Текст книги "Незнакомка для наследника клана орков (СИ)"

Автор книги: Дита Терми

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 43. Орочий клан

Дорога к орочьим землям кажется одновременно и бесконечно долгой, и стремительно короткой. С каждым шагом, уводящим нас от эльфийских лесов, тревога в моей груди сжимается в тугой, холодный комок.

Я не знаю, как меня примут родители Азура. Я боюсь натолкнуться на ту же стену непонимания, что была у моей семьи. Отец в итоге принял мой выбор. Он своими глазами видел испытания, которые мы успешно прошли, а вот мама… ей пришлось смириться.

Но даже на прощание я видела в её глазах такую горечь, что мне было не по себе. Она не сказала вслух ничего против, слово папы – закон, но внутри она осталась не на моей стороне. Папа пообещал поговорить с ней серьёзно на эту тему.

Надеюсь, что получится. Как бы мне ни хотелось уговорить себя, что для меня неважно их одобрение, ведь я выбрала Азура, а это самое главное, но в глубине души всё равно осталась надежда и желание. Чтобы они оба поняли меня и приняли такой, какая я есть.

Мы идём небольшой группой: я, Азур, наши верные друзья – Сильвэрин, Фэйриэль, Груг и Хелгар. Воздух уже другой – более сухой, с примесью дыма и запаха нагретых солнцем камней.

Я сжимаю руку Азура так, что, наверное, ему больно, но он не подает вида.

С каждым шагом волнение становится всё сильнее и сильнее. Хочется развернуться и убежать. Спрятаться снова в заброшенном святилище и уединиться. Вдвоём так хорошо и всё понятно.

– А вдруг… – начинаю я, и мой голос предательски дрожит. – А вдруг они меня не примут? Твой народ… они ведь так же, как и эльфы, могут ненавидеть чужаков. Придется ли мне снова проходить испытания? Доказывать, что я тебя люблю?

Азур издает тихое, грудное хмыканье. Он останавливается, заставляя и меня замереть, и поворачивается ко мне. Его большие руки ложатся мне на плечи.

– Лина, – говорит он терпеливо, как ребенку. – Ты прошла через «Дорогу Воспоминаний», увидев самые тёмные уголки моей души. Ты удержала меня над пропастью силой одной лишь веры. Ты выстояла перед лицом всего моего народа и не сломалась. Поверь мне, встреча с моим кланом – это не испытание. Это… формальность. И всё будет хорошо.

Его слова успокаивают, но не до конца. Я киваю, стараясь вдохнуть его уверенность, как воздух. Мы снова идём.

И вот лес окончательно редеет, уступая место каменистым холмам. Впереди, в широкой долине, раскинулось орочье стойбище. Множество шатров разных цветов, частокол с заострёнными кольями, дымок, поднимающийся из очагов и большой костёр в центре. Оно дышит суровой, но надёжной силой.

Азур указывает рукой на группу людей, стоящих у входа в стойбище. Они вышли нам навстречу. Моё сердце начинает колотиться с такой силой, что, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди. Я вглядываюсь.

Впереди стоит орк. Его плечи шире, чем у Азура, шрамы на тёмно-зеленой коже складываются в причудливую карту былых битв. Его лицо сурово, взгляд испытующе-острый, под стать гигантскому топору, на который он опирается. Это, без сомнения, Даркхан, вождь клана.

Рядом с ним – женщина. Она высока и статна, одета в практичную кожаную одежду, отороченную мехом. Но её кожа… её кожа светлого оттенка. Её черты хоть и сильные, но лишены характерной орочьей грубости. А уши… её уши округлые. Человеческие.

И чуть позади них – девушка. Лет восемнадцати. Её фигура стройная, почти по-эльфийски изящная. Походка лёгкая, пружинистая. А кожа… почти такая же светлая, как у меня. И сквозь тёмные, длинные волосы пробиваются… заостренные кончики ушей.

Мир вокруг меня плывет. Ноги становятся ватными. Я слышу, как Сильвэрин ахает позади меня, а Фэйриэль что-то шепчет. Но всё это доносится как сквозь толщу воды.

Я вцепляюсь в локоть Азура с такой силой, что он наконец поворачивается ко мне, на лице – легкое недоумение.

– Лина? Что случилось?

Я не могу оторвать взгляд от той троицы. От женщины-человека и девушки-полукровки. От вождя клана. Всё это… немыслимо. Я даже предположить не могла…

– Это… кто? – выдыхаю я.

Азур смотрит туда, куда уставилась я, и его лицо озаряется понимающей, почти нежной улыбкой.

– Мой отец, Даркхан, – он кивает на могучего орка. – Моя мать, Иллия, – его взгляд мягко останавливается на женщине. – И моя младшая сестра, Лиара.

Отец-орк. Мать-человек. Сестра-полукровка.

Меня пронзает осознание. Острое, как удар кинжала, и такое же освобождающее. Он не просто «орк». Он… смесь. Дитя двух миров, двух кровей, сошедшихся вопреки всему. Вся его жизнь, его борьба, его внутренняя сила, способная понять и принять меня… всё это обретает новый, оглушительный смысл.

Вот почему он никогда не видел в нашей любви чего-то невозможного. Для него это было… естественно. Нормально. Он вырос в этом. Его собственная семья – живое доказательство того, что такое возможно.

Ледяной ком страха в моей груди тает, сменяясь волной облегчения. Я смотрю на Азура, и в моих глазах, наверное, читается всё смятение, через которое я только что прошла. Он, как обычно, понимает меня даже без слов.

Но молчит. Ждёт моей реакции.

– Ты… ты никогда не говорил, – лепечу я.

– Это не было секретом, – он пожимает плечами, как будто речь идет о чем-то само собой разумеющемся. – Просто… мне как-то не приходило в голову, что это может быть важным.

Я киваю. Для него всё это было естественным. Обычным делом.

– Идём? – спрашивает он.

– Да, – решительно отвечаю.

Во мне растёт уверенность, что всё будет хорошо. Им не нужны будут никакие испытания, никакие доказательства. Они прочитают нашу любовь в наших взглядах, в нашем отношении друг к другу. Тут не будет предвзятости. Тут всё будет по-честному.

Мы подходим ближе. Теперь я вижу лица. Вижу мудрые, спокойные глаза Иллии, в которых нет ни капли осуждения, лишь тёплое, сдержанное любопытство. Вижу дерзкий, пытливый взгляд Лиары, которая с интересом разглядывает меня и моих эльфийских подруг. И вижу суровое лицо Даркхана. Его взгляд скользит по мне, оценивающе, тяжело, но без той ядовитой ненависти, к которой я привыкла в глазах сородичей.

Азур отпускает мою руку и делает шаг вперед, чтобы представить меня. Вся моя нервная дрожь куда-то уходит. Я выпрямляюсь, поднимаю подбородок – не с вызовом, а с достоинством, – и делаю шаг навстречу своей новой семье. Семье, которая, как оказывается, уже давно была такой же «неправильной» и «смешанной», как и наш с Азуром союз.

И впервые за долгое время я чувствую не страх перед неизвестностью, а жгучее, нетерпеливое любопытство. И надежду.

Глава 44. Знакомство

Мы стоим перед семьёй Азура, перед Даркханом, который скользит по мне тяжёлым взглядом. Воздух напряжен, но по-иному, не так, как было недавно в зале Совета старейшин. Здесь нет яда предубеждения, есть лишь тяжёлое, испытующее молчание воина, оценивающего новичка на своём пороге.

Азур выпрямляется, его грудь широко расправлена. Взгляд на семью спокойный и уверенный.

– Отец. Мать, – его голос гремит в наступившей тишине так громко, будто на весь лагерь орков. – Это Линариэль. Моя избранница.

Даркхан делает шаг вперёд. Его тень накрывает меня. Он на полголовы выше Азура, и кажется, что сама земля под ним замирает. Он медленно обходит меня. Его тёмные, пронзительные глаза скользят по моей фигуре, по моим ушам, по лицу, застывшему в попытке сохранить достоинство.

– Эльфийка, – произносит он наконец.

Его голос – низкий грохот камнепада. В этом одном слове – вся история наших народов. Войны, стычки, вековая ненависть. Всё то, что всплывает при одном только упоминании моей расы. Всё то, что разделяет меня с его сыном.

Я сглатываю вязкую слюну в горле, но не отвожу взгляда.

Если вдруг я ошиблась, если Азур ошибся, если нас не примут, я знаю одно точно. Мы никогда с ним не расстанемся. Он будет моим, а я – его. Это не обсуждается. И это вселяет в меня небывалую уверенность.

Всё будет хорошо. В любом случае мы справимся. Уж после наших испытаний, кажется, ничего не должно нас выводить из колеи. Мы доказали себе и всем остальным, что наша любовь заслуживает того, чтобы дать нам шанс.

Самое главное мы знаем. Самое главное, это наша любовь.

– Да, – отвечаю я, и мой голос, к счастью, не дрожит. – Я – Линариэль. Эльфийка.

Даркхан останавливается прямо передо мной. Он смотрит мне в глаза, и я вижу в его взгляде не злобу, а невероятную, сосредоточенную интенсивность. Он ищет что-то. Слабую точку. Страх.

Не знаю, что точно он рассчитывает увидеть, но я не хочу притворяться кем-то другим. Да, я эльфийка, да, Азур – орк. Но мы вместе. Несмотря ни на что.

Так что я просто смотрю на вождя и жду вердикта. Азур стоит поодаль, не вмешивается, но я знаю, что в случае чего, он за меня заступится. Это видно по его напряжённым плечам, по его твёрдому, внимательному взгляду на своего отца.

Мой любимый тоже ждёт его слов.

– Мой сын ради тебя прошёл огонь и воду, – говорит Даркхан задумчиво. – Ради тебя он пошёл в логово твоего поселения. Правда ли это?

– Правда, – киваю я. – И я ради него готова на всё. Даже на верную смерть.

Мы смотрим друг на друга – хрупкая эльфийка и орочий вождь. И в этот миг что-то меняется в его взгляде. Суровость не уходит, но она смягчается крупицей уважения. В уголках его губ поселяется что-то похожее на улыбку.

– Смелая, – заключает он и отступает на шаг.

Я выдыхаю. Этого достаточно. Это – принятие меня вождём. Я готова расплакаться от облегчения, но держусь. Всё так же стою, задрав подбородок, стараясь не показывать бурю эмоций внутри себя.

Снова получилось. Будто удача наконец-то улыбнулась нам. Будто все препятствия действительно оказались позади. Мы пережили с Азуром всё. Мы можем быть вместе. Его семья меня приняла!

И тут вперёд выходит мама Азура. Ее движения плавные, полные врождённой грации, не орочьей и не совсем человеческой – своей собственной. Она красивая. Утончённая. Я засматриваюсь на неё. И внутри, в груди, расползается тепло.

Иллия подходит ко мне и берёт мои руки в свои. Её ладони шершавые от работы, но прикосновение мягкое. Заглядывает мне в глаза, и я не чувствую никакой опасности, не чувствую угрозы. Только её безоговорочное признание меня.

Вот так просто. Она согласна, чтобы её сын был со мной.

– Дитя моё, – говорит она тихонько и её губы расплываются в добродушной улыбке. – Добро пожаловать в нашу семью.

Я смотрю в её добрые глаза и понимаю, откуда у Азура эта скрытая нежность, которую он открывает только мне. Он сын своих родителей. В нём смешалась кровь двух рас. Он стал сильным и мудрым, как отец, и добрым, как его мать.

Меня переполняют эмоции. Я счастлива. Наконец-то никакого напряжения и страха. Я просто счастлива, что всё позади. И я уже обожаю его семью. Всех их.

– Спасибо, что приняли меня, – шепчу я, стараясь сдержать слёзы облегчения и радости в себе.

– Здесь принимают не по крови, а по сердцу, – отвечает она просто, и её слова звучат как самое главное откровение этого дня.

Лиара, сестра Азура, так и не говорит ни слова, но всё это время она не сводит с меня восторженного взгляда, словно я какое-то экзотическое существо из её сказок. И я даже догадываюсь почему.

Удивительно, но… смесь орка и человека дала ребёнка слишком похожего на эльфийку. Мы с ней похожи. Внешне. Как же так вышло?

И впервые я думаю о том... а какие у нас с Азуром будут дети? И ведь кто знает… может быть я уже ношу под сердцем его ребёнка. Сколько раз мы с ним были вместе, не думая о последствиях.

И от этих мыслей к щекам приливает кровь. Азур как раз подходит ближе, обхватывает мою руку и целует мои пальцы. Заглядывает мне в глаза, пытается прочитать моё состояние. А я просто счастливо улыбаюсь ему в ответ.

– Вот видишь… зря ты переживала, – шепчет он мне на ухо, притягивая меня в свои объятия.

Я утыкаюсь лицом в его широкую грудь и вдыхаю его аромат.

Да. Зря. Теперь я – часть этого орочьего мира.

Глава 45. Мир

Наступает вечер. Мы сидим вокруг огромного костра в центре стойбища. Пламя отбрасывает танцующие тени на заинтересованные лица орков, собравшихся послушать нашу необыкновенную историю.

Здесь весь клан. Множество орков. На меня поглядывают. На Сильвэрин и Фэйриэль тоже. Мы все сейчас выглядим для них непривычно. Мы – новый мир, новое звено в их привычной среде.

Воздух пахнет дымом, жареным мясом и чем-то пряным. Азур, Груг и Хелгар по очереди, перебивая друг друга, рассказывают о наших злоключениях. О похищении, о темнице, о побеге, о Совете старейшин и о том, как мы заставили Себастьяна выдать всю правду. А потом об испытаниях, которые мы смогли пройти, доказав нашу любовь.

Орки слушают, хмурясь, одобрительно рыча в особо напряжённых моментах и громко смеясь, когда Груг с юмором описывает, как они с Хелгаром валили эльфийских стражников.

– И теперь, – заключает Азур, и его голос становится серьёзным, – нам нужно говорить о мире. О настоящем мире. Не о перемирии. Эльфы видели свою гниль. Они готовы слушать. Сейчас будет самый благоприятный момент для этого разговора.

Даркхан, сидящий на почётном месте у костра, медленно кивает. Он долго смотрит на огонь, его могучее лицо непроницаемо. Он о чём-то серьёзно размышляет, и в клане все замолкают. Ждут слово своего вождя.

И я понимаю, что сама с нетерпением комкаю своё платье. Мне жизненно важно понять, будет мир или нет. Пройдут эти переговоры или нет. Я хочу, чтобы в моём будущем больше не было войны, чтобы всё закончилось миром.

Чтобы у наших детей, когда наступит этот момент, была возможность жить с соседями и не переживать ни о чём. Чтобы наши дети могли без всяких проблем бывать и в орочьих землях и в эльфийских.

– Вековая вражда… – качает Даркхан головой. – Долгий путь. Но если эльфы смогли признать вашу связь, смогли осознать, что различия – это не всегда плохо… значит, что-то сдвинулось. – Он переводит тяжелый взгляд на Азура. – Ты поступил как настоящий вожак. Не силой, а умом и сердцем. Ты вырос, сын. Перерос меня.

Вокруг костра наступает такая густая тишина, что, кажется, будто сам огонь перестаёт трещать. Слова Даркхана, судя по всему, это высшая похвала. Я вижу это по взглядам орков. Они смотрят на Азура. Как… как на вождя. Как на своё будущее. Как на того, кто готов вершить судьбу.

– Клан готов принять тебя как нового вожака, если ты этого захочешь, – продолжает Даркхан, и все переводят взгляд на него. Моё сердце подпрыгивает в груди от гордости за своего мужчину. – Ты можешь остаться здесь. Вести нас к этому миру.

Все взгляды вновь обращаются к Азуру. Он не смотрит на отца. Он смотрит на меня. Его глаза в свете огня кажутся золотыми. Он ждёт моей реакции. Он хочет знать, какой путь выбираем мы. Не он один, а мы вместе.

– Лина? – тихо спрашивает он.

Всего одно слово. Но я всё понимаю. Понимаю, что он хочет услышать от меня, к чему этот вопрос. Это так… греет меня. Он не решает за нас двоих, ему важно и моё мнение тоже.

Я кладу свою ладонь на его руку. Я не смотрю на других. Только на него. Сейчас мы будто в другой реальности, где шепчемся с ним наедине.

А может так и есть. Может мы общаемся душами, а не языками. Может быть никто и не видит этих переглядок и нашего тихого разговора.

А я уже знаю ответ. Он сидит во мне. Он врос в моё сознание, и у меня нет других вариантов. Тут всё понятно и очевидно.

– Я буду там, где ты, – отвечаю мгновенно. – Всё равно где. Здесь, в эльфийских лесах или на краю света. Дом – это там, где ты.

Уголки его губ приподнимаются в едва заметной улыбке. Он сжимает мои пальцы крепче, на долю секунды задерживается на мне взглядом. Мы разделяем это осознание между собой.

Я даю ему право решать, ведь он – моя защита, он – мой мужчина, он – глава нашей маленькой, новой семьи.

– Мы останемся здесь, – говорит он громко и поворачивается к отцу. – На время. Чтобы построить мост. Настоящий. А потом… посмотрим.

Даркхан согласно хмыкает, и в его глазах читается одобрение.

И тут Иллия, до сих пор молча наблюдавшая за нами, поднимает свою чашу.

– Ну что, – говорит она, и в её голосе звенит весёлая, лукавая нотка, которая заставляет меня вспыхнуть от смущения. Я сразу чувствую, что речь пойдёт о нас с Азуром. – Раз всё так удачно сложилось… готовимся к свадьбе?

Над костром взрывается громовой хохот. Как это по-женски, переключить внимание с политики на земные вещи. Например, на свадьбу. Боги, неужели я действительно скоро стану женой самого лучшего на свете мужчины?

Груг бьет себя по коленям, Хелгар ухмыляется, Лиара прыскает со смеху. Мои подруги счастливо толкают меня в бок, разделяя всеобщее веселье. Наверное, думаю, что их свадьбы тоже не за горами. Уверена, что так оно и будет. И даже на суровом лице Даркхана появляется что-то напоминающее улыбку.

Все уже представляют себе праздничное веселье. Начинается оживлённый разговор, обсуждение ритуалов, выбор дня для наилучшего сочетания браком, кажется, там даже шамана начинают пытать вопросами. Но всё это гул. Для меня главное, это Азур.

Я поднимаю на него глаза. Что он думает обо всём этом?

Азур смотрит на меня, не отрываясь. Его глаза сияют таким же счастьем, как и мои. Он не говорит ничего. Ему не нужно. В его взгляде – целое будущее. Общее. И я, краснея до кончиков ушей, тону в этом взгляде.

Все испытания, вся боль – всё это стоило этого. Ради этого мгновения. Ради этого смеха вокруг общего костра. Ради дома, который мы только что начали строить. Вместе.

Эпилог

Прошло несколько лунных циклов. В воздухе, обычно сухом и напоенном запахом степных трав, сегодня витают непривычные нотки – тонкий аромат эльфийских цветов, смешанный с дымом орочьих костров и запахом жареного мяса. На нейтральной поляне, на границе леса и степи, собрались они.

Эльфы в своих струящихся, изысканных одеяниях стоят с одной стороны, стараясь не выказывать открытого пренебрежения. Орки в практичных кожаных доспехах и мехах – с другой, с любопытством и настороженностью разглядывая «изящных древесных жителей».

Воздух трещит от напряжения, но это хотя бы уже не напряжение вражды, а неловкость первых шагов, робкое любопытство, начало сближения двух народов.

Когда мы с Азуром выходим на середину поляны, все взгляды мгновенно обращаются к нам. К нам двоим. К нашему союзу, который становится этим шатким, но прочным мостом между эльфами и орками.

Обряд выходит смешанным. Эльфийские клятвы, данные под сенью специально оборудованного лентами молодого дуба, сменяются орочьим ритуалом, где мы обмениваемся не кольцами, а браслетами и нашими личными клинками, вложив их в ножны друг друга – символ доверия и защиты.

Жрец из моего народа и шаман клана Азура работают в унисон, и их голоса, такие разные, сливаются в странную, но гармоничную песнь.

И вот наконец-то то, чего мы так ждали. Нас объявляют мужем и женой.

Начинается пир. Две культуры сталкиваются за общим столом. Эльфы скептически пробуют острое орочье рагу, а орки с недоумением разглядывают изысканные эльфийские десерты. Но под влиянием хмельного мёда и крепкой орочьей браги лёд начинает таять. Звучит смех, сначала сдержанный, потом всё более громкий.

Самым невероятным зрелищем для меня оказывается наблюдение за моей мамой. Она ведёт тихую, но оживленную беседу с Иллией. Они о чем-то спорят, разглядывая узор на платье Иллии, и мать даже улыбается – это что-то редкое и искреннее. Она смотрит на меня, и в её глазах я наконец-то вижу не разочарование, а сложную смесь грусти, принятия и надежды.

Азур всё это время рядом. Его рука твёрдо и уверенно лежит на моей талии. Он отвечает на похлопывания по спине от своих соплеменников, кивает старейшинам моего народа, и его достоинство такое же непоколебимое, как скала.

Но когда танцы набирают оборот, когда шум веселья достиг апогея, он наклоняется к моему уху, обжигая своими губами мою мочку.

– Хватит делить тебя, – шепчет он, и в его голосе звучит знакомая, хищная нотка, от которой по телу бегут мурашки. – Пойдём.

Он берёт меня за руку и, не обращая ни на кого внимания, ведёт меня прочь от костра, в сторону небольшой рощицы, что темнеет на краю поляны. Мы оставляем позади свет, музыку и гам, скрываемся в прохладной, тихой тени деревьев.

Он прижимает меня к стволу старого клёна. Его горячее, могущее тело вжимается в меня, заставляя засмеяться и ойкнуть. В голову бьёт осознание. Мой муж… очень проголодался. Не по еде. По мне.

Лунный свет, пробиваясь сквозь листву, серебрит его шрамы и мои, вероятно, сияющие от счастья черты.

– Наконец-то мы одни, – выдыхает он, и его губы находят мои.

В этот раз поцелуй выходит не такой, каким был на публике. В этот раз Азур целует медленно, глубоко и нежно. В нём вся боль разлуки, вся радость воссоединения, вся безграничная благодарность за то, что мы здесь, вместе.

Его руки скользят по моей спине, срывая с плеч тонкую ткань свадебного наряда, а мои пальцы впиваются в его мощные плечи, притягивая его ближе. Действительно. Наконец-то мы одни.

– Я люблю тебя, Лина, – шепчет он, прерывая поцелуй. Его губы перемещаются на шею. – Моя жена. Моя жизнь.

– Азур… – мое дыхание сбивается, когда его ладони обнажают мою кожу, а его пальцы принимаются выводить на ней свои собственные, дикие руны. – Я так долго ждала этого. Ждала тебя.

Мы не спешим. Здесь, в тишине, под звёздами, принадлежа только друг другу, больше не нужно никуда спешить. Теперь мы вместе и это на всю жизнь. Он исследует моё тело с благоговением воина, нашедшего ценный клад, а я открываю его заново – не как спасителя, а как мужа. Моего мужа.

Он входит в меня одним толчком, вырывая из груди тихий стон. Мы движемся в едином ритме, шепчет друг другу слова любви и обещания. Это наша первая ночь в новом статусе, это закрепление нашего союза.

Вскоре нежность перерастает в дикость, страсть. Азур начинает двигаться мощнее, глубже.

– Да… – шепчу я, задыхаясь. – Да, так…

Он хватает меня за бёдра, ускоряется. Каждый толчок отзывается во мне разрядами молнии. Я чувствую, как внутри всё сжимается, как накатывает волна, которую уже не остановить. Срываюсь и кричу.

И он заканчивает одновременно со мной. Горячо, глубоко, наполняя меня до краёв. Мы сжимаем друг друга в объятиях и снова целуемся. Будто не думаем отпускать друг друга. Впрочем… это ведь начало. Только начало нашей истории и нашей ночи.

– Завтра начнется новая жизнь. Со всеми её сложностями, – глухо произносит Азур, обнимая меня ещё крепче.

– Я знаю, – отвечаю я, прижимаясь к его груди и слушая ровный стук его сердца. – Но мы справимся. Вместе.

В этом объятии весь мир. Наш мир. Наша семья и наша новая страница жизни.