Текст книги "Хроники королевств. Ледяная принцесса (СИ)"

Автор книги: Дина Сдобберг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

Глава 35

Со дня моей коронации нападения на стену шли каждую ночь. Словно кто-то хаотично вычёсывал мёртвые земли и перебрасывал тварей к подножью стен. Нападения происходили совсем непохожим на тварей образом, которые обычно шли лавиной, или волнами, нападая в одном месте. Нет, сейчас твари или появлялись одновременно в нескольких местах, или вообще нападали волной по всей протяжённости стен.

– Изматывают, паразиты! – плевались стражи.

Им приходилось дежурить круглосуточно. Были случаи нападения днём. И об этом знал, кажется, каждый сарниец. Но вместо паники, на которую видимо, рассчитывали те, кто старательно распространял новости о бесконечном потоке тварей, люди отреагировали обвинениями в сторону бывшего регента и его пособников.

Мне пришлось выйти на улицы, подняться на помост глашатая на главной площади и самой поговорить с людьми. Потому что начались погромы и самосуд над приближёнными регента. Так толпа напала на поместье леди Хелены, недавно покинувшей дворец. Ей самой только чудом удалось избежать расправы.

А вот одному из молодых лордов, громко кричавшему, что это месть регента и надо просто вернуть ему трон, и тогда снова наступит покой от тварей, так не повезло. Особенно в свете того, что в той же таверне находились и выходцы из поселений первой стены. Родственники этого лорда требовали примерно и публично наказать всех, кто там присутствовал, так как аристократа просто забили до смерти.

– Вы требуете от меня, наказать всех виновных в убийстве, как вы говорите, хотя лично я вижу только последствия пьяной драки. – Я с трудом сдерживалась, видя такую потрясающую наглость аристократов. – Но при этом вы ничего не говорите о том, что погибший подстрекал к бунту и свержению законной власти. Какой именно закон мне применять, какое преступление рассматривать? Убийство аристократа или покушение на королевскую власть?

А вскоре я услышала, что некоторые аристократы называют меня королевой простонародья, особенно отчаянные и вовсе королевой черни. И при этом все эти лорды и леди усиленно рвались во дворец, настойчиво доказывая мне, что именно их услуги и советы мне нужнее всего.

– Поверьте, дорогая, уж позвольте мне так себя называть, ведь я помню вас совсем ребёнком.– Прижимала руки к груди одна из леди. – Вам необходима помощь. Вы выросли без матери и поэтому вам не достаёт лоска. То как вы выглядите...

– А что не так? По-моему всё отлично. – Перебил даму зашедший в зал, где я принимала просителей, Норидан.

– Вы мужчина, Ваше Величество, вам не понять женской красоты. – Вздёрнула подбородок леди, претендующая на место фрейлины. – Вот Её Величество с утра принимает подданных. И ещё ни разу не переоделась! Это же ужас! Вы королева, вы должны блистать, ослеплять, сводить с ума мужчин и быть окруженной толпой восхищённых поклонников.

– Чего? Простите, но вы упустили из вида один нюанс. У Её Величества есть муж! Так что за даром нам не нужны толпы поклонников и безумные мужики во дворце. Спасибо, в ваших советах мы точно не нуждаемся. – Норидан просто вывел леди из зала.

– Ну что ты наделал? Мне только начало нравится то, что она говорит! – усмехнулась я.

– А мне нет. Дорогая супруга... – Норидан перебил какой-то шум в коридоре.

– Это возмутительно! – ворвалась обратно в зал леди дэ Киссель.

Только в таком виде! Перья в причёске намокли и поломались, платье мокрое и грязное. Мне даже интересно стало, где она в замке нашла столько грязи.

– Что произошло? – удивилась я.

– Слуги в вашем замке совершенно не выполняют свои обязанности! У вас даже полы в коридорах покрыты льдом! Я поскользнулась, и на меня упали вазоны с цветами, да ещё и слуга не удержал кувшин с водой! – топала ногами леди. – И этот лёд! Это же из-за призрака, а у вас муж некромант! Почему он не выполняет свои обязанности?! Я требую, чтобы он, как муж королевы, исполнял свой долг!

– Обязательно, совершенно согласен с вашим требованием и поддерживаю его всей душой! Долг мужа превыше всего! – повторно выпроводил леди Норидан.

– Так что ты мне хотел сказать, пока не вернулась леди дэ Киссель с жалобой на призрака? – спросила я отсмеявшись. – Кстати, ты собираешься предпринимать что-то по поводу призрака в замке?

– Я? Нет. А что? – уселся Норидан на подлокотник трона.

– Просто говорят... Говорят, что это моя мама. И... – Я не знала, как сказать, как озвучить своё желание.

– Этот призрак, действительно дух королевы Анны. И я не собираюсь ничего предпринимать, потому что, во-первых, она защищает тебя, во-вторых, никому не вредит. Вот то, что сейчас было, я за вред не считаю. Это так, наставление. – Показал в сторону двери Норидан. – А в-третьих, по-моему, как-то невежливо приходить в чужой дом и выгонять хозяев.

– А как ты понял, что это именно мама? – замерла я в шаге от безумной надежды.

– Увидел. Некромантия, это дар, который позволяет пересекать границу между миром живых и мёртвых. Хочешь увидеть сама? – предложил он мне то, чего я желала, наверное, больше всего. – Я смогу провести тебя с собой.

– Мне что-то нужно сделать? Как-то готовиться? – кто бы отказался на моём месте.

– Ничего. Просто доверять мне. Даже если что-то пойдёт не так, я смогу тебя вытащить. – Прозвучало в ответ.

– Сегодня? – я желала, как можно скорее увидеть маму. Пусть даже только её душу, сохранившую облик.

– Как скажешь. – Улыбнулся Норидан и пошёл к двери, но на полпути развернулся. – А я чего приходил! Нам нужны очень крупные и сильные камни.

– Нет таких, казна пуста. – Сразу ответила я.

– Арабелла, с папой я уже беседовал. – Сложил руки на груди Норидан. – Ты слышала, что жена Алитара артефактор из древнего рода? Ну, наверняка же слухи доходили? И я вот тут подумал... А что мы будем делать, если твой дядя перекинет тварей, например ни к стенам, а в центр поселения?

– Что? – чуть не задохнулась я от такой возможности. – Мраак! Он же так делал, когда убил отца и брата, и потом, покушаясь на меня...

– Вот видишь! Сейчас у него нет сообщников. Точнее, у них видимо, нет возможности установить парный артефакт для открытия портального коридора. Города это не пустошь рядом со стенами,– объяснял мне Норидан. – Да и твой наставник с людьми моего отца сейчас очень здорово шерстят всё королевство. Но рано или поздно такая возможность появится.

– И как камни это предотвратят? – перспективы такого вторжения пугали.

– Если накрыть Сарнию сетью не позволяющей использовать порталы, как на королевском замке...

– А на стенах установить стационарные порталы, для срочного переброса подкрепления, это решит проблему и возможно спасёт сотни жизней. – Продолжила я.

– А вдобавок, позволит переместить стражей с других стен. Сейчас мы вынуждены просто производить замену, так как не знаем, на какую стену придётся следующий удар. – Добавил Норидан. – Когда мы учились, жена брата, ну, тогда она ещё женой не была, тогда она создала для защиты брата артефакт в виде паутины. А теперь смотри, если рассматривать столицу и башню королевского замка, как центр смещённой паутины...

– То стены могут быть уже готовыми опорами! – закончила я, пристально глядя на Норидана.

– Брату я уже написал! – сказал почему-то в потолок Норидан.

– И он ответил, что нужны камни? – спросила я.

– Так ответила его жена. Сейчас, подожди. – Он достал из внутреннего кармана письмо и зачитал. – Для такого огромного артефакта, нужны сильные источники, которые будут питать и стабилизировать импульсное воздействие. Вот сама читай.

– Камни есть, огромные. Примерно с мой локоть длиной. Но я не смогу их достать сама. Мне нужна будет твоя помощь. – Произнесла я, ненадолго задумавшись. – Эти камни последний шанс Сарнии, но если учитывать насколько вероятно, что портальный коридор может открыться где угодно, и из него лавиной хлынут ледяные твари... Я обязана не допустить подобного!

– Я так понимаю, что хранится этот "последний шанс Сарнии" не в замке, а в надёжном месте? И куда мы отправимся? – поинтересовался Норидан.

– Встретимся на закате. – Ответила я.

– Дорогая супруга, вы приглашаете меня на романтическую прогулку? – лукаво усмехнулся муж.

– Вам понравится! – заверила лорда я.

Окончив приём, я прошла тайными коридорами в сердце замка, маленькую комнату со стенами, выложенными грубым, диким камнем. Простой обруч с тринадцатью острыми зубцами уже сотни лет не покидал стен потайной комнаты в сокровищнице Сарнийских. Здесь, после произнесения клятвы, впервые проявился на несколько минут ледяной доспех. Но тогда я посчитала, что это просто знак принятия моей клятвы.

Выйдя в покоях мужа, я застала его стоящим в одной рубашке и выбирающим между кожаным колетом с металлическими нашивками и легкой бронёй.

– Думаю, колет будет достаточной защитой. Я не думаю, что вам предстоит с кем-то сражаться. – Посоветовала я.

– Да? Значит, беру броню. – Выбрал Норидан. – Всегда, когда я слышу такие слова, происходит что-то такое, что мне вот прям очень не хватает брони.

Я только усмехнулась в ответ. Путь до семейного склепа был недолог.

– Дорогая, то, что я некромант, не означает, что я люблю склепы и прочие фамильные усыпальницы. Или это намёк? – громким шёпотом сообщил мне Норидан.

– Как совершенно справедливо вам сегодня указали, вы ещё свой долг мужа не исполнили, чтобы я так торопилась стать вдовой! – опасно пошутила я, но тот поцелуй в коридоре у моих покоев часто вспоминался в последние дни, и эти воспоминания вызывали какое-то странное беспокойство.

– Драгоценная моя жена, я запомню эти ваши слова, и мы к ним вернёмся, как только окажемся не в столь тесно связанным с моей работой месте. – Пообещал мне Норидан.

Мы прошли в самую дальнюю часть склепа и остановились рядом с усыпальницей Валиса Первого.

– Это кто? – показал пальцем на статую грифона.

– Ветер, любимый грифон и спутник моего предка. Сарнийские после обмена кровью с элдарами получили возможность находить себе спутников среди грифонов, обладающих разумом зверей пришедших из изначального Мрака. – Рассказала я то, что и так тайной не было. – Нам сюда.

– Эммм... В смысле? Это погребальная ниша. – Приподнял брови Норидан. – Фидуция Сарнийская? Впервые слышу.

– По легенде, здесь захоронена старшая дочь Валиса Первого, умершая в раннем детстве. – Ответила я. – На самом деле, фидуция с языка ордена магов крови означает уверенность. Здесь уверенность Сарнии. А твоя помощь мне нужна, чтобы двигать каменные блоки и носить тяжести.

– Дорогая супруга, у меня что-то в последнее время складывается впечатление, что вы рассматриваете мужа исключительно с точки зрения полезнозности в хозяйстве. – Облокотился на плиту с надписями и привычно сложил руки на груди Норидан.

– А как иначе? Очень полезная штука оказалась. Даже сама не ожидала. – Пожала плечами я.

Глава 36

Древняя корона Сарнийских холодила кожу на лбу. Обычное с виду железо никак не хотело нагреваться от человеческого тепла. Лезвие небольшого кинжала полосонуло по ладони.

– Дорогая, живая кровь магов в склепах, это не к добру. Это я тебе как некромант говорю. – Внимательно следил за мной муж.

– Это склеп моего рода. Кого мне здесь бояться? – удивилась я.

– Ты удивишься, но иногда враги не столь опасны, как родственники. – Ответил Норидан.

– Это я, к сожалению, уже знаю. – Вот вспомнился брат отца точно не к добру.

Вместо того, чтобы пролить несколько капель крови на звезду, заключенную в рунный круг, я щедро пролила собственной крови на всю плиту. Алая жидкость зашипела, словно попала не на стылый камень, а на раскалённое железо. И впиталась, оставляя плиту абсолютно чистой.

Всего несколько мгновений тишины и грани звезды с хрустом разломились. Трещины поползли по мрамору, заставляя его расходиться в разные стороны, открывая каменные ступеньки, уходящие во тьму.

– И всё? Ни за что не поверю, чтобы всё было так просто. – Усомнился Норидан.

– И правильно. Спуститься сюда может только правящий Сарнийский, и то, только если он уверен, что другого выхода нет. – Ответила я.

– А иначе? – тут же полюбопытствовал муж.

– Если кто-то заставит короля или королеву открыть эту дверь, или кто-то её взломает, то вот, – кинула я вниз небольшой камешек, доскакавший до десятой ступеньки.

Острые железные колья пронзили ступеньки, воздух над ними загудел от огромного количества арбалетных болтов, вылетавших из стен.

– Дражайшая супруга, а вы уверены, что нам точно сюда? Я, конечно, не против острых ощущений, но эта лестница не внушает мне доверия. – Проследил подозрительным взглядом за исчезающими в ступенях лезвиями Норидан.

– Сюда, сюда. Ты думаешь, дядя это первый случай в истории моей семьи, когда кто-то решил, что корона ему нужнее, чем законному наследнику? – улыбнулась я. – Были и братья, и жёны, и мужья. Куда ж без них, не ото всех же польза была. Кто-то и вредил. Если история верна, то чуть ниже, на первом повороте, должен валяться скелет Герберта Хромого. Он родился на десять минут позже своего брата-близнеца. И даже удачно занял трон брата. Целую неделю просидел. Сын Дорина, которого Герберт убил, тогда осадил столицу, и узурпатор решил, что сможет отбиться при помощи наёмников, вот чтобы с ними расплатиться он сюда и полез. Дорин почти опустошил казну на перестройку городов. До него сарнийские города были деревянными.

– И что, все эти предатели тоже захоронены здесь? – спросил Норидан, наблюдая за тем, как я прижимаю окровавленную ладонь к изображению герба на стене.

– Нет, здесь действует особая магия. Двери последнего приюта не откроются перед недостойным. – Ответила я.

– Я тебя сейчас удивлю, но я умею читать. Правда. Все буквы узнаю, даже когда они не по порядку, а в разнобой. – Язвил Норидан. – И прочитать, что написано над входом, я в состоянии.

– Так ведь оно так есть. Это не просто надпись. Это предупреждение. И действительно, двери фамильной усыпальницы не открыть никакими силами, если трон получен незаконно. Попытки были. Узурпаторы иногда правили очень подолгу. Но быть захороненными здесь, так и не смогли. – Пояснила я.

– Арабелла, давай всё-таки первым пойду я...

– Нет, спасибо, но тут я обязана идти первой, защитная магия должна видеть меня и мои мысли. – Перебила я мужа. – У меня выбор не богат. Или оставить камни нетронутыми или спасти людей. Камни можно будет добыть новые, а жизнь никто не сможет вернуть.

– Понятно. Ну, пошли тогда? – сжал он мою ладонь. Я улыбнулась этому простому жесту, и руку вырывать не стала. – Слушай, а почему так мало женских имён?

– Из-за закона. После смерти короля, королева либо отправляется до конца жизни в обитель по своему выбору, либо снова выходит замуж. И как понимаешь, остаётся либо в обители, либо уже среди новой семьи. Этот закон был нарушен лишь однажды. Королева Катарина после смерти мужа ещё сама была регентом при сыне и обучала воинскому искусству внуков. – Объяснила я.

– Катарина Воительница? – непонятно чему обрадовался муж. – Я столько про неё читал. У неё был необыкновенный талант. В битве при Креспи она просто превзошла всё, что было до неё. Если честно, она – это один из моих любимых полководцев прошлого! Волевая, решительная, харáктерная! Легенда!

– Легенда, это её характер! Говорят, она до последних дней предпочитала доспехи. А спорить с ней отваживался только сын и младший внук. – Улыбнулась я.

– А это, как я понимаю, пройдоха Герберт? – показал муж на скелет в углу.

– Ну да, вон видишь, до сих пор на нём парадные регалии. – Подтвердила я. – истинная корона проста и непритязательна. А парадные за историю семьи менялись несколько раз.

– Странно, даже прах не смешался с пылью...

– Я же говорила, недостойным здесь покоя не найти. – Напомнила я. – Странно, мне кажется, что здесь холодеет с каждой минутой.

– Это мне напоминают о моём обещании, которое я и так не забывал. – Отмахнулся муж. – Получается, что где-то здесь есть сильный артефакт, благодаря которому этот закон, написанный над входом, работает.

– Тут сама усыпальница артефакт. – Не стала скрывать я. – Говорят, что Валис выстроил её из алтарных камней братства крови. Это потом расширяли, достраивали. А мы уже пришли.

Лестница оканчивалась с виду пустым залом. Но я точно знала, что это не так. Отец очень подробно рассказывал брату о том, где спрятан последний шанс Сарнии. Норидан огляделся по сторонам и посмотрел на меня. Действительно, обещала камни, а тут небольшой и совершенно пустой зал. Только на противоположной спуску стене два барельефа, изображающие грифонов, вставших на задние лапы.

Я подошла к этой стене и встала между грифонами. Вытянув руки, я положила их на клювы зверей. Немного постояла и шумно выдохнула.

– Что такое? – тут же насторожился муж.

– Сейчас будет больно. Очень. – Ответила я. – Проход открывается кровью короля.

Не давая себе больше возможности трусить, я произнесла короткое заклинание-призыв. Обе ладони пронзила резкая боль. Как когда-то давно тело покрылось инеем. Но не это меня удивило. А ощущение рук на талии и крепкой груди, прижавшейся к моей спине.

– Сейчас. – Тихо сказал Норидан и накрыл мои ладони своими.

Я подняла взгляд на него. Его глаза вспыхнули фиолетовым, а по моим рукам пробежала волна тепла, уносившая даже память о боли. Стена между грифонами разъехалась, открывая проход к камням. Но мы оба не обратили на это внимание.

Норидан провел ладонью по моим губам, стирая иней. А потом просто прижался своими. Мои руки скользнули по его груди, шее, пальцы зарылись в волосах на затылке.

Говорят, что некромант может поцелуем забрать душу. Не знаю, насколько это правда, но то, что лишать меня покоя теперь будут целых два воспоминания, это точно.

– Вы бы уж определились, вы Сарнию будете спасать или исполнять супружеский долг! Место, кстати вы выбрали так себе. Хотя, чего взять с некроманта? – прозвучал над нами холодный и высокомерный голос.

– Что это? – отпрыгнула я от Норидана.

– Действительно! Сначала читаем призыв "пробуждения крови", а потом спрашиваем что это. – Звучал тот же голос, только теперь с насмешкой.

– Белли, у тебя в роду маги смерти... – начал Норидан.

– Да, были. – Ответила я, не дожидаясь окончания фразы. – По папиной линии три проявленных случая, и мама. У неё дар стихийно проявлялся.

– Отлично. Кровь мага, с наследием некроманта, и в склепе из алтарных камней, которые вроде как все уничтожили. Я говорил, что броня сегодня точно понадобится? – чертил передо мной какие-то знаки рукой Норидан, встав за моей спиной, и прижав меня к себе второй.

Знаки вспыхнули в воздухе и словно с порывом ветра полетели в лицо. Я зажмурилась.

– Когда вы признавались в том, что с детских лет являетесь моим поклонником, юноша, вы мне нравились больше. – Открывая глаза, я уже знала, кого увижу.

Катарина Сарнийская, Королева-Воительница. А рядом с ней...

– Мама!

Глава 37

Норидан Гамоэрра, король-консорт Сарнии.

Сколько раз за последние дни я вспоминал тот разговор с отцом, когда он мне сказал, что моя жена сама похожа на свою оберегаемую Сарнию, под ледяным панцирем которой скрыто множество тайн и настоящих сокровищ? Уже и сам не вспомню. Но вновь и вновь я ловил себя на том, что с азартом хищника наблюдаю за собственной женой и стараюсь угадать, какой очередной миф о себе она опровергнет.

Интересно было бы посмотреть на лица тех, кто уверенно рассказывает по дворам всех королевств о непомерных капризах Арабеллы Сарнийской, если бы они узнали, что королева вместе со своими фрейлинами не считает зазорным сама спуститься на кухню. Или легко обходится минимумом вещей, почти не носит украшений и совершенно не нуждается в помощи посторонних в повседневных делах?

Поняв, что мнение о Ледяной принцессе, основанное на чужих словах, не имеет ничего общего с той, что стала моей женой, я пытался сам разобраться в этом человеке. И чем больше я наблюдал, тем сильнее она удивляла и восхищала.

Арабелла была лишена спеси и высокомерия высокородных, она относилась с уважением к любому труду, не стеснялась своего незнания или нехватки опыта. Она не возмущалась, когда ей давали советы, внимательно выслушивала и моего отца, и лорда Аластора. Вникала в текущие проблемы стражей стен и своего народа.

Она, как и Алитар, считала правление обязанностью, долгом, тяжёлым трудом, но не привилегией. Если Арабелле нужно было что-то уточнить по строительству, она шла к главе цеха строителей. Если её смущало что-то в расходах, она шла и вытрясала душу из отца. И за всё время, что я имел возможность наблюдать за Арабеллой, она ни разу не отмахнулась даже от самой маленькой проблемы. Она просто не делила проблемы на крупные и маленькие.

Юная, с внимательным и вдумчивым взглядом, всегда с выражением серьёзного спокойствия на лице, королева Сарнии действительно была лучшим олицетворением своей страны, укутанной в снега и вечные льды. Но в тоже время, Арабелла обладала искренней душой и не разучилась сопереживать. Для неё не было чужого горя. И узнавая всё больше о её детстве и ранней юности, я всё больше удивлялся тому, насколько живое у неё сердце. И насколько высоко ценит жизнь и душевное тепло та, что по праву рода и крови повелевала ледяными просторами Сарнии.

– Это был жестокий и болезненный урок. – Ответила мне сама Арабелла, когда я спросил её о причинах такого отношения.

Та, что с малолетства вынуждена была таиться и притворяться, чтобы выжить, умела и любила дышать полной грудью! И это очаровывало и покоряло.

Только свербело в душе, что такой внутренний огонь обязан пробиваться наружу, выплескиваться за границы ледяного кокона, в котором пряталась Арабелла. И единственной возможностью для этого, видимо, была связь с этим народным героем, Воином.

Ситуация для меня ещё более усугублялась тем, что этот неизвестный рыцарь разделил с Арабеллой все тяготы её тайного противостояния с опекуном и опасность жизни в замке. Он без конца приходил на помощь стражам, раз за разом участвуя в отражении нападения тварей. Совместно пережитые опасности последних лет и огромная благодарность за защиту стен, которую просто не могла не испытывать к этому Воину Арабелла, делали его осень важной фигурой в жизни моей жены.

И очень долгое время я даже не предполагал, чем можно перебить подобное значение для МОЕЙ ЖЕНЫ постороннего мужика! Этот факт бесил неимоверно! Всё нутро вставало на дыбы от одного предположения, что я буду вынужден делить свою жену с кем-то. И конечно, терпеть этого я был не намерен. Раз я женился, значит это моё, и на этом точка!

Сначала мысль о том, что это банальная ревность, показалась смешной. А потом, прогонять её становилось всё сложнее. И тем чаще вспоминались Магические Игры на выпускном курсе и случайные объятья с Ледяной принцессой на лестнице.

Судьба словно специально настойчиво всовывала мне в руки тогда ещё наследную принцессу, чьё правление было под большим вопросом. Но я, ослепленный связью с Линн, даже не заметил этого. Сейчас же, как назло, отчетливо вспоминались все подробности.

Испуганный взгляд и дрожащие ресницы, стоящей на коленях над братом Арабеллы.

Язвительная и дерзкая перепалка, когда принцесса пыталась предупредить о яде в бокале Алитара. Как оказалось, не дождавшись видимых мер от меня, Арабелла тогда решительно направилась к самому Алитару и пригласив на танец, предупредила его лично.

Удивительное дело, Арабелла, аристократка в неведомо каком поколении, меньше всего думала о репутации, когда нужно было действовать. Она так изящно язвила, что я сам не заметил, когда и как начал получать удовольствие от пикировок с собственной женой.

А сейчас я видел ещё одну, обычно тщательную скрываемую грань. Маленькую, беззащитную, дико нуждающуюся в любви и любящую без оглядки девочку. Ребёнка, у которого отняли детство и заставили играть в жестокую игру на выживание. Этот крик, забившийся под сводами фамильного склепа Сарнийских, на мгновение сорвал маску уверенной в себе правительницы.

Арабелла кинулась к призраку матери и замерла в миллиметрах от своей цели, понимая, что перед ней лишь призрак.

Сила потекла по венам, заискрила на кончиках пальцев. Привычные слова мёртвого языка и не менее привычные плетения рун. В воздухе зависла сотканная моей силой клепсидра, верхняя чаша которой была заполнена моей же кровью.

– У вас всего семь минут. Большего не смогу. – Произнёс я, поднимая взгляд от затянувшейся раны на запястье. – И так в ближайшие дни только свечи зажигать и буду способен.

Что я там хотел ещё сказать, я забыл, утонув в ярко вспыхнувших голубых льдах. Столько всего было в этом взгляде, что сразу и не разобрать.

Не теряя драгоценного времени Арабелла кинулась к матери, которая ровно на семь минут обрела тело и возможность ощущать тепло и прикосновения. Многие призраки готовы поклясться в вечной службе, лишь бы хоть иногда получать такую возможность. Но желания получить хоть какую-то выгоду для себя взамен, у меня не возникло.

– Значит, король-консорт решил завоевать сердце моей наследницы? – прозвучало тихое рядом.

– Вашей? – посмотрел я на призрак Катарины.

– Ну, если не перечислять пару сотен промежуточных потомков, то да. – Кивнула она.

– А если и да? Вы против? – спросил я.

– А что, решающим в этом вопросе будет моё мнение? – рассмеялся призрак. – Судя по тому поцелую, что я здесь застала, проблем с зачатием следующего Сарнийского быть не должно. Или сдашься, придумав себе непреодолимые препятствия?

– Между мной и Арабеллой только одно препятствие...

– Ах да, я наслышана. – Непонятно отчего развеселилась Катарина. – Воин. Будет забавно.

– Забавно? С каких это пор наличие любовника стало забавным? Вас не смущает, что ваш следующий наследник... – даже от одной мысли захотелось разнести этот склеп к Мраку, ну или открутить одну башку. Насовсем!

– Видишь ли, моё родство со следующим Сарнийским пойдёт по женской линии. То есть, важно кто мать. Так что нет, не смущает. Тут, как говорила моя кормилица, чей бы ни был бык, а теленочек то наш. Простая была женщина, деревенская. – Катарина еле договорила, смех, рвущийся наружу, ей очень мешал. – А вообще, женскую верность надо заслужить.

– Сказала та, что велела своё тело сжечь, а прах поместить в усыпальницу мужа. – Съязвил в ответ я.

– О чём я тебе только что и сказала. – Серьёзно кивнула Катарина. – Мой муж был настолько мужчиной, что мои доспехи ему яйца не защемляли.

– Королева! – опешил я от таких выражений из уст, хоть и покойной, но красивой и коронованной женщины.

– Зато точно и понятно. И да, личная просьба. Будете уходить, мусор с лестницы уберите. Раздражает. – Пожала плечами Катарина, растворяясь в воздухе.

Пока я беседовал с легендарной королевой прошлого, семь минут истекли.

– Спасибо. – Тихо произнесла подошедшая жена.

– Пожалуйста. – Не стал отказываться я от её благодарности. – Только я думал, ты обрадуешься, а ты слёзы льёшь.

– Я от радости. – Подняла ко мне лицо Арабелла.

Я не удержался и осторожно стёр мокрые дорожки у неё на щеках. Она слегка прикусила свою губу, а мне нестерпимо захотелось лизнуть место укуса. Я уже почти прикоснулся к столь заманчивому лакомству, когда воздух резко заледенел и настолько, что пар от дыхания сверкал кристалликами льда.

– От моей спины не на шаг! – приказал я Арабелле, пряча её себе за спину и кастуя защитный круг.

В голове яркой вспышкой горела только одна мысль. Защитить её. Неважно от чего и кого.

Трезвый расчёт своих сил. Вот чему учил меня Алитар. Сколько я себя помнил, он вбивал мне в голову, что малейшая оплошность в искусстве некроманта может стоить жизни. В лучшем случае. И вот я, в склепе построенным из жертвенных камней, после того, как моя жена открывала тайные проходы собственной кровью, в которой, как оказалось, спит память о предках-некромантах, позволяю себе остаться без сил!

Тихо вскрикнула за спиной Арабелла, вцепившись пальчиками в ремни, стягивающие броню. Охранные знаки защитного круга засияли ярче пламени, наливаясь силой. Моей силой. Я и не подозревал, что у меня, оказывается, существует неизвестный мне самому резерв.

От пола до потолка жарким маревом поднялась стена, отделяющая нас от сотен душ. Так как руны, позволяющие Арабелле видеть тех, кто давно за гранью, действовали, жена перебегала взглядом от одного призрака, проявлявшегося на мгновение у защитной границы, к другому. Видно магия смерти и родная кровь пробудили их от вечного сна.

Сквозь вполне узнаваемые черты проглядывали кости черепов. Давно ушедшие короли и королевы прошлого рассматривали Арабеллу. Их шёпот сливался в неясный гул ветра.

Вдруг призраки опали туманом, освобождая дорогу высокому мужчине в древних доспехах и со шкурой вместо плаща. Ярко синие глаза горели ледяным пламенем, а его лоб украшала та самая корона, что сейчас была на Арабелле. Призрак молчал, пристально разглядывая свою далекую правнучку. И вдруг улыбнулся и качнул головой в немом приветствии. Секунда, и его уже нет.

– Они не навредят. – Появилась рядом с границей королева Анна.

Её взгляд, полный нечеловеческой тоски и боли, был прикован к двум фигурам, что медленно соткались из белёсого тумана подземелья. И ведь понимаю, что лучше не надо, что надо запретить!

– Иди, я рядом! – говорю вопреки собственным мыслям и достаю резервный накопитель и ритуальный кинжал.

Арабелла опустилась на колени у самой границы, беззвучно плача. А с той стороны прижимались раскрытыми ладонями её отец и брат. И пусть это касание было эфемерным, но значило оно больше, чем те камни, за которыми мы пришли.

Призраки исчезли также, как и появились. Просто воздух словно стал светлее. Я подошёл и протянул жене руку, чтобы она могла подняться. Арабелла вцепилась в мою ладонь, и кажется, не столько нуждаясь в помощи, сколько желая обрести душевную опору.

– Ну что ты? – убрал я выбившуюся прядь за ушко жены.

– Просто... Такое состояние, словно все чувства вывернули на изнанку и перекрутили. Не понимаю, я рада, или мне больно. – Тихим и немного севшим голосом призналась жена.

Ну, уж нет, так дело не пойдёт!

– А представь, каково мне? – Арабелла посмотрела на меня ничего не понимающими глазами. – Пошёл помочь жене вытащить из заначки драгоценные кристаллы, а попал на знакомство с родственниками, причём сразу со всеми. А женился я, между прочим, на сироте!

И только ляпнув, я сообразил, что вот не самое лучшее время для шуток, тем более на эту тему. И место. Я замолчал и замер, ожидая реакции Арабеллы.

– Так был бы ты нормальным магом, – всхлипнула Арабелла. – А ты некромант! Так что то, что я сирота, это не причина, чтобы не знакомиться с моими родственниками.

Наверное, это был первый случай в истории этого склепа, когда под его сводами разносился хохот.