нашу защиту. Не мне тебе рассказывать, чем обычно заканчиваются подобные фокусы.

– Прочь! – отрываясь от боя, вновь крикнул на мнущихся на месте теней мечник.

И этот очередной его призыв решил исход уговоров Артема.

Когда вторично молодой человек подхватил под локоть Вику и повлек за собой прочь от сражающихся, девушка больше не сопротивлялась.

Под ускорением боевого режима за считанные мгновенья отбежав на полторы сотни шагов, на границе нового и старого кладбищ тени дружно обернулись, чтобы напоследок еще разок глянуть на безупречную технику своего заступника, теснящего двух дымящихся вампиров, как юркий дельфин зубастых, но недостаточно проворных, акул. И надо же было такому случиться, чтобы аккурат в этот момент лихой мечник вдруг, ни с того, ни с сего, оступился на ровном месте, словно взгляды пары обернувшихся беглецов его сглазили.

Эта роковая оплошность стоила воину в сером плаще очень дорого. Мечника вдруг коряво качнуло в сторону. Утратив на секунду концентрацию и контроль над телом, он инстинктивно использовал меч в качестве дополнительной точки опоры и все равно, не удержавшись, неуклюже осел на одно колено.

Вампиры на подобный подарок судьбы среагировали молниеносно, с двух сторон дружно кинулись на жертву и мертвой хваткой впились зубами и клыками в различные части тела.

Испустив мучительный, переполненный боли и отчаянья, стон, мечник попытался вырваться из смертельных объятий врагов. Он отчаянно задергался, заколотил мечом по спинам терзающих его вампиров. Подстегнутые страхом смерти его силы удесятерились, и Артему с Викой даже показалось, что у него это может получиться. Но к двум вампирам, с трудом удерживающим его в коленопреклоненном положении, весьма своевременно присоединился третий. Как побитая собака, кое-как доковылявший до жертвы на четвереньках инвалид впился клыкастой пастью в правое запястье мечника, вынудив того разжать ладонь и выпустить из руки грозный меч.

Обезоруженный мечник покорился своей страшной судьбе, прекратил сопротивление и, отдавшись на растерзание кровожадной троице, позволил вампирам завалить себя на асфальт.