Текст книги "Рогатый берспредел (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Гришанин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Глава 10

Глава 10

Страйк не подвел. Ровно через десять секунд после моего исчезновения его кирпич с мощным плюхом всколыхнул идеально ровную изумрудную гладь пруда. Я же, тем временем, под отводом глаз активизированной иллюзорной техники, аккуратно выбрался из кустов и, спустившись с небольшого пригорка поближе к берегу, с призванным в руку топором приготовился достойно встретить атаку потревоженных всплеском тварей.

Однако, вопреки моим чаяньям, первый бросок кирпича злоты проигнорировали.

Потому следующий провокационный заброс Страйка сопровождался вспомогательным градом из всевозможного мусора, попавшегося под руку прочим засевшим в кустах игрокам.

Составившие на сей раз компанию одинокому кирпичу многочисленные снежки, палки и куски пулусгнившего дерна к мощному плюху главного снаряда прибавили дополнительную рябь вдоль береговой линии водоема, вкупе с расходящимися от грязного мусора бурыми земляными разводами. И вот этот мусорный «залп» нынешним обитателям паркового пруда ну очень не понравился.

Зарябившей после обстрела изумрудная вода пруда в прибрежной части вдруг взорвалась мириадами разлетающихся в стороны струй и брызг. В сопровождении которых из глубин водоема на берег многометровыми прыжками одновременно рванули раздраконенные злоты.

Один, два, три… пять… десять… тринадцать! – мгновенно подсчитал и в подсознании зафиксировал я взвившиеся над бурлящей водой жобоподобные фигуры.

Давид сильно недооценил размеры обосновавшегося в парковом пруду выводка злотов. Высокоранговых тварей здесь оказалось в разы больше его оптимистического прогноза. И если б не наша коварная начальная придумка, в открытой схватке против такой толпы тварей стадий не ниже вожака, тем более при наличии среди них целых трех «королей», мои шансы на победу оказались бы призрачными. Но, как говорится, «если бы» не считается.

Ударивший мгновенно навстречу атаковавшим злотам огненный шторм нашего старика резко обломал хотелки гигантских зубастых жаб. Стена огня в которую дядя Яша разом вложил весь свой Резерв маны продержалась на берегу всего секунды три, и теоретически пробиться сквозь этот Ад водоплавающие рептилии вполне могли, с их прочной, как стальная кольчуга, чешуей, к тому же обильно смоченной водой из пруда. Да подпалило б им знатно пуканы и прочие не шибко прикрытые броней части тел, однако выжить обожженные твари потом смогли бы точно. Учитывая же сумасшедшую регенерацию высокоранговых злотов, и страдать от ожогов довелось бы тварям потом не так уж долго. Но это, если знать, что охватившее тело прямо в воздухе, когда подпрыгнувший монстр уязвимей всего, жаркое кусачее пламя продлится всего-то считанные секунды. Злоты же, разумеется, о продолжительности огненного шторма не имели ни малейшего понятия. Зато все они четко знали, что за спинами совершенно точно остался пруд, с тысячами кубометров спасительной ледяной воды. Потому расчет наш сработал на все сто, и опаленные в атакующем прыжке злоты, едва приземлившись на берег, тут же все дружно развернулись и, спасаясь от бушующего повсюду огня, прыгнули обратно в воду.

И аккурат в момент вышеозначенного их коллективного панического разворота позабывших о защите тварей атаковал уже я. Благо, плащ Изумрудного Берса вкупе с активированной, разумеется, заранее защитной техникой «Стальной вепрь» заслонили мои тело и голову от бушующего огненного шторма, а надетая на лицо маска Изумрудного Берса позволила отчетливо различать врагов сквозь багровые сполохи бушующего пламени. Двойными рубящими из седьмой стойки Изумрудного берса я успел фатально отоварить тройку ближайших рептилий: пару «вожаков» и одного «короля». Увы, на больший подвиг не хватило даже читерского проворства игрока девятого уровня.

Еще одного злота я попытался достать топором уже в обратном прыжке сбегающей от огня твари. Однако прицел мне сбил прилетевший пипец как невовремя сверху кирпич «везунчика» Страйка. И вместо основания шеи жабоподобному монстру, мой топор вдребезги разнес чертов кирпич на подлете к цели. Злот же, отделавшись легким испугом от грянувшего над холкой хлопка, благополучно долетел до воды и в числе десятка спасшихся от огня собратьев-счастливчиков с шипеньем ухнулся в спасительные изумрудного глубины пруда-логова.

Почти сразу же, как сбежавшие злоты скрылись под водой, огненный шторм снаружи стал стремительно затухать и через секунду совсем сошел на нет. Однако воцарившаяся по окончании фаер-шоу на берегу оглушительная тишина продлилась не долго.

Обнаружившие потерю сразу троих собратьев злоты воспылали жаждой мести, и ринулись всей кодлой обратно на берег.

Опасаясь очередного потока встречного огня, на сей раз твари действовали гораздо осторожней. Перемещались короткими прыжками. И на берег выбирались в несколько скачков – являя собой эдакую накатывающую неторопливо волну из десятка массивных жабоподобных тел, еще зловеще дымящихся после недавней конкретной поджарки.

Не встретив на сей раз на берегу заслона из кошмарной огненной стены, злоты приободрились и разделились. Шестеро тварей под руководством одного из выживших «королей» направилась к телам зарубленных собратьев, с очевидным намерением затащить своих мертвецов обратно в пруд. Оставшаяся четверка злотов, прибавив скорость, по грязной слякоти, в которую превратилась после огненного шторма растаявшие прибрежные сугробы, наперегонки поскакала к холму, в кустарнике которого безошибочно вычислила прячущихся людей.

Оставаясь по-прежнему под скрытом по новой скастованного «Дыхания пепла», я внезапно сбоку атаковал ускорившуюся четверку. Серией двойных рубящих завалил перво-наперво возглавившего атакующий квартет «короля», и следом, по полной реализуя эффект неожиданности, зарубил повторным спаренным ударом топора из убойной стойки еще и ближайшего к «королю» преследователя «вожака».

Маскировка после активного действия, ожидаемо, с меня слетела. И пара уцелевших «вожаков», шарахнувшись в сторону от смертельной угрозы, пронзительно зашипели, призывая на подмогу остальных ковыряющихся чуть в отдалении собратьев.

Осознавая, что вот-вот окажусь в плотном кольце сразу из восьми хоть и не идеально здоровых после недавней поджарки, но по-прежнему прыгучих и смертельно опасных, высокоранговых тварей, я тут же активировал свой козырь, бережно хранимый аккурат для подобной засады на протяжении всего богатого на приключения утра.

Каст Духовитого флера вынудил метнувшуюся было на меня толпу злотов шарахнуться в сторону, остервенело чихая и в кровь раздирая когтистыми передними лапами забившиеся невыносимой вонью ноздри. Эффект этой абсолютно безобидной для хозяина абилки, но буквально сбивающей способных обонять врагов волной невыносимой вони, продлился считанные секунды. Выхлоп в окружающую атмосферу духовитого флера на открытой местности ожидаемо стремительно улетучился. Но дарованные этой замечательной техникой мне пара секунд относительного спокойствия позволили реализовать куда как более трудоемкий каст восьмой стойки Зеркального шага.

И возобновившуюся атаку очухавшихся от шокирующей вони злотов, вместо меня одного, уже встретили восемь призванных читерской техникой зеркальных копий игрока девятого уровня.

Дальнейшая схватка вышла жаркой, но скоротечной. Схлестнувшиеся с моими зеркальными двойниками в яростном обмене самыми смертоносными ударами злоты через считанные секунды поголовно лежали порубленными, дергаясь в смертельных конвульсиях. Из моих же клонов стычку лоб в лоб благополучно пережила аж половина. Могло бы уцелеть и пятеро зеркальных двойников, но на последней секунде замеса, когда продержавшийся дольше собратьев «король» уже тоже заваливался от обилия глубоких рубящих ран, одному из пары победителей грозного злота точнехонько по темечку прилетело кирпичом от нашей группы поддержи. Последовавшее за пипец «удачным» броском растерянное «Ить…» подтвердило и без того очевидное авторство сего сомнительного достижения.

– Страйк – придурок малахольный! Еще раз при мне рискнешь без команды свой гребаный кирпич куда-либо запустить, я тебе потом в жопу его запихаю и ручки твои шаловливые, до кучи, еще к хренам переломаю! – рявкнул я в сторону опасливо выбирающихся из-за куста игроков.

– Ить… – покаянно схватился за голову чудило на букву «м», своим дурацким броском только что превративший в зеркальную пыль одного из моих победителей-двойников.

И даже балабол Давид не рискнул вступиться сейчас за конкретно накосячевшего фаворита.

Однако горькую пилюлю дурацкой потери клона нормально так подсластил загоревшийся вскоре перед внутренним взором победный системный лог:

Внимание! За убийство 10 злотов стадии вожак и 3 злотов стадии король единовременно зачисляется 113756 единиц живы в Запас. И в качестве бонусного поощрения за индивидуальную победу над значительно превосходящего числом, но сопоставимого уровнем развития, противника дополнительно начисляется +1 к параметру Давление.

Каким-то чудом уловив мое намерение, выжавшие после зарубы с тварями зеркальные двойники, в четыре топора дружно приступили к разделке мертвых злотов. Не теряя времени попусту, я тут же присоединился к ним. И за оставшееся время действия техники Зеркальный шаг совместными усилиями мы успели разделать и выпотрошить троих из тринадцати уничтоженных жабоподобных монстров.

За четвертый труп злота мы тоже дружно взялись впятером, но примерно на середине процесса все мои помощники осыпались на землю дождем зеркальной пыли, и заканчивать сноровисто начатую слаженной командой разделку мне пришлось в унылую одиночку.

Покрутившиеся какое-то время вокруг меня игроки, так и не дождавшись ответа на озвученный Давидом закономерный вопрос: нахрена я этой фигней страдаю? – в итоге разбились на охотничьи ватаги, и отправились инспектировать на наличие затаившихся тварей окружающие высотки.

Я же, предоставленный самому себе, продолжил самозабвенно орудовать топором, аккуратно разделывая на части воняющие скисшей тиной трупаки злотов… И за сим ни разу не интересным, но, как выяснилось по итогу, весьма полезным лично для меня занятием, задержался у пруда еще примерно на час.

Благодаря чему, кстати, стал невольным свидетелем постепенной смены цвета воды в парковом пруду с невероятного изумрудного на обычной грязно-бурый, и формирования пока что лишь с краев у самого берега прозрачной ледяной корки. Эти подмеченные мной, параллельно с непрерывной разделкой злотов, изменения соседнего водоема косвенно подтвердили полное уничтожение обосновавшегося было там выводка жабоподобных выходцев с Изнанки.

Внимание! Найден двенадцатый фрагмент ребуса «это». Обнаружено 12 фрагментов из 25.

Оставшееся время на исполнение ребуса: 9:12:14:28… 9:12:14:27… 9:12:14:26…

Разделанные злоты порадовали меня аж тремя новыми кусочками полосатого металла. Причем, финальный третий фрагмент, что особенно приятно, я отыскал аккурат в последнем разделанном трупе твари – выходит, не зря ковырялся тут битый час, перепачкав по колено ноги и заляпав по локоть руки в фиолетовой крови монстров.

Хорошо еще с топора, как с системного предмета, кровь и прочая слизкая дрянь из нутра монстров соскакивали сами собой – стоило лишь развеять заляпанное до крайности оружие, и призванный в следующее мгновенье обратно в руку топор материализовался уже в первозданной чистоте.

С испачкавшейся невольно из-за кровавых брызг одеждой пришлось потом еще изрядно повозиться на берегу, скобля снегом и замывая ледяной водой из пруда бесчисленные фиолетовые пятна и пятнашки. Все оттереть и отмыть, разумеется, мне все равно не удалось, но все же с грехом пополам привести спортивный костюм в достойный вид вроде бы удалось.

Время близилось к обеду. А я еще сегодня толком даже и не завтракал. Конечно в большом пространственном кармане плаща, при желании, можно было отыскать пару-тройку шоколадок, завалявшихся там еще с времен злоключений с дурачком Максимкой. Но мне захотелось на перекус чего-то более существенного. Благо кругом было множество домов с открытыми квартирами сгинувших бесследно хозяев. Можно было запросто наведаться на кухню в каждой и с немалой вероятностью достаточно быстро отыскать там что-нибудь вкусненькое, и куда как более аппетитное, чем тривиальная шоколадная плитка.

Вот я и отправился на поиски…

Глава 11

Глава 11

Уже на подступах к подъезду выбранного дома землю под ногами вдруг так тряхануло, что тротуарная наледь в округе пошла трещинами. Да и сама пятиэтажка напротив среагировала на резкую встряску жалобным дребезжанием оконных стекол. Но как выяснилось еще через несколько секунд случившийся земляной толчок являлся лишь прелюдией к последующему глобальному системному оповещению, полыхнувшему перед внутренним взором:

Внимание! Всем игрокам Зыбкого мира, пережившим первые 24 часа изменения миропорядка, поощрительным бонусом начисляется по 1000 ед. живы в Запас и по +1 к показателям Память и Медитация.

Внимание! Объявляется подплинтусный шторм! Трепещите, малоуровневые ленивцы, ваши бывшие незаметные соседи отныне становятся очень даже заметными и тоже начинают охоту за живой.

В подтверждение системной страшилки подъезд стандартной пятиэтажки встретил меня зловещими хрустом и скрежетом, доносящимися в основном из-за неплотно прикрытых (а порой и беспечно распахнутых) квартирных дверей. Но не только. Прямо на моих глазах трещина, толщиной не более пары миллиметров, в середине четвертой ступени первого лестничного пролета вдруг словно вспухла изнутри и под салют из каменной шрапнели с громом оружейного выстрела обернулась натуральной норой в бетоне, из которой наружу деловито высунулась усатая хитиновая морда и стала энергично выбираться на волю из каменного плена.

Позволять гигантскому таракану, системными щедротами разом вымахавшему до размеров моей ступни, спокойно выбраться на лестницу я, разумеется, не стал и, призвав в руку топор, рубанул мутанта маноемким боковым ударом из второй стойки Изумрудного берса.

Получив за эту «победу» от системных щедрот ничтожные пару единиц живы, я рванул в крайнюю квартиру первого этажа, уже представляя себе примерно что меня будет там ожидать.

Но действительность все-таки не слабо так впечатлила. Сперва я играючи прихлопнул в полумраке коридора всего парочку метнувшихся мне наперехват усатых камикадзе, о способе появления здесь которых красноречиво свидетельствовали выдранные в двух местах с корнем куски плинтуса, и открывшиеся за ними внушительные выбоины внизу стен под клочьями разодранных обоев, с россыпью перемолотого в пыль и мелкую крошку бетона и прочего строительного мусора. Однако уже в кухне, куда, как не сложно догадаться, я направился из коридора в первую очередь, меня встретила настоящая рать рыжих усачей, размером с увесистый мужской мокасин каждый.

– Твою ж мать! – невольно вырвалось у меня при виде сплошного шевелящегося ожившего кошмара кругом. – Таких теперь точно тапком не прихлопнешь.

Они были повсюду: на полу, на столе, на кухонных шкафах, на плите, на холодильнике, на стенах и даже на потолочной люстре. Все насекомые-мутанты что-то деловито скребли, раздирали и ворошили передними лапками, а из-за их бурной деятельности со стен и потолка настоящими водопадами осыпалась шпаклевка вперемешку со штукатуркой. С ящиков и бытовой техники на пол летели мелкие опилки. А с широких досок обшарпанного пола слоями сходила деревянная стружка. Лязг же беспрерывно что-то перемалывающих всеядных жвал и вовсе слился в относительно маленьком помещении кухни в непрерывный стрекот, наподобие зловещей погремушки гремучей змеи – здоровенной такой, многохвостовой.

Мое появление на пороге не заставило тараканов броситься врассыпную, как раньше. Однако и к своим текущим делам усатые паразиты все мгновенно утратили интерес, дружно скосив буркала-виноградины на неожиданном визитере. На секунду в кухне воцарилась напряженная тишина. Закончившаяся слитным рывком банды усачей на так неосмотрительно подставившуюся одинокую жертву.

Разумеется, эти только-только созданные системой нулевки не могли нанести моему серьезно прокаченному телу урона от слова совсем. Однако их довольно сильные лапки с бритвенно-острыми коготками и мощные жвала вполне способны были порвать мою одежду и обувь, и даже частично сожрать и то и другое, учитывая наличие и там и там не смытых до конца фрагментов фиолетовой крови злотов. Но отступать перед полчищем пусть и больших, но всего лишь тараканов, недавнему истребителю выводка высокоранговых жабоподобных монстров согласитесь как-то не комильфо. И для спасения одёжки я просто скастовал стойку техники Стального вепря. Не самую лучшую и манозатратную, разумеется, а простенькую третью – функционала которой за глаза хватило, чтоб оставить набежавших тараканов без толку толпиться за пеленой неодолимого нулевкам воздушного щита.

Призванный же еще на лестнице в руку топор заработал со скоростью швейной машинки, кроша рыжие спины набежавших и напрыгнувших на меня (но бесславно тут же скатившихся на пол) усачей в склизкие ошметки из брызнувших наружу кишок и кусков разрубленного хитина.

Из-за удобной скученности жадных до драки и напрочь лишенных инстинкта самосохранения насекомых, я расправился со всеми усатыми обитателями кухни всего за полминуты. Прижмурив топором в итоге, по уведомлению обожающей отчетность системы, аж сорок трех тараканов-мутантов. Впрочем, очень может быть, что в эту статистику угодила так же и пара прибитых усачей из коридора. Ну не суть… За все про все мне прилетело смешные шестьдесят пять единиц живы. И примерно столько же я потратил за каст стоек Стального вепря и Изумрудного берса – то бишь техник, использованных в скоротечной расправе над тараканами-мутантами. В общем, остался при своих. Ну и норм.

Отвоеванная мною кухня после нашествия тараканов-мутантов представляла теперь жуткое зрелище. Вырванные с корнем по всей кромке кухонного периметра плинтуса блекли на фоне прогрызенных в иных местах насквозь пусть и старых, но достаточно толстых, напольных досок. Стены оказались сплошь в рытвинах в выбоинах, словно после обстрела – из этих многочисленных ямок прожорливые тараканы на моих глазах выжирали только что ни разу не съедобную, казалось бы, шпаклевку. О привлекательности же для мутантов имевшихся в кухне реальных хранилищ с едой не стоит даже упоминать – это очевидно по определению.

Раскуроченные нижние и верхние шкафы кухонного гарнитура все сплошь не имели дверок, оторванных, сброшенных на пол и погрызенных почти так же основательно, как оставшиеся висеть открытыми полки. Варварски вскрытые шкафы демонстрировали остатки прогрызенных контейнеров и разорванных пакетов со всякими крупами, макаронами, и прочими сыпучими продуктами, употреблять которые в пищу лично я бы теперь не рискнул. И что поразительно: ведь это все безобразие успели сотворить едва-едва народившиеся системные тараканы.

Да в этом крошечном помещении их сразу оказалось очень много. Но – блин! – ТАК вдребезги разнести нормальную кухню всего-то за минуту! Во что ж эти жутко прожорливые и чрезвычайно плодовитые насекомые-мутанты превратят оставшиеся бесхозными дома, к примеру, через час?.. А через два?.. А через день?.. И ведь система не просто так упомянула про охоту новых своих протеже за живой. Значит, усатые хитиновые ублюдки получили возможность развиваться, как игроки, или, скорее, твари изнанки. А что будет, когда огромная тараканья армия, выжрав все съедобное и относительно съедобное из домов, и превратив в процессе величественные многоэтажки в обглоданные руины, выберется в поисках новой поживы на улицу?..

– Это ж армия гребаных ыыбжей тут сама собой организуется! – выдал вслух я от переизбытка эмоций.

От мрачных раздумий меня отвлек оглушительный грохот в доме где-то наверху. То ли здоровенный шифоньер там грохнулся на пол, то ли рухнула какая-то ненадежная межкомнатная стенка, невероятно быстро критически подпорченная усатыми мутантами.

– Процесс разрушения дома уже запущен и вовсю набирает обороты, – вслух констатировал я. – Кстати… Ну-ка, а что там у нас?.. – последняя фраза адресовалась уже холодильнику – единственному хранилищу еды на кухне, куда пронырливые таракана за минуту своего анархического воцарения здесь не успели забраться.

Распахнув дверцу, я оказался приятно удивлен загоревшейся тут же лампочкой внутренней подсветки. Выходит, электричество в городских домах до сих пор каким-то чудом сохранилось и лежащие внутри герметичного ящика охлажденные продукты все еще точно не испортились.

А здесь оказалось прям богато – это я удачно открыл. Все три полки холодильника буквально ломились от всякой всячины, начиная колбасой нескольких сортов, разнообразными сырами в нарезке и просто кусками, и массивным бруском сливочного масла на верхней полке, и заканчивая слегка початой литровой стеклянной банкой красной икры на нижней, в компании пары пузатых трехлитровок с солеными огурцами и квашенной капустой, соответственно. Средняя – самая высокая полка холодильника целиком оказалась заставлена разнокалиберными баночками и тарелочками с остатками уже приготовленной еды, ну и пакетами с остатками хлеба с краю заодно. Нижний стеклянный поддон был основательно забит овощами. На боковых полках дверцы холодильника обнаружились стройные ряды куриных яиц – десятка три, не меньше – и всякие початые соусы-майонезы в нижнем придверном отсеке по соседству с парой нераспечатанных литровин минералки.

– Спасибо вам добрые запасливые незнакомцы, – вслух поблагодарил я сгинувших хозяев этого богатства, шумно заглатывая голодную слюну. И перво-наперво потянулся, разумеется, за банкой с икрой. Хотя ложки для ее грамотного извлечения у меня с собой, увы, не было, а ковыряться с ее поиском в окружающей напольной жутко запыленной свалке – идея вообще отстой, но можно ж было попытаться аккуратно вытряхнуть часть содержимого банка через край прямо в рот. Впрочем, попробовать реализовать задумку мне вероломным образом помешали.

Заметив краем глаз подозрительное шевеление у кухонной двери, я поспешно захлопнул дверцу холодильника, к содержимому которого увы так и не успел прикоснуться. И призвав снова в руку топор, развернулся навстречу новой волне рыжих усачей-мутантов, привлеченных похоже из других комнат квартиры замечательными запахами свежей еды из холодильника.

– Не, ребята. Это моя еда, и вам я ее не отдам, – приветствовал я набегающую рыжую волну, и привычно замолотил топором по хитиновым спинам.