Текст книги "Незнакомка для наследника клана орков (СИ)"

Автор книги: Дита Терми

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 18. Лагерь

На поляне царит оживление. Друзья болтают, смеются, и я вдруг замечаю, как мои подруги странно косятся на орков. В их глазах плещется любопытство, интерес и… что-то ещё. Что-то, что я бы назвала возбуждением… Пока орки готовят еду, я подзываю подружек в сторону.

Я ведь с ними не объяснилась. И я уверена, что у них есть множество вопросов ко мне. Что ж. Пора прояснить некоторые моменты.

– Слушайте, – вздыхаю я, начиная разговор, – хочу сразу признаться… Когда я болела… Со мной что-то странное происходило, это было не просто отравление, я… я умирала. Поэтому я отправилась к Морвене.

Сильвэрин прикрывает рот ладошкой, округляя глаза. Фэйриэль бледнеет и хватается за руку своей сестры. Обе шокированы, и я понимаю их. Никто ни при каких обстоятельствах ни ходит к ведьме.

Нам это с детства строго-настрого запрещали.

– Лина, почему ты нам не сказала?! – шепчет Сильвэрин.

– Точно! Мы бы пошли с тобой. Как ты могла отправиться в такой путь одна? – кивает Фэйриэль, подтверждая слова сестры.

Я опускаю голову, чувствуя себя виноватой. Эрион – мой лучший друг. А Сильвэрин и Фэйриэль – лучшие подруги. А я просто закрылась ото всех и решила справиться сама. Глупо? Да. Есть у эльфов в крови это… Нежелание показывать свою слабость.

– Я была в отчаянии, – признаюсь им, как есть. – Я понимала, что нахожусь на грани жизни и смерти, и Марвена это подтвердила. Но она сказала, что единственный способ избавиться от этого проклятья – это кровь орка.

Я вздыхаю и бросаю мимолётный взгляд на Азура. Он с друзьями сейчас тоже что-то обсуждает, но даже находясь на другой стороне поляны, поглядывает на меня.

– Я отправилась к орочьей границе, – продолжаю я.

Подруги переглядываются, выглядят озадаченными. Мой рассказ их пугает, и я понимаю почему. Конечно, сейчас мне и самой кажется это глупостью. Надо было рассказать всё, возможно, они бы помогли мне. А так… Одна бросилась просто в самое пекло.

– И там я встретила Азура. Он дал мне свою кровь в обмен на… на… – шепчу я и никак не могу рассказать о таком даже близким подругам.

Просто нещадно краснею и мне кажется, что на моём лице написано всё: и что это был за обмен, и чем он закончился, и даже, что мне это всё безумно понравилось.

– На твою девственность, – заканчивает за меня Фэйриэль, и я несмело киваю.

– И теперь… – начинает Сильвэрин, многозначительно поднимая брови.

– И теперь мы с ним вместе… Это что-то… – я кусаю губу, пытаясь объяснить, – что-то невозможное. Но, девочки, я не могу по-другому. Он… Он такой… такой… мой.

Глаза блестят от слёз, и я пытаюсь держать себя в руках. Надеюсь, они поймут, хотя мои объяснения кажутся такими бессмысленными, такими запутанными. Но реакция подруг такая, какой мне и хотелось. Сильвэрин и Фэйриэль улыбаются. Я не вижу в их глазах осуждения.

– Он бросился за тобой во тьму, не раздумывая, понимаешь? Кажется, это всё очень серьёзно, – говорит Сильвэрин.

– Да, да, между вами так искрит, что даже нам стеснительно! – добавляет Фэйриэль со смешком.

– Спасибо, девочки, – выдыхаю я с облегчением. – Спасибо, что приняли мой выбор… Спасибо, что понимаете, что я не вернусь домой.

Сильвэрин и Фэйриэль переглядываются.

– Я не вернусь домой, – повторяю я, и по коже пробегает холодок. Только сейчас понимаю, что это так.

– Но… но ты должна рассказать родителям. Они должны понять… Они поймут, – неуверенно говорит Фэйриэль.

– Вы же сами должны понимать, что это не так. Меня собираются выдать замуж за какого-нибудь племенного эльфа. А уже поздно. Я никогда этого не сделаю. Потому что я теперь с Азуром. И я не хочу этого менять.

– И что же нам делать? – растерянно тянет Сильвэрин.

– Вам, девочки, придётся вернуться. Для вас ничего не изменилось. Просто знайте теперь, что я одна из них. Не знаю, как меня примут другие орки, но Груг и Хелгар вполне дружелюбно отнеслись к моему появлению.

– О да, они классные, – усмехается Сильвэрин. – Впрочем, я даже понимаю, что ты нашла в Азуре.

Она хихикает и бросает взгляд в сторону костра. Я замечаю, что она смотрит на одного из орков, и у неё краснеют щёки. Она смущённо опускает взгляд в землю. Фэйриэль же более откровенно поворачивается и машет рукой другому, тот подмигивает ей, и моя подруга звонко смеётся.

– Слушай, Лина, – поворачивается ко мне Фэйриэль. – Мы не можем тебя здесь оставить. Если ты остаёшься, то и мы тоже. На тебя кто-то охотился, и сейчас мы будем думать, кто. Может быть, возвращаться домой опасно, может быть, здесь опасно, может быть, ехать с орками опасно. Но мы будем тебя защищать. Мы тебя не бросим!

Я пытаюсь отнекиваться, говорить, что не хочу их впутывать, но мои доводы утопают в их возмущённом и уверенном гвалте. Меня подхватывают за руки и ведут обратно к костру.

Садимся все вместе вокруг тепла, исходящего от огня. С одной стороны, мне приятно, что подруги заступаются, но с другой… Я не хочу их подставлять. Тем более, у меня ведь есть уже защитник.

Я пытаюсь осознать, что мне делать дальше. Моя жизнь изменилась кардинально, и мне придётся к этому привыкнуть. Но сначала… Сначала я должна добраться до ведьмы и узнать, не обманываю ли я сама себя? Не обманываем ли мы с Азуром друг друга, думая, что это любовь? Может быть, это всё последствия ритуала и не более?

Но пока я стараюсь об этом не думать. Пока я буду наслаждаться тем, что есть.

Азур притягивает меня к себе и целует в щёку, рассеивая мои мрачные мысли. На вертеле крутится пойманный на охоте кабан, и аромат жареного мяса щекочет ноздри, обещая вкусный ужин.

Мы приступаем к трапезе, и первым делом решаем разбить небольшой лагерь на ночь. У костра раздаются шутки, перепалки между эльфами и орками, и в итоге мы приходим к решению отложить все важные вопросы до утра. Битва вымотала нас, голова идёт кругом от неясных предположений. Так что, как ни крути, разумнее всего выспаться и на свежую голову снова всё обсудить.

Вот только… у нас возникают небольшие трудности с размещением. Мы с Азуром, не сговариваясь, сразу берёмся за руки и направляемся к импровизированному ложу из веток и листьев. Но тут раздаётся тоненький голосок моей подруги. Я оборачиваюсь, чувствуя лёгкое беспокойство.

– А кто ночует с кем? – игриво спрашивает Фэйриэль, а Сильвэрин тут же заливается краской и прикрывает ей рот ладошкой, пытаясь унять этот поток вопросов.

Груг с Хелгаром переглядываются, на их грубых лицах мелькает что-то вроде смущения. Я кусаю губу, понимая… что мои подруги… впервые планируют ночевать не вместе, как это всегда было в походах…

– Безопаснее спать рядом с нами, – тут же подхватывает Хелгар, его глаза теплеют, и он тянет руку к Сильвэрин.

Она, робко взглянув на орка, несмело берётся за неё, и они идут в другой край поляны, как будто отгораживаясь ото всех. А Фэйриэль, улыбнувшись, продолжает сидеть рядом с Гругом у костра. Они о чём-то оживлённо шепчутся, устраиваясь ближе друг к другу, их плечи почти соприкасаются.

Я бросаю взгляд на Азура. Он усмехается, но никак не комментирует эти внезапные рокировки. Его губы растягиваются в загадочной улыбке, в глазах блестит что-то, что я не могу понять.

Хм… А вдруг… вдруг мои подруги тоже найдут своё счастье в этих грубых, но отважных орках? Я, конечно, буду безумно счастлива за них, но… наши родственники точно всех нас прибьют, когда узнают, а в том, что они узнают, я не сомневаюсь. Ведь три пропавшие эльфийки – это вам не одна… это уже слишком!

Мы с Азуром устраиваемся на нашей лиственной постели. Он подтягивает меня к себе поближе, заключая в объятия, чтобы я не замёрзла. В его руках так тепло и уютно, что я почти сразу же проваливаюсь в безмятежный сон. Забываю обо всём, кроме его сильных рук, его запаха, его… его присутствия.

Но просыпаюсь я от удушливого ощущения, что мне не хватает воздуха. Резко открываю глаза, и изумление, переходящее в ужас, сковывает меня. Передо мной, склонившись, стоит… Эрион. Его голубые глаза, до того знакомые и родные, ярко светятся в лунном свете, а ладонь прижата к моему рту.

Глава 19. Стычка

– Тише, Линариэль, – шепчет Эрион и аккуратно убирает руку с моего лица.

Он смотрит на меня так, словно я испачкалась чем-то противным. Будто бы перед ним не его подруга, а что-то мерзкое, непонятное. Настоящий монстр из кошмаров. Он судорожно вздыхает и прикрывает на миг глаза. А потом снова бросает на меня тот же взгляд на грани презрения и ужаса.

Я же в ответ смотрю на него во все глаза. Сердце бешено колотится в груди, грозясь сломать мне рёбра. Я пытаюсь осмыслить сразу несколько моментов. Что Эрион делает здесь? Как он сюда прокрался, как нашёл меня и… что подумал, увидев меня в объятиях орка?

Боги. Он ведь всем расскажет!

– Пошли поговорим, – предлагает он тихо, и я слышу в его голосе сдавленную ярость.

Я киваю. Аккуратно встаю со своего ложа, с трудом выбравшись из-под руки Азура. Тот крепко спит, но стоит мне сдвинуться, начинает шарить рукой по постели, словно ищет потерянную вещь. Я застываю. С одной стороны, мне не хочется его будить, проще самой всё выдать Эриону, объяснить, что это мой выбор, но с другой… Может, имеет смысл предупредить Азура? Хотя бы сказать, что я в безопасности.

Хотя… нет. Не стану я его беспокоить. Он может всё неправильно понять. А Эрион… Он всё поймёт. Я сейчас всё ему выдам, как есть, и он отправиться домой. Всё будет хорошо.

Мы ведь с ним друзья. С раннего детства вместе. Он мне как брат. Всегда поддерживали друг друга. И сейчас он меня поддержит, даже если мой выбор покажется ему безумным, противоречащим всем законам и устоям. Он должен понять, что я так решила, и менять своего мнения не собираюсь.

Эрион хватает меня за руку и ведёт в сторону леса. Я покорно следую за ним. Правильно. Нужно отойти подальше, чтобы наш разговор не разбудил никого в лагере. Хотя мне чудится, что своих подруг и друзей Азура я не вижу. Куда они делись?

Всё ещё ночь, а они где-то разгуливают…

– Линариэль, это просто немыслимо, – бурчит себе под нос Эрион. – Как же так вышло? Как ты могла до такого докатиться? Если бы я только знал… Я бы спас тебя от этой участи. Теперь… теперь я всю жизнь буду жалеть, что не смог раньше тебя найти… Уже поздно… слишком поздно. Он тебя сломал…

Он резко останавливается и смотрит на меня, прожигая взглядом. Я замираю и удивлённо хлопаю ресницами. Его речь кажется чем-то несвязным и непонятным…

– Этот орк… сделал тебе больно, да? Я… я сейчас же вернусь и уничтожу его! Превращу его в прах!

Эрион дёргает на себя кинжал и судорожно вздыхает. Сейчас он похож на безумца.

– Стой тут! – приказывает мне и дёргается назад, в сторону лагеря.

О боги! Сейчас он натворит дел!

Я вцепляюсь в его руку и висну на ней, чтобы он не вздумал ничего делать такого! Значит, вот что он подумал! Что Азур меня взял в плен, что я стала его рабыней. А теперь в его жилах течёт праведный гнев. Хочет восстановить справедливость, спасти меня из лап чудовища.

Я понимаю, что мой друг хочет меня защитить, но это глупость. Никто меня не обижает. Только как донести до него эту простую мысль? Для него орки – это враги, кровожадные звери, не способные на чувства. Да я и сама сколько лет жила с этой идеей, не подвергая её сомнению.

– Эрион, послушай! Всё не так! – отчаянно взываю я к нему.

Пытаюсь заглянуть ему в глаза, найти там хоть искру понимания. Наконец-то взгляд Эриона фиксируется на мне. Словно очнулся от кошмара.

– Ты не понимаешь... Мы... я добровольно с ним... Я хочу быть с ним.

– Что? – выдыхает Эрион, и в его глазах читается шок, самый настоящий. Словно я призналась, что отравила колодец.

Он не может понять, как я могу быть добровольно с орком. Да я бы и сама пришла бы в ужас, если бы кто-то мне сказал пару дней назад, что всё так случится. Но всё изменилось. Азур изменил меня.

– Послушай, Эрион. Отправляйся домой. Мы тут сами разберёмся. Я и Азур...

– Азур?! – Эрион выгибает бровь дугой и кривится, как будто я произнесла ругательство. – Ты даже знаешь, как его зовут?

Я понимаю, что бессмысленно пытаться донести до него свои идеи. Он не слышит меня, он весь погряз в своих предрассудках. Но я не виню его. Мы все такие. Пока не пообщаешься с орками, не поймёшь, что они не чудовища, которыми нас с младых лет пугают.

Вот только что же мне делать? Сейчас Азур проснётся, не найдёт меня рядом, выйдет на поиски, найдёт нас с Эрионом, и начнётся война. Я в такой растерянности, что не знаю, что предпринять, как донести до друга мысль, что я в безопасности, что я с Азуром в безопасности. Что я счастлива.

– Послушай меня, – ещё раз повторяю я, повышая голос. – Азур хороший. Он не из таких орков, к которым мы привыкли. Он совсем другой, и… и мы с ним стали парой, – заканчиваю я шёпотом, опустив глаза. Словно признаюсь в страшном преступлении.

Эрион скидывает мою руку со своей и дёргается от меня, как от прокажённой. Словно я вдруг покрылась гнойными язвами. Смеряет меня гневным взглядом, полным отвращения. Потом вдруг щёлкает перед моим лицом пальцами, как будто проверяет, в своём ли я уме. Я отшатываюсь, как от удара.

– Ты явно под действием какой-то магии. Одурманена его чарами. Проклята!

– У орков нет магии, – лепечу я шокировано.

– Значит, это какой-то артефакт! Он нацепил на тебя какую-нибудь безделушку, чтобы поработить твою волю!

Он начинает маниакально кружить вокруг меня и искать этот проклятый артефакт. Хлопает ладонями по моему телу, не обращая внимания на мои протесты, и от удивления, шока и этих неприятных, грубых прикосновений у меня начинает кружиться голова и мутить. Словно я попала в дурной сон.

Я пытаюсь отпихнуть его.

– Эрион, перестань, – шепчу я, умоляюще глядя ему в глаза. – Нет на мне никакой магии. Просто так получилось. Просто прими этот факт и оставь меня в покое! Отправляйся домой!

– Я тебя здесь не оставлю, – хмурится он, но останавливается, тяжело дыша. – Линариэль, я уже сказал, ты здесь не останешься с каким-то орком. Он тебе запудрил мозги. Не знаю, что он наговорил и как тебя присвоил, но все эти вопросы будешь решать дома... Твою судьбу будут решать твои родители, как это и положено. Это мой долг. Вернуть тебя в семью.

Эрион делает выпад вперёд, захватывает меня в ловушку своих рук, словно пленницу, а следом закидывает к себе на плечо и тащит за собой. Его шаги становятся тяжёлыми, прерывистыми. Он не то, что Азур, ему меня нести тяжелее, он не привык к такой ноше. Да, Эрион широкоплечий, высокий эльф, но все же он раза в два худее Азура. Я растерянно вишу на плече друга и думаю о том, что понятия не имею, что мне делать.

Я не хочу стычки Азура и Эриона. Я не хочу выбирать между другом и любимым. Но и бездействовать не могу... Нельзя мне возвращаться домой, нельзя оставлять здесь всех своих подруг и новых друзей. И тем более Азура. Я не могу его предать.

Он проснётся и решит, что я его бросила, что я сбежала. А я никогда так не поступлю. Даже к Морвене... (боги, даже к этой вредной ведьме!) я пойду с ним. Даже если она откроет самую неприятную правду.

И тогда я решаюсь воспользоваться своей магией. Я прикрываю глаза и обращаюсь к духам леса, прошу помочь меня остановить Эриона и дать мне уйти. Обычно они всегда мне помогали. Но они меня не слышат. Точнее, они не хотят меня слышать. Как будто игнорируют. Я удивлённо обращаюсь снова, но в ответ получаю только тишину. Лес словно отвернулся от меня.

Это… странно. Необъяснимо.

Будто духи леса хотят, чтобы я ушла с Эрионом. Словно это правильно. И тут сзади раздаются тяжёлые, грузные шаги. Земля дрожит.

– Лина! – ревёт Азур. Его голос звучит, как раскат грома.

Эрион останавливается, словно споткнулся о невидимую преграду, и медленно, с ужасом в глазах, оборачивается.

О нет! Всё-таки будет стычка. Боги, как же я этого не хотела!

Глава 20. Ревность

Азур

Я просыпаюсь от пустоты. Леденящей, сосущей под ложечкой пустоты.

Мои руки сжимают воздух, там, где ещё мгновение назад была она – тёплая, дышащая, моя Линариэль. Сон как рукой снимает.

Сердце бьётся, как кузнечный молот по наковальне. Оглушительно. Я вскакиваю, оглядываюсь, но её нет. Проклятье!

В лагере подозрительно тихо. Пусто. На соседних ложах тоже никого нет. Будто бы все куда-то испарились, отправились на тайное собрание, а меня предупредить забыли. Какого черта?!

Но Лина… Она ведь не могла оставить меня. Не после того, что между нами произошло. Не после того, как она отдалась мне. Своё тело. Свою душу.

И тогда я чувствую что-то странное. Не глазами, не ушами, а самой кровью. Это какое-то звериное чутьё, которое никогда меня не подводило. Будто она в опасности. Не физической, не смертельной, но опасной для нас. Для того, что происходит между нами. Для нас двоих. Кто-то хочет нас разлучить.

Я поднимаюсь с места и бегу, доверившись интуиции. Совсем недавно она помогла мне найти Лину, повисшую над пропастью. И сейчас, я уверен, что выйду на её след. Обязательно.

Земля дрожит под моими шагами. Ветви хлещут по лицу, оставляя царапины, но я ничего не замечаю. Мои ноздри ловят её запах – пьянящую смесь леса, дыма и клубники. Её аромат, который будоражит меня и возбуждает. Но… я чувствую что-то ещё… ещё запах чужого. Эльфа.

Я нахожу их быстро. Словно кто-то намеренно оставил мне след.

Он уносит её от меня. Этот худосочный эльф! Закинул на плечо, будто имеет на это право! Она же не какой-то трофей! У меня перед глазами возникает пелена ярости, но я сознательно не трансформируюсь. Иначе просто разорву его в клочья. Медленно и мучительно.

А тут… что-то не так. Лина даже не пискнула. Не позвала меня на помощь. Не вырывается. Будто она и не против, что какой-то эльф её уносит. Куда?! Она моя! Только моя! И никто не смеет её трогать!

– Лина! – реву я, и звук вырывается из груди, как удар топора по щиту. Земля содрогается.

Эльф вздрагивает, как от удара молнии, и медленно, с отвращением на лице, оборачивается. Высокий, стройный, с лицом, выточенным из мрамора. Надменный и высокомерный. Он медленно опускает Лину на землю и задвигает её себе за спину, будто видит перед собой чудовище, будто он спаситель.

Дурак! Только рядом со мной Лина в безопасности. Только я смогу её защитить.

– Уходи, орк! – шипит эльф, выхватывая кинжал. – Она не твоя!

Я не отвечаю. Слова – для слабых. Я просто делаю шаг вперёд. Потом ещё один. Сокращаю дистанцию. Демонстрирую свою силу.

Он бросается на меня – быстро, ловко, как учат эльфийских воинов. Но он не знает, с кем связался. Он понятия не имеет, на что я способен.

Мой кулак встречает его челюсть раньше, чем он успевает замахнуться. Кость хрустит – не сломана, но больно. Очень. Он отлетает, падает на колени, но тут же вскакивает, глаза полны ярости и страха.

– Ты её околдовал! – кричит он, и голос дрожит от ненависти. – Ты… ты её испортил! Загрязнил!

Линариэль пытается вмешаться, выкрикивая:

– Эрион, перестань! Это мой выбор! Я с ним добровольно! Он не виноват!

Но этот эльф её не слушает. Он уже ничего не слышит. Он видит только орка, укравшего его… кого? Подругу? Или нечто большее? Кто такой этот… Эрион? Кто он для моей Лины?

Он снова бросается вперёд. На этот раз я ловлю его за запястье, выкручиваю, прижимаю лицом к земле. Он бьётся, как загнанный зверь, пытается вырваться, но я держу крепко. Пусть знает своё место.

Но потом всё-таки отпускаю. Даю ему шанс встать. Показать, что он не трус.

Он поднимается, дрожа всем телом. Смотрит на меня с ненавистью. И вдруг его взгляд перемещается вправо. Туда, где появились наши друзья. Я, признаться, даже не заметил их. Весь был поглощён этой стычкой.

Они стоят у края поляны, Сильвэрин и Фэйриэль в обнимку с Гругом и Хелгаром. Глаза эльфа расширяются от изумления. Кажется, он увидел нечто, что перевернуло его мир с ног на голову.

– Вы… вы все сошли с ума?! – хрипит он, глядя на Сильвэрин и Фэйриэль с отвращением. – Вы спите с ними?! С этими… орками?! Вы предали свой народ!

Груг фыркает, словно услышал глупую шутку. Хелгар хмурится, глядя на эльфа, как на надоедливую мошку.

– Похоже, у него мозги закипели, – бормочет Груг, качая головой.

– Надо усмирить, пока не натворил дел, – кивает Хелгар, поправляя свой топор.

Но я уже знаю, что делать. Видно, что этот Эрион впадает в настоящую истерику. Орёт, что мы все прокляты, что Лина под чарами, что её надо спасать. Что он обязан вернуть её домой, пока не поздно. Что он должен спасти их всех от этого ужасного влияния орков. Кричит, чтобы девочки опомнились, взяли оружие и встали на его сторону, чтобы вместе противостоять злу.

Он не понимает. Он не может понять, что никто не хочет, чтобы их спасали.

Я делаю шаг вперёд, пресекая его бессмысленный бунт.

Он пытается замахнуться, но слишком медленно. Мой кулак врезается ему в висок.

Тишина.

Он падает, как мешок с камнями. Без звука. Без сопротивления. Просто – вырублен.

Линариэль вскрикивает и бросается к нему, словно он умирает. Наклоняется над эльфом и нежно проводит рукой по его щеке. От этой картины меня мутит, словно я выпил испорченное пойло. Какого дьявола?! Да что здесь вообще происходит?

– Что ты наделал?! – кричит Лина, бросаясь вперёд и колотя меня кулаками в грудь. – Это мой лучший друг! Ты… ты его убил?! Ты чудовище!

Я ловлю её запястья, сжимаю. Не больно, но твёрдо. Пытаюсь унять её истерику. Внутри меня вскипает самая настоящая ярость. От слов: «лучший друг».

Мужчина. Эльф. Тот, кто, возможно, мечтал о ней, лелеял надежду быть с ней. Тот, кто считает, что имеет право решать за неё, навязывать ей свою волю. Тот, за кого она так трепетно переживает, словно он что-то для неё значит.

– Он не убит, – говорю я низко, почти рыча, с трудом сдерживая себя, чтобы не заорать. – Он спит. Пусть проснётся и поймёт, что ты больше не его. Ты моя. Только моя. И никому не позволено решать, что тебе делать.

Она смотрит на меня с ненавистью. Но я вижу за ней дрожь. Страх. И… что-то ещё. Слабое подобие того, что было между нами. То, что горело в её глазах, когда она смотрела на меня. А сейчас будто бы забыла об этом.

– Присмотрите за… этим, – киваю я друзьям, указывая на лежащего без сознания эльфа.

Подхватываю Лину на руки одним движением, словно она пёрышко. Она пытается сопротивляться, брыкается, но я уже несу её вглубь леса. Туда, где никто не услышит её криков. Где только деревья станут свидетелями нашей страсти.

– Азур, отпусти! – шипит она, как змея. – Ты сошёл с ума!

– Нет, – отвечаю я, и голос звучит как гром под землёй. – Я просто напомню тебе, чья ты. И что значит быть моей.

Выбью из неё все лишние мысли. Сотру из памяти этого эльфа. Потому что она моя. Только моя. И я никому не позволю её отнять.