Текст книги "Имя нам Легион. Том 34 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Дорничев

Соавторы: Евгений Лисицин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

– Абсолютно верное замечание! – Я закивал с таким энтузиазмом, что Медведев заподозрил издёвку. – Корень неэффективности нашей экономики находится в аристократах. Они принимают решения с точки зрения политики, а не выгоды. Князю Ростова нет дела до теряемых денег, он платит дань Волгограду за покровительство. И таких примеров тысячи по всей стране!

– Игорь, неужели ты предлагаешь избавиться от аристократов? – Грозно нахмурился император, и чашки наконец задрожали. – Неужели ты демократ?

– Ни в коем случае! – поспешил успокоить тестя. – Мы должны оптимизировать всю систему. Одно лишь исправление логистики позволит увеличить ВВП страны на девятнадцать процентов. Благосостояние городов увеличится, казна получит больше налогов, и все счастливы… кроме аристократов, чьи интересы мы заденем.

И вот тут я попал точно в цель. Медведев отчаянно нуждался в деньгах: слишком много было глобальных проектов, не говоря о возросших расходах на оборону. Плюс европейцы почти перестали покупать наши товары, тем самым обрубив довольно крупный финансовый поток. Переориентирование на восток – процесс долгий и далеко не безболезненный. Некоторые дороги находились в ужасном состоянии, не говоря об огромных расстояниях. А наполнить бюджет требовалось прямо сейчас.

– Пожалуй, оставлю вас. Варя, не хочешь прогуляться? – предложил отчаянно сдерживающий зевоту Ростислав. – Парни сейчас станут обсуждать очень скучные вещи. Лучше помоги мне сделать втык неразумным управленцам!

– С удовольствием, дядюшка, – проворковала княжна, одарив меня поцелуем на прощание. – Благодаря управлению целым городом у меня большой опыт в похожих делах!

Ростислав взял Варю под локоток и упорхнул с ней, оставив меня на растерзание брату. Тот, впрочем, не стал спорить со мной или задавать бесконечное число глупых вопросов. Вместо этого он достал телефон, набрал сообщение и предложил мне перейти в кабинет. Я охотно согласился, прихватив с собой чудом уцелевшее печенье. Выпечка у императора была первоклассной. Несмотря на плотный завтрак, я с удовольствием лакомился десертом по пути в кабинет.

Перед тяжёлой дубовой дверью нас ожидал нервничающий мужчина лет пятидесяти. Проступающий из костюма живот и ранняя лысина его совершенно не красили; вдобавок он постоянно протирал лоб мокрым от пота платком. Увидев нас, он согнулся гораздо ниже положенного:

– Ваше Величество, молю, пощады! Примите мою отставку! – У него и голос оказался под стать внешности, дрожащий и надломленный.

– Не дождёшься, – хохотнул император, с размаха хлопнув того по плечу. – Игорь, знакомься, Михаил Звягинцев, мой министр финансов. Он настоящий волшебник: столько раз находил деньги из ниоткуда и сводил бюджеты!

– Всё имеет цену, Ваше Величество! У меня больше не получится изыскивать резервы! Прошу, избавьте меня…

– Перед тобой князь Покровский. По его утверждению, одним простым решением мы можем повысить ВВП на девятнадцать процентов. – Медведев не успел договорить, а в меня уже вперился хищный взгляд. Министр финансов оказался классическим волком в овечьей шкуре. – Что, по-прежнему хочешь в отставку?

– Интересно… – произнёс он совсем другим тоном. – С вашего позволения, я бы выслушал юношу.

Медведев невидимой силой распахнул двери и вошёл первым. Мой титул превосходил титул министра, но пост у него был выше, и мы замерли у входа, пытаясь понять, кому идти следующему. Я пошёл вперёд: раз он замешкался, значит, считает меня выше себя. Или дело в явном покровительстве со стороны Медведева? Понапридумывают же фигни!

Кабинет императора отличался сдержанной роскошью. Тяжёлая антикварная мебель с золотыми ободами, богато украшенные портреты блистательных предков, оскаленная пасть магического медведя прямо над рабочим местом. Единственными современными вещами были компьютер и кресло на колёсиках. Я с интересом посмотрел на погасший монитор. Андрею не удалось залезть во внутреннюю сеть дворца, у Медведева были хорошие безопасники.

– Игорь, повторишь Михаилу, что рассказал мне? – Император подался вперёд, опираясь локтями о стол и сцепив пальцы в замок.

– С большим удовольствием. – Заняв место напротив, повернулся в сторону оставшегося на ногах министра финансов.

Я рассказал про ту же цепочку странных поставок и добавил ещё пару примеров. Самым наглядным оказался стратегический сталелитейный завод. Туда везли руду со всей страны, хотя прямо под боком находилось крупное месторождение. Но его захватил враждебный род и обрубил все поставки. А ведь можно было уменьшить себестоимость раза так в четыре за счёт экономии на логистике и использования собственной руды.

– Это очень интересно, господин Покровский, но вы не понимаете некоторых вещей. Многие связи между древними родами обусловлены историей; им нельзя просто взять и приказать сотрудничать.

– Почему? Вы сомневаетесь во власти Его Императорского Величества? – спросил я с усмешкой, заставив министра вздрогнуть. – Вы ведь и сами в курсе: нас ждёт столкновение с великой угрозой. Старыми методами с ней не справиться, всей империи требуются реформы, причём глобальные. Иначе нам не устоять перед всепожирающим Роем.

Ранг позволял Михаилу знать страшную правду, и по помрачневшему лицу сразу стало ясно – он не недооценивал угрозу. Для наглядности я создал две иллюзии – карту России со всеми выявленными проблемными зонами и готового к прыжку арахнида.

– Вот скажите, Михаил, что вы предпочтёте – следовать устаревшим традициям и попасть в желудок вот такой милой твари вместе с женой и детьми или принять горькое лекарство и оздоровить экономику? – добил его риторическим вопросом.

– Вы очень убедительны, господин Покровский, но я всё равно не вижу способа кардинально исправить ситуацию без радикальных мер. Может, у вас есть конкретные предложения? – Михаил был опытным политиком и отлично умел перекладывать ответственность. К его несчастью, я хорошо подготовился, и он попал прямо в расставленную ловушку.

– С большим удовольствием! – повторил я, одарив помрачневшего мужчину хищной улыбкой. – Присаживайтесь, в ногах правды нет. Мы здесь надолго…

Глава 3

В качестве первого примера я снова выбрал Волгоград. Благодаря предоставленному Тайной Канцелярией доступу ко всем архивам Андрей и помогающие ему банковские ИИ получили достаточно данных для детального анализа и выработки соответствующих исправлений.

– Я предлагаю не ограничиваться логистикой, нужно ломать дворянство через колено. Но одним кнутом мы ничего не добьёмся, поэтому нужен и пряник. Им станут деньги и личный пример. Оптимизация в Волгограде требует увольнения шестидесяти семи процентов чиновников и сорока четырёх процентов госслужащих. – Мои слова вогнали министра финансов в полнейший шок. Он застыл с открытым ртом, беспомощно посмотрев на молчащего Медведева. Я дал ему немного прийти в себя и спокойно продолжил: – Сразу три высших ИИ проанализировали деятельность всех служащих за последние пять лет. Некоторые бесполезны: они попали на работу благодаря родственным связям и лишь тянут деньги из казны. Другим давно пора на заслуженную пенсию, третьи дублируют друг друга. У меня есть поимённые списки для всех городов и деревень с населением свыше пяти тысяч человек.

– Неслыханно! Столько людей потеряют рабочие места! Безработица уничтожит экономику быстрее, чем мы получим дополнительные деньги! – Михаил Звягинцев наконец опомнился и попытался спасти страну в меру своего понимания. – Ваше Величество, это неслыханно! Вмешайтесь!

– Игорь не раз выручал нас, и я не сомневаюсь в его намерениях, – пророкотал император, слегка остудив пыл излишне ретивого министра. Мне тоже досталось: – Тем не менее Миша прав: отправив на улицу сотню тысяч людей, не сделаем ли мы хуже? Мы не зря столько боролись с безработицей…

– Они просто перейдут на другие места, где станут приносить пользу. Я не собирался никого бросать на произвол судьбы. Опять-таки, возьмём в пример… допустим, Тюмень, ей пока не доставалось. – Под тяжёлый вздох министра финансов я заменил голограмму арахнида на городскую карту и немного сдвинул камеру. – Вот, допустим, поместье барона Пшеджинского с отличным горячим источником. Сейчас им пользуются его семья и друзья, девяносто девять процентов времени это место простаивает. Если создать там государственный курорт, туда потянутся люди со всей округи. У них там вообще нет нормальных мест отдыха, дороги ужасные, билеты на самолёт и поезд дорогие из-за владеющих ими корпоратов. Это нам тоже предстоит исправить…

– Допустим. По-твоему, барон Пшеджинский, ну и фамилия у него, язык сломаешь… – поморщился Медведев. – Думаешь, он преисполнится патриотизма и согласится отдать поместье с горячими источниками?

– Я не настолько хорошего мнения о людях. Тут уже нет разницы, простолюдин или дворянин, все будут держаться за своё до последнего. Поэтому у нас три варианта – купить, отобрать или предложить ему долю, но тогда он должен сам вложиться в курорт. Накопления у него хорошие, должно хватить. Дальше действуем в зависимости от выбора, и так по всей стране.

От долгих разговоров у меня запершило в горле, и я сходил к бару, пока парочка мрачных мужчин изучала голограмму. Император и министр финансов не отказались от моего предложения выпить, и обратно я пошёл с тремя стаканами.

– Допустим, Ростиславу удастся убедить Пшеджинского поступить разумно, – с нескрываемым сомнением произнёс Медведев. – Но ты ведь говоришь не просто про Тюмень, а про всю страну. Много ли у нас таких баронов?

– Тысячи. А ещё графов, князей и иностранных герцогов. Некоторые скупали недвижимость в качестве инвестиций, а вороватые управляющие всё там развалили. – Протянув им стаканы с отборным виски, я звонко чокнулся с ними, и мы молча выпили. Интересно, почувствовали ли они вкус? Оба мужчины выглядели крайне напряжёнными. – Я говорю о массовой национализации. Те, кто примкнёт к правящему роду, получат хорошую прибыль. Остальные получат в лучшем случае компенсацию, если не каторгу за измену родине. Тут уже тебе выбирать.

– Игорь, это попахивает гражданской войной! – От восклицания Медведева по кабинету пронеслась волна силы, однако стол, шкафы и окна не задрожали. Мебель тут подбирали с учётом взрывного нрава императора. – Мы едва разобрались с заграничным мятежом, так ты хочешь создать отечественный!

– А кому сейчас легко? – Не поведя бровью, я вернулся в кресло, не позволяя давить на себя. – Я не закончил с Тюменью. Помимо курорта Пшеджинского… кстати, неплохое название получается, кхм… рядом находятся очень интересные озёра. Они подходят для разведения разных видов рыбы. Наши учёные разработали отличный корм, на нём они вырастут гораздо быстрее обычного. Спрос в растущем городе полностью покроет вложения уже за первый год, и люди получат свежую вкусную рыбу, а не перемороженное месиво.

Дальше я рассказал про четыре расположенных в Тюмени заброшенных завода. Новое современное оборудование можно создать прямо в Восходе, не зря же мы потратили столько ресурсов на строительство промышленных кварталов. С помощью корейских роботов и японских экзоскелетов заводы можно восстановить в течение недели и изменить их профиль, дабы уменьшить зависимость растущего города от импорта.

Не останавливаясь, перешёл на импортозамещение. У нас сильно пострадала торговля с Европой, что открывало уникальную возможность. За счёт новых современных производств мы сможем занять освободившиеся ниши и поднять имперский ВВП на одиннадцать процентов. Вместе с девятнадцатью процентами от логистики мы получим все тридцать!

На этих словах Михаил подавился и громко закашлялся. Я помог ему парой ударов по спине с помощью нанороботов, чем ввёл одарённого в ступор. Он, само собой, не почувствовал применения отсутствующего дара и посмотрел на меня с немым уважением.

С импортозамещения я вернулся к многострадальной Тюмени и стране в целом. С помощью широкой господдержки и таргетированной рекламы тысячи амбициозных людей рискнут и займутся своим делом. Стране остро не хватало развитого мелкого бизнеса.

Магазинчики, небольшие мастерские, узкоспециализированные магазины настольных игр, всевозможные услуги вроде фитнеса или парикмахерских, частные клиники и так далее. В Петербурге и Москве их навалом, а вот другие города страдают. За первые пару лет развития подобных предприятий ВВП империи вырастет на дополнительные пятнадцать процентов.

– Слишком сказочные цифры! – Михаил наконец подал голос. – Неужели какие-то кофейни позволят нам увеличить экономику в полтора раза⁈ Не говорите чепухи! Не смейте мне лгать!

Министру финансов было далеко до императора, но сейчас он очень старался показаться грозным. Он встал, нахмурился и потряс передо мной кулаком.

– Успокойтесь, Михаил, я всё объясню. – Его злость и непонимание разбились о моё ледяное спокойствие. Я специально не поддавался на провокации и не показывал эмоций. Демонстрация уверенности в себе работала не хуже голой силы, которой так любил щеголять Медведев. – Присядьте, иначе наш разговор перейдёт на повышенные тона.

Министр вновь посмотрел на императора, и тот еле заметно опустил голову. Медведев с интересом следил за моей речью, что-то подмечая про себя. Атмосфера оставалась напряжённой, но до летающих предметов пока не доходило. Большой успех!

– Дворянство издревле является привилегированным слоем, простолюдины же, напротив, сильно ограничены в правах. Его Величество провёл немало значимых реформ, которых совершенно недостаточно. – Я поднял руку, прося не перебивать себя в очередной раз. – Может ли простолюдин открыть ювелирную мастерскую? Формально да, на практике она в лучшем случае сгорит, а он отправится на каторгу за долги. Единственная причина, по которой я смог стать мусорным магнатом, – нелюбовь аристократии к этой сфере.

– Ты прав, расслоение в обществе существует, – с готовностью признал император. – Я постепенно устраняю его, не ломая страну через колено.

– Приведу ещё один пример. В Волгограде есть хлебокомбинат, снабжающий весь город. Им владеет граф Галатрицкий, который бдительно следит за собственной территорией и давит конкурентов в зародыше. За последний год там открылось и закрылось семнадцать крафтовых пекарен и булочных, почти все их владельцы были иногородними и не знали местных реалий. В итоге магазины, кафе и рестораны получают выпечку по цене в два раза выше, чем в Москве. И при этом граф практически не платит налоги! От этого всем плохо, кроме Галатрицкого. Мне кажется, это тянет на измену.

В кабинете появилась голограмма названного мной аристократа: жирный мужчина с тройным подбородком вызывал омерзение, особенно после знакомства с его деятельностью.

– Слишком громкое обвинение: он ведь не брал деньги у бритов. – Медведев слегка повёл плечами. – Граф просто жадный и зарвавшийся. Обязательно отправлю к нему Ростислава.

– Он такой не один, их сотни, тысячи. Под раздачу попадёт не меньше шестидесяти семи процентов аристократов. – От суровой цифры в кабинете воцарилось тяжёлое молчание, которое я разбавил позитивной новостью: – Взамен получившие послабления простолюдины обретут больше прав и возможностей, своим трудом они изменят Россию. По эффекту это сравнимо с отменой крепостного права.

– О боги, как же я был слеп! – простонал окончательно офонаревший министр финансов. – Не распознал демократа! Ваши «отнять и поделить» у меня уже в печёнках сидят!

– Вы не правы, я не верю в демократию и не собираюсь залазить в чужую казну. Аристократы должны сами захотеть вложиться в новые проекты. – Постепенно мне становилось всё сложнее сохранять самообладание. Я объясняю, а он не понимает и ищет поводы перестать слушать! – Мои предложения касаются реформации монархии. Наш император останется на троне, и он получит больше власти. Те, кто не подчинится, лишатся всего, лоялисты же окрепнут и разбогатеют.

– Игорь, тебе не кажется, что ты перебарщиваешь? – вздохнул окончательно успокоившийся Медведев. – Ты предлагаешь хорошие идеи и описываешь прекрасные перспективы, но какой от них толк в случае мятежа всей аристократии? Они не станут сидеть и смотреть, как мы отнимаем у них всё.

– Для этого у нас есть Ростислав и Андрей, вместе они не допустят восстания.

Я не стал эффектным жестом выкладывать флешку на стол и долго ждать, пока с ней ознакомятся. Да и Медведев вряд ли воткнёт её в свой компьютер, это ведь большой риск компрометации закрытой правительственной сети. Я банально воспользовался очередной голограммой, проецируя на ближайшую стену сотни полупрозрачных папок:

– Я позволил себе немного залезть в вотчину Ростислава. Тут собран компромат практически на всех видных аристократов России. У некоторых, в принципе, ничего серьёзного – измены жёнам, любовь к азартным играм и неисполнение обязанностей. У других хуже: налоговые махинации, контрабанда, опасные связи с иностранцами. Я говорю не про семьи за границей, а про встречи с возможными шпионами.

– Ого… не буду спрашивать, откуда у тебя вся эта информация… лучше скажи, почему ты не передал её нам? – Медведев вновь нахмурился, и на лбу императора пролегли глубокие морщины. Тяжёлая у него работа, постоянно сидеть с мрачным лицом.

– Компиляцию данных закончили этой ночью, и я сразу прилетел, – соврал, не моргнув глазом. Мы оба знали правду и не спешили её озвучивать. Гора компромата была отличным козырем, и отдать её просто так мог только глупец, а я себя к таким точно не относил. – Так сказать, с пылу с жару. Надеюсь, этого рычага давления хватит, чтобы изменить мнение многих аристократов.

– Пожалуй. Отправь данные Ростиславу, мы потом их изучим. – Он побарабанил пальцами по столу, постепенно успокаиваясь… – Я правильно понимаю, мы получим рост ВВП около пятидесяти процентов в первый год, если примем твои предложения?

– Да, я в этом абсолютно уверен. Готов поставить на кон свою репутацию. – Спокойно выдержав тяжёлый взгляд тестя и обречённый взгляд министра, пошёл за второй порцией напитков. А то первая пролетела совершенно незаметно.

– Не знаю, Игорь… ты предлагаешь полностью переписать правила игры. Многие… да почти все останутся недовольны! – Император вёл себя словно утопающий, хватающийся за малейшую соломинку. Он прекрасно понимал мою правоту, но очень не хотел ломать привычный уклад. Нормальная человеческая реакция, к счастью, легко преодолеваемая. – Нам правда нужно предпринимать столь радикальные меры?

– Иначе никак! – Раздав стаканы, снова звонко чокнулся с мужчинами и с удовольствием выпил. Разговор получался тяжёлым, не помешает немного смягчить собеседников. – Или мы все закончим в жучиных желудках. Да и давай честно – реформы давно напрашивались. Аристократов мало, и магический дар давно не является абсолютным оружием. Посмотри на Мексику: там тысяча Легионеров, преимущественно из числа бедняков и бандитов, побеждает элитные дворянские дружины.

От моих слов император сморщился, словно от острой зубной боли. Понятно: значит, тоже следит за борьбой Эмилио за лучшую жизнь, и она ему очень не нравится. До недавнего времени аристократы считали себя высшей формой эволюции, а обычные люди ничего не могли им противопоставить. А теперь у нас есть высокотехнологичная броня, плазменное оружие, гранаты, бомбы. Можно даже купить космический корабль, против которого бессильны любые заклинания!

Когда на Земле появились сверхзвуковые ракеты, ядерные бомбы и другие эффективные способы истребления себеподобных, они всё равно оставались в руках аристократии, и те могли спать спокойно. Существовали традиции, негласные договоры и нежелание истреблять под корень собственный вид. С появлением Легиона прежний мир отправился на свалку истории, где ему самое место…

Мы просидели в кабинете Медведева до самого вечера. Я до хрипоты приводил практические примеры, отвечал на каверзные вопросы и упорно стоял на своём. Постепенно министр финансов проникся моей точкой зрения и сменил сторону. Убеждать императора пришлось гораздо дольше. Медведев постоянно пытался свести всё к «разумному компромиссу», очень уж ему не нравилась мысль бросать вызов всему дворянству.

Помогла, как ни странно, Варя. Княжна успела прогуляться с Ростиславом, пообедать и вздремнуть на диване в соседней комнате. Не увидев при пробуждении мужа, она отправилась на мои поиски и сразу спросила у отца, почему мы тут застряли. Услышав о нашем споре, она с недоверием приподняла бровь и спросила:

– Пап, неужели ты боишься других дворян⁈

Вопрос подействовал на Медведева не хуже красной тряпки на быка. Он вскочил с места, гневно сжимая кулаки, и воздух ощутимо задрожал. Император относился к тому типу мужчин, что никогда не признаются в собственном страхе.

– Я⁈ Боюсь⁈ Всех этих жалких выпивох, недостойных твоего ногтя⁈ Никогда! – Он ударил по столу, хищно оскалившись. – Решено, принимаем план князя Покровского в работу в полном объёме! Михаил, готовься, теперь сон тебе не скоро светит.

– Ежели нам и правда удастся прирастить экономику хотя бы на десять процентов, я готов не спать до конца года! – Опытный министр привычно занижал показатели, дабы потом не отчитываться за невыполненный план. – С вашего позволения, мне срочно нужно вернуться в собственное ведомство.

– Действуй сразу после публикации моего указа. – Медведев решительным жестом достал стопку бумаги и принялся чёркать на ней артефактным пером. Простая безделушка – оно всегда оставалось острым и не нуждалось в чернилах. – Да уж, Игорь, угораздило же с тобой связаться… вот не доложил бы мне тогда Ростислав, жил бы я спокойно, не зная о тебе…

– Сам-то в это веришь? – спросил с усмешкой, обнимая прижавшуюся сбоку Варю. – Я бы постепенно развернулся на весь Дальний Восток, с твоим одобрением или без.

– Игорь, не забывай, ты вообще-то мой подданный и вассал, – устало вздохнул тесть. В глубине души он прекрасно понимал, что не способен меня контролировать. Ещё одна мысль, которая наверняка не давала ему спокойно спать по ночам.

– Спасение мира важнее соблюдения приличий. Мы сейчас союзники, а не подчинённый и начальник. – С этими словами атмосфера в кабинете заметно потяжелела. Я уже привычно скрестил руки на груди и выдержал тяжёлый взгляд, ответив своим. – Я бы мог подыграть тебе, говорить одно, а делать другое за твоей спиной. Но мне противны такие отношения, я за правду, а ты?

Сидевшая на диване Варя тихо вздохнула: «Мальчишки». Мудрая девушка не вмешивалась в перепалку мужа и отца, заняв нейтральную позицию. Ну это пока у нас слабый конфликт. Если дело вдруг дойдёт до выбора стороны, я не сомневаюсь в собственной жене.

Тесть молчал долгую минуту, то ли собираясь с мыслями, то ли прикидывая, завалит ли он меня с одного удара. Наконец он громко хмыкнул и мрачно улыбнулся, лично отправившись к бару. Наполнив пару стаканов (Варе не предлагали в силу её положения), он протянул один мне и сказал:

– Вот что мне в тебе всегда нравилось, Игорь, так это твоя честность. По крайней мере с тобой я могу точно не опасаться удара в спину – ты пойдёшь в лоб. За ваше здоровье, особенно за здоровье моего будущего внука. – Мы залпом опустошили стаканы, и он продолжил говорить заметно смягчившимся тоном: – Ты прав, мир меняется. Мне кажется, всё происходит слишком быстро, и я не успеваю.

– Не тебе одному, – легко согласился с тестем. – Без помощи высшего ИИ я бы точно не уследил за всем, очень рекомендую к приобретению.

– Нет денег. – Он мотнул головой и вновь посмотрел на бар. Похоже, кто-то всерьёз собирался напиться. – Даже с твоей помощью мы постоянно ходим по грани. Надеюсь, твоя идея с экономическим оздоровлением сработает, иначе нам и правда конец.

– Всё получится в лучшем виде, у нас нет иного выбора. – Не стал тянуть кота за яйца и протянул ему раскрытую ладонь, прощаясь. – Нам пора. Загляну к твоему Михаилу, передам экономическую карту со всеми пометками, и отправимся обратно.

Тут мою руку обхватили нежные девичьи ладони, и Варя умилительно попросила задержаться на день в её родном городе. Вместе погулять, встретиться с давними подругами и прочие очень нужные беременным жёнам дела.

С учётом отсутствия в ближайшее время важных дел я легко согласился. У нас недавно было свидание с Викой. Варя тоже его заслужила. Андрей тут же подсказал ехидным тоном, что в Москве очень удачно проходят гонки без правил, и мы могли бы принять в них участие. Хорошо, жена не слышала его, а то могла бы загореться.

Разговор с министром финансов Михаилом Звягинцевым не продлился долго. Я передал ему планшет с интерактивной экономической картой России. На ней находилось всё, о чём я говорил: слабые места, которые стоило устранить, предприятия, которые следовало отобрать, выкупить или построить.

Михаил очень обрадовался и спросил, можно ли вести её онлайн. Андрей охренел от такой задачи и завёл старую пластинку о нехватке мощности, параллельно предложив превратить Луну в один гигантский сервер. Тут настала уже моя очередь сильно удивляться и осаждать зарвавшегося ИИ.

– Мы сможем обновлять её раз в неделю на основе наблюдений, доступных нам данных и ваших отчётов, – ответил нетерпеливо ожидающему мужчине. Заметив его грусть, добавил покровительственным тоном: – Обработка такого массива информации требует огромной мощности, которой мы не располагаем.

– Благодарю вас, господин Покровский. – Он вежливо поклонился, не отрывая взгляда от планшета. – Вы истинный патриот империи!

Я оставил такую неприкрытую лесть без комментариев. Мы вежливо попрощались и покинули дворец. Варя не захотела оставаться на ночь в месте, где полно слуг с очень острым слухом. Куда приятнее заселиться инкогнито в лучший номер пятизвёздочного отеля и на один день притвориться обычными людьми… с новой внешностью и бесконечным лимитом на карточке.

В принципе, почему нет? Даже у спасителей мира должны быть выходные.