Текст книги "Незнакомка для наследника клана орков (СИ)"

Автор книги: Дита Терми

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 15. Победа

Азур

Тьма… она просто поглощает её.

Одно мгновение, и моя Линариэль исчезает. Была здесь, и вдруг – пустота. Будто сама земля разверзлась под её ногами, будто ночь вобрала её в себя, как глоток воздуха.

Я не успеваю даже осознать, что она пропала. Только чувствую, как сердце рвётся из груди, как кровь кипит, как все внутренности выворачиваются наизнанку от ужаса и отчаяния. Как будто кто-то вырвал кусок моей души.

– Лина! – мой крик рвёт горло, хриплый, дикий, как вой раненого зверя.

Я отпускаю морду чудовища. Чёрная слизь стекает по моим рукам, жжёт кожу, оставляя на ней багровые следы, но мне плевать. Боль? Это ничто. Ничто по сравнению с тем, что сейчас происходит. Она исчезла. Втянута во тьму. И я знаю – я чувствую это каждой клеткой своего тела – если я не последую за ней сейчас же, я могу потерять её навсегда.

Не думаю ни секунды. Даже когда Груг орёт что-то сзади, когда одна из эльфиек кричит, чтобы я остановился, я не слушаю, я просто бросаюсь в пустоту. Прямо в разверзшуюся бездну, где только что стояла она.

Прыгаю в черноту, в неизвестность, в саму смерть.

И тут же – падение. Ни земли, ни неба. Только холод, пронизывающий до костей, липкий, как смола, обволакивающий тело, душу, разум. Воздуха нет. Грудь сдавливает от нехватки кислорода. Есть только паника, страх, леденящий кровь, и одна мысль, бьющая в висках, заглушающая всё остальное: «найти её, найти её, найти её».

Мои пальцы судорожно прощупывают тьму. Я машу руками, как утопающий, цепляюсь за пустоту, за тень, за надежду.

И вот – кончики пальцев касаются чего-то мягкого. Кожи. Руки. Это она!

– Лина! – хриплю я, хватаясь крепче, сжимая её запястье.

Она вздрагивает. Я чувствую, как её тело содрогается в моих руках. Она боится и дрожит, как испуганный зверёк, попавший в капкан. Не видит меня, не понимает, что это я. Тьма слепая и глухая.

– Я здесь, – выдаю решительней, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, чтобы пробился сквозь пелену ужаса. Тяну её на себя и прижимаю к себе, обнимая крепко-крепко. – Я с тобой. Держись за меня.

С силой, на которую только способен, я рву нас назад – из этой тьмы, из этого кошмара, из мира, где нет света, нет времени, нет ничего. Я тяну нас обоих, подчиняясь интуиции.

И вдруг – удар. Мы вываливаемся обратно, прямо на траву, на ту самую поляну, где ещё секунду назад шла битва. Воздух врывается в лёгкие. Я лежу на спине, Лина сверху, прижата ко мне, вся в грязи, в листьях, в поту и слезах.

Но она здесь. Со мной. Живая. Я смог её вытащить. И в груди расползается облегчение.

Я медленно поднимаюсь на локтях, не выпуская её из объятий. Смотрю в её глаза – огромные, испуганные, блестящие от слёз. А потом… они начинают светиться. Она фокусируется наконец-то на мне.

– Ты бросился за мной, – шепчет она, и её голос дрожит. – Не раздумывая.

Я касаюсь её лица. Провожу большим пальцем по щеке, смахиваю грязь. Её кожа горит. От страха и от облегчения. А может быть и из-за меня, от моей близости, я не знаю.

– Потому что ты мне важна, Лина, – говорю я как есть, без лишних слов, без красивых фраз. – Я ведь говорил. Ты моя теперь. И всегда будешь.

Она всхлипывает, и по щекам катятся новые слезы. И вдруг – бросается на меня. Обхватывает руками, вцепляется в мою шею так крепко, что мне становится трудно дышать. Её лицо зарывается в моей груди, и я чувствую, как её тело сотрясается от рыданий.

– Я боялась… боялась, что это конец… – выдыхает она сквозь слезы, и в её голосе слышится неподдельный ужас.

– Я не позволю никому обидеть тебя, – рычу я, прижимая её к себе так, что, кажется, сломаю ей ребра. Но мне нужно быть уверенным, что она чувствует меня. Что знает, что я говорю серьёзно. Что я готов на все ради неё. – Ни за что. Ни один бог, ни тьма, ни тысяча таких тварей не отнимут тебя у меня, Лина. Я не позволю.

Она поднимает голову. Наши взгляды сталкиваются. И в этот момент мир перестаёт существовать. Остаюсь только я и она. Только это мгновение, полное боли, страха, и… любви.

Я набрасываюсь на её губы. Жадно. Отчаянно. Как будто в этом поцелуе – вся моя жизнь. Как будто до этого момента я просто существовал, а теперь живу. Её губы – мягкие, солёные от слёз, с привкусом земли и страха, но такие… любимые. Такие необходимые.

Я вдыхаю её запах – цветы, дождь, лес и земляника, смешанные с ароматом дыма и сражения. Только её аромат, который сводит меня с ума, наполняет мои легкие жизнью. Потому что он принадлежит ей. Потому что он – часть её самой.

Руки сами скользят по её спине, прижимают к себе, не давая ни на миллиметр отстраниться. Я чувствую, как она отвечает на поцелуй – с тем же жаром, с тем же безумием, с тем же желанием раствориться друг в друге.

Мы забываем обо всём. О друзьях, которые, кажется, смогли победить тьму, пока мы были в другом мире. О врагах, которые посмели тронуть мою эльфийку и ещё поплатятся за это стократно. О мире, в котором существует вражда между нашими кланами, мире полном ненависти и предрассудков…

Но мир, видимо, решил напомнить о себе, внося свою грубую лепту в наше единение.

– Эй, вы двое! – раздаётся голос Груга, полный хриплого веселья. – Поосторожнее, а то прямо здесь начнёте размножаться, как зайцы!

Мы резко отстраняемся друг от друг. Я оборачиваюсь, готовый уже рыкнуть на наглеца, чтобы заткнулся и не портил момент, но… картину перед глазами невозможно игнорировать.

Чудовище лежит на земле – мёртвое. Его огромное тело рассыпается, как пепел, превращается в чёрную пыль, которая тут же уносится ветром, не оставляя следа. В его груди торчат три стрелы – две изящные, эльфийские, выпущенные с невероятной точностью, одна – грубая, костяная, явно принадлежащая одному из моих друзей-орков.

Все живы. Все на ногах, хотя и изрядно потрепаны. И, что самое невероятное – не враждуют. Стоят рядом, словно забыв о вечной ненависти между расами.

Одна эльфийка обнимает Груга – да, именно обнимает, одной рукой прижимается к его массивному плечу, а он, грозный громила с топором, смущенно краснеет. Вторая же стоит рядом с Хелгаром, и они перебрасываются шутками, будто знакомы всю жизнь.

Никто не говорит о том, что нам нельзя общаться, что мы враги, что это противоестественно. Сейчас мы все скорее воины, объединённые одной общей целью. Мы выжили, и теперь хотим хорошенько отдохнуть, перевести дыхание и понять, что это вообще такое было, что с нами произошло.

– Ну что, Азур, – Хелгар поворачивается ко мне, ухмыляясь, – признаём, эта эльфийка сделала из тебя… человека! Хотя бы на время.

– Я не человек, – ворчу я, но не злюсь. В его голосе нет злобы, только добродушное подтрунивание. – Я – орк. И она не просто эльфийка, у неё есть имя. Линариэль. И она – моя.

Лина несмело улыбается и бросает взгляд на своих подруг, смущенно краснея, при этом так и продолжает сидеть на мне верхом и прижиматься ко мне, не желая отпускать. Я чувствую, как её пульс бьётся в унисон с моим, словно наши сердца слились в одно. Она, кажется, тоже что-то решила для себя.

И это меня радует. Неужели больше не будет убегать от меня? Неужели она, наконец, поняла, что мы принадлежим друг другу?

– Да мы всё поняли, – вздыхает та, что стоит рядом с Гругом. – Но… неплохо было бы обсудить всё более подробно.

– Да, мы должны поговорить, – поддакивает вторая эльфийка. – Про того, кто создал это чудовище. Про то, почему оно хотело уничтожить Линариэль. И, главное, что теперь со всем этим делать.

– Поговорим, – киваю я. – Но не сейчас. Дайте нам время привести себя в порядок.

Я намекаю на наши чумазые лица, измазанные в грязи и крови, на порванную одежду, но на самом деле сейчас в голове только одно. После этой страшной битвы, после пережитого ужаса, нам просто жизненно важно почувствовать себя снова живыми. Побыть вместе.

Обнимаю Лину крепче. Прижимаю её к себе, вдыхая её запах. И когда наши друзья отходят от нас к затушенному костру, чтобы снова его разжечь и согреться, я шепчу ей на ухо, касаясь губами мочки и ловя ее мурашки:

– Сейчас – только ты. Только мы. Остальное – потом. Согласна?

Она несмело кивает, а я снова целую её. Медленно. Глубоко. Как будто в этом поцелуе – начало нового мира. Мира, где орки и эльфы могут стоять рядом, не проливая кровь. Где любовь сильнее тьмы, где она – моя. Навсегда.

Глава 16. Понимание

В тот момент, когда он спас меня, когда ринулся во тьму, несмотря на то, что может сам погибнуть, во мне что-то щёлкнуло. Я поняла, что не могу отрицать очевидного. Он нужен мне, а я нужна ему.

Это странно и неправильно. В нашем мире нет места любви между орком и эльфийкой, но тем не менее… Как можно противиться желанию быть друг с другом? Это что-то глубокое, это что-то невозможное.

Поэтому даже под слегка удивлёнными, но хотя бы не осуждающими взглядами подруг, я делала это. Целовалась с Азуром, выражала свою благодарность и не отрицала, что я его. Да, потом мы, конечно, обсудим мой новый статус с Сильвэрин и Фэйриэль. Но не сейчас… потому что сейчас у Азура на меня какие-то другие планы… И я даже могу себе представить какие.

Азур подхватывает меня на руки и несёт куда-то вглубь леса, оставляя наших друзей разбираться с костром и провизией. Время к ужину, и после битвы неплохо бы подкрепиться и прийти в себя. За едой и разговор будет идти приятнее.

А потом… потом я не знаю, что будет. Вернёмся ли мы с девочками домой или…

Или что?

Пока будущее видится мне неясно, но я знаю точно, что Азур не захочет меня отпускать. Он уже всеми способами показал, что отступать не намерен, не желает, чтобы я подвергалась опасности. Но как я могу бросить всё?

Мама, папа… И даже Эрион. Они все кинутся на поиски меня! Что же делать? Даже не представляю, как выкрутиться из такой щекотливой ситуации…

Мы с Азуром спускаемся ниже по тропинке к реке. Я жмусь к нему сильнее, чувствуя себя в безопасности в его сильных руках. У него такая мощная шея, такие широкие плечи, словно выкованные из стали, и стальные мышцы перекатываются под кожей при каждом шаге.

Кожа с зелёным оттенком гладкая и тёплая под моими пальцами. Она дарит приятное, почти первобытное ощущение. Лицо его, словно высеченное из камня, с высокими скулами и мощным подбородком, украшают тонкие шрамы, рассказывающие без слов о его воинской доблести.

Он уже не в своей боевой форме, отступила ярость, и клыки, что выступали из-под верхней губы, сейчас совсем не заметны, придавая его облику почти нежную чувственность. И он уже не такой огромный, как на поле боя, но всё равно я рядом с ним кажусь настоящей пушинкой, маленькой и беззащитной.

Удивительная мы с ним пара, да? Эльфийка и орк, свет и тьма… Но мне так всё равно. Он так нравится мне. Всем. Настоящий мужчина, сильный, красивый, дикий. Такой… домашний, мой.

Мы оказываемся у реки. Она бушует, несётся сильным потоком вниз, словно живая, полная мощи и неистовой энергии. Вдалеке видны острые пики. Те самые, на которые я могла сорваться. Они служат грозным напоминанием о том, что могло бы со мной случиться, если бы Азур не успел, не появился вовремя.

Он аккуратно спускает меня на твёрдые, шершавые камни, но не отпускает из плена своих огромных ладоней. Его пальцы бережно сжимают мою талию. Заглядывает мне в глаза, и в них я вижу целую вселенную, отражение бушующей реки, острых скал и бескрайнего неба. Необъятный мир из его эмоций, его страхов, его нежности… и его любви.

Его дыхание обжигает мои губы, и я не успеваю ничего сказать, как его губы уже накрывают мои, жадно, с каким-то отчаянием и силой, будто хочет доказать себе, что я его, что я никуда не испарилась, что я сейчас с ним. Я отвечаю ему, обвиваю его шею руками и жмусь ещё сильнее, желая раствориться в нём.

– Ты моя, – шепчет он между поцелуями, и его голос звучит низко и хрипло, как рык зверя. – Моя. Лина.

– Твоя, – соглашаюсь я, и мой голос срывается в стон.

Даже если весь мир этого не поймёт, даже если все отвернутся от нас, я хочу быть его, только его, и больше мне ничего не нужно.

Он рычит, кажется, будто в этот звук он вкладывает всё, что чувствует: страсть, любовь, голод… Его руки становятся ещё твёрже, очерчивая контуры моего тела. Он вжимает меня в себя ещё сильнее, и стадо мурашек срывается по коже, предвкушая то, что будет дальше.

– Ты хочешь меня? – спрашивает он, кусает мою шею, оставляя на нежной коже отметину, пылающую, как клеймо. Я вздрагиваю от боли и удовольствия, и в голове не остаётся ни одной мысли, кроме него. – Скажи мне.

– Хочу, – выдыхаю я. – Хочу тебя, Азур.

Он стягивает с меня платье одним резким движением, освобождая кожу, жаждущую его прикосновений. Его руки скользят по моей спине, обжигая. Я помогаю раздеться ему. Чувствую, как пульсирует каждый нерв в моём теле, готовясь к той буре, что вот-вот обрушится на меня. Я в предвкушении. Снова с ним. Снова раствориться друг в друге, забыв обо всём на свете.

Азур тянет меня вниз, укладывает на плоский, большой камень. Спина касается холодной, твёрдой поверхности, но я этого почти не замечаю. Он разводит мои ноги в стороны и медленно входит, заполняя меня собой до конца. От полноты ощущений я замираю. Желаю запомнить этот момент всей своей душой.

Он и я. На берегу быстрой реки. После безумной битвы, после его поступка, который перечеркнул все мои сомнения. Мы созданы друг для друга. Дикость, но так уж сложилось, что я полюбила своего врага.

Это и неправильно и правильно одновременно. Как может быть ошибкой то, что мы чувствуем? Значит, такова наша судьба. Весь мой мир перевернулся, но я не жалею. Никогда не пожалею, что стала его женщиной, что выбрала его. Вопреки всему своему привычному миру.

Мне так хорошо. Когда он так близко, когда мы с ним становимся единым целым, когда границы между нами стираются. Азур начинает двигаться, аккуратно и неспешно, давая мне время привыкнуть, насладиться каждым мгновением. Каждый толчок отзывается во мне новыми вспышками удовольствия, поднимая меня всё выше и выше к вершине блаженства.

Его движения становятся увереннее, глубже, и я тянусь к нему, цепляясь за его плечи, царапая спину в порыве страсти. Я начинаю стонать, не в силах сдержать порывы удовольствия, захлестывающие меня с головой. Он отвечает мне рыком, сжимая меня сильнее, направляя мои движения, пока мы не достигаем единого ритма, пока наши тела не начинают двигаться в унисон.

А спустя несколько твёрдых толчков меня настигает вершина наслаждения. Блаженство, такое всепоглощающее, что кажется, будто я рассыпаюсь на миллионы осколков, разлетающихся в вечность. Я кричу, и в этот же миг Азур взрывается вместе со мной. Его тело сотрясается от судорог, и он изливается на меня, окропляя мои бёдра, живот и грудь горячими волнами.

Я всё ещё лежу на камне, обессиленная и счастливая, и пытаюсь отдышаться. Воздух вокруг нас пропитан густым запахом страсти и дикой, первобытной любви.

Азур проводит ладонью по моему животу, медленно размазывая следы нашего безумия. Он заглядывает мне в глаза, и в них я вижу не только похоть, но и глубокую, бездонную нежность, от которой у меня перехватывает дыхание.

– Я люблю тебя, Лина, – вдруг произносит он. – Больше жизни.

– И я тебя, Азур, – отвечаю я шёпотом, не понимая, как так получилось. Всё произошло слишком быстро, слишком бурно.

Мы практически незнакомы, но этот шторм внутри нас… Он такой бесконтрольный, такой всеобъемлющий, что его невозможно больше сдерживать.

Азур наклоняется ко мне и целует меня снова. А потом он подхватывает меня на руки и несёт к реке. Мы ведь собирались привести себя в порядок. Самое время…

Глава 17. Купание

Ледяная вода обрушивается на меня, словно удар. Азур опускает меня в реку, и моё тело пронзает мгновенный озноб. Миллионы мурашек бегут по коже, зубы стучат, и я дрожу, как осиновый лист. Невольно тянусь к Азуру, ищу спасения в его жаре, таком контрастном с горной рекой. Не хочу, чтобы он отстранялся, хочу чувствовать его тепло.

Азур усмехается, наблюдая за моей борьбой со стихией. Он ставит меня на ноги, на скользкие от воды камни. Его руки обхватывают мою талию, надёжно удерживая, не давая упасть. Я чувствую себя в безопасности в его объятиях, и он не отпускает. Одной рукой притягивает меня ближе, а второй нежно обхватывает мою шею, большим пальцем ласково поглаживая кожу.

Прохладная вода стекает по плечу, обжигая холодом, но я почти не замечаю этого, поглощенная его близостью. Медленно он споласкивает моё лицо своей широкой ладонью. А потом, словно не выдержав искушения, Азур наклоняется и целует. Снова его губы касаются моих, нежно, ласково, и я отвечаю на поцелуй, тянусь к нему всем телом, всей душой.

Рядом с ним невозможно не поддаться страсти. Поцелуй становится глубже, жарче, его руки сжимают меня крепче, и я чувствую, как теряю контроль над собой.

Он отрывается, прерывая этот сладостный момент, и рычит, словно зверь, которого лишили добычи:

– Лина… Так мы с тобой точно не выберемся отсюда, – тихо посмеивается он, глядя мне прямо в глаза. В его взгляде – огонь желания, и я понимаю, что он так же во власти этого пламени, как и я.

Щеки заливает жаркий румянец, и я опускаю взгляд вниз, прямиком на его сильную, широкую грудь. Не в силах сдержаться, тянусь к нему и провожу кончиками пальцев по упругой коже. Без слов, словно по негласному согласию, начинаем медленно мыть друг друга. Но каждое прикосновение лишь разжигает пламя желания, заставляя кровь кипеть в венах.

Не понимаю, как это возможно, но рядом с ним я перестаю контролировать себя, перестаю думать о чём-либо. В голове – вакуум, и остаётся лишь одно желание: его прикосновения, его поцелуи, его жар. И он, кажется, тоже больше не в силах сопротивляться.

Резким движением подхватывает меня на руки и опускает на себя. Без предупреждения, без подготовки. Горячий, твердый, готовый. Я стону, принимая его в себя медленно, с наслаждением. Мои руки устраиваются на его широких плечах, впиваясь ногтями в кожу, а он стонет мне в шею.

Азур поддерживает меня под ягодицы, помогая двигаться в этом безумном танце. Вокруг нас бушует река, дикая стихия, а мы… Мы, кажется, ещё более дикие, чем она, отдавшиеся своим первобытным инстинктам.

Стонем, рычим, царапаемся, кусаемся, словно дикие звери, нашедшие друг друга в этом бушующем мире. Каждый толчок – взрыв ощущений, волна наслаждения, которая накрывает нас с головой.

Азур ускоряется, толкается всё быстрее и быстрее, двигается яростно, неотвратимо, сливаясь со мной в единое целое. Моё сознание мутнеет, мир сужается до этих ощущений, до него, до нас. Я наклоняюсь и кусаю его в шею, чувствуя вкус его кожи, вкус его желания, и кричу от яркого, всепоглощающего, приятного финала.

Азур тоже не выдерживает. Я чувствую, как он изливается в меня, наполняя до краев, отдавая всего себя. Мы застываем, словно изваяния, посреди бегущей реки, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя после этой бури страстей.

А ведь я и не знала, что могу быть такой… ненасытной, дикой…

Немного отдышавшись, мы продолжаем целоваться, наслаждаясь друг другом в этом умиротворяющем моменте.

– Надо бы отправляться к своим, – произносит Азур, отрываясь от меня и нарушая эту идиллию.

– Да, – соглашаюсь я, понимая, что он прав.

Надо идти. Но, несмотря на наши слова, на наше соглашение, мы замираем, смотрим друг на друга, не в силах сдвинуться с места. Время словно останавливается, и даже ледяная вода реки сейчас меня не беспокоит. Рядом с ним я горю.

– Надо нам идти, – снова повторяет Азур и медленно спускает меня с себя.

Он быстро, но нежно купает меня, а затем сам споласкивается. Свежие и расслабленные, мы выбираемся на берег. Я торопливо натягиваю на себя одежду под его пристальным, изучающим взглядом.

Сам же Азур не спешит. Его величественная фигура возвышается надо мной, и я снова чувствую смущение. Мы такие разные, он – сильный и властный, я – обычная эльфийка, попавшая в его мир. Но вместе… Как так вообще получилось? Что за странная судьба свела нас вместе?

Вспоминаю, как начался этот вечер. Я шла к Морвене. Хотела разорвать все эти контакты, вернуться к своей прежней жизни. А вдруг, если этот ритуал нас изменил? Вдруг всё это не по-настоящему? Вдруг мои чувства к Азуру – лишь иллюзия, наваждение, вызванное магией? Дикий страх сковывает меня, ноги подкашиваются от ужаса, и я чувствую, как земля уходит из-под ног.

Я бросаюсь к Азуру и крепко обнимаю его, ища утешения и защиты в его сильных руках. Он притягивает меня к себе, целует в макушку, и я чувствую, как немного успокаиваюсь.

– Что случилось, Лина? – спрашивает он, обеспокоенный моим внезапным состоянием.

– Ничего, – шепчу я, стараясь скрыть свой страх, – всё хорошо. Пойдём, пойдём скорее к нашим.

Он кивает, натягивает одежду, берёт своё оружие, и мы вместе поднимаемся обратно по тропинке. А я снова попадаю под власть своих невесёлых мыслей. Мне так не хочется всё это терять, но я понимаю, что должна добраться до ведьмы и задать ей важный вопрос, от которого может зависеть всё моё будущее.