Текст книги "Рогатый берспредел (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Гришанин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 29

Глава 29

Распалившийся не на шутку Зараза, в порыве гнева, развернул во всю ширь огромные крылья, и яростными хлопками увесистых кожаных полотнищ за считанные мгновенья посбивал наземь с ближайших лестниц-дорожек разом тройку застывших там фигур зомбаков. Точно так же крылья питомца накрыли еще и одного призрака-контролера, парящего тут же по близости, но бестелесное порождение некромантии воздушной волной лишь слегка качнуло в сторону.

Оно, конечно, ущерб нанесенный заразиными крыльями по итогу вышел ничтожный. Сбитые на землю зомбаки тут же самостоятельно поднялись и, как ни в чем не бывало, наперегонки заковыляли к относительно невысокому бортику дорожки-ступени у перекрестья с внешним кругом оснований звездных лучей. А потревоженный призрак тоже, безо всякой агрессии в адрес крылатого быка, спокойно сместился обратно на прежнее место. Однако, само происшествие, вне зависимости от нанесенного крыльями питомца ущерба, нежданно-негаданно послужило толком для разблокировки оцепенения, наложенного на пентаграмму техникой распорядителя. И на гигантской внутренней звезде снова началась активная движуха.

По новой ожившая жертва кровожадных черепов отчаянно заголосила на верхотуре стены центрального пятигранника. И тут же первому бедолаге вторил второй мученик, истошным воплем информируя округу о возвращение в основательно пожеванное хищными черепами тело жизни и боли. Повторять фокус с оцепенением округи погонщик-орк отчего-то не решился. То ли посчитал бестолковой тратой сил, дескать один фиг тупая рогатая животина конкурента своими здоровенными крыльями снова всех «разбудит». То ли вынужден был взять паузу в активации техники из-за системных ограничений на повторный каст стойки. Как бы то ни было, но факт заключается в том, что наложению очередной паузы на запустившийся вдруг процесс кровавого ритуала распорядитель предпочел казнь скопившихся вокруг него жертв.

Всего несколько мгновений понадобилось погонщику-орку, чтоб, грациозно ткнув пару раз вперед-назад пронзателем, ударами милосердия оборвать мучения орущих бедолаг. Но и такой малости мне хватило, чтобы скастовать девятую стойку Изумрудного берса и, сорвавшись с заразиной спины, взвиться в ледяную дождливую хмарь, ухватившись за кончик топорища читерского системного оружия, нацеленного в центральную часть пентаграммы-пирамиды.

Да, проще было просто швырнуть топор по отвлекшемуся на казнь жертв серошкурому ублюдку, никак не ожидающему коварного удара в спину от собрата погонщика-орка. Но, во-первых, я не был на все сто уверен, что нанесу смертельную рану врагу с первого де броска. Все-ж-таки разделяющие нас примерно сорок метров дистанции были залиты струями дождя. А опыта прицельного метания сквозь дождь у меня было ни разу недостаточно для уверенного поражения цели с такого достаточно внушительного расстояния. В случае же промаха, раскрыв мои агрессивные намерения, погонщик-орк тут же принял бы меры по защите от дистанционных атак. Учитывая же, что он выше меня уровнем развития, эти его меры сходу одолеть мне уже вряд ли не получится. Когда же, по воле погонщика-орка, нас с питом атакует окружающая толпа нежити, я сам из охотника превращусь в жертву. А оно мне надо? Во-вторых, интуиция подсказала, что даже удачно исполненный смертельный бросок, не решит поставленной системной задачи. Ведь главной целью моего задания здесь было уничтожение источника некротической энергии, коим являлась истекающая кровью альфа под ногами у распорядителя ритуала, а вовсе не сам погонщик-орк. Поразить же следующим броском топора альфу, почти целиком скрытую за высокими стенами центрального пятигранника, с текущей позиции было практически невозможно. Потому, в любом случае, следующим ходом мне придется перемещаться ей на спину. Вот и выходило, что выбранный мною отчаянный перелет в центр пентаграммы на топоре не только повышал точность нанесения смертельного удара погонщику-орку, но и выводил сразу на оперативный простор для решения главной системной задачи.

Умница Зараза своевременно подыгрывал моей задумке и практически одновременно с вертикальным взлетом хозяина в дождливую высь встал в нашем секторе на дыбы. Спрятав таким макаром опустевшую спину от погонщика-орка, он дал мне дополнительные шансы скрыться в дождливой воздушной пелене и долететь до цели незамеченным.

В подтверждение нашего удачного взаимного маневра, снизу раздалось раздраженное шипенье погонщика-орка:

– Да угомони уже своего ревуна! – направленное в адрес рогатого исполина. Вздыбленная на задних копытах многометровая туша которого в моменте изрядно возвысила крылатого быка с краю над центральной частью пентаграммы-пирамиды и вызвала тем самым лютое раздражение переставшего быть «царем горы» распорядителя. – А то!..

Озвучить погонщику-орку угрозу помешал уже, разумеется, я. Из дождя внезапно рухнувший бедняге на голову.

Первый удар топором пришелся по кисти сжимающей пронзатель руки. И здоровенное бревно-копье, с отсеченной ладонью, падает на спину альфы. Шокированный от внезапной атаки и болевого шока погонщик-орк реагирует на возникшую смертельную опасность с замедлением, и я успеваю отшвырнуть его подальше от пронзателя. Прикосновение к которому, вроде как, способно вернуть серошкурого ублюдка практически с того света – а оно мне надо?

Шипя проклятья, погонщик-орк бросается мне в ноги, в отчаянной попытке дотянуться до пронзателя второй невредимой рукой. Но встречный двойной-рубящий в моем исполнении, разрывая его широкую грудь практически на две отдельные половинки, ставит конечную точку в нашей взрывной сшибке.

Соскользнув с топора, фонтанирующий черной кровью погонщик-орк спиной заваливается на лобастую башку своей полумертвой альфы и начинает плавно соскальзывать вниз. Тут же почуявший свежую кровь монстр изнанки вдруг на миг оживает. Широченная клыкастая пасть альфы распахивается в жутком оскале. И серошкурый мучитель тут же проваливается в нее целиком и мстительно проглатывается, даже не жуя… Преображение альфы из жалкой в смертельно опасную длилось считанные секунды. Но мне и этой малости хватает за глаза. Проняло аж до пят. Так что даже на относительно безопасной хребтине монстра стало вдруг, как босиком на раскаленных углях.

Отвлекая от начавшейся неврастении, очень вовремя перед внутренним взором загорелось системное уведомление:

Внимание! За убийство погонщика-орка 10 уровня развития вам единовременно зачисляется 71483 единиц живы.

И тут же, едва успел дочитать первое, текст перед внутренним взором сменилось новым системным логом:

Внимание! За успешное выполнение индивидуального призового задания: по уничтожению за означенный временной интервал дополнительно трех погонщиков-орков девятого и выше уровня развития, под ваш личный контроль переходит обещанная локация «ДесятьУлицОзероПарк».

– Да ладно, – выдохнул я потрясенно. – Это че, получается: задания Зыбкого мира по-прежнему активны?

Как видишь, – раздался в голове насмешливый голос Психа.

Но толком расспросить наставника дальше не удалось. Потому как, пока топтался по бугристой хребтине монстра изнанки и вчитывался в текст двух поряд системных оповещений, положение израненной альфы под ногами вдруг резко еще более ухудшилось. Удерживающие пленника шипастые цепи, словно в отместку за сожранного альфой погонщика-орка, вдруг стали круто затягиваться прямо у меня на глазах. И задушенный за считанные секунды под ногами зверь, с вывалившимся безвольно языком, уже отчаянно задергался в предсмертных конвульсиях.

На уровне интуиции тут же приходит понимание, что такая смерть, устроенная своей зверюшке постфактум почившим погонщиком-орком – ведь цепями ж альфу сковал лично он – абсолютно не выгодна мне, потому как наверняка запустит далее через таинственный функционал пентаграммы процесс последующего слива в реальность накопленной в источнике некротической энергии. И в сложившемся цейтноте я не смог придумать ничего лучшего, как подобрать с загривка альфы чудом удержавшийся там до сих пор пронзатель сгинувшего распорядителя.

И бинго, блин!

Этот мой спонтанный порыв оказался пресловутым спасательным кругом. Ситуация с «взбесившимися» цепями мгновенно нормализовалась. Цепи спокойно разъехались до первоначально размера. И альфа, судорожно втянув обратно в пасть язык, сперва зашелся в хриплом кашле с выступившей на зубах кровавой пеной, но наконец с грехом пополам сделал-таки первый спасительный вздох.

Однако далее уже со мной начала творится лютая дичь.

Уже с не иллюзорном пронзателем в левой руке мне приоткрывается вдруг завеса тайны о происходящем тут кровавом ритуале. Мои глаза вдруг, словно рентген, насквозь просвечивают тела окружающих смертников, атакованных на центральном пятиграннике черепами личей. Я вижу, как зловещая багровая дымка зарождается в телах еще зомбаков вокруг мест укушенных снаружи черепами. Как дымка эта стремительно перетекает от мест укусов в центральную верхнюю часть тела и там скапливается, концентрируясь, внутри сердца и легких. И как под давлением этой концентрированной дымки вдруг пробуждается и начинает заново биться гоняющий кровь моторчик, и сокращаются следом от первого глубокого вздоха легкие… Вторым этапом откровения мне вдруг приходит понимание, что смертельный удар пронзателя, направленный в нужную точку, разрывая одновременно сердце и легкие, мгновенно высвобождает всю сконцентрированную в них только что, скопленную в жизненно важных органах, энергию. Ту самую пресловутую некротическую энергии, что от контакта с пронзателем мгновенно воспламеняется внутри глубокой раны и за считанные мгновенья буквально выжигает тело изнутри, только что окончательно упокоенное смертельным ударом. Прогоревшая изнутри жертва через пару секунд осыпается пеплом. Но не простым, а опять же до предела насыщенным все той же уцелевшей в огне некротической энергией. Далее осыпающийся на альфу пепел без остатка затягивается специфическими ранами зверя, исполненными в виде темных рун-накопителей. И собираемая таким макаром энергия копится внутри огромного тела альфы, формируя постепенно гигантский контейнер-источник. Завихрения багровой центрифуги которого, размером примерно с двадцативедерную бочку, я прямо сейчас наблюдал под ногами, жутким чужеродным ренгеном поневоле просвечивая тело альфы… Ну и под занавес навеянного чужим пронзателем откровения пришло еще понимание, что в текущем состоянии уже сформированный внутри альфы источник некротической энергии заполнен примерно на восемьдесят процентов. То есть в многострадальную тушу альфы еще можен поместиться примерно пять ведер некротической энергии. Учитывая же, что с каждого замбака, оживленного черепами и окончательно упокоенного пронзателем, через поглощенный пепел сцеживалось примерно полстакана некротической энергии, колоть жертвы мне еще предстояло здесь пипец как долго.

Но, что поделать, дело есть дело. К тому же, пока зависал и переваривал нюансы нахлынувшего откровения, продолжавшие беспрерывно фигачить в пентаграмме помощники уже буквально запрудили все рамки пятигранника отоваренных черепами смертниками. Аж четверо из которых уже орали от лютой боли в только-только ожившем теле. Ну, как говорится: на ловца и зверь бежит.

Не помня себя от вдруг нахлынувшего азарта, я замахиваясь пронзателем на ближайшую вопящую от боли жертву…

Острие несется аккурат к подсвеченному концентратом багровой энергии пятну на груди вонючего бомжары…

Вот так, уничтожив погонщика-орка и, подобрав его оружие, я вдруг сам незаметно превратился в реальное серошкурое чудовище.

Глава 30

Глава 30

Направленный мной пронзатель останавливается в считанных сантиметрах от цели. А я сам, словно вынырнув рывком из дурного сна, прояснившемся взором взираю на знакомый длиннющий заразин язык, на манер монструозного браслета мертвой хваткой перехвативший кисть едва не совершившей убийство руки. Сам же питомец отыскался тут же, как ни в чем не бывало, парящим в паре метров над головой.

Разумеется, на первый взгляд, не было никакого чуда в том, что крылатый бык смог за несколько секунд одолеть разделявшую нас сорокаметровую дистанцию. Так-то Заразе такое пустяшное расстояние на один взмах крыльев. Но! Вот хоть убивайте меня не пойму: как он, вообще, решился слепым взлетать в дождь? И уж совсем необъяснимо: как сквозь шум дождя потом незрячий питомец так точно отыскал меня внизу? И безошибочно перехватил языком аккурат выброшенную в ударе руку?

Меж тем от заразиного языка сперва по руке, а потом и по остальному моему телу, прокатилась ощутимая волна тепла, и я даже как будто различил в окружающем дождливом сумраке сопровождающее живительное тело золотистое сияние. Под воздействием этой дарованной напарником энергетической подпитки одурманенные мозги мои мгновенно встали на место.

И в голову тут же ворвался отчаянный вопль наставника:

Сопротивляйся!.. Ты слышишь меня, Денис?.. Вот так! А теперь медленно опусти эту бандуру вниз!

Мне стало ужасно стыдно, что едва не стал убийцей беззащитного бедолаги, и без того только-только пережившего чудовищное перерождение.

– Спасибо, бро! – прошипел я своему крылатому спасителю.

Сжимающий кисть мягкий «наручник» ослабил хватку. Получив возможность снова управлять рукой, я аккуратно опустил пронзатель острием вниз.

– Муууу!.. – взревел удовлетворенно над головой могучий рогатый летун, перекрыв даже в моменте своим ревом истошные вопли корчащихся от боли жертв.

– О Вечный! Зараза! Молю тебя! Заклинаю! Осчастливь недостойную милостью своей! – вдруг членораздельно заголосила одна их окровавленных жертв – чумазая бомжиха с копной слипшихся от грязи волос – рухнув на колени и просто чудом не сорвавшись, при этом, с высокой стены пятигранника.

– Э-э, ты че?.. – офигел я.

Мой питомец же воспринял происходящее совершенно спокойно. И чудь подавшись вперед, с царственным видом опустил кончик своего многометрового языка на голову бомжеватой просительницы.

Я снова – и уже гораздо ярче – увидел золотистое сияние в дождливом сумраке Изнанки волной сбежавшее вниз с языка по насквозь мокрым лохмотьям бомжихи. Мне почудилось в процессе, что под воздействием золотого цвета мгновенно латаются дыры в одежде и раны на теле несчастной. Преображение оборванки длилось не больше секунды и закончилось эффектным исчезновением цивильно одетой девушки в золотистой воронке портала. Вернее, не совсем девушки. Как не скоротечно было это сотворенное питомцем чудо, я успел разглядеть в процессе острые рожки, мгновенно отросшие на месте старых обломков, скрытых до того под грязной копной волос, тоже стремительно преображенной живительным сиянием от языка пита в красивую стильную прическу. Вот и вышло, что взмолившейся о помощи жертвой оказалась не девушка-человек, а буренка-минотавр. Уж не знаю: каким макаром эта самка минотавра стала зомби и как угодила потом сюда, в толпу нежити, предназначенной для кровавого ритуала? Зато сразу нашлось объяснение неистовой веры несчастной в заразином участии.

Ну да, он же мифический зверь ее народа, – подтвердил мои выводы раздавшийся в голове голос Психа.

– Муууу!.. – похвалился, меж тем, показанным фокусом рогатый выпендрежник.

– Да уж. Крут. Нечего сказать, – шикнул я в ответ.

– Пожалуйста! И меня тоже! Вечный!..

– Зараза! Заклинаю! Спаси!..

– Молю! Не откажи! Вечный!.. – попадав со всех сторон на колени, наперебой заголосили вдруг остальные жертвы оживляющей атаки черепов, скопившиеся на стенах пятигранника.

– Муууу!.. – досадливо проворчал питомец, но язык все-таки на грязные лохмы одного из горлопанов возложил.

Дальше снова случилось секундное преображение мифическим золотистым сиянием оборванца инвалида в цивильно одетого здоровяка с финальным исчезновением в золотом вихре портала. И все это для счастливчика обернулось так же стремительно, как ранее с буренкой.

Разобравшись с первым просителем, заразин язык переместился на следующего. Потом на следующего. И так далее по кругу…

Не скрою, ждал, что после очередного заразиного преображения окровавленного «бомжика», вместо человека, за миг до исчезновения в вихре портала, там вдруг снова появится невероятный минотавр, или представитель какой-нибудь иной экзотической разумной расы. Увы, на первом десятке мифических чудес ожидаемого не случилось. Из раза в раз под чудодейственным языком питомца из жертв возрождались банальные мужчины и женщины. А дальше мне в два голоса намекнули, что череда беспрерывных чудес не будет длится бесконечно:

Первым из прострации меня вывел возмущенный рев пита:

– Муууу!..

И следом подлил тут же масла в огонь невидимка-Псих нотацией в голове:

Действительно. Че-т ты, Дениска, расслабился прям уже лишака… А дело-то, меж тем, все еще недоделано. Силы ж у питомца не безграничны. Он хоть и мифический зверь теперь, но еще едва оперившийся пока. И того гляди сам скоро от истощения наземь рухнет. Тебе ж для дела он нужен полным сил и боевого задора. А отказать в просьбе адептам новым, истово в него поверившим, натура мифического зверя не позволяет. Так что уж не тупи, будь добр…

– Да понял уже, – шикнул обоим «начальникам». И скоренько прикинув: как половчей застопорить закрутившуюся стараниями пита карусель, тут же приступил к реализации немудреного плана.

Пять метких бросков топором – благо, сосредоточенные каждый на своем участки личи совершенно не следили друг за дружкой и позволили мне легко каждого по очереди завалить – и через считанные секунды перед внутренним взором ожидаемо загораются строки победного уведомления:

Внимание! За убийство пяти стражей-личей вам единовременно зачисляется 82524 единицы живы.

С ликвидацией личей, как не сложно было просчитать, сам собой затух процесс оживления зомбаков. Ведь без специфической обработки зомби выпущенными личами черепами, остальные взбирающиеся на стены пятигранника урчуны оставались по-прежнему тупыми вонючими ублюдками.

Зараза скоренько позаботился о последних взывающих к нему о помощи жертвах. Ну и далее все пять граней возвышенности вокруг нас с питом стали постепенно заполняться урчащими вонючками.

Дожидаться, когда скопившиеся вокруг зомбаки начнут толкаться и скидывать друг-дружку внутрь пятигранника на тело альфы, в мои планы, разумеется, не входило. Пора было уже сворачивать весь этот балаган. Потому я скастовал восьмую стойку техники Зеркальный шаг, призывая под свои знамена восьмерку зеркальных двойников.

Сюрприз! Призванные помощники оказались моими человеческими копиями, без доступного для маски погонщика-орка нейтралитета с порождениями Изнанки. Потому зеркальные двойники, едва материализовавшись вокруг меня, немедленно сами превратились в объекты охоты для окружающей нежити. К счастью, для представляющих реальную угрозу достаточно многочисленного отряда рыцарей-скелетов расстояние до центра пентаграммы было достаточно внушительное, и в силу специфики местной конструкции атаковать дружно широким фронтом опасные мечники не могли. Призраков-контролеров же внутри пирамиды было считанные единицы, а их молнии, хоть и неприятно потряхивали моих двойников, смертельно поразить из были не в силах. Ну а со скопившимися на стенах пятигранника примитивными зомбаками мои парни разделались на раз-два, просто перепрыгнув к ним с хребтины альфы и по разку махнув вокруг себя топорами.

Далее, направляемые моей волей «призывники» (без потерь, разумеется) перескочили на спины ыыбжей, предоставленных в треугольных загонах на короткое время самим себе, после гибели личей. И яростно заработав топорами, стали со всем старанием добивать монстров изнанки, и без того ослабленных за время ритуала обильной кровопотерей из рунических ран. Конечно навалившаяся тут же горстка неуязвимых призраков и подоспевшие второй волной с некоторым запозданием уязвимые, но хорошо защищенные стальным доспехом, рыцари-скелеты, пытались пресечь истребление скованных цепями и обреченных на убой ыыбжей. Но основательно подорванное здоровье последних превратило некогда чрезвычайно живучих монстров изнанки в легко уязвимых инвалидов, пары-тройки добрых молодецких ударов по головам которых с лихвой хватало для фатального исхода.

Системные уведомления о гибели ыыбжей стали наперегонки загораться перед моим внутренним взором:

Внимание! За убийство ыыбжа стадии развития Король вам единовременно зачисляется 9173 единицы живы.

Внимание! За убийство ыыбжа стадии развития Король вам единовременно зачисляется 8338 единиц живы.

Внимание! За убийство ыыбжа стадии развития Король вам единовременно зачисляется 9718 единиц живы.

Внимание! За убийство ыыбжа стадии развития Динозавр вам единовременно зачисляется 22397 единиц живы.

Внимание! За убийство ыыбжа стадии развития Динозавр вам единовременно зачисляется 19378 единиц живы.

Исполнившие основную задачу двойники далее на всех пяти направлениях-звездах пентаграммы увязли в отчаянной рубке с навалившейся рати из призраков и рыцарей-скелетов. Я же, получив системное подтверждение о гибели последнего ыыбжа, просто вогнал в глаз последнего задействованного в ритуале монстра изнанки – то бишь смертницы-альфы – пронзатель погонщика-орка.

Надежней было б конечно нацелить острие бревна-копья в главное сосредоточие некротической энергии возле сердечной мышцы монстра. Но броню огромных спинных мышц альфы мне этой непривычной ковырялкой не пробить было даже через достаточно глубокие разрезы, в изобилии покрывающие ее шкуру. То бишь сердце монстра для смертельной атаки мне было недоступно, и пришлось через глаз фатально поражать мозг альфы. Благо, из-за переизбытка в ее теле некротической энергии, достаточно внушительная концентрация «багрового тумана» отложилась и в голове обреченной на погибель страдалицы. При смертельном ранении в мозг, контакт «тумана» с наконечником должен был спровоцировать самовоспламеняющийся выброс некротической энергии аналогичный смертельному удару в сердце.

Должно было сработать.

Теоретически.

Я искренне в это верил.

Но как там выйдет на практике узнаю чуть позже… Пока же лишь самую малость не довожу до конца смертельный удар. Разворотивший глазницу пронзатель – вернее его острейший наконечник – был остановлен мною в считанных миллиметрах от взрывоопасного тумана. Благо, я по-прежнему могу словно через рентген наблюдать области скопления некротической энергии в теле альфы. Это помогло рассчитать нужную силу безопасного удара.

Но стоило выпустить из руки бревно понзателя, и тяжело раненого монстра, ожидаемо, тут же начинает душить и стремительно добивать стягивающая шею шипастая цепь. Теперь альфа по любому сдохнет через считанные секунды. Но для успешной реализации поставленной системной задачи мне важно, чтоб сдохла смертница все-таки от укола пронзателя, и спровоцированный им взрыв сжег к буям всю накопленную в теле альфы некротическую мерзость.

– Ну же! Давай, родимый! – кричу вверх в порыве бешенного азарта.

Но эта команда уже совершенно ни к чему. Потому как, заранее предупрежденный питомец срабатывает безо всякой указки, как часы. Едва отрываю от пронзателя руку, как меня тут же поперек туловища подхватывает язык пита, и Зараза мощными хлопками крыльев начинает стремительно набирать высоту.

Мысленно досчитав до трех, бросаю вниз топор, целя обухом по торчащему из окровавленной глазницы толстому древку пронзателя. Расстояние до цели еще меньше десяти метров. Промахнуться невозможно. Попадаю четко, как хотел. Тяжелый топор мощно толкает пронзатель. И оставленные миллиметры до «багрового тумана» рывком с лихвой пробиваются острием.

Секунду ничего не происходит. Все вокруг замирает в тоскливом ожидании. И даже капли дождя невероятным образом словно на миг останавливаются в воздухе, замирая вокруг меня, тоже висящего на языке питомца.

А потом разверзается кромешный Ад.

Стена ослепительно-белого огня резко взбухает аж до заразиного брюха. А мне остается лишь уповать на читерскую прозорливость и фантастическую реакцию слепого питомца, успевшего по какому-то наитию закинуть меня на спину аккурат перед таранным огненным ударом снизу. Бронированные брюхо и конечности самого пита выдерживают этот Армагеддон стоически, а вот здоровенным бычьим шарам достается конкретно, и в обиженном заразином реве на сей раз отчетливо проскальзывают непривычно высокие для брутального зверя нотки:

– Муууу!..

Не рискую прикалываться над «яичницей» пита. Самому тоже немногим легче. От контакта огня с водой все вокруг мгновенно затягивает обжигающим паром. И следующие пару секунд я вынужден сжаться в комок на широкой заразиной спине, зажимая ладонями лицо.

На очередном взмахе крыльев пита встречный восхитительно ледяной и дождливый ветер сносит обжигающий пар. Открываю тут же лицо и, чуть смещаясь вбок, заглядываю вниз.

Значительно опавший, но до сих пор бушующий, огненный шквал продолжал пожирать могильник Изнанки, выплеснувшись изрядно за пределы сгинувшей в гиене огненной пентаграммы.

Мои расчеты оказались верными на все сто. И вырвавшаяся на свободу энергия, не встретив на пути дополнительных ловушек-поглотителей – коими, на случай подобного форсмажора, должны были стать тушки пятерки ыыбжей (живые тушки разумеется) – раскатилась на сотни метров окрест, почище горящего напалма, мгновенно испепелив на могильнике всю многотысячную толпу зомбаков, вместе с «обслуживающим персоналом». О чем, кстати, с небольшим запозданием меня проинформировал очередной системный лог, приписав грандиозную победу нам всеми и вся мне, как нанесшему роковой удар пронзателем устроителю Армагеддона.

Внимание! За убийство 15783 зомби, 154 рыцарей-скелетов, 26 призраков и 1 альфы гончей мрака стадии Легенда, вам единовременно зачисляется 9457128 единиц живы.

Внимание! За успешное выполнение задания от сюзерена: уничтожение за 24 часа источника некротической энергии, влияющей на территорию безымянного баронства 4281/12/09, присоединенного к владениям графини Гуй Чи, вы награждаетесь 3000000 единиц живы, а так же дополнительно поощряетесь списанием всех текущих долгов перед сюзереном (графиней Гуй Чи).